#001: Библия

#002: Бенто

#003: Фотограф

#004: В столицу

#005: Закладка

#006: Йошида

У любого парня, перед которым лежит гамбургский стейк, и он при этом не испытывает чувства голода — вероятно, что-то не так со вкусом.

Big Girl — американская сеть ресторанов. Это знаменитое место, где подают стейки. Но, без сомнений, мой любимый — это гамбургский стейк класса люкс. Он — гордое свидетельство страны, где количество еды превышает диетические требования. И при этом он точно не безвкусный.

Бургер шипит на горячей железной плите, и запах его приправ ударяет мне прямо в нутро. Разрезав бургер, так много сока вытекло наружу, что, нагреваясь на плите, он послал насыщенный аромат прямо мне в нос.

Но потрясающие гамбургские стейки — не единственное достоинство Big Girl. Вокруг себя я видел официанток, которые с улыбкой принимали заказы у посетителей, суетясь вокруг, разнося еду.

Внешность, очевидно, была одним из критериев подбора персонала. Там было столько симпатичных девочек, что просто завораживало. А облегающая униформа ещё больше подчёркивала это. Гигиенично, но при этом горячо.

— …Ох.

Я наклонился вперёд в кресле, чтобы получше рассмотреть спину официантки, которая постоянно проходила мимо моего столика. Короткая юбочка её униформы задралась, и я ясно видел её красивые, полные бёдра. То, как черные гольфы врезались в кожу, было неотразимо. Какой всё-таки восхитительный вид.

«Вот какую девушку я бы хотел», — подумал я, подперев одной рукой подбородок, набивая рот гамбургером другой. С каждым укусом вкус уносил мои мысли так далеко от девушки, на которую я смотрел в оцепенении. Ммм. Не задумываясь, я издал вздох восхищения.

Мог ли этот ресторан быть нашей землёй обетованной, нашей… нашей… как же оно называется?

— Ааааа, не могу вспомнить!

Моя мысль оборвалась, и я бессознательно прижал руки к голове и откинулся назад. Моя внезапная эксцентричность привлекла внимание окружающих, а также официантки, на которую я только что смотрел. Но это было сейчас не так важно. Каждый раз, приходя сюда, я слышал это название, и мне нравилось то, как оно звучит. Так почему же я не могу его вспомнить сейчас?

— Вс-всё в порядке, Хиде? — обеспокоенно спросил молодой человек, сидевший напротив. И с этим, Хидейоши Нагачика, он же Хиде, вернулся с личной планеты, на которой находился.

— Канеки, как ты это называешь? Эту штуку?! — вскрикнул Хиде, яростно размахивая указательным пальцем. Его друг, Кен Канеки, отложил палочки. Выражение непонимания и смущения расплылось на его лице.

— Блин, ну это же та штука, о которой ты всегда говоришь. Этот ресторан — наша земля обетованная, наш Каанан или Ханаан... или как там. Шангорилла, где всегда сезон цветения.” ¹

¹ Хиде несколько раз неправильно произносит слова: вместо «Canaan» — «Kofi Annan», вместо «Shangri-La» — «Sham Gorilla».

Канеки, поражённый сказанным, демонстративно сложил руки, словно актёр на сцене, и нахмурился.

— Земля обетованная, — сказал он. — Это Ханаан. А в Шангри-Ла цветы всегда распускаются.

— Вот оно! — воскликнул Хиде, тыча пальцем прямо перед глазами Канеки. Тот рефлекторно отстранился и развёл руками. Сохраняя удивлённый вид, он принялся за Хиде:

— Ну я же постоянно говорю тебе: ты должен хоть иногда открывать книгу. Ладно, Хиде? Ханаан — это земля, которую Бог пообещал Аврааму и его потомкам. А Шангри-Ла — это рай, где живут бессмертные отшельники. Путать это с «Каананом» или «Шангориллой» просто…

— Хватит, хватит. Ты меня убаюкаешь. Теперь понял: Ханаан и Шангри-Ла. Обещаю, на этот раз я запомню.

Глядя, как Хиде повторяет слова, Канеки проворчал:

— Но ведь ты всё равно опять забудешь, — и вновь взялся за палочки.

Человек, сидевший с ним у входа в ресторан, был другом Канеки ещё с начальной школы. И хотя у них были разные специальности, сейчас они оба были студентами Университета Камии.

Канеки был обычным на вид человеком — средний рост и телосложение. Чтение было его хобби, и он был из тех, у кого никогда не было друзей в классе. Полная противоположность живого и общительного Хиде.

— Ну, разве это так важно?

Это обсуждение было вне его компетенции. Хиде был занят тем, что посылал любовные взгляды официантке с короткими волосами, которая только что прошла мимо.

— Если у меня когда-нибудь появится девушка, чувак, я приведу её в Big Girl.

— Разве не будет странно приводить сюда девушку? — сказал Канеки, проглотив немного риса, пока взгляд Хиде был прикован к официантке, что ещё больше усилило его заблуждение. Посетители здесь были в основном мужчины. Замечание Канеки было вполне обоснованным.

— Черта с два я пойду в один из этих взрослых ресторанов или модных кафе, куда нельзя без девушки! Привести девушку в место, с которым я чувствую связь, и перекусить — это самое крутое, о чём я мог бы подумать.

— Ты прав, — согласился Канеки.

А потом, словно что-то поняв, он схватил меню со стола, и открыл, указывая мне на страницу.

— А что насчёт пасты, Хиде?

— А?

— Она могла бы взять одну из этих паст или что-то типа того. Вместе с салатом, например.

Можно сказать, что мы были разными. У Канеки была сильная склонность к выдумкам, выработанная чтением. Часто он был даже большим мечтателем, чем я.

— Мне нравится! Она ест спагетти с мясным соусом, а я говорю: «Дай мне немного!» Ей бы это не понравилось, но потом она бы сказала: «Ну, а что мне ещё остаётся?» — и разрешила бы мне поделиться, — сказал Хиде, постукивая пальцем по изображению спагетти. Канеки представлял это даже ярче, чем он сам.

— Неплохо, — пробормотал Хиде немного позже.

— Конечно!

Хиде наклонился вперёд и ударил Канеки по плечу.

— Блин, больно же, — сказал тот с болезненной улыбкой, а затем положил меню на место, его глаза сощурились от удовольствия, которое он испытывал от продолжения своей фантазии.

— Кажется, гули снова нападают.

— Копы что, ничего не делают в наши дни?

Эти тревожные слова внезапно вторглись в наш мир мечтаний, в котором мы были. Мы обратили внимание на говорящих. Это были мальчики примерно нашего возраста, которые уплетали стейки, разговаривая о гулях.

— Гули, чувак… — пробормотал Канеки, выглядя рассеянным.

Хиде ткнул пальцем в свой стейк, слегка остывший на тарелке.

— Если бы я встретил симпатичную девушку-гулю, я бы всё равно с ней встречался, — сказал он с серьёзным видом. Канеки разразился хохотом.

— Хиде, ты совсем отчаялся? Не сдавайся пока.

— Нет, просто… как долго это будет продолжаться? Мне нужна девушка!

После этого всё началось заново. Пока они ели, они продолжали мечтать об их идеальной девушке.

Гули.

Хиде слышал о них, но никогда не видел вживую. Существа, что едят людей.

Одной мысли о гулях было достаточно, чтобы вызвать смутное чувство тревоги, но из-за их случайных атак люди чувствовали себя далеко от опасности, словно они были непредсказуемыми инцидентами, словно опасность на самом деле их не касалась.

— Подожди, а разве спагетти с мясным соусом не слишком грязно есть?

— Я думаю, все в порядке. Все равно ведь один раз.

«И мы с Ризе можем рекомендовать друг другу книги!» — подумал Канеки.

Он до сих пор хорошо помнил всё, что произошло в тот чудовищный день.

Он витал в облаках, рассказывая обо всём Хиде. Что он пригласил ту девушку, которая ему понравилась — Ризе Камиширо — на свидание в книжный магазин.

Они встретились в кафе под названием «Антейку». Канеки уже приводил туда Хиде, чтобы показать ему её.

У неё были блестящие чёрные волосы, растекающиеся по плечам, и очки, придававшие ей интеллектуальность, а пухлые губы — женственный шарм. Она была не из тех девушек, которых принято считать красивыми только «после преображения». Она уже была красавицей.

Хиде взглянул на неё разок и сказал Канеки сдаться. Да и Канеки, кажется, понимал, что она была далеко выше его уровня. Но он всё-таки добился свидания с ней.

Вместо ожидаемого сообщения о прошедшем свидании, Хиде получил новость о том, что Канеки попал в инцидент, связанный с падающими стальными балками на стройке и получил опасные для жизни травмы.

Из-за серьёзных повреждений внутренних органов Канеки потребовалась пересадка — от Ризе, которая, судя по всему, умерла мгновенно.

Благодаря чуду, Канеки выжил. Но с того дня что-то в нём изменилось.

И это был один из показательных моментов.

Хиде привёл Канеки в Big Girl, чтобы отпраздновать его выздоровление, когда того наконец выписали из больницы.

Но теперь, когда перед ним оказался гамбургский стейк, который он всегда любил, Канеки выплюнул его — как будто это было чужеродное вещество.