– Если честно я думала о том, чтобы уйти из клиники, – усмехнувшись, добавила Анна-Мария.

– Что? – возмутилась Юри.

Я была немного удивлена.

Анна-Мария уходит из клиники?

В романе этого не было. Это первый раз, когда я почувствовала, как оригинальная история изменяется. Безусловно, повествование приобрело иной характер, когда я помогла Лакису, но я думала, что дальше всё будет происходить так, как было описано изначально…

Наверное, я отнеслась к этому слишком легкомысленно.

И последующие слова Анны-Марии поразили меня:

– Не так давно я потеряла сознание от перенапряжения.

– Как это произошло?

– Ах, это не так серьезно, не волнуйся. Это было всего один раз перед домом…

Она всë объяснила мне, но выглядела при этом немного смущенной. Будто это было не так уж важно. Тем не менее, подобные события не были чем-то незначительным.

– Думаю, это из-за того, что у тебя много работы в клинике. Тебя осматривали?

– Да, они сказали, что я в порядке.

Анна-Мария широко улыбнулась, словно благодаря меня за беспокойство. Потом она о чем-то задумалась, и её улыбка погасла.

– Знаешь, я беспокоюсь о Гестии, поэтому я не хочу рисковать своим здоровьем, по крайней мере сейчас… Вот почему я склоняюсь к тому, чтобы уйти из клиники, если это возможно.

Я начинала понимать, о чем она думает. Если с ней случится что-то плохое, Гестия останется одна, и от этого внезапного обморока у нее кровь стынет в жилах.

А до этого она как бы невзначай рассказала мне, что проводит с ней все меньше и меньше времени.

– Ты выбрала вариант, который является для тебя наиболее комфортным, и я надеюсь, что это сработает, Анна-Мария.

Как только я произнесла это, на её лице расцвела прекрасная улыбка, похожая на недавно распустившийся цветок.

– Благодарю тебя, мисс Юри. Не хотела бы ты пойти домой вместе?

– Конечно.

Таким образом, мы дали обещание и пошли в сторону дома.

* * *

У окна появился ворон, оповестивший о своем прибытии громким карканьем.

Лакис подошел к тому месту, откуда доносился звук, и открыл окно. На оконной раме лежало черное перо.

На нем было послание от Одина. Точно такое же, как те, что он посылал Юри, на этом пере были нацарапаны крошечные буквы, которые трудно было разглядеть обычному человеку.

Однако Лакис, естественно, был не простым, так что ему было легко увидеть написанное.

– Похоже, он хорошо справляется со своей работой.

После того, как эти слова подтвердились тем, что написано, его губы исказились в кривой улыбке. Конечно, он все еще не любил ворона Одина, но должен был признать, что тот был весьма полезен.

Вдруг послышался звук открывающейся двери.

Лакис сжал перо, и оно превратилось в черный дым, исчезнув без следа. Затем, подойдя к двери, он встретил Юри.

– Давай поговорим? – спросила девушка.

Прежде чем вернуться домой, Юри чувствовала, что ей нужно разобраться со всем, что произошло вчера.

Конечно, она была очарована его красотой, но вместе с тем она считала, что с его стороны было бы не уместно так рисковать, чтобы удовлетворить свое любопытство.

После того, как их глаза встретились, она почувствовала, насколько пристальным был его взгляд.

После короткой паузы он снова приблизился к девушке, но отчего-то подошел ближе, чем было необходимо, Юри открыла рот, чтобы сказать ему остановиться.

Однако Лакис действовал быстрее.

Не успела она опомниться, как он оказался прямо перед ней, а его светлые волосы развеялись перед ее глазами. В тот же момент он без колебаний взял ее за руку и переплел их пальцы.

Губы Юри невольно приоткрылись, когда она увидела светло-голубые глаза, смотревшие на нее сверху вниз. Все мысли в её голове, казалось, исчезли.

Внезапно она почувствовала, что расстояние между ними стало меньше, и отступила на шаг, чтобы создать дистанцию. Но он был неприклонен и не отпускал Юри.

– Лакис, что вчера произошло? – спросила его девушка.

– Мне очень жаль…

И прежде, чем Юри произнесла то, что хотела сказать, он извинился первым. Он посмотрел на нее сверху вниз и прошептал голосом, полным искренности:

– Я совершил ошибку. Пожалуйста, не сердись…

Лакис говорил так, словно пытался успокоить ее.

Снова посмотрев в его глаза, девушка почему-то не смогла и слова произнести.

'О, это странно…', – подумала она.

Почувствовав такое состояние, Юри охватило подозрение.

Когда она смотрела на него, ей больше не хотелось говорить. Конечно, она вовсе не сердилась, но чувствовала, что должна была хоть что-то сказать.

Может, потому что он был похож на беспомощного щенка?

В конце концов, слова, сказанные Юри, сильно отличались от тех, что она изначально планировала.

– Больше так не делай.

В любом случае, похоже, что Лакис был серьезен в том, что говорил, и Юри решила больше ничего не выяснять, оставить все как есть.

Он улыбнулся, показывая, что все понял. Затем он поднес ее руку и прижался губами к тыльной стороне ладони. Эти действия были настолько естественны, что она даже не подумала оттолкнуть его от с себя.

Вскоре сладкий шепот донесся до ее ушей:

– Я скучал по тебе, Юри.

Она невольно задержала дыхание.

'Вау, как кто-то может говорить об этом так изящно?'

Его голос был таким сладким, будто был сделан из меда или сахара.

Ей почему-то казалось, что она уже несколько раз теряла дар речи в присутствии Лакиса.

Это ощущение было опасным для ее сердца, невольно она убрала свою руку.

Как только она отдалилась от того, кто прикасался к ней, ей стало спокойнее. Но это длилось ровно мгновение, пока Лакис не коснулся ее лица. И ее сердце снова смягчилось, а разум опустел.

– Лакис… Ты слишком близко…

Услышав эти слова, он склонил голову набок. Затем уголки его губ изогнулись, и юноша прошептал ленивым, почти щекочущим голосом:

– Но я хочу быть еще ближе.

В этот момент, ей не оставалось ничего, кроме как принять это. У Лакиса был потрясающий талант очаровывать людей.

Ловушка его прекрасной внешности оказалось куда более эффективной, чем она думала. Если бы Лакис только знал, о чем сейчас думает Юри, он был бы невероятно доволен.

– Ты со всеми так разговариваешь? – спросила девушка.

От этого вопроса юноша посмотрел на нее так, словно услышал что-то неожиданное, и вскоре произнес те же слова, что и она недавно.

– Нет. Я такой только с тобой.

Кажется, Юри снова не может даже ясно думать. Сладкий голос, казалось, будоражил её сознание, когда доносился до неё.

Она решила сменить тему.

– Я хочу есть.

Юри развернулась и пошла на кухню. Лакис усмехнулся себе под нос и последовал за ней.

* * *

В свой выходной Юри сказала Лакису, что у нее назначена встреча, поэтому она вернется поздно, а после обеда и вовсе уйдет, после чего остановилась недалеко от укрытия Лео, чтобы переодеться.

Как только Сирена увидела ее, быстро придумала оправдание.

– Я… Мне очень жаль! Я очень стараюсь! Один так хорошо спрятался...

С тех пор как Юри ее нашла, она управляла своей птицей, чтобы найти Одина. Однако ей ещё предстояло добиться выдающихся результатов.

– Пожалуйста, ищи немного усерднее. Я тоже постараюсь, – сказала девушка, кивнув, чтобы показать, что все поняла.

Однако Сирена была подавлена, потому что чувствовала, что разочаровала ее.

– Юри! И я тоже! И я тоже!

Тут же вмешался Лео и высокомерно попросился принять участие в поисках Одина.

– Я направление, хорошо! Сирена, плохо!

– Что за черт? Простой сторожевой пес смотрит на меня сверху вниз? – произнесла Сирена.

– Я знаю, что ты тоже хорошо ориентируешься, Лео. Но на этот раз тебе не придется помогать. Это может быть опасно.

Хоть Юри и отказалась от его помощи, погладив по голове, но на ее решение повлиял еще один аспект.

В прошлый раз Лео был пойман работорговцами, которые искали гибридов, и он очень выделялся, когда двигался, так что это было опасно.

После отказа он расстроенно опустил уши.

– Я все-таки должен помочь Арахне, – продолжал он.

Сирена задрала нос и рассмеялась.

В ответ на это Лео лишь слегка зарычал.

– Что такое? Продолжишь скалиться на меня и дальше? Что ты вообще сможешь сделать?

Юри не придала значение их перепалке и начала переодеваться.

– Ах!

Сирена была потрясена и закрыла глаза Лео своими крыльями.

– Арахна, ты… Здесь не только мы вдвоем, но и этот сторожевой пес. Почему ты просто так берешь и снимаешь с себя одежду?

– Даже в лаборатории я переодевалась на глазах у других, кому какое дело?

– Но это не лаборатория. Только не говори мне, что ты делаешь дома так же, – удивленно произнесла она.