★

Окончательный результат показал, что их способности действительно такие, как он и предполагал.

- Странно?.. Краб, куда делся краб. Эй, я не ела краба! Кто съел моего краба!

- …Эм, Кёко. Эти банки, сколько их тут. Не слишком ли быстрый темп?

- …У…уу… это не я, я не ел краба…. Правда… я ничего не знаю….

- …Тэнма, с самого начала в горшочке не было краба. Кроме того, не реви из-за такого!

Все быстро напились, намного превзойдя ожидания Харуторы.

Нацуме счастливо рассмеялась.

- Ахаха! Краба у него нет! А у вас есть крабы, ребята? Ахаха!

- …Нацуме. Позволь напомнить, что ты самый пьяный среди всех присутствующих. Кроме того, что смешного в этих словах?

- Ах, Харутора пытается обмануть меня. Бакатора, не смотри свысока, краб?* Ахаха!

- …Это бесполезно. Я сдаюсь…

Образ следующего наследника семьи Цучимикадо, гения Академии Оммёдо и друга детства Харуторы, внезапно исчез из Нацуме. Девушка не умела пить. Харутора пожалел о том, что не знал этого, ведь Нацуме, которая волновалась о первом набэ, была бы намного лучше.

- Разве тебе не жарко? – вскоре произнесла Кёко и начала снимать одежду. “Нет. Эй, Кёко?” и хотя Харутора запаниковал, она не обратила никакого внимания.

Ей удалось расстегнуть пуговицы, медленно сняв жакет. Затем она ослабила галстук*, оставив воротник рубашки открытым.

Её щеки пылали, а причёска немного потрепалась, выглядя невероятно чувственно. Хоть это и нельзя увидеть из-за имперской формы Академии Оммедо, у Кёко очень красивое тело. Соблазнительная картина появилась перед ним, и Харутора на самом деле не знал, куда деть свой взгляд.

- Что за «если что-нибудь случится, защити меня», как кто-то сможет защитить тебя, если ты сама снимаешь одежду…. Кёко! Твоя юбка! Твоя юбка задралась!

- Хм?.. Ах.

Её бедра в чулках почти полностью открылись. Кёко расправила юбку, смотря на Харутору затуманенным взглядом.

- Эй, можешь, пожалуйста, не смотреть, куда захочется? Парни всегда… пялятся.

- К-кто пялился? И что значит «смотреть, куда захочется»? Я веду себя, как джентльмен!

- Хм…. Неважно, нельзя винить тебя за то, что я настолько мила. В этот раз я тебя прощаю.

- Что ты имеешь в виду под «прощаю», это ты должна извиниться передо мной! – покрасневший Харутора спешно пытался разрешить недоразумение, но Кёко с безразличным лицом лишь произнесла: “Так жарко”. Она приподняла волосы, заставив Харутору почувствовать себя ещё хуже из-за того, что каждое её движение выглядело очаровательно.

- … - Нацуме наблюдала за их словесным поединком, и улыбка исчезла с её губ. “Ах, мне тоже жарко!” – нарочно произнесла девушка и стала медленно снимать жакет. Она не расстегнула пуговицы, просто потянула вверх. Он застрял, и потому девушка начала извиваться. Смотреть на это было печально.

- Идиот! Нацуме, остановись! – отчаянно подскочил Харутора, потянув форму обратно.

Факт того, что Нацуме выдавала себя за парня в Академии Оммёдо, являлся секретом, о котором не должны узнать. Изгибы тела тяжело заметить под формой академии, да и её нескладность очень помогала скрывать то, что на самом деле она девушка. Но…

- Что ты делаешь, Харутора! Тут так жарко, я хочу снять одежду!

- Ты не можешь! Если снимешь одежду, всё кончено! Ты не можешь этого сделать!

- Ува, Нацуме-кун снимает одежду…. Ах! Харутора, не останавливай его.

- Я всё слышу, Кёко! Ты понимаешь, что говоришь?

- …Уу, мне не жарко, почему только мне…. Может, я выпил недостаточно….

- Нормально, если тебе не жарко! Тэнма, даже ты намереваешься раздеться?

- …Но, ты ничего не увидишь, даже если Нацуме останется в одной рубашке…

- Тодзи! Прекрати нести чушь!

- Ува, Харутора, Тодзи издевается надо мной.

- Прекрати Нацуме!

Харутора отвешивал одно цуккоми за другим, не имея даже возможности перевести дух. У него не хватало времени не только на выпивку, он не мог даже поесть набэ.

- Тодзи, разве ты выпил не слишком много? Прекрати наполнять чашу.

- А? Это редкая возможность хорошо напиться, всё в порядке.

- Достал… - Харутора невольно упрекнул друга. Но именно тогда, он внезапно заметил более фундаментальную и серьёзную проблему. Его выражение мгновенно поменялось.

- Погоди. Эй, эй, Тодзи? Ты как?

- В смысле как?

- Эм, ты же не пьян, да?..

- Я? – Тодзи нахмурился, отвечая на тревожный вопрос Харуторы. – Не смотри на меня свысока, Харутора. Когда-то я выпил целую бутылку водки за ночь, а тут алкоголя недостаточно, чтобы мне напиться.

- Я-ясно, это хорошо…

- Но, тогда я был мертвецки пьян. Когда проснулся, обнаружил на полу людей, которые пили со мной, всех в синяках и ссадинах. Они даже сказали, что лучше умрут, нежели будут пить со мной снова….

- Ясно! Дай мне сейчас же чашу и закрой бутылку! Время идти в ванную и проблеваться!

Присмотревшись, Харутора понял, что Тодзи ослеплённо уставился на него, зловещий свет зажегся в его глазах. Но сам он этого не замечал.

- Блин, всегда одно и то же! Во всяком случае, вы, ребята, будете пить воду. Сейчас я схожу вниз за ней…

Сказав это, Харутора взял чайник и поднялся. Однако…

- Эй, Харутора! Что за сикигами посмеет оставить своего мастера!

- Верно, Харутора! Подумать только, ты планировал тайно съесть всего краба!

- Далеко…. Слишком далеко Харутора…. Не бросай нас….

Кёко рассердилась, Тэнма рыдал, а Нацуме вцепилась в ногу Харуторы, практически уронив его на набэ.

- Э-это опасно, Нацуме! Отпусти меня!

- Нет! Не отпущу!

- Прекрати цепляться, ты что, маленький ребёнок?

- Говорю, Харутора, почему ты пытаешься быть хорошим парнем? Похоже, ты не выпил достаточно, да?

- Должен же быть предел обвинениям!

- …Хитрый…. Харутора-кун…. Ты слишком хитрый, заставил нас напиться…

- Вы напились сами!.. Ува!

Первоначально, Нацуме вцепилась в ногу Харуторы, но затем подняла руки на его пояс, словно хотела взобраться и полностью повисла на нём. Парень упал рядом с набэ, и Кёко с Тэнмой сразу же окружили его.

- Харутора! Подумать только! Ты проигнорировал меня и завалил Нацуме-куна! Я сделаю фото и отправлю Фудзино-сан!

- Не говори такие страшные вещи! Кроме того, из-за чего ты злишься? И почему именно на меня?

- …Харутора-кун и остальные так хорошо ладят…

- Я не тот, кому сейчас можно позавидовать, Тэнма!

- Ах…. Запах Харуторы…

- Нацуме! Ты же не Хокуто, не нюхай других!

- Хокуто мой сикигами, а я мастер, не сикигами…

- Нет, я говорю о другой Хокуто…. Ах, отпусти, прекрати цепляться за меня!

Харутора боролся, отталкивая, но Нацуме крепко вцепилась в него, не отпуская. Увлекшись моментом, она даже смеялась: “Хахаха…” и терлась щекой об него. Если девушка вспомнит, что делала, после того, как протрезвеет, то, определённо, не осмелится предстать перед ним долгое время.

Увидев наследницу Цучимикадо такой, Кёко сердито надулась, потянув Нацуме за форму в надежде на то, что та обратит на неё внимание.

Тодзи, по-прежнему пьяный, внезапно горько улыбнулся по какой-то причине и произнёс: “Ох…. Какая неудача, Нацуме.” Конечно, ни у Харуторы, ни у Нацуме не нашлось времени выслушивать его слова.

- Харутора~, Харутора~

- Прекрати петь и отпусти меня!

- …А? Что-то мне внезапно стало не так хорошо…. Я хочу проблеваться?

- Блевать сразу после такой шумихи? Ты действительно ужасно пьян!

Харуторе хотелось заплакать, и он на самом деле проронил несколько мужских слёз.

- Как такое могло случиться! Отличный набэ полностью уничтожен, помилуйте меня…. – Парень не мог сдержать свою досаду.

Пока Харутора причитал, нечто внезапно привлекло его внимание, и он поднял голову.

- Э-эй, Тэнма?

Тэнма утих и только сейчас Харутора заметил, что тот сидит на полу с закрытыми глазами и покачивающейся головой. Увидев это, озарение мелькнуло в глазах Харуторы.

- В-верно, будет намного проще, если все напьются до потери сознания…

Нацуме и Кёко давно пьют сами. Даже если он не будет смотреть за ними, рано или поздно они отключатся. Всё разрешится, если он просто напоит их до бессознательного состояния.

- Хорошо Нацуме. Я не уйду, так что отпусти меня. – Харутора убрал руку Нацуме, сев по-турецки на татами, и взглянул на девушек с затуманенными взглядами. – Раз всё так, давайте пить сегодня сколько душе угодно! Тодзи, наливай! – а затем протянул чашу Тодзи.

Тот молча наполнил, и Харутора залпом осушил её.

- О. – Нацуме и Кёко зааплодировали. “Эй. Я присоединился к вам, так пейте со мной!” – воодушевлённые, они снова начали пить.

Мысленно Харутора восхищался собой…