"...смогли скопировать сознание. На основе этого они построят полноценный ИИ к 2021 году".

В апреле Тайлер Джонс - генеральный директор "Knife" - уже произвёл революцию на рынке VR шлемов, создав устройство полного погружения. О чём наша газета писала ранее.

По информации анонимного источника, Ричард Рейц, который работал со скандально известным Ларри Уортоном, готовит своего робота к первым испытаниям.

Хочу заметить, что в A-3002 уже нет человеческого мозга, а его место занимают блоки памяти суммарным объёмом в один петабайт. На жёстких дисках находится скопированное человеческое сознание. Мировое научное сооб… "

Тишину газеты разрушил звонок дискового телефона. Салли откинул газету и громкими шагами пересёк комнату забитую шкафами полными книг.

"Ну почему я не поставил его ближе?!" - зудило в мозгу у старика, когда тот добрался до тумбы с бренчащим телефоном.

Громкий заголовок "Живые роботы становятся реальностью" ожидающе смотрел на громоздкую спину старика. Она кишела родинками и растяжками.

"Как же он меня бесит!" - вырвалось в голове, когда грубая рука поднесла трубку к уху. Очки вновь скользнули на кончик носа, но Салли от радости задрал голову вверх, громко крича сквозь смех:

- Чёрт тебя дери, Мишель!

- Как поживаешь, старый друг? - бодрый голос хрипел из динамика.

"Одиссея" мысленно фырчала с верхней полки на тучного человека в одной лишь майке и трусах-парашютах. Если бы книга могла говорить, то сказала: "Какого хрена ты меня разбудил?! Ладно ещё телефон. Но ты-то чего орёшь?!"

Салли пододвинул табурет с мягкой сидушкой и присел. Взгляд с повседневным прищуром не знал за что зацепиться. Тупая улыбка сияла, как лампочка.

- Уже целую неделю ты мне не звонил. Если бы не эта сучка Жанна, то было бы всё прекрасно. Ты же сам знаешь, что эта подстилка сделала. Я обязательно должен вернуть всё, что она украла, - дед взволнованно тараторил уже без намёка на улыбку, посматривая на дальний шкаф под широкой самодельной лестницей. Лицо сделалось хмурым, густые брови злобно сводились вместе.

Бармен улавливал ключевые слова и после недолгого молчания серьёзно ответил:

- Мы уже обсуждали эту тему. Жанна со своими ублюдками получат по заслугам. Давай лучше к делу, - на несколько секунд речь прервалась. Из трубки приглушённо послышался женский голос.

"Вот даёт. Уже третья баба за полгода", - Салли почесал затылок свободной рукой, а Мишель продолжил:

- Моя книга дошла до тебя?

Старик развернулся и посмотрел на захламленный стол. Глаза сразу упали на газету, потом перешли к куче тетрадок учёта литературы и только тогда вернулись к бежевой коробке телефона.

- Мальчик не донёс книгу. Он даже себя не донёс, а тут ты о книге говоришь. И ты ещё хочешь, чтобы паренёк пошёл за моими деньгами. Да он же больше похож на грушу для битья, чем на бойца, - Салли быстро набрал воздух в грудь и продолжил:

-Если не Влад, то не было бы у меня новенького сборничка от тебя. Не переживай, этот разбойник и книгу, и парня передал. Ты-то как пожи… , - речь вновь торопливая.

Эта сучка подруга Влада, но, чёрт, почему он её не остановил. "Он же знает, что я обязательно убью её", - Салли почесал волосатую грудь.

-Понял, понял. Но парень смог завалить Безумного Джека, а это о многом говорит. В общем, решай сам. Приятного тебе дня, дружище, - прервал речь Мишель и положил трубку.

Салли с грохотом ударил трубку о подставку телефона. "Всё бабы виноваты. Раньше же могли по полчаса болтать, не то что теперь", - тоска завоёвывала мысли, но вновь этот шкаф под лестницей мозолил глаза.

В голове всплыл тот роковой день, а за ним прошлая суббота. Тогда и пришёл Влад с парнишкой. Ни имени, ничего не сказал. А как же. Дождешься от него.

"Максимум, что я поручу мальчишке, так это уборку", - взгляд с болью скользнул по чуть пыльному и местами грязному полу, а затем устремился на пыльный корешок "Жребия Салема".

Месяца три тут никто не убирался.

Старик сидел неподвижно; локоть больно упирался в столешенку тумбы. Рядом на телефонном справочнике лежала гора визиток. Пиком была записка корявым почерком: "Полевой врач Боб. Отдать пятнашку. Через полмесяца".

Влад даже не предупредил о нападении. Конечно, он не мудак, но он точно должен был знать, что замышляла Жанна. И всё молчал. Придурок.

Салли сплюнул. "Надо поменять повязки мальчику", -  с этой мыслью старик встал с тяжёлым вздохом.

Спина уже никакая. Хоть мир цифровой, а колени болят как в реальности. Ноги грузно и без спешки зашаркали изрядно потрёпанными тапками в широкий промежуток между шкафами.

На одной стенке кто-то ещё в прошлом месяце выцырапал сердечко, но Салли не обращал внимания. Он только поправил очки и что-то бормотал под нос.

Уже как неделю он так ходил, а шептал всегда одни и те же:  "ну почему я не послушал Ми? Сейчас бы было бы всё хорошо…" и ещё много ругательств в сторону разбойников.

Было жарко. Уже три дня стояло пекло. Даже открытые окна не спасали. Хотя они и от шума выручали так себе. Надо менять окна.

Старческий взгляд упал на деревянную раму и стекло в пятнах. "Надо менять", - обратился Салли к окну и открыл дверь. В подъезде царила прохлада.

Такая лёгкая и живительная прохлада, словно глоток холодной воды. Тут уже стояли пластиковые окна. Слава богу, что в подъезде их не так много пришлось менять.

Старик смахнул крупной ладонью пот со лба. Салли поднимался по главной лестнице на пятый этаж. Там был жилой сектор - и комнаты на четыре человека, и для одного. Кому как удобней.

"Как же хорошо, что меня Рик выручил. Сейчас бы точно голодал", - нос на секунду пробило, и Салли одновременно с мыслями понял, что нужно сменить одежду. Вся пропахла рыбой и едким потом. Зато точно на месяц ещё хватит провианта.

Грузные ноги громко ступали по бетонным ступеням.

"Нужно что-то решать с этой сучкой. Только месяц у меня, а там надо будет снова закупаться. Ладно с этим докторишкой. Смогу договориться, но еда...Без неё никак", - тревожные мысли остановила болотная дверь без ручки.

Салли толкнул от себя эту мисс Я-такая-незаметная-на-фоне-стен. В коридоре было спёрто, но горло, на удивление, не сдавливало. Старик натужно дышал.

"Нужно хоть спортом заняться", - одна рука лежала на бешеном сердце, а вторая скользила по неровной кирпичной стене.

Вторая дверь. Салли вновь поправил очки, те вновь упали в свои законные места.

Самодельная деревянная дверь лишь прискрипнула. На железной больничной кровати лежал дрищавый паренёк. Весь в бинтах. На носу тоже была повязка. Лоб блестел от пота. Местами жёлтая простыня прятала чудом уцелевший пах и страшные ноги.

Только сейчас (а прошло уже три дня, как Влад принёс его) Салли заметил на шее уродливую русскую "Х". Лицо перекосило на миг.

"Как он, вообще, выжил?!" - прошумело в голове, когда старик стал снимать повязку на болезненной правой руке. Её хозяин застонал и приоткрыл глаза.

В голове Салли пролетели две мысли: "Этот хрен очнулся!" и "Теперь хоть всё встаёт на свои места".

Однако третья мыслишка боролась за своё существование: "Возможно, он справится с моей просьбой. Хотя, может, ему дико повезло?"

Парень тупо смотрел в потолок и стонал от ноющей боли. Она разливалась по всему телу - от сломанного в труху носа  и до пальцев ног без ногтей.

- С тебя история, - старик быстро убрал повязку с правой руки и бросил грязные бинты в дальний угол комнаты.

Парень лишь корчился, от чего стонал ещё больше. Нос гудел от боли.

Дверца прикроватной тумбы скрипнула. Там лежало ещё три пачки марли, а на самой тумбе ждали своей очереди толстый блокнот с ручкой и перекись водорода.

- Воды, тс-с-с, - незнакомец поморщился, когда Салли стал поливать глубокие порезы перекисью и быстро бормотать.

- Ты там в бреду про операцию какую-то говорил, помнишь? - серьёзные карие глаза смотрели на раны. Руки сосредоточено бинтовали руку.

"Как там тот мужик показывал? Сначала вокруг запястья, а потом уже…" - руки всё бинтовали. Туго бинтовали.

Так что парень морщился и чуть не кричал своим хриплым басом.

- Воды-ы-ы-ы! - протянул он и закашлялся. Старик аккуратно завязал бинт на бантик, говоря только: "терпи".

- В общем, сейчас за водой вернусь, и ты мне расскажешь, что с тобой случилось. Хотя я уже догадываюсь, - протараторил Салли и исчез за дверью.

"Да кто он такой? Как он смог выжить у Хаифа? Ладно ещё Влад - не лыком шит. Но этот дохляк?... " - в соседней комнате стояла духота и мерное гудение холодильников. Пальцы слипались друг с другом от пота.

"Может, его хоть в тир сводить? Да ну", - дед махнул свободной рукой и закрыл кран. Холодная вода почти достигала краёв эмалированной кружки.

Старик аккуратно и медленно шёл к пареньку. Как только прохладная кружка оказалась в руках больного, а тот уже присел на кровати, то в комнате воцарилась следующая картина.

Бледный парень весь в бинтах сидел на кровати и жадно пил. Часть воды стекала с уголков губ и большими каплями уходила прямиком до перевязанной груди и подушки. Всё мокрое.

"Теперь точно бинты менять. Это уже после обеда", - Салли сидел рядом с кроватью на твёрдом стуле и держал тот самый блокнот.

-Так как тебя зовут, сынок? - деловито начал он, когда парень с грохотом поставил на тумбу пустую тару и вытер губы рукой.

- Я не помню, - более живо сказал тот, медленно опуская ноющие руки.

- Будешь Томом у меня, - Салли так и начеркал на пустой странице в середине блокнота.

- Хорошо, но где я? - тихо спросил больной. Он уже сложил сложил руки на груди, но быстро понял, что так больнее всего.

- Ты в моей библиотеке-приюте, - старик сказал это медленно, но затем раздражённо выпалил:

- Ну положи ты руки на кровать. Вижу же, что корчишься, - глубокий вдох и выдох. Уже более миролюбиво сказал Салли. - А теперь ответь мне на вопрос.

- Извините, - промямлил Том, хотя в его глазах виднелась радость. Еле слышно парень сказал. - Я всё-таки добрался.

Ручка была наготове. В любой момент старик мог начеркать предложение, но он вновь глянул на измождённое тело новоприбывшего бродяги.

- Как ты выжил у этого садиста? Мне Влад ничего не сказал. Только то, что он у тебя в долгу. Там ещё был медик полевой. Джордж вроде, - старик почесал затылок ручкой и вновь затараторил. - Нет, его Бобом звали. Так вот. Мы до полуночи с тобой возились. Особенно этот чёртов нос. Рассказывай уже историю.

Салли уже приготовился писать. В груди всё забылось, бабочки заставили напрочь выкинуть из головы эту духоту и сучку Жанну. Руки потрясывало от возбуждения.

- Я бы сначала поел, а пото… - Тома прервала быстрая очередь слов.

- Давай хоть начало истории, а потом уже жратва, - старик говорил громче, а голос его был тоньше. Одна нога дрожала от волнения.

- Хорошо, - парень глубоко вздохнул и слегка погладил живот.

Прошла секунда, вторая, третья. Салли успел проверить ручку на краю листа и почесать нос. "Чего молчишь? Не томи", - подумал старик, но лишь напряжённо взглянул на Тома.

Тот переменился в лице. Все жилки напряглись, а глаза бегали туда-сюда, парень тяжело дышал. Ещё секунда, и он удивлённо выдал:

- Стоп, а о каком садисте вы говорите? - за этим последовал громогласный вопль толстяка.

- Ты совсем дурак?! Ясен хрен, о Хаифе! Он же тебе и это клеймо выжег, и покоробил знатно. Все в округе знают, что Хаиф погубил не один десяток человек и лучше с ним не связываться, - на этот раз старик говорил хоть и раздражённо, но более-менее внятно. Прищуренный взгляд осуждал и готов был метать и рвать всё, но нужно держаться.

"Он же твой пациент. Он твой гость, в конце-концов. Ты дал клятву, помнишь?" - мысль благоразумия вышла одновременно с глубоким выдохом и вдохом.

- Мне про Хаифа говорил только продавец яблок. Он попросил меня… - Том впервые замялся и отвёл глаза в потолок.

- Давай не будем об этом безумце, хорошо? Ты жив, и это главное, - на этот раз Салли говорил ободряюще, по-дедовски добро, положив взмокшую от духоты руку с "пером" на плечо парню.

Тот поморщился, и рука ушла вместе с извинениями.

- Всё началось в субботу утром, - начал Том, потирая ладони от нечего делать, однако его лицо вновь напряглось. - Я проснулся с ужасной болью и только через несколько минут вспомнил, где оказался.

Салли начеркал пару предложений и вопросительно с нетерпением глянул на рассказчика. Тот уловил на себе немой вопрос "И где же?".

Закрытое досками окно пропускало через щели крупицы тёплого света. Солнце жарило пуще настоящего.

- Я был у Мишеля. Ну, и спустился к нему. А там позавтра…- заключённый не успел закончить предложение, как старик вставил свою очередь слов.

- Давай подробности. Ты просто проснулся и пошёл или что-то сделал перед этим? О чём ты думал, когда проснулся? А как выглядела комната, как тебе в ней чувствовалось? Не таи, - Салли всё говорил, смотря то на собеседника, то на окно.

"Только полдень, а уже такое пекло", - старика вновь перебила очередная струя пота. Она и вернула полное осязание реальности.

- Да что рассказывать. Как только проснулся, то подумал, что всё, что произошло - это кошмар. И я сейчас в своей квартире. Но как увидел письмо Роберта, то понял, что это не так, - Том снова поморщился и встрепенулся, тихо простонав от тупой боли.

- Роберт это же… - Салли гладил свободной рукой висок и зажмурился. "Никак не могу вспомнить", - пронеслось в голове.

- ... друг Мишеля, если я ничего не путаю, да? Что за письмо? - выдал вскоре старик. Он насидал с вопросами, скребя ручкой по листу. Уже полстраницы исписал.

- Вы правы насчёт Роберта. А в письме, - Том громко сглотнул и продолжил, чуть погодя. Глаза смотрели в повидавшую жизнь жёлтую стену напротив кровати. Краска вся облупилась.

- Роберт поблагодарил меня за то, что я, ну, - парень вновь сглотнул и через миг продолжил, - вернул его деньги. А ещё там были его воспоминания о жизни до заключения. Он рассказывал, что у него была добрая жена и двое детей, а ещё он был учителем химии в старшей школе.

Последние слова вышли скомканными. Салли чувствовал, что парень готов расплакаться. Не впервой было видеть истерики.

- Если хочешь, то поплач. В этом нет ничего зазорного, - старик уже не смотрел на свои каракули. Его глаза отражали слёзное лицо Тома. Растярнность и горечь читались на лбу собеседника.

- Вот вы же помните своё прошлое, и Роберт помнит, все помнят, а я… - парень обратился полным мальчишкой, которого уже потрепала судьба. - А я не помню ничего…

Раздался плачь. Пронзительный и горький. Громкий и тоскливый.

Старик вдруг вспомнил тот старый госпиталь во Вьетнаме. "Стояла та же жара, и я так же ревел", - к горлу подкатил ком. "Нет! Это было давно. Незачем вспоминать это", - возразил Салли сам себе и усилием воли проглотил комок отчаяния и тоски по матери. В тот день её не стало.

Старик встрепенулся и обильно сплюнул себе под ноги, а затем положил блокнот. Когда Салли вставал, то сильно кряхтел. Годы уже не те. А ещё жара.

- Иногда лучше забыть своё прошлое. Поверь мне, - изрезанное морщинами и складками дедовское лицо страшно нависло над Томом. - Сейчас принесу уху, а потом тебе надо поспать.

Старик вновь говорил мягко. Его собеседник вытер слёзы и серьёзно посмотрел на своего спасителя.

- А как же рассказ? Я же не закончил начало? Мне нечем отплатить, поэтому я обязан его закончить, - голос был тихим, но строгим. Мужским.

- Потом. Ещё вся жизнь впереди, - с этими торопливыми словами Салли исчез за дверью и медленно пошёл по жаркому сухому коридору.

Пот точил его самообладание. "Хочу прыгнуть в бассейн с ледяной водой", - эта мысль терзала старика.

Когда он зашёл в душную кухню-столовую, то сразу же направился к одному из холодильников. Белая дверца отворилась, и прохлада вновь обволокла Салли.

Сначала пронеслось "как же хорошо", затем большие руки вытерли пот об майку и взяли кастрюлю вчерашнего супа.

Уже у плиты Салли подумал: "Тому много пришлось пережить, а он ещё такой молодой". Затем помешал похлёбку и посмотрел с печалью на место, где ещё позавчера стояли четыре микроволновки.

"Просрал я отличную вещь. Зато вон макарон тьма. На всех хватит", - прищуренные глаза взглянули на унылую, разбухшую в рыбном бульоне вермишель.

Пока уха разогревалась, Салли открыл полупустой шкаф с пачками макарон и взял пару одинаковых часов. Кожаные ремешки, тихое тиканье и красные стрелки на чёрном циферблате.

"Ну вот, вновь достаю эти часики. А сколько ж сейчас времени?" - быстрый взгляд на настенный квадратный циферблат. Стрелки стояли.

"Точно. Батарейки надо сюда вставить", - грубая ладонь шлепнулась о невозмутимое лицо. "А ладно, пусть будет…" - старик глянул на маленькие стрелки в циферблатах: - "...пятнадцать минут первого", - после настройки двое часов плотно сели на правую руку.

Суп закипал, и дед метнулся к нему, попутно взяв поварёшку.

***

Том жадно доедал последний кусочек безымянной рыбы. Всё, что сказал парень, когда Салли принёс обед, так это: "Спасибо за еду".

"Спасибо за еду, спасибо за еду… Чего мне твоё спасибо. Лучше бы историю рассказал дальше", - старик сидел рядом и вертел стрелки часов, смотря на отблеск жёлтого света лампочки от стекла.

"Хотя что-то я раскатал губу. Мальчик то весь побитый, изнемождённый… " - Салли снял первые часы и положил их на тумбу. Туда же с бренчанием ложки взгромоздилась пустая алюминиевая тарелка.

- Спасибо вам огромное, так вкусно, - выдавил парень, вытирая губы забинтованным запястьем. Он немного помолчал и вновь сказал:

- Я вспомнил, что на завтрак была тогда яичница.

Салли чертыхнулся и вновь открыл блокнот.

- Что ещё? Давай! Говори, я всё пишу, - торопился он, выводя букву за букву. Голос подрагивал от любопытства.

- Ммм… - Том тёр виски и зажмурился, а затем выдал. - Помню ещё, как на меня этот поп толстый смотрел. Брр, - по телу пробежали мурашки.

- Он до сих пор там? - с круглыми глазами громко буркнул под нос Салли, записывая с новой строки. - Он же говорил ещё полгода назад, что поедет миссионером на остров Изгоев. Вот даёт, - старик поставил точку и усмехнулся из-под блокнота.

Повисло напряжённое молчание. Секунда. Вторая. Старик уже открыл рот, чтобы спросить: "Есть ещё что-нибудь", но Том его прервал.

- А ещё я заметил несколько молочных пятен на манжете у Мишеля. Даже не знаю, откуда они, - морщинистое лицо сразу расплылось в улыбке, а голубые глаза Тома недоумевали.

- Надеюсь у Ми всё хорошо с новой пассией, - старик вдохнул и продолжил. - А теперь тебе надо поспать. Потом сменю повязки. И вот ещё…

Парень всем своим видом хотел что-то сказать, но Салли кивнул, встав со стула. Теперь большое, мощное тело вновь нависало над больным щеночком.

- А как же рассказ? Надо же ещё подождать, чтобы еда переварилась, - тихо заполнил пустоту Том, поглядывая то на щель в двери, то на волосатую грудь спасителя.

- Если станет плохо, то дам тебе Бисмол. Так вот, - Салли положил палец на кнопку, что была на боку его часов, - нажмёшь на неё, и по другим часам пробежит вибрация. В общем, когда проснёшься, то позовёшь так меня. А ещё туалет в конце коридора.

Старик торопливо вышел с пустой тарелкой, оставив Тома наедине с причудливыми часами.

"Он вроде безобидный. Но на всякий случай надо сводить в тир. Всё-таки Мишель не может ошибаться", - думалось старику, когда он отмывал вчерашние чашки под прохладной водой.