— Эм, а кто такие еретики?

Осторожно спросила Анна-Мария, которая тихо слушала дискуссию.

— То, что произошло в торговом центре, связано с теми, кого вы называете еретиками?

Анна-Мария интересовалась из любопытства, не зная, что человек, которого Калиан назвал «еретиком» и попытался заколоть не так давно, сидел прямо рядом с ней.

~

Очевидно, людей, изменённых фрагментом руин, не называли еретиками на юге, где раньше жила Анна-Мария. Опять же, даже в Карно, откуда я родом, таких подопытных, как я, называли «мутантами», а не «еретиками»...

Так что было вполне естественно, что в каждом регионе существовали различия в названиях.

Мне было немного интересно, как Кроуфорды определили бы «еретика», особенно учитывая, что я сама была одной из них.

Калиан выглядел несколько неуверенным, когда открыл рот, чтобы ответить на вопрос Анны-Марии.

— Это...

— Так называют тех, кто проклят, — перебил его Доминик.

Звон его винного бокала приглушённо прокатился по столовой, когда Доминик поставил его на стол.

Голос, в котором смешались сухость и холод, окутал столовую едва ощутимой мрачностью.

— Отец.

Калиан позвал Доминика низким голосом. По его холодному и суровому выражению лица было очевидно, что ему не понравились слова Доминика.

Я наблюдала за ними двумя, прищурившись.

— Проклятые... люди? — переспросила Анна-Мария, её голос прозвучал гораздо тише, чем прежде.

Она растерянно моргнула, словно услышала что-то неожиданное.

Слова, слетевшие с уст Доминика, так или иначе были связаны со сверхъестественным, так что неудивительно, что она была сбита с толку.

— Это относится к мутациям, которые начали появляться около 10 лет назад.

А затем Калиан недовольно, но не возмущаясь открыто, добавил объяснение:

— Называть это проклятием... это скорее образное выражение.

— Ну, это не совсем неправильно, не так ли? На Востоке так все это называют.

Доминик усмехнулся в ответ на слова Калиана.

Затем Анна-Мария снова спросила, на сей раз слегка смущённым тоном:

— Вы сказали про мутации... но какие именно?..

— У большинства из них омерзительная внешность, которая отличает их от нормальных людей, и не только это: они злые и агрессивные типы, которых необходимо изолировать.

Пока он говорил, Калиан казался каким-то более решительным, чем обычно.

«Так вот как они это описывают».

Я подцепила кусок мяса вилкой, поднесла ко рту и молча прожевала.

Калиан, казалось, подбирал несколько более мягкие формулировки, возможно, потому что находился в обществе Анны-Марии.

Конечно, назвать это изоляцией не совсем неправильно.

То, что делал Калиан, и было «изоляцией» еретиков от мира, навсегда.

Внезапно я вспомнила то, что Калиан сказал, когда я встретила его на невольничьем рынке некоторое время назад.

~

«Еретик должен быть немедленно уничтожен!»

~

И, говоря это, он безжалостно замахнулся мечом на Сирену, которая вообще ничего не сделала. Этот образ наложился на Калиана, сидящего прямо передо мной.

Мясо во рту мгновенно показалось мне немного противным.

Доминик и Калиан были Кроуфордами, а Кроуфорды были правителями Востока, так что было бы разумно сказать, что всё, что они здесь говорят, в некотором смысле представляет Восток.

Честно говоря, их мысли и политика в отношении еретиков были узколобыми.

Тот факт, что они определили их как тех, кого нужно изолировать, основываясь на их внешности, был нелепым, и то, что они определяли всех мутантов как злых и агрессивных, также было нелепо.

Было много хороших мутантов, вроде меня, так что не все они должны быть определены подобным образом.

Конечно, разница во внешности означала, что люди испытывали чувство отторжения, а некоторые мутанты обладали странными силами, выходящими за пределы человеческих возможностей, поэтому я понимала, что естественно быть настороже, но...

Всё же, эти ребята стали такими не потому, что хотели этого, поэтому было неправильно слепо дискриминировать их и убивать лишь за то, что они немного отличаются от обычных людей.

Честно говоря, я подумала, что явление трансформации, вызванное фрагментом руин, должно быть объявлено катастрофой. Особенно подопытных, которые были насильно превращены в мутантов из-за извращённой жадности людей, было бы правильнее называть жертвами.

Но, как бы то ни было, текущая ситуация напомнила мне средневековую охоту на ведьм.

Конечно... если другой мутант действительно был причастен к недавнему инциденту со взрывом, то на этот раз они, возможно, не невиновны.

— Понятно... эти люди – еретики, они настолько опасны?

Анна-Мария не была слишком осведомлена о ситуации на Востоке, поэтому почти ничего не говорила. Но выражение её лица казалось немного смущённым.

Заметив это, Калиан на мгновение замер. Его губы слегка приоткрылись, но он так ничего и не произнёс.

Я наблюдала, как Калиан опустил глаза, и на мгновение в них мелькнула странная слабая тень.

— Опасны, несомненно. Они ничем не отличаются от убийц.

Когда Калиан промолчал, Доминик, сидевший рядом с ним, взглянул на сына, прежде чем ответить.

— Разве я не прав, отец?

Доминик подтвердил слова Анны-Марии, а затем повернулся к Бастиану в поиске одобрения своих слов.

Так или иначе, его тон был немного странным, поэтому я тоже повернулась посмотреть на Бастиана. К удивлению, его лицо стало суровым, прямо как у Калиана.

— Подобные вещи не следует обсуждать за столом.

Бастиан прервал обсуждение голосом, таким же холодным и непреклонным, как и выражение его лица.

— К тому же, у нас гости.

Когда даже Бастиан стал серьёзным, атмосфера стала ещё более угнетающей, чем прежде.

«Эти Кроуфорды, их раньше ударил еретик, что ли?»

Чувствуя, что веду себя крайне подозрительно, я осушила стакан с водой, чтобы смочить горло.

— Похоже, большинство из нас уже закончили трапезу.

Тем не менее, улыбка моментально появилась на лице Бастиана, и он попытался разрядить атмосферу по-своему.

— Я велел шеф-повару приготовить для вас особенный торт. Прикажу подать его сейчас, чтобы вы могли попробовать.

— Я с нетерпением жду этого.

Я подыграла ему и положительно отреагировала на его слова.

— Приятно вот так посидеть и поужинать вместе. Компания определённо делает еду лучше.

— Вы правы, дедушка. Я тоже так думаю.

Анна-Мария тоже улыбнулась и согласилась с Бастианом.

— С тех пор как я стал стариком, живущим в затворничестве в дальней комнате, я застрял в этом душном особняке, где даже смотреть было не на что, и мне казалось, что жизнь потеряла свой вкус. И всё же, благодаря вам двоим, я определённо чувствую, что в эти дни живу как следует.

Произнёс Бастиан голосом, в котором чувствовалась искренность.

Его лицо было полно признательности, и во взгляде отразились очевидные следы течения времени. Возможно, он размышлял о только что произошедшем, потому что в его тусклых глазах мелькнула эмоция, похожая на сожаление.

— Я надеюсь, что смогу видеться с вами двумя как можно дольше.

— Но если мы долго будем подле вас, это же не к добру? Вам ведь нужно быстрее поправиться.

Услышав шутливый тон Анны-Марии, Бастиан рассмеялся и согласился с тем, что она права.

Тем временем, Доминик снова потягивал вино, сохраняя молчание, а взгляд Калиана стал мрачнее, и он переводил его с меня на Анну-Марию, но было невозможно понять, о чём он думал.

Так или иначе, атмосфера в столовой во второй половине ужина была гораздо более непринуждённой, чем в начале, так что я смогла хорошо провести время.

***

«В отличие от моих ожиданий, ничего особенного там не произошло», — равнодушно подумала я об этом и вышла из столовой.

Бастиан на протяжении всего ужина был взволнован и пил, даже несмотря на то, что окружающие пытались его остановить, так что в итоге он напился.

У Анны-Марии, сидевшей рядом со мной, было серьёзное выражение лица и, как его сиделка, она постоянно уговаривала его не пить слишком много, но он лишь смеялся, словно перед ним была его милая внучка, и утверждал, что всё в порядке.

В конце концов, он задремал прямо за столом, и его пришлось отнести в комнату с помощью слуг.

Вслед за ним Доминик также покинул столовую, сказав, что у него есть другие дела.

Когда он встал и взглянул на меня, я сначала подумала, что он собирается что-то сказать. Но он лишь пожелал нам хорошо провести время, затем развернулся и вышел за дверь. Учитывая, что он встал сразу после ухода Бастиана, я теперь была уверена, что он пришёл на сегодняшний ужин, чтобы проверить меня. Так или иначе, у меня было чувство, что он либо снова придёт ко мне, либо рано или поздно позовёт меня.

Однако я всё ещё не знала, что именно Бастиан пытался мне предложить. Когда Бастиан приоткрыл рот ранее, он определённо собирался заговорить об этом, но Калиан перебил его, хотя я не была уверена, намеренно это было или нет.

В любом случае, после того как Бастиан и Доминик по очереди покинули столовую, мы с Калианом и Анной-Марией остались в несколько неловкой и напряжённой атмосфере.

И как раз в тот момент, когда я подумала: «Я пробыла здесь достаточно долго для приличия», мы втроём встали, словно сговорившись заранее.

— Могу я ненадолго зайти к дедушке, проверить его состояние?

Возможно, в ней проснулся профессиональный долг сиделки, потому что Анна-Мария спросила об этом, как только вышла из столовой.

Её лицо было полно беспокойства.

— Конечно.

Калиан сразу согласился.

Лицо Анны-Марии просияло, и тогда, когда она уже собиралась уходить, она внезапно посмотрела на меня.

— Мисс Юри...

— Я подожду тебя у двери.

Поскольку я не была сиделкой, как Анна-Мария, мне не подобало входить в комнату Бастиана так поздно вечером, поэтому я решила просто подождать её у входной двери.

— Я быстро!

Анна-Мария выглядела обрадованной, когда я сказала, что подожду, вместо того чтобы идти домой первой.

Неужели она думала, что я оставлю её и уйду?

Мы всё равно шли в одном направлении, так что если бы я ушла одна, это было бы не очень красиво с моей стороны.

— Мисс Юри. Извините, но можно вас на секунду?

После того как Анна-Мария направилась к лестнице и звук её шагов стих, остались только мы с Калианом.

И тогда Калиан тихо спросил меня.

Я была немного озадачена, поскольку не знала, что он хочет мне сказать, и взглянула на его лицо.

Калиан смотрел на меня, и я всё ещё не могла понять, о чём он думает, по его взгляду. Он стоял спиной к свече на стене, и тени от неё делали его глаза почти чёрными, как смоль.

— Конечно, я не возражаю.

Поскольку я собиралась ждать Анну-Марию, мне всё равно было нечем заняться. И у меня не было причин игнорировать Калиана, когда он хотел о чём-то поговорить, поэтому я согласилась.

Кроме того, мне также было любопытно, что же он хочет мне сказать.

— Это ненадолго, так что мы можем поговорить по дороге, пока идём к входной двери.

И так мы с Калианом пошли по тихому коридору, и больше никто не проходил мимо.