Мать на мгновение замерла. Эта тишина немного ободрила меня. То, что мать ждала от меня любви, и сама мысль, что я способен задеть её чувства, вызывали во мне волнение.

Однако мать заговорила тоном, в котором слышалось, что она это предвидела.

— Хм, ясно.

— …

— Я всё же хотела попробовать. Это могло положить конец твоей участи. В любом случае у тебя ещё много жизней в запасе.

— Не говори, будто делаешь это ради меня.

— Я люблю тебя.

Меня пробрала дрожь. С чего бы ей вдруг такое говорить?

— Что это значит?

— Я твоя мать.

Я посмотрел на улыбающуюся мать, и в глубине души что-то кольнуло. Неужели она действительно верит, что такие слова могут всё изменить? Десятилетних страданий в одиночестве нельзя перечеркнуть несколькими фразами.

Я уставился на неё.

Любовь матери…

Я не стал применять к ней навык «Детектор лжи». В мире иногда встречаются подобные слова. Даже если правдивы, они могут причинять такую боль, что их хочется назвать ложью.

Со вздохом я сказал:

— Слишком поздно.

— Я знаю.

— Тогда зачем?..

— Мне просто хотелось сказать это хоть раз. Кажется, я никогда тебе этого не говорила.

Мы замолчали, и какое-то время не произносили ни слова. Лишь секундная стрелка настенных часов напоминала, что время идёт. Это было похоже на чистую страницу. Как писатель, вымучивающий первую фразу, я с трудом разжал губы:

— Как тебе жилось в тюрьме?..

— Ты часто навещал меня. Разве есть нужда?..

— Ты ничего мне не рассказывала.

— …

— Почему ты молчала? Я столько раз приходил к тебе…

Я не ненавидел мать с самого начала.

Даже когда мать убила отца.

Даже когда она попала за решётку.

Даже когда родственники бросились делить наше имущество, а со мной обращались как с ненужным придатком.

Я не ненавидел мать и не винил её.

— Как человек может быть таким бесстыдным? – причина моей ненависти к матери была проста. — Почему ты молчала? И зачем… зачем написала такую историю?

Кто-то, возможно, сказал бы: ты разбогател. Разве не хорошо, что она продала книгу? Я не знаю, помогли ли гонорары матери моей жизни. Родственники всегда обращались со мной так, будто я не человек.

— Мне было очень тяжело. Всякий раз, когда я шёл в школу, выходил на улицу или встречал кого-то, мне казалось, что все говорят обо мне. То же самое было, когда я переходил в другую школу. Каждый раз я был «сыном убийцы».

Тот, кто не пережил этого, никогда не поймёт. Мир был неумолим. Репортёры толпились у нашего дома, и мне казалось, что все глаза мира следят за мной.

— Возможно, просто возможно, я смог бы это вынести.

Может, всё было бы иначе, если бы мать что-то сказала мне. Если бы она попросила меня потерпеть, я смог бы. Если бы только мать дала мне понять, что она на моей стороне, даже продав нашу историю за деньги.

[«Четвёртая Стена» яростно содрогается]

[Стигма «Самооправдание» Ур. 2 активирована!]

Я взглянул на мать. Я не ошибался. Мать продала наши жизни, чтобы заработать денег.

Тогда мать ответила:

—Я хотела узнать.

— Узнать что?

— Правду.

— Какую правду?.. Мама, разве не ты убила отца?

— Ты не знаешь всей истории.

— Я прекрасно её знаю. С тех пор как мы расстались, я снова и снова её вспоминал.

Другими словами, я перечитывал. Я погрузился в персонажей романа из-за матери.

「— Докчжа. С этого момента я постоянно буду перечитывать этот момент.

— Твой отец совершил нечто ужасное и умер.

— Это была самооборона. Понял?」

Я перечитывал это сотни, тысячи, даже десятки тысяч раз. Нет, я прокручивал это в голове так часто, что уже не мог отличить, что правда, а что нет.

— Отец заслужил смерти. Он был лудоманом и тираном. Нашей семье грозила бы опасность, останься он в живых.

Мать смотрела на меня и кивала.

— Да, я хорошо это помню. Так почему же ты злишься?

Я пытался спросить мать много раз.

Почему ты не сбежала со мной? Почему оставила ребёнка одного? Почему не навещала меня после освобождения?

Вопросы копились во мне, и я сам нашёл ответ.

[Дрожь «Четвёртой стены» утихла]

Это был страх, порождённый ответом. Ответ, который я пытался стереть. Я боялся, что как только он будет озвучен, я не смогу его принять.

Тем временем мать несколько раз беззвучно открывала и закрывала рот, прежде чем наконец смогла выговорить:

—Слишком поздно что-либо говорить...

Да, я знал.

[Многие созвездия пожертвовали вам 5000 монет за вашу семейную историю]

Этого было достаточно для чёртовой драмы.

[Созвездие «Узник Золотого Обруча» желает узнать, что вас гложет]

[Созвездие «Демоноподобный Судья Огня» предлагает вам подумать ещё раз]

[Созвездие «Выколотые Глаза» коварно ухмыляется]

Эта роль мне изначально не подходила.

— Почему ты продолжаешь менять оригинальный роман? – мать сменила тему. — Если бы ты позволил всему идти по канону и допускал гибель людей, сценарии не были бы такими сложными.

— Я должен менять его. Мама, ты же знаешь, что Ю Джунхёк не сможет достичь концовки в третьей регрессии.

[Многие созвездия испытывают фрустрацию из-за фильтрации]

Рассказ об оригинальном романе был отфильтрован созвездиям.

— Концовки?

— Да. Концовки.

— И из-за этого ты страдаешь?.. Ты не в своём уме.

— Концовка этой истории важна для меня. Именно этот мир поддерживал во мне жизнь, пока тебя не было. – именно благодаря роману я смог пережить годы без матери и отца. — Ты никогда не поймёшь.

[Три способа выжить в разрушенном мире]

Я не знаю, что автор вкладывал в это название. Однако для меня это название было реальностью, а не метафорой. Потому что для меня этот мир стал «разрушенным» очень давно.

Я читал этот роман каждый день и выживал. Поэтому я не мог отказаться от этой истории.

Мать возразила:

—Это не роман. В реальности не бывает концовок вроде «все жили долго и счастливо».

— Я доведу дело до конца. И кроме того, когда я говорил, что хочу такую концовку?

— Остановись. Этот мир безумен. Нельзя достичь цели лишь потому, что знаешь будущее. Разве ты уже не понял это? Следующие сценарии…

— Хватит. – продолжать спор с матерью было бессмысленно. — Просто скажи, чего ты хочешь. Зачем ты вызвала меня сюда?

— Останься здесь.

Ага, вот оно. Это было так похоже на мою мать.

— С чего бы мне делать это?

— Я не могу снова потерять сына. Я как-нибудь пройду следующие сценарии.

— Не надо. – я начал понемногу испускать ауру созвездия. — Будь честна: ты считаешь, что я буду помехой. Не знаю, какова твоя цель, и даже не собираюсь спрашивать.

Впервые на лице матери мелькнула незнакомая эмоция. Она выглядела печальной. Печальной? Какое право она имела так себя чувствовать?

— В кого же ты такой?.. – волна магической силы поднялась в теле матери, пока она говорила. — Мне не нравится этот метод, но ничего не поделаешь.

[Некоторым созвездиям нравится эта семейная разборка]

[Некоторые созвездия, почитающие сыновнюю почтительность, не одобряют эту ситуацию]

Мебель в доме сметало магическим вихрем, и Хан Соён, заметив это, вбежала внутрь.

— Ким Докчжа!

Воплощение Чон Учхи, Чо Ёнран, также была позади Соён. Гостиная мгновенно превратилась в поле битвы. Ёнран готовила трюк, а моя мать смотрела на меня со спокойными взглядом. Приёмы Чона Учхи были хитрыми, но я мог как-то им противостоять.

Проблема была со стороны моей матери. Я ещё не знал, кем был её спонсор. Точнее, не знал, пока она не использовала способности.

[Навык «Закладка» активирован!]

— Выбираю четвёртуя закладку, «Ликаон Испаранг».

[Навык «Путь Ветра» Ур. 10 (+1) активирован!]

«Путь Ветра» достиг предела, и вся комната оказалась во власти магического шторма. Я сконцентрировал ветра и разрушил всю гостиную.

Затем я выбрался из дома вместе с Хан Соён. Пока чёрный дым застилал обзор, я обратился к девушке:

— Я быстро с этим разберусь, будь готова.

— Поняла. – Хан Соён начала генерировать мощное «чёрное пламя» в своей руке.

Я немедленно сменил закладку.

— Выбираю пятую закладку, Киргиоз Родгрейм.

Комбинация «Миниатюризации» и «Электрификации» последовала за «Путём Ветра». Самый быстрый и эффективный способ одолеть мою мать – использовать величайший навык, которым я обладал.

Однако в тот момент, когда я уже собирался применить его, сквозь дым прошли десятки людей. Они окружили меня и заговорили с жаром:

— Вы всё неправильно поняли. Пожалуйста, вы должны остаться здесь.

Это были подчинённые моей матери. Десятки женщин в тюремной робе смотрели на меня с сочувствием. Соён крикнула:

— Какого хера?!

Испуганная, она обрушила на них чёрное пламя, но оно рассеялось во все стороны защитой Чона Учхи. Чо Ёнран закричала:

— Ким Докчжа! Остановись! Сукён делает это для тебя!

Их прервала моя мать. Она поднесла палец к губам, давая знак не говорить больше ни слова. Затем из её тела начала исходить величественная аура.

Искры вспыхнули из-за чрезмерного использования вероятности. Это была более интенсивная синхронизация, чем всё, что я видел прежде. Мать явно переусердствовала.

[Спонсор воплощения «Ли Сукён» раскрывает своё прозвище]

[Созвездие «Мать-Основательница» испытывает глубокую печаль по отношению к вам]

«Мать-Основательница? Блять, неужто?..»

[Созвездие «Мать-Основательница» заявляет, что ваша сила представляет угрозу для сценариев Корейского полуострова]

[Созвездие «Мать-Основательница» заявляет, что не станет отнимать вашу жизнь, если вы не станете сопротивляться]

Я поспешно использовал «Миниатюризацию» и «Электрификацию» одновременно.

[Энергия древней земли запечатывает ваши навыки]

Моё зрение померкло, словно я вошёл в тёмную пещеру. Сила покинула моё тело, и я стал обычным человеком. Меня охватила беспомощность маленького животного.

[Энергия древней земли запечатывает вашу «ценность»]

Я знал эту стигму. Существовала лишь одна «история», связанная с запечатыванием на Корейском полуострове.

— Не думал, что ты сможешь использовать это...

«Да… Странно, что я не подумал об этом. Это же Корейский полуостров. И всё же была одна туманность, которая до сих пор со мной не связывалась. Я должен был связаться с ними первым, но на данном этапе просто не счёл нужным».

— Я говорила, я люблю тебя. – мать улыбалась, помахивая бронзовым колокольчиком в руке.

Мать-Основательница. Одно из высших созвездий Хонгик и одна из самых известных историй на этой земле.

Спонсором моей матери была Уннё¹, мать Дангуна Ванги.

Я вздохнул:

— Ладно... Я сдаюсь.

— Что? Эй! Ким Докчжа!

— Просто подождём здесь. Всё равно тебе не победить.

Чувство изнеможения наполнило моё тело. Теперь я ничем не отличался от обычного человека.

— Оставим в стороне твоего спонсора, но как ты достала Восьмибусинный Колокольчик?..

Я уставился на бронзовый колокольчик в руке матери. Восьмибусинный Колокольчик был одной из трёх «небесных печатей» в мифе о Дангуне. Это была одна из величайших реликвий Корейского полуострова, обладающая способностью запечатывать «историю» другого человека.

Как я ни думал, на данном этапе заполучить эту звёздную реликвию обычными методами было невозможно. Мать, должно быть, заплатила за неё цену.

— Я отпущу тебя, когда придёт время. Пока что просто оставайся здесь. – наконец, мать и странницы исчезли.

Хан Соён и я оказались в ловушке «Матричного Метода Механических Врат». Я мог догадаться, куда направилась моя мать.

Возможно, она пошла к Ю Джунхёку. Я не хотел представлять катастрофу, которая произойдёт, если они встретятся.

— Чёрт, что теперь? Как мы выберемся отсюда?

Хан Соён спросила, пытаясь разрушить «Матричный Метод Механических Врат». Мои навыки как созвездия были запечатаны, так что разрушить его напрямую было невозможно.

Впрочем, это используя лишь мою собственную силу. Я задумался.

— В целом, способ есть.

— Какой?

— Есть тот, кто может разрушить «Матричный Метод Механических Врат».

— Что? Кто?

Если я его позову, печать как-нибудь разрушится. Изначально это было созвездие, к которому я не смел взывать, но теперь выбора особо не было.

Я достал Канпхёнъи. Я приберегал его для важного момента, и сейчас это было единственное, во что я мог верить.

[Активирована особая опция «Канпхёнъи» – «Эхо Звёзд»]

[«Эхо звёзд» позволяет вам попросить помощи у созвездия исторического ранга]

— Я призову созвездие.

[В потоке звёзд созвездия исторического класса слышат ваш голос]

Я произнёс прозвище созвездия.

[Статус этого созвездия слишком высок]

[Для призыва этого созвездия требуется пять очков на Небесном Диске. Вы согласны?]

Осталось лишь пять очков, так как остальные я использовал на призыв Большой Медведицы и Активиста Национальной Независимости.

Теперь это созвездие требовало всех оставшихся звёздных очков на Канпхёнъи.

Это было необходимо, поскольку сила этого существа уже превосходила уровень исторического ранга.

[Звёзды пришли в движение]

Во тьме ночного неба сияла одинокая звезда. Я воззвал к ней:

— Первый меч Горьё, мне нужна твоя сила.

1. Уннё (웅녀) – в корейской мифологии медведица, которая, согласно легенде о основателе первого корейского государства Древний Чосон, превратилась в женщину и стала матерью Дангуна, родоначальника корейской нации.