Мать Виктора, ранее находившаяся в психиатрической больнице, теперь жила в монастыре.

Она была дочерью короля, поэтому жила не зная невзгод, окруженная любовью и заботой своей семьи, пока однажды не встретила на вечеринке молодого дворянина из знатной семьи. Она провела с ним ночь и родила ребенка. В то время она была помолвлена с наследным принцем Вестины, соседней страны. Естественно, после этого инцидента помолвка была разорвана, а её с позором изгнали из королевской семьи.

За свой позор и понижение статуса она винила сына, родившегося после одной ночи, что провела с молодым аристократом.

Виктор Дамфельт, выросший под постоянными упреками и обвинениями своей матери, которая винила его за то, что её изгнали из королевской семьи, поставил себе единственную цель в жизни - быть признанным членом королевской семьи.

Он делал все ради того, чтобы его признали. И даже если бы ему пришлось потратить всю свою жизнь, чтобы уничтожить пиратов, он не пожалел бы об этом.

По мере того как его план набирал популярность среди жителей Салантии, семья Ирен начала рассматривать возможность признания единственного внука короля, Виктора Дамфельта, членом королевской семьи.

По прошествии некоторого времени, наконец было начато расследование, которое должно было проверить его окружение и подтвердить, что у него нет моральных недостатков, чтобы стать членом королевской семьи. Вполне естественно, что среди его окружения проверку должна была пройти и его жена, Скарлетт Дамфельт.

Перед расследованием Виктор предупредил, чтобы она не говорила ничего лишнего, и Скарлетт намеревалась именно так и сделать. Но когда Виктор сказал, что она призналась во всех его недостатках, Скарлетт действительно начало казаться, что она сошла с ума, потому что она вообще не могла вспомнить процесс допроса.

«Неужели у меня действительно проблемы с головой?»

Она не могла с уверенностью опровергнуть это умозаключение, поскольку у неё самой появились сомнения на этот счет из-за потери воспоминаний.

И поэтому она еще больше испугалась слов Виктора о том, что он отправит её в монастырь.

- Нет, не отправляй меня в монастырь. – твердым тоном произнесла Скарлетт с испуганным лицом.

Виктор был очень зол, так что, скорее всего, говорил не в серьез. Но даже зная об этом, Скарлетт не смогла сдержаться, и словами сами собой вырвались из её уст.

После того, как она все время отвечала бессвязно, а потом внезапно заговорила твердым голосом, красивые черты лица Виктора исказились гневом, и на миг даже показалось, что он сейчас её ударит, но затем он развернулся и молча вышел из комнаты со своими людьми.

Когда он ушел, Скарлетт собрала оставшиеся силы, скинула недопитую бутылку со стола, и развернула газету, лежавшую под ней. На первой странице было напечатано множество причин, по которым Виктор не мог стать членом королевской семьи. А письменные показания, которые она написала самолично, были напечатаны на следующей странице.

Это без сомнения был ее почерк и ее подпись.

Убедившись в этом собственными глазами, Скарлетт медленно осела на пол.

- Этого не может быть…. Я не могла этого сделать…

Из-за слов, сорвавшихся с её губ, Виктор больше никогда не сможет быть признан королевской семьей. Более того, его даже заклеймили как хладнокровного, бессердечного человека, который собственноручно отправил свою мать в психушку.

Это был большой шрам на чести, которую Виктор ценил превыше своей жизни.

Несмотря на то, что все улики указывали на неё, Скарлетт сводило с ума то, что она не могла вспомнить ничего из того, что происходило во время допроса.

Чувствуя неимоверное давление от сложившейся ситуации, её дыхание участилось, однако на разум в тоже время опускалась все более плотная завеса темноты. И со временем даже сцена, где она пила чай в допросной, стерлась из ее памяти.

***

Вернувшись домой в тот вечер, единственное, что Скарлетт могла делать, это извиняться всякий раз, когда видела своего мужа.

Но Виктор никак не реагировал на извинения Скарлетт и больше не упоминал о том, что она сделала. Вместо мужа инициативу подхватил её тесть, Грегори Дамфельт, который пришел в ярость, узнав из газет, что она натворила.

Шаткое эмоциональное состояние Скарлетт, переживавшей из-за случившегося, еще больше усугубилось, когда он начал распекать её, говоря, что она стала препятствием на пути его сына.

К счастью, на конец года был запланирован ленч, так что она смогла немного отвлечься, убивая время, пока занималась подготовкой к нему. Этот обед должен был проводиться в честь вступления Виктора в королевскую семью, но он не стал отменять его.

В день ленча Скарлетт, одетая в ярко-красное бархатное платье, вышла из гардеробной и уже собиралась спуститься вниз, чтобы встречать гостей, когда один из людей Виктора, Пейлин Рэдфорд, остановил ее.

- Сегодня проводится обед, так что вы не можете покинуть свою комнату.

Скарлетт, недоумевая от его слов, неосознанно наклонила голову набок.

- Я не могу выйти?

- Капитан не хочет, чтобы его жена присутствовала на обеде.

На борту корабля «Рубид», капитаном которого был Виктор, находились только избранные люди из элиты. Все его подчиненные были детьми из престижных семей, имели лучшие оценки и выделялись крупным телосложением. Среди них Пэйлин был известен, как второй лучший боец после Виктора.

Услышав резкие слова Пэйлина, загородившего собою дверь, Скарлетт остановилась и медленно раскрыла губы.

- Виктор не хочет, чтобы я появлялась на глазах у других людей?

Пэйлин на мгновение задумался, прежде чем ответить.

- Да, это так.

- Потому что ему стыдно?

- Да... верно.

Пэйлин на краткий миг нахмурился, почувствовав себя неуютно от её вопросов, но потом снова вернул маску безразличия на свое лицо.

Скарлетт некоторое время молча смотрела на Пэйлина, а потом кивнула.

- Понятно.

- Тогда я оставлю вас.

Пейлин поклонился и уже собирался открыть дверь, когда вдруг остановился.

С выражением горечи на лице Скарлетт направилась к стулу, стоявшему у окна в гардеробную.

Увидев куда она идет, Пэйлин, намеренно ожесточив выражение лица, сказал:

- Пожалуйста, держись подальше от окна. Капитан сказал, что его жены сегодня нет в особняке.