— …А, собственно, вон шесты!

— Да ты не удержишься даже! Может, не стоит?

— Чувствовала ли ты себя ещё когда-либо раскрепощённой, принцесска моя?! Погнали!

— “Принцесса” не вертит задом на всю публику!

— Какую публику, малыш? Только мы тут вдвоём: я и ты.

— Д-а..аа чт.. куда ты!.. Вавава, серьёзно?

На песчанном берегу прохладный утренний бриз обдувал утомлённые, оголённые плечи. Солнце ярко светило, окрашивая небо в бледные цвета, даже птицы не нарушают его.

Правда, выглядывающий из-под поверхности воды один летательный аппарат целиком портил естественную картину.

Кира сидела на песочке, уткнувшаяся в телефон, проигрывающий видеозапись. Видок у неё не особо-то и притягательный, причёска сильно взъерошена, а лицо потрёпано, любой прохожий бы про себя посмеялся, спутав её с невезучим парнишей, недавно вышедшим из драки. Если бы она вообще адекватно помнила, что за чертовщина с ней произошла…

К счастью или к сожалению, причины местонахождения здесь в таком виде являлись её взору прямо сейчас на экране телефона, откуда доносился её собственный голос наряду с голосом Карли - оператором сего видео.

[Кира: Ну и стыд звиздец…]

Позорище на кадрах описать слов не находилось, она закрыла ладонями лицо, с трудом принимая, что так всё действительно и было. Эти избалованные фразы, эти телодвижения и пародии на стриптиз на танцполе, эти гордые выкрики. Тогда оно всё казалось крутым, пускай кое-что да пришлось навязывать себе через силу, а сейчас и другим говорить, и самой смотреть страшно.

[Кира: Когда она это успела заснять, Боже…]

Еле позволяя себе дать подглянуть краем глаза, Кира боролась с настоящим испанским стыдом, то ли за себя, то ли за Карли. Фигура последней вскоре показалась неподалёку: измученная, с виду непонятно чем, сия персона вышла из шлюза корабля, прошлась до берега и, не доходя, рухнула спиной прямо в воду.

— Мы что, прибыли домой?..

— Угу-у, — промычала рыжевласая, выражая ответ на очевидный вопрос.

— Ну и ну… — выдохнула Карли, смотря в безответное небо.

Не так уж и много чего случилось за последние часа два, однако своеобразный шок получил каждый из них, как и бесценный опыт. Казалось бы, ничего не предвещало беды, в частности извне, но о внутренней защите никто не позаботился, Карли благополучно доставила пьяный груз до транспорта, да там и оставила, когда сама, как лишь прикоснулась к кровати, отключилась, отправившись в царство Морфея. А Кира… под действием не самого мирного напитка тем временем проворачивала один трюк с погружением.

Возвращаться на Бальакете безумно не хотелось, да и уже не так интересно, поэтому путь был проложен прямиком до Риетты. Позабыв все предостережения о повышенной охране системы, пилот чудо-машины через какое-то время добралась до сей планеты и придумала чудеснейшую идею, как посадить судно, заключающееся в паре слов: “идём в лоб”. То есть совершенно не думала. Ну а правда, не терять же времени зазря? Требуется приземление мягкое и за считанные секунды, желательно на радарах аж не успевать засветиться. Вышло приводнение…

Спешное приближение к планете, реакция таэквондиста, нацеливание на тёмно-голубую область небесного тела. Земной шар в четырехста километрах перед носом. Скорость на поластрономической единицы, хотя лучше на целую а.е. Руль от себя. Считанные мгновения и салон оглушается сплошным хлопком от удара, высокий столб воды поднимается ввысь, а мир за стеклом чернеет, одновременно с этим загорается клавиша PMD, включаются инерционные силы и под их влиянием одно тело в кокпите чуть ли не вываливается с кресла, вовремя уперевшееся в приборную панель, другое тело - вылетает из своего сна точно в стену. Из каюты слышится благой мат, в то время как на мостике неугомонное молчание с вытаращенными в пустоту зенками. Обеих чудом не сдавило в лепёшку.

Рассуждая логически, напрашивался единственный вывод: жидкое тело в виде океана сыграло компенсатором, объяснить нелегко, но, походу, PMD сработал после достижения максимальной скорости, когда та заметно спала. Отсюда вытекало, что эта кнопка не просто датчик соприкосновений, дающая использовать прелести ускорения, это режим полёта, она реагирует только на плотную материю, препятствующую движению. Удар создал достаточно высокое давление в воде хоть и в одночасье, но не моментально, оно впоследствии позволило судну считать, что ему препятствует нечто твёрдое. Отсюда также следовало, что судно может терять скорость даже само по себе, если ему мешает барионное вещество на пути, иначе поддерживать выключенный PMD было бы нереальным, покуда каждая частичка пыли в космосе побуждала бы переходить в тот режим.

— Оставите вы меня калекой на всю жизнь, уфф, — бубнила черноухая, промокая под морскими волнами. — И что получается, оставляем твою птичку здесь?

— Ну… эх, дальше только пешком, я полагаю.

— А может, ты его хотя бы под воду, не?

— Я. Не. Я-я-я… — вяло протягивая, Кира повалилась на бок, ожидая, пока слабость в костях пройдёт, — устала…

— Это да… Предлагаю после такого выпить.

…

Утро традиционно начиналось с гарланящих береговых птиц, с приятного ветерка, со двора, в котором играют дети. Заблокировав Кире путь до магазина одним своим видом, её вольно-невольно заставили подойти посмотреть, что тут творится.

— Фууу, кыш! Не подходи ко мне больше.

Кира остановилась перед знакомой девочкой из местной банды любителей пошуметь на всю улицу, понаблюдала, как та прогоняет своего ровесника, да негромко поинтересовалась:

— Что произошло?

— Мне велосипед слома-а-али-и! — лицо Ибби так и было преисполнено кровной обидой. — Это он, он всё виноват!

— Ничего я не делал, оно само слетело! — уверенно отрицал Фоме, упорно держа светленькие уши торчком.

— Как мне теперь в школу кататься, слышь? Ой, ну не хочу я топать туда самой. Отдашь мне свой теперь, а сам пешком топай туда!

— Н-ничего я не дам! Починишь, ничего там такого.

— Вот сам и починишь.

— Не буду.

— Будешь.

— Не буду.

— Гррр, какой же ты б-баран!..

Обстановка слегка обострялась и, кажись, с последним словом Ибби намеревалась пнуть своего друга, однако тётя Кира поспешила вмешаться:

— Эй-эй, всё хорошо. Я могу помочь. Что с ним случилось, можно посмотреть?

— Оо, правда?? — мелкая мигом потянулась к ней, засверкав глазками. — Ты знаешь как, сможешь исправить? Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

Продолжая гордо постаивать неподалёку, пацанёнок встрял на непозволительное обращение к старшим:

— Это так ты просишь о помощи? Наглости нет предела.

— Кыш! — отбрила та. — Это я с ней разговариваю!

Что ни говори, а гордости Ибби позавидовать можно было сильнее, эта темнокожая пройдоха в будущем станет настоящей дамой с характером. В любом случае, Кире как-то комфортнее слышать обращение на ты, так что вовсе не придала тому значения.

— Та-ак, давай посмотрим, — она присела на колено перед сломанным агрегатом, нет, не затем чтоб выразить уважение, попросту всё сразу было ясно: слетела цепь и заклинило шатун. После беглого анализа девушка заключила: — На вид ничего такого серьёзного. Всё хорошо, я справлюсь.

— Похоже, вы хорошо управляете им, раз всё знаете как. Здорово! — общение на равных было недолгим… А может, это такой знак благодарности за помощь. В правилах обращений этого языка столько нюансов и лингвистических подножек, несложно запутаться. — Эй! — Ибби окрикнула Фоме. — Принеси что-нить до рук, за тобой всю грязь убирают, и побыстрее!

— Будто я мог это как-то сломать, оно само, говорю, в-вот же-ж дурочка!

Стоило вновь это сказать, к виновнику угрюмо подошли да пнули по голени со словами:

— Хоть что-то сделай, б-болван!..

Парниша закономерно вспылил на сию грубость, бурча про себя, в принципе, всё равно отправился домой. Пока шли внеочередные разбирательства, Кира успела три раза цокнуть, вздохнуть и скосить губу; меж тем приступила к починке, а точнее натягиванию цепи. Правда, внутри она…

[— Божечки, эти неко-дети такая милота, даже когда хочется им дать подзатыльник.]

— У вас тоже есть велосипед? — вернулась смугленькая с самым простодушным личиком. — Я его никогда не видела. Если так подумать. Может, покажите как-нибудь, покатаемся?

— Ага, есть.. в плане, был тоже детстве, — поправила себя Кира, — тоже настрадалась с ним, каждый раз падала, как что-то ломалось, вот и чинила. Сама училась чинить.

— Вот как. Как думаете, а сколько раз я с него падала? — судя по поднявшемуся голосу, Ибби вспомнила кое-что, чем можно побахвалиться. Только вот ответа не дожидалась, разом встала в гордую позу и кивком головы в сторону тряхнула волосами. — Ни разу! Ещё ни разу не валилась с него, хе. Видели бы вы, как Фоме учился кататься, сколько раз я этого болвана поднимала! Это я его учила кататься!

На безудержное хвастовство старшая лишь простенько-душевно посмеялась:

— Хехехе. Значит вы дружите с детства, полагаю? Ах, не злись на него, вряд ли он хотел сделать это специально. Имею в виду, скорее всего не хотел, так получилось.

— Чтоо?! Не злиться?! Да он… — чёрненькие ушки как от укола вздрогнули перед Кирой, а их владелица едва ли не перешла на крик, но вовремя присмирела и скрестила руки, отвела взор и тихо проворчала, — б.. бо… гнанный пегас он, вот кто.

— Гнанный пегас, мм?

В ответ непонимающе склонили голову, как бы выражая: кто это? почему именно пегас? Тут можно ошибиться, хотя выглядит так, словно ребёнок где-то услышал это выражение и банально вставил в неподходящем значении.

[— Будь на ней румянец сейчас, я бы назвала её цундере.]

Между прочим, в механизме шатуна нашлась размозженная веточка, каким-то образом из-за неё встряла звёздочка, а следом слетела цепь. Такое руками не провернуть, поэтому Кира неспроста разжалобилась на те слова.

К тому времени подоспел сей парниша, быстро оставил влажные салфетки и отошёл подальше к детской площадке, сопровождаемый косым взглядом черноухой. То есть на безопасное расстояние.

— Я считаю, что нужно уметь как-никак прощать людей. Даже за такие пакости. Добро вернётся к тебе однажды, и ты почувствуешь, что всё, что ты делал, не зря. Если держать в себе постоянно зло, то сам ничему и не научишься, так и будешь стопориться на месте. А иногда, может, даже будешь винить себя…

— Простить его? Пхххе. Больше никогда не дам ему кататься на моём велике, буду брать его, когда захочу, пусть знает, — позиция Ибби была непоколебима.

— Эхх, ну как знаешь.

[— Ну да, чего эт я тут пытаюсь вразумить ребёнка.]

— Хотите, я дам вам на своём покататься? Ну, как почините. Берите, когда хотите, тётя Кира! Я не буду против. А если опять что-то сломается, тётя Кира починит, хе! Я ей верю.

Рыжая тётенька вновь с непривычки заулыбалась, стараясь скрыть неловкие чувства:

— А, эхех, хорошо, возможно, когда-нибудь покатаюсь, вспомню, не забыла ли, как крутить педали.

— Ага! — воскликнула девочка. — Эх, жалко, у вас своего сейчас нет, я бы показала вам места. А, точно, я же его возьму, хе! Тогда всё хорошо. Тётя Кира, а какой у вас был велосипед?

Датчанка задумалась, вспоминая. Особо-то ничего сложного в описании нет, попадалась лишь одна деталь, которая слегка сбивала с толку. Дело в том, что, представляя, ей первым на ум приходят колёса, а колёса здешних велосипедов продвинуты, имеют безвоздушные покрышки на эластичном волокне, сильно легче и прочнее. Собственно, это касалось и транспорта покрупнее, абсолютное большинство автомобилей имело такие же. Помнится, на лекциях некогда затрагивалась тема об этом, говорили, что подобные покрышки не выдерживают высоких скоростей, получается, на Риетте, как видно, этот недостаток решили.

Ну, немного приврать и подмены не заметят.

Ибби оставалась с ней ещё некоторое время под предлогом того, что понаблюдает за процессом, приводила в пример наставление папы, что так удастся научиться полезным вещам. В итоге не прошло и две минуты, как тень девочки пропала, а Кира заметила ту корчащую гримасы перед Фоме.

Странный сюрприз, спрятанный под рубахой чёрненькой Ибби, которая придерживает подол крепко к себе. Кое-что, и не совсем очевидно что, выпирало наружу подобно стержню, что наводило старшую тётю на не самые адекватные мысли.

[— Э?..]

На самом деле, не более, чем детская забава торчала у той между ног. Нестандартный способ подразнить своим хвостом кого-то другого, безмолвно подшутить или выпендриться - бесхвостой рыжей понять этого было не дано. Ничего пошлого! Только извращенец мог подумать о чём-то неправильном, отчего Кира посинела да поглупела за какой-то короткий миг.

[— Стояк.]

Этот извращенец Кира, кому подобного рода мысли не дают покоя…

Вытерев ладони от грязи, ремонтница крутанула последний разок педаль и, стараясь ничего не произносить, отправилась по делам. Вообще-то цель сегодняшнего выхода на улицу состояла в походе до супермаркета.

В пункте назначения ничего особенного не требовалось, кроме макарон для Карли. Разного вида по дню. Спагетти. Вермишель. Фузилли. Пенне. Фарфалле. Конкилье.

[— Она только ими и питается что ли на постоянке??]

Карли только их и умеет готовить.

[— О, лазанья. Куплю-ка ей специально, может, что-то нормальное соизволит состряпать наконец.]

Резво зародилась идея по готовке чего-нибудь известного и, скорее всего, экзотического для этой планеты. Кира мысленно перебирала некоторые варианты. Можно взять рыбу, но это уже не оригинально, да и чёрная кошечка как-то неохотно притрагивалась к ней в последний раз. Из памяти также вылезали рецепты сармитских блюд, запомненные благодаря Нулгу: приятно-кисловатые супы, мясные рагу во фруктовых соках; минус в том, что помимо подбора подходящих ингредиентов возникали иные сложности: закваска для тех супов заготавливалась за неделю до, и соус тоже занимал немало времени. Хотя, судя по непривередливости Карли, можно попросту закупиться сыром, как раз горная еда, как раз колдовать над этим недолго, но с ним имелись нездоровые воспоминания, так что его отмели.

— Блага и здравия Вам, смертные, ваша принцесса пришла, — переступая через порог дома, заявляла зеленоглазка в надежде поймать желанный взгляд соседки. Правда, ни взгляда, ни соседки не показалось, зато уши пробило кое-чьё пение, перебиваемое поп-рэпом из уборной.

[Кира: Встречают вкусовщиной.]

Дверь уборной, к тому же, не заперта, не пройти мимо неё до любимого дивана невозможно, поэтому Кира из сухого любопытства, узнать, кого это родители не учили манерам, заглянула за край стены. Неловко замерла.

Ничего необычного. Мисс Мартинес, повёрнутая спиной к объявившемуся зрителю, двигалась в плавном ритме танца, стараясь подобать музыке. В проходе душевой кабинки, сухая. С не опущенными жалюзями. Да, в чём мать родила, и, похоже, либо нарочно не обращала внимания, либо не замечала постороннего. Почему-то появлялись догадки о том, что человек некогда долгое время проживал один в доме, а для таких приватная обстановка как снятие оков, когда и не прочь пощеголять нагишом, не заботясь о мелочах.

— Утром, днём, и ночью, люби и нравь воочию, — пела та, очень даже попадая в текст. — Держи со мной мгновенья, летая в приключения. Малой, хватай за руку, впивайся в мои бёдра, ведёшь себя так скромно, будто страсть та незаконна.

Что до танца? Элегантен… Недавние телодвижения в клубе словно добавлялись новой пластичностью, одурманивая кого бы то ни было подтянутыми формами, закрытые от чужих очей места лишь сильнее разыгрывали воображение, дополняя недостающие образы невероятной пикантностью. Эти синхронные мановения ног, делающие плавный шаг вбок, рук, всего торса как бы приказывали наслаждаться представлением… потому наблюдательница сглотнула и поскорее заперла дверь до щелчка, ибо, учитывая спортивную фигуру девы там, стать лесбиянкой плёвое дело.

[Кира: Боже, хорошо, что квартира на ключ закрыта… весь подъезд бы вызвал департамент по этике.]

[Карли: О, уже вернулась? А пофиг, про-дол-жа-ем.]

Очищая голову от “не тех” мыслей, рыжеволосая сняла бандану да принялась покамест раскладывать купленные вещи. Так или иначе, несмотря на странности в поведении, за подругу испытывала воодушевление, как-никак получилось вывести из меланхолии, и поэтому готова была поддерживать этот настрой впредь.

[Карли: Еда меня ждёёёт, ура!]

Пришлось около пяти минут подождать, когда музыка затихнет и та мадам наконец явится, разумеется, прилично одетая на обозрение другим. Её встречали во всём своём величии: с аристократичным, кухонным полотенцем на плечах, боевой перчаткой для запекания, что держит не менее опасную сковороду, и скипетром-половником во второй руке.

— Нарекаю тебя достопочтенным членом нашего сестринского семейства, кому дано право жить и наслаждаться жизнью в этих четырёх стенах, — с пафосом проговаривала Кира, держа руку со сковородкой вытянутой. — Теперь преклонись, сестра моя, чтобы закрепить наши узы единством и равенством.

Карли с первых же секунд позабавила эта игра, о чём сигнализировали её улыбающиеся зрачки:

— Ох, как это рачительно слышать с Вашей стороны, миссис Кира. Мои чувства заплескались в волнении - конечно, моя принцесса, — так что с последним словом прикрыла веки и, натянув двумя пальцами края кофты по разные стороны (за неимением платья), в утончённой позе сомкнула крест-накрест ноги в коленях, вместе с ней припустились лохматые треугольнички, и хвост плавно качнулся в сторону.

По правде говоря, во-первых, кухонная принцесса отнюдь не поняла, что такое “рачительно”, а во-вторых, не так представляла себе вставание на колено, отчего на момент затерялась в действиях. Судя по всему, кошачьи имеют свой взгляд на то, как преклоняться.

— Отныне, — в любом случае, Кира потянулась сковородкой к левому плечу героини, — благословляю тебя вкушать только полезные и незабываемые кушанья, — потянулась к правому плечу, — а старые отринуть долой как недостойные, — вернула утварь к своей груди. — Готова ли ты встать на сей путь блаженный и опробовать так называемую лазанью?

Карли как никогда раньше обрадовалась, признательно качнула головой и устремилась к обеденному столу, приняв ожидающую позу:

— С нетерпением буду ждать трапезы с Вами. Мне нравится название Вашего блюда, звучит аппетитно. Расскажет ли миссис Кира, что это та… — правда, не дали ей договорить, покуда мягко шлёпнувшаяся сковородка на лицо подсказывала остановиться.

— Глупая. Вообще-то это тебе готовить. Пора и кое-что новое пробовать, не так ли?

Весь шарм в одночасье смыло. Протягивая странный звук между “э” и “а”, Карли зараз приуныла, а на физиономии образовалась вселенская скука заниматься чем-либо подобным:

— Мэээ… Может, доставку закажем?

— А может, ты работу найдёшь? — отрезала Кира. Другая внезапно залилась смехом.

— Ахахаха.

[Кира: Какую-то такую реакцию я и ожидала.]

Уже ставя перед носом той нужные ингредиенты, датчанка готовилась было пояснять что да как, однако была перебита:

— Нет-нет, ну ты конечно и выдала, ахаха, но, боюсь, с этим мне, нам никуда дорога не светит, — Карли постукивала указательным пальцем себе по шее. — Да ладно, не так уж мало у нас денег. Полетим на море тусить, там поймёшь.

— Напомни-ка, какой там счёт был за одну только выпивку? — младшая расставила руки по бокам, прямо намекая на безответственность. — И разве мы не на море уже?

— Ну что такого? — отнекивались ей, а после сделали восторгающуюся улыбку. — Ты так миленько сопела с похмелья, это было бесценно.

Очевидно, комплимент не оценили:

— Числа, Карли, числа.

— Ой, что-то в районе… — задумались чёрненькие уши напротив, — да чёт и не вспомню. А фигня в любом случае. Потом решим чё-нибудь, в случае чего.

[Кира: В случае чего, ага…]

— Ох, не то, чтобы я тебя работу искать заставляла, просто экономить нужно тоже уметь. И вообще, мы отошли от темы. Принцессе больно смотреть, как ты ешь одну и ту же еду ежедневно, так что она поручает тебе опробовать себя в чём-то новом, а для простоты задания…

Вдруг зазвонил мобильник и диалог за мгновение прервался, захватив внимание обеих жительниц дома:

[Кира: Кто это?..]

[Карли: Мм?]

Самое удивительное было в том, что телефон принадлежал Кире, у кого кроме соседки никого в контактах-то и не было - она толику нерасторопно подняла со стола устройство, но стоило поднести оный поближе, как вибрация от звонка прекратилась. Вместо этого в мессенджер пришло сообщение от незнакомца:

«Фелили: Упс, звиняйте, палец соскользнул»

Спам или случайность - ответ пришёл скоро и при этом ничего не объяснял, токмо запутывая происходящее. Этот человек тотчас был опознан, как только, открыв профиль отправителя, была увидена блондинистая девушка на фотографии, на коей та красовалась в купальнике лёжа на пляжу.

[Кира: Что.. откуда у меня её контакт??]

Эта девушка по дивной причине состояла “в друзьях” в соцсети.

«Фелили: Приходи сегодня в 17 часов на старую набережную. Тебе нельзя такое пропустить!!»

С ходу вот такое предложение? Помня ту встречу, опыт задался не из наиприличнейших. Ещё и Карли, видать, отправила все опасения (кто это инопланетянину пишет?) лесом, отчего жаждала какого-либо комментария на сей экстраординарный случай скорее с горящим любопытством в глазах. Кира взглянула на неё… и отправилась в спальню подальше от этого взгляда.

— Э-м… Погоди.

— Ну и ну, у кого-то появились фанаты, да? О, или это тот паренёк, который под ручку вёл! Неужели Кирочка станет взрослее?

— Лазанью готовь! — бросив в сторону кухни, Кира больше не обращала внимания на доносящиеся оттуда звуки, поскольку погрузилась в разгадывание волнующих её вопросов: кто? куда? зачем?

По крайней мере, насчёт первого догадалась резво:

«Так вот, как тебя зовут…»

«Фелили: Агась, приветик, гвоздичка»

«Теперь ясно, под каким именем беда ко мне пришла. Ну и что же меня там ждёт в 17:00?»

«Фелили: Н-е-в-е-р-о-я-т-н-е-й-ш-е-е событие, что развеет все наши обиды и недопонимания»

«Дай мне хоть одну гарантию, что меня там не разденут»

Невероятно, но в реальности она бы пару раз смутилась, прежде чем произносить такое. Интернет-переписка как безопасный полигон, где можно с кем-угодно потягаться.

«Фелили: Хахах. Ну знаешь…»

«Ну да, ну да, ты не из тех, кто на такое способна, я права?»

Пришедший в итоге смайлик поставил точку перед всеми возможными вариантами, помимо одного. Такой простецкий, невинно улыбающийся, и прямо твердящий одно единственное: гарантий точно не будет.

«Фелили: Хах. Жду тебя в этом месте. Не бойся, зеленоглазый цветочек, я не краду пестики без разрешения»

[Кира: Охх…]

Без извращения чего только можно её сегодня не оставляют… Ясно одно, будь на том месте мужик какой, он был бы добавлен в чёрный список в первую же секунду. Женская солидарность в чистом виде, а не сколько-нибудь приглядывание к женскому полу. Хотя кто знает…

[Кира: Идти или не идти, вот в чём вопрос.]

Вопрос насущ и, быть может, решает судьбу всей планеты. Неужто на свидание зовут? Тет-а-тет, ужин в кафе, где каждый строит друг другу глазки? Если так, сливать диалоги Кира умеет профессионально. Ну а ежели нет, то плюс одно знакомство в копилку. К этому ведь стремилась всю жизнь, перестать жить эфемерные дни. Вдобавок, настолько казистого друга ещё не имела, обещало быть, мягко говоря, увлекательно.

Сомнительное предложение радовало своей заманчивостью покинуть пределы дома, а также избежать разного рода затеи от одной особы. Кража там. Выпивка. Или чего ещё… Так что, затем чтоб утвердиться в выборе, рыжая вернулась на кухню узнать о планах на вечер. А там…

— Эй! Это тебе не чипсы!

— Ну да, что такого? — откусывала черноухая сухую пластинку лапши с упаковки, безобидно глядя на негодующие глазки.

…

Выражение “по уши влюбиться” носило у кошачьих ещё более экспрессивный характер по очевидным на то причинам, произнося его, можно было услышать что-то вроде “безответная любовь не знает границ”. Именно поэтому на гранитной набережной, отделённой оградой, стояла низенькая, двадцатидвухлетняя девушка, что любовалась бесконечным изумрудным морем, неотличимо отражающимся в её глубоких глазах. В этот пейзаж невозможно было не влюбиться.

Особенно когда бронзовая статуэтка на изгороди, свесившая лапы, составляла компанию. Это дополняло картину эстетикой. Как и старые парусные галеоны, переоборудованные для туристических целей, как и бьющий прибой в башню морского форта, определённо, насчитывающего не менее полутысячи лет истории. В кои-то веки не зря согласилась прийти на свидание.

На часах 16:59. Ровно через минуту пришло сообщение от Фелилы с её точным местоположением. Пунктуальненько. Всё это время та была в метрах ста на другом краю набережной.

Кире волноваться незачем, это культурный центр города, здесь довольно многолюдно. Независимо от многих вещей, в современном мире этот факт играет на руку безопасности всяким одиноким женщинам, нежели в средневековом, где ни камер, ни полицейских не сыскать. А потому шаг на встречу с малознакомым человеком вряд ли вызывал каких-либо опасений, если бы не…

[— Надо протереть глаза.]

Совершив оное действие да моргнув лишний раз, она застопорилась буквально в пятнадцати шагах от ресторанной зоны со столиками под открытым небом. За одним из них, под играющими роль зонтов деревцами, расположилась блондинистая девица, сверкающая своей собранной копной волос на солнце, когда как напротив неё один русый джентельмен, отличающийся от его собеседницы тем, что одет был весьма официально, не по погоде, а посему пиджак его висел не на собственных плечах. Это был Кратинес.

Такого подвоха приглашённая девушка не ожидала! Ноги каменели, мысли топтались на месте, а глаза убегали - всё, лишь бы не идти туда. Кто его надоумил притащить сюда? Почему это не выглядит как чистая случайность? Связывает ли что Фелили с Кратинесом?

Позабыв, что находится на виду у многих (кроме русого красавца, к счастью или сожалению, он был повёрнут спиной) Кира бросалась от крайности к крайности, её злило и одновременно радовало случившееся фиаско с ним, отчего эта неопределённость ещё сильнее досаждала как заноза в одном месте, ибо натворила делов да понятия не имеет, как выкручиваться, желать желает, а сама не знает, чего хочет. Это как намеренно ставить самому себе палки в колёса, только вот спиц-то нету. Тут проблема в другом…

[— Так, думай, думай!]

На лице, чувствовалось, собирались капельки пота - миссис Камбер поскорее бросилась к питьевому фонтанчику неподалёку, но не для того, чтобы попить, а чтобы смыть весь тот жар с лица, там она окончательно собрала себя в руки, под конец хлопнула по щекам, наметевшись к той парочке. Да в какой раз впала в ступор…

[— Ээ… А где?.. А куда?..]

Мужчина, секунду назад сидевший на том месте, кружащий голову одной девчули одним своим присутствием, исчез. Куда не глянь, что не говори - след его простыл. Не глюки ли это случаем иль что похуже - Кира утверждать не собиралась, набранную в кровь решимость сбрасывать себе дороже, так что преодолела оставшиеся шаги, тем более Фелили уже машет в привете.

— Я думала ты из тех, кто сразу не соглашается, — сказала блондинка, и чуть позже добавила. — Прикольная рубаха, контрастирует.

Голубоватый цвет в самом деле выделялся на фоне всего песчаного и зеленоватого. Только усевшись на стульчике-шезлонге, датчанка сохраняла было нормальное выражение лица, как вдруг скрестила руки под грудью и фыркнула:

— Одалживать на “примерить” не дам.

— Хах. Красота не всегда таится в обнажёнке, просто.. тебе идёт, твой типаж.

По правде говоря, забеспокоило пришедшую кое-какая деталь. Кое-что проясняло суть. На столе стоял полупустой стакан из-под коктейля, а в руке Фелилы ещё один, так что… Сей взгляд заметили и предложили:

— Угоститься не желаешь? Беру тут, бывает, шинйо, каждый день готовят, но, думаю, в такую погоду фот поприятнее будет, с ним и солнце не заботит.

“Фот” это фрукт наподобие абрикоса.

— Хм, полагаю, кто-то не оценил твой выбор, — раз уж мысли были прочитаны, Кира прямо намекнула этим самым взглядом на лишний стакан на столе. — Ну, рассказывай, что за новости.

— Сначала угощение, — подмигнули глазки напротив, вынудив собеседника разве что послушливо выдохнуть.

— Оох, так и быть, давай. Если это способ выкупить прощение - прощаю.

[— Да чего всяких женщин тянет угостить меня чем-то…]

Заказ громко окрикнули работнику заведения, холодный напиток с минуты на минуту доставили. Фелили хитро молчала, сложив ножку на другую, до тех пор, пока рыженькая не соизволила сделать глоток. После чего мило сощурила веки:

— Ураа, на шаг ближе к дружбе! Нравится?

— Дружба или коктейль?

— А ты бы хотела быть купленной за один стаканчик коктейля?

— Меня будто спрашивают, за сколько я готова раздеться.

— Некоторым и ласкового словечка достаточно.

— Если у тебя это дружба, то я даже не знаю.

— А если… — блондинка аккуратно наклонилась в сторону собеседницы, понизила голос, — среди друзей был бы симпатичный, подкачанный паренёк, от которого и на морозе таешь?

Стараясь не подавать виду, что понимает, к чему ведётся разговор, Кира пожала плечами да увела взор в сторону:

— Тогда это и не дружба уже, полагаю.

— Ухух, трогаешь меня скромностью до самых глубин, гвоздичка, — счастливо зарумянилась та, что аж скрестила пальцы рук у левой щеки, — такая невинная мысль.

Девушка с напитком в руке немногим оторопела:

— Что.. что в ней такого?

— Ох, милая кроха бегает за объектом своей любви, но её жестоко игнорируют, ведь таких у него сотни. Но потом появляется Она, кто прольёт свет в их отношениях! — это было настолько наигранно, что любой дурак бы её понял. Кира же, начавшая напрягаться от такого сравнения, казалось, сейчас раскрошит в ладонях свой стакан, и хорошо, что она активно сдерживала себя, а потому ровным тоном уточнила:

— Мы сейчас не об одном и том же человеке, случаем?

Фелили на это попросту довольно сдавила губу, уже как взрослый индивидуум, мыслящий о взрослых вещах, снявший с себя гримасу феечки-волшебницы, и с характерным щёлканьем произнесла первую букву:

— Ка.

— Ка, — повторила собеседница, ведомая к истине.

— Кра-а.

— Кра-а?..

— Крати!

— Кратинес!

Произнёсши это имя одновременно, первая ликуя выкрикнула “Да!”, когда как вторая на миллисекунду застопорилась с коротким “Э”, портя всю эффектную картину. Из-за несоответствия имён в её механизме что-то засбоило, впрочем, это не помешало сидящей напротив Фелили обрадоваться.

— От-откуда ты его знаешь?? — тотчас стали сыпаться вопросы в сторону блондинки. — Это о-он тебе рассказал? То есть, вы знакомы??

— Ну так, тройничок иногда имеем.

— Э? — она вздрогнула головой, подумав, что ей попросту послышалось. — Так это он тебе про меня всё рассказал??

— Не.

— И про на-нашу встречу тоже?? — заикающаяся Кира совсем пропустила предыдущий ответ. Хотя следующий тоже нисколько не поменялся.

— Не.

— Да-да ладно, в-в плане, ты следила за мной или?..

На этом моменте, она, видимо, догадалась прокрутить ещё некоторые варианты в мозгу, разве что все из них ощущались нелогичными. Так или иначе, ответ был отчётлив и короток:

— Не-а.

— Тогда… тогда, как вы сошлись вместе? В плане, я вас видела совсем недавно, прямо перед нашей встречей.

Проникающее своей шаловливой безответственностью личико Фелили так и глазело в бездонную зелень чужих очей, и ухмылялось, и ухмылялось в своих. Её физиономия была сродни с настоящей сочной мамочкой, коих любители дам повзрослее рисуют с огромной грудью, она смотрела словно на несмышлённое дитя, что очень сильно стесняется вещей, которых ему ещё рано знать, но путь проделан уже был большой и потому изо всех сил, перебирая в волнении пальчиками, продолжает спрашивать. Готовая дать совет да наставление, она выслушала до конца и наклонилась поближе, чтобы им поделиться.

— Иногда хватает быть чуточку чуткой, чтобы уловить ту парочку из тысячи слов, и они нарисуют тебе картину целиком, пусть даже ты ничего не видела. Оно поможет проложить нужную тебе тропинку, и, может даже, подобрать ключик к чужим ушам, понимаешь?

— Не совсем, в этом есть какой-то секрет?

— Хех, что ты, нет, — Фелили откинулась обратно на шезлонг, допивая свой коктейль. — Почему бы тебе просто не высказаться ему?

Обычно, когда в такой ситуации звучит похожий вопрос, люди либо ограничены от части информации, либо притворяются. Фелили, на беглый взгляд, догадок не строила и вполне беззаботно поинтересовалась, как если бы действительно не знала, поэтому Кира склонялась скорее к этому и вскоре опустила глаза. Она подуспокоилась, хотя её последующий вдох слышался слегка тоскливо:

— Его такие не интересуют. Наверное, это из-за моего хвоста, точнее, его отсутствия…

— Хм? Странно. Нее, он определённо бы так не подумал, я его знаю. Даже если это и так, он никогда бы не сказал такое вслух.

— Ну, так-то ничего и не говорил про это, просто…

— Просто игнорировал? — внезапно предположили напротив. — Если игнорировал мою гвоздичку, он у меня по шапке получит!

И впрямь нетипичная заинтересованность, она не спрашивала ни почему, ни зачем зеленоглазка хочет познакомиться с тем парнем, к тому же та ещё залилась краской за выговор в его сторону, будто защищает его. Она сама была бы непрочь подружить их, вероятно, это приносило ей удовлетворение, а вероятно, всего-навсего являлась экспериментаторшей, жаждущей узнать, что из этого станется.

— А, не-н-е надо его отчитывать!

— Его? — укольнули заробевшую девчушу уточнением.

— Ни-ни.. никого не надо отчитывать! И, пожалуйста, перестань называть меня этим словом, — пробубнила та под конец.

— Смущает?

Продолжая дуться, датчанка скрестила руки, увела в сторону глаза и заключила:

— Из себя выводит.

[— С чего вообще вдруг сравнивать меня с каким-то растением?]

— Оо-хо-хо, я вижу! — Фелили тут же прикрыла в тихом хохоте ладонью рот, словно какая миледи. — Расслабься, дорогая. Ты боишься щекотки?

[— Ээ?.. Что за вопрос?]

— Мм? — немного озадаченно промычав, Кира в одночасье стала свидетелем, как к её голой голени потянулись женские ручки, мягко обхватили и уложили пяточкой к себе на коленку. Она бы мигом отдёрнула ногу назад, однако сей акт застал её врасплох, вынудив, затаив взгляд молча наблюдать. Или из-за того, что те руки не стремились стянуть с неё шорты, обходясь икрой, или из-за того, что вокруг люди да привлекать ещё больше внимания утопит её в стыде - не ведала. — Ч-что ты делаешь?..

— Лёгкий массаж, — кошечка игриво улыбнулась, подняв взгляд. — Тебе нравится массаж ступней? Я долго училась ему у Крати.

— Странный эффект ты хочешь вызвать во мне…

С другой стороны, будь тут не ходили бы люди, оставив девушек наедине, кто-то бы явно лишился нижнего комплекта одежды и под этим столиком пальцами блондинки разразились бы гораздо наглые игрища…

— Эффект не в способе, а в самом действии.

— Э-э, полагаю, не лучший момент для массажа. Остановись, — едва пискляво прозвенела Кира, стараясь быть как можно незаметной для окружающих. Правда, от возникшей вдруг на секунду дрожи это её не спасло. При том, что никаких особых касаний-то ещё не было.

— Хех, а я и не собираюсь его начинать, — после этих противоречащих ожиданиям фраз блондинистая дама достала фломастер из копны волос, играющий роль заколки, сняла с ноги рыженькой сандалю и начала что-то вычерчивать, так, легонько касаясь, отчего её соседка враз вздрогнула, в по-идиотски вырвавшейся усмешке восклицая, как ей щекотно. Закончив, последней шлёпнули ладошкой по мясистой части голени и отпустили: — Это сделает Крати. Обещаю, ты воспаришь от его рук.

— Эт-то такое приглашение на сеанс, ч-что? — мало сказать, что Кира удивилась. Не в негативном смысле, конечно, но, глядя на исписанную ступню, с её языка все уместные слова повыпрыгивали, растерявшись. — Я-я не пойду!

Фелили её прервала, постаравшись объяснить:

— Не-не-не-не, что за половинчатые меры, так дело не пойдёт. Я думала, ты не бросаешь дела на половине пути.

— Полагаю, что уже давно достигла конца пути… Мне отказали, — рыжая опять недоверчиво фыркнула.

— Что за детские игры, Кира, хех. Разве это отношения? Давай по-честному, ты хочешь повидаться с ним? Не переживай, я всё устрою, — глаза другой блеснули с намёком, в сторону ножек собеседницы.

[— Ээх. Ну. Ох. Как бы. Полагаю. Да, наверное. Вроде.]

Очевидно, мысли Киры не были слышны, зато метающийся взор транслировал их. Перспектива оказаться под чужими, рельефными от занятий руками? Оно в коем-то роде манило. Прямо как в одной из…

[— Угхх, не о том думаешь.]

В конце концов, она что-то неясно промямлила, из чего расслышалось:

— Хочу…

— Ну вот. Соглашайся, гвоздичка.

— Прекрати называть меня так.

— Тогда станешь булочкой, — гордо заявила блондинка на мило ругающиеся очи напротив.

— Гхмф… — а в ответ недовольно надули свои мягенькие щёчки. Такие, какие имеет лоснящаяся сдобная булочка, только что вытащенная из печи.

…

Оставшиеся сутки проведены дома, в неразлучных раздумьях, а также в попытках смыть надпись со ступни, ибо маркер, на удачу, оказался несмываемым обычной водой. Информация, данная им, была простой и суть оной заключалась в выборе: отправиться ли в то место или нет?

— В магазине скидка была, если покупаешь две за раз. Составишь компанию? — точку в вопросе поставила никто иная как Карли, появившаяся дома с бутылками недешевого алкоголя. От сей затеи любезно отказались, тактично удалившись на прогулку. Куда? На север города, к возвышающемуся холму. Ориентиром являлась часовая башня, о которой ей сказали: если подберёшься так, что, чтобы охватить её всю взором, надо поднимать голову до неба, ты, считай, на месте. Оттуда открывался прекрасный вид на морское побережье, усыпанное каменными вкраплениями домиков старинного квартала.

От предложения и способа дать это предложение становилось как-то неуютно; Кира не раз видела персонажей сериалов, аниме и так далее, с самыми неординарными и откровенно глупыми поступками, однако совсем не была готова столкнуться с подобным в реальной жизни. Не “не ожидала”, а именно “не была готова”. В мечтах она бунтарка да пройдоха (как сама считает), а на деле та ещё ванильная девочка, кого надо за ручку водить.

— Добро пожаловать! Вы за заказом или сделать его? — с наработанной вежливой улыбкой приветствовал один владелец пекарни посетительницу, пока наконец не понял, кто перед ним. При этом улыбку не утерял. Это было выражение лица, пропитанное недопониманием и возникающими в сию секунду вопросами то ли по типу “как эта коротышка добралась сюда?”, то ли по типу “прогнать сразу или подождать реакции?”.

— Йа-а, да я… Ой, а вы тут, какая неожиданность, — выражали неподдельное удивление изумрудные глазки, сверкающие по обратную сторону. Нехватка опыта в отношениях явно проявлялась прямо здесь и сейчас… Стоит ли говорить, что фраза была первой вырвавшейся мыслью, лишь бы оправдать своё появление тут? Мозг отвечал на это так:

[— Пустынные кошки писают стоя. Пустынные кошки писают стоя.]

— Ой, простите, кажется, мы закрываемся, — Кратинес сохранял невозмутимую вежливость, закопошившись. — Сегодня праздник, нерабочий день.

Как всегда, в такой момент, что-то да пойдёт не так, сегодня - не на руку этому красавчику. На горизонте замаячила одна добродушная, прямо извергающая счастьем женщина:

— Нет-нет-нет, мы всегда открыты, — прибежала, и зажала посетительницу в крабьи объятия, — особенно в выходные! А для тебя каждый день.

— Эа, при-вет, — едва не задыхаясь в клешнях четвёртого (а может и целого пятого) размера, акнула Кира.

Какао стыло на столе. Солнце ютилось в зените, опаляя пески. Физиономия парня за стойкой крошилась в прах. Взгляд одной блондинки испепелял адовыми лучами его, почти слышно проговаривая:

— Готовься издавать звук хрустящей корочки, если…

Намёк моментально дошёл до ушей, Кратинес сдался под этим напором и поднял руки:

— Ладно, ладно, я всё понял. Это просто была шутка. Ахаха.

— Вооот, другое дело, — гордо протянуло хвостатое существо и поволокло полутораметровую девицу вглубь заведения. — Пойдём, я тебе всё продемонстрирую, чувствуй себя как дома!

Кире и буквы вставить не дали, одномоментно же провели за ручку по всевозможным местам как нового члена семьи. Ничего плохого в том, чтобы кому-то понравится, нет, однако это радостное личико словно бы уже давно спланировало, чем будут заниматься, куда пойдут, чем угостят, кого и во что приоденут. Добро пожаловать в коллектив!

— Это, считай, крошечная кофейня. Личная крошечная кофейня. Тебе и платить не надо, наш друг очень будет рад угостить кого-нибудь…

— Меня разоряют… — тихо вздохнули издалека.

— …Вот а тут мы проводим наши деньки, если ночь не спится, — рассказывала она о гостином зале. — А тут задротим вместе, если ночь не спится, — указывала на большой монитор с игровой приставкой. — А тут на плавающих чудищ глазею, если ночь не спится, — указывала на аквариум. — Вон там наша студия и караоке! А тут на свежем воздухе смузи потягиваю, — указывала на уютненький балкон на втором этаже.

[— Если ночь не спится, да.]

— А тут комната удовольствий для массажа, — указывала на ничем непримечательную спальню. — Ооо, а тут комната удовольствий побольше, — указывала на ещё одну, — для тройничка в самый раз, если ночь не спится.

[— Э? Шутит же, да?]

— Кровать, правда, кажется, маленькая иногда, хотя вон ремешки над ней для новых поз, но чёт так и не доделали их, не протестировали, — как видно, на вздрогнувшую девицу даже внимания не обратили, продолжая добавлять гротескные уточнения.

— Я полагала найти знакомых, а не секс-партнёра, если что, — недоверчивой робостью пробубнила молодая мисс Камбер, избегая заглядывания в комнатку, поскольку, походу, там впрямь кое-что было. Или оно лишь дьявольски промелькнуло в зрачках, наталкивая на те мысли.

Кира после этих жалоб получила “удар холи” по макушке, то есть ребром ладони от Фелилы. Ради лучшей работы мозга.

— Ай.

— Мы ещё не закончили.

Вид девчуши оживился, так что её в следующую же секунду повели далее. С одной стороны, насильно, с другой стороны, она и не сопротивлялась, вникая всему, что ей льют в уши обольстительные, видно, взрослые губы, окрашенные помадой. Несуразная пошлость лилась с них какая-то.

Человек, раздевший её при первейшей же встрече, и ещё второй, с 99% вероятностью имеющий набор БДСМ ремней в спальне. Что дальше? Игра в “два стула”? А это просто-навсего первый поход в гости.

Экскурсия каждый раз разбавлялась новыми местами этого небольшого снаружи, но просторного внутри дома, каждый раз оно объявлялось фразой “а тут”, и иногда заканчивалось фразой про ночь, пока наконец не был совершён круг, вернувший их на первый этаж, в саму пекарню. Прошло не более пяти минут.

— А тууут! Чуешь, чуешь этот запах!? Вдохни-и-и, — воспрявши грудью да с прикрытыми веками, она замахала ладонями, подгоняя воздух к ноздрям. — Ммм, обожаю этот запах булочек по утру, — и приложила эти ладони к едва-едва пухленьким щёчкам датчанки, не отказывая себе в наслаждении булочками иного формата. Кое-что прелестное таки оставалось витать вокруг обеих. Совершенный, жаркий аромат свежеиспечённого хлеба не иначе как зародил в воображении вкусные образы, которые так и хотелось потрогать ручками, вкусить, как вместе с ними в пространство ворвались и звуки - звуки чихнувшей Фелили, которой словно горло копьём пронзили, ибо чих выдался отнюдь не женственным.

[— Прям как моя овчарка.]

— У тебя слезинки на глазах.

— Ой, кажется, крошка в глаза попала, — самое безобиднейшее замечание распалило блондинку в милоте. Но вытирать та не торопилась. — А, дак это ты, наверное.

В конце ей не хватало бы ещё добавить “Ваааа!” и тогда сходство с тем, как рыжеволосая девушка смотрит на настоящих кошечек было бы один в один.

Они возвратились в зал.

— Надеюсь, всё понятно.

— То, что я поняла, так это то, что ты не спишь целыми сутками, эхех.

Кира робко засмеялась да невольно почесала за затылком.

— А ты… ты здесь живёшь?

— Нет, — заявила Фелили. Важно.

— Да, — вздохнул Кратинес. Обезнадёживающе.

[— Понятно, ахах. Кого-то эксплуатируют.]

Недавно бы спрашивала себя, кто они и кем друг другу являются, но, похоже, всё проще некуда, и первые догадки оправдывали себя. Не в духе Киры было бы напрямую спрашивать об отношениях, а тут одни аж лица показывают, что эти двое точно себе не парочка. Неприязнь и колкости в одном взгляде - очевидно, лучшие друзья.

Покамест те погрузились в перекидывание разных словесных эпитетов по оба фронта, Кира заняла себя рассматриванием интерьера самостоятельно. Хозяин этого дома, было видать, чуткий к украшениям, либо коллекционированием вещей в своей лачуге. Чего стоил один лишь сервиз на всеобщем обозрении в гостинной: целая армия столовых приборов, будь то кружка, пиала или кофейник, каждое из них стояло как паучок на фарфоровых пальчиках, человеческих фарфоровых пальчиках. Армия кухонных тварей вела наступление.

— Так-так, ну всё, хватит искать скелетов в моих шкафах, я нам ещё какао налил, — прекратить это незапланированное шарашиние по комнатам было правильным решением со стороны Кратинеса, так и до потаённых мест доберутся, куда чужому глазу желательно не заглядывать. Он увёл обеих дам за плечи, усадил их за столик в зале, сам сел напротив мисс Камбер. — Что же, расскажешь, чего ждать от тебя? Я заинтересован.

— А, кхм, — та ненадолго задумалась, сама вспоминая, с какой целью сюда притащилась, — полагаю, хотела бы понять, ну, это…

[— Заинтересован?]

— …Ты же вроде заявил, что тебя такие не интересуют. По правде говоря… — следом дополнила, продолжив в мыслях.

[— …меня попросту твоя подружка приволокла.]

Было заметно, как она собирает слова в голове, дабы не звучать по-идиотски. Однако, вслух повторить ей это, более уверенно, не дал русоволосый парень, мелькнувший взглядом на яркую особу сбоку:

— Я боюсь эту даму. Меня заставили. Насильно.

— Угрозы оторвать хвост не считаются! — мгновенно включилась та в диалог. Да не просто включилась - она орала, как если бы собиралась смести все мысли оппонента!

— Мой бизнес канул бы в лету.

— Печь и без рук можно!

— Даже обмозговать не дали.

— Да ладно тебе, сотрясение быстро проходит.

Кира молча отпила из кружки, Фелили не сдавалась, когда как Кратинес сохранял непоколебимое, добрейшее выражение лица. В конце концов, он спокойно подошёл к подруге сзади… да выбросил как котёнка на улицу, не забыв закрыться на замок.

В помещении стало гораздо тише.

— Какое позитивное у неё мышление.

— Эээй, ну Кратииии! — глухо доносились мольбы белобрысого котёнка, тщетно шкрябывающего стеклянную дверь. — Всё-всё, хорошоо. Ну я больше так не буду! Путииииии! У меня какао не допито.

— Обожаю людей, кто ценит тишину. Позволяет сконцентрироваться на своих вещах.

— Ну да-а, хех, — не смела не соглашаться Кира, что, к слову, старалась не глядеть в сторону двери, — ты говоришь так же, как…

[— Как Эндри.]

— …один мой знакомый.

Коли Кратинес и выражался таким образом, он скорее стебался над Фелилой, нежели говорил правду. Сложно было бы не заметить, да и Киру оно забавляло. Без того чуда беседа с меньшей вероятностью свернёт во что-то развращённое.

— И пожалуй, тебе недостаёт ещё одного, такого же знакомого, я правильно понимаю?

— Ну как бы, наверное… — разговор перешёл к делу. Девушка начала неуверенно мять пальцы, после чего резко вспомнила об одной вещи в сумочке, которую держала на коленках, — а давай у меня к тебе деловое предложение: ты получаешь эту уточку, а я дружбу!

Не зря прикупила эту плюшевую игрушку, как раз для случая, если ей придётся объясняться, для чего притопала сюда. Перед приходом, на самом деле, она долго ломала голову над сим вопросом, вспоминала не совсем уместные шутки из глубин интернета и просто рассматривала адекватные пути отступления, правда, как обычно, все варианты откидывались, пока в череде спонтанных домыслов, проходя мимо витрины, не наткнулась на белую птицу, сильно напоминающую утку, где тут же её приобрела. Недорогая; да и толстая попа только добавляла смехотворности её формам.

— Просто, я тут не местная, всё такое, — притихнув, добавила Кира на всякий случай, а то могут чего не то удумать.

— Интересно у тебя выбор пал. Ну, чтоб ты знала, я ведь люблю поприставать к девушкам.

Кратинес невинно улыбнулся своим словам. Кира же начала что-то бубнить под нос:

— Как-то совсем не похоже, если честно.

[— Только игнорировал меня.]

Разумеется, мохнатые уши всё прекрасно слышали.

— Хочешь, чтобы к тебе и дальше приставал?

— Ан, не то, чтобы я что-то такое имела в виду. Я, ну, — смутившиеся очи на момент стрельнули в сторону парня: тот выглядел настолько обыденно в своей манере речи, что сентиментализм собеседницы сам по себе сочился наружу, выводя её на простодушный тон. Это всего-навсего шутка. Кира понурилась да с горечью выдохнула: — Я, если честно, никогда самостоятельно не знакомилась, с кем-то вроде… тебя. Да и с остальными также, полагаю. Поэтому… — черпала она зрачками подходящие фразы из кружки, — туплю что-то, как знакомиться, и что говорить.

Честно. Это было просто честно, и, вероятнее всего, правильно.

— Хм, как бы тебе сказать… За мной ещё не бегал мальчик в девичьем обличьи, — выдал тот вдруг. Кое-кто тотчас был готов надуться.

— Э? Ну так, в смысле, я, как бы, не, ну может, правда выгляжу как пацан, иногда; это, видимо, всё из-за моих волос, но мне вообще-то такие нра-авятся; а ещё меня, бывает, спрашивают в магазине, сколько мне лет, хотя я ничего такого не покупаю, и не то, чтобы мне хотелось или ещё что-то, но-о это ещё не означает, что-о я несовершеннолетняя.

Оправдания? Растерянность? Злоба? Эксперимент: сможет ли ладонь сжать кружку до размеров атома? Не важно, этот поток слов был перебит:

— Хех, всё хорошо, я только хотел сказать, раз уж ты тут, ты не сдавалась. Я уважаю упорство.

— Ну.. ты же понимаешь, что я не парень?.. — вопрос звучал так же несмело, как если бы ответ не был очевиден. Достаточно посмотреть чуть ниже плеч и увидеть несвойственные мужскому полу нюансы, пусть они и невелики. — А то что-то как-то дебильно всё это…

— Понимаю. Фелили бы точно не защищала так рьяно парней. Вот тебе и аргумент.

Кира было расслабилась услышанному, в то время как Кратинес продолжил тему разговора:

— Хорошо, давай тогда это чуточку разнообразим. Сыграешь в игру, интересно увидеть тебя с иной стороны.

— Мм?

— Так сказать, подыграть, чтобы знакомство выглядело естественнее.

— Ну, я зашла в случайную кофейню и случайно заболталась с её владельцем, разве может быть естественнее?

— Если бы перед этим ему не угрожали распилить на части…

— Тогда я продолжу пить бесплатный какао, полагаю.

Похоже, рыжая тоже решила постебаться над кое-кем, хитро осклабилась… Поскольку вскоре за спиной кое-кого завиделся один светленький силуэт, что страждуще поинтересовался у парочки:

— О чём вы тут воркуете?

— Пффффр! Ты как в дом пробралась, ведьма???

Этого не ожидал никто, этого не было в новостных газетах и об этом никто не предупреждал! Весь шок и трепет непредвиденного кошмара выпрыснулся в виде шоколадных капель из уст Кратинеса. Троица замерла в тишине. Смотря на гостью, Фелили покачала головой:

— Ну вот, теперь её мыть.

— …Я сама!

Вот так окончательно и познакомились Кира с Крати: обмазав лицо ни в чём не повинной “клиентки” бесплатным какао.

…

— У меня есть один друг, и я обещал его сегодня поддержать в работе. Отнеси, прошу, это ему - там еда на перекус, ничего необычного - он немного непоседливый, с ним не всегда бывает легко найти общий язык, но в целом он добрый. Ты же сумеешь с ним поладить, да? Ха, не бойся, от тебя ничего сложного не требуется, просто отдай ему, сейчас он в университете, скажи, что от меня, а я… Представим так: у меня горят все сроки, из-за того, что всюду не успеваю, второпях аж свалился, а помочь никто не желает. Спот-кнул-ся об кое-кого. Хорошо? А, ну да, там его любимая еда, так что если чего-то там не окажется, ты заранее проиграла.

Тот же день. Солнце всё ещё высоко, а путешествие Киры привело её в одну из частей Нартельон-де-Собы неподалёку от центра. Как в старые-давние, она которую минуту глазела на одно из зданий университетских корпусов - только в этот раз не с мыслями “а не пропустить ли ей пару”. Игра началась.

[— Понять не могу только, в чём его роль состоит. В чём его участие? Ай да ладно, ничего ужасного не случится. Если что у меня есть щит, если он снова продинамить меня надумает, ехехех.]

Не согласиться на эту игру ровно как публично заявить, что знакомство отменяется. То же самое, как вспоминать прошлое - может загнать в угол, давя неоттягчающей рефлексией, почему пять лет назад не ответила по-другому на шутку про медведя в лесу; а может навести на более правильные соображения, черпая поучение из опыта. В своё время она находила-таки поддержку в других людях, в самые критические моменты, и защитный механизм так или иначе говорил принять их как друзей, разговоры с посторонними людьми не вызывали сильного замешательства, но после смерти Нулгу она обратно замкнулась в себе. Посему Кира решительно ступила в холл университета, потому что в противном случае не научится доверять, доверять себе, что в общении нет ничего страшного.

[— Как в первый день первого курса гуляю, ищу нужную аудиторию. Помнится мне, потом свысока смотрела на таких же цыплят-первогодок, приятным чувством било это знание, ехх. Так, полагаю, нам сюда, надеюсь, никого не волнует, что я тут в головном уборе шастаю.]

— Аленес держит 30000 Вольт на своём теле, всего одно касание проводит через них невидимое чудо, они держатся за руки и, видно, очень любят друг друга, они верят, что статический заряд объединяет сердца! — Кира приоткрыла дверцу, за которой показался кабинет электродинамики: в нём дивным образом, на партах расположилось не менее пятнадцати ребят, соприкасающихся вместе кулачками специфической змейкой, вокруг которых ходил преподаватель словно комментатор на футбольном матче. — Калрес собирается дать пять, он сможет! Поднатягивает! Собирается с силами! Ещё немного и он сделает всех счастливыми! — один на конце держался за металлический шар, когда как другие ожидали последнего человека, что под возгласами многих набирался уверенности. На счёт раз-два-три тот потянулся кулаком к крайнему. Цепь замкнулась, прозвучал треск и всех шандарахнуло током, ликующая боль юных экспериментаторов раздалась в помещении.

Походу, это не та аудитория.

Кира шибко сообразила, что промахнулась на одну дверь вперёд, так что направилась скорее в нужное помещение. Оно было гораздо просторнее, а также люднее, несколько уровней трибун, как в кинотеатре, создавали впечатление, что здесь проходят важнейшие лекции и семинары, а акустика такова, что оратора услышишь с любой точки зала. Но в данный момент таилась тишина, за исключением мелких перешёптываний студентов, лектор отсутствовал.

[— Не началось ещё, ясно.]

Ничего страшного в том, что она пришла сюда, не будучи официально учеником. Многие слушания публичны, поэтому посетить их может любой желающий. Само по себе образование бесплатное, а вот сдача экзамена для диплома - заставляет раскошелиться.

Всё здесь знакомо, и по антуражу, и некой образовательной атмосфере сего места, и по снующим взглядам вокруг. Былая студентка Копенгагенского университета даже узнавала себя в одной девчуше, сидевшей отдалённо ото всех, тихой и безобидной. Впрочем, стоять у входа, выбирая себе подходящее место, не позволила пара любопытных глаз, столкнувшихся с вошедшей бесхвостой - та почувствовала себя неуютно, так что без долгих раздумий заняла безлюдное местечко у самого верха. Не хотелось притягивать своей персоной внимание, да и отсюда наблюдательный пункт выдастся неплохим. Кратинес не поведал, кто именно искомый человек, но поведал, что она обязательно узнает его среди остальных, а в подсказку дал: русый хвост, задёрнутый нос. Только вот куда да сколько не гляди, русых тут пруд пруди!.. Игра в прятки какая-то.

[— Нифига не пойму, у нас на Земле чем южнее, тем темнее цвет волос, а у них словно всё перепутали. Приезжие что ли? Ну и кто же из них тот?]

Ещё несколько минут она просидела, глядя на клюющих носом студентов, вглядывалась в их лица да, как только кто-то замечал её, так сразу делала вид, что смотрела в другую сторону. Пока в аудиторию наконец-то не заявился сам лектор, в важном учёном халате нараспашку, и не прошёлся до своего столика, он гордо ухмыльнулся своим слушателям. Вернее сказать, ухмылка вышла довольно серьёзной, как если бы готов был опровергнуть любой аргумент оппонента.

[— И этот русый хвост имеет. Нет, я не против русых хвостов.. да, как бы, хвостов, в принципе, тоже, я только за, но, просто… ох.]

Да вот лектор на удивление оказался тем самым комментатором из предыдущего кабинета, голова да хвост его были пушисты как у одуванчика, наскоком не понять почему, но такое бывает в одном случае: его волосы точно держат при себе пару тысяч Вольт. Судя по всему, минувший эксперимент со статическим электричеством оказался не последним…

— Начнём сразу о непосредственном, — экран на стене озарился светом. Нет, это не научная презентация, на нём с чего-то вдруг показано фото одного подростка четырнадцати лет, стоящего в позе орла на гараже. — Вот это я в молодости. Ну, чтобы представляли, какой я, с кем имеете дело.

Да уж, кто-то про себя захохотал, кто-то позакрывал лица, а кому-то нормально - ведущему-то подавно, он продолжил своё вступление о великой и таинственной науке. Кире просто оставалось его слушать.

Поля микромира и их флуктуации, расширение стандартной модели, квантовая электродинамика и сущность электрона, парадоксы оного. Эти термины на радость многим не содержали каких-либо формул, поскольку-постольку носили осведомительный характер. Переходя с темы на тему, зачастую начинал он издалека, но рассказывал так, чтобы до любых ушей дошло, иногда характерно эмоционально, иногда безумно сдержанно, да так, как если бы превращал это всё в интересную сказку.

— Всем ведь давно известно, что вселенная расширяется. Но давайте на секунду подумаем по-другому. Допустим, вселенная, наоборот, не расширялась, а схлопывалась. Вот, все звёзды и галактики движутся на нас, в какую-то неведомую точку. Сколько теорий бы было придумано! “Почему так? Откуда взялось всё это? Нас всех ждёт один фатальный конец, мы все умрём. О Боже!”. Поверьте, мы всё равно все сдохнем раньше времени. В одной из вселенных это действительно может таковым являться. А мы даже и не знаем, как досконально устроена собственная. Просто заменить плюс на минус в уравнениях, то есть, если отмотать время вспять, неожиданно, не гарантирует нам, что мы получим схожие результаты. Какое количество раз мы бы не схлопывали вселенную, с каждым очередным расширением выходят разные конфигурации.

— Мистер Тоттоо, не кажется ли, что это просто спекуляции на тему многомировой интерпретации? — задал кто-то из зала вопрос.

— А-ка-ка-ка-ка, — это был такой смех выступающего, — учёные всегда живут в незнании, разные домыслы, догадки и двигают наш прогресс, заставляя находить им решение. Да, эту интерпретацию вряд ли кто вам раскроет в полной истинности, её невозможно ни доказать, ни опровергнуть. Однако, много десятилетий мы бьёмся над вопросом, куда, чёрт побери, деваются другие вероятности в наших наблюдениях. Вероятности. Я говорю о них. Как много может сделать элементарная частица? Образовать атом? Мало. Предопределить судьбу целой вселенной? Колоссально. Невообразимо много. Именно этим она и занималась в первые мгновения появления вселенной: слабые флуктуации, колебания в пространстве как появляющиеся пустоты внутри хлеба - они изменили облик всего. Пространство не однородный сырный пирог, это много раз говорилось и всё равно задаются вопросы. Забудьте об этом. В нём постоянно взаимодействуют между собой частицы, глюоны, кварки, бозоны, благодаря им мы существуем. Вопрос лишь: с какой вероятностью? Какая вероятность, что электрон провзаимодействует с другим электроном вот так, так или так? Какого чёрта эксперименты с квантовым ластиком показывают ровно противоположные спины двух электронов так, как будто бы они знали друг о друге заранее? Откуда вот они узнали, что мы поставили детекторы под одинаковым углом, что другой электрон пронаблюдается с таким-то вот спином? Они не могут общаться между собой. Так какая зараза сообщает ему? В самом электроне этой информации банально некуда поместиться, что наводит на неизбежный вывод: мы не вольны в своём выборе. Люди возопят “Парадокс! Плохо!”, все тут же расстроятся и побегут его решать. А-ка-ка-ка. Ответ “нет”. Так к чему это я? Сейчас обсудим.

— То есть хотите сообщить, что во вселенной всё давно уже предопределено? На лицо явное нарушение причинности, в этом случае невозможны такие понятия как “свобода выбора”.

— Тогда я бы спросил вас, что такое “свобода” и что такое “выбор”. Предположение, что квантовая механика даёт возможность посылать сигналы в прошлое, несомненно, подливает масла в огонь, создавая ауру загадочности. Информация не может быть передана в прошлое и то факт. Именно многомировая интерпретация даёт хорошее объяснение, представляя результат как волну вероятности, нет какой-либо надобности в обратной причинности для объяснения квантового ластика, поэтому перемещения в прошлое невозможны, а временной парадокс решаем.

— Прошу заметить, мистер Тоттоо. Удобно использовать множество вселенных как ответ, куда деваются другие вероятности, но, может, мы просто чего-то не знаем.

— Мы чего-то не знаем, абсолютно согласен.

— Имею в виду, может ли в самом деле частица “общаться” с другой на расстоянии, передавать информацию быстрее скорости света, как это выяснилось некогда с Дей-бозонами? Возможно, существуют некие скрытые параметры в электроне, о которых мы не догадываемся, либо сам он состоит из чего-нибудь ещё?

— Неплохое предположение, однако, насколько известно, электрон по определению неделим, все математические модели твердят об этом. То есть он не может состоять из ещё более простых элементов, и эта база до кучи раз была проверена; иначе это свойство элементарности попросту бы не носило никакого смысла. Для некоторых здесь сидящих это может казаться не таким очевидным, но… Да, мы правда привыкли полагать, что вещи состоят из чего-либо простейшего, что если вдарить по чему-либо хорошенько, то оно расколется на составные части. Так было с атомом, так было с ядром атома, и вот, заглядывая глубже, мы пытаемся расколоть протон в ядре в попытках достать оттуда кварки, как природа в этом месте поступает хитрым образом и велит нам постучать себе по башке. Протон не элементарен, мы видим в нём гораздо более мелкие частицы - кварки. А теперь внимание. Их нельзя оттуда вынуть, и точка. Это будет сейчас непросто понять, тем не менее попытайтесь сформулировать образ в голове. Вы лезите в погреб за старым дикдико внутри запертого сундучка - сколько бы не пытались ковырять его, с какой стороны бы не подошли, там и тут, а отворить его вы не в состоянии. Но вы знаете, вы на сто процентов уверены, что дикдико там. И всё равно ничего не выходит. Так и здесь. Ну вот не вытащишь оттуда кварки. Точка. Но они там есть. И в случае с протоном мы ещё можем говорить, долго размусоливать на тему, что он таит в себе какие-либо скрытые параметры - когда как с электроном, как на него не посмотри, он со всех сторон одинаков.

Лекция проходила очень плавно, полчаса в таком темпе протекали незаметно. Выступающий выступал, интересующиеся поднимали руки, страницы презентации сменялись. Выражений он не чурался, разъясняться так, как ему пожелается, не боялся, хотя если бы вырвалось матерное слово в стенах этого заведения, бесспорно бы выглядел претенциозно.

Киру немного-немало заинтересовало всё выступление, поскольку проводила прямые параллели со своим прошлым. Главной задачей преподавателя, в первую очередь, являлось завлечь студента знаниями, тогда как, пожалуй, этому давалось оное на ура, один его тембр голоса был покладист уху. Единственное, с чем приходилось мириться или напрягать мозги, так это тотальное непонимание многих вещей, о чём говорилось там, ниже, у трибун; и не потому что не укладывались в черепной коробке научные основы, а потому что перевод большинства слов, терминов приходилось додумывать самому, основываясь на контексте, практический опыт такой, что оные не особо-то и уживались в быту, а большинство вовсе никогда не употребляются.

— Можно ли представить частицы окружающего вещества в виде массива чисел?

— Если упрощать, то вправду, любые элементарные частицы можно описать как некие числовые параметры, существующие в пространстве. Звучит величаво: “Наш мир состоит из чисел!”!

Обычно вопросы поступали от одного молодого мужчины по центру, его спесивая рожица была частым объектом внимания. Уверенная, амбициозная. Он словно искал, как бы подловить учёного на неверных фактах, и, похоже, ему нравилась эта противоборствующая дискуссия; а ещё - идеально подходил под описание Кратинеса.

[— Парень с русым хвостом, поднятым носом и горделивым взглядом. Какова вероятность, что это он?]

Земная девушка почти с самого начала положила на него глаз, гадала: тот или не тот; оглядывала также других; пристальный наблюдатель наверняка предположил бы, что кое-кто влюбился в чужую макушку. Впрочем, заднее место на то и заднее место, куда мало кто оборачивается, где бездельники-студенты имеют право бестревожно вздремнуть под любимый ими подкаст об устройстве мира. Кира так углубилась в рассуждения, каким же образом пересечётся с тем русым отдать еду, что с огромной задержкой догнала, как в неё тычет листочком сосед с передней парты, а от преподавателя исходит просьба убрать все мобильные устройства.

— Эй, готовься, пока минута есть. Ну, если планируешь сюда, это…

“Аккредитационный тест”.

[— Чегоооо??]

Неожиданная ноша свалилась на её плечи! В аудитории перестаёт копошиться народ, заканчивая передавать экзаменационные листы, все недолго перешёптываются и воцаряется тишина. Кира на автомате забрала свой лист, растерявшись в резко изменившейся обстановке. Почему об этом никто не предупредил?? Почему именно сейчас?? Её оставили следовать тому, что делают другие, а конкретно: взять доступный карандашик да уткнуться в задачки на бумаге, лишь бы не выдать своё паникёрство.

[— Аээ-а! Что делать?? Когда я пропустила начало экзамена?? Так, сиди смирно, не ищи пути отступления, ты пришла сюда на лекцию, а то подумают чего ещё. И все посмотрят на меня! Не поднимай головы. Что тут у нас?]

— Ой, извините, прошу прощения! Я вовремя? Можно войти?? — вдруг в двери вбежал юноша в деловом костюме, едва пролетел через весь зал, как врезался взглядом в преподавателя, удобно устроившегося в кресле… а также в его фотографию детства на экране. Закинувши ноги на столик, Тоттоо покачал указательным пальцем.

— Ц-ц-ц, время.

— Я опоздал. На минуту! Дадите сдать??

— Нее, это так не работает.

Юноша навострил светленькие ушки, выражая недопонимание.

— Вот ты идёшь по улице и перед тобой появляются два амбала, офигеть как неожиданно прям. Вот и экзамен так же, он должен быть такой же неожиданный, а так ты уже будешь в курсе. Хотя я вижу, ты пришёл сюда ради чего-то, ради того, чтобы притронуться к недосягаемому, и я вижу в каждом из вас, — обвёл он взором аудиторию, — что не просто так, и прежде чем сказать тебе, к чему ты должен был подготовиться, мне бы хотелось припомнить случай из собственной жизни. Когда я сам являлся студентом, моему сердцу не давала покоя одна дама сердца, нравилась она и моему приятелю. Она отдала предпочтение ему, а я остался с носом. А вот тот молодой юноша, мой приятель - повеселился, да так здорово, что аж весь дом слышал. Итак, тема следующей лекции - “Теория Сарло-Фезели и гравитация”.

— Ам, ясно… извините, а к чему та история?

— Физикам не дают, вот к чему. Приходи к следующему тесту.

Зенки юноши застыли в неловком смятении. По залу, казалось, послышался треск нескольких карандашей.

Тем временем Кира, не замечая ничего вокруг, облизывала глазами задачки вдоль и поперёк, рушилась в поисках понимания, что ей подсунули. Ибо физик-теоретик Копенгагенского университета выглядел так, словно три года обучения там прошли даром. Ещё не время сдаваться.

[— Что это? Откуда эти формулы?? Это из ОТО? Вроде бы да. А вроде бы нет. Что это за символы, почему я ничего не понимаю, аааа!? Это такое деление или что, где здесь знаменатель?]

Прошло несколько минут. Долго тыкая грифелем по одному месту, девушка таки пошла на смелый шаг, сделав первую чёрточку карандашом. Ноги как в нервном тике долго ёрзали под столом, близился час завершения теста. Она сдалась, бросив попытки решить…

Народ тихо стал покидать места, воздух в аудитории легчал, как и душевное состояние слушательницы Камбер, забывшей, зачем здесь находится.

Между рядами ходил мистер Тоттоо и собирал оставленные листы, неспешно поднимался по рядам и бормотал про себя, читая ответы студентов. Когда добрался до самого верха, остановился перед девушкой в бандане, упорно продолжающей шкрябать карандашом на полях ответов. Точнее, чертить скетчи местных обитателей планеты… Вместо того, чтобы забирать бланк, он недолго понаблюдал да снисходительно прокомментировал:

— Ну, за творческий подход у нас тоже начисляют баллы.

— А?!.. — вздрогнула Кира, вспомнив, что занимается не тем, чем должна, как мигом прикрыла рисунки собой. — Нет, это не… В общем, — тем не менее, проиграв под напором очевидного, приняла судьбу такой, какая та есть, и честно отдала лист, — вот, я ничего не написала…

[— Стоп, зачем я ему отдала?!!..]

— Хм. Правда, уши бы чуть к вискам, так анатомически вернее. Ах, не нарекаю, — сказал преподаватель, а после опять как-то странно засмеялся, едва различимо, прикрывшись растопыренной ладонью да отвернувшись лицом. Прямо-таки образ злобного гения, не могло не обескураживать. — А-ка-ка-ка, кажется, среди юных учеников пополнение. Сколько же она вытерпит, грызя гранит науки? Ну ничего, ничего.

Юная мисс вздохнула:

— Да не, я не обижаюсь, просто… я только учусь рисовать.

[— Блин, там реально с ними напортачила. Ну почему мне никто не даёт их получше разглядеть???]

Последнее прозвучало в её уме на грани отчаяния.

— Как тебе выступление? Заинтересовало? — мистер Тоттоо отложил бумаги и привалился бедрами к столу, пустив руки в карманы.

— Да, довольно.. кое-что припомнила себе, вроде как. Хотя, честно, местами было трудно переварить. Кто что-то да спрашивал, а я, как бы… Тот парень, похоже, неплохо разбирался в теме, не пришли бы в голову такие вопросы.

— А, так это мой бывший коллега, — голос его ярко взбодрился, — приходит каждый раз да приходит, лишь бы поспорить. Он больше философ, чем физик. А вот я!.. хах, — большой палец тут же гордо указал на его лицо.

[— Не видно, что он его долюбливает.]

— Не переживай, он любит всё усложнять, вот и нагоняет тучи. Если чего-то сразу не понимаешь, это не значит, что у тебя нету к этому предрасположенности. Я бы сказал, очень сильно зависит от интереса познать что-то новое. Обычно я спрашиваю своих учеников: вот если вас, как учёных, отправить на необитаемый остров, где о вас никто никогда не узнает, никто никогда не услышит о ваших открытиях, какими бы великими те не были, захотите ли впредь заниматься наукой?

— Да как-то.. не уверена, что хватило бы сил на такое, — недолго спустя ответила датчанка. — Не потому что не люблю этим заниматься - физикой, в смысле - довольно небезынтересная штука. Не хватало бы стимула, полагаю. А так я люблю всякие научные штуки.

Мистер Тоттоо не стал оставлять изрисованный тест в общей стопке, потому, отодвинув, возвратил.

— Планируешь сюда поступать? Первый курс? Знаю, экзамен не из лёгких, но у нас любят нагнетать атмосферу, так что сверхъестественного от поступающих не ожидаем.

— Я так-то уже окончила, по правде говоря, — та увела взор куда-то, словно засмущалась признаваться. — Т-тоже, физику, сдавала.

[— Ну как окончила… На последнем курсе меня Эндри вынул из мира, болван. Теперь даже дипломной работой не похвастаюсь.]

— А, оу, — брови мужчины поднялись в мимолётном удивлении, а затем он вновь отвернулся с помрачневшой ухмылкой. — А-ка-ка-ка, так значит она пришла послушать мою замечательную лекцию? Послушать о квантовых делах ей не помешает, она может оказаться неплохим подспорьем для моей работы, хорошо, хорошо.

Расслышать, что тот себе лопочет, не представлялось возможным, в особенности не на родном языке. Ну лопочет и лопочет, Кира за язык не тянет; когда её о чём-то спрашивают, легче поддерживать диалог, чем искать темы для разговора самой, тем более не желая выглядеть выпытывающей особой. Между тем вытянула повыше шею, дабы осмотреть зал, было вполне очевидно, что русый паренёк давно как спровадился, всего осталось два человека - и всё равно это сделала; горечи не было, она, судя по всему, одномоментно перешла к стадии принятия, думать о том, как выкручиваться из проигрышного положения перед Кратинесом, оставила на неизбежное будущее.

В конце концов остановилась взглядом на мистере Тоттоо, как-никак нормально рассмотрев оного (стоит заметить, вблизи выглядит значительно моложе, ни единой морщинки, вызывал впечатление юного магистра что ни на есть физики, а не любой третьей науки), собиралась попрощаться, встать, как сменившийся лик преподавателя приостановил её; он воскликнул, обратив внимание на сумочку для ланча у ног слушательницы:

— Оу, а это мне? Узнаю этот узор. Да, точно, я всё думал, когда этот дурак придёт, а вон оно как, хотя иного от этого ловеласа не ожидаешь.

Рыжеволосая на мгновение зависла, скривила взгляд - загрузка и обработка информации заняла ещё две секунды - голос в голове внезапно заверещал:

[— Так это он был!?? Я полагала это кто-то из студентов!!..]

— А, это? Ну, здесь, вот, тут это, да… — она было потянулась за вещицей, одновременно крутясь на стуле, якобы подыскивая положение поудобнее, как потеряла равновесие и нелепейшим образом грохнулась на пол, впридачу обронив сумочку. — Ай.. вот же-ж блин.

Стандартный обыватель Риетты бы помыслил о нарушении моторики при отсутствии пушистого грузика за спиной - и по большей степени бы был правым, люди с самого младенчества привыкают к парной работе тела и хвоста, делая первые шаги, посему организм порой месяцы тратит на аккомодацию. Только здесь случай иного рода: бесхвостая поторопилась прибраться, а хвостатый поторопился за выпавшим круассаном. Оба позабыв кто о неуклюжести, кто о джентльменских манерах.

— Не требуется, — упавшая рука на плечо прервала попытки рыжей подняться, мистер Тоттоо опередил и тут же сел на лавры - в плане, на пол - с радостной мордочкой четырнадцатилетнего пацана на крыше гаража. — Ммм, перекус, наконец-то, я ждал этого целых - да чёрт возьми - много часов! Будешь? — предложил он. В предложении наспех отказано, как бы вкусно круассан не пах, тогда оный принялись уничтожать силами собственного рта.

Приходилось пропускать через себя факт, что её словно обвели вокруг пальца. Могла бы пошутить, чтобы убедить себя и всех остальных, что её здесь быть не должно, но выход один - смирение. Сидя на коленях как раскаянная душа, Кира спросила своего соседа по взаимному сидению под партой:

— Так вы знакомы с мист… с Кратинесом? Хотя да, раз уж послана к вам, то как-то нелепо уточнять.

— Вся наша дружба как этот круассан, — процесс поедания не прекращался ни на секунду. — Но если он туда добавил корицы… Ненавижу корицу. Обычно, если он добавляет туда корицу, он так пытается пошутить надо мной, но наш фокус доверия просто теряется друг к другу, приходится напоминать ему, что… ммм! он определённо меня ещё любит, очаровательно!

— Уфф, аж радостно слышать, что я не такой уж уникальный козёл отпущения. А, напоминать, что напоминать?

— Напоминать, мм?

Он только завершил перекус, как его уши дёрнулись в ответ на шум распахнувшейся двери, приватную обстановку в аудитории нарушили две объявившиеся особы. Молодая пара, собирающаяся делать обстановку ещё приватнее, хихикающая, перешёптывающаяся, думающая, что они тут одни, наедине.

— Охох, а ты уверен?

— Ближайший час сюда никто не заглянет, честное слово.

— Гарантируешь?

— Разве тебя заботит это?

— Ну, ихих.

Никто из тех не догадывался о притаившихся глазах на другом конце зала. Кира, было пытавшаяся выразить своё любопытство, тактически была опущена учительской ладонью назад под парту, в то время как сам мистер Тоттоо пристально наблюдал за мигрирующей к речевому столу студентом и студенткой, а когда понял, что горячие засосы в шею документам не угрожают, так же скрылся обратно вниз.

Рыжеволосая шепнула в замешательстве:

— Кто это?

— А-ка-ка-ка, — почти неслышно засмеялся учёный в своей манере, — они ещё не знают, что захотели бы оказаться в невообразимо огромном пространстве, пусть только поймаю на опоздании, о, вот и отличный пример, подойди тоже, и ничего, что в одной из вселенных занимались бы совсем иным, а-ка-ка, ну вот представь, как если бы кто вошёл.

Парочка беззаботно увлекалась собой, в ход пошли грязные ругательства, что лишь заводило обоих, раздался короткий скрежет мебели, а также какой-то треск, похоже, порвали одежду. Кира зависла в попытках хоть что-то сообразить. Мистер Тоттоо взялся за голову да повернулся к соседке, осенив себя мыслью. Дальше события разворачивались с утомительной неизбежностью.

— Слушай, а ты слышала уже до этого про многомировую интерпретацию? Сегодня вся лекция об этом!

[— Чт… Он просто проигнорировал мой вопрос.]

— …Сколько изучал этот вопрос, прихожу к одному и тому же результату. Долго всё к этому шло, элементарные частицы просты и парадоксальны по своей сути. Они взаимодействуют с чем-то ещё, и существуют сразу во всех вселенных. Мы сами разделяем её каждый раз, делая выбор. Судя по всему, они в состоянии телепортироваться на неважно какие расстояния. Вся наша квантовая коммуникация работает на этом. Тезотрансмиттеры, ты же слышала? Ну, когда мы телепортируем частицы, они фактически искажают саму реальность вокруг себя. Ты же понимаешь меня, да?? Да, да. Ну, ты же понимаешь, да, мысли, конечно, читать не умеем, но мы вроде можем без слов предугадать друг друга, мы так эволюционно настроены, что между нами есть некое понимание.

— Я бы поспешила сказать, что моя эволюция пошла по другому пути.

Мисс Камбер едва пищала в ответ. С белыми, как в круглую монеточку глазами она сидела обняв колени, вдавленная жестокой научностью звуков, начавшихся охов и ахов. Пока где-то за областью видимости один постигал с напарницей азы биологии, другой проникал в самое лоно микромира прямо перед ней.

— Оо, никто меня ещё не брал в таком публичном и огромном месте.

— Огромном, и только для нас двоих.

— Ты прав, ох, меня так возбуждает, если хоть кто-нибудь зайдёт сюда…

Что бы не делала, воображение не могло отвергнуть те звуки. Куда смотреть? О чём думать? Всё как в нелепом шоу. Из постели в окоп. Её психика к этому не готова; будь бы жизнь складывалась как в визуальных новеллах, где только предвкушаешь скорую эротическую сцену… будет обидно, если упругие, и в то же время мягкие хвосты кота и кошки сейчас озорно не обвиваются друг вокруг друга. Жалко, этого не проверить, ибо теперь выяснилось, что сотни часов в подобных играх дают ровно обратный эффект - эффект наивной девственницы, коя в первую же секунду растратила ход мыслей, боящаяся шевельнуться из-за каких-то стонов неподалёку. Казалось, скоро она задрожит.

— …Я думаю мы близки к тому, чтобы перестать стопориться на квантовых частицах, а передавать целые атомы, целый объекты! Уверен, телепортация возможна, мы сможем управлять вероятностями. В какую вселенную она не вела, но передать информацию о целостном объекте получится. Это будет прорыв, мы узнаем нечто большее! Сейчас ты, конечно, должна прекратить спрашивать, а где эти вселенные находятся и всё такое, на это не имеется однозначного ответа.

— Да я как-то и не собиралась, — коли не тело, то голос её стал подрагивать. Мужчина ни на секунду не останавливался. Аурой нависал. Пугал кроху кошмарами из мира квантовой физики.

— …Они настолько же неотличимы от нашей, что мы вряд ли когда-либо узнаем и просто придётся принять то как данное. Нет, многие поспорят, что зачем это вообще всё инкапсулировать, пытаться найти объяснение столь элементарным вещам - просто используй это и молча вычисляй, я в корне с этим не согласен. Некомфортно нам как-то от незнания, ну вот устроены мы так.

— М-мне достаточно и этого, я п-полагаю…

Нечеловеческая пытка, она не спешила завершаться. Это даже не возбуждало, хотя должно было бы, будь Кира тут одна, хотя-нехотя да подглядела бы, приспустив воображаемые рыжие уши, однако когда внимание само не знало, куда деться, появлялась охота скорее покинуть это место. Правда вот в том, что выбраться отсюда незамеченным не представлялось возможным! Размер аудитории не крошечный, но и не огромен, и тем не менее… желание делать ноги не перевешивало желание ненароком попасться на глаза любовной парочке. Так и лицезреть можно больше позволенного! Страшно.

— Аахх! Х-хаахх! Ну быстрее, не мешкай!

— Ты там вся такая влажная.

— Напишешь об этом диссертацию, ах-хах.

[— Хватит!.. Хватит, вы все!.. Уууугх! Чего он говорливый такой?]

Когда-нибудь это закончится.

…

[Кира: Корреспонденция пришла. Опять реклама какая, ох? Хм? Ого, “Получатель: Карли Мартинес”, надо показать ей.]

Через множество фронтов сегодня пришлось пробираться мисс Камбер, какие-то дались с трудом, какие-то были легки как её душа после окончания всего этого. Наконец можно возвратиться в родной двор, укрывающийся в закат, подняться на этаж, переступить порог и, к великому изумлению и счастью, встретить отдушину в проявлении великого великодушия одной особы. Чёрный комочек шерсти приветствовал её прямо там, в обителе, несмыкающими глазками, а причиной тому являлась бывший полицейский, пилот, женщина со стажем пропития своего времени зазря, Карли Мартинес.

— Вот я компанию не нашла с тобой, дорогуша, а одной пить не комильфо, знаете ли. Теперь это моя подружка, она никогда не откажет в совместной посиделке, — сидела какая-то самодовольная фигура на диване вразвалку, поглаживая сие божество. — Знакомься, это Кира. Кира, это…

— Господи, так ты её домой таки взяла??? — завизжала от счастья вошедшая да, позабыв обо всём на свете, в одночасье телепортировалась поближе к новому жильцу очага. Все 10 пальцев принялись обшаривать каждый уголок мелкой животины, пропитанной коварной пушистостью. — Да?? Да?? Ты же её навсегда взяла??

— Ну типа.

[Кира: Дай поглажу. Ааа, какие щёчки, какая шёрстка. Котик-котик-котик-котик! Вааааа!]

По уши погрузилась в поглаживание послушных ушей… Вероятно, у кошки очень хорошее настроение, коли позволяет так обходиться с собой.

[Карли: Ща укусит, если лапки тискать будет. К ней нужно определённое расположение.]

— Можно она со мной спать будет? — не дойдя ровно-таки до лап, датчанка бросила вопрошающий взгляд на подругу, — Она точно согласна со мной спать.

— Ооу, Кирочка, а я думала ты меня ни за что не променя-я-яла бы, — иронизируя, протянула последняя. Кирочка же полностью проигнорировала это, продолжая допрос.

— Ты её назвала уже?? И как ты её назвала?

— Лейма.

— Это женское имя?

— Ага.

— Хм.