Часть 3

- … Что именно происходит?

Стиснув зубы, Отомо спросил по телефону. Он понизил голос, но не пытался скрыть гнев.

Но трудно винить его за то, что он разозлился, так как до текущего момента он собирал все свои силы, чтобы лечить учеников – учеников его класса, тех, у кого развилась духовная помеха, пока он был не с ними.

Отомо находился в помещение для оборудования здания Академии Оммёдо, в которой хранились магические инструменты для учеников, такие как бумага для амулетов, ручки, чернила и прочее оборудование. Он убедился, что лечение учеников завершалось и незаметно проскользнул внутрь, избегая любых взглядов. Он говорил с человеком, который затягивал гайки и вызывал его сегодня - шефом Мистических Следователей Амами.

- Просто отпусти меня уже. – Амами жаловался на другом конце телефона.

- Доклады о случившемся на месте не показывались мне, и хотя это действительно прискорбно, что ученики Академии Оммёдо оказались вовлечены в духовное бедствие, кто мог ожидать столкновения с чем-то наподобие атаки мобильного духовного бедствия во время экзамена? Наверное, только Миё имеет такие возможности.

- Я зол из-за Кагами! Почему пришло это отродье?

- Ты, ублюдок, разве забыл, что Кагами независимый оммёдзи? Они столкнулись с ним, когда он изгонял духовное бедствие – что в этом такого странного. По крайней мере, он не специально пришёл туда, чтобы найти неприятности. Более важно, я не знаю, что Кагами сделал там, но, насколько я понял, Когуре разобрался со всем надлежащим образом, после того, как приехал. Кроме того, я должен предупредить тебя, что ты не единственный, кто пострадал.

Серьёзно сказал Амами, и Отомо удалось проглотить ответ, который он почти выпалил.

Ситуация одновременных духовных бедствий, происходящих по всему Токио давно попала в новостные программы различных крупных телевизионных станций. Хотя это было чудом, что никто не умер, довольно много людей оказались пострадавшими, и большинство из них пострадали от духовной помехи. В настоящее время, каждая больница, в которых консультировали доктора Оммёдо, были переполнены пациентами, пришедшими для обследования.

- Кроме того, духовное бедствие до сих пор не утихло, и мы уже зафиксировали четырёх Нуэ. Я думаю, ты уже слышал, что эти Нуэ раздельно появились у Демонических и Нижних Демонических Врат, по два у каждых. Нуэ из Уэно и Синагавы уже ликвидированы, но оставшиеся двое сбежали без следа и по-прежнему скрываются в городе. Все духовные сенсоры отправлены в различные места по городу для поиска, но эти Нуэ, кажется, владеют сокрытием. Также, даже если мы найдем их, они умеют летать, потому будет невероятно трудно захватить их обычными методами.

- Разве вы не можете просто вывести вертолёты?

- Манёвренность вертолётов вообще не сравнима с Нуэ, и даже если использовать их для такого небольшого вопроса, как транспортировка команд, будет хлопотно разбираться с духовным бедствием в небе над городом. Займёт немало усилий просто получить соответствующие единицы заранее.

- Почему бы нам не дать разбираться с этим маленьким вопросом, шефу, который ничего не делает. В любом случае, ваши контакты настолько обширны, что вы способны хоть как-то их использовать.

- Что за чушь несёт этот ублюдок. Ты слишком обнаглел, раз звонишь тому, кто занят настолько, что не может даже говорить.

Предыдущий Небесный Генерал и текущий Небесный Генерал вели себя как дети, цапаясь друг с другом.

Но, ситуация являлась действительно довольно серьёзной.

Бюро Экзорцистов использовало весь свой личный состав, чтобы разобраться с Нуэ, но если они не смогут разрешить это как можно раньше, очень возможно, что правительство объявит, что входит в состояние чрезвычайной ситуации.

Два года назад, Токио испытало широкомасштабные разрушения из-за духовных бедствий, и хотя в этот раз масштаб не так плох, они по-прежнему не могут разобраться с ними легко. Более важно, духовное бедствие и в этот раз управлялось Двурогим Синдикатом из-за кулис.

- … Я очень сожалею, что такие вещи произошли, когда тебя вызвали по делам Мистических Следователей. Мы не ожидали, что они начнут действовать так быстро. Это вина Мистических Следователей – нет, я должен сказать, это моя вина. Извини – Амами выразил свои извинения Отомо, и его тон звучал вполне искренне.

Амами искал Отомо сегодня, чтобы попросить помочь выйти на след «D», связанного с Двурогим Синдикатом – другими словами, узнать передвижения Асии Домана. Хотя Отомо уже ушёл в отставку, в конце концов, Амами являлся его бывшим боссом, также как и важной персоной в Агентстве Оммёдо, потому было неудобно отказать, даже если он не имел никакого намерения возвращаться на передовую.

- Не говорите так… - порыв Отомо немного ослаб, услышав откровенные извинения босса.

- … Я сам согласился помочь своей старой организации, так что это моя ответственность. Я не виню…

- О, ясно, тогда не обращай внимания.

- Подожди старый чудак, что это за отношение? Подумать только, заставил меня работать бесплатно, так ещё это высокомерие!

- Работать бесплатно? Это странно, Миё-тян сказала мне, что я должен заплатить за заимствование учителя…

- Эта жадная старая карга! Почему бы ей не поторопиться и не умереть! – сердито закричал Отомо, а Амами засмеялся с другой стороны телефона: «Это действительно так похоже на Миё-чан» - заставив бывшего подчинённого почувствовать себя ещё более раздражённым.

- В любом случае, в настоящее время, мы арестовали нескольких членов Двурогого Синдиката, но лидер всё ещё там. Говорят, он манипулирует духовным потоком на местности, теми же методами, что и Дайрендзи.

Бывший отдел Духа Агентства Имперского Двора отвечал за проведения церемоний уничтожения демонов и стабилизацию духовного потока внутри города, и, естественно, они были знакомы с тем, как манипулировать потоком. В атаке духовным бедствием два года назад, Дайрендзи Сидо однажды сознательно нарушил духовный поток, что привело к множеству духовных бедствий.

- У меня нет времени слушать твои жалобы, так как, прямо сейчас, я занят до смерти. …Да, есть дело, о котором я расскажу. Это утвердили полчаса назад, и должно быть уже достигло Миё-тян – Бюро Экзорцистов намерено использовать тот же план действий, как и два года назад, разбираясь с духовным бедствием в этот раз.

Тон Амами посерьезнел. Отомо нахмурился, плохое предчувствие возникло в его сердце.

- … Какой план действие? Что они собираются делать с Академией Оммёдо?

- Два года назад, Бюро Экзорцистов использовало приманку, чтобы заманить мобильное духовное бедствие. Кроме того, мобильные духовные бедствия больше всего любят высокоуровневую «ауру Инь». – осторожно сказал Амами.

В атаке духовным бедствием два года назад, главный подозреваемый Дайрендзи Сидо превратился в демона, став духовным бедствием. Но, исключая его, много других духовных бедствий также произошли одновременно, и многие из них даже развились в третью фазу. Дайрендзи, ставший демоном – духовным бедствием класса огр – управлял другими мобильными духовными бедствиями, чтобы сея хаос по всему городу и нанося серьёзный ущерб.

Вспомнив о ситуации, Бюро Экзорцистов посчитало главным приоритетом разделить Дайрендзи и другие мобильные бедствия, и вследствие, они установили ловушку.

- …В тот раз, в качестве приманки выступал дракон.

- Дракон? – услышав это слово, Отомо почти подпрыгнул от удивления, наконец поняв значение слов Амами.

Хотя среди них существовали некоторые исключения, аура драконов в основном являлась аурой воды вида Инь, и она выглядела очень великолепна. Можно назвать дракона весьма «привлекательной» приманкой в глазах духовного бедствия, которые принадлежали к тому же типу энергии Инь и пали*, создав «миазму» из-за отсутствия стабильности. Два года назад, Бюро Экзорцистов воспользовались этой характеристикой духовного бедствия, задействовав дракона, как приманку, чтобы выманить мобильные духовные бедствия.

Когда они подтвердили свой план действий, Бюро Экзорцистов выбрали легендарного сикигами прислужника известной семьи Цучимикадо. Тогда же, они запросили поддержки у хозяина дракона, тогдашнего главы семьи Цучимикадо – а также отца Нацуме – чтобы позаимствовать истинного дракона.

И теперь, известный «дракон семьи Цучимикадо» был передан следующему наследнику семьи, или другими словами…

- Я слышал, что Бюро Экзорцистов приготовило запрос поддержки от хозяина дракона, наследника Цучимикадо, Цучимикадо Нацуме, чтобы снова воспользоваться им, как приманкой. … Кроме того, они уже получили разрешения от текущего главы семьи, отца Цучимикадо Нацуме.

☆

- Это смешно! Нацуме-кун всё ещё ученик, по какому праву Бюро Экзорцистов заставляет его выйти вперёд и помочь!

- Они просили, не заставляли. Если Нацуме-кун не желает этого, я передам его мнение в бюро. Также. … Кёко-сан, пожалуйста, помни о манерах, когда говоришь внутри академии. – директор Курахаси предупредила свою разгневанную внучку.

Кроме директора и Нацуме, Харутора, Кёко и Тэнма также присутствовали в кабинете. Они последовали за Нацуме и вошли вместе.

Согласно тому, что сказала директор, Бюро Экзорцистов планировало использовать сикигами Нацуме Хокуто, когда они пойдут в наступление на Нуэ. План состоял в использовании Хокуто в качестве приманки, заманивая Нуэ. Кроме того, человек из Бюро Экзорцистов, которого послали для встречи, уже прибыл и сейчас ждал ответа в другой комнате. Нацуме прикусила губу, услышав эти слова, её лицо побледнело, а ошарашенные Кёко с Тэнмой внезапно взорвались сильными обвинениями.

- Простите мою грубость, но это слишком много запрашивать такое сейчас, сразу же после этого инцидента. Бюро Экзорцистов вообще не считается с текущим состоянием Академии Оммёдо.

Даже обычно мирный Тэнма не смог сдержаться, выразив протест директору.

Действительно, это был беспрецедентный запрос. Бюро Экзорцистов не просили помочь информацией или техниками, но запросили поддержку в очищение духовного бедствия – в частности, они хотели использовать человека в главном сражение. Такая ситуация невероятна редка. Более того, Нацуме ещё не являлась совершеннолетней, и потому трудно винить взволнованных Кёко и Тэнму за такую поспешную реакцию.

Директор больше ничего не сказала после сообщения запроса Бюро Экзорцистов. Она не принуждала Нацуме воздержаться, просто молча предоставляя ей решать самой.

Также молча ждал принятого Нацуме решения – что неожиданно – Харутора.

Он не прерывал, спокойно смотря на лицо Нацуме. Уверенность отразилась в его взгляде, и решимость проглядывала в его отношении.

- Мой отец, он … - после продолжительного тщательного обдумывания, Нацуме тихо высказалась, проверяя – Мой отец, он … согласился, верно?

- Так сказало Бюро Экзорцистов. Тебе нужно обсудить это с отцом, прежде чем принять решение?

- … Нет, это не нужно. – она нахмурилась, выпрямила спину и осмотрительно объявила – Я готов помочь.

- Что?

- Нацуме-кун!

Кёко и Тэнма спешно высказались, чтобы остановить её.

- Почему бы тебе сначала не обсудить это с твоим отцом, может ты временно передашь дракона отцу для использования…

- Мой отец загородом, и он не прибудет вовремя, даже если выйдет прямо сейчас.

- Подожди, Нацуме-кун. Может Бюро Экзорцистов искало не тебя, может они упомянули этот запрос так как думали, что твой отец всё ещё мастер Хокуто. Если они узнают, что Хокуто уже в твоих руках, они, безусловно, выберут другой путь решения. Неважно, насколько подходит дракон для приманки, должно быть что-то ещё, что сможет заменить его!

- … Но, так как мой отец принял этот запрос, это становится проблемой семьи Цучимикадо. Как член Цучимикадо, я должен нести это бремя. – твёрдо сказала Нацуме.

Кривая улыбка на миг появилась на лице Харуторы, когда он услышал эти слова. Хотя, в последнее время, это не так очевидно, но бремя Нацуме и её чувство ответственности, как Цучимикадо по-прежнему являлись такими же, как и прежде, не изменившись ни капли.

Не только Харутора, но также Кёко с Тэнмой должны хорошо понимать, что с её упрямой личностью, Нацуме не возьмёт обратно слова, сказанные остальным, но они искренне хотели уберечь своего одноклассника от опасности, потому не остановились убеждать её.

Именно тогда, директор спокойно открыла рот.

- … Кёко-сан, Тэнма-сан, к сожалению, я боюсь что запрос Бюро Экзорцистов подразумевал поддержку Нацуме-сан, с того момента, как они утвердили план действий. Даже получение разрешения от отца – просто формальное действие, так как, в конце концов, Нацуме по-прежнему несовершеннолетний. План действий в этот раз должен использовать дракона Нацуме-сан в качестве приманки, чтобы иметь смысл.

- Этого не может быть, да? – услышав неожиданное объяснение директора, Тэнма онемел, и не только он, Кёко, Нацуме и даже Харутора также шокировано смотрели на директора.

- Что это значит, бабушка?

Директор невольно вздохнула, когда её внучка спросила это.

- … Думаю, я расскажу вам. Духовное бедствие в этот раз такое же, как и два года назад. Существует высокая вероятность, что это террористическое действие спланировано фанатиками Яко, и из-за этого, Нацуме-сан должен выйти вперёд. Бюро Экзорцистов посудили что если Нацуме-сан будет присутствовать, по крайней мере, они не решаться действовать опрометчиво.

Глаза каждого из четырёх учеников распахнулись, когда они услышали объяснение директора.

Четверо присутствующих – а также Тодзи – все сражались против фанатика Яко, который пришёл за Нацуме в прошлом сентябре, и они испытали из первых рук абсурдную судьбу, с которой родилась Нацуме.

- … Другими словами, они хотят использовать его в качестве «заложника»?

- …

Недоверчиво подняла это вопрос Кёко, а директор не отреагировала, просто сказав: “… Конечно, с тех пор, как у Бюро Экзорцистов появились эти мысли, они гарантируют целость и невредимость Нацуме-сан, независимо от опасности. В связи с этим, возможно, действовать вместе с бюро, сравнительно безопаснее.”

Цели подозреваемого, устроившего духовное бедствия были неясны, но если противник – фанатик Яко, Нацуме может оказаться втянута в инцидент в любой момент. Присоединение Нацуме к операции поможет подавить Нуэ, и в то же время, также защитит её, что можно описать как убийство двух зайцев одним выстрелом.

- … Директор, не могли бы вы связаться с Бюро Экзорцистов. Я готов принять участие в сражение. – Нацуме закрыла глаза, глубоко дыша, чтобы успокоить эмоции, и снова выразила готовность.

Директор посмотрела прямо на Нацуме, слегка кивнув. Кёко и Тэнма прикусили губы, вообще не сказав ничего.

Но высказался Харутора: “Нацуме. … Ты понимаешь, верно?”

Голос Харуторы звучал твёрдо, проверяя Нацуме, словно это само собой разумеется. «Да». Выражение Нацуме слегка расслабилось, подозрительно смотря на Харутору.

- … Это не нужно произносить. Обязанность сикигами защищать мастера. – Нацуме улыбнулась. Харутора окончательно расслабился, увидев эту улыбку, но диалог между ними заставил Кёко и Тэнму озадачиться.

Харутора вообще не открывал рот, пока Нацуме решала, следует ли принять запрос, так как он давно решил, что если Нацуме согласится, он направится в Бюро Экзорцистов вместе с ней. Он был уверен в суждение Нацуме с самого начала, и принял решение остаться рядом, независимо от того, насколько опасны обстоятельства.

В тот момент, когда мастер и сикигами приняли решения, телефон директора зазвонил.

Старый телефон находился на столе, и директор подняла трубку, произнеся: “Да”. - На мгновение тень покрыла её лицо.

- Тодзи-сан пришёл в сознание. – она повесила трубку, после того, как кратко сказала эти слова, уведомив учеников с напряжёнными лицами.

- А, правда?!

Четвёрку охватило беспокойство из-за реакции директора, но, услышав эти неожиданно хорошие новости, их глаза счастливо засияли.

- Но после того, как он пришёл в сознание, учитель, несший ответственность за его лечение, позволил ему ускользнуть из-за невнимательности. Прямо сейчас, несколько учителей ищут его повсюду – он мог выскользнуть из здания академии один, даже без телефона.

А затем, директор сбросила бомбу, и у Харуторы с остальными перехватило дыхание.

- Причина до сих пор неясна. После пробуждения, его сознание всё ещё оставалось немного туманным. … Честно говоря, ситуация не столь однозначна, и может, этот метод лечения оказал обратное действие. … Может, сила воли, что первоначально подавляла они, ослабла. Независимо от причины, мы должны найти его как можно скорее.

Директор говорила, с трудом скрывая тревогу. Они впервые видели её с таким выражением, и Нацуме с Харуторой смотрели друг на друга некоторое время, не зная, как реагировать.

Пока они оба выглядели беспомощно: “… Хорошо, Харутора, Тэнма, вы немедленно идёте искать Тодзи. Я же буду сопровождать Нацуме-куна в Бюро Экзорцистов.” – ловко объявила Кёко.

Глаза у всех распахнулись, услышав это внезапное предложение. Харутора, несомненно, выглядел наиболее взволнованным среди них всех.

- П-подожди секунду, Курахаси! Я сики…

- … Я знаю, что ты сикигами Нацуме, но также ты друг Тодзи, верно? Кроме того, я также считаю себя другом Тодзи и Нацуме-куна.

Решительно сказала Кёко, её глаза испускали такой же свет, что и Нацуме, когда она вступилась за Тодзи прежде, твёрдый и полный сияния.

- Прямо сейчас, мы должны работать вместе и разделить задачи. Так как мы должны пойти в Бюро Экзорцистов, будет более полезно, если пойду я, и в любом случае, я дочь директора Агентства Оммёдо и шефа Бюро Экзорцистов. – внушительно произнесла Кёко.

Услышав слова девушки, Харуторе, Нацуме и Тэнме было трудно скрыть шок. Обычно, Кёко всегда старалась избежать упоминания того, что она внучка директора и дочь шефа Агентства Оммёдо, и не говорила о себе, что родилась в известной семье Курахаси. По сравнению с давно пришедшей в упадок семьёй Цучимикадо, в которой родилась Нацуме, можно сказать, что сила Курахаси находилась в самом расцвете, но девушка не была готова выставлять это напоказ, и лишь хотела иметь статус нормального человека, подобный людям вокруг неё.

Так как сейчас она упомянула личность отца, было очевидно, насколько она решительна.

- Все в порядке, директор?

- … Тут нет другого выбора, но хорошо помни не вести себя безрассудно. – кивнула директор, улыбаясь.

Затем, Кёко показала озорное и серьёзное выражение в сторону ошеломлённого и потерявшего дар речи Харуторы.

- … Что такое? Не ты ли хвастался перед Нацуме-куном прежде, проявить смелость и положиться на нас.

- …Курахаси…

Некоторое время Харутора затруднялся говорить, лишь смотря на Кёко широко распахнутыми глазами. Щеки девушки покраснели, и она смущённо отвела взгляд.

Нацуме легко положила руку на плечо Харуторы. “… Харутора. Кёко-сан права. Тебе не надо беспокоиться, я, несомненно, вынесу своё бремя – а Тодзи оставляю тебе.” – сказав это, она сжала плечо Харуторы с силой.

Парень неподвижно стоял, стиснув зубы. Затем, он потянулся к маленькой руке на его плече.

- Понял. Тогда, рассчитываю на вас, ребята. Когда всё закончится, я заставлю Тодзи угостить всех хорошим обедом.