После того как он выудил ключ и снял ботинки, Лю Цю заметил сердито сидящую Рен Зилинг.

Рен Зилинг казалась неопредолимой, с рукой у бедра она стояла и смотрела на него, однако Лю Цю уже привык к этому.

Не говоря ни слова, Лю Цю вошел в гостиную, надев тапочки он набрал воды и присел на диван.

Рен Зилинг молча наблюдала до момента пока он не сел и наконец её прорвало. Грозно улыбнувшись она спросила пододвинувшись к его уху. «Ты меня игнорируешь?»

«Да».

«Е*CK! Ты прямо признался в этом?!!» Рен Зилинг раскрыла рот, её слова были наполнены негодованием.

Как в быту, так и в юридическом смысле она как мать считало это потерей лица. Именно по этой же причине она сказала грубым голосом: «кажется, пора научить тебя быть человеком!»

Лю Цю быстро хлопнул рукой и вынув пакет вяленого мяса быстро отдал их Рен Зилинг.

Рен Зилинг быстро разорвала его и вынула один из кусочков. «Этот вопрос не решить одним пакетом вяленого мяса! Как ты мог пропасть не оставив даже сообщения для меня!!»

«Но я посылал текстовое сообщение».

Рен Зилинг простонала, «Как думаешь это нормально внезапно говорить о поездке и прислать только одно сообщение?»

«Присылать пейзажную фотографию каждый день?» Лю Цю выудил один пакет ирисок

Рен Зилинг фыркнула, разрывая пакета и бросила одну в рот. «Не думаю что пакет ирисок и вяленого мяса заставит меня замолчать!»

Лю Цю поднял рюкзак и высыпал содержимое на пол, у ног Рен Зилинг. «Этого хватит чтобы ты ела целую неделю».

Рен Зилинг зыркнула на него. «Я потолстею!!!»

Лю Цю бросил на неё презрительный взгляд, массируя свое плечо, встав он отправился в свою комнату. «Я устал, продолжим разговор завтра.»

Рен Зилинг отметила, это попутно разрывая ещё один пакет деликатесов. «О, дядя Ма выписывается из больницы после завтра! Мы с дядей Яном собирались поужинать, приссоединяйся!»

Дверь закрылась.

Дядя Йе Янь.

Лю Цю включил лампу, прежде, чем подойти к гардеробу и замолчать. Медленно он открыл его и достал коробку.

Он не открывал этот ящик уже довольно долгое время.

Немного подумав он открыл коробку и достал— тенор-саксофон.

Его рука коснулась слова, вырезанного на трубе. С Днем Рождения, Йе Янь’.

Лю Цю ухмыльнулся. Вспоминая те дни, именно от дяди он узнал об этом инструменте. Невольно он поднял его вверх, и приблизил ко рту.

«Вчера-Еще-Больше»

Сразу же глубокий, сильный звук распространился по дому, гнев Рен Зилинг сразу же рассеялся. Она почувствовала облегчение и улыбнулась, «Ради этих даров я прощаю тебя».

Рен Зилинг вертя на языке ириску вдруг подумала о прошлом которое никогда не вернется.

«Сопляк».

Ее глаза заслезились.

…

…

В офисе пищевых продуктов Синьсинь.

«Чжугэ! Пожалуйста, распечатайте этот материал для меня,!»

«Да! Одну минуту!»

«Чжугэ! Не забудьте заказать обед!»

«Да!»

Вероятно, это было заблуждение, но Чжугэ казалось, был в хорошем настроении последние дни. Его неуклюжее тело, казалось, было полно энергии.

Он вдруг стал очень трудолюбив, всегда заканчивал дела, прежде чем уходить с работы. Кроме того, он был первым, кто покидал офис закончив работать.

Казало ему дали пару бафов к скорости, с которой он уходил с работы.

Когда он и его коллега были в туалете тот спросил его случилось ли что хорошее, на что тот безумно рассмеялся.

«Нет, ничего».

Никто не мог ответить— и сегодня, Чжугэ первым кто покинул работу.

…

Настроение Чжугэ нельзя было назвать «хорошим».

Скорее более милым, каждый день он словно ел мед и его не тошнило от этого.

Почему?

Все потому что он мог есть горячую еду каждый день как возвращался домой. Он видел, Нанако которая в тапочках ждала его, аккуратно расположив и для него.

Всегда грязная квартира испускающая зловоние теперь пахла свежестью и была чиста.

Он слышал удачи уходя и спасибо приходя.

Сегодня было то же самое.

Чжугэ удовлетворительно улыбнулся, поедая еду Нанако… яйца с жареным рисом. Она может готовить только яйцо с жареным рисом, но Чжугэ почувствовал, что ему это никогда не надоест.

Все потому что он ел и Нанако все время смотрела на него молча.

«Да, на, Нанако…» Чжугэ до сих пор не мог говорить четко находясь рядом с этой девушкой.

«Да, что случилось?»

«Ничего, я просто хотел спросить…» Чжугэ остановился, «Ты смотришь как я ем, однако ты не чувствуешь голода?»

Нанако покачала головой, показывая милую улыбку. «Все потому что мне приятно когда Чжугэ ест!»

Чжугэ почувствовал словно его поразила стрела купидона, он чувствовал что вот-вот умрет от счастья… умрет без сожалений.

«Ах! Время подготовить воду для Чжугэ!» Нанако быстро встала, подойдя к умывальнику.

Когда дело доходило до стирки, Чжугэ не мог не улыбнуться думаю о произошедшем в последние дни— мужчина и девушка, находились в одноместном номере. У него заиграли гармоны и появились мысли.

Но каждый раз как он видел улыбку Нанако, то словно его окатывали ведром холодной воды. Быстро передумывая он считал что делать подобное было бы оскорбительно для неё.

С другой стороны, он начинал думать о многих ненужных вопроссов.

Например, о будущем Нанако? Потому что Нанако пришла из ниоткуда в его жизнь, а точнее из телефона.

Она не была юридическим лицом… так как она могла жить в этом обществе?

Она всегда будет жить в этой съемной квартире?

А если ей станет скучно или одиноко пока его не будет дома?

Думая об этом Чжугэ спросил, «на, Нанако! Ты чувствуешь себя одиноко находясь одна?»

Нанако выглянула и улыбнувшись ответила. «Нет, думая о том, что Чжугэ скоро вернется я становлюсь счастливой.»

Это было действительно… можно было умереть без сожалений!

Какая прекрасная девушка!

Вдруг Чжугэ сделал глубокий вдох. «Тогда… как насчет прогуляться?»

Было просто беспощадно прятать такую потрясающую девушку дома. Когда он думал об этом, идея выйти на прогулку сама собой пришла на ум.

«Куда же Чжугэ хочет пойти?»

Подумав секунду, Чжугэ ответил: «как насчет на этой недели… да! Куда…я ещё не знаю, но подумаю!!»

«Я с нетерпением буду ждать этого! Отправиться на прогулку с Чжугэ…» Нанако вдруг схватила свое лицо и застеснялась, «это свидание?»

… Чжугэ Чжугэ почувствовал как бесчисленное количество стрел купидона полетело в его сердце.