Я неловко улыбнулась и потянулась к Винсенту, чтобы забрать письмо обратно. Но он ловко отвёл руку, и письмо снова оказалось у него перед глазами. Почему-то взгляд, которым он его рассматривал, показался мне грозным, почти пугающим. Итан, сидевший за столом рядом и неспешно потягивавший чай, спокойно пояснил:

– Это любовное письмо.

– Любовное?

Винсент нахмурился, повертел конверт. Заметив, что имени отправителя нет, тут же перевёл острый взгляд на меня. В глазах – сталь, а на губах – лёгкая, почти насмешливая улыбка.

– От кого?

– Понятия не имею.

Он спрашивал так мягко, будто уговаривал перепуганного зверька, и от этого я неожиданно растерялась. Когда он спросил, неужели я правда не знаю, я лишь кивнула, и изумрудные глаза сузились, снова приковавшись к письму. Я бросила на Итана укоризненный взгляд.

С Винсентом мы не виделись уже давно. Прошло столько времени, что я почти свыклась с разлукой, но внезапно он выкроил целый день и приехал в поместье Кристоферов. Видимо, Итан знал о его приезде, потому что как раз оставался дома, и мы встретились втроём. День выдался тёплым, солнечным, и мы устроили чаепитие в саду. Смеялись, обменивались новостями, делились тем, что накопилось за месяцы разлуки… и тут, как назло, мне принесли это странное письмо.

– Приходят непрерывно уже несколько месяцев. Это четвёртое, кажется? Каждый раз так старательно, так трогательно написано… Надо же, как сильно можно кого-то любить.

– Брат, – метнула в Итана яростный взгляд и глазами показала: «Замолчи». Тот, конечно, сделал вид, что не заметил.

– Хочет с тобой встретиться.

Что? Я торопливо шагнула к Винсенту. Почувствовала, как его взгляд скользит по мне, пока читаю. Всё то же самое, что и всегда:

[Сегодня снова думаю о вас. Всё ещё не могу забыть. Скучаю. Хочу увидеться.]

«Хочу увидеться»?

[Буду ждать на площади.]

Через две недели. Странный срок – словно дающий время подготовиться к встрече. Я думала, раз имени нет, значит, и встречаться никто не собирается. А тут… неожиданно.

Значит, теперь-то всё раскроется. Кто бы это ни был, но шутка зашла слишком далеко. Надо положить этому конец. Я уже собиралась сказать это вслух, когда письмо вдруг исчезло из моих рук. Подняла глаза – Винсент смотрел на меня с каким-то угрюмым, почти обиженным выражением. Со стороны могло показаться, что он совершенно спокоен, но я-то знала: это его привычная, знакомая мне маска сдержанного недовольства.

– Собираешься идти?

– Ну да…

– Письмо ведь любовное?

— Похоже на то.

Шутка это или нет – пока непонятно, но по форме точно любовное. Скорее всего, кто-то просто хочет посмотреть, как получательница будет в восторге, а потом разочаруется. Мерзко. Надо будет хорошенько отчитать этого шутника. Я уже мысленно готовила гневную речь, когда почувствовала на себе взгляд Винсента.

«Что?» – в моих глазах читался вопрос.

Он скривился. Где-то рядом послышалось отчётливое цоканье языком.

По опыту знала: сейчас последует едкое замечание. Но вместо этого Винсент вдруг повернулся к Итану. Тот, явно наслаждаясь происходящим, с улыбкой смаковал чай.

– Ты же можешь выяснить кто его отправил?

– Могу, конечно.

Даже такое возможно? Я и не знала.

– Тогда выясни.

– Не люблю лезть в чужие дела, если сам человек этого не хочет.

Итан извернулся, словно змея, ловко уходя от прямого ответа. Винсент опешил. Я тоже.

Винсент снова посмотрел на меня.

– Тебе не любопытно?

– Любопытно, но…

Копаться не хотелось. Точнее, не хотелось раздувать историю. Если это шутка, разберусь сама, тихо и аккуратно. А если, – совсем уж невероятно, –это правда любовное письмо… тогда, может, у человека есть причины скрывать своё имя.

– Лучше пойду встречусь.

– Не ходи.

Слова вырвались одновременно. Нет, точнее, Винсент меня опередил, будто заранее знал, что я скажу. Я растерянно посмотрела ему в глаза.

– Почему?

– Это опасно. И без того в последнее время неспокойно, всякие тёмные дела творятся. Что, если с тобой случится что-то плохое, доверься ты такому письму? Оно могло быть отправлено со злым умыслом.

Он говорил очень серьёзно, потом перевёл взгляд на Итана.

– Слишком легкомысленно с твоей стороны, не находишь?

Итан, до того с интересом наблюдавший за нами, стёр улыбку и нахмурился. Похоже, и правда не подумал об этом.

– Действительно… Паула, не ходи. Опасно.

Даже Итан теперь отговаривал. Я задумалась. В общем-то, можно и не ходить. Но если это всё-таки настоящее любовное письмо… тогда подвести человека и не прийти, уже будет невежливо.

– Возьму побольше охраны. Тогда точно ничего не случится. Верно?

– Верно-то верно…

Итан украдкой глянул на Винсента и пожал плечами – мол, мне всё равно. А лицо Винсента к тому моменту уже окаменело.

Неужели он настолько против? Говорит про опасность, но, кажется, дело в чём-то другом.

Пока я размышляла, раздался комментарий со стороны. Итан снова ухмыльнулся, хитро и злорадно.

– Он ревнует.

– Заткнись.

Винсент рявкнул так резко, что Итан аж дёрнулся, но тут же сделал вид, будто ничего не было. Винсент прожёг его взглядом, но возразить ничего не смог. Я тихонько рассмеялась и взяла его за руку.

– Просто схожу и сразу вернусь. Ненадолго. Охраны возьму побольше, ничего страшного не случится. И потом, скорее всего, это просто глупая шутка.

– А если не шутка?

– Если не шутка… тем более надо встретиться.

Чтобы отказать лично. Хотя в глубине души я уже была почти уверена, что это розыгрыш. Хотелось посмотреть в лицо этому «романтику». Я стиснула зубы в улыбке, но Винсент так и не расслабился.

– Значит, прямо мне в лицо заявляешь, что пойдёшь на свидание с тем, кто пишет тебе о любви?

Почему разговор вдруг свернул не туда? Я замотала головой в растерянности. Ничего такого я не имела в виду. Но до него мои слова не дошли. Он молча выдернул руку и вернулся на своё место. Обиделся, похоже.

Что теперь делать? И не пойти нельзя, и идти неловко. В саду повисла тишина. Я осторожно присела рядом, украдкой поглядывая на него. Пыталась заговорить, но ничего не помогало.

– Наверное, везде хвостом ходила, улыбалась направо-налево, глазки строила. Вот и допрыгалась – теперь любовные письма пачками приходят.

Я замолчала. Это упрёк такой? Что я веду себя непристойно? Да я вообще ни с кем особо не разговаривала последнее время, людей избегала…

От его слов стало обидно. Я больше не ответила ни слова – просто залпом допила чай. Винсент тоже молчал. Итан, переводивший взгляд между нами, наконец поставил чашку.

– А ты, Винсент, сам-то сколько таких писем получал, а?

Винсент резко повернулся к нему. Я тоже вопросительно посмотрела на Итана.

Тот, не глядя на Винсента, продолжил, обращаясь ко мне:

– Он виду не подаёт, но популярность у него ещё какая. Брачный возраст уже прошёл, но жених ещё вполне ничего, так что желающих хватает. В прошлый раз вообще признание получил, помнишь?

– Замолчи.

Винсент угрожающе понизил голос. Но Итан и бровью не повёл.

– Я сам видел. Как ты обнимался с той, что в тебя влюбилась.

Чтооо? Я медленно повернула голову к Винсенту. Он терпеть не мог, когда кто-то посторонний к нему прикасается. Внешне не показывал, но внутри его это коробило – мне ли не знать. Из-за прошлого, наверное. И вот такой человек… обнимался с незнакомой женщиной?

– Я отказал. А она сама на меня бросилась. Не неси чушь.

– Да ладно. И это ещё не всё.

Итан с удовольствием принялся перечислять претенденток: и известная актриса, и юная аристократка с необыкновенно трогательным письмом, и служанка из соседнего поместья, и даже особа королевской крови… Винсент пытался его заткнуть – тщетно. А я, слушая, тихо выдохнула:

– Надо же...

Оба тут же повернулись ко мне. Я широко, во весь рот улыбнулась.

– Ну надо же, какой ты популярный.

И после этого ещё посмел мне что-то предъявлять? Я улыбалась всё шире, будто услышала самую забавную сплетню в жизни. Выражения их лиц странно переменились.

По итогу в тот день мы с Винсентом сильно поссорились.

***

Спустя какое-то время, когда я уже привыкла безвылазно скучать в поместье, Итан сообщил, что нам обязательно нужно посетить один приём. Семья барона, с которой недавно удалось наладить хорошие отношения, решила устроить праздник и прислала приглашение. Мне тоже стоит поехать, сказал он. Я, конечно, согласилась.

Через несколько дней мы с Итаном отправились на празднование. Бал устроили в огромном зале в честь совершеннолетия второго сына. К слову, в семье было только три мальчика, причём младшему едва исполнилось шесть. Несмотря на столь юный возраст, он вёл себя на удивление степенно, вежливо здоровался со всеми взрослыми, а те только умилялись.

Гостей было не слишком много, благодаря чему праздник проходил спокойно и изящно. Никто не сплетничал за спиной, и я впервые за долгое время чувствовала себя на балу легко и свободно. А потом увидела Винсента.

Прошла всего неделя после той ссоры. Я тогда в запале наговорила, что всё равно пойду на встречу с автором письма, он в ответ наговорил гадостей – и мы разошлись, не простившись. С тех пор ни писем, ни встреч.

Он заметил меня среди толпы и резко отвернулся. Мне стало немного стыдно. Впервые мы так серьёзно поругались. Можно было ведь и помягче… Я тогда вспылила, наговорила лишнего, а потом долго корила себя. Затем решила: на этом балу обязательно помирюсь.

Праздник тянулся с полудня до самого вечера. Те, у кого не было срочных дел, оставались. Но улыбаться несколько часов подряд – утомительное занятие. Лицо начинало сводить. Итан, заметив моё состояние, подошёл и ловко забрал у меня бокал.

– Перед особняком есть сад. Иди, подыши свежим воздухом.

– А можно?

– Можно. Я всем скажу, что ты ненадолго отлучилась. Не переживай.

Доверившись ему, я быстро выскользнула из зала. Хотела позвать Винсента прогуляться вместе, поговорить. Но он, как глава семьи, должен был оставаться на виду. Ладно, шанс ещё будет. Я одна направилась в маленький сад за залом. Укромное место, идеальное, чтобы спрятаться от любопытных глаз.

Шла по извилистым дорожкам, словно в лабиринте, и наконец позволила себе выдохнуть. После нескольких часов на ногах всё тело ныло. В такие моменты понимаю, какой Итан удивительный.

На середине пути над зелёной стеной взлетела вверх тонкая струя воды. Фонтан? Я подошла ближе и оказалась на круглом уютном участке.

Чистая вода взмывала в небо, и от одного вида уже становилось свежо. Глядя на неё, я почувствовала, как внутри становится легко и свободно. Потянулась, разминая затёкшие плечи. И вдруг за спиной раздался шорох.

Я вздрогнула и обернулась. Из кустов шагнула молодая женщина. Увидев меня, она испуганно ахнула и попятилась назад.