Лилиан шумно выдохнула, чувствуя, как побаливает тело после массажа-разминки тройняшек. Это будет уже как четвёртая  тренировка Мурасаки вместе с девушками, и, честно говоря, ей немного за себя стыдно: на первой тренировке, когда было упражнение с чашками полными жидкости, она уснула сразу же, как в неё плеснула лекарством Канао; во второй — во время тренировки тела — догонялок, она умудрилась в беге подскользнуться о свою ногу и упасть лицом на деревянный пол, после чего, из носа, алыми струйками стала вытикать кровь:

«У меня слишком хрупкий нос…» — подумалось лениво той, что уже сидела и прикладывала к носу платок, терпеливо ожидая, когда кровь перестанет течь.

На третий день тренировки, Аой пообещала, что даст больше вкусностей, чем было положено, поэтому здесь, девушка с уже длинными волнистыми волосами, старалась не на шутку и победила Канзаки.

«Будь на месте Аой Канао, я бы проиграла… — без тени сомнения думает Мурасаки, вспоминая ту тренировку. Голубые глаза лениво устраняются на аловолосого юношу, со всеми силами пытающегося взобраться на канат, и у которого это дело понемногу получается. — А вот Камадо и вправду молодец» — без зависти и с глубоким уважением, скрывающейся за ленью, отмечает про себя Ли.

Камадо, на её удивление, оказался упорнее тех двоих, до которых, кажется, только завтра или послезавтра дойдёт, что брат демоницы знатно обогнал их как в силе, так и в скорости, и им нужно хорошенько постараться, чтобы не быть бесполезными в бою.

«Не быть бесполезным в бою — думаю я, Я!» — усмехается Лилиан, отлично помня, как она, на первых своих заданиях, чуть не отбросила копыта, вместе со всем остальным. Просто было больно, просто было лень сражаться.

Но в любом случае, это её тоже касается — нужно стать сильнее, победить Кибуцуджи, тем самым упокоив души родных, умерших от его рук, накопить денег и купить довольно уютный домик, а там уже, можно открыть свой магазин сладостей, и, и.!

— Ли-чан, теперь ты. — слышится голос Аой.

— «Дура. Для начала нужно хотя бы побороть лень и стать сильнее» — ломает все мечты правдивый голос изнутри.

— Угу. — кивает лениво Лилиан, затем резко становится серьёзной, и понеслась:

Взобраться вверх по канату — блистательно выполнено!

Отжимания — Хорошо выполнено!

Приседания — Хорошо выполнено!

Догонялки — Аой бежит вперёд и резко свернув вправо, зрачки расширяются от удивления и она врезается в самодовольно ухмыляющуюся Лилиан.

Отлично выполнено!

— Ого! Она как будто знала, что Аой там свернет! — восклицает Нахо.

— Да, Ли-чан стала сильнее с первой тренировки! — кивает Танджиро, наблюдающий за тренировкой Мурасаки и попутно вытирая полотенцем пот с лица.

— «Мне просто было лень, так что не недооценивайте меня. Да и тактику Аой легко выучить и распознать» — цокает в мыслях девушка, помогая Канзаки встать на ноги и извиняясь.

Голубоглазая напряглась, посмотрев в сторону Цуюри. «Спокойствие», «Умиротворение» — написано на ней. Словно, она совсем не чувствует ничего.

Ли подходит к низкому столику и садится напротив Канао, взглядом скользя по глиняным кружкам с отваром, вонючим. Теперь, осталось самое трудное — победить Канао на тренировке с рефлексами.

Мурасаки резко выдохнула, собираясь с мыслями. Аой и остальные присели на пол, внимательно наблюдая за тренировкой.

— Начали!

Цуюри поспешила накрыть ладонью чашу, как ощутила под ней холодную кожу.

— Она смогла остановить Канао! — изумлённо вскрикивает Суми, пока Нахо и её подруга хлопают глазами от удивления, а Камадо с застывшим на лице удивлением не отрывает глаз от «поля боя».

Темноволосая, с мелькнувшим на миг удивлением, быстрее потянулась к другой чаше, но вновь была заблокирована ладонью Лилиан. Затем снова, и снова Ли заблокировала «удар». Ещё. И ещё раз.

— Они на равных! — выдает шокированно Аой.

— «За эти три дня, что я была на тренировке, я смогла полностью изучить привычки, движения, тактики Аой и Канао. Впрочем, тут нечего учить и думать. — самодовольно хмыкает в мыслях Ли, продолжая «войну». — Аой всегда, с самого начала смотрит туда, куда хочет свернуть, и с Канао так же — она сначала смотрит на кружку, а потом протягивает ладонь к ней. Ещё, она всегда сначала начинает с середины, после чего левая, правая, снова правая и середина»

Цуюри ускорилась, и Мурасаки тоже.

— Ничего себе Лилиан крутая! — восхитился Танджиро с искрящимися глазами. Он тоже пытается победить Канао, но пока что у него получается только почти догнать девушку, а с чашками всё сложнее.

Одна девушка не могла облить другую, потому что та блокировала её атаки, сколько бы быстро она не двигалась, другая же девушка, не могла «нанести удар», потому что «враг» двигался слишком быстро и она успевала лишь блокировать.

Лилиан, можно сказать, мухлевала, жульничала, «читала ходы противника», в то время как тренировка опирается на рефлексы, а не ум и хитрость. Ли еле могла блокировать «атаки» Цуюри, потому что ей не хватало скорости. Именно поэтому, даже использовав в некотором роде чит, она проиграла и на её лицо плеснули отваром.

Да, Ли использовала свой ум, хитрость, но будь она немного быстрее, то сейчас бы её голова и частично одежда, не были бы мокрыми.

Как говорил сенсей Лилиан: «У тебя котелок варит, но физически ты просто ленивый тюлень. У тебя должен быть баланс, понимаешь?.. Эй, не спать!»

— «Да не сплю я, не сплю! Я всё понимаю! Я стараюсь, стараюсь!» — кричит в мыслях голосу учителя девушка, что который час уже тренируется на улице.

Лилиан успевает заметить Камадо, который находится перед крыльцом, ведущим во двор — тот тоже тренируется, но имеет свой комплекс упражнений. Если парень больше бегает и поднимает тяжести, то голубоглазая тренирует руки, владение мечом, и старается оттачивать техники.

Конечно, иногда Мурасаки краем глаза видит, как расстроенные Зеницу и Иноске, наблюдают за тренировкой. Она даже смогла услышать от Хашибары: «Даже эта Баклажановая голова взяла себя в руки!», но отвечать ему не горела желанием — было лень, да и лучше потратить это время на тренировку.

— Ли, нам принесли ужин! Ты идёшь?!

Отвлекаясь от своих мыслей, девушка с распущенными волосами обернулась, чтобы утвердительно кивнуть аловолосому, повысившему голос, чтобы его услышали.

Закончив упражнение и переведя дыхание, подходя к крыльцу Лилиан увидела сидящего там Танджиро с дымящейся тарелкой супа в руках, от которого исходил приятный аромат; по правую руку юноши, в нескольких метрах стоял поднос с той же едой для Ли. Красноглазый не спешил есть — он сейчас любовался на солнце в небе, клонившееся к закату. Небесная голубизна постепенно окрашивалась оранжевым и розовым цветами, а теплый ветер охладел, касаясь оголенных ступней. Но как только напротив него останавливается фигура, от которой веет усталостью, он тут же переводит на неё взгляд.

— Приятного. — кидает лениво фиолетоволосая и присаживается рядом со своим подносом.

— Спасибо, тебе того же. — кивает Танджиро.

Аппетитный запах бульона разбудил в юной девушки чувство голода, и она неторопливо взяла с подноса тарелку и ложку, с предвкушающими искрами в глазах. Без сомнений, эта небольшая радость затмила чувство усталости.

— К слову, не думал, что ты тоже будешь дополнительно тренироваться… тоже хочешь стать сильнее? — спрашивает парень, которого напрягла несколько минутная тишина.

Но в ответ — ничего.

«А, точно же! Лилиан не разговаривает и не слушает, когда ест!» — вспомнил Танджиро и зачерпнув ложкой вкусный бульон, запустил его в рот, устранив взгляд обратно на закат. Благодаря горячему супу, он не ощущал холодного ветра, дующего с востока.

— Последний бой мне наглядно показал, что я должна научиться полагаться только на себя…

Танджиро с удивлением повернул голову в сторону Лилиан — та уже закончила с горячим, ароматным супом и сейчас ставила тарелку обратно на поднос.

«Быстро! А ведь и десяти минут не прошло!» — пронеслось в голове у брата демоницы.

— …так что да, я хочу стать сильнее.

Танджиро втянул носом воздух, затем наклонил голову немного в бок и замер, скользя взглядом по белой коже собеседницы; губам, сжатым в сплошную линию, и печальным глазам, обрамленными лучами заката, сияющих красивее, чем самые прекрасные драгоценные камни.

— Они тебя предали, а ты всё равно тоскуешь по ним? Я думал, ты злишься на них из-за этого?.. — немного неуверенно вопрошает парень от того, что не уверен, верно ли понял чувства возле сидящей.

Мурасаки, словно очнувшись ото сна, посмотрела на Камадо, чуть приоткрыв губы от удивления.

«Непонимание», «Искренность» — читает она, после чего прикрывает глаза и чувствует, как тело расслабляется — из груди вылетает протяжный, еле слышимый выдох, отчего горло потом чуть обожгло свежим, прохладным воздухом.

— Злилась. Очень сильно злилась и не понимала их. «Зачем?», » Почему?» — спрашивала я себя, но потом просто взглянула на это со стороны: пожертвовать одним, чтобы спастись четверым, или противостоять и всем вместе погибнуть? Ответ был очевиден. Только, они забыли, что играют против демона — того, у кого не осталось и капли благородства.

Подул лёгкий ветер, и девушка убрала вьющуюся прядь длинных волос за ухо, с грустной и вперемешку ироничной ухмылкой, негромко, но мелодично напевая:

— И те, что предали ради жизни, погибли, а та, что должна была умереть, осталась в живых~ Хах, в любом случае, я не знаю, смогу ли я от этого оправиться…

— Мне тоже было очень больно, когда почти вся моя семья умерла. — заговорил Камадо, смотря грустным взглядом вниз и понимая, что прошлого не вернуть. — Но… У меня осталась Незуко, и я смог двигаться дальше. А потом появились Зеницу с Иноске и теперь ты. — Он поднял взгляд уверенных глаз и лучезарно улыбнулся. — Ли, у тебя тоже есть друзья — мы, так что не нужно делать всё самой, и я знаю, что ты тоже сможешь двигаться дальше! В этом и есть сила — несмотря ни на что, идти вперёд!

Ли недоверчиво прищурилась и  внимательным взглядом изучала юношу, стараясь приметить признаки лукавства, однако читала лишь «Искренность» и другое чувство, прямо трогающее её сердце.

Черты лица Ли смягчились.

— Ладно, Танджиро, ты победил — верю тебе. Но не думай, что и дальше сможешь пробиваться, используя свою улыбку!

— Да, хорошо! — обрадовавшись кивает аловолосый, хоть и не до конца понимает, о чём говорит девушка.

В нос вторгается знакомый запах — запах ворона, что крякает, вместо карканья, а через минуту и слышится сам голос Куроши, прилетающего издали.

— Кря, Лилиан! Это крясец! Крясец! — Не перестает кричать Куроширо даже по приземлению на колени хозяйки.

— А? Что случилось, Куроши? — спрашивает обеспокоенный Танджиро, наблюдая за тем, как Мурасаки разглядывает ворона и развязывает верёвку к небольшому письму, прикрепленному к ноге чёрно-белого ворона.

Ворон отпрыгивает назад и активно машет своими перистыми крыльями. Фиолетоволосая спокойно открывает письмо, спокойно читает его, затем опускает лист, и, хлопая глазами, вопрошает:

— Ну и как мне на это реагировать? — и переводит взгляд на ворона, что теперь лишь пожимал крыльями.

— Что-то плохое? — интересуется Танджиро.

— Это письмо от мастера! Мастера! Он сказал, что убьёт Ли за то, что она сбежала и без его разрешения пошла на отборочные! Кря! И чтобы пришла и забрала свой вакидзаси! (Вакидзаси — японский меч, немного короче катаны. В основном носился на поясе. Его носили в паре с катаной)

— Куроширо, прикрой клюв. — злобно зыркнула на него Ли.

— Кря, понялЬ. — сразу же заткнулся Куроши.

Танджиро же переваривает информацию:

«Без разрешения», «Сбежала» «Сбежала на отборочные без разрешения» — крутилось в голове бедного паренька, который всегда слушался Урокодаки.

— Э-э-э?! Сбежала?! Ли, это правда?! — в один момент просто взорвался Камадо.

— Ага. — лениво кивнула девушка в ответ.

— Но это же неправильно! Нужно срочно извиниться! Это же некрасиво и неуважительно по отношению к мастеру!

Мурасаки и Куроширо перекинулись взглядами, словно ведя немой диалог:

«Кря, а это шанс!»

«Ага, как раз вакидзаси заберу»

— Да, ты прав. — спокойно кивает фиолетоволосая на слова Камадо, когда ворон садится ей на плечо. Девушка делает несколько шагов вперёд к воротам, ведущим наружу, и не поворачиваясь обратно, говорит: — Ладно тогда, мы пошли.

— А? Что? Я имел ввиду потом, не сейчас!

Мурасаки останавливается и поворачивается полубоком к аловолосому.

— Успокойся, Камадо. — говорит Ли тихо цыкая от того, что придётся всё пояснять, а ей — лень. Девушка выдыхает, собирается с мыслями и выглядит очень серьёзной. — В общем: меня здесь вкусно кормят, так что я точно, в жизни не сбегу, — кладя руку на сердце, с благородным видом и блестящими глазами клянется Лилиан, а затем резко меняется в лице и лениво добавляет: — так что иди и занимайся своими делами дальше. Деревня находится недалеко, и утром я буду уже в комнате, в кровати.

— Это неправильно, да и ночью довольно опасно идти одной. — мотает в отрицание юноша, на что Ли лишь пожимает плечами и решительно делает шаги вперёд.

— Твои раны ещё не до конца зажили! — слышит она позади себя голос Танджиро, а потом, он пробегает мимо неё и становится напротив с недовольным взглядом. Лилиан рефлекторно останавливается и хмурится.

— Тогда, я пойду с тобой!

Лицо Мурасаки выглядело таким же расслабленным, только голубые глаза, с удивлением и непониманием хлопающие, оживляли её.

— Ты что, с дуба рухнул? — наклонив голову в бок спросила девушка со спокойным лицом, но потупив взгляд и смотря на Камадо.

— Я же говорил тебе — у тебя есть друзья, так что ты больше не одна! Я буду стараться помочь тебе, чем смогу!

«Решительность», «упорство» и… «упёртость» — вот что было написано на лбу, одежде парня. Глаза его пылали, а сам он стоял как вкопанный, не собираясь её пропускать.

Лилиан прикрыла глаза и выдохнула. Ей слишком лень тратить силы и время на это всё.

— Идём тогда. — зевает девушка, прикрывая рот ладошкой.