НЕ СОВСЕМ ЭТИЧНО

Джейсон вышел из воды, поднявшись по пандусу у основания облачного дома, который уходил прямо в океан. Заплыв выдался приятным и расслабляющим, хотя его тело серебряного ранга было слишком тяжелым, чтобы просто держаться на плаву. Впрочем, дышать ему не требовалось, так что под водой он чувствовал себя не менее комфортно, чем на поверхности.

Эми продолжала плескаться под присмотром своего отца, Иана, и диссонирующе молодой прабабушки Юми. Потребовалось немало усилий, чтобы убедить Эрику позволить дочери поплавать в Тихом океане в нескольких километрах от берега. Джейсону пришлось принять меры для обеспечения безопасности Эми. Он убрал скромный облачный дом и развернул облачный дворец, придав ему форму огромной дуги. Так получилась искусственная лагуна с подводными комнатами, заменявшими морское дно, и сетью в проеме. Это было спокойное убежище, защищенное от океанских волн и любых акул, которым хватило бы глупости приблизиться к облачному дворцу в поисках добычи.

* * *

Облачный дворец служил убежищем во многих смыслах. За те две недели, что они потратили на поиск нужного узла реальности в Австралии, мировой порядок начал стремительно рушиться. В самой Австралии всё было относительно спокойно, во многом благодаря отсутствию лордов-вампиров, которые заявляли о себе по всему миру в куда больших количествах, чем опасались изначально.

В нескольких странах Центральной Америки государственные структуры уже полностью распались, а ряд южноамериканских государств демонстрировал опасные признаки того же сценария. В Америке царил хаос: страна и так находилась на грани массового гражданского конфликта, а тут еще вампиры предъявили права на Балтимор, Бостон и Филадельфию.

Благодаря двум пользователям сути золотого ранга в своих рядах, жители Филадельфии смогли оказать сопротивление и уничтожить захватчиков, но в процессе ликвидации одиннадцати лордов-вампиров они потеряли множество бойцов серебряного ранга.

Китай уже несколько месяцев находился в состоянии информационной блокады из-за «мер общественной защиты», введенных еще раньше, так что наружу почти ничего не просачивалось. В остальной части Азии, как и в Африке, дела шли относительно неплохо — активность вампиров там была минимальной, что позволяло существующим магическим фракциям продолжать борьбу за Ядра реальности. Россия и Европа представляли собой полную противоположность: они страдали от массированной оккупации вампиров.

Европа стала мировым очагом вампирской активности: лорды-вампиры захватывали крупнейшие города по всему континенту. Правительства пытались сотрудничать с другими магическими фракциями, но европейские отделения Сети никогда не были такими мощными, как в Китае или США. Им было бы трудно противостоять вампирам даже в лучшие времена, не говоря уже о периоде раскола и фракционной борьбы. Россия столкнулась с похожими проблемами, но, как ни странно, сопротивление там было минимальным, а слухи о сотрудничестве правительства с вампирами распространялись с бешеной скоростью.

Весь Европейский союз объявил чрезвычайное положение, но эффективного ответа так и не последовало. Лорды-вампиры формировали советы в захваченных городах, и бороться с ними было крайне сложно. Небольшие группы чрезвычайно могущественных существ были слишком сильны для элитных отрядов Сети, но при этом их было слишком мало, чтобы задавить числом.

В нескольких городах попытались применить подавляющую силу, но хотя вампиров удалось убить или изгнать, цена оказалась неприемлемой. Вампиры, пользуясь своей малочисленностью, использовали население и инфраструктуру в качестве живого щита, в то время как силы Сети были вынуждены полагаться на магически усиленные боеприпасы, предназначенные для борьбы с угрозами золотого ранга. В итоге победа означала освобождение дымящихся руин, заваленных трупами.

Немногие страны были готовы платить такую цену, увидев результаты. Во многих государствах лорды-вампиры становились де-факто правительством. Италия стала первой страной, официально капитулировавшей относительно бескровным способом. Франция сопротивлялась отчаянно, но разрушение Парижа и кровавые расправы вампиров в других французских городах фактически уничтожили сопротивляющиеся гражданские власти.

* * *

После заключительных бесед с Кайто, Грегом и Асей Джейсон почувствовал себя легче, чем когда-либо с момента трагедии в Брокен-Хилле. Он улыбался, подставляя тело солнцу, и наблюдал, как Иан с разбега прыгает в воду к Эми. Джейсон ценил каждое светлое мгновение, которое ему выпадало. К нему подошла Фарра, но вместо купальника на ней была прочная одежда, которую она предпочитала носить под призванными доспехами.

— Еще один? — спросил он.

— Да.

— Надеюсь, сегодня мне удастся точно определить местоположение узла.

Фарра сообщила Джейсону координаты, и он открыл портал. Он не мог переместиться прямо в пункт назначения, но мог подобраться на расстояние в сто километров. За то время, что он зачищал прото-пространства вместе с Сетью, Джейсон исколесил почти всю Австралию, и теперь радиус действия его портала достигал тысячи шестисот километров.

Они появились в небольшом городке, всё еще хранившем следы разрушений от волн монстров. Из тени Джейсона вышли тела Тени и слились воедино, приняв форму вертолета. Если не считать черного цвета, он выглядел точь-в-точь как вертолет Кайто. Джейсон и Фарра поднялись на борт и направились к прото-пространству.

* * *

В некоторых странах, наиболее пострадавших от нынешнего хаоса, присутствие Сети было практически сведено на нет, что привело к повторному появлению волн монстров. Австралию эта участь, к счастью, миновала — по крайней мере, на данный момент, несмотря на хаос в Сиднее и подобные конфликты в других местах. Фракция лидеров сосредоточилась на Ядрах реальности, переложив прежние обязанности на более многочисленную, но слабую фракцию, теперь называвшуюся Global Defence Network (GDN).

Одна из команд GDN вошла в зону пространственного вторжения третьей категории, после чего лидер группы ритуалистов доложил руководителю экспедиции:

— Сэр, мы провели проверку, и показатели совершенно ненормальные.

— В каком смысле?

— Монстры-якоря уже уничтожены, а целостность пространства слишком высока. Оно не распадется еще часов двадцать, хотя должно было гораздо раньше.

— Значит, задачка будет легкой.

— Сэр?

— Он здесь. Передай всем, чтобы сворачивались. Учитывая, как нас мало, мы будем полезнее в другом месте, а не в пространстве, с которым уже разобрались.

* * *

Джейсон зафиксировал узел и успешно провел ремонт, после чего вернулся в облачный дворец вместе с Фаррой. Позже они сидели на террасе, обсуждая свою работу с Доун.

— Чем больше времени я провожу в пространстве узла, — сказал он, — тем лучше, кажется, начинаю понимать астральную магию. Это не похоже на книгу навыков, которая просто впечатывает знания. Скорее, погружение в первозданную глину реальности дает мне прямое ощущение всей той теории, которую я изучал. Концепции, которые были абстрактными и трудными для понимания, теперь обретают смысл.

— Полагаю, природа твоего существа тоже играет роль, — предположила Доун. — Обычные физические существа воспринимают традиционную реальность так, что это мешает им постичь высшие концепции теории астральной магии. Чтобы преодолеть этот барьер, нужен либо выдающийся ум, либо крайне необычные обстоятельства. Твоя сущность, как и само пространство узла, представляет собой гештальт физического и духовного, а не две половины, как у Фарры, меня или этой вселенной. Даже тот, кто обладает астральным сродством, с трудом переносит пребывание там, но ты ведь не чувствуешь дискомфорта?

— Нет, — ответил Джейсон. — Есть эффект, который мои способности определяют как «пространственное развоплощение», звучит просто прелестно. Но, как ты и сказала, моя необычная природа делает меня невосприимчивым к нему.

— Можно сказать, что пространство узла для тебя более родное место, чем обычная реальность, — заметила Доун.

— Не уверен, что мне это нравится, — признался Джейсон. — То есть, заглядывать туда — это нормально, но оставаться я бы там не хотел.

— Вопрос в том, помогает ли это улучшенное понимание астральной магии точнее находить и чинить узлы, — вставила Фарра.

— Думаю, да, — сказал Джейсон. — По ощущениям именно так, но, полагаю, время покажет.

— Я спрашиваю потому, — продолжила Фарра, — что меня беспокоит, что произойдет, когда уровень фоновой магии пересечет порог, за которым она начнет проявляться напрямую. Прото-пространства исчезнут, и искать узлы станет труднее.

— Не знаю, как всё пойдет, — ответила Доун. — То, чем занимается Джейсон, равносильно созданию новой узкой специализации в астральной магии. Или, точнее говоря, он исследует область, которая всегда была табуированной. Подобное вмешательство в границу между физическим и астральным — это именно то, что Мировой Феникс и я, как его представительница, всегда стремились пресекать.

— Но чтобы провести операцию, пациента приходится резать, — заметил Джейсон.

— Да, — согласилась Доун. — Если мы не успеем в достаточной мере восстановить эту сторону связи между мирами до того, как магия здесь изменится, нам придется искать новую методику. А это будет стоить нам времени.

— Наверное, стоит сворачивать облачный дворец, — сказал Джейсон. — Глядя на то, что творится в Европе, может, нам стоило отправиться туда раньше, чем в Австралию.

— Я не жалею об этом, — отозвалась Фарра. — Мы устранили единственного лорда-вампира в Австралии, и теперь здесь всё относительно спокойно. Учитывая, сколько вампиров лезет изо всех щелей, Австралия может стать запасным плацдармом для магических сил человечества. Сейчас они разобщены и рассеяны, но лорды-вампиры слишком могущественны. Магическим фракциям придется прекратить грызню и объединиться.

— Если только американцы не решат просто сбросить на Венецию ядерную бомбу, — хмыкнул Джейсон.

* * *

Пять копий из красного кристалла вонзились в Джейсона, отбросив его назад и пригвоздив к стене. Одно прошло сквозь живот, другое — сквозь грудь, еще два пробили руку и ногу, обездвижив их. Последнее копье метило в горло, но Джейсону удалось уклониться ровно настолько, чтобы оно вырвало кусок плоти сбоку шеи, а не пробило её насквозь.

— Ты совершил ужасную ошибку, — произнес вампир, медленно приближаясь к нему.

— Я знаю, — с трудом выдавил Джейсон сквозь стиснутые зубы. — Мне стоило переодеться перед выходом. Костюм испорчен. Ирония в том, что это тебе не помешало бы обновить гардероб. Прости, приятель, но если ты думаешь, что эти кружевные манжеты тебе идут, у меня для тебя плохие новости.

— Ты глупец.

— Я много кто, — отозвался Джейсон. — Зацикливаться на чем-то одном просто невежливо, когда есть столько вариантов. Я, например, весьма проголодался, о чем ты бы узнал, будь ты достаточно любезен, чтобы спросить. У тебя случайно нет с собой сэндвича? Хотя ты, наверное, не по этой части, да?

— Я собираюсь тебя обратить.

— А ты не мог бы обратить меня в строителя? Ты тут, вообще-то, музей громишь. Знаешь, что здесь висит «Выбор Геркулеса» Карраччи? Обожаю эту картину, хотя на месте Герка я бы определенно выбрал штаны. Я понимаю, что в Средиземноморье климат приятный, но хотелось бы хоть раз увидеть картину с Герком, где он не сверкает всем своим хозяйством. Так ведь и обгореть на солнце недолго.

— Я заставлю тебя страдать, прежде чем обращу, — прошипел вампир. Из его ладони потекла кровь, приняла форму меча и кристаллизовалась в острое как бритва лезвие.

— Надеюсь, ты имеешь в виду, что собираешься ранить мои чувства? — с надеждой спросил Джейсон.

Вампир замахнулся мечом, но в этот момент его окутала паутина и с силой дернула назад, припечатав к стене напротив той, к которой был пригвожден Джейсон. Вампир тут же начал вырываться, но в паутину ударил огненный снаряд, мгновенно поджигая и её, и самого вампира.

Как только врага оттащило, Джейсон произнес заклинание:

— «Твоя кровь не твоя, а моя, и мне ею пировать».

Красные кристаллические копья в его теле снова превратились в кровь и впитались в него, исцеляя раны и освобождая Джейсона. Когда заклинание подействовало, его окутал темный туман, сменяя окровавленную одежду на кровавое облачение и плащ звездного света.

— Что-то вы припозднились, — заметил Джейсон, когда туман рассеялся.

В огромную дыру в стене змеями вползли уже горящие нити. Они обвили вампира, как раз когда тот освободился, и снова дернули его — на этот раз прямо из здания наружу.

— Он швырнул в меня сквозь стену скульптурой голого мужика, который тусуется с голым пацаном и виноградом, — сказала Фарра. — Это зрелище пугало больше, чем сам вампир.

— Я не был уверен, что смогу тянуть время, пока вы не вмешаетесь. Если бы я попытался прочесть заклинание, когда он стоял прямо передо мной, он бы меня прикончил. Я даже прыгнуть в тень не мог с этими штуками в теле. Кажется, они блокируют телепортацию.

— И как же ты тянул время?

— Наплел всякой чепухи.

— Ну, тогда я за тебя спокойна. Ты использовал свои сильные стороны.

В дыру в стене влетела Доун — явно не по своей воле, так как она кубарем покатилась по выставочному залу музея.

— Может, поможете? — предложила она, сохраняя спокойствие, несмотря на растрепанный вид, и легко вскочив на ноги.

Джейсон вытянул теневую руку и разбил потолочный светильник. В огромном зале было еще полно ламп, да и темнота не была помехой для вампира, но цель была не в этом. Тусклый свет и скульптуры превратили зал в игровую площадку теней, в которых Джейсон и растворился, когда вампир в ярости ворвался обратно через пролом, из которого его вышвырнула Доун.

Этот вампир был сильнее того, с которым они сражались в Австралии: он умел превращать собственную кровь в разнообразное оружие. Однако против троих ему было не выстоять. Доун использовала эффекты контроля, а Фарра ошеломляла вампира молниеносными атаками. Последним элементом пазла стал Джейсон: пользуясь моментами, которые создавали Фарра и Доун, он накладывал свои проклятия. Затем Фарра и Доун не давали врагу прийти в себя, пока недуги не подточили его силы.

Когда вампир рухнул, они едва смогли сохранить ему жизнь. К счастью, запредельные проклятия Джейсона со временем ослабевали, что позволило стойкости золотого ранга удержать вампира на самом порогу смерти.

— Полагаю, ты его осушишь, — сказала Фарра.

— Вообще-то, — произнесла Доун, — я бы хотела кое-что попробовать. Забирайте его, и уходим; он не единственный лорд-вампир в Неаполе.

— И что же ты хочешь попробовать? — спросил Джейсон, хватая вампира за обгоревшие ноги.

— Кое-что не совсем этичное, — ответила Доун.