***

Солнечный свет струился через высокие окна резиденции, заливая зал мягким золотым сиянием. Далия, дочь графа Сенешаля, стояла возле массивного каменного столба, обхватив руками прохладный камень. Она смотрела на оживлённый двор за окном, где солдаты тренировались под строгим взглядом капитана паладинов. Её мысли были рассеяны, как лёгкий ветерок, гуляющий по залу.

Внезапно ей стало душно. Сердце заколотилось в груди, и лёгкая дрожь прошла по телу. Далия прижала ладонь ко лбу, чувствуя странное тепло, будто внутри неё что-то оживало, заставляя мир вокруг казаться слишком ярким, слишком насыщенным.

— Леди Далия, вы в порядке? — Голос прозвучал неожиданно.

Она обернулась и увидела самого Иззекиля, стоявшего в нескольких шагах от неё. Его строгий взгляд смягчился, когда он заметил её бледное лицо. Он был высоким, его серебристые доспехи сияли так ярко, что, казалось, отражали каждый луч света.

— Да, капитан Иззекиль. Просто немного… устала, — ответила она, пытаясь выпрямиться.

Он нахмурился, изучая её лицо.

— Вы выглядите так, будто вам нужен отдых, — заметил он, но в его голосе звучала не строгость, а забота. — Возможно, вы перенапряглись.

— Нет, всё в порядке, — заверила Далия, но её голос был чуть слабее, чем она бы хотела.

Однако в этот момент она снова почувствовала это странное тепло. Оно распространялось от груди, словно что-то внутри неё пыталось пробудиться. Казалось, что сама земля под её ногами откликалась на это ощущение, и свет вокруг неё стал будто мягче, ласковее.

Иззекиль нахмурился ещё сильнее. Его взгляд задержался на ней чуть дольше, чем требовалось.

— Странно… — пробормотал он. — Свет в этом зале никогда не менялся раньше.

Далия посмотрела на него, не понимая, о чём он говорит. Она попыталась было ответить, но почувствовала, как лёгкая головокружение накрыло её.

— Простите… — прошептала она, прижимая руку к груди.

Иззекиль мгновенно оказался рядом, подхватывая её, чтобы она не упала. Его руки были крепкими,

Иззекиль осторожно поддерживал Далию, пока они пересекали просторный зал, шаги их эхом разносились под сводами. Она не возражала, слишком уставшая, чтобы сопротивляться, и слишком смущённая, чтобы смотреть ему в глаза.

Когда они подошли к её комнате, Далия заметила, как стражи, стоявшие у дверей, переглянулись, явно удивлённые тем, что капитан паладинов сам привёл её. Один из них открыл дверь, и Иззекиль ввёл её внутрь, аккуратно усаживая на мягкое кресло у окна.

— Я позову целителя, — сказал он, выпрямляясь, но его взгляд оставался прикован к её лицу.

— Не нужно, — быстро возразила она, снова пытаясь обрести контроль над голосом. — Это просто усталость.

Иззекиль остался стоять, будто его что-то удерживало. Его глаза задержались на её руках, которые она сжала на коленях.

— Это не обычная усталость, леди Далия, — наконец произнёс он тихо, но твёрдо. — Что-то происходит.

Она отвела взгляд, чувствуя, как странное тепло снова разливается внутри неё, на этот раз сильнее. Ей стало тяжело дышать, но это не было болью — это было что-то другое, что-то глубокое, будто скрытая сила пыталась прорваться наружу.

— Я… я не знаю, — наконец выдохнула она.

Иззекиль медленно подошёл ближе, опустившись на одно колено перед креслом. Его рука слегка коснулась её запястья, и в этот момент она увидела, как его лицо изменилось. Лёгкая тень удивления проскользнула по его чертам, и его глаза на мгновение расширились.

— Это невозможно… — пробормотал он почти неслышно.

— Что? — спросила Далия, чувствуя, как сердце снова начинает колотиться.

Он медленно убрал руку, но не отрывал от неё взгляда.

— Вы... особенная, леди Далия, — сказал он тихо, но в его голосе было больше, чем простое уважение. Там была смесь изумления и осторожности. — Это не просто усталость или слабость.

Она попыталась возразить, но внезапно в комнате что-то изменилось. Луч света, пробивавшийся через окно, стал ярче, будто солнце на мгновение приблизилось к земле. Окружающие тени отступили, оставив ощущение чего-то чистого и ясного.

Иззекиль мгновенно поднялся, его рука легла на рукоять меча, как будто он инстинктивно пытался защитить её. Но в комнате не было врагов — только это странное, непостижимое сияние.

Далия прижала руки к груди, чувствуя, как тепло внутри неё достигло пика.

— Я не понимаю… — прошептала она.

Иззекиль молчал. Он смотрел на неё так, словно видел что-то, чего она сама не могла понять. Его голос, когда он наконец заговорил, был полон напряжения:

— Возможно, вам стоит остаться здесь под моим присмотром. На всякий случай.

Она хотела возразить, но почувствовала, что в его словах было что-то правильное. Сила, просыпающаяся внутри неё, пугала и её саму.