«Почему я здесь?» — думала про себя Аорти. Она являлась единственной дочерью знатного рода Морфо, соответственно, в неё всегда много вкладывали, из-за чего девушка в подростковом возрасте была умнее своих ровесниц. Её родители, что были замечательными учёными, даже мать, несмотря на всемирную зависть и осуждение, всегда судорожно опекали свою неповторимую дочь. К слову, их можно было понять, Аорти действительно была невероятной : белоснежные, длинные и волнистые волосы с сочетанием её выразительных тёмных глаз, яркая улыбка и нежный голос. Как только девушка достигла подросткового возраста, множество сыновей из различных родов начали просить у её родителей разрешение на женитьбу. Но, как говорилось ранее, представители Морфо не желали отпускать свою единственную дочь. Увы, как то бывает по иронии судьбы, как бы те ни старались защитить Аорти от тёмной стороны общества, им это не удалось. 24 числа холодной осени её похищает род, который долгое время враждовал с родом Морфо, а именно род Мантодея. Мантодея пустили своих шпионов во дворец Морфо, чтобы они проследили за тем, в какое время девушка тайно сбегает из дома, чтобы свободно погулять по городу, ведь её родители никогда не позволяли ей такой «роскоши». На одной из таких прогулок она по велению судьбы оказывается на неизвестном переулке, где её как раз ожидали люди рода Мантодея. Аорти всё ещё помнит, как убегала от этих людей, делая круги по неосвещённым дворам, пытаясь спрятаться и не издавать шороха. Всё ещё помнит, как её ноги из-за сильного стресса попросту отказали и, ужасно подведя её, заставили всё остальное тело упасть на холодную землю. Тёмный капюшен её накидки слетел с неё, и её жемчужно-белые волосы в ночи отражали лунный свет. Её дыхание было крайне неровным, все конечности начали трястись и абсолютно не слушали саму хозяйку тела. Когда люди с закрытыми лицами подходили к ней всё ближе и ближе, девушка пыталась ползти назад, но её сильная тряска ничего не позволила. В голове она крутила всевозможные варианты исхода событий, конец которых приводил её в ужас, из-за чего её глаза наполнились слезами.

«Вот так всё произойдёт?! Кто они такие?! Матушка, пожалуйста, помоги! Отец!» — она мысленно молила о помощи, но чрезвычайный шок не позволял её голосу вырваться наружу, он держал его, словно огромная дамба удерживала воду. Она заставляла себя громко вопить, не желая осознавать дальнейшие действия своих обидчиков. Четверо неизвестных хотели как можно скорее её связать и поскорее забрать с собой во дворец Мантодея, но девушка пыталась вырваться из этой ловушки и всячески кричала, ударяла их по лицу кулаками, а после еле живые ноги начали пинать чужаков по коленям, что заставляло их также оказаться на земле. Терпение одного из них было на исходе, и он со всей дури врезал ей камнем по голове. Трое остальных людей резко встали, отошли от тела Аорти и начали ругаться намного громче её былых криков.

— Ты совсем худоумный?! — Закричал один из них, ударив по голове своего напарника, который только что совершил невероятную ошибку.

— А что? Теперь мы перенесём её намного тише, — тот был убеждён, что поступил совершенно правильно.

— Ага, ведь она мертва! Ты правда настолько ограниченный?

Люди так и простояли над телом бедной девушки, на белых волосах которой начала виднеться алая кровь.

***

— Госпожа? Всё в порядке? — Миэрта выглядела взволнованной, ведь услышала тихий всхлип от Аорти. Та лишь быстро вытерла свои глаза и улыбнулась девушке, убеждая в том, что с ней всё хорошо. Все были затянуты в свои мысли настолько, что абсолютно не заметили подарочные коробки возле двери. Беловолосая медленно подошла к ним и прочитала вслух надпись на одной из коробок :

— «Подарок для...Лау Чжоулина», тут так написано, — она повернула свою голову в его сторону. Он вопросительно посмотрел и направился к ней. Та лишь продолжила перебирать коробки, читая, для кого они принадлежат. — «Каори Хане» «Минору Хеллебору» «Бероэ...Хепри», — в фамилию последнего она долго всматривалась, пытаясь разобрать отвратительный почерк.

Все вновь подошли друг к другу на близкое расстояние и брали в руки по коробке. Как только осталась одна единственная коробка «Аносу Нибану», каждый держал свой подарок у себя в руках и вопросительно смотрел на неё.

— Мы что, действительно их откроем? — спросил Рэймсс.

— Это очень опасно, и, думаю, нам не стоит это делать, — высказал своё мнение Бероэ, которого никто не послушал. Максимально медленно сняв ленту, что была связана в бант, они принялись постепенно с опаской поднимать крышку. Действия каждого были настолько аккуратны, что даже если внутри находилась взрывчатка, то та бы попросту не взорвалась. Но, к счастью, внутри оказались лишь заколки и значки в виде бабочек, а также тёплый шарф, который никто не рискнул надеть или же нацепить на себя. Все облегчённо вздохнули.

— Любопытство чуть не погубило каждого из нас, давайте больше не будем вестись на такие соблазнительно-опасные ловушки? Мы ведь уже потеряли двоих, — сказал Чжоулин, смотря на остальных. Все лишь неловко кивнули, показывая, что абсолютно согласны с его словами, а Иберис с Алиссум испуганно покосились на них.

— И...что нам делать дальше? — спросила Алиссум. Все лишь вновь замолчали, не желая выдвигать свои теории и брать на себя какое-либо лидерство. Следовать за толпой, конечно, тяжело, но труднее всего даётся тому, кто эту толпу ведёт. После короткой тишины Лау Чжоулин заговорил :

— Меня удивляет, что со стороны первый этаж замка был намного больше, чем внутри. Но я не желаю, разбираться в этом. Давайте поднимемся на второй этаж, — он повернулся в сторону широкой лестницы и, взглотнув, сделал шаг. Все робко отправились за ним, и лишь Минору стоял на месте и обдумывал слова Чжоулина. Он подошёл к одной из стен, на которой висела картина очень странного парня : его лицо было перекошенным и довольно морщинистым, хотя юноша был достаточно молодым, сзади него виднелись высокие горы, а вблизи находился берег, на котором были корабли. Но суть не в этом, наверное. Пока Минору подходил к этой стене, остальные удивлённо посмотрели на него и остановились. Парень постучал несколько раз по стене и услышал звонкий звук, будто за ней действительно что-то было.

— Господин Минору, лучше оставить всё как есть. Мы ведь уже находимся в нелёгкой ситуации, — сказала Миэрта, жалобно смотря на парня.

— А если... — он затих, и вновь посмотрел на ту страшную картину. Он перевёл взгляд на другие стены, где также весели загадочные, порой даже чересчур, написанные кем-то картины, со странной подписью в углу. Одна из картин особенно зацепила его внимание : картина плачущего мальчика. У него была довольно аккуратная внешность, и даже опухшее лицо и покрасневшие глаза не портили её. Но в его взгляде чувствовалось что-то мстительное, будто гнев тысячи смертей смотрели на своего убийцу. Мурашки мигом пробежали по телу парня, он действительно решил не лезть в это дело и отправился к своим попутчикам.