– Подвинься, – Артур уселся рядом с Джоном Вудом. – Когда начинают?

– С минуты на минуту.

В небольшой комнате с бетонными стенами сидело около десяти любивших посмотреть на казни инспекторов. Артур восседал, задрав нос, ведь это благодаря ему все присутствующие насладятся процессом.

– Ведут! – крикнул один из наблюдателей.

Железная дверь распахнулась, вошли пять человек с винтовками, убийца и улыбающийся тюремщик, поигрывающий связкой ключей.

– Сюда встань, – последний указал Дроглэру на угол комнаты. – Спиной к нам.

– Ну, ребята, не будем медлить, огонь! – выкрикнул один из зрителей.

– Стойте! – взвыл Уинстон. – А как же последние слова?

– Ладно, развернитесь и говорите.

– А зачем целых пять стрелков? Никогда не понимал, – шепотом спросил Вуд у Артура.

– Одна винтовка всегда заряжена холостым патроном. Только никто не знает, какая именно. Это сделано для того, чтобы палачи не чувствовали вину за убийство. Ведь нельзя быть уверенным, что ты стрелял боевым.

– Понял.

Дроглэр ещё немного подумал над речью и размеренно начал.

– Я не убийца. Да, я много ужасных вещей сделал в своей никчёмной жизни. Я понимаю, что страдали люди, которым страдать было не положено. Ставил себя выше других, гораздо выше других. Только сейчас все те грехи, которые я совершил, начали давить на меня, уничтожать. Но среди них нет убийств, которые вы мне насильно приписали. Да, я чудовище. Невозможно представить всю ту боль, которую я причинил людям. Готов встать на колени и молить о прощении свою мать, брата, красавицу Миранду, которая вскрыла вены после нежеланной близости со мной, молить весь чёртов Уайтчепел, который задыхался по моей прихоти. Чудовище… Но взгляните на себя. Вы сидите тут и ждёте казнь. Ждёте зрелища. Хотите насладиться смертью, страданиями, кровью. Вам доставляет это удовольствие. И кто же вы после этого?

– Достаточно. Огонь! – рявкнул тюремщик.

Выстрелы прозвучали одновременно. Слились в один. Дроглэр не успел и пикнуть. Он только ударился затылком о стену от силы выстрелов. Упал. Пару раз болезненно кашлянул и замер. Кровавая лужа быстро достигла палачей, а вскоре и наблюдателей, которых, к слову, тут не должно было быть, ведь присутствие на казни запрещено законом. Они здесь только благодаря своему статусу. Туша Дроглэра напоминала забитую свинью. Широко раскрытые глаза смотрели прямо на Артура. По регламенту преступник должен отвернуться к стене, но этого не произошло. Слишком уж много нарушений регламента.

– Расходимся! Шоу окончено! – прокричал тюремщик.