В зал для совещаний в резиденции Аме зашёл лидер.

— Ты где был?! — закричал на него советник Яхико. — Совещание началось два часа назад!

— Я помогал потерявшейся девочке вернуться домой, а потом мы вместе заблудились, — Маска почесал затылок. — А потом нас нашли её родители. Или это были мои родители? Я не помню.

— Неважно, — отмахнулся от лишней информации Яхико. — У нас тревожные новости. Нам объявили войну!

Повисла тишина.

— Наверное надо объяснить всё с начала, — взял слово Нагато. — После успешного открытия тюрьмы…

Нагато и Яхико до сих пор задавались вопросом, как Маске удалось убедить Дайме других стран. Хоть Конан и присутствовала при переговорах, по сути она сама переговоры и вела пока Маска бегал по крышам дворца и гонял голубей, но Дайме уже были готовы всё подписать без лишних уговоров. Она подозревала, что её лидер подготовил почву заранее.

— …нам массово поступили деньги и заключённые. Успех колоссальный. А сегодня утром нам поступил ультиматум от Кусы, или мы закрываем тюрьму или они объявляют нам войну.

— Мы не можем закрыть тюрьму, — стукнул кулаком по столу Яхико. — Мы вложили слишком много сил и ресурсов на её постройку!

— А в письме не сказано почему они выдвинули такие странные условия? — уточнил Маска.

— Нет, но наша разведка доложила, что они строят свою частную тюрьму, только у них она специализируется на преступниках шиноби. Хоть мы им и не конкуренты, но наш успех заставил их волноваться, — закончил свои догадки Нагато.

— Они идиоты? — спросила Конан.

— Так точно, — ответил Маска.

— Этот бизнес изначально провальный. Ни одна какурезато не отдаст своих шиноби чужой стране, какие бы выгодные условия содержания они не предложили.

— Так то оно так, но они уверены в обратном, — заметил Нагато. — В любом случае, нам сейчас надо думать как реагировать на их угрозу.

— Я войну не хочу, но и тюрьму я им не отдам, — высказал своё мнение Яхико.

Остальные советники с ним солидарны, поэтому начали размышлять как выпутаться из сложившейся ситуации.

— А чего тут думать? — прервал их размышления Маска. — Мы же Акацки, организация миротворцев. Вот и конфликтные ситуации должны решать разговорами. Назначай встречу с лидером Кусы у него, я ему объясню почему он не прав.

— А ты не сделаешь хуже? — спросил Яхико.

— Разве я когда-то проваливал переговоры?

Яхико пришлось напрячь память и к своему удивлению он понял, что такого никогда не было.

— На послезавтра в двенадцать сойдёт? — спросил Нагато уже начавший писать ответное письмо.

— Сойдёт.

— Охрана сопровождающая нужна? — спросил Яхико, хотя уже знает ответ. Маска может сам за себя постоять.

— Нужна! — поднялась Конан. — Это же официальная встреча двух лидеров. Хотя бы один сопровождающий должен быть. Для солидности. Поэтому с Маской пойду я!

— Может кто-то ещё хочет со мной пойти? Свободно ещё одно место, — напомнил Маска.

Яхико и Нагато встретились с холодными глазами Конан и отрицательно покачали головой.

— С этим решили. Какие-то ещё проблемы, мои советники?

— Это было самое срочное, — сказал Нагато. — Остались ещё мелкие внутренние проблемы, но с этим мы привыкли разбираться самостоятельно.

— Вот и отлично, — Маска встал из-за стола. — Конан, отправляемся послезавтра без десяти двенадцать.

— А не поздно? — удивился Яхико. — Встреча начнётся через десять минут.

— Послезавтра без десяти двенадцать, — повторила для себя Конан глядя на исчезающий силуэт Маски.

***

Зелёный туман, лёгкое головокружение и Конан с Маской оказываются на широкой дороге перед воротами Кусы.

Через две секунды их окружили семь шиноби с враждебным настроем. Конан вооружилась кунаем. Маска держит руки в карманах.

— Кто такие? Цель визита? — спросил самый высокий из неизвестных, наверное он у них главный.

— Это лидер Амегакуре Маска, а я - Конан - его сопровождаю. Вот документ подтверждающий наличие встречи сегодня с лидером Кусы, — Конан передала мужчине бумаги.

Мужчина прочитал их.

— Как мы можем быть уверены, что это настоящий лидер Аме, а не бандит, который украл документы? Пусть снимет маску.

Конан напряглась. Это однозначно провокация, потому что чистое лицо Маски никто не видел и они это знают.

— Псс, Конан, — подал голос Маска. — Мне кажется, что нас окружили мечники тумана. Вон у того я вижу меч.

— Мы в тысяче километров от земли воды, — она вздохнула. — Кроме того, они носят повязки травы.

— Многие ниндзя снимают их со своих жертв. Мне нравится вешать их на окна как занавески. Таким образом, если дует ветер, то они издают приятный звук.

— Это очень много повязок, — глаза Конан как и всех присутствующих округлились.

— Дзынь, дзынь, — сказал Маска умиротворённым голосом.

— Отбой. Это они, — передал по рации шиноби. — Нас предупредили, что оригинальный Маска ведёт себя очень… необычно для своего положения. Это была необходимая проверка. Прошу вас пройти со мной, лидер готов вас принять.

В зале для совещаний Кусы нет окон, обычная мера предосторожности, чтобы не подсматривали. Сейчас там находятся Бурами лидер Кусы, рядом с ним стоят двое его советников? Или просто два самые сильные ниндзя в траве Зосуи и Муи.

На другом конце стола расположились представители Аме. В отличие от шавок Бурами, Маска вытребовал для Конан стул.

— Ну, что? Пора нам обсудить, что из себя представляет лидер Кусы, — сказал Маска глядя на Конан.

— Он сидит в метре от нас, — Конан с трудом подавила вздох.

— Эм, мы здесь, — подал голос Муи.

— Тем лучше! Он нас не назовёт сплетниками!

Зубы Бурами начали скрежетать от злости, потому что его так легко игнорируют. Зосуи и Муи с трудом подавляют смешки. Конан уже должна была привыкнуть к чудачествам своего лидера, но иногда своим поведением он заставляет её прикладывать ладонь ко лбу. Как например сейчас.

Маска долго всматривался в широкую морду Бурами.

— Я думаю, что он сволочь, которая не ценит жизни своих подчинённых. А во время войны он спрячется в самой глубокой норе и будет трескать пончики.

Бурами плюнул в него. Маска легко увернулся.

— Вы пришли сюда оскорблять меня?! Значит из двух вариантов вы выбрали войну! Живыми вы отсюда не уйдёте!

Муи и Зосуи приготовились к атаке.

— А я думал, что мы пришли сюда сделать выгодное предложение, — Маска неуверенно почесал затылок.

Конан всё ещё не может оторвать ладонь от лица.

— Предложение? Ха! — он мерзко рассмеялся. — Какие у вас могут быть предложения ? Мне даже интересно послушать.

— Я против войны, поэтому сейчас вы трое, — Маска поочерёдно показал на Бурами, Зосуи и Муи. — Выходите на трибуну и говорите народу, что мы подписали договор и Кусагакуре присоединяется к силам Аме. Тогда я вам разрешу уйти в нукенины. Если будете паиньками, то возможно какая-то другая деревня вас примет.

Зал разразился хохотом.

— Ржу не могу!

Кусанины чуть животики не надорвали со смеху. И только Конан понимает, что это не похоже на обычный юмор Маски.

— Хочешь ещё шутку? Ваш Дайме меньше двух часов назад передал все права на земли моему Дайме, — Маска бросил на стол фотографию где правители двух стран пожимают руки, также на фотографии видно выпуск сегодняшней газеты.

По телу Бурами пошёл холодный пот.

— Убить их!

Муи сложил печати и на его правой руке появились красные огни, с ними он бросился на Маску и через секунду исчез в воронке. Зосуи прыгнул на Конан с кунаем, но вместо плоти наткнулся на вихрь бумаги из которого не может выбраться.

Бурами сложил печати и что-то должно было произойти, но ничего не было.

— Делай что хочешь, но из этой комнаты он выйти не должен, — отдал приказ лидер Аме своей подчинённой.

После первой неудачной попытки атаки Бурами бросил кунай в быстро приближающегося Маску. Кунай прошёл сквозь его тело. В следующий момент Маска схватил Бурами и они вместе исчезли в воронке.

Последнее что услышал Бурами от своего врага прежде чем исчезнуть:

—Не дыши.

В следующий раз Бурами открыл глаза в незнакомом месте, повсюду зелёный туман и ничего не видно. Он быстро закрыл нос и рот рукой.

— Ну, как? Нравится у меня? Жаль, что ты не можешь рассмотреть всю красоту этого места, — голос Маски звучит отовсюду.

Бурами попытался затаиться.

— Кстати, что это была за первая техника? Гендзюцу? Я тебя разочарую, но оно на меня не действует, — Маска появился прямо перед его лицом. —Я тебе покажу, что такое настоящая иллюзия.

Бурами попытался сбежать, но что-то длинное и твёрдое заковало его руки и ноги. За туманом не разобрать.

Он снял с себя верхнюю часть оранжевой маски. Бурами увидел чёрные глаза, которые начали стремительно превращаться в красно-чёрный калейдоскоп ужаса.

— Отныне цель всей твоей жизни беспрекословно подчиняться лидеру Аме.

Воронка вновь открылась и в зал для совещаний вернулись лидеры двух какурезато. В помещении было тихо, рядом с целой и невредимой Конан лежит превращённый в мумию Зосуи.

— Как дела? — поинтересовался Маска.

— Он слишком слабый. Мне удалось без труда его обезвредить.

— Хорошая работа! — Маска показал большой палец.

Живого Зосуи поглотило воронкой.

— А что с этим? — Конан не сводила глаз со слишком спокойного Бурами. Ещё пять минут назад он слюной брюзжал.

— Я обо всём договорился, — Маска опять показал большой палец. — Теперь Бурами будет паинькой и сделает всё, что мы захотим. Не так ли?

Бурами послушно кивнул.

Потом Бурами вышел к народу с речью. Рассказал о Дайме и слиянии с Аме. О плюсах такого решения для экономики, медицины, образования и очень много других важных вещей. Яхико бы хлопал от восторга.

Простые люди и младший обслуживающий персонал шиноби приняли новость прохладно. Они уже привыкли во всём соглашаться с начальством, чтобы лишний раз не огрести.

Военные начали громко обсуждать глупость такого решения. Недолго. Когда в самого громкоговорящего прилетел кунай, к его счастью, мимо. Все заметили около полтысячи шиноби Аме вокруг. Для слушания такой важной речи были освобождены от своих обязанностей все шиноби Кусы. Этим и воспользовались аменины, чтобы прокрасться незаметно.

Джонин Аме отсалютовал Маске, тот отсалютовал в ответ. Эти жесты не прошли мимо Конан и она задавалась вопросом, когда Маска успел отдать приказ джонинам Аме и почему не предупредил её обо всём этом.

— Для всех несогласных с новым устоем, — продолжил Бурами. — Уважаемый Маска предлагает попытать счастья в нукенинах. Все кто уйдёт сейчас в книгу бинго занесены не будут.

Увидев джонинов Аме, ниндзя уже бывшей Кусы отменили свой план быстрого убийства Маски и предателя Бурами. От щедрого предложения податься в нукенины все отказались. Здесь хоть и что-то странное происходит, но здесь дом и обещают на должностях сохранить.

***

Через несколько дней в Аме возвращаются Маска и Конан с небольшим отрядом новых аменинов. Их встретили советники.

— Как?! — рвал на себе волосы Яхико. — Вас отправили только договориться, чтобы не было войны и тюрьму оставили. Как вы добились слияния?!

— Не знаю, как-то само получилось, — Маска развёл руки в стороны.

Яхико перевёл взгляд на Конан. Та только пожала плечами.

— Теперь нам надо улучшать экономику, добывать новые ресурсы, чтобы прокормить всех этих людей и это только малая часть проблем!

— Зато войны не будет, — Маска попытался успокоить Яхико, но его сердитый взгляд никуда не делся.

— Мы можем воспользоваться их недостроенной тюрьмой. Наша пользуется слишком большим спросом и скоро потребуется расширение, — предложил Нагато.

— Ладно, с денежным вопросом разобрались. Что будем делать с конфликтами? Бывшие кусанины не пойдут быстро на контакт.

— Мы просто устроим большую вечеринку! Организацию беру на себя! — Маска показал на себя пальцем.

— А по пути захватишь ещё одну деревню?!

— Разве я тебя когда-то подводил?

Яхико ударился головой об стол.

— Думаю этот вопрос действительно лучше оставить на Маске. Люди его любят, — сказал Нагато.

— Ладно. Что будем делать с лишней какурезато? Контролировать две одновременно проблематично.

— Давайте с помощью техник дотона объединим их по центру!

— Маска, ты хоть представляешь сколько на это надо чакры и времени? У всех мастеров дотона в мире на это уйдёт год!

—Я это сделаю! Поверь мне!

Яхико опять стукнулся головой об стол.

— Поздно уже. Давайте оставим этот вопрос на завтра, — предложила Конан, потому что ей стало жалко окровавленный лоб Яхико.

Большинством голосов было принято перенести заседание на завтра.

— А тебя, Нагато, я попрошу остаться, — сказал Маска.

Яхико и Конан пожали плечами и разошлись.

— Да, лидер? — спросил Нагато.

— Ты же Узумаки?

Нагато напрягся, Маска ещё никогда не называл его фамилию, но кивнул.

— Из бывшей Кусы я привёл двух Узумаки. Теперь, как местный представитель клана, ты обязан о них позаботиться. Ты же не бросишь молодую маму с маленькой дочкой одних в этом большом городе?

— Мне надо жить с ними под одной крышей?

— Я же тебя не жениться заставляю. Просто присматривай за ними. Навещай иногда. Считай это своей миссией.

— Будет исполнено.

— И ещё одно: я тебе говорил, что у меня дар предсказателя?

— Нет, но ты каждый день говоришь какой ты обалденный.

— А это разве не одно и тоже?

Нагато не нашёл что ответить.

— В любом случае, я вижу, что малышка Карин Узумаки станет блестящим медиком. Короче, договорись с Тсунаде, чтобы та её взяла в ученицы, когда она подрастёт. И тогда у нас будет величайший медик в истории!

— Как я это сделаю? Я с Тсунаде почти не общаюсь.

— Ты забыл? Я тактик, со стратегией разбираешься ты.

— Мне кажется, что тебе будет легче с ней договориться. У вас более, кхем, тесные отношения.

— Ты на что это намекаешь?

Лицо Нагато стало цветом с его волосы пытаясь подобрать слова.

— Ну, когда она приходила к тебе в кабинет и вы уходили вместе.

— А, вот к чему ты. Забудь об этом. Я отработал свой долг и больше у неё дома мне не рады.

Нагато понадобилось много времени, чтобы переварить эту информацию.

— Что-то ещё, лидер?

— Нет, но завтра обязательно навести новых Узумаки.

***

На следующий день в кабинет лидера Аме зашла Конан.

— Маска? — она смотрела на стул развёрнутый лицом к окну.

Тишина.

— Опять этот трюк? — сказала Конан сама себе. — Развернул стул и сбежал на обед.

Подойдя ближе она увидела владельца кабинета в своём кресле. Он держит в руках блокнот и что-то в нём записывает.

— Ты почему молчишь?

— У меня есть более важные дела.

— И что же это за дела?

— Я рисую треугольник! Классно получилось? — Маска показал ей свой рисунок самого обычного треугольника.

Она развернула кресло к себе.

— Почему ты ни мне, ни Яхико с Нагато не рассказал о своём плане?

— Каком плане? — изобразил Маска искреннее удивление.

— По слиянию дождя с травой! И не говори, что это случайность! Подписанный договор двух Дайме и появившаяся армия Аме из ниоткуда не может быть совпадением!

— Что я могу сказать? Я фартовый парень.

— Ну да, повезло договориться с нукенинами помочь против Ханзо, повезло стать лидером Аме, повезло придумать прибыльный план с тюрьмой, повезло привести Тсунаде, повезло договориться с Дайме других стран, повезло объединиться с вражеским селением, —

она попыталась рассмотреть его глаза сквозь тонкие щёлочки маски. — Почему не можешь довериться мне или моим друзьям? Разве мы не одно дело делаем? Почему ты всё делаешь один?

— Ну, так то ты присутствовала на каждом мероприятии.

— В том то и дело, что я только наблюдала за театром твоих действий. Мне надоело смотреть! Я хочу помочь тебе. Я хочу понять тебя.

Долгая гнетущая тишина

— Разговор окончен, — Маска отвернулся к окну, как будто ничего сейчас не произошло.

Конан прикрыла глаза, её плечи поникли.

— Мне надоело быть твоей марионеткой. Я ухожу из совета.

Она развернулась на каблуках и отправилась к выходу.

— Разве нам не было весело? Останься.

Она с трудом подавила воспоминания с фестиваля.

— Не могу. Если ты не доверяешь мне, то как я могу доверять тебе?

Хлопок в ладоши. Двери закрылись. Ставни на окнах тоже. Вокруг комнаты появился фиолетовый барьер высшего качества.

— Я не хочу тебя терять. Чтобы понять меня, тебе надо увидеть меня настоящего, — он начал снимать с себя оранжевую маску.

— Нет! — она закрыла глаза руками.

— Разве не этого ты хочешь? — голос стал ближе. Он силой оторвал её руки от зажмуренных глаз и вложил ей предмет овальной формы. Свою маску.

— Нет! Я хочу, чтобы ты это сделал, когда сам захочешь, а не потому что я тебя заставляю. Просто дай мне шанс узнать тебя ближе!

Маска исчезла из её рук, а потом Конан очутилась в его тёплых объятиях.

— Спасибо, — прошептал он ей.

— За что? — спросила она всё ещё не верящая в происходящее.

— За то, что ты есть.