Услышав столь наглый ответ своего гордого господина, Симеон уже было раскрыл рот от удивления, но быстро опомнился и подскочил на месте.

— Да как Вы можете такое говорить?!

— А что? Аристократы привыкли тыкать в супружеские пары за их вульгарность, хотя сами охотно наблюдают за отношениями. При этом, произведение на свет наследника считается их важнейшим долгом. Разве не лицемерно? – Алексио усмехнулся, снова надевая солнцезащитные очки. Это было явным сигналом того, что он больше не намерен продолжать разговор.

Однако если бы Симеон хотел сдаться, то и не начинал бы этот разговор.

— Ваша Светлость, Вы, конечно, знакомы с этим островом и виллой, но для госпожи здесь всё в новинку. Она провела всё это время взаперти на вилле, разве Вам её не жаль?

— Симеон, в какой момент ты стал не моим помощником, а слугой принцессы? – Слегка опустив оправу, Алексио посмотрел на мужчину. В его взгляде читалось предупреждение больше не беспокоить его, но у Симеона были свои причины настаивать.

— Известно ли Вам, как сильно миссис Тициана наседала на меня? Она каждый день спрашивает, почему Вы оставляете жену, наслаждаясь собственным уединением, и приговаривает, как это ужасно.

Как только в разговоре была упомянута мадам Тициана, Алексио отвернулся, слегка улыбаясь. Мужчина сразу понял, почему Симеон так нервничает.

“Уже прошла неделя с тех пор, как мы приехали на этот остров, так?”

Планировалось, что медовый месяц будет длиться две недели, так что прошла уже его половина. Терпение мадам Тицианы, которая всё это время наблюдала за жизнью супругов, было на исходе.

“Действительно, её настойчивость не знает себе равных.”

Герцог было подумал, что Симеон справится с этой задачей, однако…

— Следует выражаться корректно. Что ещё за «наслаждаюсь уединением»? Я ведь работаю. – Алексио склонил голову набок, сосредоточившись на бесконечной морской глади. Симеон же тяжело вздохнул, видя как его господин сосредоточенно возится с чем-то в руках, словно обдумывая новый план.

Слова герцога были правдивы. Алексио планировал построить на этом прекрасном острове роскошный частный курорт для аристократов. Восточную часть острова, где была расположена вилла, он хотел оставить для собственного пользования, а западную – превратить в курорт. Именно поэтому именно это место было выбрано для проведения медового месяца. После краха кастовой системы, и наступления эпохи капитализма, люди всё сильнее желали подчеркнуть свой статус посредством потребления. В нынешнюю эпоху было уже недостаточно просто носить дорогую одежду или украшения. Требовались эксклюзивность и недоступность. Алексио Пэмбрук же был бизнесменом, который мастерски умел использовать тщеславие подобных людей. Он умел извлекать максимальную выгоду из пороков высшего света, являясь для них чужаком.

— Представители высшего общества будут в восторге от возможности иметь собственный пляж. Не так ли?

— Если Ваша Светлость так считает, значит так и есть. – Холодно ответил Симеон.

На самом деле, Алексио никогда не ошибался в расчётах. Поначалу Симеон был поражён невероятной способностью своего господина вести бизнес. Он также надеялся, что если будет усердно работать под руководством этого человека, то однажды сможет стать таким же успешным. Однако, наблюдая за работой герцога, Симеон довольно быстро понял, что это невозможно. Успех Алексио Пэмбрука был основан исключительно на его суждениях и принимаемых решениях. Это был врожденный талант. К сожалению, как и большинство обычных людей, Симеон не был наделён подобным даром.

— Может быть, Вы хотя бы один день проведёте с принцессой, порыбачите, поплаваете в море и устроите пикник на пляже… А? – Симеон, до последнего пытавшийся убедить Алексио провести время с женой, из-за того, что больше не мог выносить ворчание миссис Тицианы, внезапно замолчал и нахмурился.

— Ваша Светлость, кажется, там кто-то есть.

— Симеон, тебе пора бы начать носить очки. – Алексио похлопал мужчину по плечу и прицокнул. На его личном острове не могли находиться гости, о которых он бы не знал. Кроме того, восточная часть, где находилась вилла, была закрыта для посторонних, а на западную не могли легко попасть даже те, кто проживал здесь на постоянной основе.

— Нет, правда… Там человек. Женщина? Неужели принцесса?

Как только объяснения Симеона стали более подробными, герцог нахмурился и повернул голову. Мужчина задался вопросом, могла ли принцесса более не в силах вынести скуки, чтобы прийти сюда?

Однако человеком, который поймал взгляд герцога, была вовсе не Аделина.

— Насколько я вижу… Это точно не принцесса.

— Неужели?

— Абсолютно точно не она.

Тц. Алексио раздражённо цокнул языком и снова повернул голову в сторону моря. Женщина издали энергично помахала рукой и громко прокричала: — Алексио! Это я!

Симеон, узнавший голос, широко раскрыл глаза и что-то прошептал герцогу.

— Боже. Это же леди Хелен. Что она здесь делать?

***

Аделина моргнула, глядя на руку, протянутую ей незнакомкой. Из-под широкополой шляпы женщины красиво струились рыжие вьющиеся волосы.

— Я Хелена Крино, принцесса. Рада встрече. – Это приветствие было довольно жизнерадостным. Широкая улыбка новой знакомой была столь же ослепляющей, что и солнечный свет.

Пока растерявшаяся Аделина не знала как ответить, Алексио, стоявший рядом с гостьей, цокнул и отдёрнул руку, протянутую принцессе.

— Неприлично первой здороваться с принцессой, Хелена.

— Ой! Неужели! – Хелен вздрогнула и поспешно склонила голову. – Простите, принцесса. Я не очень сведуща в вопросах королевского этикета. Я была так рада, что совершила ошибку, прошу меня простить.

— Нет, не стоит быть такой официальной. – Судя по фамилии, девушка, должно быть, была родственницей её мужа. Поэтому раздувать конфликт было бессмысленно. Когда принцесса взглянула на Алексио, дабы лучше разобраться в их отношениях, мужчина со вздохом отпустил запястье Хелен.

— Это моя сводная кузина.

— Покойная герцогиня была мне тётей. Она так заботилась обо мне, что мы с Алексио друг другу словно родные брат с сестрой. Хотя вообще не связаны кровью.

Услышав, что они являются кузенами, не имеющими кровной связи, Аделина немного растерялась.

— Ах, да. Я – приёмный ребёнок, выросла в приюте. Но семейство Крино оказало мне большую услугу. – Объяснила Хелена оживлённым тоном, заметив замешательство принцессы. Несмотря на тяжесть темы, благодаря весёлому тону девушки, ситуация казалась не столь серьёзной.

Герцог приподнял бровь и кратко резюмировал.

— Мы видимся раз в несколько лет. Поэтому Вам нет нужды беспокоиться об этом, принцесса. – Это было сказано холодным тоном так, словно проводя черту. Но для Аделины способность мужа столь неприкрыто высказываться в её присутствии, свидетельствовала о существующей между Хелен и Алексио близости.

Хелена же, ни чуть не смутившись столь холодных слов, продолжила разговор в дружелюбном тоне.

— Божечки, Алексио! «Принцесса»? Неужели ты даже после женитьбы так обращаешься к своей жене?

— Разумеется. Я планирую так обращаться к принцессе всю свою жизнь. – Мужчина, раздражённый болтовней кузины, приложил руку ко лбу и вздохнул. – Прекрати наводить суматоху и отправляйся в гостевую комнату.

— Что? В гостевую? – Хелена вскинула брови, будто услышала нечто смехотворное. – Там же ничего нет, даже бассейна. Я хочу остаться в той комнате, что использую обычно.

— Хелена Крино, сейчас мы с принцессой в медовом месяце. Ты же не намеревалась мешать нашей интимной жизни, прибыв на остров? – Алексио естественным образом встал рядом с принцессой, обнимая ту за плечи. Из-за позы казалось, что Аделина утопает в объятиях герцога, из-за чего Хелена покраснела.

— Ч-что ты такое говоришь? Я же!.. – Девушка запнулась, взглянув на принцессу, а затем откашлялась и гордо подняла голову. – В любом случае, я приехала не развлекаться. Зайди в гостевую перед трапезой, у меня есть к тебе важное дело. – Это был спокойный, но серьёзный тон. Алексио, слегка нахмурившись, кивнул. Удовлетворённо улыбнувшись, Хелен покинула их.