Глава 139.

Скарлетт подумала, что может быть неправильно понята, если попросит Виктора пить чай с ней два вечера подряд, поэтому попросила добавить снотворное в его кувшин с водой, но он, казалось, не пил воду.

Виктор притянул Скарлетт к себе, скользя руками ей на талию. Она тут же крепко зажмурилась, когда тёплые руки мужчины коснулись её прохладного тела.

– Зачем лгала? – спросил Виктор. – Ты была здесь и вчера.

– Нет.

Когда Скарлетт принялась отрицать это, пальцы Виктора скользнули по шраму на её бедре:

– Тогда откуда я знаю, что у тебя есть шрам отсюда и досюда?

– Ты, наверное, получал отчёт.

– Почему так упрямишься?

Скарлетт посмотрела на Виктора и попыталась вырваться из его объятий, но он быстро притянул её к себе и даже усадил на свои колени:

– Ты определённо была здесь.

– ……

То, что мужчина дрожал, определённо не было иллюзией, поскольку Скарлетт ещё отчётливее почувствовала, как он дрожит, после того, как Виктор обнял её вот так. Не в силах просто оттолкнуть его, она принялась бороться с чувством вины за попытку использовать на нём лекарство, которое не хотел использовать.

Виктор прижался губами к шее Скарлетт, убедившись, что она не отталкивает его. Лишь тогда, изумлённая, она накрыла его губы ладонью.

К счастью, Виктор тут же остановился и Скарлетт, у которой немного прояснилось в голове, спросила:

– Ты не ел?

– Спрашиваешь из-за снотворного?

Плечи Скарлетт дрогнули от его вопроса. Когда она ничего не ответила, Виктор снова заговорил:

– Оно резкое на вкус.

– ……если знал, зачем пил чай?

– Ты дала его мне.

– Именно его используют пираты.

– Зачем ты дала мне снотворное? – спросил Виктор так вежливо, словно сказанное Скарлетт не было слишком важным или он ожидал это.

Скарлетт тут же оттолкнула его, чтобы уйти. Но из-за погасшей лампы мир погрузился во тьму и для неё, а Виктор успел стать более чувствительным к подобным условиям.

Он схватил Скарлетт и прижал её к кровати, одной рукой удерживая её тонкие запястья, а другой ощупывая тело. И в кармане ночной рубашки нашёл флакончик с лекарством.

– Я достаточно чётко заявил, что не хочу использовать его, – сказал Виктор, после того как потряс флакончиком у уху, проверяя его на звук.

– Ты сказал мне, – пристально смотря на него, ответила Скарлетт. – Сказал, что останешься в живых, чтобы я могла тебя использовать. Но если потеряешь зрение, удобство от твоего использования снизится. Вот и всё.

Если бы кто-то другой решил причинить подобный огромный вред его чести, Виктор бы тут же свернул ему шею. Но он удерживал Скарлетт в своих руках, не прикладывая особой силы.

В неловкой тишине Скарлетт добавила и то, что приготовила на случай, если её поймают:

– Кроме того, ты поступил также.

– Что?

– Когда я теряла память, ты использовал на мне антидот.

– Он нужен был тебе, а не мне.

– Разве это не выходило за твои принципы?

– Выходило и очень сильно. Но что я мог сделать. Ты забывала меня, – сказал Виктор тихим голосом.

Его бас был отчётливо слышен даже сквозь шум дождь и с помощью какой-то неведомой силы он лишал Скарлетт возможности вырваться из мужских рук.

– Следовало просто позволить мне забыть тебя, – повернув голову набок, заговорила Скарлетт, не желая, чтобы он понимал о чём она думает, пусть и знала, что Виктор не может видеть выражение её лица. – Большая часть того, что ты дал мне, было ранами.

– ……

– Я не могу видеть тебя. И это будет длиться вечность.

Внезапно пальцы Виктора обхватили лицо Скарлетт.

Словно по голосу поняв, что она повернула голову в сторону, он повернул лицо девушки к себе и наклонился, спрашивая:

– Что ты хотела? Что я мог сделать, чтобы тебе не было так больно?

– Я хотела любить по-детски…… очень по-детски. Во время нашего брака, я хотела, чтобы ты любил меня хотя бы один день…… приходя ночью к тебе в спальню, потому что скучала, я хотела, чтобы ты остановил меня, когда я возвращалась в свою комнату, и сказал, что хочешь побыть со мной ещё немного. Я знала, что ты не из тех людей, которые поступают так. Но даже если так…… разве я просила слишком многого?

– ……

– Почему ты так много не рассказывал мне? Почему скрыл от меня, что был рядом в день смерти моих родителей и что не можешь видеть? Как, чёрт побери, можно любить кого-то, кто возвёл такие крепкие стены, как ты?

Если голос Виктора был отчётливым, то голос Скарлетт порой заглушался шумом дождя.

Возможно, так было всегда. Мой голос часто срывался на слезливый, поэтому мои слова и не могут дойти до него.

– Не только в тот день, когда мы развелись, а всегда, – продолжила бормотать Скарлетт. – Каждый день. Если бы ты обнял меня сам…… если бы хоть раз остановил.

– Имеет ли смысл поймать тебя сейчас? – спросил Виктор, всё это время слушавший её.

– Ты не можешь дать мне то, что я хочу, – сжав кулаки ответила Скарлетт, пытаясь говорить, как можно чётче.

Услышав её решительный голос, Виктор быстро отпустил Скарлетт и выпрямился.

– Как использовать его? – спросил он, открывая флакон лекарства.

– ……

– Если ты хочешь использовать его на мне, используй. И потом скажи мне, чего хочешь.

– ……тебе же не нравится.

– Я просто хочу надеяться, что у меня осталось что-то, что я могу предложить тебе. Скажи мне, что ты беременна, или солги, что любишь меня. Если ты хочешь что-то я сделаю это. Сделаю всё для тебя.

Скарлетт смотрела на Виктора и её глаза медленно привыкали к темноте. Внезапно, желая увидеть выражение его лица, он потянулась к ящику, достала спичку и зажгла лампу. А затем забрала флакон с лекарством из рук Виктора.

Дрожащей рукой Скарлетт толкнула его на кровать. Командующий огромным морским флотом упал на кровать, не в силах сопротивляться её руке.

Виктор смотрел на Скарлетт. И она посмотрела в его глаза. В глазах мужчины было одиночество, холодное, как зимнее море.

В глубине души Скарлетт знала, что Виктор одинокий человек, поэтому хотела оставаться рядом с ним. Надеясь, что сможет стать тем, кто заполнит его одиночество.

– Скажи о чём думаешь, – спросил Виктор, когда Скарлетт собралась накрыть его глаза хлопковой тканью.

– ……просто. Хочу, чтобы ты мог смотреть в будущее.

– Сейчас ты думаешь о чём-то другом.

С того момента, как он начал терять зрение, все чувства Виктора притупились, но, как ни странно, он стал более чувствительным к настроению Скарлетт. Скарлетт вдруг вспомнила, как Исаак обращался с ней, когда она была его единственным защитником.

Думаю, он тоже пытался понимать мои чувства. Думаю, именно так же.

– Просто, – сказала Скарлетт.

– Что просто.

– И в этот раз ты ушёл, не сказав ни слова, а в итоге я снова последовала за тобой. Точно так же, как было всегда с того момента, как мы встретились.

– ……

– Почему-то я вдруг почувствовала себя немного несчастной.

Я словно бегу в глубину леса, преследуя его как дикого зверя.

– Я хотела бы, чтобы ты был также одержим мной, как я тобой. Ведь и я была одинока, – сказала Скарлетт, поднося флакон с лекарством к его глазам.

Виктор вслепую махнул рукой и схватил её за запястье, но не остановил. Наоборот, помог вылить лекарство на ткань на своих глазах.

После использования лекарства, Скарлетт убрала ткань. Открыв глаза, Виктор посмотрел на неё. И пусть он всё ещё не мог чётко видеть, глаза мужчины были настолько ясными, что казалось, будто он видел Скарлетт насквозь.

В этот момент снаружи раздался настойчивый стук в дверь.

– Капитан, – и последовал голос Эвана.

– Я открою, – сказала Скарлетт поднимаясь.

– Я могу позаботиться об этом, – сказав это, Виктор поднялся. И весьма умело направился чётко к двери.

Скарлетт снова села на кровать, запахивая свою ночную сорочку. Судя по весёлому выражению лица, заглянувшему в дверной проём, новости были не из плохих.

– Разве я не сказал тебе остаться на аэродроме? – мгновенно отчитал Виктор подчинённого.

– Однако есть новость, которую мне нужно быстрее сообщить вам, – Эван бросил взгляд на Скарлетт и заговорил достаточно громко, чтобы услышала и она, будто это не было секретом. – Вэстина попросила отложить встречу по переговорам на неделю. Вместе с фактом проверки образца №3.

Когда Виктор кивнул, выслушав его сообщение, Эван тут же ретировался.

Спустя некоторое время в гостиной номера зажёгся свет и постепенно началась подготовка к собранию. Пока Скарлетт несколько секунд сидела в оцепенении, внутрь вошли старшие офицеры, полностью одетые в военную униформу.

Пока она ёрзала, не в силах найти в себе смелость проскользнуть в пижаме мимо этих достойных мужчин, в спальню вернулся Виктор.

– Будет ли странно, если я выйду сейчас? – торопливо спросила Скарлетт, с недоумением наблюдая, как он с удивительной скоростью переодевается в свою военную форму.

– Конечно, было бы странно, если бы моя бывшая жена вышла из моей спальни в пижаме. Если бы только, вся переговорная группа не знала о наших планах.

– ……не все знают, – Скарлетт ещё крепче сжала ночнушку, которую уже застегнула на все пуговицы.

В одно мгновение Виктор, который вновь начал вести себя официально, повернулся к Скарлетт и даже направился к кровати:

– Задействованные в этом лица будут наказаны позже.

– Что?

– Или ты думала, что они могут просто обмануть меня и остаться безнаказанной? – наклонив голову в сторону её голоса, Виктор добавил. – Догадаюсь по лицам.

– Каким лицам?

– Они будут выглядеть отстранённо.

– Верно, отстранённо. Они закрыли на это глаза ради тебя.

– Они знали, что буду наказаны за то, что закрыли на это глаза.

– …… – Скарлетт прикусила нижнюю губу, лишившись дара речи.

Он не мог видеть, но всё же Виктор протянул руку и прижал палец к её нижней губе. Но вскоре с лёгким вздохом убрал руку.

– Почему вздыхаешь? – нахмурилась Скарлетт, смотря на него, как на непослушного ребёнка.

– Я не рассержусь, если ты скажешь что-то. Не исправляй это, оставь как есть.

– ……я пытаюсь исправить это, но не получается.

– Я знаю. Это не исправить, – ответил Виктор, выпрямляясь.

– Что именно? – спросила вдруг Скарлетт, смотря на него, пока он снова поправлял рукава.

– Кусаешь губы, грызёшь ногти.

– ……

– Теребишь юбку, когда волнуешься и…… а, – Виктор продолжил, усмехаясь от удивления. – Когда покупаешь новый веер, постоянно открываешь и закрываешь его, пока он не станет гладким.

– Это…… шумно?

– Мило. Словно ребёнок.

– ……

– Не знаю почему ты чувствуешь себя несчастной, но если проблема в том, что я не был одержим тобой…… то нет проблемы, которую можно решить более легко.

Из-за того, что Виктор всю жизнь постоянно отправлялся в плавание и привык к спешной подготовке, он настолько идеально переоделся, что было трудно поверить, что он слеп.

– Кстати, если ты действительно хочешь уйти, я могу одолжить тебе свою одежду, – добавил Виктор.

– Это будет ещё более странно. Я просто останусь здесь, пока не пройдёт собрание.

– Отдыхай, – сказав это, Виктор вышел из спальни.

После его ухода Скарлетт глубоко выдохнула и рухнула на кровать. И посмотрела на пустой флакончик из-под лекарства, лежавший тут же.

Когда напряжение, которое Скарлетт испытывала, пока была одна, исчезло, от удивления и облегчения у неё закружилась голова.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –