Погода снова испортилась, и капитан стражи, пройдя всего по одной открытой галерее между башнями замка, успел промокнуть насквозь. Кивнув стражникам на входе, Рейме вошёл в вестибюль башни и начал подниматься по винтовой лестнице, ускоряя шаг и пытаясь согреться. Вода струйками стекала с волос и доспехов на ступени, отмечая путь капитана. Как кровь, по которой можно выследить раненого врага. Но дождевая вода быстро высохнет, и на гранитных плитах не останется ни следа. Кровь не исчезает...

Уже почти полгода прошло с отплытия Вендрика за море. И - ничего... Ждать вестей было неоткуда - не было ни у магов, ни у учёных таких средств, чтобы передавать весточки между континентами. И кораблей на горизонте видно не было... Море, лежавшее между берегами Дранглика и землями гигантов, и в старые, спокойные времена не отличалось дружелюбием. И в силу переменчивой, непредсказуемой погоды. И потому, что издавна о нём ходили жуткие слухи: будто бы в серых студёных глубинах скрыт целый город, населённый утонувшими, но не умершими жителями, которые под водой превратились в жутких чудовищ - и иногда поднимаются на поверхность, чтобы поиграть с проплывающим кораблём... Одно хорошо - такие слухи напрочь отвадили от этих вод пиратов. Впрочем, и поживиться им здесь всё равно было бы нечем - торговые суда тут были редкостью.

Путь через море при попутном ветре занимал от силы дней десять. Если погода не благоприятствует - пусть будет двадцать. Прошло полгода. Что так долго делают Вендрик и его войско на далёких берегах?..

Рейме каждое утро поднимался на самую высокую башню, обращённую к морскому побережью. Там была установлена огромная подзорная труба, и сменявшие друг друга часовые днём и ночью наблюдали за горизонтом, где свинцовое небо смыкалось с зеленовато-серой поверхностью моря. Ничего...

Уже много дней - ничего.

И Рейме с ужасом чувствовал, что постепенно в его сознании начинает тяжёлым туманом расползаться отвратительное ощущение, что так было всегда. Что именно так и должно быть. И так будет и дальше.

Рейме скучал по Вельстадту. Переживал за Вендрика. Злился на Нашандру.

И искренне сочувствовал брату короля.

Алдия, конечно, освоился с ролью правителя. Рейме помогал ему чем мог, он же взял на себя проведение совещаний с министрами и консультантами в других областях, пока они не привыкли к самому регенту и не перестали вести себя на собраниях как мыши в присутствии кота. Нашандра тоже старалась изо всех сил - взяла на себя встречи с иностранными послами, обязательные приёмы и частично - хозяйственные вопросы. Но всё же Рейме видел, что архимаг уже на пределе. Или давно перешагнул за него, но не подаёт виду.

За прошедшие полгода капитан стражи узнал об Алдии достаточно, чтобы проникнуться к нему уважением. И достаточно, чтобы понять, почему люди так его боятся.

Мимоходом кивнув Велладжеру, сидящему в приёмной за столом, заваленным бумагами, Рейме прошёл в королевский кабинет, замедлившись лишь на мгновение, чтобы пару раз стукнуть по двери - чисто приличия ради. Он уже давно не спрашивал разрешения и не просил доложить о себе, входя к работающему регенту.

В кабинете было сумрачно и зябко. На столе горели три свечи в канделябре, и в их свете лицо сидящего в королевском кресле человека выглядело маской, вырезанной из тёмного рассохшегося дерева.

Заметив вошедшего, Алдия на мгновение оторвал взгляд от документа, кивнул и продолжил чтение.

— Отвратительно выглядишь, - сказал Рейме, усаживаясь в кресло напротив. - Не краше своих подопытных.

Алдия отложил лист бумаги и потёр глаза. Руки его были все в чернильных пятнах.

— Тоже мне новость, - сказал он. — Знаешь, сколько я не спал?

— Сколько? - тут же заинтересованно спросил Рейме. — Даже дольше, чем я предполагаю?

— Лучше тебе этого не знать, - Алдия откинулся на спинку кресла и протяжно зевнул. — Да ещё и погода такая... Опять дождь, да? Пожалуй, тебе не помешает согреться. Да и мне... - он наклонился и извлёк откуда-то из ящика огромного письменного стола круглый графин и два небольших стакана.

— Вообще-то я на службе, - заметил Рейме.

— Да брось ты, - Алдия поморщился и налил в каждый из стаканов на два пальца тёмно-красной жидкости. — Тебе, чтобы опьянеть, надо это всё выпить и ещё три раза по столько, - он кивком указал на графин. — А это - так, символически. Ты промок, я устал...

— Ну, если символически - тогда давай, - Рейме взял стаканчик.

— Всё в порядке? - спросил Алдия, отхлебнув крепкой настойки и снова откинувшись в кресле. — Ты и сам выглядишь... Не очень бодрым.

— Да уж, - Рейме улыбнулся одним уголком губ, — особенно сейчас - такой мокрый и жалкий, что сам кошмарный архимаг и регент Дранглика собственноручно наливает мне выпить, чтобы я не простудился... Ну что тебе сказать. В замке всё спокойно. В государстве - как минимум не хуже, чем было вчера. А в остальном... - он вздохнул и быстро глянул в сторону окна.

Алдия сделал то же самое.

— Ты веришь, что они вернутся? - неожиданно спросил Рейме.

— Да, - не задумываясь ответил архимаг. — Как же иначе?

— А вот я, - капитан вздохнул и через стол протянул Алдии свой стакан, — поймал себя на том, что уже как-то... - он замолчал и скривился.

Алдия молча налил им ещё по паре глотков настойки.

Некоторое время они молча сидели, держа стаканы в руках, не отпивая, но и не ставя их на стол. За окном монотонно шумел проливной дождь, где-то звонко падали капли на металлический лист. Сгущались сумерки.

Рейме вдруг встряхнулся и сел прямо. Осторожно поставил стакан на край стола. Чуть наклонил голову, прислушиваясь к чему-то.   Алдия удивлённо уставился на него.

— Слышишь? Ты слышишь?.. - капитан сорвался с места, отшвырнув кресло, и бросился прочь из кабинета.

Колокол... Это колокол на башне, на которой установлена подзорная труба.

Огоньки парусов в сером мареве горели тускло, как остывающие уголья. И было этих огоньков намного меньше, чем полгода назад, когда они постепенно таяли на горизонте...

Алдия, с трудом различая ступени из-за бьющих в лицо косых струй дождя, бежал вниз по лестнице на причал, в десятке шагов позади по ступеням катилась разноцветная гомонящая толпа придворных. А впереди белой чайкой, увлекаемой безжалостным штормом, летела Нашандра - совершенно не по-королевски подобрав подол мокрого, липнущего к ногам платья. Справа и чуть позади за ней чёрной тенью следовал капитан Рейме.

Суматоха во дворце ещё не улеглась, придворные сновали туда-сюда, готовились какие-то празднества - пир, бал, приём, демоны знают что ещё... До Вендрика пока было не добраться. Алдия перекинулся с братом буквально парой слов, и того унесло вихрем всеобщего ликования. Да и Нашандра не отпускала его ни на мгновение, плача и смеясь, осторожно прикасаясь к лицу, плечам, волосам супруга и не обращая ни малейшего внимания на окружающую толпу.

Флагманский корабль ткнулся в берег как раз в тот момент, когда королева выбежала на причал. Она остановилась, будто налетев на стену, и застыла, прижав руки к груди. Алдия, задыхаясь от быстрого бега и глотая попадающие в приоткрытый рот дождевые капли, остановился чуть позади Нашандры, пытаясь сквозь сплошную пелену дождя разглядеть, что же происходит на палубе.

С борта на берег скинули сходни. К ним тут же подбежали двое портовых работников, повозились у их свободного конца, что-то проверяя, закрепляя... И замерли, вытянувшись по стойке "смирно", когда на сходни ступил и начал торопливо спускаться, балансируя на скользких досках, первый из прибывших. Алдия шагнул вперёд, силясь рассмотреть его лицо. С досадой протёр глаза, которые тут же снова залило дождём. Рост и осанка... Это ведь он?.. Ничего не видно. И так страшно ошибиться...

Нашандра со сдавленным криком сорвалась с места и кинулась прибывшему на шею. Вцепилась в него, заплакала, выкрикивая что-то неразборчивое. Вендрик обнял её и замер, поглаживая супругу по мокрым волосам. Поднял голову и встретился взглядом с братом. Улыбнулся - устало и как-то жалобно.

У Алдии подогнулись колени. Только сейчас, когда бремя упало с его плеч, он до конца осознал, каким тяжёлым оно было.

Дождь продолжал хлестать по лицу, и теперь Алдия был ему за это очень благодарен.

Надо как-то переждать это безумие... Алдии отчего-то было сильно не по себе. Как будто он всерьёз опасался, что один из его повторяющихся кошмаров прошедших месяцев стал явью: что вместо Вендрика из-за моря вернулся кто-то другой, принявший его облик...

Вернувшись во дворец, Алдия по привычке направился было в сторону королевской приёмной, но, спохватившись, свернул в коридор, ведущий к его собственным покоям. Гул голосов и режущий глаза свет многочисленных свечей и факелов остались позади. Темнота и тишина давили, как толща воды.

Запершись в кабинете, Алдия, не зажигая света, опустился в кресло и закрыл глаза. Его била дрожь, он продрог в промокшей одежде, но сил не было даже на то, чтобы снять плащ. Отстранённо подумалось - теперь можно и простудиться, и заболеть... Вендрик вернулся, и он, Алдия, может наконец отдохнуть...

Заснуть. Пусть и увидеть все кошмары разом. Теперь это уже неважно. Вендрик вернулся. Всё закончилось хорошо. Всё... закончилось...

...Треск пламени, чей-то нечеловеческий вой. Лязг стали, стоны и крики - уже человеческие. Взрывы. Ветер доносит едкий запах горящего масла. Жар. Грохот. Стоны...

Горячо... Пылает одежда. Пламя уже не сбить. Больно. Давит - не вдохнуть. Алдия чувствует, как вминается грудная клетка, как трещат рёбра. Словно кто-то наступил нему на грудь гигантской ногой.

Гигантской...

— Алдия! Очнись! Что с тобой?.. Алдия!

Кто-то тряс архимага за плечо. Больно было так, будто ему вырывали руку из сустава. Грудь будто заполнилась огнём, во рту стоял металлический привкус.

Алдия закричал, а на самом деле издал едва слышный сдавленный хрип, и попытался оттолкнуть мучителя, который не унимался и теперь тряс его за оба плеча. Очередная вспышка боли едва не швырнула назад в кошмар, но всё же архимагу удалось зацепиться за обрывок реальности, проникшей в его сознание вместе со смутным ощущением, что голос, зовущий его по имени, очень хорошо ему знаком. Он открыл слезящиеся глаза.

— Брат, ну что ты, - дрожащим голосом проговорил Вендрик. - Всё хорошо. Теперь всё будет хорошо.

Алдия обхватил брата за шею и изо всех сил зажмурился. Не пристало суровому архимагу плакать, как мальчишке. А впрочем...

— Переоденься, - Вендрик показал на собственный плащ, насквозь мокрый от соприкосновения с одеждой брата. — Простудишься. Зачем тебе это надо?..

— Наплевать, - Алдия тёр глаза и тряс головой, пытаясь сфокусировать зрение. Получалось из рук вон плохо. — Сначала расскажи мне... С чем ты вернулся? И почему так долго не возвращался?

— Долго рассказывать в подробностях, - Вендрик махнул рукой, усаживаясь в кресло напротив Алдии. — А я ведь сбежал. Там сейчас меня хватятся, переполошатся... - он ещё раз махнул рукой. — Так что я пойду, а то Шандра испугается. Я ведь и ей не сказал, куда пошёл.

— Зачем вообще удрал? Пришёл бы позже, когда всё успокоится...

— Я почувствовал, что ты... Как будто отдаляешься, - пробормотал Вендрик, отводя взгляд. — Даже там... За морем, я не чувствовал, что ты так далеко. Я понял - с тобой творится что-то плохое. И, похоже, я был прав. Я стучал, кричал, ты не отзывался. Я дверь выломал... Мне кажется, ты мог бы умереть, если бы я тебя не разбудил.

— Ерунда, - быстро сказал Алдия. Вендрик только покачал головой.

— Вкратце - мы напали на гигантов, разгромили их. Победили их предводителя. И забрали их сокровище, о котором рассказывала Шандра. Пока мы плыли назад, я пытался изучать силу и возможности этого артефакта, но, боюсь, мне это не под силу. Я рассчитываю на тебя... Как и всегда. Как и во всём.

— Что за артефакт? - Алдия подался вперёд. Живой росток любопытства расколол каменную плиту смертельной усталости.

— Это некий сосуд, если можно так сказать, - Вендрик выпрямился. Глаза его засияли. — А может быть, ключ. Ключ к наследию гигантов. А гиганты, как тебе известно, ныне являются хранителями множества древних тайн, принадлежащих эпохе Первородного Греха. Ты понимаешь, что это означает?..