До того, как пришла новая богиня Хачикудзи Маёй, в Северном храме белой змеи обитала Сэнгоку Надэко — то есть, я.

Я. Я!

Но тут мне нечем гордиться — я вела себя совсем не как подобает божеству.

Ну, я только недавно перешла в третий класс средней школы (лишь формально, на церемонии меня не было), стала выше, и даже грудь вдруг стала больше, но по-прежнему не могу ни гордиться этим, ни вспоминать с нежностью.

До сих пор, когда вспоминаю, что творилось тогда, стыд сковывает меня железными тисками.

Словно ловлю взгляд готовой кинуться на меня змеи.

Начинает трясти.

Тем не менее я не настолько безнадежна, чтобы и мысли никакой не оставить об этом храме и о своей замене. Эта новая богиня, которая сменила меня, то есть, переняла храм в полнейшем хаосе, которую, по существу, заставили принять мои чудовищные долги — я переживаю за неё и чувствую свою вину.

Похоже, всё возвращается к улиткам.

Думаю, между змеями и улитками такая же разница, как между фламенко и хула[✱]Гавайский танец., но эти животные уже давно связаны в поверье:

Лягушки боятся змей, змеи боятся слизней, а слизни — лягушек. То есть улитки, близкие родственники слизней, могут пренебречь опасностью змей.

Вы, наверное, уже готовы сказать: «Круто» и думать, что научились чему-то новому, но в прошлом году все мои сто тысяч волос на голове превратились в змей, и я совсем не думаю, что это поверье работает.

Всё-таки змеи едят слизней. И улиток тоже.

Змеи их хватают, разгрызают и проглатывают.

В горах даже живут змеи, которые едят только улиток, — улиткоеды ивасаки. Змеи, похоже, спокойно закусят и лягушками, и слизнями, и улитками.

Хотя это не совсем та причина, по которой я чуть волнуюсь, чуть переживаю о том, сможет ли Хачикудзи Маёй-тян принять ту ответственность, которую я бросила.

Я была так охвачена своими проблемами, что спокойно дала всем шансам проскользнуть мимо, постоянно откладывала на потом, но теперь, когда пепел осел на моей неудачной первой любви, похоже, наконец пришло время.

Я должна оставить Коёми-сана в прошлом.

Пришло время оставить божественность.

Если я не сделаю этого, то уже не смогу оставить среднюю школу.