Глава 99.

С момента рождения Виктору Дамфэльт было дано лишь одно направление жизни.

Он потерял то, за что пытался ухватиться, а когда остановился, то обнаружил, что уже давно сбился с пути. Осознав это, Виктор стоял и думал, что же делать дальше.

Некоторое время спустя за дверью послышался голос Блайта:

– Молодой господин, приготовить трапезу?

Виктор посмотрел на дверь, но не ответил и не пошевелился.

Слуги, всегда не смевшие ослушаться его, переставали звать Виктора, если он не отвечал.

В этом мире, единственным человеком, который открывает дверь и входит без моего ответа, является Скарлетт, – когда он осознал это, Виктор понял, что ему нужно сделать.

– Передай Его Высочеству Кронпринцу. Я принимаю его приглашение, – бесцветным голосом приказал он помощнику за дверью.

– Да, молодой господин.

*****

Когда нейтрализатор подействовал, Скарлетт начала последовательно вспоминать события, произошедшие за время, когда она теряла воспоминания.

– Я пришёл предложить вам брак.

– Предложить…… брак?

– Да. Я делаю вам предложение руки и сердца.

Эти воспоминания оказались болезненными, поэтому Скарлетт вытерла слёзы тыльной стороной ладони и побежала к трамвайной остановке.

– Хорошо, что я приняла лекарство, – она лихорадочно бежала, надеясь, что ветер унесёт голос Виктора и тот исчезнет. – Нужно забыть. Забыть об этом. Я должна забыть.

Скарлетт повторяла это бесчисленное количество раз.

К счастью, трамвай прибыл почти сразу. Она села в пустой вагон, поскольку люди столицы или бежали, или не покидали своих домов, и разрыдалась.

– Твой муж.

Скарлетт чувствовала, что её сердце разрывается на части.

Только сейчас она поняла, что никогда в жизни не сталкивалась с грустью должным образом. Именно здесь и сейчас, Скарлетт столкнулась с печалью, которую ей приходилось скрывать даже после смерти родителей. И именно сейчас вся печаль, которую она так долго подавляла, выплеснулась наружу.

Что за мужчина? Как я могу расстраиваться из-за такого плохого мужчины?

Почему он сделал предложение руки и сердца, о котором я не могла вспомнить, только когда наступил момент непрощения?

Почему, чёрт побери? – с губ Скарлетт сорвался крик, который она сдерживала с 12 лет.

Тем временем, пока она пыталась успокоиться с помощью мысли о том, что скоро приедет в особняк Кримсон, в разум Скарлетт приходило всё больше и больше воспоминаний. Каждый раз, когда она, забывая о разводе, приезжала к Виктору, то как он с ней обращался и даже давно забытые воспоминания из штаб-квартиры королевской полиции вливались в её голову.

– Не хотите знать почему Виктор Дамфэльт не приедет?

– Никогда не наступит время, когда этот благородный человек полюбит кого-то, вроде вас. Вы двое не равны. Вам стоит осознавать это.

– Сегодня он не пришёл.

– Сегодня снова.

– Если так продолжится, не уверен, не забудет ли Виктор Дамфэльт о своей жене и не станет ли двоеженцем.

«Я скучаю по тебе».

«Это из-за тебя я здесь. Почему ты не приходишь? Даже если сейчас напряжённое время, ты должен беспокоиться из-за того, что твоя жена не приходит домой 7 ночей подряд.»

«Ты мог бы ответить мне любовью хотя бы один раз. Всего один раз. Отнестись ко мне как к равной, посчитать меня своей женой.»

«Ты никогда не беспокоился обо мне, так почему же меня так волнует то, что ты возненавидишь меня?»

«Иногда мне жаль тебя. Мне было бы одиноко без любви. Я думала, что тебя сослали на холм, где мы живём.

Поэтому я отдавала тебе всю свою любовь, но, похоже, это не имеет для тебя большого значения.»

«Виктор Дамфэльт.

Если ты не придёшь, я оставлю тебя.»

«Если не придёшь сегодня, я забуду тебя.»

«Если не придёшь на седьмой вечер, я больше не буду любить тебя.»

«Я забуду тебя прямо сейчас.»

Глубокой ночью трамвай, курсирующий по столице, остановился на станции возле особняка Кримсон.

Исаак, ожидавший там сестру, был шокирован, обнаружив плачущую Скарлетт и сел в трамвай, чтобы как-то помочь ей.

– Как ты узнал? – с трудом спросила она, смотря в лицо старшего брата.

– Позвонили из особняка Дамфэльт. Сказали, что ты ушла, – ответил Исаак мягким голосом на её вопрос.

– Мм.

Когда Скарлетт кивнула, Исаак приблизил лицо к ней и сказал:

– Сегодня не улыбаешься.

– А, – Скарлетт попыталась улыбнуться, как обычно, но не смогла.

Лучше всего у неё получалось улыбаться, но сегодня она лишь снова расплакалась.

– Это странно, мне же не грустно, – сказала Скарлетт, проливая слёзы.

– ……

– Я чувствую, что умру, если улыбнусь. Не могу улыбаться. Моё сердце так сжимается……

Исаак осторожно обнял сестру и погладил её по спине. Скарлетт уткнулась лицом в его грудь и расплакалась, продолжая говорить хриплым голосом:

– Почему этот человек никогда не любил меня? Почему хотя бы на секунду…… почему он не полюбил меня хотя бы на мгновение? Я так любила его, так почему же он…… почему, чёрт побери……

Бросил меня, лгал мне, а теперь пошёл и сделал предложение руки и сердца.

Горько плача и обвиняя бывшего мужа, Скарлетт выпала из реальности в объятьях брата. После того, как она от души наплакалась и ощутила небольшое облегчение, ей стало так жаль своей истерики, случившейся при Исааке, которую она даже не успела толком объяснить.

– Почему ты продолжаешь плакать? – широко улыбаясь, сказал Исаак, когда сестра подняла взгляд.

– ……

– Я рад, что ты чувствуешь одновременно грусть и ненависть. Как старший брат я ощущаю облегчение. Плач сколько нужно. Когда ты устанешь плакать, я отнесу тебя домой. Ты можешь делать это. Можешь плакать столько, сколько захочешь.

Скарлетт, слушавшая брата, снова расплакалась и кивнула. Наклонившись, она крепко обняла Исаака за шею и долго-долго плакала.

*****

Эван и Палин снова прибыли в особняк Дамфэльт в день аудиенции у Кронпринца.

Пока они в полном обмундировании ждали поездки в королевский дворец, Виктор спустился по лестнице, также облачённый в идеальную форму. Убедившись, что капитан первым сел в карету, морские офицеры сели в другую.

Подготовка к поездке к королевской семье была необычной. Виктора сопровождало множество слуг, которые должны были выносить подарки. Только сегодня не было ничего похожего на подарки, поэтому Палин занервничал и спросил:

– Капитан ведь сегодня не создаст неприятности?

– Не знаю……

Учитывая личность Виктора, он точно был не из тех людей, которые могли создать какие-либо неприятности из-за простых эмоциональных проблем.

Однако учитывая недавний захват штаб-квартиры королевской полиции, стало ясно, что он больше не намерен производить впечатление на королевскую семьи.

Кареты, съехавшие с холма, где располагался особняк Дамфэльт и проехавшиеся по главной дороге до королевского замка, замедлили свой ход, приближаясь к главным воротам.

Прибыв в замок, Виктор сразу же направился на встречу с кронпринцем Юлием Ирэн. Юлий, вероятно, не думал, что стоит проводить публичный разговор, поэтому позвал его в маленькую гостиную в своих покоях.

История Саланти была записана на стенах коридора, ведущего в эти покои. Виктор, который шёл, как и всегда смотря лишь прямо перед собой, на мгновение остановился.

– Капитан, Его Высочество Кронпринц ожидает вас, – сказал слуга, который сопровождал Виктора, увидев его действия.

Вот только взгляд Виктора был прикован к картине, висящей в этом коридоре, и он не отводил от неё взгляда.

Это была картина, изображающая первых кочевников, поселившихся здесь, в Саланти. Виктор постоял ещё некоторое время, смотря на картину, а затем направился дальше, следуя за слугой.

– Пришёл? – поприветствовал его Юлий со спокойным лицом, едва Виктор вошёл в гостиную.

Слуга замер на месте, ожидая, чтобы забрать оружие, что было у Виктора. Но тот поднял револьвер, подаренный ему Королём вместе с орденом и спросил:

– Его Величество подарил его мне, так не следует ли мне оставить его при себе?

– Что?

– Это украшение и священная реликвия, – сказал Виктор и, словно ему не нужно было слышать ответ, убрал револьвер в кобуру и сел в кресло.

На лице Юлия застыло неодобрительное выражение, но он кивнул растерянному слуге. Вскоре между двумя мужчинами, сидящими друг напротив друга, поставили алкоголь.

– Знаешь, почему я пригласил тебя? – первым заговорил Юлий.

– Не знаю, – Виктор жестом приказал слуге наполнить его бокал.

Поскольку это был слуга Кронпринца, мужчина был аристократом из не самой низшей семьи. Жест Виктора был грубым, но слуга, потрясённый его аурой, поспешно наполнил его бокал.

– Сказали, что ты захватил штаб-квартиру королевской полиции и забрал Хьюго Хантер, – сказал Юлий, пока Виктор делал глоток алкоголя.

– Так и есть.

– Ты знаешь, что это может выглядеть как предательство.

– Знаю, – улыбнулся Виктор, отвечая на слова Кронпринца.

– Что?

– Знаю. Что это то, что может показаться государственной изменой.

Даже для людей, которые не ставили свою честь на первое место, как Виктор, любой, кто родился и вырос в стране, где есть Король, непременно съёживались при слове «государственная измена».

Пока Юлий лишился дара речи от этого спокойного ответа, Виктор продолжил:

– Однако разве можно простить тех, кто утащил и пытал твою жену лишь потому, что они находятся под прямым контролем королевской семьи? Если ты здравомыслящий человек.

– ……не может быть, чтобы они пытали твою жену.

– Продолжим допрос и узнаем точно. Хьюго Хантер всё ещё находится в штаб-квартире ВМФ.

– Я понимаю, что ты чувствуешь, но не могу просто игнорировать это. Если ты и дальше продолжишь удерживать Хьюго Хантер, у тебя не будет другого выбора, кроме как предстать перед судом.

Была высказана откровенная угроза суда, но Виктор никак не отреагировал.

– Тоже самое касается и твоей бывшей жены, – продолжил Юлий. – Слышал, она делает вещь, запрещённую законом.

– Юлий, – Виктор поставил бокал на стол и, сев прямо, посмотрел на Кронпринца. – Снаружи висела картина основания Саланти.

– Почему ты вдруг говоришь об этом?

– Если читал исторические книги, то знаешь, что для людей того времени пересечение Салианских гор, разделяющих Саланти и Вэстину, было путешествием, опасным для жизни. Но знаешь ли ты, что пугало их больше, чем суровость этих гор?

– И что же?

– Вера в то, что наступит конец света. Религиозное убеждение, что если пересечь этот горный хребет, то там будет скала, под которой располагается ад.

– ……

– Эти кочевники были язычниками и учёными. Просто не вписывающимися в определённые мерки, – Виктор наконец достал сигарету, с которой долго возился, словно с трудом мог поймать её, и продолжил говорить. – Если хочешь привлечь Скарлетт Кримсон к суду, сначала перевоспитай своих предков.

– Сказанное тобой только что, огромная оплошность, Виктор. Как ты смеешь оскорблять королевскую семью?

– Не думаю, что это была ошибка, так в чём же эта оплошность?

Юлий Ирэн не смог сдержать гнева из-за его резкого и даже неискреннего ответа, и вскочил.

– Я немедленно сообщу об этом Его Величеству, – сказал он, смотря на Виктора.

– Отлично, – Виктор поднялся, застёгивая пиджак. И указал на дверь. – Идём вместе. Мне также есть что сообщить о тебе.

– Сообщить?

– Юлий Ирэн, – приблизившись к Кронпринцу, Виктор продолжил. – Как только мы освободимся от угрозы войны, я казню всех шпионов, которые работали с Вэстиной, – и слегка наклонил голову, говоря так, словно даже немного жалел. – Будет хорошо, если среди них не будет моего кузена.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –