Лакис, прищурив глаза, пристально посмотрел на Юри, после что-то написал на листе бумаге и отдал его девушке.

Когда Юри увидела слова, выведенные на бумаге ровным почерком Лакиса, настала ее очередь прищуриться.

[ Ты плакала. ]

Если бы Юри могла чувствовать эмоции, прямо сейчас она, вероятно, сгорала бы от смущения и стыда. Но, к счастью, нынешняя Юри равнодушно отнеслась к событиям прошлого.

— Да, я тоже этого не ожидала… Но думаю, что сейчас со мной все будет в порядке.

Затем она добавила: “Конечно, я не уверена, но все же”, — и уставилась на Лакиса. Почему-то Юри чувствовала, что если она надавит на него еще немного, Лакис согласится.

— Итак, Лакис.

И после она сделала шаг в сторону мужчины, который затаил дыхание, смотря на Юри.

— Могу я взять тебя за руку? - тихий шепот достиг его ушей.

Всего лишь рука, но почему-то его охватило странное напряжением, словно она просила сохранить ее секрет.

На самом деле Лакис ничем не отличался от Юри. В том смысле, что у него тоже не было ответа, что же происходит каждый раз, когда он прикасается к ней. И, судя по реакции девушки и паразита в его голове, казалось, было что-то, о чем он не знал.

Когда он протянул руку, Юри ни секунды не колебалась, и их руки соприкоснулись.

И снова яркий и теплый поток эмоций заструился сквозь кончики ее пальцев, проникая в самое сердце. На ее бледных безжизненных щеках вспыхнул румянец, и, казалось, даже черты лица смягчились. И на этот раз она смогла устоять на ногах, хотя это далось ей с трудом.

Юри сократила расстояние между ними, пытаясь быть ближе к источнику такого желанного тепла, к Лакису.

*Шлеп*

Мокрое полотенце упало на пол, когда их тела прижались друг к другу. Лакис крепче сжал руку девушки.

— Юри.

— Прости… дай мне минуту…

Лакис что-то прошептал себе под нос. Юри не смогла совладать со своим порывом и в изнеможении прижалась лбом к плечу Лакиса, тихо что-то бормоча.

Глаза Лакиса потемнели. Он чувствовал, как внутри него набирает силу какой-то странный импульс. Но его порыв был значительно опаснее и яростней.

И Лакис поддался этому странному порыву.

Сильные руки обвили талию девушки и крепко притянули ее к его телу.

Юри утонула в объятиях Лакиса. Их тела соприкасались, не оставляя пространства между ними.

Лакис уткнулся носом в шею и влажные волосы Юри, глубоко вдыхая ее сладкий запах, словно он пытался утолить свою жажду. И с каждым вдохом его сердце наполнялось теплом.

Юри вздрогнула, почувствовав теплое дыхание мужчины на своей шее. Чужие прикосновения и тепло, обволакивающее ее тело, были незнакомыми. Никто никогда не обнимал ее так. Никто, кроме Лакиса.

В объятиях Лакиса было тепло и уютно. Хотя это было странное и незнакомое чувство, она не могла назвать его неприятным.

Поэтому Юри еще крепче сжала его руку и позволила себе утонуть в его объятиях. Температура их тел была одинаковой. Лакис обнял ее еще крепче, желая удержать это тепло.

Его глаза из-под опущенных ресниц опасно заблестели.

Почему реакция девушки была такой яркой, когда она прикоснулась к нему? Это терзало его.

Он хотел знать больше. Жаждал узнать больше о девушке, которую держал в своих объятиях.

Ему было плевать, что странно желать этого по отношении к кому-то, кого он встретил совсем недавно. Лакис глубоко вздохнул, уткнувшись в шею девушки.

…Как он и думал, этого оказалось недостаточно. Но пока ему удавалось совладать со своими желаниями, хотя даже сам Лакис не мог сказать, надолго ли хватит его терпения.

* *

*Следующий день. Полдень*

Гилберт отпустил Юри на перерыв, поэтому сейчас она отдыхала, заняв один из столиков в кофейне с чашечкой крепкого кофе. Внезапно на нее нахлынули воспоминания о вчерашних объятиях с Лакисом.

“Так вот что называется “совместимостью тел”…” [1]

Конечно, она не имела в виду «страстный ярко-красный 19+», но все же это было лучшим описанием того, что Юри чувствовала, находясь рядом с Лакисом. С тех пор, как она впервые взяла Лакиса за руку, она не могла выкинуть это чувство из головы.

Она жаждала большего. До зуда на кончиках пальцев… Она желала прямо сейчас вернуться домой и схватить Лакиса за руку. Так что, хотя это и не совсем «совместимость тел», Юри чувствовала, что это было что-то очень похожее.

*Бам* *Бац*

— Кха-Кха!

*Звяк*

— Ах, горячо-горячо!

*Стук* *Треск*

*Звяк* *Стук*

Юри глубоко вздохнула, зная, что произойдет дальше, и тут же в кофейне поднялся переполох: посетители повернули головы в сторону шума, вытягивая шеи, желали увидеть побольше, хотя по сути ничего и не произошло. Один из посетителей, сидевших недалеко от девушки, смахнул со стола чашку и тарелку, кофе пролился и обжег ему, пока его визави не мог унять кашель, словно что-то попало ему в горло.

Равнодушный взгляд Юри переместился к барной стойке. Ну что ж. Работы у нее внезапно прибавилось.

— Я разберусь с этим. Юри? – сказал Гилберт, и почему-то он выглядел взволнованным.

— Да. Я приберусь здесь.

Потребовалось некоторое время, чтобы убрать разбитую чашку и вытереть со стола пролитый кофе.

— Юри!

Как только она закончила, девушку кто-то окликнул. Она сразу же узнала жемчужный голос Анны-Марии. И стоило Юри повернуть голову, как она увидела главную героиню, которая широко улыбалась, приветствуя девушку. Юри заговорила первая:

— Здравствуй, Анна-Мария. Немного поздно, но поздравляю тебя с днем ​рождения.

Вчера в суматохе у нее совсем не было времени, чтобы поздравить героиню с днем рождения. Их встреча в клинике не располагала для этого, поэтому она смогла поздравить Анну-Марию только сейчас, днем ​позже.

Анна-Мария застенчиво улыбнулась, приняв поздравления.

— Большое спасибо за цветы.

Ах, похоже, Гестия все же подарила цветы Анне-Марии. Юри отвергла благодарность.

— Это подарок от Гестии.

Конечно, это она подарила цветы Гестии, но именно Гестия подарила их Анне-Марии. Так что у самой Анны-Марии не было причин быть ей благодарной.

Однако, как ни странно, на лице Анны-Марии появилась очень теплая и добрая улыбка, когда она услышала ответ Юри:

— Ты очень мила, Юри.

— Правда?

Юри не нашла слов, чтобы ответить на столь неожиданный комплимент. Разве она сделала что-то для Анны-Марии, раз героиня сказала это? Или это потому, что иногда она делала им подарки?

Но даже если это так, Юри считала, что Анна-Мария была просто удивительной, раз смогла разглядеть в ней нежность. Но в следующий момент Анна-Мария заставила Юри удивиться еще больше.

— Это мелочь, в этом нет ничего особенного, но… я очень хочу подарить это тебе.

Анна-Мария достала небольшую коробочку, перевязанную лентой, из бумажного пакета и протянула ее Юри.

Девушка растерялась.

— Это был твой день рождения, а не мой, Анна-Мария, почему ты делаешь подарок мне?

— Вчера ты сделала мне такой замечательный подарок, Юри, поэтому я очень хочу отблагодарить тебя.

Затем, словно пытаясь пресечь любые возражения со стороны Юри, Анна-Мария яростно замотала головой, да так, что ее прекрасные волосы качнулись.

— Вчера ты привела ко мне Гестию.

Она говорила об этом так, словно это Юри накануне спасла девочку Гестию от столкновения с повозкой.

“Ну, главное - результат, хотя всю работу выполнил главный герой, Калиан Кроуфорд…”

— Честно говоря, ты много сделала для Гестии и меня лично, Юри, и я всегда хотела отплатить тебе за это. Я давно подготовила это, сразу после фестиваля, и наконец представился повод. Итак, эм…

Пара ясных зеленых глаз с мольбой смотрела прямо в глаза Юри.

— Ты примешь?..

Юри не могла отказаться от подарка после всего того, что сказала Анна-Мария.

— Спасибо. Я очень благодарна.

Когда Юри взяла небольшую коробочку в руки, глаза Анны-Марии радостно засияли. В этом мире, принимая подарок, вы должны открыть его перед дарившим, в тот момент, когда подарок оказался у вас в руках, но Юри не особо любила эту практику, учитывая, что ее реакции были довольно слабыми.

Но выбора у нее не было.

Юри открыла коробку, которую ей дала Анна-Мария. Внутри была белая лента для волос, украшенная камеей и кружевом. [2]

—Ты всегда завязываешь волосы в кафе, и я подумала, что эта лента будет хорошо смотреться в твоих волосах, поэтому и купила ее…

Анна-Мария нервно теребила пальцы, украдкой наблюдая за реакцией Юри.

Сноски:

[1] Это несколько теряется в переводе, но вот примерное значение: Два человека настолько сексуально совместимы, что их непреодолимо тянет друг к другу.

[2] Камея - резной полудрагоценный камень с выпуклым рельефным изображением