Тихий шёпот защекотал мои уши.

Неожиданно приблизившийся Лакис крепко держал меня. Его волосы, слегка прикрывавшие лоб, прямой нос и изящно изогнутые губы – я видела их так четко.

Его горло уже немного восстановилось, так что теперь он мог говорить кратко, не используя бумагу и записи. Конечно, в его голосе всё ещё чувствовалась некоторая грубость, поэтому слова обычно ограничивались такими ситуациями, когда он не мог воспользоваться ручкой и бумагой.

Лакис приобнял меня рукой и осторожно опустил на пол.

– Эм... спасибо.

По какой-то причине мне было немного неловко, но я сразу же поблагодарила мужчину.

Лакис посмотрел на меня с какой-то долей спокойствия, затем его глаза прищурились, и он слегка улыбнулся. Это была изумительная улыбка, способная очаровывать людей. Я почувствовала какую-то опасность, но не совсем ту, когда сражалась с ним несколько ночей назад.

Это чувство усилилось, когда Лакис начал приводить в порядок мои волосы, которые немного растрепались из-за произошедшего. Были ли это его глаза, смотрящие на меня сверху вниз, его руки, медленно перебирающие мои волосы, или даже его кадык над рубашкой, казалось, что абсолютно всё источало феромоны.

Когда наши взгляды встретились, мне вдруг пришла в голову мысль, которая совершенно не соответствовала ситуации.

„Если бы он так вёл себя с Анной-Марией в новелле, неужели Лакис Авалон не был бы главным мужским персонажем?.. “

Задумавшись, мне стало немного жаль этого сына соба... То есть грубияна Лакиса Авалона, который в новелле не знал любви.

Тук! Тук!

– Юри! – раздался голос за дверью.

Ко мне редко кто приходил рано утром. Но голос, который я услышала за дверью, показался мне знакомым.

Глаза Лакиса, будто похолодели на мгновение, когда он посмотрел на дверь. Мужчина быстро стёр эти эмоции со своего лица, но выражение глаз, казалось, показывало, что он был раздражен тем, что его потревожили. Однако вскоре он снова принял безобидный вид и сделал шаг назад.

Я сразу же направилась ко входу. Когда я открыла дверь, в комнату ворвался яркий утренний солнечный свет.

– Здравствуйте, Юри! Доброе утро!

В дверях стояла девочка в белом платье и с милой цветочной лентой в блестящих серебристых волосах.

Это была Гестия, которую я в последний раз видела на фестивале. Как и ожидалось, её очаровательные черты лица были точно такими же, как у старшей сестры. Однако Анна-Мария была немного более эмоциональной, в то время как Гестия была спокойной и зрелой, совсем не похожей на ребёнка.

– Привет. Вижу, ты рано встала, Гестия.

– Когда ты взрослый, то об утреннем сне можно и забыть.

Даже сейчас ответы Гестии были очень взрослыми. Но очевидно, что она всё больше походила на ребёнка, когда называла себя взрослой в её-то двенадцать лет.

Но если честно, я не ненавидела такого рода разговоры с этой маленькой девочкой.

– Не совсем. Не каждый взрослый пропускает утренний сон.

– Правда?

– Ага. Я, например, сплю, если мне никуда не нужно идти.

– Тогда я перефразирую. Я взрослая, не спавшая утром, так что для меня нормально вставать в такое время.

В конце концов я просто улыбнулась ей.

– Так что ты здесь делаешь так рано? – спросила я.

– У нас закончились яйца. Могу я одолжить у вас парочку?

Гестия пришла по поручению Анны-Марии. Это был уже не первый раз.

В отличие от меня, у которой был обычный рабочий день, Анна-Мария часто возвращалась домой поздно из-за дел в клинике. Поэтому, когда она не могла вечером сходить за продуктами, а на следующее утро чего-то не хватало, они приходили и брали у меня ингредиенты.

Наши отношения были не настолько плохими, чтобы я не могла одолжить им простые яйца. К тому же Анна-Мария обычно готовила для меня всякую вкуснятину, например, выпечку, как в прошлый раз.

Поэтому я не раздумывая кивнула Гестии.

– Проходи, сейчас принесу.

– Я тут постою.

– Я всё же настаиваю.

Сказав это, я вспомнила, что Лакис был внутри, и на мгновение опешила. Но оставить ребёнка одного на холодном утреннем воздухе я не могла.

– Ладно. Извините за вторжение.

Однако, когда я вошла в дом вместе с Гестией, на диване было пусто. Может быть, Лакис ушёл в ванную? В любом случае, это было к лучшему. Но когда я зашла в кухню за яйцами, моё внимание привлёк мужчина, стоявший ко мне спиной.

На мгновение я остановилась.

Вид злодея, держащего кастрюлю, и утреннее солнце хорошо сочетались друг с другом. Это совсем не казалось неуместным.

„Значит, он всё время был на кухне?.. “

Как ни странно, Лакис превратил мою знакомую маленькую кухню в некое священное место. На мужчине была белая рубашка, светлые волосы выглядели естественно растрепанными, а красивое лицо ярко сияло под солнечным светом.

„Минутку, почему он так сияет? “ подумала я слегка озадачено.

Лакис почувствовал моё присутствие, обернулся и тут же объяснил.

– Я почувствовал запах гари.

– Правда?..

Его физическое состояние, безусловно, было намного лучше, чем раньше, и на кухне он не выглядел неуютно. Когда я подошла, Лакис покачал головой, останавливая меня. Затем он слегка оттолкнул меня, как бы говоря, чтобы я предоставила это ему.

Поэтому я вышла из кухни с парой яиц, на мгновение почувствовав себя ошеломленной.

– Спасибо, Юри!

Я положила яйца в маленькую корзинку, чтобы они ненароком не разбились. Гестия низко поклонилась, поблагодарив меня. Когда я увидела её маленькую голову, мой рот непроизвольно открылся.

– Гестия, хочешь конфетку?

(п/п: у незнакомых тёть и дядь конфетки не берём! Даже шоколадку! С орешками!)

– !..

Как только я задала вопрос, атмосфера вокруг Гестии изменилась. Она зрело ответила:

– Если есть много конфет, то испортятся зубы. Тем более, я не ребенок, который любит конфеты.

– Тогда...

– Но отказываться от чьей-то доброты – плохо, поэтому я с радость возьму её! – продолжила Гестия умным голосом, не дав мне закончить предложение.

Что ж, я знала, что это произойдет, поэтому тихонько полезла в карман. У Гестии всё ещё было достойное выражение лица, как у не по годам развитого ребенка, но её глаза мерцали, когда она следила за моей рукой.

– Думаю, это всё, что есть.

Когда Гестия увидела мою руку, свет померк в её глазах.

Ах, теперь она разочарована. Если бы у Гестии были звериные уши, как у Лео, интересно, они бы опустились сейчас?..

– Спасибо, Юри.

Гестия быстро подавила своё разочарование и взяла конфету у меня из рук. Она была действительно воспитанным ребёнком. Я понятия не имела, была ли это заслуга её родителей или Анны-Марии.

– Хм, подожди. У меня в кармане есть ещё кое-что.

Я посмотрела на девочку и сделала вид, будто ищу, что спряталось от меня.

– Это твоя любимая, верно?

– !..

Глаза Гестии вновь загорелись. Честно говоря, я не хотела вести себя подобным образом, но мне хотелось увидеть её лицо. Хотя это плохая привычка. Анна-Мария несомненно была на первом месте, но, когда Гестия смотрела таким взглядом, они с Коко были похожи как две капли воды.

– Можешь взять две. Хорошего дня! - сказала я, гладя девочку по голове.

Гестия взяла конфету, и её лицо посветлело.

– И вам хорошего дня, Юри!

Наблюдая, как Гестия удаляется, я подумала, что завтра нужно ещё купить её любимых конфет.

„Ох, кухня! “

Потом я вспомнила о Лакисе, оставленного некоторое время назад, и обернулась.

***

Когда Юри вошла в кухню, она увидела, что Лакис находился у стола и ставил чашку с водой.

Поскольку сцена выглядела естественной, девушка снова сделала паузу, прежде чем пойти дальше.

– Это ты всё приготовил, Лакис?

На столе уже было готовое блюдо. Лакис спокойно кивнул в ответ. Ведомая его взглядом, девушка не раздумывая подошла к столу и села.

[Ешь, пока не остыло.]

Очевидно, для него продолжительная беседа была ещё невозможна. Лакис держал в руках бумагу, которую принес в какой-то момент. Похоже пока Юри болтала с Гестией, он записал необходимые слова.

Девушка посмотрела на блюдо.

Это, конечно, не та еда, которую она начинала готовить. Она выглядела совершенно иначе. То, что приготовил Лакис, выглядело точно так же, как еда из ресторанов.

Юри прислушалась к Лакису и попробовала блюдо. Она была очень удивлена.

Восхитительно. Нет, какой изысканный вкус.

„Странно, все ингредиенты были у меня дома? “

– Лакис, а ты хорош в готовке?

Это было слишком неожиданным, чтобы удивиться.

– Восхитительно! Так вкусно!

Лакис усмехнулся. Он был похож на довольного кота.