Часть 2

Церемония поступления проводилась на поле магических тренировок под зданием академии.

Обычно, арену использовали для тренировок магии первого класса, и его создавали, как большое спортивное поле, со зрительскими местами вокруг. Учеников Академии Оммёдо выстроили упорядоченными группами на арене, размером с три или четыре баскетбольных поля, а люди, которые выглядели как родители или родственники новых учеников, сидели на зрительских трибунах.

Алтари, установленные на арене, использовались в качестве подиума во время церемонии поступления. Прямо сейчас, там стоял учитель, произносящий речь новым ученикам.

Харутора и Тодзи перевелись в Академию Оммёдо летом, следовательно, в этом году они впервые присутствовали на церемонии поступления, и в первый раз видели всех учеников академии, собранных вместе.

Группа новых учеников находилась в передней части арены, третьекурсники стояли позади справа, а второкурсники – слева. Харутора стоял между Нацуме и Тодзи, с тревогой поглядывая на спины новых учеников.

- …Харутора, прекрати волноваться!

- Эм…. А ты не волнуешься?

Ученики, которые смогли преодолеть препятствия тестирования Академии Оммёдо, являлись исключительно талантливыми личностями среди тех, кто стремился стать оммёдзи. Хотя уверенность Харуторы в самом себе постепенно росла, но, в конце концов, парень находился в этом мире только полгода, и по-прежнему не мог полностью стереть мысли о том, что является посторонним. С одной стороны, ему было очень любопытно, насколько сильными будут его новые кохаи, но с другой, невольно беспокоился о том, что вырос не достаточно, чтобы действовать, как их семпай.

…Конечно, я волнуюсь…

Он, безусловно, не мог выиграть у них с точки зрения знаний. Подумав об этом, парень запаниковал ещё больше.

- Но….

- Хм?

- В этом году, новые ученики кажутся ненормально напряжёнными. В тот раз я не чувствовал такого, но может, так всё и выглядит со стороны – небрежно сказала Нацуме.

- …Напряжёнными?

Харутора снова осмотрел новых учеников, действительно заметив, что часть новичков – особенно стоящих рядом с первым рядом – выглядели особенно обеспокоенными.

Может они напряжены из-за того, что стоят перед выступающим? Но вместо напряжения, казалось, словно они приготовились убегать в любой момент, спасая свои жизни….

…Почему?

Парень не мог ясно видеть первые ряды, так как стоял довольно далеко, потому заинтересовался этим, но не мог добиться какого-либо прогресса в понимании ситуации. Кроме того, его беспокоили не только новые ученики.

- …Эй, Нацуме. Ты говоришь, что количество практических занятий возрастёт, когда мы начнём второй год и у нас будут уроки вместе с третьекурсниками, верно?

- Да, как я и сказал.

- В Академии Оммёдо нет клубной деятельности, и нет никакой возможности для первого года взаимодействовать с семпаями, это не беспокоит тебя? – сказав так, Харутора перевёл свой взгляд на группу третьекурсников. – Что они за люди…. Магия, которую они используют должна быть более могущественна, чем наша прямо сейчас, верно?

- …Уверен, что у них есть такие силы. Честно говоря, во время второго года исключают больше всего учеников.

- Да ладно! Это правда?

- Тише, успокойся, не говори так громко.

- И-извини…. Но почему так много людей уходит?

- Из-за увеличения практических занятий. – Нацуме понизила свой голос, тихо отвечая на осмотрительный вопрос Харуторы – Честно говоря, такая работа, как оммёдзи, сильно концентрируется на естественном таланте. Даже если ты понимаешь лекции, «разница» в таланте сразу же показывается, как только начинается практика. Конечно, возможно наверстать разницу с помощью усердной работы…. Но нелегко продолжать усердно трудиться после того, как увидел своими глазами, что твои способности не столь хороши, как у других.

Услышав слова Нацуме о жестокой реальности, лицо Харуторы немного побледнело. Он приметил это только после слов Нацуме, но действительно, здесь находилось гораздо меньше учеников третьего курса по сравнению с второгодками. Так как количество учеников, поступавших в академию каждый год, не должно сильно меняться, вероятно, правда оставалась за Нацуме, ведь здесь было довольно много учеников, которые сдались прежде, чем перейти на третий курс.

Харутора также паниковал, когда упоминали талант оммёдзи. Парень на самом деле не имел естественного духовного зрения, способности «видеть» ауру, являющуюся самым основным навыком, выделяющим оммёдзи среди остальных людей. Так как ему не хватало этого таланта, Харутора учился в обычной старшей школе, хотя являлся членом известной семьи Цучимикадо, и никак не контактировал с магией до прошлого лета.

Теперь, он уже мог почувствовать ауру. Это связано с магией, которую Нацуме использовала на него.

Под левым глазом Харуторы находился знак пентаграммы. Этот узор нарисовала Нацуме, когда выбрала его своим сикигами, и в то же время, это являлось магией, позволявшей парню, который не обладал духовным зрением, «видеть» ауру. Следовательно, можно сказать, что Харутора не обладал бы необходимыми для оммёдзи характеристиками, если бы не стал сикигами Нацуме.

Независимо от того, насколько сильным являлось желание, эта способность была решающим фактором между силой и слабостью.

Может, похожая ситуация возникает и в других областях, но это было особенно очевидно для оммёдзи. Это основная причина, почему мир считал магическое сообщество закрытым для посторонних.

- …И также, содержание практических занятий Академии Оммёдо чрезвычайно сложно. Нынешние третьекурсники являются теми, кто выдержал испытания такой учебной программы, не сдавшись, и только что поступившие на второй год не могут сравниться с ними по силе. Хотя они всё ещё не получили квалификацию, их уже можно считать полупрофессиональными оммёдзи.

- …П-полупро…. – Харутора сглотнул. Третьекурсники теперь казались группой могущественной элиты, и совет Нацуме, который девушка произнесла, пока шли в академию, глубоко засел в нём.

… Я действительно не могу быть беззаботным….

Однако, “…Я не знаю насколько сильны эти люди.” – когда Нацуме и Харутора услышали неспешное бормотание Тодзи, они сразу же посмотрели на него. “Не думаю, что здесь много тех, кто очистил Нуэ. Забыв о первокурсниках, даже третьекурсники, безусловно, такие же.” – он косо посмотрел на друзей, показав самоуверенную улыбку.

Харутора и Нацуме глянули друг на друга, на их лицах было написано «это правда», и улыбнулись.

- Да … верно.

Прошло лишь полгода с тех пор, как он решил стать оммёдзи, и Харутора, безусловно, не мог задерживаться здесь.

… Мне не нужно бояться.

Так как он боролся изо всех сил весь путь сюда, парень накопил немало реального боевого опыта, хотя его результаты не выглядели удовлетворительными. Одной из вещей, которой Харутора гордился больше всего, было то, что, независимо от ситуации, с которой столкнулся, парень встречал вызов прямо и с достоинством. Не имеет значения, если в итоге он провалится, ведь всё, что нужно сделать, это принять результат и продолжать упорно трудиться.

Именно тогда, внезапно раздался шум аплодисментов. Речь учителя, вероятно, закончилась. Троица спешно присоединилась к аплодисментам. Они вообще не слушали из-за того, что оказались слегка поглощены беседой. Как жаль. Харутора криво улыбнулся.

После того, как учитель спустился, следующей на сцену поднялась директор Курахаси.

Она встала перед микрофоном, представляясь спокойным тоном: “Здравствуйте, ученики. Я директор Академии Оммёдо, Курахаси Миё.”

Небольшая старушка, с полностью подходившим ей кимоно, создававшая элегантную атмосферу всем своим видом, стояла на подиуме. Из-за её внешности и действий, действительно трудно связать её с персоной, ответственной за главное учреждение по обучению оммёдзи в стране. И, на самом деле, её личность была довольной капризной, что Харутора очень хорошо знал. Он также понимал, что директор чрезвычайно загадочна, отличаясь от впечатления, которые вызывало её поведение.

…В её приветствие нет ничего особенного, но кажется, словно в нём присутствуют слова между строк.

Харутора рассеянно подумал об этом, пока слушал директора, приветствовавшего новых учеников. Прежде, он встречался с ней в её офисе, и, может из-за того, что хорошо знал её личность, у парня возникли подобные мысли. Прямо сейчас, Харутора хорошо понимал, что она - директор, заслуживающий доверия.

- Мои приветствия заканчиваются здесь. Теперь, я хочу призвать всех новых учеников, а также тех, кто вышел на новый уровень, верить в самих себя, развиваться каждый день и улучшать свои способности. – директор закончила свои приветствия и аплодисменты раздались снова.

Церемония завершилась среди звуков аплодисментов. Затем, надо должным образом приступить к первому уроку второго курса.

Но – “Ох, плохо, я забыла, что хотела кое-что объявить.” Когда директор уже собиралась спуститься, показалось, будто она вспомнила о чём-то, и вернулась к микрофону. Аплодисменты внезапно прекратились и некоторый шум поднялся над ареной. Харутора и остальные смотрели на сцену с непониманием.

- К новым ученикам этого года – сорок восьмой выпуск, зачислен ученик с «особым опытом». Она уже получила квалификацию оммёдзи, и в силу определённых причин, наряду с сильным желанием самой персоны, Академия Оммёдо решила разрешить ей поступить, как специальному ученику. – сказала директор.

После её слов, над ареной, в которой царила тишина, поднялся шум, особенно среди учеников рядом с первым рядом – те ученики, на чью особенную «напряжённость» ранее указала Нацуме – и все они выглядели запаниковавшими, перешептываясь друг с другом.

Невозможно – Это действительно – Это она – Невероятно -

Взволнованные слова продолжали звучать со всех сторон. “…Что происходит?” – Тодзи невольно заинтересовался, смотря на тех людей.

Директор на подиуме улыбнулась.

- Это редкость получить такую возможность, потому я попрошу её выйти на сцену и поприветствовать вас всех. Все здесь, вероятно, слышали о ней, потому я представлю её просто. Эта новая ученица – самый молодой Национальный Оммёдзи Первого класса, известная как «Одарённая» -

С этими словами, мысли Харуторы, Нацуме и Тодзи мгновенно потеряли свои направления и остановились.

- Дайрендзи Сузука-сан.

☆

Инцидент произошёл тем летом.

… «Я слышала слухи о вас, и хотела встретиться с вами уже довольно давно.»

Девушка носила наряд в стиле гот-лоли, а провокационная, высокомерная и холодная улыбка очень естественно объединялись с её незрелой внешностью, излучая опасную атмосферу, странно завораживающую, но при этом несогласованную, словно южный цветок, скрывающий смертельный яд.

… «Замолкни! Мне не нужно твое сочувствие.»

Уверенная, сильная, свирепая, вольная.

Упрямая, резкая, чистая, одинокая.

… «…Сборище дураков.»

Это хаотическое столкновение полностью изменило жизнь Харуторы.

☆

- …Что? – троица воскликнула в унисон.

Арена моментально взорвалась грохотом. Словно её вызвал этот шум, девушка вышла из группы новых учеников в первом ряду.

Её крашенные светлые волосы были связаны в хвостики, свисающие на спину, как он и видел раньше. Она не носила наряд в стиле гот-лоли по сравнению с тем разом, и вместо этого, надела чисто белую форму девушек Академии Оммёдо.

Она вышла на подиум, повернувшись к арене. Её небольшое личико выглядело несоразмерно её большим глазам. Парень безусловно не ошибся, это она являлась зачинщиком инцидента прошлым летом, который заставил Харутору решить стать оммёдзи, Дайрендзи Сузука.

- Ува. – ученики могли только закричать.

С другой стороны…

- …Ни за что….

- …Ах….

- …!

Тодзи и Харутора разинули рты, словно всё ещё не оправились от шока. Лицо Нацуме стало мертвенно-бледным, а глаза распахнулись.

… Она…

Сузука гордо расправила плечи, проходя по сцене и подойдя к месту, которое директор уступила ей, встав перед микрофоном. Она пренебрежительно посмотрела на всех учеников Академии Оммёдо, вообще не выглядя испуганно.

Это отличалось от летней ночи, появившейся в голове Харуторы. На фестивале фейерверков, под тайфуном, у алтаря для ритуала Тайзан Фукун. Он вспомнил каждое слово и поступок Сузуки, словно это случились вчера.

Раздражительная, вспыльчивая и эмоциональная девочка, хранившая абсолютную уверенность в собственной силе….

- Привет всем, спасибо директору Курахаси за представление, я Дайрендзи Сузука!

Звонкий, нежный, сладкий и живой голос принёс взрыв в толпе, который, на определённом уровне, оказался даже сильнее того, который произошёл при её выходе на сцену.

- ……Какого?

Харутора некоторое время не понимал, что происходит, а Тодзи с Нацуме также были не в состоянии осмотреться, тупо застыв на местах.

Сузука слегка усмехнулась, показав ангельскую улыбку. Все присутствующие – независимо от пола – выразили свою поддержку.

- Я сегодня правда нервничаю.… Но, я очень счастлива! Это всегда являлось моей мечтой обучаться Оммёдо с учениками моего возраста, и сегодня, наконец, моя мечта осуществилась!

О да, эта мечта. Харутора бессознательно усмехнулся несколько раз. Неудивительно, что появилась такая странная сцена и он даже невольно почувствовал головокружение. Всё было просто мечтой.…

- Одноклассники и семпаи, есть ещё много вещей, которых я не знаю об Оммёдо, потому, пожалуйста, не стесняйтесь наставлять меня. – Сузука говорила откровенно, а затем показала другую милую улыбку.

Аплодисменты раздались подобно грому, более восторженные по сравнению с теми, что звучали после приветствий преподавателя или директора, и здесь были даже люди, которые взволнованно свистели.

Сузука скромно улыбнулась на подиуме, слегка помахав правой рукой в ответ аплодисментам учеников. В то же время, она слегка наклонила подбородок, угол наклона, очевидно, осторожно рассчитан, словно она сама делала себя юным идолом.

- …Это.… Какого черта…. – Харутора недоумевал. Внезапно, взгляд Сузуки, направленный на толпу, остановился в направлении Харуторы. Его тело застыло и Сузука также прекратила помахивать рукой.

Их взгляды пересеклись, и Харутора инстинктивно почувствовал что-то плохое, но ему было некуда бежать. Сузука смотрела на него, её лицо ясно показывало, что девушка «узнала» его, прямо как и Харутора.

…Эм.

Это был лишь краткий миг, но Харутора ощутил его невыносимо долгим. Сузука смотрела на ошеломлённого, застывшего Харутору – и румянец распространился по её лицу.

…А?

Напряжение Харуторы исчезло, но ему было всё ещё рано расслабляться. После вспышки, казалось бы, смущённого вида, заметные изменения появились в выражении Сузуки, словно заставляя парня сомневаться, видел ли он всё правильно.

Улыбка.

Она значительно отличалась от недавней милой улыбки, тайная ухмылка змеи, заметивший лягушку. Честно говоря, по сравнению с фальшивой улыбкой, которая появилась для толпы перед ней, эта улыбка более подходила стилю Сузуки – по крайней мере по впечатлению Харуторы о девушке.

Как ни странно, он расслабился, когда увидел эту улыбку.

Она действительно та Сузука.

Но, может такие мысли являлись знаком того, что Харутора начинает неосознанно избегать реальности.

Сузука медленно вдохнула.

- Семпай! Ты же Харутора-семпай, да?!

Харутора почувствовал, как взгляды направились к нему со всех сторон.

Сузука намеренно широко распахнула глаза.

- Я знала, что смогу увидеть семпая, если приду в Академию Оммёдо, я ждала этого дня! Я и не думала, что натолкнусь на тебя так скоро…

Эй, поживее замолкни, не говори больше ни слова.

Напрасно Харутора молился про себя, так как, к сожалению, молитва не изменила реальность. Кровь словно вытекла из его тела, а сознание, казалось, дрейфовало в забвении. Тодзи пробормотал: “… Харутора” – подбадривая его, но голос достигший его ушей, не достиг его разума, словно парень являлся лягушкой, уставившейся на ужасную змею.

Но, сравнивая с этим…. Что насчёт Нацуме? В порядке ли она? Прямо перед Сузукой…. Ааа, нехорошо, он не мог осмотреться. Сейчас, Харутора не посмел бы обернуться и выяснить реакцию своего друга детства.

Шум в толпе становился всё более и более оживлённым.

Харутора – Кто – Цучимикадо – Побочная ветвь…

Обрывки разговоров звучали один за другим, обмениваясь и распространяя информацию в миг. Затем, интерес учеников превратился в огромный вопрос.

Какие отношения были между ними двумя?

Директор Курахаси на сцене подошла к Сузуке, задав вопрос, завладевший сердцами всех учеников.

- О, Сузука-сан, вы знаете друг друга?

Сузука ответила: “Да.” – словно ждала чтобы кто-то задал этот вопрос. Она спешно обернулась, её руки по-прежнему сжимали микрофон.

- Он первый человек, кого я поцеловала!

☆

Вот и начался новый, суматошный семестр.