Кориндо располагался между Деревней Людей и Магическим Лесом. Хозяин магазина убирал пыль с полок. Он встал посередине комнаты и, положив руки на бока, осмотрел ряды. Он пробежался взглядом по самым разнообразными товарам из внешнего мира.

Владелец лавки взглянул на часы. Уже близился вечер и продавец готовился закрываться. Как в дверь вежливо постучали.

— Кого это занесло ко мне в такое время?

Мужчина подошёл к двери и посмотрел в глазок, который он так долго устанавливал.

— Ринноске, ты тут не сильно занят? — сказала Рейму.

Дверь перед девушками открылась.

Перед собой они увидели молодого человека в белой рубашке со стоячим воротником, поверх которого было кимоно, — одна сторона которого была чёрной, а другая зелёной, — отвороты были украшены белыми зигзагами. Мужчина имел чисто женские русые волосы, собранные в хвост. В добавок он носил одновременно и штаны и платье.

— А! — восторженно воскликнул Моричика. — Рейму! Какие люди! Какими судьбами вы пожаловали? Наверное, пришли посмотреть новый ассортимент? Сейчас принесу кое-что новенькое! — с энтузиазмом сказал торговец и ушёл в другую комнату.

— Вообще-то, я хотела…

Ринноске вернулся и принёс с собой коробку, наполненную вещами из внешнего мира.

— Вот, смотри! — зелёные глаза мужчины засияли. — Это у нас эдакие кожаные наручи, но если надеть их и сделать небольшое движение… Ай, чёрт! — из устройства выдвинулся короткий клинок. — Чуть мизинец не потерял! Итак, как я понял, эти устройства носил один тайный орден. В древности его члены взбирались на высокие здания и с их вершин падали в телеги с сеном. Правда, лиса его знает, как они не разбивались после такого…

— Вообще-то… — Рейму попыталась вклиниться в речь мужчины, но вспомнила: если Ринноске начинает рассказывать про свои товары, то его уже не остановить. Хотя стоило признать, рассказывал он интересно.

Владелец лавки продолжал копаться в ящике.

— А это у нас… — Моричика вытащил узорчатый кинжал с прозрачной рукояткой. — Что-то типа магического кинжала. Правда я ещё не разобрался как он работает, но, по-видимому, в рукоятке должно быть что-то вроде песка, — он порылся в ящике и вытащил шлем. На каске висело устройство, на котором было нечто вроде трёх глаз, расположенных по горизонтали. — Очки, которые позволяют видеть в темноте. Сам проверял, они работают.

— Это всё конечно здорово, но у тебя случайно не залежалась карта Деревни Людей? — наконец смогла заговорить Рейму. Ринноске, напротив, замолк и впал в уныние. — Я прекрасно понимаю, — продолжила жрица, — что продажи всех этих безделушек у тебя не ахти, но неужели всё совсем плохо?

— Ты права, — ответил мужчина. — Раньше я ещё надеялся, что хоть кто-то купит, но уже как несколько недель клиентов нет. Карта завалялась там же, где и сегмент со снежными шарами, — сказал он и убрал кинжал в свою кожаную сумку на поясе.

«Ты бы сам для начала нашёл им правильное применение, умник», — подумала жрица.

Моричика отошёл в сторонку и начал протирать свои очки.

Найдя карту там, где сказал Ринноске, Рейму взяла лежавшие неподалёку кисть с чернилами и принялась помечать все места, где были найдены убитые. Но девушке это показалось мало. Она решила соединить точки между собой. Когда она провела линии, то тут же хотела воскликнуть, но сдержала себя, посчитав это неприличным.

«Не может быть! Значит моя догадка была верна!»

Её догадка подтвердилась, эти «точки» были расположены не случайно: линии пересекались лишь в одном месте.

«В доме семьи Фума».

— Значит вот какая следующая цель убийцы, — подметила про себя жрица.

Рейму уже собиралась уходить, но на полпути остановилась. Жрица взглянула на настенные часы: дело близилось к ночи. Ещё немного и ничего не будет видно. Хакурей вспомнила про новые товары и у неё возникла одна идея.

— Ринноске! — окликнула она готового впасть в депрессию мужчину. — Я возьму вот эту бандуру, — она указала на шлем.

Ринноске быстро одел очки и сказал:

— Какой прекрасный выбор. Но… зачем это тебе?

— Ну, как тебе сказать. Одну небольшую шалость хочу устроить, — ответила девушка, и, оставив деньги на кассовом столе, и покинула Кориндо вместе с устройством.

Ринноске, несмотря на первого за долгое время клиента, всё ещё пребывал в унынии. Он решил взглянул на карту. По пометкам он понял, что к чему: в тот день краем уха он слышал о неких «убийствах».

«Теперь ясно, зачем она взяла эти очки».

***

Наступил вечер. Рейму всё никак не могла понять, куда запропастилась её подруга.

«Наверное опять со своими грибами экспериментирует», — подумала жрица и направилась к забегаловке Мистии. Как раз за едой жрица сможет развеять тревожные мысли.

«Раз у меня появилась свободная минутка, пойду отдохну».

Приближаясь к кабаку, Рейму увидела следующую картину: неподалёку стояла хозяйка заведения, а у входа лежала Мариса.

— Вот же лисьи проделки!

Как только жрица увидела ведьму, она подбежала к ней.

— Мариса, что с тобой? — Хакурей пыталась привести подругу в чувства, но у неё ничего не вышло. Рейму серьёзно обеспокоилась, как вдруг Кирисаме засопела.

— Ах вот оно что, — сказала она с улыбкой.

«Похоже у меня нет выбора».

Оставив спящую подругу в покое, Рейму взглянула через открытую дверь. В заведении был сущий хаос: разбросанные стулья и сломанные столы, повсюду осколки разбитых кружек.

— Эй, Мистия, — обратилась она к хозяйке. — Что тут у тебя стряслось? И что случилось с Марисой?

— А, Рейму, не ожидала тут тебя увидеть, — Мистия неловко изобразила улыбку. — С вашей подругой у нас произошла… немного неприятная ситуация.

— Что ещё за «неприятная ситуация»? — удивилась жрица.

Мистии пришлось рассказать, как Мариса напилась, начала грубить остальным клиентам и в какой-то момент посчитала себя настолько оскорблённый, что начала громить всё заведение, распугав всех клиентов. А затем, выйдя из зала, упала на землю и задремала.

— Прошу прощения за мою подругу, — заговорила Рейму. — Опять эта ведьма задебоширила по пьяни, — Хакурей подошла к Кирисаме и взяла её на закорки. — Ещё раз прошу прощения за причинённые неудобства.

— Ничего страшного, — ответила Мистия. — У нас такое чуть ли не каждый день случается. Хотя бар наш всего как неделю открыт, — неохотно добавила она.

Рейму, закинув Марису за спину, и держа её за ноги, потащила к особняку.

«Везёт же тебе подруга».

Ведьма оказалась на удивление лёгкой. Несмотря на то, что, насколько могла судить жрица, её подруга скорее переедала, чем недоедала.

— А? Дайте поспать! Нахрена… нахрена вы лезете!.. Что ты сказал, урод? А ну повтори… — продолжала нести бред дремлющая Мариса.

— Эй, вообще то из-за тебя, дурёхи, я не успела как следует поесть! — возмутилась Рейму, хотя и понимала, что в таком состоянии Кирисаме вряд ли что-либо способна понять. — Эх, ты неисправима, — Рейму слегка улыбнулась. Несмотря на то, что из-за Кирисаме она не раз попадала в неприятности, Хакурей всегда готова помочь своей ей в беде. Со своей подругой она знакома уже двенадцать лет. Она знает Марису как облупленную.

На дворе уже стояла ночь. Месяц освещал им дорогу к особняку семьи Фума.

— Это ты там что ли? Ринносечка-а-а! Скажи, я хорошая девочка-а-а-а? — бредила Мариса. — Погладь меня по головке. Прошу-у-у.

— Вот чёрт, — выговорила про себя жрица. — Ещё не оклемалась? — взглянула она на ведьму. — Потерпи немного, мы почти пришли.

***

Дом семьи Фума находился в центре Деревни Людей. Это было большое здание с несколькими этажами, каждый из которых опоясывала ступенчатая крыша.

Рядом с колодцем Рейму встретила Алису и Аю, и объяснила им всю ситуацию.

— Итак. У меня есть хорошая новость и плохая, — сказала она. — Начну с хорошей. Я выяснила, куда направиться наш преступник. Следующей его жертвой, и я в этом уверена, станет сам глава семейства. Нам нужно будет его охранять, чтобы поймать этого гада.

— Ясно, — ответила Ая. — А плохая какая?

— А по поводу плохой… Впрочем, взгляните сами, — сказала она и открыла ящик. Девушки увидели спящую Марису. Свой поступок жрица объяснила просто: мало ли что может случиться с одинокой пьяной девушкой.

— Алиса! — Рейму укоризненно взглянула на неё. — Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Я-я и сама не знаю, почему ей приспичило выпить именно сейчас, — занервничала Маргатроид. — Перед тем как уйти, она сказала, что хочет пойти к себе домой, чтобы наполнить свои флаконы.

— Эх, врать ты ещё не научилась… — жалобно вздохнула жрица. — Но ничего, как только проснётся, я ей устрою взбучку. Но сейчас у нас есть дела поважнее. Нам надо поймать преступника.

Девушки вошли в большое поместье. Стража уже знала их, поэтому без проблем впустила.

— Эй, куда это ты!

— Не беспокойся! — прокричала Ая — Я пока пойду осмотрюсь вокруг! — бросила тэнгу и удалилась.

Хакурей осмотрелась. Гостьям действительно было на что смотреть: внутри всё выглядело ещё солиднее, чем снаружи.

Все стены были расписаны. Каждый мурал изображал какую-нибудь легенду. Каждое такое полотно было отделено колоннами, служившими картинам естественными рамками. Видя всё это, у любопытной тэнгу загорелись глаза. Сямеймару восхищённо рассматривала одну сцену за другой, как вдруг Её взгляд застыл. Она наткнулась на кое-что любопытное: между гонгом и портретами предыдущих глав семейства стояла огромная фреска, изображающая какое-то судьбоносное сражение. С одной стороны, были люди, с пёстрым вооружением. С другой ёкаи, с не совсем человеческим обликом. Начиная с огромных о́ни и заканчивая оборотнями. Обе стороны были изображены накануне схватки. На верху, возвышаясь над битвой, были изображены три фигуры. Они словно наблюдали за всем происходящим издалека и ожидали исхода сражения. Одна из них, кажется, похожа на Юкари, а другая… Впрочем, там ничего не было. Осталась лишь пара вмятин.

— Лисицы ли это рук? — журналистка не понимала кто и зачем стёр эту часть мурала.

***

Рейму и Алиса добрались до высокого кабинета.

— Извините за беспокойство, — выглянула Алиса. — Мы ищем главу семейства Фума.

Полностью открыв дверь, девушки увидели юношу с длинными тёмными волосами и глазами, который о чём-то спорил со стариком.

— О, старый коротышка, и вы тут! — заговорила Рейму с натянутой улыбкой.

«Я тебе дам, за старого коротышку!» — прозвучало в мыслях у старика. Но он просто кашлял. — А, госпожа жрица Хакурей. Надеюсь, вы смогли кое-что выяснить?

— Да. И это касаться главы семьи Фума. Мы пришли, чтобы предупредить его, — ответила Рейму.

— Ну раз так, то вы пришли по адресу, — сказала староста и указал на своего собеседника. — Знакомьтесь, это Токарио Фума. Нынешний глава клана.

— Для меня это честь, дорогая жрица, — ответил юноша. — Так, о чём вы хотели меня предупредить?

— Итак, господин Фума. Я полагаю, вы в курсе убийств вашей стражи у околиц деревни, — продолжила Хакурей.

— Да, госпожа жрица, мне это известно. Но, простите, я не совсем понимаю вас. Что вы хотите этим сказать?

— Преступник специально оставил послание, повесив тела в определённых местах. Всё указывает на то, что следующая цель — вы, господин Фума. Именно вы будете следующей жертвой.

Мужчина впал в ступор, но в ту же секунду пришёл в себя.

Староста заподозрил неладное.

— С вами всё в порядке? — спросила жрица.

— Да, вполне. Просто пойду… спрячусь за стол… — меланхолично ответил юноша.

Рейму с Алисой заподозрили неладное: убийца ведь не дурак, он не позволит себя так просто поймать.

Вдруг девушки остолбенели. Только что они услышали мужской неистовый рёв.

Стенания доносились из-под стола.

Девушки переглянулись. Они всё ещё не до конца отошли от испуга. Но они зря переживали. Это оказался всего лишь жалобный крик Токарио, который вдруг разревелся и разрыдался.

— Что же делать? Что же делать? — повторял он. — Он убьёт меня таким же образом, как и тех стражников! Ну чем я ему насолил?! Ну че-е-е-м?!! — завопил мужчина.

Алисе и Рейму стало не по себе. Девушки испытывали омерзение с примесью стыда. Маргатроид закрыла лицо, а Хакурей брезгливо скривилась.

Девушки стали перешёптываться:

— Какой позор…

— Он мужчина или кто?

— И это наследник именитого рода?

— Почему вы так на меня жалобно смотрите? — продолжал истерить господин Фума. — Что же…

Вдруг раздался глухой удар.

— Вот же непробиваемый кретин! — ворчал старец, грозя ещё раз применить свой педагогический инструмент.

— Прошу извинить его, юные дамы. Он такой ещё с детства. Ноет по любому поводу. Он ещё не привык к своим новым обязанностям.

Пока Токарио потирал свой лоб, Алиса что-то внимательно рассматривала. Её взгляд зацепила одна вещь. На одной из полок Маргатроид увидела чёрно-белую фотографию двух молодых мужчин. Одеты они одинаково, но были неодинакового роста. Первый, тот что пониже, был с короткой стрижкой. Второй же, высокий и крепкий, был лысым. На заднем плане был какой-то недостроенный дом. Судя по всему, снимок сделан давно.

— Вижу, вы неравнодушны к истории семейства Фума, — сказал староста. Он подошёл, когда подметил взгляд девушки. — Здесь мы с его отцом. Это я слева, — добавил он.

Алиса перевела взгляд на старика, затем на фото, затем снова на старика. Она как будто смотрела на двух разных людей.

— Но… Как вы стали таким низким? — недоумённо спросила Алиса.

— Это к делу не относится! — разразился староста, но тут же перевёл дух. — Мы с Генто, отцом Токарио, всю жизнь были не разлей вода. До тех пор, пока он не умер… — староста загрустил, — несколько месяцев назад. И вот, в память о нем я забочусь об этом оболтусе. А то натворит ещё делав! — сотрясал старец тростью.

— Если честно, — заговорил Токарио, — отца я плохо помню. Он часто был занят. Пока его не было, за мной присматривал наш староста. Конечно, он постоянно хочет меня перевоспитать на свой лад, но он неоднократно мне помогал, и я его очень ценю его помощь.

Старец улыбнулся. Девушки почувствовали, как в воздухе витали тёплые чувства, словно перед ними были отец и сын.

— Это всё, конечно, трогательно, — вмешалась Рейму, — но нам нужно продумать план поимки преступника. Для начала…

В глазах всё потемнело. По всему зданию отключился свет.

— Ох, что за лисьи проделки? — забеспокоилась Алиса.

— Эй, какого хрена? — возмутилась Рейму.

— О нет! — запаниковал Токарио. — Он пришёл за мной!

— Генератор вырубил, — прокряхтел староста. — Лисин ты сын!

Рейму и Алиса косо посмотрели на него.

— Удивлены, что здесь есть электричество? — спросил старец. — Знаю, в Генсокё это большая редкость.

— Главное, чтобы нам не пришлось разбираться, как его обратно включить, — ответила Хакурей.

Она видела электричество лишь в двух местах: у Ринноске в Кориндо и в Эйэнтее, где живёт Эйрин.

— Кажется я знаю, каков будет его следующий ход.

***

До того, как погас свет, Ая успела сделать снимок. Она хотела показать свою находку остальным. Свой фотоаппарат она нашла случайно, когда прогуливалась по Магическому Лесу. Раньше она думала, что это обычная безделушка из внешнего мира. Но узнав, как он работает и применив его на практике, Сямеймару поняла, что это тот инструмент, без которого она не может обойтись.

Журналистка блуждала по длинным коридорам особняка и искала девушек. Но встретила совсем других людей. Заворачивая за угол, она наткнулась на двух стражников. Они были одеты в алые кимоно и носили медальоны, похожие на те, что были на телах убитых. Они шли в противоположную сторону.

— Эм, простите.

— Эй, малая, что ты тут забыла? — обернулся один из стражников.

— Э-э-э, да так, — ответила тэнгу, — изучаю архитектуру и собираю материал для новой статьи.

— Слушай, тут какой-то дебил вырубил свет, — заговорил второй, более тощий, мужчина. — Ты тут случаем не видела никого постороннего?

— Не. Только фрески, колонны, статуи и портреты ваших глав, — ответила Ая.

— Кстати про них, Кендзи. Я вообще не вдупляю, какого чёрта наш предыдущий глава тратил столько йен на всю эту древнюю шалупню? — обратился он к своему напарнику. — Смысла ведь в этом никакого нет!

Позади мужчин Ая услышала шорох.

— Дуболомная ты башка, Нобо! — ответил Кендзи. — Как ты не понимаешь? — продолжил охранник. — Он собирается открыть тут музей истории. Поэтому-то он и понаставил здесь кучу постаментов. Пять лет такого не видали и вот на тебе.

Кендзи обернулся к Нобо, но тот уже был без головы.

— Твою мать, Нобо! — отскочил Кендзи. Мужчина пребывал в замешательстве. Тело напарника грохнулось на пол, а из шеи забил кровавый фонтан.

Сямеймару пребывала в ужасе. Всё произошло на её глазах.

— А ну покажись, урод! Мигом шкуру спущу!

Ая заметила, как позади Нобо на секунду мелькнула тёмная фигура. Теперь этот же силуэт мелькнул позади Кендзи.

— Берегитесь! Сзади! — прокричала Ая.

Не успел обернуться охранник, как тут же получил удар ножом в глаз и перерезанное горло. Так и не успев ничего понять, мужчина атлетического телосложения упал замертво.

Ая в страхе отступилась и забежала в случайную комнату. Она надеялась, что сумеет что-то придумать, прежде чем убийца доберётся до неё.

«О боги! Что же делать! Что же делать! Что же…»

Остроконечные уши, ёкая услышали звук только что вдребезги разбившейся керамики. Сямеймару повернулась в сторону шума: на полу валялись куски того, что некогда было изящной вазой.

Ая взмахнула веером.

Сильный поток ветра промчался по комнате и разнёс все ценные экспонаты, что были в ней. Но нарушитель не пострадал. Его по-прежнему было не видно и не слышно. Вдруг помещение стали озарять яркие вспышки. Они, словно разряды молний, на краткий миг ярко освещали комнату. Ая в панике делала множество снимков, чтобы хоть как-то заметить убийцу в кромешной темноте.

«Ну же, покажись!» — проговорила тэнгу про себя.

За своей спиной девушка услышала быстрые шаги. Кто-то стремительно приближался к ней.

Ая в ужасе обернулась и её палец случайно нажал на кнопку. После вспышки она почувствовала сильный удар по голове и потеряла сознание. На экране фотоаппарата было запечатлено лицо фигуры, скрытое под маской белой лисы.

***

Маргатроид схватилась за голову. Её глаз немного жгло.

— Что такое, Алиса? — спросила Рейму.

— Одну из моих кукол только что вырубили, — сквозь боль ответила кукольница. Когда ей немного полегчало, она продолжила. — Приношу свои извинения, господин Фума. По всему вашему дому я расставила своих часовых кукол. Они — мои глаза и уши.

— Так что ты видела перед тем, как твою куклу уничтожили? — продолжила Хакурей.

— Рейму, у нас беда, — вспомнила Алиса. — Аю кто-то схватил. Скорее всего, наш преступник.

— Отлично! — воскликнула Рейму. — Сейчас мы его поймаем!

Алиса услышала голос, который уловила другая кукла:

— Эй, вы! Я знаю, что вы охраняете этого ублюдка! Выходите! Иначе ваша крылатая подруга умрёт быстро и мучительно!

Кукольница увидела, как фигура в плаще и в маске белой лисы держит Сямеймару и угрожает ей ножом.

— Они в главном холле, — сказала Алиса. — Надо спешить!

— Постойте! — разразился староста. — Как вы этого не понимаете! Он взял вашу подругу в заложники, чтобы добраться до нас, — сказал он, взглянув на Фума.

— Так, вы двое! — скомандовала Хакурей, — Сидите здесь и не высовывайтесь, — обратилась она к старцу и Токарио. — Сейчас мы его проучим. Алиса, надевай вот эту штуку, — жрица отдала ей шлем с тремя монокулярами.

— А для чего мне эта штука? — спросила Маргатроид.

— Позже объясню, — ответила Рейму. — Сейчас нам надо добраться до вестибюля.

По пути девушкам попадались множество тел.

Из окон падал холодный лунный свет. Перед ними стояла фигура в плаще. Душегуб подвесил тэнгу за руки и приставил к её горлу нож.

— А вот и вы, — заговорил человек будто мальчишеским голосом. — Как же хорошо, что вы покинули ваше уютное гнёздышко.

— Что с Аей? — спросила Алиса.

— Не волнуйтесь, с неё ни одно пёрышко не упало. Пока что. Не то что я хочу её убивать. Давайте обойдёмся без этого. Давайте лучше заключим сделку, — предложил незнакомец.

— И что ты предлагаешь? — с нескрываемым призрением спросила Хакурей.

— Вы выводите этого никчёмного Фума сюда, ко мне, а в обмен вы получаете вашу подругу. Если же вы этого не сделаете, то… как бы мне этого не хотелось, придётся умертвить вашу птичку.

— Ах ты… — возмутилась Алиса, но Рейму подозвала Маргатроид и что-то прошептала ей на ухо.

— Что? О чём это вы шепчетесь?! — возмутился злоумышленник. Он посчитал, что девушки игнорируют его.

Рейму отошла от Алисы и, угрожающе посмотрела на него.

— Позволь тебе задать один вопрос для начала! — обратилась к нему хакурейская жрица. — Ты правда думал, что твой дешёвый трюк сработал?

Не успел вторженец ухватить смысл слов, как получил удар головой от птицы, после чего тэнгу сразу же зарядила ногой по лицу. Негодяй отлетел, но сумел устоять на ногах. Нижняя часть маски раскололась, обнажив звериный оскал. Изувер зарычал.

— Значит быть для него приманкой, я правильно всё сделала? — обратилась Ая к Рейму.

Жрица одобрительно кивнула.

Хакурей рассказала ей этот план, когда они ещё стояли на пороге особняка.

— Угу, — ответила тогда жрица. — Он может появится в самый неожиданный момент. Притворись, что потеряла сознание и дай взять себя в заложники. А потом, кода мы придём к тебе на помощь, вломи ему со всей дури.

«Вот чёрт! Меня провели как последнего лоха!» — прозвучало в мыслях у незнакомца, пока он продолжал злобно оскалить зубы.

Ая присоединилась к девушкам.

— Это ещё не конец! — сказал он и тут же исчез.

— Будь осторожна, — обратилась Ая, — он движется очень быстро. Ты его даже не заметишь.

— Поняла, — ответила Рейму. — Алиса, надевай эти очки и говори, где он находится.

Алиса спряталась за колонной, а Ая охраняла волшебницу. Маргатроид надела шлем и опустила крышку с монокулярами. Все неодушевлённые предметы окрасились в холодные сине-зелёные тона. Одушевлённые же были в горячих оранжево-красных. Рейму достала свой клинок и, взлетев в воздух, начала осматриваться по сторонам.

Алиса заметила оранжевое пятно, которое быстро приближалось к Хакурей.

— Слева! — крикнула она.

Рейму отбила атаку.

«Вот дрянь! Действительно шустрый!» — подметила жрица и отлетела вправо.

Преступник обрушил на неё целую серию ударов, но жрица отбили все эти атаки. Ловким движением она насадила нож на гохей, превратив его в копьё. Теперь отбиваться стало проще. Однако темнота всё ещё играла на руку противнику. Хакурей по-прежнему не могла видеть того, с кем сражается. Но ей этого и не требовалось, ведь…

— Сзади! — вновь крикнула Алиса.

Их клинки скрестились. Рейму сумела отбить атаку.

Маргатроид была её глазами.

— Да сдохни ты уже! Какого чёрта! Что за лиса насрала! — возмущался лиходей, — Как ты предугадываешь мои действия! — сказал он, словно маленький ребёнок.

— Магия, — с ухмылкой сказала Рейму. — И я… — парировала она удар, — вообще-то… сдерживаюсь ещё.

Как только жрица отпрянула от убийцы, она метнула в него несколько игл. Но головник отбил их.

— Ха! И ничего лучшего ты не придумала? — насмехался он. До тех пор, пока из темноты не получил удар ногой в брюхо. Душегуб протаранил собой входные двери и вылетев на улицу. Он зарычал и, волочась, приблизился к ящикам. Из одного из них выпрыгнула только что очнувшаяся Мариса.

— Эй-эй! А я уже тут! — бодро воскликнула ведьма и ударом кулака отбросила убийцу.

Головник упал на землю. Он пытался прийти в себя, но было поздно. Перед ним уже сверкало лезвие нагинаты. Преступник оглянулся: он был окружён.

Неподалёку стояла Мариса.

— Кто-то мне может объяснить, какого чёрта здесь происходит? — недоумённо спросила Кирисаме.

— Что, уже проснулась? С доброй ночью, дурёха, — ответила Хакурей. — Ты чуть было не загубила всю нашу операцию. И это всё из-за твоей склонности к выпивке, — добавила она.

— Ну извини, — оправдывалась Мариса. — Меня с чего-то, совершенно внезапно, потянуло к развеиванию всей той детективной истории и того трындеца, что случился сегодня с нами. Сама не понимаю, как так вышло, — иронизировала она. — Ты ведь не будешь обижаться на подругу, верно? — заволновалась ведьма.

— Я и не обижаюсь, — смутилась жрица. — Мы и без тебя его поймали. А теперь узнаем же, — её рука потянулась к маске, — кто ты на самом деле.

Мико сорвала маску. Её взору предстало лицо мальчика лет примерно двенадцати, зелёноволосого, типичного красноглазого ёкая-тануки с медвежьими ушками. Кажется, он не совсем понимал, в какой ситуации оказался.

— Что… Что здесь происходит? Кто вы? Где я вообще? — нервничая, спросил мальчик.

Рейму отцепила нож от древка и убрала его в ножны. Она понимала, что он больше ей не понадобится. У жрицы скопился шпатель вопросов, но она совсем не была готова говорить с ребёнком.

Алиса подошла к мальчику и заговорила:

— Успокойся, мы тебе не навредим. Мы лишь хотим задать тебе несколько вопросов, а затем отпустим к твоей родне.

— Нет у меня родни. Кроме сестры… — ответил юнец. — Моя сестра! — взволнованно воскликнул он. — Я должен срочно идти к ней! Ей сейчас может быть плохо!

— Мы сейчас все вместе к ней пойдем, — успокоила его Маргатроид. — Но для начала скажи: что ты последнее помнишь?

— Последнее, что помню? Я услышал… Мне сказал голос. Он сказал, что поможет исполнить моё желание. Я хотел проучить этих богачей. Из-за них моей сестре сейчас плохо. Она постоянно харкает кровью, а её спина чернеет с каждым днём.

— Что он тебе сказал? Почему ты прислушался к нему? — спросила Рейму.

— Я был в отчаянии. И услышал голос. Он сказал: «Хочешь их всех убить? Тогда я помогу тебе с этим», — и после этого… всё как в тумане.

Девушек это навело на мысль, что мальчик тогда не осознавал, что делал, хоть у него и был мотив. Ещё их смущал этот голос. Кто-то управлял им извне.

— Какой-то ты слишком высокий как для ребёнка твоих лет, — подметила Ая. — Даже человеческие дети не такие высокие.

— Это из-за ходуль, — мальчик оттянул штанину и девушки увидели деревянную ходулю, замаскированную под ногу. Он задрал ещё выше и показал опоясанную ремнями стопу на деревянной подошве. — Я смастерил их когда работал на строительстве одного человеческого дома, — сказал он.

Рейму подсела к мальчику.

— Как тебя зовут?

— Наоки,— застенчиво сказал мальчик.

— Наоки, ответь нам на ещё один вопрос. Скажи честно. Это ты вчера ночью убил охранников и повесил их тела у четырёх озёр?

— Нет. Это не мог быть я, — ответил мальчик-тануки. — Вчера ночью я искал укрытие для нас с сестрой.

Рейму это ввело в ступор. Если они сражались не с преступником и не он убивал этих охранников, то кто же это был? Однако её спокойные рассуждения сменились шоком.

Только что мальчика проткнул какой-то острый объект. Кровь брызнула на Хакурей и Маргатроид. Мальчик начал задыхаться и кашлять кровью. Он медленно повернул голову. Позади него стояла девочка, тоже с медвежьими ушками. Вокруг неё обвивалась какие-то тёмные сгустки.

Мальчик ужаснулся.

— Нацуко… Кха! — едва произнёс он сквозь боль.

Девочка равнодушно смотрела на мальчика. Её пустой взгляд ничего не выражал.

На месте головы девочки образовался рот с острыми зубами. Острый клинок, словно гарпун, подтащил мальчика-тануки к себе и пасть, выглядящая как длинный и узкий зубастый клюв, перекусила его надвое, словно ножницы разрезали бумагу.

Кишки и прочие органы тут же вывалились на землю.

— О боги! — крикнула Алиса.

— Какого хрена? — ужаснулась Мариса.

Рейму была в смятении — не только потому, что на её глазах только что был жестоко убит ребёнок, но ещё и потому, что пазл окончательно сложился в цельную картину: настоящий виновник не только использовал этого мальчика для нападения на дом семьи Фума, но ещё и подчинил себе его сестру, чтобы её руками продолжить эти зверства.

«Обычный человек вряд ли мог провернуть такое зверство», — вспомнила она слова старосты, а заодно и всех одичалых, которые ей встретились в последнее время. Этот вывод поверг хакурейскую жрицу в ужас — ёкаи и есть одичалые монстры, потерявшие человеческий облик и контроль над собой.

— Наконец-то мы всегда будем вместе, братик! — сказала девочка и из её глаз полились слёзы. Кровавые слёзы.

Девочка-ёкай начала дичать. Окончательно и бесповоротно. Она обратилась в огромное существо, напоминающее бурого медведя, но с силуэтом гориллы. Голова была будто рассечена надвое. Из разреза вырастали мясные отростки, формируя два огромных белых, словно мел, глаза. Органы зрения располагались между «клювом» и были несимметричны. Головы как таковой не было. Глаза держались не на ней, а на отростках, позволяющих двигать ими практически в любом направлении.

Рейму находилась в первобытном ужасе. Она чувствовала себя беспомощной, словно младенец. Прямо как в том сне.

— Рейму! — крикнула Мариса и тут же отдёрнула её в сторону.

Там, где стояла жрица, ударила лапа чудовища.

— Не стой перед стрелой!

— Мариса! — к Хакурей вернулся дар речи.

Чтобы отвлечь внимание монстра, Алиса бросала в него куклы.

На Кирисаме смотрели опустошённые глаза её подруги.

— Я не смогу его изгнать, — сказала жрица.

— Что? Что ты такое несёшь? — недоумевала ведьма.

— Этот монстр убил стольких людей… — сказала Рейму поникшим голосом. — Но я чувствую, что внутри него всё ещё сидит невинная девочка, которую просто использовали в злых целях. Я не хочу нести эту ношу… Убийство невинного существа, это…

Ведьма дала жрице пощёчину и сказала:

— Да очнись же ты, — повысила тон Мариса. — Нам нельзя медлить! — Кирисаме взяла Рейму за плечи и пристально взглянула в её янтарную душу. — Я могу понять тебя, но что нам ещё остаётся? Если мы его не остановим сейчас, то погибнут ещё больше. Ты слышишь? Больше! И не надо выбирать между большим и меньшим злом. Тебе надо лишь взять себя в руки, и мы вместе покончим с этим делом.

Взгляд Хакурей приобрёл осознанность. Она достала свой нож и соединила с гохеем.

— Ты права, — в речи жрицы вновь чувствовалась решительность. — У нас нет выбора. Мы изгоним этого монстра!

У Алисы уже заканчивались куклы, но чудовище всё никак не хотело умирать. Оно сделало неожиданный удар, полоснув по животу Алисы. Маргатроид больно ударилась об землю. Из глубокой раны потекли ручьи крови. Кукольница встала на колени и, согнувшись, придерживала рану на брюхе.

Чудовище замахнулось. Одним движением оно разорвало девушку на куски, если бы кто-то не отрубил ему лапу. Одичавший ёкай завыл. Но вой быстро перебил знакомый звук «Мастера Спарка». Радужный луч обрушился на зверя и медведь, весом примерно в два слона, отлетел на сотню метров.

К раненой Алисе подоспели ведьма и жрица.

Как только Мариса увидела состояние подруги она бросила ей под ноги флакон.

Алиса выпила зелье и порез от когтистой лапы затянулся, будто и не было ничего.

— Ты как, в порядке? — спросила Кирисаме.

— Да, ещё бы одежду отмыть от крови, — ответила Маргатроид.

— Не переживай, успеешь.

— Теперь-то летать сможешь? — спросила Рейму.

— Нет, амулет сломался, — ответила Алиса.

— А вот это совсем уже хреново.

Жрица знала как никто другая, что эти амулеты работают, собирая веру людей. С их помощью владелец — если у него нет крыльев — может летать на любые расстояния.

— Слушайте внимательно, девчата! — скомандовала Хакурей. — Действуем слаженно и быстро. Алиса!

— Есть! — отозвалась кукольница.

— Ты отвлекаешь его и отводишь подальше от Деревни.

— Мариса! Ты доведёшь дело до конца.

— Будет исполнено, капитан, — игриво сказала ведьма.

Кирисаме запрыгнула на метлу и взлетела вместе со своей подругой.

— Отлично! — сказала Хакурей и взлетела.

Тандем разделился.

После того как монстр очнулся, он снова принялся бродить по деревне, пугая местных жителей. Как вдруг что-то взорвалось у него на холке. Это взрывались последние алисины куклы.

— Эй, страшилище! — послышался голос. — Слабо тебе меня поймать, а?

Одичавший ёкай широко открыл пасть и взревел. Зверь помчался за ней.

«Получилось!»

Алиса бежала в лес так быстро, как могла. Как только деревня осталась позади, она дала сигнал. Мариса промчалась перед медведем, оставляя после себя кровавую полосу, похожую на развивающуюся красную ленту. Её сапожки окрасились в багрово-алый цвет. В особенности лезвия, что скрывались в них.

— Эй! Не за той гонишься, лисий сын! Давай, поймай меня, если сможешь! — Мариса сделала дразнящую гримасу, потянув нижнее левое веко и высунув язык.

Чудовище было в ярости. Оно принялось выплёскивать свой гнев на деревьях. Медведь размахивал лапами, пытаясь поймать назойливое насекомое. Как только чудовище пришло к нужному месту, ведьма, увернувшись от когтистой лапы, взмыла вверх.

— Мастер Спарк! — закричала она и яркий радужный луч направился на монстра. Но одичавший ёкай увернулся. Однако не без потерь. Луч полностью выжег его левые лапы. Но спустя всего каких-то несколько секунд они отросли, словно хвост у ящерицы.

— Вот чёрт. Не знала, что он может такое, — неприятно удивилась Мариса. — Рейму! План меняется! Попробуй найти его слабое место!

Рейму подбежала к чудовищу и вонзила остриё в его брюхо. Однако вместо него нагината воткнулась в лапу, которой он прикрыл живот. Монстру явно не нравились намерения жрицы. Другой лапой одичавший схватил Хакурей и отбросил её как можно дальше от себя. Своим телом она протаранила несколько сосен и упала на землю. Рейму не без проблем, но смогла встать. Наряд мико немного пострадал. Но благодаря амулету она была совершенно цела.

— Всё-таки смог задеть, — откашлявшись, произнесла она.

Хакурей улыбнулась.

— Если прячешь, значит есть чего бояться.

«Значит, слабым местом мишки оказался живот. И если его вспороть… Я не могу упустить такой шанс».

— Пора с тобой покончить, — сказала Рейму без малейшего глотка сожаления. Она смирилась с тем, что детей ей не спасти. У жрицы был только один способ остановить это безумие.

— О милосердные боги и духи. Дайте мне силу, чтобы я смогла искоренить всё зло в этом мире, чтобы никто не покушался на покой живых существ. Грандиозное очищение!

Вокруг Хакурей ударили фиолетовые молнии, а по обе стороны от неё появились две сферы Инь и Ян. Остриё нагинаты стало ярко светится.

Как только жрица окончила молитву, она устремилась к монстру рысью. Одичавший ёкай широко открыл пасть и взревел, высунув свой длинный и тонкий язык. Ступенчатая ленточка сидэ, что была прикреплена на гохее, извивалась, словно белая змея. Один удар и чудовище было рассечено пополам. Кровавые ошмётки разлетались по всей округе. Они были повсюду. На стволах деревьев, на кустах, траве, цветах. Всё окрасилось в багрово-алый. Испачканная с ног до головы мико чуть не потеряла сознание. Последний аккорд отнял у неё слишком много духовных сил.

«Вот теперь я узнаю наша Рейму!» — проговорила Мариса про себя.

За жрицей наблюдали Мариса и Алиса. Девушки сидели на ветви одного из деревьев.

Хакурей начала осматривать тушу зверя. Подойдя к передней половине её взгляд застыл.

— Что за…

На шее медведя она обнаружила какой-то символ.

Она сразу поняла, что этот символ принадлежит тому загадочному кукловоду. Но кто он? Какая у него цель? Чего он этим добивается? Этого Рейму понять не могла.

Туша монстра растворилась в воздухе, и Деревня встретила очередной рассвет. На земле остался лишь браслет из разноцветных камней.

— Всё кончено?

Девушка обернулась. Позади неё стоял Токарио Фума. У юноши был измученный вид.

— В общем-то да, — ответила Хакурей. — Преступником оказалась девочка-ёкай. Мы уже изгнали её, теперь она покоится в Гокураку.

— Так что… дело закрыто? — спросил Токарио.

Жрица улыбнулась. Однако это лишь ещё больше насторожило господина Фума: его смущал вид окровавленной девушки.

— А что это за браслет? Позволите взглянуть на него? — попросил Токарио.

— Да, конечно.

Хакурей отдала предмет в руки Фума.

— Вы что-то о нём знаете?

— Да. Этот браслет тех сирот, которые сидели около моего дома. Я подарил его им, когда узнал, что их отец несправедливо выгнал их из дома. Он называл их орудьями. Говорил, им не место в этой деревне. Я сжалился над ними. Я накормил и напоил их и втайне от всех подарил девочке этот браслет. Кто бы мог подумать, что всё это сотворят сироты… Тогда они казались мне такими добродушными и невинными детьми… А ведь они просто не могли найти себе места в этом мире. Жаль что я тогда был настолько скуп. Если бы я позаботился о них лучше, этой ситуации могло бы не быть.

— Не вините себя, господин Фума, — ответила Рейму. — Уверяю вас, в этой ситуации они были лишь жертвами.

— Если это правда, то это могло бы стать хотя бы каким-то облегчением. Ну что же, — продолжил Токарио. — Раз дело кончено, мне стоит отблагодарить вас за вашу работу приличной суммой. А пока что отпразднуем ваш успех в забегаловке у госпожи Мистии!

— Постойте.

Токарио находился в лёгком замешательстве.

— Давайте сперва поговорим об оплате, — жадно посмотрела на него жрица.

***

Рейму попрощалась с Алисой и Марисой и вновь пообещала журналистке интервью, — во время празднования Ая бегала за своей камерой и всё пропустила, — после чего жрица вернулась в храм.

Хакурей лелеяла себя ничтожную надежду, что теперь-то пожертвования потекут к ней рекой и она наконец-то избавится от блестящей нищеты, на которую были обречены все предыдущие поколения хакурейских жриц.

Но надежда всегда умирает последней.

Большую часть гонорара она потратила на ремонт крыши. Теперь у неё хватало средств лишь на собственное существование.

Некоторые вещи не меняются.

«Надеюсь ты не забудешь мою щедрость, подруга. Нет-нет. Как я могу на тебя так наговаривать? Бедная… Столько всего натерпелась».

«Однако тебе всё же пришлось заплатить за свой пьяный…», — подумала она и зевнула.

Рейму жутко хотела спать. Весь день, со вчерашнего утра, жрица была на ногах. Её веки закрылись, и она быстро проваливалась в бездну небытия. Как вдруг раздался шум. Рейму повернулась и увидела, как открылся портал, похожий на большое овальное зеркало. Из тёмного пространства на Хакурей смотрело множество глаз. Периодически они моргали. В разломе показалось невнятное существо с длинными отростками на голове. Рейму безразлично наблюдала за ним. У неё не было ни сил, ни желания сопротивляться. Фигура сделала шаг и вышла из зазеркалья. Конечно, это была Юкари.

— Вижу, ты справилась с заданием, — похвалила жрицу Ёкай Границ.

Рейму перевернулась на бок. Якумо нежно прошлась по её спине и плечу. Обойдя её, она наклонила голову перед лицом Хакурей. Рейму видела перед собой женщину в чепчике. Её длинные светлые волосы странно свисали. Жрице казалось, что её пышные локоны тяготели не к полу, а к стене.

— Ну что, как впечатления? — спросила она.

— Почему ты мне ничего не сказала? Про одичалых? То, что это ёкаи? — недовольно спросила Рейму.

— Ну, я подумала, что, если скажу тебе, ты не поверишь. Я хотела, чтобы ты увидела это воочию. Вот и предложила тебе эту работу. Ах, если тебя волнует, подвержена ли я этому проклятию, то не беспокойся. Среди ёкаев я…

— Если бы ты заранее сказала про эту деталь, то я бы спасла этих детей! — возразила Рейму. — Но я не смогла этого сделать, — Хакурей укоризненно смотрела на Якумо.

— Ну, как говорится, сделанного не воротишь. Но ты права! Мне стоило рассказать об этом чуть пораньше, — с жалостью сказала Юкари. — Это началось полгода назад. Я видела одного пьяного ёкая. Он корчился от боли. Из его спины что-то прорастало. Я чувствовала, как внутри что-то переполняло его. Какая-то скверна…

Рейму сразу вспомнила слова мальчика. Он говорил, что спина его сестры почернела. Значит она не ошиблась насчёт скверны.

— Люди заметили его и подумали, что он подхватил бешенство и попытались убить его, — продолжила Юкари. — Немало их тогда погибло, но остановить его одичание им так и не удалось. Все, кто не успел убежать или спрятаться, были убиты. Насколько мне известно, если ёкай стал одичалым, то он перешёл точку невозврата и никакого выхода из этого состояния у него уже нету.

— Я это уже поняла, — ворчливо сказала Рейму. — Во время её одичания я как будто потеряла над собой контроль. Я словно потеряла разум, забыла свои убеждения, растеряла свои умения. Я потеряла всё, благодаря чему я исправно выполняю свою работу. Прямо как в том сне…

— Понятненько, — ответила Юкари, после чего встала и открыла разрыв с множеством глаз. — Теперь, Рейму, будь осторожна вдвойне. Ведь теперь, когда тебе открылась одна из истин этого мира, я не могу обещать, что ты останешься прежней.

— Пф-ф, да ну, брось! — с ухмылкой возразила Хакурей. — Я-то уж точно останусь прежней. У меня ведь есть друзья, они всегда поддержат меня в трудную минуту.

Якумо улыбнулась.

— Ну раз так, тогда желаю тебе удачи, — сказала она и исчезла.

Рейму не подозревала, что это только начало. И ей только предстояло догадаться, какие испытания ей подготовила судьба.