Я был поражён, получив лук превосходного качества, да еще и с таким громким названием. Однако я решил сосредоточиться на огнестрельном оружии, так как для современного человека оно удобнее и эффективнее. Поэтому я испытывал смешанные чувства: с одной стороны, я был рад получить такой ценный подарок, а с другой — сомневался в целесообразности использования лука в своей тактике боя.

Единственное преимущество, которое приходит мне на ум, — это низкая стоимость боеприпасов по сравнению с огнестрелом и бесшумность. Но я уже потратил много времени на освоение копья и огнестрельного оружия. Есть ли смысл тратить ещё больше опыта на стрельбу из лука? Ну и морока. Почему мне не достался его пулемёт или штурмовая винтовка? Бессмысленно задавать такие вопросы, ведь ответа на них все равно не получить.

После долгих раздумий о преимуществах и недостатках каждого стиля боя я так и не смог сделать однозначный выбор. В любом случае теперь у меня есть одна особенная стрела. Если она обладает такой же мощью, как в фильмах, то я не завидую монстру, в которого она попадёт. Лучше приберечь её.

Итак, предположим, я оставлю лук до тех пор, пока не использую стрелу. Может быть, потом стоит подарить его Илинарет. Она отличная лучница, её стрелы еще и самонаводящиеся. Она точно найдёт ему применение. Кроме того, отдать такой хороший предмет почти не ударит по моему карману. Рецепты лука и стрелы уже добавлены в мою панель крафта.

Воссоздать составной блочный лук несложно, он сделан из металла и стекловолокна. Может понадобиться изучить некоторые технологии, но возможно, в будущем я смогу создать его копию. Этот лук, конечно, не будет таким мощным как оригинал, но используй я более редкие материалы, смог бы улучшить его.

Погруженный в свои мысли, я ещё долго взвешивал все «за» и «против». Дарить ли мне этот лук эльфийке? С одной стороны, она раскроет весь его потенциал. Но с другой… Современный блочный лук — это мощное оружие, и его использование может приблизить эльфов к их цели — истреблению человечества. Хотя, возможно, у них недостаточно знаний и технологий, чтобы воссоздать механизм, но магия, скорее всего, поможет им в этом.

Я решил спрятать лук, чтобы никто, особенно эльфы, не увидели его. Он останется в моём инвентаре вместе с разрывной стрелой. Теперь передо мной стоит задача распределить 10 свободных очков характеристик. Я думаю, что стоит увеличить восприятие, так как оно неоднократно спасало меня в прошлом. Моя сила, ловкость и выносливость уже достигли высоких значений, и я не могу представить, насколько улучшится моё восприятие, если я вложу в него 10 очков сразу.

Кроме того, мой класс теперь требует от меня ещё большей осторожности. Благодаря моей особенности «Золотые руки» я получаю +1 очко к ловкости с каждым повышением уровня. Выносливость мне также помогает разогнать медальон. Было бы здорово вложить всё в силу и попытаться вырвать дерево с корнем, но я предпочитаю поступать так, как считаю нужным.

Это было подобно настоящему чуду. Раньше я думал, что мои чувства обострились после первой прокачки, но теперь я понимаю, это было лишь началом пути. Сейчас мои ощущения просто несравнимы с тем, что было прежде.

Звуки, словно волны, захлестывают меня, наполняя мир множеством оттенков – шорох листьев под ногами, шелест ветра в кронах деревьев. Запахи, которые раньше были едва уловимы, теперь взрываются в моём сознании ароматными нотками, каждая из которых кажется новой и незнакомой. Моё зрение стало настолько острым, что я вижу даже самые мелкие детали на огромном для обычного человека расстоянии.

Прокачав навыки восприятия, я научился мгновенно реагировать на любые изменения в окружающей среде, и это приносит мне невероятное удовлетворение. Кто-то может подумать, что такие мощные чувства – это проклятие, но я легко могу приглушить их, активируя только тогда, когда это необходимо. Это удивительно удобно и логично, ведь настоящие герои всегда держат свою силу под контролем, а не разрушают всё вокруг.

Довольный, как слон, я завалился в постель. День выдался долгим, и я надеялся, что усталость наконец заглушит кошмары. Закрыл глаза – и сразу почувствовал, что что-то не так. Воздух стал густым, липким, с привкусом меди на языке. Я открыл глаза – и алый свет резанул по зрачкам. Лес. Опять этот проклятый лес.

Он ждал.

Деревья стояли неестественно близко, их ветви сплетались в паутину, будто пытаясь поймать меня. Тени шевелились без ветра, а земля под ногами дышала – тёплая, живая. Я знал, что будет дальше. Но не мог проснуться.

— Алтарь...

Голос всколыхнул сознание, как камень, брошенный в чёрную воду. Женский. Знакомый. Но чей?

— Найди мой ал...

Фраза рассыпалась в статичный шёпот. В висках застучало, сердце рвалось из груди. Я попытался шагнуть – и ноги провалились в землю, словно в трясину.

Тени ожили.

Из тьмы поползли воспоминания – мои смерти.

Первая: холодный нож в горле, кровь, хлюпающая в лёгких.

Вторая: падение, хруст костей, рвущееся сердце.

Третья: огонь, пожирающий кожу, запах горелого мяса.

Я задыхался, но не мог вдохнуть. Руки онемели, тело отказывалось слушаться. Где-то в глубине сознания я знал – это сон. Но боль была настоящей.

— Нет, нет, не снова...

Я рванулся вперёд, оторвался от земли – и сразу же споткнулся. Лес смеялся, деревья сжимали кольцо.

Новая смерть.

На этот раз – падающее с небес тело грифона, размозжённый череп.

Я закричал и проснулся.

Утро. Солнце. Пот, стекающий по спине.

Но лес не исчез.

Он просто ждал следующей ночи.

***

Проснувшись, Илинарет заметила, как я практикуюсь в стрельбе из лука. Лук и стрелы принадлежали погибшему эльфу, и, взяв их в руки, я чувствовал груз ответственности. Хотя я решил не тратить очки опыта на этот навык, мне необходимо было научиться стрелять хотя бы немного лучше. Промахнуться с единственной разрывной стрелой в самый нужный момент было недопустимо.

Девушка лениво подошла ко мне, опираясь на свои костыли. Я ожидал, что она начнет ругаться из-за того, что я взял вещи её покойного друга. Но вместо этого она сделала мне несколько четких и понятных замечаний, указывая на неправильную стойку, положение тела, захват тетивы и наложение стрелы. Её взгляд был строгим, но в нём не было злости. Казалось, ей действительно важно, чтобы я справился с задачей. Или, возможно, ей просто невыносимо было наблюдать за моими неуклюжими попытками попасть в цель.

После еще нескольких минут тренировок мы продолжили наш путь. Когда мы подошли к подножию высокого холма, который нам предстояло преодолеть, я предложил Илинарет свою помощь. К моему удивлению, она согласилась. Взяв её за руку, я начал медленно подниматься вместе с ней по склону. Земля под нашими ногами была рыхлой и скользкой, и каждый шаг требовал осторожности. Камни, скрытые под слоем мха, иногда выскальзывали из-под ног, заставляя нас терять равновесие.

Мы продвигались медленно, делая частые остановки, чтобы Илинарет могла перевести дыхание. На одном из участков склон становился круче, и я почувствовал, как её рука напряглась в моей. Она старалась держаться уверенно, но усталость начала брать верх. Вдруг, когда мы сделали очередной шаг вверх, земля под нами дрогнула, и небольшой камнепад обрушился прямо перед нами. Несколько камней пролетели мимо наших голов, заставив нас замереть на месте.

Сердце забилось чаще, и я крепко сжал её руку, стараясь успокоить. Мы стояли, прижавшись друг к другу, пока камни не перестали падать. Затем, собравшись с силами, мы осторожно обошли опасное место. Каждый шаг давался труднее, но мы продолжали двигаться вперед, зная, что остановка может стоить нам жизни.

Наконец, преодолев последний участок крутого склона, мы оказались на вершине холма. Ветер тут был сильнее, и он принес с собой свежий, холодный воздух. Илинарет присела на камень, тяжело дыша, а я осмотрелся вокруг. Впереди простиралась широкая долина. Теперь путь обещает быть менее опасным.

Мои мысли о сегодняшнем сне не оставляли меня. Женский голос говорил о каком-то алтаре… Возможно, она была призраком, который искал помощи. Когда я подумал об этом, перед моими глазами появилось уведомление.

[Доступен новый квест]

[Найдите информацию о девушке из ваших снов]

[Сложность: низкая]

[Награда: 30 000 опыта]

Вот это сюрприз! Раз уж появился квест, пусть и простой, значит, это важно. Если задание такое лёгкое, стоит спросить у моей спутницы:

— Илинарет, помнишь, ты рассказывала про Красный лес, там погиб кто-то особенный?

— Там погибли многие сильнейшие воины со всего мира, — ответила она, чуть нахмурившись. Её зеленые глаза, казалось, затуманились воспоминаниями, а губы сжались в тонкую линию.

— А когда закончилась битва богов? — спросил я, наблюдая за её реакцией.

На её лице отразилось удивление. — Похоже, ты и правда потерял память. Если посмотришь в любой календарь, то поймешь, что с битвы богов прошло более трёх тысяч лет.

У них что, летоисчисление идёт от этой самой битвы? И вообще, что за боги такие интересно? Наверняка, я единственный человек, который знает, что на самом деле он один. И поклоняться ему явно не стоит.

— Да… Стыдно даже как-то, по твоей реакции понимаю, насколько это очевидно, но расскажи, пожалуйста, об этих богах.

Она вздохнула, глядя вдаль, словно вспоминая древние легенды. — Я могу рассказать только о Тейе. Мы веками почитаем её одну, потому что в отличие от других, она осталась с нами. И до сих пор оберегает весь мой род. Великая богиня Тейя.

— А куда делись остальные?

— Никто не знает точно. Некоторые думают, что пали в битве. Старейшины говорят, что они разочаровались и оставили нас. Все, кроме Тейи.

— Ты говорила, это она воздвигла тот барьер над лесом, верно?

— Именно так. Любой эльф скажет, что она защищала нас всех. Каждый, кто дышит, обязан ей своей жизнью.

— А как она выглядит? — спросил я, заинтересовавшись.

— Её изображают по-разному, мы знаем только, что она женщина невероятной красоты. Мало кто выжил в той битве, и до наших дней уже не найти достоверного образа богов.

— А против кого они сражались?

Илинарет задумчиво посмотрела на меня. — Против Катриона, бога смерти и разрушений, который был одним из самых могущественных. Согласно древним хроникам, в те времена мир находился в состоянии вечного конфликта. Боги постоянно спорили между собой, о том стоит ли вмешиваться в дела смертных. По итогу всем нам было разрешено самим вершить свои судьбы. Но однажды Катрион заключил, что смертные не заслуживают такого отношения, и призвал армии тьмы на борьбу с другими богами.

Она продолжала: — Битва длилась долгие годы, оставляя за собой руины городов и уничтоженные земли. Многие из богов погибли, лишившись всех своих почитателей в этой борьбе, но Катрион был остановлен объединёнными усилиями оставшихся. Легенда гласит, что Тейя пожертвовала частью своей божественной силы, чтобы оградить наш мир от легионов нечисти Катриона. Но цена этой победы была высока — большинство богов исчезли, оставив человечество наедине с последствиями войны.

Ясненько… Очередное проявление «злого зла». Хотя, возможно, так кажется лишь на первый взгляд. Впрочем, это история давно минувших дней. Раз уж в итоге мы все были спасены, то его мотивы уже не имеют значения. Но задание нужно выполнить, поэтому стоит зайти в какой-нибудь храм, когда окажусь в землях людей.

***

Вечером, не изменяя своим привычкам, я вновь отправился на охоту. Ощущая необычную усталость, я решил закончить раньше обычного. Завтра наверстаю упущенное. В последнее время я плохо сплю и каждый раз надеюсь, что сегодня всё будет иначе. Однако на этот раз я также проснулся посреди ночи, сердце моё бешено колотилось, дыхание было прерывистым, а в голове всё ещё звучали отголоски моих собственных криков.

Отойдя к ручью, чтобы умыться, под лучами лунного света, я увидел в воде своё отражение. Моё лицо выглядело измождённым, кожа бледной и натянутой. Глубокие тени под глазами говорили о хронической усталости, а сами обычно живые глаза, теперь казались тусклыми и пустыми. Руки дрожали, а плечи сутулились, как будто тяжесть мира легла на них. Волосы висели спутанными прядями, придавая мне вид человека, потерявшего всякую надежду.

Сколько это может продолжаться? Я не могу больше ждать, мне нужно поторопиться. Как только я узнаю, где живут люди, первым делом найду целителя. Я уже видел, как эльфы управляют растениями и стрелами, неужели не найдётся тот, кто поможет мне нормально спать по ночам?

Костёр уже угасал, когда я вернулся в лагерь и я решил подкинуть дров.

— Ты снова видел кошмары? — спросила она печальным голосом.

— Да… — хрипло подтвердил я, избегая её взгляда.

— Что же с тобой случилось?

— Ничего, — буркнул я, стараясь скрыть раздражение. Девушка сразу почувствовала атмосферу и не стала углубляться в эту тему.

Когда огонь костра достаточно разгорелся, я отвернулся и снова попытался уснуть, хоть и знал, что у меня вряд ли получится. Утром она снова увидела меня на тренировке по стрельбе из лука. Погасив костёр и собрав вещи, мы отправились дальше.

Ближе к полудню я заметил её мрачное лицо. Она нечасто улыбалась, но сегодня её угрюмость достигла нового уровня.

— Хорошая погода сегодня, не так ли? — попытался я разрядить обстановку наигранной добротой.

— Я не знаю, через что ты прошёл, но как ты можешь так просто улыбаться после всего этого?

Её внезапный вопрос застал меня врасплох. Задумавшись, я едва не погрузился в пучину самоанализа. Ведь с каждым днём мне становится всё хуже. Сколько бы я ни боролся и ни шёл вперёд, только своей решимостью мне не одолеть этого врага. Однажды сломленный разум не так легко исцелить. Но пока я дышу, я должен пытаться. Когда после её вопроса прошли минуты, я всё же решил ответить:

— Бесполезно раз за разом прокручивать в голове свои несчастья и обижаться на несправедливость жизни. Мы можем только двигаться вперёд, как бы тяжело это ни казалось.

Если бы я произнёс эти слова, пытаясь её поддержать, то вряд ли бы её порадовал. Но я имел в виду только себя, и она просто не могла злиться на меня из-за этого.

— Слушай, а почему вы хотели меня убить? Я ведь вам ничего не сделал.

— Потому что ты человек, а мы с людьми враги. Они ужасны, порочны. Только за своё детство я слышала о стольких злодеяниях, что и не сосчитать.

— Только слышала? А ты много людей видела своими глазами?

Кажется, мой вопрос смутил её. Я заметил, что когда она погружается в глубокие размышления, её уши слегка вздрагивают, прежде чем снова замереть. Ещё немного подумав, она ответила:

— Какая разница, видела или нет. Старейшинам можно доверять, они прожили больше многих поколений людей. Мудрейшие представители моей расы. Зачем им лгать?

— Я не говорю, что они лгут. Но вот ты встретила меня, и что? Я соответствую их рассказам?

— Ты кажешься странным, но всё же нет… — задумчиво ответила эльфийка.

Ну спасибо, россказням всяким верит она, а странный тут я. Кажется, я нашёл подходящую тему для разговора. Она начала сомневаться, нужно дожать и окончательно снять напряжение между нами.

— Знаешь, там, откуда я родом, говорят, что всё нужно подвергать сомнению, — сказал я, стараясь подобрать слова как можно лучше, — Доверие — это хорошо, но всегда верить на слово — плохая идея. Ведь ты не сможешь оценить всю красоту леса, глядя только на одно дерево.

— Говоришь ты красиво, но я также не должна верить и тебе по твоим словам.

— Верно. Не должна. Доверие достигается не словами, а поступками, — решил я дать намёк на двойное спасение её шкуры, — Тем более я не пытаюсь оправдать всех людей. Я сам знаю, насколько ужасными могут быть их деяния.

Для большего эффекта я решил осторожно прикоснуться рукой к своему предплечью. Прямо там, где под бронёй были скрыты ужасные ожоги. Убедившись, что она это увидела, я продолжил:

— Но нельзя грести всех под одну гребёнку, есть много достойных людей, — произнёс я мягким, успокаивающим голосом.

— Люди и эльфы всегда были врагами, — начала она, — В древности, задолго до моего рождения, они вторглись в наши земли, сжигая леса и уничтожая целые поселения. Наши старейшины рассказывали, что именно тогда началась война, которая привела к созданию первых защитных сооружений ещё со времён окончания Битвы богов и изоляции нашей расы. Мы потеряли столько жизней, что доверие к людям ушло навсегда.

— Понимаю, — тихо произнёс я, осознавая глубину её слов, — Но разве не пришло время пересмотреть старые убеждения? Может быть, не все люди одинаковы.

Её зелёные глаза встретились с моими, и я увидел в них искру сомнения. Она молчала, видимо, обдумывая сказанное. Наконец, она произнесла:

— Возможно, ты прав. Я никогда не думала об этом. Но как узнать, кому можно доверять?

— Доверие приходит со временем, — ответил я, — Давай попробуем начать с малого. Может быть, однажды мы сможем доказать, что дружба возможна даже между людьми и эльфами.

Она снова замолчала, видимо, взвешивая мои слова. Наконец, она кивнула, показывая, что готова попробовать.

«Гладко стелишь», — мысленно похвалил я себя и продолжил наблюдать за реакцией эльфийки. Выводы она точно сделала. До конца дня мы больше не общались.

***

Сейчас мы пересекали просторы пустынных земель, где под ногами скрипел песок, напоминающий мельчайшие осколки стекла. Лес уже постепенно исцелял этот клочок пустоши, словно окутывая его зелёным пледом. Вдали возвышались скалы, их острые вершины пронзали чистое голубое небо. Илинарет всегда шла рядом, её взгляд был сосредоточен на горизонте, будто она ожидала встречи с кем-то.

Шли дни нашего совместного путешествия, и с каждым днём лицо Илинарет становилось всё светлее. Удивительно, как девушка, которой недавно оттяпали ногу, смогла так быстро смириться с этим. Хотя я не замечал её переживаний по этому поводу. Она вообще, казалось, не думала о своей инвалидности.

Теперь мы действительно общались время от времени. Она оставалась довольно замкнутой, но с удовольствием слушала рассказы о том, как трудно мне приходилось, выживать на том берегу. Я рассказал ей почти обо всём, что со мной произошло, опуская упоминания о системе: о монстрах, которых я встретил, о пепелище, оставленном драконом, о потухшем вулкане, бесконечной равнине и, конечно же, о найденных мной древних руинах, где, согласно легенде, я нашёл тот камень, который позволил нам общаться.

Постепенно, день за днём, как мне казалось, напряжение между нами ослабевало. Со стороны можно было подумать, что мы хорошие друзья. Не успев и глазом моргнуть, я начал забывать, почему изначально стремился наладить с ней общение. Всё-таки я покинул своё первоначальное убежище, как раз для того, чтобы найти долгожданного собеседника. Дни шли, а мы просто беззаботно болтали.

Её очень интересовала культура людей. Я понятия не имею о том, как живёт мой народ в этой реальности, но я был уверен в одном — классика трогает за душу в любом из миров. И так оно и оказалось.

Слушая мои вольные пересказы множества известных произведений, она смотрела на меня глазами, полными восхищения. Больше всего ей понравился сюжет «Ромео и Джульетты». Она не могла поверить, что у людей столько талантливых писателей, но я не хотел слишком завышать ожидания и уточнил, что сам я родом из отдалённой деревни, которая мало контактировала с остальным миром.

— Ты говоришь, что это были просто народные предания? — спросила Илинарет, удивлённо приподняв бровь.

— Да, так они передавались от одного поколения другому, — ответил я, слегка смущённо пожав плечами. — Но знаешь, иногда такие истории оказываются самыми волнующими.

Эта откровение нисколько её не огорчила. Я выбирал истории, доступные для понимания каждого, без сложных изобретений и далёкие от современной жизни. Это было верным решением, ведь я всё ещё не хотел выделяться.

Однажды я так увлёкся этими историями, что не смог предсказать нападение одного монстра. В своё оправдание скажу, что он был не так прост. Я всё ещё время от времени прислушивался и присматривался к окружению, но не заметил его, и мы подошли почти вплотную. Всё потому, что он обладал странной способностью сливаться с окружающей средой. Его тело, покрытое густой шерстью, плавно изменяло оттенок, идеально имитируя всё вокруг него. Когда он бросился вперёд, я почувствовал холодок страха — он двигался молниеносно, как тень, стремящаяся проглотить нас целиком.

Сердце забилось чаще, когда я осознал свою ошибку. Я был так увлечён рассказами, что потерял бдительность. Илинарет стояла рядом, и я понимал, что сейчас всё зависит от моих действий. Нужно было спасти её любой ценой.

Она давно уже поняла, что я имею способность предчувствовать опасность. Благодаря моей помощи, путешествие, которое могло бы быть для неё смертельным, стало лёгким и приятным. Поначалу она сама была настороже, но со временем полностью положилась на меня. Разве это не называется доверием? Поэтому она была поражена, увидев монстра, возникшего так внезапно.

Когда монстр атаковал, Илинарет вскрикнула, но тут же сжала губы, стараясь сохранить спокойствие. Она повернулась ко мне, и в её взгляде я увидел смесь ужаса и надежды. Я знал, что она верит в меня, и это придавало сил.

К счастью, я успел среагировать на его атаку. Мне удалось выстрелить в него из пистолета. Монстр отлетел, но остался жив. Он убежал, когда понял, что игра не стоит свеч. После ранения его шерсть стала хаотично менять цвет, пока он не скрылся вдали. Было забавно наблюдать за этим, и я даже забыл просканировать его.

После того как монстр исчез, Илинарет долго молчала, затем медленно приблизилась ко мне и коснулась руки. Этот жест был таким простым, но в нём заключалось многое. Впервые я ощутил, что между нами возникло нечто большее, чем простое сотрудничество. Мы стали командой, готовой противостоять любым трудностям. Эльфийка стала для меня чем-то гораздо большим, чем просто попутчицей. Теперь она была частью моего мира, и мысль о расставании уже не казалась такой простой. Разум говорил мне сохранять ясность ума и помнить о цели, ради которой я и старался с ней сблизиться, но мне так хотелось довериться ей.

***

Закат окрашивал горизонт в глубокие алые тона, словно кровь растеклась по небу. Воздух был пропитан запахом свежей травы. Ветер ласково касался лица, но приносил с собой тревожный шёпот, словно предупреждая о чём-то неизбежном.

Я уже потерял счёт дням нашего путешествия, но сегодня вечером мы не стали разбивать лагерь, как обычно. Девушка заверила меня, что нам стоит поторопиться, поэтому она готова потерпеть ещё немного. Я, конечно, не мог отказать и продолжил идти вслед за ней под алыми лучами заката.

Что-то было не так.

Каждый шаг давался с трудом, будто земля под ногами превращалась в липкую трясину. Сердце будто колотилось чаще обычного. Эльфийка ускорила шаг, её дыхание стало прерывистым. Раньше она никогда так не торопилась. Сейчас чуть ли не бежала. Я напряг слух — и тут же услышал.

Тихий скрип тетивы. Где-то справа, за густыми ветвями. Мозг взорвался адреналином. Мышцы напряглись, пальцы сами потянулись к пистолету. Но сначала — вопросы.

— Зачем? — голос прозвучал тише шелеста листьев, но она замерла, будто в неё вонзили нож.

— Что… что зачем? — её голос дрогнул. Она не обернулась.

— Кто-то целится в меня. — Я медленно провёл пальцем по спусковому крючку. — Ты ведь сама знаешь.

Илинарет не ответила. Её плечи мелко дрожали, а в воздухе повис запах страха — резкий, животный. Враждебность: 56%. Цифры всплывали в сознании сами, как всегда. Но сейчас они ничего не значили.

Я представил, как выстрелю ей в затылок.

Как её рыжие волосы взметнутся от удара. Как тело рухнет в пыль, а я даже не увижу её глаз в последний раз. Пальцы сжались на рукояти.

Но… нет.

Я глубоко вдохнул, ощущая, как ярость пульсирует в висках. Она не стоила пули, которая мне еще понадобиться, чтобы сбежать.

— Береги себя, — прорычал я сквозь зубы.

Её спина дёрнулась, будто от удара. Но она так и не обернулась.

Я скинул с плеч груз чужих вещей и пустился в бегство. Едва я оторвал ногу от земли, как из неё, в мгновение ока, выросли шипастые лозы. Стрелы, как ракеты, устремились в мою сторону. Экипировав бронзовый щит, я отражал их налеты, но они, отскакивая, продолжали преследование. Одна из стрел пронзила моё плечо. Она проникала всё глубже, причиняя мне жгучую боль. В движении я сломал ее и вырвал, стиснув зубы от боли.

Каждое движение давалось с трудом, но я не мог позволить себе остановиться. Кровь текла по спине, оставляя за мной кровавый след. Осознав, что мне так не сбежать, я собрал последние силы и раскидал вокруг себя каменные блоки, на мгновение, замерев в защитной стойке за щитом. С треском ломая стрелы, я дождался, когда они перестали двигаться и возобновил своё бегство. Боль в плече пульсировала, словно бешеный барабан, но я знал - любая задержка может стоить мне жизни.

Кровавый след вьется за мной, но я не снижаю темпа, лишь изредка бросая взгляды на двух эльфов, оседлавших существ, которые выглядели как скопление растений, силуэтом напоминающие тигров, только без намека на глаза, рот и уши, стремительно сокращающих дистанцию между нами. Моя скорость была сверхчеловеческой, но эти твари были гораздо быстрее.

Эльфы, оседлавшие мифические создания, напоминали демонов из старинных сказаний. Их глаза горели холодной ненавистью, а мечи, сверкавшие в лунном свете, казались живыми, извиваясь в воздухе, словно змеи. Не давая им шанса догнать меня, я выстрелил, нацелившись в головы их маунтов.

Урон был сокрушительным, и от боли существа начали бешено топтать землю, заставляя своих всадников цепко держаться за их шеи. Не прошло и мгновения, как они, метаясь в агонии, врезались в деревья. Эльфы, покрытые синяками и ссадинами, наконец потеряли хватку и рухнули на землю, теряя сознание.

У меня оставалось всего два выстрела из пистолета и один из ружья, которые я довольно быстро израсходовал на гигантское древесное чудовище, внезапно возникшего на моём пути. Клянусь, ещё секунду назад это было обычное дерево, но теперь передо мной стоит существо, покрытое корой, напоминающее носорога.

Мои выстрелы лишь замедляли его, и я подумал о разрывной стреле, но понял, что она порвет меня на части быстрее, чем я успею натянуть тетиву. Последний выстрел из ружья выбил его из равновесия, и я увидел, как отверстие в черепе зарастает зелеными побегами. Используя этот момент, я схватил лук, но тут же заметил десяток эльфов, несущихся ко мне на полной скорости.

Даже если я разнесу разрывной стрелой эту тварь в клочья, меня настигнут остальные. Не придумав ничего лучшего, я достал лопату и начал углубляться как можно дальше, временами заваливая за собой проход. Но неожиданно мою ногу пронзил твёрдый корень дерева. Моментально замахнувшись топором, я перерубил его и вытащил с другой стороны раны.

В глазах начало темнеть, но я продолжал прокапываться ниже. Пару раз корни пытались достать меня снова, но по мере углубления они становились всё медленнее. И когда я понял, что нахожусь достаточно глубоко от корней деревьев, в пределах примерно 10 метров от поверхности, я принялся судорожно перевязывать свои раны. Выпив всю имеющуюся у меня воду, я начал прокапываться в ту сторону, в которую ранее убегал.

Когда я почувствовал нехватку кислорода, то понял, что мой план пошёл коту под хвост и мне придётся подняться на поверхность, где меня ждёт верная смерть. Однако стоило мне в очередной раз взмахнуть киркой и ударить по грунту, как в ту же секунду оттуда повалила струя воды. Постепенно она становилась всё больше и затопила весь мой проход. Не зная, как спастись, я судорожно метался по шахте, цепляясь за свою жизнь. Не успел даже задержать дыхание, как вода моментально заполнила всё вокруг. Много времени, чтобы захлебнуться и потерять сознание у меня не ушло.