Беспокойный сон архимага прервало что-то неладное, творящееся наяву. Он, возможно, и не обратил бы внимания – настолько шум, стук и стоны вписывались в картину происходящего в его привычном кошмаре, если бы дыхание не перехватило от острого чувства разделённого страдания – сопереживания самому близкому в мире человеку.

Вендрик!..

Скатившись с кровати, Алдия бросился к двери, распахнул, и едва успел подхватить брата, всем телом навалившегося на створки со стороны коридора.

— Что такое? Опять?..

Вендрик тяжело дышал, скрюченные пальцы левой руки рвали ворот ночного халата. Правой он ощупывал воздух, как слепец. Нашарив руку Алдии, он вцепился в неё, как утопающий – в протянутый багор.

Алдия вгляделся в лицо брата. В неверном лунном свете оно казалось неестественно бледным, мраморным... И, как прожилки в камне, змеились под кожей чёрные "ветки" сосудов, наполненных мёртвой кровью.

Проклятие...

Алдия метнулся к столу, привычным заклинанием зажёг три свечи в канделябре. Бросился к зачарованному металлическому шкафу, в котором хранил самые редкие, ценные и опасные артефакты. Торопливо и неаккуратно вскрыл, сломав пару печатей – наплевать, восстановим... И выхватил из него продолговатую фигурку, словно сплетённую из тонких веточек или корешков.

— Держи!..

Вендрик, чей взгляд так же дико блуждал по комнате, не фокусируясь, почувствовав ладонью шершавую поверхность человеческой фигурки, резко вдохнул и с силой прижал фигурку к груди. Раздался хлопок, фигурка исчезла, а король бессильно обмяк и повалился набок, будто лишившись чувств.

— Вендрик! – Алдия схватил брата за плечи, встряхнул. — Очнись! Ты должен очнуться, слышишь?!

— Ох, да, – Вендрик оперся на локоть и медленно сел. — Вроде бы... Отпустило.

Алдия с облегчением выдохнул и уселся рядом.

— Снова сила Душ?

— А что же ещё, – король потёр глаза. — Я спал... И мне приснилось, что я горю. Стою последи поля, покрытого пеплом, смотрю на свои руки, а по ним пробегают языки пламени... Горячо. Больно. Прямо как наяву. Я проснулся, чуть не закричал. Шандра спала. Я не хотел её пугать, выбрался из спальни и...

— Всё хорошо, – Алдия приобнял брата за плечи. — У меня есть ещё человеческие фигурки. Да, ты просто возьми себе одну, – он подошёл к шкафу и вынул из него ещё одну такую же фигурку. — Носи при себе. Всегда носи при себе, – он вложил артефакт в руку брата. Вендрик с благодарностью кивнул и спрятал фигурку в карман.

— Но это только до следующего раза, – глухо проговорил он.

— Я понимаю, брат, – тихо отозвался Алдия. — Я удвою, утрою усилия... Обещаю. Я... мы найдём выход.

Через два дня, после вечерней трапезы, Вендрик, совершенно не по-монаршьи перебегая из коридора в коридор и прячась за колоннами и портьерами от собственных слуг, пробрался в кабинет Алдии.

— Слушай, надо поговорить, – пробормотал он, глядя куда-то над плечом брата.

Алдия, который не хуже прочих знал, что со слов "надо поговорить" ещё никогда в истории мира не начинались приятные разговоры, вздохнул, запер дверь и достал из шкафа графин и два кубка.

— О, это очень кстати, – оживился его величество, усаживаясь в кресло поближе к камину.

— Наш король – пьяница, – нарочито скорбно вздохнул архимаг, наполняя кубки. — Наше королевство ждёт упадок и разорение. Так что у тебя стряслось?

— Стряслось... – вздохнул Вендрик и отпил вина. — Что у меня стряслось – ты сам видел третьего дня. Только вот... Я поговорил с Шандрой. Сначала не хотел рассказывать, не хотел лишний раз волновать. Но потом... Подумал, а что если меня всё-таки поглотит Проклятие? Необратимо. Я стану полым... И нападу на неё. Я испугался... – он уставился в кубок, покачал его в руке, наблюдая, как вино стекает по стенкам. — И всё ей рассказал.

Алдия отставил кубок.

— И что она?.. Ты об этом хотел поговорить?

— Да, об этом. Она ведь много странствовала... И многое повидала. И если почти всё забыла, то вспомнить ей помогают такие вот зацепки, крючки... Она вспомнила кое-что, что может оказаться нам полезным. Я пока ещё ни с кем это не обсуждал. Хотел попросить тебя проверить... – он замолчал и допил вино.

— Я слушаю тебя, – предчувствие уже стиснуло грудь, каждый вдох давался с усилием.

— Шандра сказала, что однажды ей довелось побывать в одной странной земле за морем, – начал Вендрик, уставившись в пол. — Там живут гиганты. Ты слышал об этой земле, – сказал он полувопросительно-полуутвердительно.

— Конечно, – Алдия кивнул. — И что там?..

— Она вспомнила, что прожила там достаточно долго, чтобы научиться понимать язык гигантов. Такие, знаешь, длинные слова, которые произносятся медленно и с такой интонацией, как будто по земле волокут камень... Век гигантов долог, им некуда торопиться. Так вот, когда она попала ко двору тамошнего правителя, она сумела подслушать некоторые его разговоры с советниками. Гиганты просто не обращали на неё внимания, как на мышь... И она услышала, что гиганты собирают войско, чтобы переправиться через море и напасть на Дранглик! Именно поэтому она поспешила сюда. Она видела их войско, их оружие. Она оценила их мощь и поняла, что у королевства людей нет шансов выстоять, если гиганты нападут. Но путь через море оказался таким тяжёлым, что она забыла, зачем так стремится сюда. Помнила только, что это жизненно важно – прийти и встретиться с королём Дранглика. И вот она пришла, и вот что из этого получилось... – он шумно вздохнул. — Гиганты, как тебе известно, владеют особой разновидностью магии. Их сила сродственна самой земле. После смерти они становятся деревьями, и каким-то образом могут открывать живым доступ к воспоминаниям умерших! Так, будто всё повторяется, проживается заново. Они обрели власть над временем! – Вендрик схватил Алдию за руку. — Ты понимаешь, что это означает?

— Пока ещё не понимаю. Но, кажется, понимаю, на что ты намекаешь. Я проверю, – Алдия откинулся на спинку кресла. — И, если слухи подтвердятся... – он внимательно посмотрел на Вендрика, на лице которого с той ночи не осталось и следа опустошения.

— Мы нападём первыми! – торжествующе закончил за него брат.

Корабли один за другим покидали гавань, и на отливающей сталью поверхности моря закатными бликами горели оранжевые паруса. Алдия, в отсутствие Вендрика назначенный регентом (королева сама настояла на этом, хотя и не сопровождала супруга в поход, оставшись в замке), в одиночестве стоял на краю обрыва, спускающегося к узкой песчаной береговой полосе, расширявшейся в сторону причала. Провожающие во главе с королевой столпились на выложенной квадратными плитами террасе, от которой к причалу сбегали две широкие лестницы. Алдия смотрел на удаляющиеся оранжевые паруса, похожие на бегущие по поверхности моря язычки пламени, и чувствовал на себе взгляд Нашандры, хотя их и разделяло расстояние в добрых двести шагов.

Он просто не мог стоять рядом с ней там, в толпе придворных, разодетых как на праздник, словно не понимающих, что они только что проводили своего короля и три тысячи лучших воинов Дранглика на верную смерть. Он не мог смотреть в глаза той, по чьей воле – по чьей вине! – сейчас происходило то, что происходило.

Вендрик отплыл вместе со своим войском, чтобы отнять у гигантов некий артефакт, который позволит ему сложить с себя бремя хранения Душ Повелителей или хотя бы разделить его с кем-то. Нашандра имела весьма смутные представления об этом артефакте, но всё же уговорила супруга на это безрассудное предприятие.

Алдия вздохнул и повернулся в сторону пёстрой толпы на террасе. Фигура королевы выделялась среди обступивших её придворных, как осколок белого мрамора среди серой гальки. Притягивала взгляд, и вызывала желание поморгать или зажмуриться, как попавшая в глаз песчинка.

Нашандра... Кто ты? Зачем ты здесь?

Алдия снова отвернулся к морю. Оранжевые пятнышки становились всё меньше, словно пожар на поверхности воды затухал. Алдия вспомнил пепелище деревни и застывшую последи остывающих угольев фигуру в длинном плаще. Что бы сказал обо всём этом Навлаан?..

— Всё будет хорошо, – раздался совсем рядом тихий голос. Алдия вздрогнул и обернулся. Как это может быть?.. Она ведь только что стояла там, в двух сотнях шагов, окружённая толпой людей, как она смогла так быстро очутиться рядом?

— Как вы можете знать, Ваше Величество? – спросил Алдия, снова отворачиваясь к морю. На этикет ему сейчас было совершенно наплевать.

— Я знаю. Поверьте мне, лорд Алдия, – в голосе Нашандры звучало сочувствие, — я знаю. Я вижу. Всё идёт так, как должно идти. Пойдёмте, – она потянула его за рукав, — ваши подданные не должны видеть страха и печали на вашем лице. В отсутствие Вендрика вы – их король.

— Будто бы я этого хотел, – пробормотал Алдия, однако послушно последовал за королевой к террасе, где взволнованная разодетая толпа понемногу редела, разлетаясь, как куча разноцветных осенних листьев на ветру.

— Я не могу знать точно, – говорила Нашандра на ходу, но я чувствую... А своему чутью я привыкла доверять, поверьте, герцог, без него я не выжила бы в своём почти бесконечном путешествии.

— Что ж, мне остаётся только довериться вашей интуиции, Ваше Величество. И приказать своему собственному чутью... и здравому смыслу молчать, – сказал Алдия.

Нашандра недовольно глянула на него.

— Это необходимо, – сказала она. — Вы, лорд Алдия, безусловно, сильный маг. Возможно, сильнейший из ныне живущих. Но вы – не провидец. Я не могу убедить вас в своей правоте. Ну что ж, значит, вам остаётся только смириться с тем, что я могу видеть дальше вас. Та бесценная вещь, которую Вендрик привезёт из земель гигантов, изменит всё. Дранглик вступит в новую эру и никогда уже не станет прежним.

Алдия поморщился. Он ненавидел пророчества.

Впервую очередь – за их глупую двусмысленность.

Алдия сидел в королевском рабочем кабинете, скрестив руки на груди, словно пытаясь отгородиться, откреститься от лежащей перед ним стопки документов. Шел пятый день его так называемого правления, и регент поневоле уже начал испытывать первые приступы паники.

Да, Алдия был достаточно сведущ в вопросах политики, торговли, судопроизводства и прочего в таком роде. Не зря же он в свое время смог помочь Нашандре освоиться с ролью королевы. Но вот беда: все его познания в этих вопросах носили исключительно теоретический характер. А на практике...

Архимаг с отвращением покосился на стопку документов и с силой оттолкнулся обеими руками от края столешницы. Ножки кресла с противным скрипом проехались по полу. Алдия встал и отошел к окну. Постоял, глядя в затянутое тучами небо.

Какая-то сейчас погода в море? Нет ли шторма?..

Сразу же после отбытия Вендрика Нашандра объявила, что нездорова и измучена тревогой за супруга, и уже пятый день не давала аудиенций и не покидала свои личные покои. Алдия был этому даже рад: с него бы сталось при встрече наговорить её величеству чего-нибудь... не слишком почтительного. Когда не меньше королевы волнуешься за короля, да ещё и пятые сутки не спишь... по разным причинам – как-то не до этикета. А в это время в лаборатории без присмотра хозяина, возможно, творится такое, что впору бросить всё и немедленно мчаться туда!

И тем не менее нужно было взять себя в руки и заняться государственными делами. Алдия вернулся к столу, с тяжёлым вздохом сел и придвинул к себе верхний лист из стопки. Начал читать, нахмурился, перечитал сначала. Беззвучно выругался и откинулся на спинку кресла, сердито уставившись на портрет Нашандры на стене.

Вот ведь подставила!..

У Вендрика, конечно, имелось множество министров, советников по самым разным вопросам, помощников... Конечно, они были обязаны исполнять те же самые обязанности и при регенте. Но...

Вот в чём заключалась основная проблема новоиспеченного регента: он был королевским архимагом герцогом Алдией, наводящим ужас и вызывающим отвращение почти у всех, кто знал его лично. У тех, кто его лично не знал – возможно, даже в большей степени. Слухи, как могущественные заклинания, делают многие вещи сильнее, страшнее и значительнее, чем они есть на самом деле.

И вот сейчас Алдия, задумчиво выстукивая пальцами по столешнице какой-то зловещий ритм, перебирал в уме всех придворных, оценивая, с кем из них будет проще всего достичь взаимопонимания. Попросту говоря, прикидывал, кто из приближённых Вендрика сможет хоть что-то предложить и посоветовать регенту, высказать хотя бы какое-то собственное мнение, не боясь, что разгневанный неуравновешенный архимаг прямо в кабинете превратит его во что-нибудь омерзительное и нежизнеспособное.

Да, иногда такая репутация, безусловно, бывает очень удобна и полезна. Но не во всех случаях.

Алдия вздохнул и протянул руку к медному колокольчику, служащему для вызова секретаря.

— Что угодно вашей светлости? – Велладжер, к слову, был одним из тех немногих, кто смотрел на архимага без видимого страха. Хотя, возможно, он просто отличался завидным самообладанием, подобающим королевскому личному секретарю.

— Вызови капитана стражи, – сказал Алдия. Велладжер поклонился и мгновенно исчез. Уточнять, которого из капитанов желает видеть регент, необходимости не было. Один из двоих командующих стражей отбыл вместе с Вендриком за море. Второй же остался на посту – замок и королева в отсутствие короля нуждались в ещё более надёжной защите.

И именно этому, оставшемуся в Дранглике капитану Алдия доверял, пожалуй, больше, чем всем остальным в замке, за исключением брата. Он знал, что ради безопасности короля и королевы тот не колеблясь вступит в схватку даже с ним самим – с могущественным и ужасным архимагом.

— Капитан Рейме, ваша светлость! – провозгласил Велладжер за дверями.

— Пусть войдет, – отозвался Алдия.

Капитан вошел в кабинет, остановился на предписанном этикетом месте в пяти шагах от порога и поклонился. Алдия кивнул в ответ. Чтобы посмотреть в лицо вошедшему, архимагу пришлось слегка задрать голову. Рейме был поразительно высоким – выше Вендрика, и производил воистину подавляющее впечатление своими ростом и яростным взглядом черных глаз, а те, кому довелось наблюдать за ним в бою или в учебных поединках, знали, что, несмотря на огромный рост и тяжёлые доспехи, движется Рейме молниеносно и разит без промаха своим длинным мечом, в его руках выглядящим как игрушка – смертельно опасная игрушка.

— Сядьте, капитан, – сказал Алдия, указывая на кресло для посетителей напротив. — Мне нужно с вами посоветоваться.

Рейме отстегнул ножны со своим знаменитым клинком – только он и второй Королевский Защитник Вельстадт имели право оставаться вооружёнными наедине с королём, – положил их на специальную подставку у двери и сел на указанное место. Сложив руки на коленях, выжидающе глянул на архимага.

Алдия помолчал, собираясь с мыслями. Необходимость просить помощи представляла для него немалую проблему. Он никогда и ни в чём не привык рассчитывать на кого-то кроме себя и брата. А сейчас он вынужден был довериться другому человеку... Утешало только одно: Вендрик не задумываясь доверял Рейме свою жизнь, и жизнь своей возлюбленной королевы, а это немало значило для Алдии.   Да, и ещё одно: по какой-то неизвестной архимагу причине Нашандра недолюбливала капитана отряда королевских мечников. Вельстадт, бывший клирик и предводитель боевых магов из личной охраны короля, вызывал у неё гораздо большую симпатию.

Это наблюдение казалось сейчас очень важным, хотя Алдия никак не мог понять почему.

— Ты мне доверяешь? – Алдия, так и не придумав, с чего начать разговор, решил действовать по наитию.

Рейме удивлённо моргнул.

— В каком смысле, ваша светлость?

— Хороший ответ, – Алдия откинулся на спинку кресла и сложил руки в молитвенном жесте. — Ты не начал подобострастно кивать, как сделал бы любой другой на твоём месте. Как же – ужасный герцог Алдия может заподозрить, что я ему не доверяю! И долго ли я после этого проживу?.. – на лице Рейме не дрогнул ни один мускул, но в глазах Алдия уловил слабый отсвет улыбки. — Но ты задаёшь уточняющий вопрос. Потому что ты – Королевский Защитник и обязан, прежде чем принять решение – любое! – собрать как можно более полные сведения обо всех обстоятельствах, имеющих значение. Так?

— Вы совершенно правы, ваша светлость, – теперь Рейме улыбнулся и одним уголком губ.

— Что ж, я рад, что ты понял меня. А теперь ответь, пожалуйста, на вопрос: ты доверяешь мне? Как человеку, временно, – Алдия интонацией подчеркнул это слово, — замещающему короля Вендрика?

— У меня нет оснований полагать, что ваша светлость представляет опасность для моего короля или её величества Нашандры, – ровным голосом произнёс Рейме, – равно как и подозревать вас в наличии тайных умыслов, несущих угрозу безопасности короны и королевства.

Алдия выслушал эту тираду, подняв бровь.

— Вот кто должен был бы стать регентом, а не я, маг-затворник, который на людях двух слов связать не может! – вздохнул он. — Я, собственно, для чего тебя вызвал... Я, конечно, и сам могу разобраться со всеми этими приказами, прошениями, петициями, жалобами и прочим, – он с отвращением поворошил бумаги на столе, словно пытаясь найти золотой слиток в мусорной куче. — Но вот сколько времени у меня на это уйдёт – даже представить страшно. А у меня...  – он быстро глянул на Рейме и выразительно замолчал.

— А у вас есть и другие дела, – кивнул капитан. — Понимаю, ваша светлость. Чем я могу помочь?

— Так, – Алдия протянул Рейме документ, который прочитал первым. — Это как раз по твоей части – что-то связанное с возможной военной угрозой. Что скажешь?

Рейме бросил один-единственный взгляд на листок, и нахмурился.

— Да, дело серьёзное, – сказал он. — Осмелюсь заметить, ваша светлость – решение вызвать меня в данном случае было весьма своевременным. Иначе... – и Рейме, явно передразнивая Алдию, многозначительно замолчал.

— Иначе полубезумный архимаг наворотил бы таких дел! – Алдия с облегчением рассмеялся и развёл руками. — Да, я знаю, что в практических вопросах государственного управления и дипломатии я настолько же слаб и глуп, как наши министры – в магии. И... Я рад, что именно ты остался в замке. С Вельстадтом мне было бы сложнее.

Рейме помрачнел и невольно бросил взгляд на окно, выходящее в сторону моря, которого из замка видно всё равно не было.

— Я тоже за него переживаю, – тихо сказал Алдия, заметив это неуловимое движение. — Я уже пятые сутки спать толком не могу. Хоть бы шторма не было...

— Опытные моряки говорят – пару дюжин дней штормов можно не бояться, – Рейме чуть расслабился и как-то по-новому глянул на архимага. С дружеской заинтересованностью? С пониманием и сочувствием?..

Это было очень странно. Странно и непривычно. Но Алдии вдруг показалось, что в огромном нетопленом королевском кабинете с гуляющими по углам сквозняками вдруг стало чуть теплее.

[Облик Рейме, Велладжера и Вельстадта на момент событий второй части видеоигры]: