Непрекращающийся ливень стучал по обзорным окнам шагохода, подтачивая и без того невеликое терпение Энакина.

Битый день они находились в движении. Техника тонула в океанах грязи и болот, в которые превратилась поверхность планеты, едва стоило зарядить дождям. Дождь и грязь, слякоть и тясина… Полная противоположность засушливому Татуину, который он покинул много лет назад. И на который внутренне поклялся не возвращаться.

Но эта планета раздражала его все больше.

Это сражение, эта война… Они слишком затянулись.

Три десятка джедаев под командованием Оби-Вана отправились на эту треклятую планету. Вернуть закон и порядок в этот прогнивший мир.

Гниль… она была везде. Не только на планете, но и в умах местных националистов. В умах поддерживающих их сепаратистов. В умах республиканцев…

Тысячи клонов и безбрежный океан техники передали Оби-Вану для уничтожения сепаратистской нечисти.

И первая же оборона базы «Приют» показала, чего стоят все эти чиновничие выкладки на датападах. Каким бы Избранным он не был (в Храме об этом только шептались, но здесь, на Джабииме, уже говорили открыто), заметив стремительную атаку лидера местных националистов — Стратуса и его спецназовцев «Нимбусов», он не смог помешать им.

Стемительная атака противника повредила или уничтожила значительную часть тяжелой техники республиканцев. Хваленые АТ-АТ и самоходки просто застряли в грязи и стали жертвами ракетных залпов врагов.

Не противников… врагов. После того как взрывом одной из самоходок едва не убило Оби-Вана и Асоку, Энакин не мог больше считать это сражение чем-то отстраненным. Оно стало для него личным.

Энакин понимал, что следует держать свои эмоции под контролем — раз он не мог обуздать их и отречься, как того требовали джедаи. Как же сложно… Ни один из них не понимал его. Лишь только канцлер мог поддержать потерянного в сомнениях джедая. Его слова всегда помогали Энакину, залечивали его душевные раны.

Раллсема Биллиссура, Дальнус Кам и Сана Джис-Илова. Кто залечит их раны? Они погибли во всем этом хаосе. Еще несколько джедаев пропали без вести. Их не чувствовали в Силе, поэтому Оби-Ван предположил, что они тоже мертвы.

Смерти, потери, разочарование…

Будь он у власти, будь его мнение важным — этой войне давно настал бы конец. Предатели должны погибнуть, лояльные — приближены. Все эти заигрывания Сената с сепаратистами… Это омерзительно. Это оскверняет память о павших.

Энакин с усилием отогнал от себя пагубные мысли.

Нужно взять себя в руки. Нужно сплотить разрозненные отряды, собрать силы в кулак и держаться, пока Оби-ван не придет в себя. Он сможет придумать, что им делать дальше. Пока же, им следует держаться…

***

Вглядываясь в голографическую карту галактики, магистр Кит Фисто мыслями был весьма далек от Корусанта.

Потери последних недель свежими ранами цвели на могучем сердце наутоланина.

Он не считал себя сентиментальным, но потеря бывшего падавана… Он видел смерть Надара от рук Гривуса своими глазами. Беспощадная машина с легкостью разделалась с нетерпеливым молодым рыцарем-джедаем. Фисто молча, как и подобает джедаю, выдержал этот удар, хоть и принял его близко к сердцу.

Вернувшись в Храм, он был безутешен. Не так много наставников у падаванов из рас амфибий. За время обучения, Кит сроднился с непоседливым мон-каламари. Оттого его потеря были невероятно сильна.

Совет дал ему время прийти в себя. И пока большая часть членов Совета находилась на фронте или выполняла ответственные поручения, он же лечил свои душевные раны.

Вызов по голосвязи привлек его внимание. Активировав голокомм, он с легким скрежетом белоснежных зубов ответил на приветствие.

— Мастер Доуган, — по слухам, человек получил серьезные ранения после встречи с темным аколитом. Многие юнлинги и падаваны наперебой рассказывали друг другу байки о том, насколько уродлив стал самый выдающийся джедай. Молва утверждала, что именно из-за ранений новый командующий 13-й секторальной армией не снимает никогда маски. Может и так.

О, даже со скрытым лицом он смог вбить клин между Фисто и Секурой. Кит не был бы магистром, если бы не мог читать между строк.

— Магистр Фисто, — человек поклонился. В своих доспехах он был весьма похож на древних джедаев. Тех самых, что наводняли дом джедаев за тысячи лет до этого дня. Впрочем, ходившие по Храму слухи относили его одеяние к ситским. — Я успешно выполнил миссию. Сын Джаббы спасен.

— Отлично, — оценил Кит. Какие бы не возникли между ним и этим человеком трения, не подобает их мешать с личным. Эйла видит в нем Воса — неунывающего, легкомысленного киффара. Вскоре она поймет, что страсть к человеку мимолетна. А нежные чувства Фисто… — Но дело в том, что Джабба не так давно изменил условия.

— В самом деле? — голос джедая не звучал удивленным. — И что же теперь?

— Он требует доставить к нему организатора похищения его сына не позднее чем через двое суток, — Фисто сверился с записями Совета, сделав поправку на сутки, прошедшие с момента получения донесения. — Мастер Ундули уже должна вернуться на Татуин, но почему-то не выходит на связь.

— О, — только и ответил джедай. — Ну, думаю, мне есть чем удивить его…

Джедай, поклонившись, отключился.

Кит с задумчивостью посмотрел на то место, где только что была голограмма героя Кристофсиса. Решительно, они с Восом похожи. Вопрос лишь в том, останется ли этот мастер-джедай верен Ордену.

***

Сейт Пестаж, доверенный советник некогда сенатора, а ныне — самого канцлера Палпатина, проскользнул внутрь рабочего кабинета последнего, неслышно затворив за собой двери.

Палпатин, не отрываясь от монитора рабочего стола, махнул ему как старому знакомому, мол, подходи.

Они были знакомы очень давно. Настолько, что Сейта иногда называли родственником канцлера. Впрочем, по совету последнего, Пестаж не опровергал и не подтверждал эти слухи. Неопределенность его истинного положения заставит одних опасаться, а других — раболепствовать.

— Есть новости, милорд, — негромко произнес Сейт.

— Я слушаю, — Шив все также не отрывался от своего занятия. Но, это вовсе не значило, что сит не проявляет внимания.

О, да. Сейт, благодаря годам своей службы, знал тайну Палпатина. Один из немногих, он был посвящен во все его тайны. И всегда оставался верен своего господину.

— В Сенате происходят волнения, — начал он. — Относительного нового законопроекта…

Губы Палпатина поползли вверх.

— «Закон об усилении и укреплении мер безопасности», — по памяти произнес он. — Мы предполагали, что он вызовет раскол в Сенате. Но наши сторонники придерживаются своих позиций.

— Вместе с тем, лоялисты замышляют недоброе, — прищурился Пестаж. Поймав на себе заинтересованный взгляд канцлера, он поспешил добавить. — Бейл Органа замечен в обществе Финиса Валорума.

— Вот как, — на лице канцлера промелькнуло легкое удивление. — Как интересно.

— Именно, — поддакнул советник. — Два года он сидел тихо, сейчас же наводит мосты. Органа вне всякого сомнения лишь представитель.

— Безусловно, — согласился канцлер. — Альдераанец ни за что бы не решился на подобную авантюру сам. После вотума недоверия, сенаторы растеряли доверие к Валоруму. И вот сейчас, спустя столько времени…

Канцлер встал. Медленно, он подошел к большому панорамному окну своего кабинета, вглядываясь в очертания городских зданий.

— Следовало дать ему понять нашу точку зрения сразу же после публикации этой мерзкой книжонки, — процедил он. — Как можно быть настолько твердолобым. Не будет никакого триумфального возвращения. Дому Валорумов пора понять, что их политической карьере настал конец.

Сейт машинально кивал, соглашаясь со словами своего начальника.

За последнюю тысячу лет дом Валорумов мог похвастаться значительным количеством своих представителей, замещавших должность Верховного канцлера Галактической Республики. И от одного Валорума к другому их жажда власти, богатства становилась все больше. Сенат потакал им ровно настолько, сколько потребовалось им, чтобы в конец утратить границы приличия и превратить свой пост в доходное место, не гнушаясь брать взятки от различного отребья вроде Торговой Федерации.

Никто не жаловал бывшего канцлера. За годы, которые он провел в уединении, за ним, естественно, приглядывали, но, нового канцлера всегда утешала мысль того, что сенаторы, воткнувшие Валоруму нож в спину, отвернулись от него. Сейчас же, лоялисты, которых без сомнения, представлял сенатор от Альдераана, собирались отыграть уже битую карту.

Сейт понимал, а следовательно, это знал и Палпатин, что возвращение на политическую арену Финиса Валорума не более чем жест отчаяния со стороны Комитета лоялистов. В период укрепления власти Палпатина, найдется немало желающих пойти поперек генерального курса кабинета действующего канцлера. Просто из вредности. Палпатин многим наступил на горло и от многих избавился, очистив, оздоровив Сенат. Его сторонники помогали делать государство лучше, и если бы не помехи со стороны таких идейных фанатиков как Амидала, Мотма, Иблис, Органа — преобразования уже сейчас работали бы на благо Республики.

— Что прикажете, канцлер? — поинтересовался Пестаж.

— Ничего, — отрезал Палпатин. — Пусть поиграются со своим бывшим канцлером. Ему все равно не помешать мне… Кстати о помехах. Сейт, каков статус спасательной операции сына Джаббы?

— Наши шпионы доносят, что мастер-джедай Рик Доуган, — бровь канцлера удивленно поползла вверх, — освободил сына Джаббы и направляется на Татуин.

***

Медленно шагая по ночной пустыне, я не мог нарадоваться тому, что оба солнца скрылись за горизонтом. Поверхность Татуина накрыла благодатная прохлада. Не желая тратить ресурсы фильтров брони, я отцепил лицевую маску и наслаждался прохладным воздухом.

Сразу по прибытию в систему Татуина, флот «Молот» оказался встречен разношерстным флотом хаттов. Глядя на сборище посудин разной степени ржавости, которые, мягко говоря, не шли ни в какое сравнение с нашими кораблями, Пеллеон предложил разогнать эту пеструю компанию и пробиться к планете с боем.

Положение у нас складывалось… не самое приятное. Хатты превосходили нас численностью, да и к тому же — блокировали нам связь. Сообщить командованию о неприятном развитии событий мы не могли. Прорваться из системы без боя — тоже. Хатты, верные своему менталитету, заставляли нас играть по их правилам.

— Жаль, но придется отказаться от вашего предложения, коммодор, — с грустью произнес я. В мультфильме прибытие детеныша хатта происходило отнюдь иначе. И, клянусь Силой, будь я проклят, если наш «торжественный комитета по встрече» не заслуга Дуку. Я чуял Темную сторону на Татуине, а потому предстояло подготовиться к еще одному сражению. Дуку понимает, насколько важен хатт для его и наших планов. — Держите корабли в постоянной готовности. Первыми огонь не открывать, но будьте готовы защищаться до последнего и прорваться с боем.

Стоит нам заключить союз с хаттами, и их гиперпространственные маршрут позволят нам быстрее доставлять припасы, пополнение и технику с Ротаны и Камино. И, чем больше и быстрее мы сможем бросить на передовую сил, тем стремительней будет отступление сепаратистов.

Управляющий Джаббы — твилек Биб Фортуна — все же соизволил связаться с нами и передал требования хатта — доставить его сына на транспорте, с одним сопровождающим. Никакого вооруженного эскорта — планета полностью под контролем флотилии преступного лидера. О том, что предложение больше похоже на ловушку не высказался лишь ленивый. Впрочем, развязывать бойню при наличии хотя бы малейшей возможности заключить мир с хаттами…

Со вздохом, я был вынужден был согласиться.

Минимальная команда прорыва — я, Оли и оба ЭРКа.

Арендовав шаттл типа «Ню», мы вылетели к планете…

Как и в мультфильме, в стратосфере нас ждала засада…

Отдам должное, Балда и Альфа приложили максимум усилий, чтобы посадить корабль максимально плавно. Словно камень в детской игре «лягушка», мы подпрыгивали на песчаных дюнах, пока не уткнулись в один из барханов. Прорезав световым мечом выход в борту (носовая часть оказалась погребена под слоем песка), я по-очереди вытащил на воздух обоих клонов и Оли, на чьем попечении находился маленький хатт.

Разглядывая свою команду, я внезапно понял, что с этого момента миссия превращается в гонку на выживание.

Героическая посадка шаттла стоила Альфе сломанных ног, а Балде — осколка приборной панели, застрявшей в боку. Пока на корабле еще имелась энергия, я подключил клонов к медсистемам. Переломы со смещением доставляли Альфе невероятную боль, поэтому, его, как и второго ЭРКа я погрузил медикаментозный сон, пока дроид-медик копался в их внутренностях.

— Они выживут? — поинтересовалась у меня падаван. Детеныш хатта тоже получил повреждения — несколько внушительных синяков, десяток царапин. Обклеенный бакта-пластырями, он дрых без задних ног в кормовом отделении поврежденного челнока.

— Скорее всего, — признаться, я не знал. Лишь руководствовался выводами дроида, что прогнозы благоприятные. Глядя на заходящие солнца Тату 1 и Тату 2, я уже мысленно прикидывал дальнейший план действий. — Они славные воины, но в этой миссии они нам не помогут.

— Мы пойдем пешком до дворца хатта? — предчувствуя неладное уточнила девочка.

— Не мы, я. Ты останешься здесь и будешь охранять клонов и мелкого хатта.

— Но, учитель!..

— Не спорь. Я прорвусь с боем до дворца и вызову помощь. Тебе же нужно защитить корабль и хатта. Я постараюсь привлечь все силы дроидов на себя — но и тебе стоит быть настороже. Дуку может смекнуть что к чему и пошлет к тебе убийц.

— Тогда почему бы нам не остаться и не дождаться помощи?

— Промедление смерти подобно, Оли. Если к рассвету мы не встретимся с Джаббой — хатт может переметнуться на сторону сепаратистов. Пока все во всем разберутся — кто похитил хатта, кто его доставил, кто пытался помешать — пройдет немало времени. Боюсь, тогда планам Республики не суждено будет сбыться.

С тяжелым сердцем я отправился в путь.

Загрузив в наручный компьютер карту, я установил метку на дворце Джаббы и начал свое путешествие из пустыни в обитель короля преступного мира.

Пройти предстояло около шестидесяти километров. Непосильная задача для обычного человека — ночью, да еще и по пустыне. Но не для подкованного джедая…

— Ты делаешь ставку на этого слизняка, — рядом со мной возник призрак Валкориана. — Иначе тебе бы не потребовались бы компрометирующие данные из хаттской могилы.

— Преступники при должной мотивации — тоже армия, — заметил я. — Я ознакомился с записями. Узнай о делишках Совета хаттов Республика — пара секторальных армий будут вычищать Пространство хаттов от каждого слизняка. Имя Джаббы фигурирует во многих незаконных операциях — в том числе связано с несколькими сенаторами.

— И ты собираешься взять этих тварей за глотку и заставить служить тебе? — довольно улыбнулся призрак.

— Генеральная идея такова, — согласился я. — Но, надо понимать, что Совет тоже не глуп. Хатты от противного могут перекинуться к сепаратистам, только лишь для того, чтобы обезопасить себя от вторжения Республики — если я буду слишком давить. И тогда, я не получу ничего. Тем более, что хатты не жалуют ни Республику, ни джедаев. Шантажируй их я — они просто пошлют легион убийц и сбросят мое бренное тело в ущелье всеми забытой планеты. Мой план хитрее.

— Хм, — император погладил бороду. — Джабба. Ты делаешь его своей марионеткой.

Не вопрос — утверждение.

— Он замешан как и все прочие, — подтвердил я. — Но, в отличии от Совета, его территория — за пределами Пространства хаттов. И уязвимее, чем думает. Спасение его сына, плюс компромат сделают из него подходящего союзника. Он будет контролировать Совет хаттов, я буду контролировать его. Кроме того, в моих руках скоро будет и похититель его сына. Он же — главный лакей преступлений хаттов на Корусанте. Дядя Джаббы, Зиро. Наемники доставят его на Кристофсис, куда Джаббе и другим хаттам не добраться. Зато в моих руках будет живой свидетель и рычаг давления.

— Прекрасная комбинация, мой ученик, — похвалил Вишейт. — Многоходовая интрига, достойная истинных ситов. Коварство, шантаж…

— Расту рядом с вами, учитель.

— Растет и твоя Империя, — заметил призрак. — Коррибан, Зиост и добрая половина Пространства ситов, Тайтон, Лехон, Явин 4, Закуул…

— Пока я намерен ограничиться захватом пространства ситов и подконтрольными мирами, — признался я. Видя немой вопрос в глазах Императора, я продолжил. — Мне не хватает сил для полнокровной защиты своих миров. В открытом противостоянии Республика или КНС сомнут меня.

— Поэтому ты приказал Малгусу не трогать миры пространства ситов, оккупированные КНС?

— И потому палпатиновские ублюдки Пророки до сих пор еще на Дромунд Каасе. Система Дромунд все еще ждет, когда Темный Храм посетит достойный наследия Императора.

— Мне нравится твой взгляд на будущее, мой ученик, — улыбнулся Валкориан. — Ты сделал верные выводы из своих прошлых неудач. Сломи врага в своем сверхсекторе и когда придет время — ты сможешь взять под контроль Камино и Ротану, лишив твоих противников линий снабжения и пополнения. Заручившись поддержкой правителя каминоанцев, ты значительно облегчил свой захват галактики.

— В этом и есть план, учитель, — ухмыльнулся я. — До его реализации, конечно же, еще далеко, но, шаги к господству сделаны. Моя тайная армия готовится на Явине 4. Боевые дроиды Новой Кузницы с легкостью сметут армию КНС, и обеспечат нам надежный плацдарм на Севере, в то время как 13-я секторальная и пространство хаттов останутся верны мне на Юге. Правительство Камино подчинено мне и это станет неприятным сюрпризом для ситов — как только третье поколение клонов вольется в ряды Великой армии Республики. Без сомнения, большая часть джедаев погибнет. Но выжившие, вместе с моими будущими новыми рекрутами, будут достаточно лояльны, чтобы принять учение дже’дайи в моей интерпретации. Без подпитки клонов с Камино Республика не продержится долго. А КНС к концу войны потеряет свою силу.

— Ты намерен вести войну на истощение? — с брезгливостью спросил Император.

— О, нет, учитель, — усмехнулся я. — Я же еще не рассказал вам весь свой план. Мне решительно нужен свой человек в Неизведанных регионах…

***

Я почувствовал противника, когда до дворца Джаббы оставалось чуть меньше десяти километров.

Мощь Темной стороны преграждала мой путь. Ненавязчиво адепт Темной стороны делал мне вызов. И лишь за мной остается — принять его или нет.

Черт, как надоели все эти поединки на мечах. На Земле я фыркал, что в саге практически не было подобных дуэлей. Сейчас же меня не очень устраивало, что против меня в очередной раз встал поборник Темной стороны.

Не сбавляя шага, я приложил маску к лицу, позволив компьютеру загерметизировать мою броню. К черту, драться, так драться.

Подымая волны песчаной пыли, мой противник остановился на роскошном спидер-байке на гребне песчаного бархана. Свет луны бил из-за его спины, так что лица я не мог разобрать. Впрочем, и не смог бы — злодей, от которого струилась Темная сторона, был в треклятой накидке, а капюшон скрывал его лицо. Противник молча спешился, рывком сорвал с пассажирского сидения разумного в темных мешковатых одеждах и с характерным, узнаваемым головным убором.

— Мастер Ундули? — Вне всякого сомнения, мой голос разил удивлением. — Что вы тут делаете?

Мириаланка молча подняла вверх руки скованные шоковыми наручниками. От нее исходил стыд и смущение, что весьма не характерно для столь умелого мастера.

— Она моя пленница, джедай, — рывком сбрасывая с себя капюшон, со мной заговорил рослый викуэй. Его глаза блестели янтарным пламенем, а Темная сторона Силы подобно цунами взметнулась вокруг него.

«Твою печеньку! — мысленно выругался я. — А почему не Дуку?»

Согласно сюжету мультфильма, рассказывающего о похищении сына Джаббы, на Татуине Скайуокеру и его падавану противостоял сам граф Дуку и его гребанные магнастражи. Признаюсь, изменение «канона» меня напрягло.

Чтобы вы понимали уровень моего замешательства — Сора Балк, это бывший мастер-джедай, легендарный инструктор боя на световых мечах. Многие в Храме называли его одним из лучших инструкторов этого дела. Вдобавок, в отличие от хорошо изученного мной Макаши Дуку, Балк владел стилем Вааапад — седьмой формой владения световым мечом. Эта форма была создана магистром Винду взамен утраченного во времени стиля Джуйо. И, судя по тому, что Винду с ее помощью раскатал Палпатина по всему кабинету — арсенал противника более чем впечатляющий.

К тому же, этот говнюк захватил Ундули в плен. А значит, мне придется сражаться не сколько за себя, но еще и заложника спасать. Будь мы тет-а-тет с Балком, я открылся бы Темной стороне и разложил его на атомы (собственно, как и планировал). Но на глазах Ундули использовать свой тайный арсенал я не мог. Иначе придется потом и для нее свидание с моим световым мечом устроить…

Да что, бл.ть за засада кругом?!

— Это я уж вижу, — растягивая слова, произнес я. Затем, взглянув на джедайку, спросил. — Мастер, с вами все в порядке?

— Уязвлена только моя гордость, — с горечью произнесла Ундули. — Как я могла поверить, что ты вернулся к свету, Сора?!

Темный служитель издевательски захохотал. Он небрежным толчком сбросил вниз по склону мириаланку. Я среагировал, подхватив джедая Силой, и поставив на ноги. Увидев это, викуэй захохотал.

В его правой руке появилась рукоять светового меча, которая мгновение спустя заиграла алым цветом. Ундули протянула мне скованные шоковыми наручниками запястья, недвусмысленно намекая на свое освобождение. Первой моей мыслью было так и поступить. Но затем, в моей памяти всплыла сцена из потивостояния Дарта Бейна и Дарта Занны против джедаев на Тайтоне… Решительно мотнув головой, я жестом показал ей не вмешиваться. Ну нахер, я не буду себя сковывать помощью. В пень все эти медвежьи услуги. Тем более себе любимому.

— Отдай мне сына хатта, джедай, и мы разойдемся мирно!

— Вообще-то, он погиб при крушении, — сообщил я.

Сора затрясся в приступе ярости.

— Тогда, я привезу твой труп графу Дуку!

— Если честно, у меня есть вариант получше, — пришлось признаться. — Давай ты уберешь меч, и я оставлю тебя в живых?

Викуэй в очередной раз издевательски засмеялся. Конечно, я для него лишь пыль под ногами — раз он признанного мастера Соресу, Луминару, разделал под орех, то кто для него я? Как жаль, что он не в курсе, кто на само деле перед ним.

— Выбирай, джедай. Ты или со мной, или против меня?

Опять двадцать-пять.

С грустью я посмотрел на свою накидку. Ну, твою-то мать. Придется новую заказывать. Опять.

— Только долбодятлы все возводят в абсолют, — рукоять моего меча прыгнула ко мне в руку. Ночную темноту озарил золотисто-желтый свет древнего оружия.

Я так и не понял, почему клинок сына Валкориана так тепло реагирует на меня, но меня это радовало. Мне нравился этот меч, и то единство с Силой, которое он мне давал. Во внутренностях клинка я не копался, но был почти уверен, что набор кристаллов в рукоятке подобран мастерски.

— Простите меня, мастер Балк, — крутанув меч перед собой, я окружил себя Барьером Силы. — Но я выполню свой долг.

***

Луминара скривилась, поняв, что ей выпала роль лишь стороннего наблюдателя. Джедай с легким раздражением вспомнила, как ее «Консульский» приземлился в пустыне на маячок Соры, взывающего к ней о помощи. Как же она корила себя за то, что поверила ему. Одна ошибка привела к гибели всего экипажа. В яростном противостоянии бывший инструктор уничтожил ее световой меч и пленил мириаланку. Теперь, вместо того, чтобы скрестить клинки с бывшим джедаем, ей предстояло созерцать разворачивающееся перед ней сражение.

Конечно, в храме ходили слухи о том, что рыцарь Доуган владеет большой Силой. Но необузданная Сила лишь помеха — Балк закален тысячами спаррингов, а Доуган… К сожалению, у него вряд ли получится противостоять падшему джедаю.

Прямо на ее глазах разворачивалась совсем другая картина.

Доуган занимал крайне неудобное положение — он стоял ниже Балка, а потому удары, наносимые последним, обладали большей кинетической силой. Впрочем, по закованному в броню джедаю нельзя было сказать, что он сдавал позиции.

Парируя первую связку, выполненную в классической пятой форме, джедай с легкостью ушел от рубящих ударов, отступил назад, заставив Балка лишиться своего преимущества.

Противник надменно фыркнул, когда джедай отразил его атаку, и отступил для перегруппировки. Он начал бой яростно, рассчитывая быстро завершить их стычку. Теперь ему пришлось пересмотреть стратегию.

— А ты не так плох, как другие джедаи, — сказал он, явно впечатлившись и даже не пытаясь этого скрыть. Легким движением головы, викуэй указал в сторону поверженного мастера Соресу. — Граф Дуку оценил бы твои таланты по достоинству.

— Ну, это вряд ли, — хохотнул джедай. — На Тете я лишил его двух подручных — Танн и Вентресс вряд ли уже помогут делу Сепаратистов.

— Что? — удивился Балк. — Ты…

— Сперва я измотал их дуэлью, — произнес джедай. — А затем вышиб стену в монастыре на километровой высоте… Дальше рассказывать?

С рычанием, больше похожим на животное, нежели чем на принадлежащее разумному, Балк снова ринулся вперед, и воздух наполнился шипением и треском световых мечей, успевших несколько раз соприкоснуться друг с другом в промежутке меж биением двух сердец.

Доуган мог легко расстаться с жизнью, попытайся он реагировать на каждое движение искушенного в битвах падшего джедая в отдельности.

Луминара, затаив дыхание, наблюдала за тем, как джедай в доспехах окружает себя плотным коконом Силы. Он двигался в неком подобие транса, воззвал к Силе, позволив ей заструиться по себе и направлять его руку. Оружие его стало продолжением Силы, и он ответил на упорную атаку викуэйя непроницаемой обороной.

Мириаланка с восторгом наблюдала, как желтый клинок парирует удары алого. С начала боя прошло минут пять, и в сражении двух титанов наступил переломный момент.

Словно получив дополнительную энергию, Доуган перешел в наступление.

Луминара могла отнести себя к искушенным фехтовальщикам. Ниман, неотесанный, несуразный, блеклый и презираемый большинством джедаев, в руках Доугана словно ожил. Джедай с такой невиданной скоростью осыпал своего противника ударами, связками выпадов и блоков, что у нее не оставалось сомнений — непонятно как, но джедай завладел инициативой в сражении.

Он оттеснил Сору вглубь пустыни свирепыми резкими ударами, принудив старого учителя фехтования отступить назад. Сделав сальто назад, викуэй разорвал дистанцию, избежав коварного выпада, грозившего разрезать его от пояса до плеча.

— Ты… кто твой учитель, мальчишка? — выкрикнул он. Голос падшего сквозил злобой и яростью. И Ундули понимала его — редкий джедай мог составить ему конкуренцию в сражениях на световых мечах. И каждый из них бы хорошо известен в Храме. Доуган же… до Войны о нем вообще никто не слышал.

— Чрезмерно опытный и грамотный разумный, — ответил джедай. — Разве ты не прочувствовал на себе всю силу его уроков?

— Ниман не может обладать такой мощью, — уверенно заявил инструктор. — Он же удел слабых…

— Тогда, почему же ты бежишь, мастер Балк? — Насмешливо ответил джедай.

От викуэйя пахнуло тьмой. Его клинок взмыл вверх на уровень плеча, словно падший джедай намеревался проделать дыру в своем противнике одним единственным ударом.

Луминара охнула. Ваапад.

— Да ты издеваешься! — донеслось со стороны джедая.

В ту же секунду Сора подпрыгнул в воздух, закручивая свое тело вокруг оси. Словно живой бур, наконечником которого служило алое пламя его клинка….

Впрочем, несмотря на свой возглас, джедай стремительно ушел в сторону, позволив Соре благополучно пропахать несколько метров по пустыне.

— Как-то хреново у вас с Вааападом, если честно, мастер Балк, — посетовал джедай. — Может вам лучше продемонстрировать Джуйо?

Падший джедай выплюнул в ответ лишь проклятья.

Без лишних слов Рик перешел к атаке. И, Луминара могла поклясться, что ни один из известных ей стилей и близко не был похож к тому, что демонстрировал юный джедай.

Его клинок был отклонен бывшим инструктором в последнюю секунду, но Доуган быстро дополнил удар еще одной серией мощных выпадов и уколов. Мастер фехтования продолжал отступать, неуклонно оттесняемый яростью бешеной атаки обладателя золотистого клинка. Луминара отметила, что Балк, не достигнув результата первым же выпадом, перешел к обороне, противопоставляя мастерство несравненного Ваапада натиску джедая. Но, тот словно не замечал этого, будто не знал о смертельной опасности седьмого стиля фехтования на световых мечах, отгонял противника подальше от пленной, тесня Сору к спидербайку, припаркованном в полдюжине шагов вверх по склону бархана.

Сора сражался отчаянно. Было видно, что его тактика не срабатывала — джедай всю первую часть боя изучал своего противника, чтобы задавить его своим скрытым преимуществом в конце. И даже Ваапад оказался не в силах пробить защиту рыцаря. Какой бы стиль (к слову, многие из связок и приемов, используемых джедаем казались Ундули незнакомыми, поэтому, она сомневалась, что рыцарь использует именно Шестую форму фехтования) не использовал Доуган, он превосходил то, что мог противопоставить против него Сора Балк. И это казалось невероятным. Джедай, проведший всю жизнь за дверями Храма, в отрыве от мастеров и голокронов, сражался на равных с легендарным инструктором боя на световых мечах.

Каждый раз, когда тот пытался изменить тактику или перейти к другой форме, Доуган предчувствовал это, реагировал и захватывал преимущество.

Луминара с немым ужасом наблюдала за тем, как Сила вокруг джедая искажается, наполняясь темными сгустками. Закованный в черные доспехи, он сам стал излучать Темную сторону. И даже окрики мастера-джедая оказались проигнорированы им. Джедай с легкостью очернил свой Свет. И по той простоте, с которой он поддался эмоциям (а Ундули отчетливо видела в нем гнев, переходящий в ярость), она могла сделать вывод, что делает это он отнюдь не впервые.

Но Ваапад, или как он назвал его — Джуйо (в голове Ундули мелькнули воспоминания, что-то о Джуйо говорил Мейс, и как-то это было связано с Ваападом), хоть и представлял из себя грозное оружие, но все же не носил в исполнении Доугана того смертельного изящества, которое было видно в движениях Балка. Однако, даже такие, неотесанные, несбалансированные удары заставляли приспешника Дуку отступать.

Развязка была неизбежна. Это понимал Сора, понимал и джедай. Даже для Луминары было предельно ясно, что в дальнейшем противостоянии Доуган измотает своего противника и прикончит. Как он хвастливо заявлял об этом, рассказывая о гибели двух аколиток. И, отчего-то, Ундули была склонна верить человеку, что он действительно мог прикончить обеих досаждающих джедаям подручных Дуку.

— Я чувствую в тебе Тьму, джедай, — выдохнул Сора довольным тоном. Он коснулся пальцем пульта на запястье и его спидерайк мгновенно оказался рядом с джедаем. — Твое жалкое подобие Ваапада лишь толкнуло тебя в пучину Темной стороны. Мейс Винду не предупреждал тебя?

— О, правда? — ухмыльнулся Рик. — Это ты заметил до или после того, как я отправил тебя глотать песок? С Темной стороной я разберусь.

Сора торжествующе захохотал.

— Ты еще сам не знаешь, но Темная сторона внутри тебя, джедай. Я чувствовал твои эмоции в каждом твоем ударе, в каждой твоей связке. Мальчишка, ты еще не знаешь, но ты уже почти сит.

Луминара, не веря своим ушам, бросила на джедая взгляд сквозь Силу.

Сора оказался прав.

Джедай не был светлым.

Луминара слышала про «серых» джедаев. Незадолго до Войны небольшая группа отделилась от Ордена. Они посчитали себя в силах контролировать ситские учения, эмоции, которые ситы использовали в бою. Джедаи искали отщепенцев по всей галактике, стремясь предотвратить новые ситские войны.

Стоящий перед ней джедай лучился тусклым, грязно белым светом, в котором плясали кляксы темных эмоций… И было их так много…

Возможно ли, что Доуган — последователь их учения? Но тогда почему его до сих пор не разоблачили?

— Расскажи мне что-нибудь новое, прислужник, — устало произнес джедай. — Моя Тьма — только моя. Я — повелитель своей Тьмы. И твои надежды что я отдамся ей, — Луминара вскрикнула, увидев, как джедай с легкостью растворил в Свете свои эмоции. Его аура стала серой, вызывающей отвращение. При всех его заслугах — Доуган еретик. И вся сущность Луминары взывала к тому, чтобы раз и навсегда разрешить дилему между Светом и Тьмой. — пустая трата времени. Давай, беги к своему хозяину, пожалуйся, что тебе накостылял вчерашний падаван джедая-исследователя.

Бросив в сторону джедая проклятье, Балк обвел глазами поле битвы. Будь противник один, он бы попробовал напасть снова. Но сейчас джедай небрежно повел пальцами и шоковые браслеты, ломавшие концентрацию мириаланки на протяжении всего сражения, не позволяющие ей сконцентрироваться и применить Силу, раскрылись и упали на песок. Сора ощутил, как джедай начинает накапливать в себе Силу… Сражение оказалось проигранным. Но даже из этого можно извлечь выгоду для дела Конфедерации.

Ни слова не говоря, Балк надавил на акселератор и скрылся из виду.

Из-под маски Доугана послушался тяжелый вздох. Джедай, словно подкошенное дерево, рухнул в песок на колени.

— Как же я устал, — произнес он.

***

Джедай опустился задом на свои ноги, повесив клинок на пояс. Луминара слышала, как доносятся хриплые вздохи из-под его маски. Видела, как на его броне в лунном свете играют многочисленные оплавленные шрамы от светового клинка Балка. Видела, как он зажимает рукой левый бок — очевидно Сора все же достал его. И лишь запал сражения не позволял джедаю сломаться.

И сейчас, когда опасность миновала, он позволил усталости взять над ним верх. Доуган сидел, словно медитируя. Луминара чувствовала в нем Свет, чувствовала и Тьму. И с каждой минутой последней становилось все больше. Медлить было нельзя…

Мастер-джедай подошла в нему, присела на колени. Она сняла с его пояса световой меч — джедай лишь повел головой, проследив пусть своего оружия на пояс Луминары. Он не сделал ни одного движения, чтобы прекратить ее действия, помешать ей.

— Мне жаль, что вы увидели это, мастер Ундули, — признался он. — Есть ли смысл заверять вас, что я не…

— Ты еретик, — женщина обвиняюще ткнула в него пальцем. — Ты используешь Темную сторону, твои эмоции…

— Я контролирую себя и свои эмоции, — твердо произнес мужчина. В его голосе звучала Сила, но Луминара не придала этому значения. — Я следую пути дже’дайи и мой путь…

— Джедаи приверженцы Светлой стороны! — Выкрикнула Луминара. — Мы не используем Темную сторону…

— Вы боитесь ее, — устало произнес джедай. — Суеверно, с диким ужасом боитесь. Превращаете свои страхи в мантры, которые проповедуете до конца жизни. Этот страх делает вас уязвимыми. Этот страх ломает джедаев, тысячелетиями делая из величайших джедаев величайших ситов! Орден в конце концов взрастит свое собственное Истребление!

— Это ложь! — вскричала Ундули, активируя световой клинок. — Ни один джедай не посмеет поднять руку на собратьев!

— Ты, бл.ть, издевешься? — джедай рывком поднялся на ноги. От него сквозило раздражением и гневом. «Темная сторона поглотила его!», — осенило Луминару. Сейчас, пока он ослаблен противостоянием, она должна… — Реван, Малак, Крея, Фриддон Надд, Экзар Кун, Дарт Сион, Дарт Нихилус, Дарт Руин, Скер Каан, Гитани… Я могу сутки перечислять что каждый из них сделал, пав во тьму! Сколько боли и войн принесла эта древняя вражда между ситами и джедаями! Вы, одаренные, не видите, как в ваших играх Силы гибнут триллиарды разумных. Вы — и джедаи, и ситы слепы в своем противостоянии! Этому пора положить конец! Одаренные должны служить галактике, а не ввергать ее в новые войны…

— Ты сошел с ума, — заключила Луминара. Она чувствовала, как Тьма клубится вокруг нее. Но, она не боялась ее. Она джедай. И Сила сегодня с ней. — Я положу конец твоему безумию…

— Безумию ли? — раздался позади нее лишенный эмоций холодный голос. Луминара едва не подпрыгнула, так неожиданно для нее оказалась произнесена эта фраза. Словно тысячи голосов произнесли ее.

Медленно повернувшись, мастер-джедай увидела перед собой темно-синуюю мерцающую фигуру призрака Силы. Мужчина в белых доспехах с заключенными за спину руками, приятными чертами лица… и янтарным цветом глаз.

— Сит! — с отвращением произнесла джедай.

— Опять эти ярлыки, — усмехнулся призрак. — Ваша узость мыслей меня бесила еще при жизни… как при первой, так и при второй. Но это все в прошлом. Ты звал меня ученик, я пришел, — последнее он произнес, обращаясь к стоящему у нее за спиной Доугану.

Луминара чертыхнулась, осознав, что оставила за спиной опасного врага. Который, к тому же, исчез в Силе.

Не особо надеясь на успех, женщина принялась разворачиваться, намереваясь нанести скользящий удар по падшему джедаю. Но, тот оказался проворнее.

Барьер Силы, которым он окружил себя, оттолкнул его собственный клинок. Мужчина выхватил свое оружие из ее рук, одновременно подставив ей подножку.

Джедай упала на спину, цепляясь Силой за осколки спутанного сознания.

— Ты намерен подчинить ее себе? — поинтересовался призрак. И голос его был доволен.

— Она видный член Ордена, учитель, — произнес Доуган. — Я уверен, что она послужит нашему делу.

— Это давно уже твое собственное дело, мой ученик, — поправил призрак. — Я лишь помогаю.

— Так помогите, Вишейт, — на задворках памяти Ундули шевельнулись воспоминания из галактической истории. Воспоминания об Императоре ситов, столь безжалостном, что его вряд ли можно было назвать живым существом. — Я хочу открыть ей истину…

— Истину? Не проще ли сломить ее волю и сделать покорной, как я сотворил это с другими твоими Руками? — Усмехнулся призрак.

Человек на мгновение замялся. Затем твердо произнес.

— Она послужит моему делу в любом случае.

Император расхохотался. И смех его напоминал вопли боли миллиардов невинно убиенных.

— Чуууудно, мой ученик. Давай, открой этой джедайке глаза. Но, когда она предаст тебя, не говори, что я не предупреждал…

Луминара смогла взять под контроль свое сознание, но тело подвело ее. Не в силах пошевелить рукой или ногой, она с ужасом обнаружила, что ее связь с Силой пропала. В ужасе, она заметила, как рядом с ней присел Доуган По другую сторону от нее стоял призрак сита, вокруг которого образовывались сине-фиолетовые молнии.

Доуган неторопливо снял с себя лицевую маску, уставившись на джедая лицом, мало похожим на то, что она видела раньше. И глаза его были черны, словно сама Бездна смотрела на нее через человека.

Он снял со своей руки перчатку, и положил ладонь на ее лоб. Улыбнувшись, он произнес:

— Все закончится быстро, мастер Ундули.

Следом ее пронзила дикая боль, словно мозг разорвали на кусочки.

***

Сила в Доугане была слишком велика.

Ту ментальную защиту, которую она выстраивала годами, оттачивала десятилетиями, он уничтожил за мгновения.

Его сознание проникло в ее разум, привнеся за собой сотни и тысячи образов. Хаотичных, и структурированных, ясных и туманных.

Но все они сложились в картинки, сменяя друг друга вспышками…

Война клонов и гибель тысяч джедаев…

Казнь Скайуокером графа Дуку…

Уничтожение Оби-ваном киборга Гивуса…

Гибель Пло Куна, Эйлы Секуры, Ки-ади-мунди…

Ундули закричала, видя как бесстрашные солдаты Республики казнят своих командиров… Сотни и тысячи джедаев погибли в одно мгновение… Видела как ее собственное тело падает в лесах Кашиика, пронзенное десятками синих бластерных болтов…

Клоны, шагающие в недрах Храма, расстреливающие немногочисленных джедаев и падаванов, инструкторов и наставников…

Ее сердце разбилось, едва она увидела, как голова мастера Врат Джурокка падает с его плеч… Как падает, пронзенная световым клинком в спину, Шаак-Ти…

Резня юнлингов в покоях Совета… Темная фигура в джедайских одеждах, та самая, что убила Джурока, купается в страданиях младших, вырезая их всех по одному… Ундули рыдала, чувствуя ужас в маленьких сердцах, ощущая, как их убийца лишь укрепляется в своей мрачной решимости…

Дуэль истребителя джедаев и Кеты Серро, гибель Драллига…

Луминара не могла уже плакать. Она видела каждую смерть, каждого из своих друзей. Видела, как рушится галактика. И понимала, что все это лишь часть древнего хорошо отрепетированного плана. Слез не осталось. Лишь пустота в разбитом сердце и истерзанной душе…

Убийство Кита Фисто. Агена Колара. Сэси Тийна. Дуэль сита, чья фигура была также скрыта, с Мэйсом Винду… Луминара почти обрадовалась, увидев как магистр загнал сита, как на помощь к нему пришел Избранный… Она возликовала, увидев, как джедай занес меч…

«Магистр Скайуокер, их слишком много, что нам делать?» Против ее воли возник образ милого юнлинга, снизу вверх смотрящего на фигуру джедая… Фигуру в черных одеждах…

Луминара закричала, как только ее мозг осознал ужас происходящего. Вновь и вновь она видела сцены гибели своих друзей в Храме, истребление юнлингов и джедаев, которые пали, пронзенные клинком Скайуокера…

Ее крик закончился хрипом. Голосовые связки больше не могли выдавать звуки, а глаза иссохли. Тело мириаланки сотрясали спазмы рыданий, но слезы не шли.

Она видела как Винду вылетает в окно. И видела как юный Скайуокер присягает на верность ситу.

Она видела противостояние скрытого от нее сита и магистра Йоды, но не верила в его победу. Мрачное подтверждение ее словам нашлось в позорном бегстве гранд-мастера от сита.

На фоне этого победа Оби-Вана на Мустафаре выглядела блекло. Вот он, враг, который предал их всех, истребил всех своих близких, лежит перед ним, горя в лаве. Его руки и ноги агонизируют, а нервные окончания горят болью.

Луминара с мрачной решимостью попыталась столкнуть этот обрубок человека Силой в лаву. Но у нее ничего не получилось. И Оби-Ван, несмотря на ее мольбы и призывы, лишь молча ушел…

Слаб. Оби-Ван оказался неспособен убить своего друга, даже несмотря на все совершенное им. Тысячелетия истории Ордена оказались в руках Кеноби, но он не справился. Он колебался, боясь пасть на Темную сторону. Он жалел того, кто был ему другом, не понимая, что перед ним лишь слепое животное.

В глубине души Ундули зародилась ярость. Она пыталась рваться, кричать, стремясь самой закончить начатое. Но не смогла. Она также слаба, как и Кеноби. Джедай не способен убить в порыве гнева, даже того, кто уничтожил всех его близких и друзей. Джедай не способен мстить даже за самые больные раны. Джедай не способен предотвратить неизбежного.

Джедай слаб в своих рамках. И все что может джедай — быть цепным псом Сената, который коррумпирован или излишне оптимистичен. Каждый в Сенате стремится лишь к своей выгоде. И на галактику им всем было наплевать.

И джедаи, которые клялись быть хранителями мира… Они предали свои клятвы. Оказались слишком близоруки. Слишком глупы. Слабы.

Свет принес лишь Истребление.

Луминара с мрачной решимостью наблюдала, как остатки Энакина Скайуокера заключаются в боевые доспехи. Как ЭТО получает свой меч с красным клинком… Как он и другие ублюдки из Храма, предатели, охотятся за своими бывшими товарищами…

Поток видений прервался.

Луминара лежала в абсолютной темноте, в покое. Обученная путям Силы, она понимала, что перед ней только что пронеслись видения будущего. Столь яркие и отчетливые, что сам Йода не мог бы их оспорить. Логичные и объективные.

Джедаям пришел конец. Ситы захватят галактику, истребив служителей Света.

— Этого не случится, если ты присоединишься ко мне, — образ Доугана — закованного в броню, с лицом, скрытым маской, появился рядом с ней.

Перед ними возникла карта галактики, та самая, что демонстрирует в Храме оперативную обстановку. И галактика на ней пылала огнем войны.

— Ситы разобщат джедаев и истребят, это факт, — констатировал он. — Но мы в силах спасти тех, кого сможем. Тех, кто готов вернуться к пути дже’дайи, вернуть себе Единую Силу и положить конец распрям в галактике.

— Под твоим руководством, разумеется, — заметила джедайка.

— Именно так, — подтвердил джедай. — Галактике нужна сильная рука. Сильный правитель и Орден подготовленных одаренных. Впереди грядут тысячи войн и битв. Однажды галактика подвергнется вторжению извне. И демократия не тот строй для привнесения мира и процветания в галактику.

— Это деспотия ситов, — равнодушно заметила Луминара. — Джедаи не стремились править…

— И сколько канцлеров джедаев правили Республикой? — поинтересовался джедай.

Ундули промолчала. Слишком много, чтобы можно было заявить о невмешательстве.

— Мы построим сильное новое государство, — продолжал джедай. — Мы вернемся на пути дже’дайи и восстановим естественный ход вещей в галактике.

— А если нет?

— Готова ли ты оставить все таким, как оно есть сейчас?

— Нет.

— На мой взгляд, лучше погибнуть пытаясь, нежели сидеть и ждать истребления, — заявил джедай.

Луминара еще раз взглянула на карту галактики. Приглядевшись, она отметила несколько планет и регионов, которые выделены черно-серебристым цветом. Тем, которым никогда не отмечались позиции ни одной из воюющих сторон в этом конфликте.

— Ты ведь уже начал, не так ли?

— Мой план в самом разгаре, Луминара, — признался человек. — Подобно тому как канцлеру необходимы советники, я нуждаюсь в тебе и тех, кто готов принять новое видение. Кто готов создать костяк нового Ордена. Кто готов сражаться за верное будущее для галактики.

Мириаланка с равнодушием взглянула на галактику, затем на черную фигуру в броне.

Ее мир уничтожен. Ее будущее, ее жизнь закончатся в трущобах Кашиика.

А Доуган… Действительно ли он способен изменить судьбы триллиардов? Луминара замерла, прислушиваясь к себе. Сила, которую она с удивлением, обнаружила вокруг себя, молчала. Словно и не было того кошмара.

Ее глаза открылись, уставившись в полное звезд небо. Она лежала на грубом песке Татуина.

Поднявшись, она увидела стоящего спиной к ней Доугана, разглядывающего песчаные дюны. Он не обращал внимания на нее. А призрака и след простыл.

Мириаланка неслышно поднялась на ноги. На песке лежала рукоять светового меча. Притянув ее к себе Силой, девушка сделала шаг к фигуре.

Выбор сделан. И дальнейшего пути назад просто нет.

Доуган повернулся, привлеченный звуком активируемого светового меча. Вглядываясь в изумрудное лезвие, которым любовалась мастер Ундули, он молчал, наблюдая за ее реакцией.

Наконец, насладившись зрелищем, Ундули деактивировала клинок.

Присев на одно колено перед закованной в древнюю броню фигурой, она протянула ему рукоять оставленного для нее светового меча, опустив голову вниз.

— Я клянусь в верности вашему учению, мастер…