Рано утром, когда туман ещё стлался по пустым улицам заброшенного городка, Рокуро разжёг небольшой костёр на пепле старого. Он аккуратно налил воду в котелок и подвесил его над огнём, ожидая, пока жидкость нагреется. В тишине разрушенного города звук потрескивающих дров и бульканье закипающей воды звучали особенно громко.

Когда вода закипела, Рокуро достал небольшой мешочек с кофе и начал заваривать крепкий напиток. Чёрная жидкость, насыщенная и густая, медленно стекала в его кружку. Он глубоко вдохнул аромат, наслаждаясь этим моментом, хотя и знал, что вокруг ничего не располагало к уюту.

Микаме, который уже был на ногах, облокотился о стену, наблюдая за Рокуро, и иногда посматривал в окна, всё ещё ощущая тревогу от минувшей ночи. Лукас тоже находился неподалёку, но погружённый в свои мысли, он просто сидел и наблюдал за дымом, поднимающимся над костром.

Рокуро сделал первый глоток горячего кофе и расслабленно выдохнул, чувствуя, как тепло разливается по его телу. Затем он поднялся и взял свою кружку с собой, направляясь к выходу из здания.

— Пора двигаться, — сказал он, обернувшись к Микаме и Лукасу. — Нам нужно осмотреть это место, прежде чем продолжим путь.

Они вышли из старого дома на пустую улицу. Туман всё ещё лежал плотным покрывалом, скрывая от них дальние горизонты, и придавал городу ещё более призрачный вид. Разрушенные здания, испещрённые трещинами и покрытые мхом, казались застигнутыми в моменте времени. Когда-то это место было промежуточным пунктом между двумя более крупными деревнями и пользовалось популярностью среди путешественников. Здесь были магазины, гостиницы, а на площади, вероятно, проводились ярмарки. Но теперь всё это казалось далеким и заброшенным.

Проходя мимо старой вывески, которая когда-то обозначала трактир, Микаме попытался представить себе, как здесь кипела жизнь: как усталые путники собирались на ночь, как шумные компании веселились в ночи, как люди делали остановки, чтобы пополнить запасы и отдохнуть. Однако теперь это место было безжизненным и опустевшим.

Они заглядывали в окна и двери пустых домов, в которых иногда оставались следы прежней жизни: обломки мебели, заплесневелая посуда, давно неиспользуемые вещи. Всё указывало на то, что жители покинули это место в спешке, оставив за собой лишь воспоминания.

— Какого чёрта здесь произошло? — тихо произнёс Микаме, оглядывая одну из полуразрушенных улиц.

— Может быть, эпидемия или нечто ещё, — предположил Рокуро, продолжая пить свой кофе. — Но что бы это ни было, оно явно заставило людей бежать отсюда.

Лукас, который до этого молчал, наконец заговорил:

— Заброшенные места редко бывают действительно пустыми.

Он подошёл к одной из дверей, ведущих в подвал полуразрушенного дома, и без лишних слов толкнул её. Петли заскрипели, дверь медленно открылась, и из-под неё повеяло тяжелым, гниющим запахом. Лукас, оставив руку на двери, прищурился, всматриваясь в темноту подвала.

Микаме, почувствовав резкий и зловонный запах, тут же напрягся, его рука инстинктивно легла на рукоять меча, готовясь к возможной опасности. Он сделал шаг ближе и посмотрел вниз.

Из подвала открылась жуткая картина: там лежали тела местных жителей. Их мёртвые лица застыли в искажённых гримасах ужаса, а одежда была пропитана кровью. Некоторые из тел были покрыты ранами, явно оставленными острыми предметами, что не оставляло сомнений - их убили. Трупы были сложены в беспорядке, как если бы их просто сбросили туда в спешке, чтобы скрыть следы. В воздухе витал удушающий запах смерти, впитавшийся в стены и пол.

— Чёрт… — выдохнул Рокуро, чувствуя, как его желудок сжимается от тошнотворного запаха и вида.

Лукас, сохраняя хладнокровие, всё так же стоял на месте, внимательно осматривая подвал и стараясь уловить любые признаки движения или звука, которые могли бы указывать на присутствие других существ. Он был готов к любой неожиданности, понимая, что они могли наткнуться на нечто большее, чем просто следы резни.

Микаме, сжав рукоять меча, сделал ещё шаг вперёд, инстинктивно поднимая его чуть выше. Его глаза быстро пробежали по телам, ища хоть какой-то намёк на то, что могло их убить, а затем перевёл взгляд на Лукаса, ища в его реакции подсказку.

— Кто-то очень хотел, чтобы эти люди исчезли, — тихо произнёс Лукас, наконец оторвав взгляд от страшной картины.

— И явно не из-за болезни, — добавил Микаме, осторожно перемещаясь вокруг двери, чтобы заглянуть глубже в подвал, — это была спланированная резня.

Рокуро, уже успевший взять себя в руки, выдохнул и отпил ещё глоток кофе, пытаясь избавиться от привкуса горечи во рту.

— Что бы это ни было, — сказал он. — Оно явно не оставит нас в покое. Мы должны выяснить, что здесь произошло, прежде чем двигаться дальше.

Лукас кивнул, соглашаясь с ним, и закрыл дверь в подвал, отрезая себя от той ужасной сцены, которая только что предстала перед ними. Затем он сделал шаг назад, оглядываясь по сторонам, пытаясь найти хотя бы малейший намёк на то, кто мог устроить эту резню.

Тишина, которая повисла после жуткого открытия, была внезапно нарушена - на фоне едва слышного ветра послышался топот копыт, становившийся всё громче с каждой секундой. Микаме замер, уловив этот звук первым, а затем быстро поднял руку, сигнализируя Рокуро и Лукасу остановиться. Все трое напряжённо прислушивались.

— Кто-то приближается, — тихо произнёс Рокуро, прислушиваясь к нарастающему шуму. Топот копыт становился всё громче, его ритм указывал на целую группу всадников.

Микаме прищурился и посмотрел на горизонт, туда, откуда доносился звук. Вдалеке, сквозь редкие деревья и пыль, которая поднималась от сухой земли, он разглядел тени, быстро приближавшиеся к их позиции. Через мгновение он смог различить силуэты - полдюжины лошадей мчались прямо на них, сопровождаемые несколькими повозками.

— Разбойники, — выплюнул Микаме, быстро оценив ситуацию. Он тут же схватил Рокуро за руку и потянул его к ближайшему зданию, стараясь увести их группу подальше от открытого пространства.

— Давайте внутрь, скорее! — приказал он, указывая на полуразрушенное строение позади них.

Лукас, молча кивнув, последовал за ними, быстро пересеча улицу и вскочив в здание. Внутри было темно и тесно, но Микаме знал, что хотя бы стены могут дать им временное укрытие. Он бросил взгляд на окно, через которое был виден въезд в городок - бандиты приближались с пугающей скоростью.

Но, прежде чем они успели скрыться внутри, бандиты уже окружили их. Лошади остановились вокруг здания, поднимая облака пыли. Грубые и небрежные фигуры всадников были отчётливо видны в пыльном воздухе. Их лица скрывали маски и банданы, но в глазах светилась алчность и злость.

— Выходите, а то сами вас вытаскивать будем! — раздался грубый голос одного из них, который спешился с лошади и, подойдя ближе, замахнулся плетью.

Микаме медленно положил руку на рукоять меча, готовясь к возможной схватке. Рокуро нервно огляделся, понимая, что оказались в ловушке.

Микаме, Лукас и Рокуро обменялись быстрыми взглядами, и Микаме коротко кивнул, напоминая о только что обговорённом плане. Он медленно выдохнул и убрал руку с рукояти меча.

Все трое подняли руки слегка вверх, показывая, что не собираются сразу вступать в бой. Микаме шёл впереди, за ним следовали Лукас и Рокуро.

Когда они вышли на улицу, разбойники уже сомкнули круг вокруг них. На лицах этих людей отражалась суровость жизни в безлюдных местах: грубые черты, проницательные взгляды, испачканная и поношенная одежда, и оружие, явно прошедшее через множество битв.

— Вот так-то лучше, — ухмыльнулся главный из них, хмурый человек в тяжёлой броне с грязной, но мощной плетью в руках. — А теперь объясните, что вы здесь делаете. Выглядите не как простые путники.

Микаме сделал шаг вперёд, стараясь не показывать напряжения.

— Мы просто проезжали мимо, — начал он, стараясь говорить спокойно и уверенно, — и нашли это место заброшенным, но не успели осмотреться. Кто бы мог подумать, что тут такая компания.

— Заброшенным, говоришь? — разбойник хмыкнул и прищурил глаза. — Это мы уже видели. А теперь скажи, что вам на самом деле здесь нужно?

Рокуро, осторожно сканируя ситуацию взглядом, шагнул вперёд.

— Честно говоря, — начал он, — Мы и сами удивлены, что здесь никого не осталось. Мы были в пути и решили остановиться в этом городке, чтобы передохнуть. Но вместо этого наткнулись на это... — Он указал в сторону подвала, из которого доносился затхлый запах смерти.

— Так что, если уж на то пошло, нас самих волнует, кто оставил вам такое... угощение, — вмешался Лукас, его голос был холоден и лишён эмоций. — И, если судить по вашему выражению, вы тоже ищете того, кто всех здесь вырезал.

В глазах главаря бандитов вспыхнул интерес. Он прищурился и посмотрел на Лукаса с подозрением.

— Откуда вы знаете, что мы что-то ищем? — спросил он.

Микаме чуть улыбнулся, стараясь показать, что их намерения чисты.

— Это очевидно. Вы же не просто так носитесь по этой глуши. Если бы вы были обычными грабителями, уже бы обобрали нас, а не задавали вопросы. Мы можем помочь вам найти того, кто сотворил всё это. Сами по себе мы точно не справимся, а с вами шансы возрастают.

Разбойники переглянулись, обсуждая что-то без слов. Наконец, главарь снова обратил внимание на троицу.

— Может, ты и прав, — сказал он, задумчиво почесав подбородок. — В городе правда творится какая-то дичь. Мы сами находимся тут не по своей воле, нас отправили, чтобы разобраться с этим кошмаром. Если вы не врёте и действительно можете помочь...

Главарь разбойников, после недолгой паузы, всё-таки с недоверием посмотрел на вытянутую вперёд руку Микаме. Его глаза прищурились, и он резко махнул рукой, указывая парню остановиться.

— Не двигаться! — рявкнул он. В его голосе звучала резкая, почти паническая нотка. — Ты думаешь, я не вижу, что здесь что-то не так?

Он перевёл взгляд на легендарный меч, висевший на боку Микаме.

— Этот клинок... Что за сказки ты мне тут рассказываешь?

Микаме замер, не отводя руки, но постепенно понял, что ситуация становится всё более напряжённой. Он медленно поднял руку и попытался говорить как можно спокойнее, чтобы сгладить ситуацию.

— Это просто меч, — произнёс он, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно. — Но если ты заметил что-то необычное, это только плод твоей фантазии.

Главарь с ещё большим подозрением смотрел на Микаме, затем резко повернул голову в сторону своих людей и заорал:

— Всем внимание! Что-то здесь не сходится! Они говорят, что прибыли на лошадях, но где же они? Почему у них такой клинок? А ну-ка, отойдите назад, и пусть лучники приготовятся!

Микаме слегка напрягся, понимая, что ситуация выходит из-под контроля. Он осмотрелся, как бы невзначай. Его глаза бегло пробежались по местности. В отдалении, среди полуразрушенных зданий и обломков, он заметил нескольких лучников, укрывшихся в тени. Их луки были наготове, стрелы нацелены в их сторону. Видимо, лучники уже какое-то время ждали команды.

Затем Микаме перевёл взгляд дальше и увидел, как между бандитами перемещается несколько мечников, их оружие поблёскивало на солнце, а движения были натренированными и уверенными. Они явно готовились к возможному столкновению.

Однако больше всего его внимание привлекло фигура, которая стояла неподалёку, чуть в стороне от остальных. Это был человек в тёмной мантии, из-под капюшона которого едва виднелось лицо. Пальцы его правой руки исподтишка водили по воздуху, и Микаме почти сразу понял — это маг, готовящий заклинание.

«Они готовятся к атаке», — промелькнуло у него в голове.

— Ты прав, мы прибыли пешком, — продолжил Микаме, приподняв руки чуть выше, показывая, что не собирается нападать. — Мы действительно пришли сюда пешком, и наш путь был долгим и тяжёлым. Я понимаю, что ты насторожен, но это не причина для конфликта. Мы можем доказать, что не представляем угрозы. Что нужно, чтобы ты поверил нам?

Главарь нахмурился, его лицо исказилось сомнением и гневом. Он шагнул вперёд, но на этот раз с явной угрозой в каждом движении.

— Ты думаешь, я поверю в такие сказки? — прорычал он. — Так просто взять и разгуливать с таким оружием? Хочешь убедить меня, что вы просто мимо проходили?

Микаме почувствовал, как ситуация накаляется до предела. Любое неверное движение могло привести к бою, которого им нужно было избежать.

Микаме внезапно изменился, как будто сбросив маску. Его выражение лица стало дерзким, а в глазах появилась игривая, почти безрассудная искорка. Он медленно опустил руки, а затем с усмешкой посмотрел на главаря разбойников, который стоял напротив.

— Ты знаешь, кто я? — произнёс он, его голос прозвучал с вызовом, в котором смешались насмешка и угрозы. — Меня зовут Микаме Эйхорн Карис Орочито.

При этих словах на лицах некоторых разбойников промелькнули сомнения. Веки их дрогнули, а мышцы задергались от внутренней неуверенности. Даже главный разбойник, несмотря на свою стойкость, на мгновение прищурился, словно пытаясь осознать услышанное.

Но Микаме не остановился на этом.

— Император Меча, — с гордостью добавил он, акцентируя внимание на последнем звании. Его слова прозвучали как мощный удар, от которого даже воздух вокруг будто бы сгустился.

На мгновение толпа разбойников дрогнула. Кто-то из них инстинктивно сделал шаг назад, будто пытаясь увеличить дистанцию между собой и тем, кого они только что начали воспринимать как серьёзную угрозу. Однако главарь, осознавая, что сейчас его авторитет находится под угрозой, быстро взял ситуацию в свои руки.

— Эй, стоять на месте! — рявкнул он на своих людей, обращая их внимание на себя. — Я вам что сказал? Если вы сейчас отступите, Дрейк сорвёт с вас шкуры и использует их как коврики в своём кабинете!

Имя Дрейк прозвучало в воздухе как грозный колокол, заставивший разбойников снова сомкнуться и занять свои позиции. Главарь, не отводя взгляда от Микаме, сделал шаг вперёд, приближаясь к нему.

— Так ты, значит, Император Меча? — произнёс он, усмехнувшись. — Дрейку будет очень интересно познакомиться с таким «величием». Он сам не раз говорил, что встречал многих, кто претендует на такие титулы, но мало кто уходил после этих встреч с живой головой.

Микаме лишь хмыкнул в ответ, оставаясь на месте и не показывая ни страха, ни беспокойства. Его уверенность начала вызывать у главаря раздражение, но в то же время - и опасение. Главарь понимал, что перед ним стоит не простой человек, но гордость и стремление доказать свою силу перед своими людьми заставляли его продолжать эту игру.

— И что теперь? — продолжил Микаме, всё ещё с той же игривой улыбкой. — Собираешься взять меня к своему Дрейку? Или у тебя есть другие планы?

Главарь молчал, обдумывая слова Микаме. Он чувствовал, что ситуация может выйти из-под его контроля, но отступать не собирался.

— Неважно, кто ты, — произнёс он после короткой паузы, обращаясь к своим людям. — Мы не допустим, чтобы кто-то тут строил из себя героя.

Он поднял руку, давая команду своим людям приготовиться. Микаме усмехнулся, издав короткое «хы», и в следующий момент его рука резко рванулась к рукояти меча. Пространство вокруг него словно замерло, а воздух на мгновение стал вязким и плотным. В этот момент он выглядел не как человек, а как воплощение самой смерти, готовое нанести свой удар.

Секунда — и всё закончилось.

Головы трёх разбойников, стоявших вдали от него, с тихим стуком упали на землю, как спелые плоды, срезанные невидимой косой. Их тела замерли на мгновение, будто не осознавая своей гибели, а затем рухнули рядом с отрубленными головами. Всё произошло настолько быстро, что остальные разбойники даже не успели понять, что произошло.

«Тройной Меч Света» — величайшая техника Микаме, заключалась в том, что он на невероятной скорости пронзал своих противников клинком, лишая голов. Это была не просто техника, это было воплощение боевого искусства на грани человеческих возможностей.

Изначальная техника, «Меч Света», позволяла пользователю пронзить противника со скоростью света, оставляя после себя лишь мгновенный отблеск клинка и аккуратно срезанную голову врага. Этот удар был столь быстр, что даже самые опытные бойцы не успевали заметить момент атаки, не говоря уже о том, чтобы её отразить.

Но Микаме развил эту технику до нового уровня совершенства, исполняя три таких удара одновременно. В этом заключалась вся мощь "Тройного Меча Света". Он словно растворился в свете, слился с ним, став неуловимым, не оставляя противнику ни малейшего шанса на выживание. Глаза не успевали уловить момент движения меча — лишь после удара осознавалось, что произошло. Это было не просто страшно - это было ужасающе. Настолько, что даже сами разбойники, привыкшие к жестокости и насилию, отступили в ужасе от Микаме, чувствуя, что перед ними стоит не человек, а нечто гораздо более могущественное и опасное.

Микаме медленно вернул меч в ножны, не торопясь, как будто не только что лишил жизни трёх человек. Он повернулся к оставшимся разбойникам с той же игривой усмешкой на лице, и напряжённое молчание повисло в воздухе. Тишину прервали лишь звуки падающих тел и тихий шёпот ветра, который казался голосом самой смерти.

Главарь разбойников, несмотря на всю свою уверенность, ощутил холодный страх, пробравшийся глубоко в его сердце. Он посмотрел на тела своих людей, затем снова на Микаме, и в его глазах вспыхнула ярость. Но вместе с ней была и тень сомнения. Сомнения, что, возможно, он столкнулся с тем, с чем ему не справиться даже при помощи своих людей.

— Ты... — начал он, но в голосе прозвучала нотка неуверенности. — Что за тварь ты такая?

Но Микаме лишь хмыкнул, демонстративно оглядываясь вокруг, словно размышляя, кого следующего убить.

Главарь разбойников с трудом успел среагировать, когда Рокуро внезапно бросился на него, нанося удар из-под тишка. Бой мгновенно перешёл в ближнюю схватку, где каждый миг был на вес золота. Рокуро умело управлялся со своими железными кастетами с шипами, каждый удар которых был нацелен на то, чтобы сокрушить врага. Главарь же, вооружённый длинной плетью, которая извивалась в его руках, как змея, старался держать противника на расстоянии, пытаясь разорвать дистанцию и нанести сокрушительный удар.

Звуки боя заполнили воздух, когда Рокуро и главарь разбойников обменивались ударами. Рокуро, несмотря на внезапность атаки, понимал, что его противник — опытный боец. Плеть со свистом рассекала воздух, оставляя следы на земле, но Рокуро ловко уклонялся, одновременно стараясь найти уязвимость в защите врага. Оружие рыжего было опасным, каждая атака могла привести к серьёзной травме, и главарь это прекрасно понимал. Он старался не подпускать Рокуро слишком близко, полагаясь на скорость и длину своей плети.

В тот же момент, как бой между Рокуро и главарём достиг апогея, Лукас Грей, стоявший неподалёку, мгновенно оценил ситуацию. Его глаза, лишённые зрачков, на мгновение блеснули, и он поднял руку, сжатую в кулак. Из ладони с ярким всполохом вырвался Огненный Шар, который с невероятной скоростью устремился к вражескому магу, стоящему среди разбойников. Тот, кажется, пытался сотворить заклинание, но не успел. Огненный Шар ударил его прямо в грудь, и вражеский маг мгновенно вспыхнул, превращаясь в живой факел. Он даже не успел закричать, прежде чем его тело превратилось в пепел, развеянный по ветру.

Микаме в это время двигался как высший хищник, его движения были быстрыми и плавными, он словно растворялся в тенях между зданиями и повозками. С каждым шагом он приближался к очередной цели, не оставляя разбойникам ни единого шанса на спасение. Его меч, сверкавший в свете дня, становился продолжением его воли. Он молниеносно поражал врагов, не давая им времени на реакцию. Каждый удар был точным и смертельным. Разбойники, на которых выпадал жребий встретиться с Микаме, не могли противопоставить ему ничего. Их попытки защититься были жалкими и бесполезными - им суждено было пасть перед ним.

Большая часть разбойников, даже не успев сообразить, что происходит, уже лежали на земле мёртвыми. Микаме, двигаясь со скоростью и точностью, напоминавшей танец, расправлялся с ними одного за другим. Он был словно воплощение самой смерти, неумолимой и неотвратимой. Разбойники, которые пытались сопротивляться, не могли выдержать ни единого его удара. В этот момент, среди зданий и повозок, Микаме стал невидимым кошмаром для врагов, а поле боя - его охотничьими угодьями.

Тем временем Рокуро, продолжая бой с главарём, заметил краем глаза, как остальные разбойники один за другим падали от рук Микаме. Этот факт придал ему уверенности. Плеть главаря срывалась в очередной раз, но Рокуро успел парировать удар, поймав оружие шипами своих кастетов. Главарь, чувствуя, что его окружение сужается, начал паниковать, его удары становились всё более беспорядочными, но Рокуро оставался сосредоточенным, ожидая момент для решающего удара.

Рокуро, напрягая все силы, вырвал плеть из рук главаря и отбросил её в сторону. На мгновение показалось, что бой окончен, и Рокуро собирался приблизиться, чтобы нанести решающий удар, но тут главарь резко рванулся вперёд, демонстрируя неожиданную ловкость и умение в ближнем бою. Его кулаки, из которых один был обмотан кожаными ремнями с металлическими вставками, с невероятной скоростью устремились к лицу Рокуро. Тот едва успел уклониться, осознав, что противник не так прост.

Рокуро отступил на шаг, оценивая ситуацию. Главарь оказался куда более опасным врагом, чем он ожидал. Противник не давал ему ни секунды на передышку, атакуя с яростью дикого зверя, который загнан в угол. Рокуро отбивался изо всех сил, но каждый удар главаря становился всё точнее, приближаясь к его цели. Пот лился градом, и Рокуро понимал, что ему нужно срочно что-то придумать.

В этот момент он вспомнил...

«Я не могу использовать Очи!» — мелькнула мысль в голове Рокуро.

Но сейчас, когда жизнь висела на волоске, он задумался, не стоит ли нарушить это обещание.

Как вдруг главарь нанёс мощный удар в грудь Рокуро, заставив его согнуться пополам. Ловкость и сила противника были выше всяких ожиданий. В этот момент Рокуро понял, что простая сила здесь не поможет - нужно действовать хитро.

Главарь, видя, что его противник ослаблен, уверенно рванулся вперёд, намереваясь нанести смертельный удар. Но Рокуро внезапно рухнул на землю, словно потерял сознание. Главарь ухмыльнулся, поднимая кулак, чтобы добить его. Но как только он наклонился ближе, Рокуро молниеносно поднял руку, метнув в глаза врагу горсть песка, которую успел незаметно схватить с земли. Главарь вскрикнул от боли, отшатнувшись назад и зажмурив глаза.

Этот момент стал решающим. Рокуро мгновенно вскочил на ноги и, воспользовавшись замешательством противника, нанёс серию сокрушительных ударов по его телу. Кастеты с шипами врезались в рёбра, в грудь, в лицо, оставляя глубокие раны. Главарь, ослеплённый и сбитый с толку, не мог эффективно защищаться. Он отступал назад, пока, наконец, не упал на землю, истекая кровью.

Тем временем Лукас уклонялся от атак разбойников с мечами. Несмотря на то, что его руки были заняты отражением ударов посредством заклинаний, он сохранял хладнокровие, периодически вызывая небольшие порывы ветра, чтобы сбивать врагов с курса. Его движения были чёткими и выверенными, каждый шаг продуман, каждый удар - точен. Но даже так, ему было нелегко справляться с натиском сразу нескольких противников.

Микаме, как смертоносный вихрь, продолжал свою охоту на оставшихся разбойников. Он ловко перемещался между повозками, карабкаясь по их крыше и спрыгивая вниз, разя врагов своим мечом. Взгляд его был холоден, а движения - быстры и безжалостны. Разбойники, остававшиеся на повозках, падали один за другим, не успевая даже осознать, что происходит.

Один из лучников, находившийся на крыше здания, попытался прицелиться в Микаме, но тот мгновенно бросился в сторону, увернувшись от стрелы, и в одно мгновение оказался рядом с ним. Лезвие его меча блеснуло в воздухе, и через мгновение лучник уже лишился своей руки, отчаянно вскрикнув от боли.

Микаме, не обращая внимания на крики, подхватил лук и оставшуюся стрелу из колчана раненого. Прицелившись, он одним быстрым движением натянул тетиву и выпустил стрелу. Она со свистом пронзила воздух и угодила прямо в грудь последнему мечнику, который донимал Лукаса. Тот мгновенно осел на землю, выпустив меч из рук.

Закончив с врагами, Микаме грациозно спрыгнул вниз. Его взгляд был холоден, но исполнен решимости. Он достал из кармана тряпку и аккуратно вытер кровь с клинка, стирая следы резни. Закончив, он спокойно вложил меч в ножны и, поправив свои чёрные волосы, которые теперь выглядели так, будто через них пронеслась буря, направился к Рокуро и Лукасу.

— Всё? — коротко спросил он, подойдя ближе, и осмотрелся, убеждаясь, что врагов больше не осталось.

Рокуро отряхнулся, убирая последние следы схватки со своей одежды. Он посмотрел на Микаме с уважением, но в то же время с некоторым удивлением в глазах.

— Чисто, — подтвердил Рокуро, после чего добавил, явно задумавшись: — Я слышал про этого Дрейка Уб Тиббса. Говорят, он жестокий ублюдок, что держит свои отряды в страхе. Если это был его брат, то они оба хороши в своих мерзостях. Нельзя оставлять следов, иначе нас найдут.

Лукас, присоединившийся к разговору, кивнул, понимая серьёзность ситуации.

— Значит, нужно быть ещё осторожнее, — тихо ответил он. — Они могут прийти за нами, если узнают, что здесь произошло.

Микаме присел на камень рядом с трупами и задумчиво посмотрел на главаря, которого Рокуро только что убил. Спокойствие не покидало его, но в глазах можно было уловить тень беспокойства. Он глубоко вздохнул и произнёс:

— Это не брат Дрейка. Я слышал о нём раньше и видел разок. Он был известен тем, что обучился Стилю Бога Меча и преуспел в этом. Но, к счастью, большего я о нём не знаю. Кажется, он был одиночкой, не связанным с Дрейком.

Рокуро, обтирая руки после боя, посмотрел на Микаме с искренним уважением.

— Микаме, я должен признать, твои навыки впечатляют. Ты не просто сражаешься - ты полностью контролируешь поле боя. Как ты так быстро разобрался с тремя противниками одновременно? Это было… невероятно.

Микаме усмехнулся, и в его глазах мелькнуло легкое самодовольство.

— Тебе не понять, Рок.

Рокуро сделал несколько шагов назад, ещё раз осматривая место боя. Он всё ещё был под впечатлением от увиденного.

— Это не просто навыки... Редко встретишь такого бойца. Очень рад тому, что нанял именно тебя.

Лукас, закончив осмотр тела мага, которого он сжёг, вернулся к остальным и выслушал их разговор. Его лицо оставалось серьёзным.

— Нам нужно продолжать путь, — спокойно сказал он, глядя вдаль.

Троица кивнула друг другу и, собрав свои вещи, продолжила путь. Дорога впереди казалась ещё более мрачной, но они были готовы ко всему. Земля под их ногами была влажной и скользкой после недавнего дождя, что ещё больше усложняло их путешествие. Лёгкий ветерок шуршал в листьях деревьев, создавая тревожную атмосферу.

С каждым шагом впереди них появлялись новые тени, и каждый звук заставлял их настораживаться. Их путь проходил через сухие поля, старые тропы и засохшие реки. Время от времени они останавливались, чтобы отдохнуть и поесть, но всегда оставались наготове, осматривая окрестности. Дни сменялись ночами, и напряжение в воздухе становилось всё ощутимее.