– Что за, – начала Лиза, войдя в офис ОСББ. Тейлор объявилась раньше, однако Лизе надо было закончить кое-что по части Союза, прежде чем она смогла прийти. Тем, что сбило Лизу с толку, была пространственная аномалия около компьютеров, в которую уходило несколько кабелей. Подойдя к компьютеру, Умница определила, что в аномалию уходили соединения питания, видео и USB портов.

Она включила монитор, всё ещё подключенный к компьютеру, чтобы обнаружить, что машина осталась в «зеркальном» режиме и в настоящий момент просматривает ПХО. Как Кайдзю?

Лиза решила, что тут надо разобраться плотнее и влезла в Метиду, после чего вышла из задней двери. Направившись туда, где обрабатывали танкер, она обнаружила Тейлор в облике Кайдзю с клавиатурой, мышкой-трекболом и монитором. Клавиатура и мышка были увеличены под размер Кайдзю, а монитор – обычным, установленным на шесте из ЭВМ. Все кабели исчезали в пространственной аномалии, такой же как в офисе ОСББ.

– Привет, кузина, – поздоровалась Тейлор, когда Метида приблизилась. – Мы с Сауриал наконец-то разобрались, как мне проще всего использовать интернет.

– Да уж вижу, – откликнулась Лиза. – Насколько я заметила, клавиатура довольно тихая.

– В итоге я остановилась на гидравлических поршнях вместо пружин, – сообщила Тейлор. – С мышкой было проще, хотя потребовалась калибровка.

Лиза озадачилась, когда же подруга разобралась, как сделать и запрограммировать соответствующую электронику, но не слишком удивилась.

***

– Такое не каждый день увидишь, – произнесла Дракон, открывая тему на ПХО. Колин прервал возню со своим проектом, чтобы посмотреть. Ветка, заявляющая, что там ролик с Кайдзю, постящей на ПХО?

Несколькими минутами позже и Дракон, и Колин ошалели. Колин пришёл в себя первым.

– Если у них уже нет рейтингов Технаря, думаю, было бы оправдано их оформить.

– Гидравлические поршни? – Дракон, по-видимому, уделила этому внимание. – Интересно, что за конфигурацию она использовала, хотя в таком масштабе не удивительно, что не стала применять пружины.

– Похоже, что она выложила рабочий чертёж, – Колин промотал тему до самых последних постов. – Хотя, по всей видимости, её поршни работают на свойстве сжатой воды, не желающей пребывать в сжатом состоянии?

– Рейтинг Бугая Кайдзю снова нуждается в правке, – высказалась вошедшая Ханна. – О, вы уже знакомитесь с веткой.

– Не могу толком представить в деталях, как можно сжать воду так, чтобы чертеж был рабочим, – призналась Дракон. – Хотя давление должно было бы быть запредельным[1].

***

– Так как, ради всего святого, эти чертежи работают? – поинтересовалась Эми, в настоящий момент не в теле Ианты (сегодня вечером она зашла ненадолго). – Я думала, вода фактически несжимаема.

– Ну, – почесала Тейлор затылок. – Это комбинация нескольких фактов – главным образом того, что я разделила воду надвое и сдвинула их по фазе из реальности в противоположных направлениях. Ей хочется действовать как единое тело воды в фазе, но под давлением две половины в состоянии занимать одно и то же пространство разом. Как только давление снимается, вода пытается снова расшириться, по новой выдавливая поршень.

– А ты не могла просто использовать пружины? – осведомилась Лиза, ещё не воспринявшая такое объяснение.

– Достаточно мощные не имеют надлежащего рабочего хода, – объяснила Тейлор. – Я сдалась после того, как разнесла пятый комплект.

[1] Несжимаемость жидкостей подчеркивается школьными учебниками так настойчиво, что внушается мысль, будто жидкости в самом деле несжимаемы – во всяком случае поддаются сжатию в меньшей степени, нежели тела твердые. На самом деле «несжимаемость» жидкостей есть лишь фигуральное выражение для их весьма слабой сжимаемости, и то по сравнению не с твердыми телами, а с газами. Если же сопоставлять сжимаемость жидкостей со сжимаемостью твердых тел, то окажется, что жидкость сжимается во много раз сильнее их.

Наиболее сжимаемый из металлов – свинец – уменьшает при всестороннем сжатии свой объем на 0,000006 первоначального под давлением одной атмосферы. Между тем вода под таким же давлением сжимается на 0,00005. т. е. приблизительно в 8 раз сильнее (так, в опытах Джеймса Бассета (1933 г.) под давлением в 25 000 ат метровый водяной столб сжимался до высоты 65 см). По сравнению же со сталью вода сжимается в 70 раз больше.