Зима, а по виду на дворе и не скажешь: утреннее солнце освещает дома под углом, зелёные деревья отбрасывают свои тени, похожие на одуванчики; детишки резвятся друг с другом в летних маечках, проносясь с дурашливыми речами по игровой площадке; белые птицы подобно чайкам горланят вовсю, рисуя спирали в небе. Ни намёка на холода.

Погружённая в мысли, низенькая девушка одиноко сидела за обеденным столом, взгляд коей ложился в пустоту перед ней. Пальцы которую минуту легонько, неторопливо отбивали ногтями по столу повторяющуюся мелодию как запущенный метроном.

Постукивания остановились. В доме воцарилась тишина. Только беседа с самим собой в подсознании посмела нарушить её. Заключительная беседа, после которой должен быть вынесен вердикт.

[— Может быть, впереди одна тёмная тропа. Но ты, как и я, всё равно должны продолжать идти. На этой земле тебя нет. И на второй. И на третьей… Только на звёзды надежда. И я верю, что они будут освещать тебе путь, пусть их будет и немного.]

Девушка прикрыла веки и легко вздохнула.

[— Насколько бы это не было грубо, Эндри, но Кире придётся свыкнуться с имеющимся. Я не буду бросать попытки найти тебя, но и загонять себя тем, что жить не могу без тебя, тоже не буду. Буду питать надежды, что с тобой всё в порядке и в любом случае мы встретимся вновь. Ей надо поучиться пожить одной, самой. Верно ведь, Кира?..]

— Он справится, как и справлюсь я… — спустя паузу, неслышно вытянулись её мысли наружу. С закрытыми глазами Кира бесшумно поднялась из-за стола, задвинула стул, подошла к окну, открыла и вдохнула полную грудь утреннего воздуха. Он отфильтровал её мысли от накопившегося мусора. Глаза разомкнулись.

Во всём доме она была одна. Ни гостей, ни самой съёмщицы, одна абсолютная внеземная тихоня проживает тут. Снаружи бы наверное думали, что в квартире никто и не живёт. Карли оставила её, отлучившись на несколько суток.

Решено. Оба человека важны ей, однако шансов выжить, как ни странно, было больше у Эндри, а вот с Карли следует быть осторожнее, дабы не поломать и без того ценный хрусталь, оттого приоритеты по большей мере ложились на неё. Почему ценный? Всего один из миллионов, а может и из миллиардов ушастых людей оказался тем самым, кому не посчастливилось стать напарником по несчастью, это тот единственный человек, в котором Кира уверена, что он поспособствует ей в своей изначальной цели - в возвращении на Землю.

С последних пор Карли потихоньку начала приходить в норму. Радости на лице её не встретишь, но зато не однобокое сплошное уныние - хоть что-то начала делать, предлагать идеи, проявлять хоть какую активность. Одним днём она завела речь о былом, начала считать дни до прибытия какого-то “корвета”, что-то говорить про себя, на что Кира разве что вопросительно кивала, ибо плохо понимала её замыслов.

Что уж и говорить об обстановке снаружи, то в главных органах управления, комитетах и парламенте начались активные подвижки и перестановки ролей, протесты утихали, освещая менее существенные темы, руководящие лица сменяли друг друга, запускались всеобщие референдумы - шло обновление политической жизни на Риетте. В ответ на теракты ретозанцев массово начали записываться добровольцы во флот федерации, желающие им воздать.

Неизвестно, наивным ли было бы это предположение, а обеим девушкам на радость слышать новость об отставке премьер-министра, вице-премьера и в общем всей верхушки ФРУ, которая вроде как преследует их. А наивность в том и заключалась, что поменялись должностные лица - но исчезло ли дело по поимке троих подозреваемых? В любом случае, виделось, что на фоне всех событий, это не самое срочное задание для спецслужб на данный момент.

Потому что недавно произошёл до простоты неловкий инцидент в жизни тех двух девиц, когда по пути из магазина домой им попались пару полицейских, кто остановил их с одним вопросом: “вы нигде не замечали этого человека?”. Благо на предоставленном фото не была ни Кира, ни Карли, ни Эндри, а люди в форме даже после проверки паспорта Карли лишь поводили носом, ухмыльнулись да оставили прохожих в покое, вследствие чего у тех закрепилось хоть небольшое да чувство собственной безопасности.

На севере уже, наверное, снег идёт. Как Карли сказала, она отправилась в Тансо-де-Могиндо, в город, где она ранее проживала, обучалась. Опасения, что в ту квартиру прибудет полиция, есть, либо оная уже была там. Как бы то ни было, она убедила Киру в решимости своих действий, так как хотела забрать оттуда пару своих вещей. По меньшей мере, даже купила Кире смартфон, чтобы держать связь, что с ней всё в порядке и она возвращается, в том числе, пока только первый-второй день, пусть в целом учится им пользоваться да учится рукописи.

Этим рыжеволосая и занималась.

[— В принципе, ничего сложного, те же соцсети и всякие ненужные приблуды. Понять бы только слова ещё адекватно, до сих пор путаюсь. Кхм, ну, голосовой помощник в помощь, как говорится. Так… “урок по закреплению алфавита для детей”... Уууужаас! Это что, правда выглядит, как я учусь в первом классе писать слова?? Так стыдно!..]

Десятки листов были исписаны за несколько часов одними и теми же символами. Какие-то криво, неумело - не привычная латиница как-никак, но тренировать пальцы старалась усердно. Глаза тоже, то и дело пялили то на миловидную девушку-учительницу в ролике, то на символы на бумаге под рукой. И так до вечера.

По итогу датчанка выдохлась к окончанию дня.

Когда находишься в иной языковой среде, когда один среди неизвестных тебе слов и звуков, нет не то, чтобы переводчика, но и словаря, то как бы сильно не хотел - заставишь говорить себя на чужом говоре. Определённо, худо-бедно общаться можно научиться за один день - а вот чтобы писать на таком же уровне, придётся приложить в тысячу раз больше усилий. Это ощутила на себе Кира и даже поняла, почему особо не стремилась поучиться сармитскому письму.

Половина алфавита пройдена, впереди ещё ровно столько же, не говоря о составлении слов, орфографии, орфоэпии, пунктуации. В голове кипят одни и те же символы, видеоролик давно выключен, а пустые пальцы машинально вырисовывают в воздухе те или иные буквы:

— Го… — тихо произнося, задвигала девушка пальцами, будто писала эту букву. — Ко… — воспроизвела вторую. — Ко носовая… — воспроизвела третью, после чего рука расслабленно упала вниз.

[— Устала…]

По факту весь день прошёл в этих четырёх стенах. Ежели не размышления о туманном будущем, так учёба заполоняла её. Ни еды, ни питья не надо. И просто в душе под потоком воды посидеть нет желания. Разве что на новенький телефон глаз упадёт, руки пару раз покрутят его да положат обратно.

[— Забавно, сколько бы у нас такой стоил? Двадцать тысяч крон? Сорок? Или все сто?]

В соцсети Карли сделала новую страничку, и себе, и Кире. Лишним не будет. Имена оставили свои, хотя на фотографию поставили случайную мультяшную картинку. Да что там скрывать, для Киры там совершенно ничего нового: те же сообщества, чаты, своя уникальная и одновременно отчуждённая от реального мира жизнь в сети; только хорошая придача познать ушастых и приобщиться к обществу, которое через картинки и видео познаётся легче всяких букв.

Правда, тут тоже один долго не посидишь. Потратив ещё какое-то время на веб-сёрфинг, девушка, вздохнув, отложила телефон.

[— Хватит на сегодня интернета. Весь вечер просидела на каком-то форуме, пытаясь понять, о чём речь ведут. Спорили, мальчик ли это на видео или девочка…]

Решив освежиться в поздние сумерки, Кира вышла во двор, где присела на скамейку.

Часы показывают одиннадцать вечера. Сверчки посвистывают в дальних закоулках, куда не протиснется чужой взор. На небе медленно курсируют тёмные-тёмные перистые облака в свете луны.

[— Странно. Вчера малышня бегала в это время, а сейчас ни души. Выходные были, что ль, вставать рано не надо в школу?]

Между прочим, так уютнее. Она с детства была таким человеком, кому чужда шумиха, вечеринки и ночные прогулки с друзьями. Этот мир, как она считала, существовал лишь в её голове, остальное вокруг было как подгруженная локация, дабы оживить то место, где она находится. Как сон. Всё как тот же вечный сон, который никогда не прерывается и ведёт её по пути глупого сюжета. Только Кира не ощущала себя творцом этого сна, не ощущала и наблюдателем - протагонистом, вот кем она была, причём тот “кукловод”, кто управляет ею, видимо, совсем потерял интерес к своему персонажу, отчего наведывается к ней лишь от скуки.

[— Ну, одиночество иногда приносит свои плоды. Не ставишь в вину других людей, анализируешь собственные поступки.]

Это чувство у неё появилось не сейчас, не в новом параллельном мире. Оно было всегда, Кира жила с ним, жила и, можно сказать, свыклась. Раньше она выходила из дома поздним вечером, чтобы в уличной тишине посмотреть на лунные блики на озере, колышущиеся волны которого бы играли с её воображением; днём там же прогуливалась с собакой да наблюдала за белоснежными лебедями, как вечно плавающие кораблики, живущие на воде. Теперь же она сидит в пустующем дворе среди приглушённых фонарей и глядит на такую же пустующую детскую площадку.

[— Как итог, ничего не поменялось. Так же… сижу одна. И никто не подойдёт, не спросит, как дела. Тоскливо это…]

Душа порядочно утомилась в собственных сравнениях. И вправду, насколько бы не возводила Кира в абсолют свою покинутость от других, а какие-никакие люди окружали её: друзья, знакомые, товарищи по учёбе, родители; хоть сколько, но со всеми ними она общалась и нельзя утверждать, что её невозможно вытянуть на разговор, ведь иначе бы поди о ней и не знал никто. Да именно это мрачное чувство, что за всю жизнь, имея так много возможностей, она нисколько не продвинулась в отношениях ни с кем, наводило на неё печаль.

[— Одиночество никогда не приносит свои плоды. Не можешь опереться на других людей, когда их попросту нет, а остальные уходят слишком быстро.]

И так почти каждый раз, когда девушка сильно углублялась в себя, будучи оставлена одна. Не было у неё никогда достаточно близкого человека, который на протяжении долгого времени поддерживал бы её в трудную минуту. Подруга детства оставалась просто подругой детства. Одногруппники оставались просто одногруппниками, кто лучше, кто хуже, кто приятнее, кто обольстительней, кто назойливее. Ведь тот же Эндри для неё оставался слишком… неоднозначным. Он был для неё не более, чем товарищем, неординарным, который может и похвалить, и выбесить, и надоесть, и помочь. Она не признавала любовь с ним как у девушки к парню, как и Эндри сам вскользь намекал ей, что не видит в ней свою вторую половинку.

[— Но зачем тогда люди так знакомятся? Не разве ли, чтобы их отношения переросли в нечто большее? Я не знаю… Эндри?.. нет, точно не он. Даже представлять не хочу его своим парнем.]

Наверное, сознание уже потеряло счёт времени, девушка рефлексировала десятую минуту другую, как под боком на секунду зашелестели кусты да почувствовалось чьё-то лёгкое как пушинка движение. Кира перевела взгляд туда: два крошечных изумрудных глаза смотрели на неё из-за края скамьи, неподвижно, будто обнаружили что-то необычное.

[— Кто ты?..]

Пустынная кошечка навестила её в тёмную ночь, молчаливым взором изучая существо перед ней. Может быть, это не была кошка как таковая, при этом внешние сходства очень похожи: песчаная короткая шерстка и острые прямые уши от жары, тоненький хвост с кисточкой на конце, острая мордочка с розовым гладким носом, стоит на четырёх лапах.

[— Киса…]

Зверушка смотрела на девушку - девушка вопросительно смотрела на зверушку, склоня голову, обе как статуи не предпринимали никаких действий. Давно Кира не видела животных вблизи.

Так продолжалось несколько секунд, после которых Кира таки решилась подозвать её к себе, осторожно потянувшись:

— Мис-мис-мис, иди-ка сюда.

Как ни странно, а кошка не отозвалась, продолжила стоять на месте и лишь пронаблюдала за подзывающими пальцами человека.

[— Блин, а как?]

— Миц-миц-миц.

Кира повторила на немецком, но опять-таки никакого результата, кошка разве что села на задние лапы, чего-то ожидая. Тогда она взяла телефон и поскорее, пока гостья не ушла, забрела в интернет с насущным вопросом.

— Эм, кхм… Мину-мину-мину, — звонким голоском попробовала девушка, как - о чудо! - всего такая маленькая разница, а уши зверя дёрнулись к источнику зову. Кошка, осторожничая, но не менее любопытно запрокинула передние лапы на скамью, принюхиваясь к пальцам инопланетянки.

[— Ооооуу! Еду вынюхивает. А нету. Ну, разок можно прибегнуть к хитрости. Коварная Кира обманывает ради того, чтобы потискать.]

— Мину-мину, давай-ка, давай-ка, мину, сюда, — нежным полушёпотом подзывала она зверька поближе к себе, дразня пальцами. И тот поддался, полностью запрыгнул на скамью да поднял хвост, как человеческая рука следом прошлась аккуратно по его мордочке.

[— Ваааа! Клаааассно! Мягкий! Прямо рысь трогаю будто. Маленькую рысь. Рысёнок.]

— Ихих, прости, — мило заулыбалась Кира оттого, что успешно одурачила животное и теперь водит пальцем ему по щёчкам, даже смущённо прикрыла лицо на миг, но быстро вернулась к поглаживанию, покамест даётся такой превосходный шанс. — Ну не удержалась я-я-я.

Кошка не мурлыкала, однако охотно стала ласкаться, разумеется, не оставляя попытки унюхать лакомство в чужих пальцах - а вдруг. Да и самой Кире этого хватило выше крыши, чтобы полностью отвлечься от гнетущих мыслей, заняв себя чарующим действом.

[— Ну, вот ты и, наверное, пришёл, спросил, как у меня дела. Или спросила…]

Просидела она так ещё немало времени, пока её пушистый гость не юркнул в кусты, скрывшись - зато вернулась домой с успокоенной душой, быстро уснув на диване.

…

Следующим днём, в послеобеденное время, после очередного исписывания тетрадки, Кира по-новой влачила на той скамье, мирно слушая улицу. Она решила, что хоть раз в день всё же надо выходить на свежий воздух, прогуливаться, да и банально получше узнать, что за район её окружает.

Погода в этот раз комфортная, дует лёгкий ветерок. Дети лет восьми что-то неугомонно шумят на детской площадке, мелькая перед глазами. В машину вот кто-то сел и начал неторопливо выезжать с улицы. Людей немного, в основном ребятня, но каждый чем-то да занимается своим. И Кира держала в руках небольшой пакетик с кусочками сухого мяса. Утром она повторно увидела ту зверушку на том же месте, посему прикупила кошачьего корму. Да вот сейчас, какую минуту она ждёт, а кошка не появлялась.

[— Небось ещё глупо выгляжу тут одна. Эхх.. почитать, что на этикетке, что ли? Тоже своего рода практика.]

Углубившись в чтение марки производителя, состава, пищевых добавок и, казалось бы, не столь важного содержимого на упаковке, она потихоньку начала замечать, что ребяческие голоса приближались, переливаясь смехом. Кое-когда один появившийся перед носом силуэт неожиданно заговорил:

— Э-эй, тётенька, а что вы читаете?

Кира подняла взгляд и моментально же потупила его, слегка не планировав встречать им кого-то в упор. Перед ней с рыскающими зенками стоял один из тех пареньков с детской площадки, где до сих пор находились другие его ребята и продолжали переговариваться о своём:

— Ха! Не достанешь, я выше.

— Будто крутой такой, я тоже залезу, — слышалось оттуда.

А подошедший белобрысый мальчик, хмыкнув, склонил голову вбок от непонятно продолжавшегося молчания да посмотрел в изумрудные глаза “тётеньки”. Кира ожила, неумело заулыбавшись, и показала упаковку:

— А, да, просто, купила питомцу покушать. Вот.

[— Я точно глупо выглядела с этим.]

— Ооу, а у меня тоже минино есть, Юнья звать, полосатая, прям как на этом рисунке! А вашу как?? — восхитился парниша.

— Аэ, ну…

На лице тут же появилась неуверенность, так как Кира посчитала постыдным говорить, что это не её личная кошка, а возможно даже чья-то другая. Не успела она придумать что-то вменяемое, как этого мальчика отвлёк голос его друга, зазывая обратно:

— Да поди сюда, не будут с нами играть.

— Ну Ибби, скажи ему, чё он всегда такой!!.. — зароптал светлоухий в ответ, зовя на помощь подругу. — Сам же предложил, так давай и попробуем!

— И вправду, была не была, — подтвердила темнокожая девочка того же возраста, кинув косой взгляд на парнишу, забравшегося на трапецию кверх ногами.

В следующую же секунду к Кире подоспела та самая девчонка, с острыми чертами лица, поднятым угольным хвостом да в коротких шортах:

— Тётенька-а-а, пойдёмте играть с нами, пожалуйста! — легонько, но в то же время смело потянула она бесхвостую за руку к себе с просящим ликом.

— Аэ, ахах, ну, даже не знаю, — Кира моментально заробела с нарастающей неловкой физиономией на себе, но не запротивилась, поднялась со скамьи и поддалась тянущим её ручкам. Никогда ей ещё не предлагали незнакомые дети провести так время. — А во что?

[— Тётя. Не называли меня ещё так в мои двадцать два.]

— Сейчас покажем, — резво ответила девочка, подводя всё ближе к площадке. — Нас мааало, просто так не интересно.

Всего детей было четверо. Завидев пополнение, остальные двое начали слазить с перекладин. Светлоухий парниша поинтересовался:

— А как вас зовут? Раньше мы вас не видели. Живёте тут?

— Меня, ну, хех, Кира звать.

— Кира?? Какое странное имя! — подивился тот, никогда не слышав такое.

— Эй, ничего не странное! И нельзя так говорить! — тут же перебила его смугленькая, делая выговор. Мальчик быстро поправился:

— Да я.. да не в этом плане. Оно не стрёмное, просто… необычное.

[— …Зря я, походу, им своим именем назвалась.]

— Ахах, ничего, не вини его, — вступилась сама Кира. — Просто мои мама и папа были весьма оригинальны.

[— Зачем я оправдываюсь перед детьми??..]

Тем временем рыжую подавно как окружили четыре невысоких ушастых человечка, все с вожделеющими и яркими лицами да колышущимися хвостами. Как разноцветные котята те были вокруг неё, только не прижимались в ласках, на что она даже растрогалась внутри себя. Хотя подстать росту Киры… то она была всего на голову-полторы выше них.

Не тяня время, Ибби спросила:

— Тётя Кира, вы умеете играть в мурами-кино?

[— О нет, теперь к слову “тётя” добавилось ещё и моё имя. У-ужас!..]

— Ээ, не уверена, что даже знаю, что это такое. Это что-то новое у вас?

— Как не знаете?? Даже не слышали? — повторился удивлённый голос парниши вместе с теми же озабоченными глазами.

— Да тихо ты. Зачем спрашиваем же тогда? — ответил ему другой. Кира предложила:

— Ну, я была бы не против, если бы вы осведомили меня.

Ей разом начали все вчетвером разъяснять смысл игры, но из-за одновременных голосов всё только запуталось, потому единственная здесь девчонка прервала всех, дабы ясно говорить одной:

— Погодите вы, ничего не понятно же! Во-о-от. Эта игра на поле, мы выберем ведущего, а остальные все разом начнут за одной линией. Всё просто, называется буква, на эту букву все должны назвать любой фильм, или игру, если ты назвал правильно, то можешь спокойно проходить за линию, но если у тебя ничего не получается вспомнить, то тебе остаётся только пробежать как можно быстрее на другую сторону, пока ведущий не ухватился за тебя, а ухватится, то ведущим станешь ты сам! Несложно?

[— Хм, звучит как то, что не в моих силах совершить. Я же вообще полный ноль здесь в фильмах. И-и-и… А ещё и букву если не так пойму, ой. Меня специально что ли заставляют учить алфавит??]

— Ну-у-у, даже не знаю, — поразмыслила Кира. При этом старалась не выдавать себя, сохранять уверенный тон, ибо с каждым встречным взором под собой эмоционально выбивалась из колеи в переживаниях быть застыженной за незнание. — Просто.. не сильно хочется бегать туда-сюда, если честно. Да и жарко. Знаете, как жарко было вчера? Уфф.

— Гмм… я же говорил, что не будет, — с досадой, полушёпотом заговорил парниша, что до этого свисал с трапеции. Ушко Ибби дёрнулось в этот момент, прислушиваясь, однако сама она промолчала, лишь переглядываясь с другими. Зато отреагировала рыжеволосая, виновато, как-никак расслышав:

— Ну нет же, нет. Давайте сыграем, если хотите. Ну, во что-нибудь другое только.

— Хмм, — задумались ребята, как спустя момент один мальчик выдал: — А я знаю! Бегать не придётся. Вы правда будете? Подождёте? Я мигом.

— Ихих, и сам побежал, — усмехнулась смугленькая тому, как он наперекор своим словам враз же умчался к витиеватой трубе у горки.

В этот раз игра разнилась от предыдущей. Мальчик вернулся с какой-то кеглей и деревянной жёрдочкой - палкой. Кеглю расположили на ровненьком газоне да отмерили несколько промежутков от неё, незамысловато пометили их камушками. Это было обычное соревнование в “городки”.

Играть Кира принялась охотно, в конце концов добро проводит время, что впоследствии приятно ляжет на душу. Да и с милыми ей детьми познакомилась, более-менее разговорилась за последние часы, узнала имена этих “котят” да то, что все четверо как раз живут в прилегающих рядом домах, видятся здесь каждый день.

По своей натуре тётя Камбер не решилась выходить победителем, будучи единственной взрослой, на дальних дистанциях поддавалась, так как доходило до того, что только у неё одной хватало сил докинуть жердь так далеко. Правда, чего уж таить, в метании она не мастер и не каждый бросок давался ей удачно, особенно не сразу сообразив, что лучше кидать палку в горизонтальном вращении, дабы увеличить шансы на задевание, чем как попало - эта несообразительность и выглядела для неё самой несуразно и стыдно.

Несколько минут прошли незаметно. Дети восхищались каждой маленькой победе, Кира скромнее, более тихо, ухмылялась им.

Присев на ступеньки детской горки передохнуть, она достала из кармана телефон, провибрировавший мгновение назад. Пришло сообщение от Карли:

[— То-ло эн-та рьен?.. Толо эн..та рьен… Если прочитала правильно, то переводится как “всё в порядке”. Уфф, уже рада это видеть. Дальше. “Всё чистенько. Немного странно даже, но не суть. На днях прибуду. Далеко не забредай. Как дома?”. Хм…]

Кира недолго повозилась с набором текста, набрала развёрнутый ответ, стерла, набрала заново, покороче, так как подумала, что много ошибок, но по итогу стерла и этот, просто поднесла телефон ко рту и записала голосовое сообщение:

«Ничего подозрительного. Жива»

[— Блин, “жива”, наверное, как издёвка звучало.]

Покуда она обдумывала свои прошлые слова и придумывала, чем новым поделиться, под горкой еле заметно слышался детский лепет. Прямо за стенкой сидя расположился парниша с Ибби:

— Эхх, ну что они так долго там? Сказали же секунду и прибегут.

— Не зна-аю… — так же слабо доносился голос девчули. Впрочем, по её прикрытым векам, запрокинутыми руками за затылок не было заметно, что она горит желанием вести беседу.

— Интересно, а давно она тут уже? Могли бы ещё раз попробовать её позвать.

— Ага-а…

— С ней в разы интересней играть, а не одной нашей компашкой.

— Да-а…

— Ты видела когда-либо таких своими глазами?

— Каких таких? — оживился её тон.

— Ну… ты ведь видела. У неё хвоста совсем нет. Как она без него живёт??

— Фи, кто тебя за язык-то тянет??

— Да что-о-о??..

— Молчал бы лучше. Родители не учили тебя, что нельзя говорить так при людях? Вдруг услышит!

— А зачем ещё она эту шапку носит, если ей жарко? Странноватая же тоже.

— Эх ты, Фоме…

[— Вроде всё, без ошибок. Должна понять. Пора и кису дожидаться… Блин. А где? А куда я его оставила?]

Сама Кира разговор целиком не слышала, да и не слушала, погружённая мыслями в мессенджер, а теперь было бегала зрачками вокруг себя, ища оставленный корм. Заглянула за себя, под себя - под ступеньки - встав, наклонилась за перегородки, встретила только опешившие и округлённые глаза двоих ребят, словно их раскрыли с поличным. Кира говорить им ничего не стала и, вспомнив про скамью, также перевела взор туда, и побежала:

— Ох, хитрюга, ну ты чего-о!! — к своему удивлению обнаружила там не просто пакетик с кормом, а вчерашнего шерстистого гостя, довольно поедающего то добро. Кошка оказалась проворнее, отскочила от подбежавшего человека, сверля его взглядом, и Кира тем же образом пялила в ответ. В замешательство пришла она, не зная, как поступить. Вроде бы и отпугнуть не хочется, нельзя делать резких движений, а вроде бы и указать на наглость надо. Во всяком случае она посчитала это забавным и зла не держала на животное, сама ведь накормить его хотела, попросту не уследила.

…

Последующий день со зверушкой был более удачным. Кира проводила свои полуденные часы на скамье у своего дома, уставившись в одну точку. В этот раз жарче, чем обычно, но на лице её была нескрываемая улыбка, отнюдь позабывшая о погоде, ведь на её сложенных друг на друга бёдрах уютно расположилось то самое пустынное облачко: улёгшись на лапы, уложив ровной линией хвост до коленки да еле упёршись мордочкой в живот как тихо сопящий ребёнок. И шевельнуться было страшно, не иначе как один единственный раз в жизни можно получить такую благодать.

— А у тебя есть хозяева? Как тебя зовут вообще? — мягко нашёптывая себе под нос, тихонько поглаживала она шерстистую спинку, что слабо вздымалась при каждом вдохе оной. Шёрстка приятно податливая пальчикам, бархатистая. — Или ты бездомная? Ошейника нет. Не хочешь пополнить наш коллектив в доме? Буду тебя кормить, за ушком чесать, а ты ночью спать у меня под боком.

[— Если Карли ещё, конечно, не против будет.]

По ощущениям, на улице все 35 градусов по Цельсию, если не больше. В Дании температуры такие достигались крайне редко, отчего Кира ощущала себя в текущем городе не совсем комфортно, да и горожане, видать, разошлись сейчас по домам, в прохладные места, раз на улице практически никого нет. Ну, по мелочи, Кира зато пробовала на себе новый имидж, более легко одевалась: сандали на ноги, шортики с рюшем, высокая безрукавка с широкими лямками, чуть открывающая пупок; и, наконец, нашла в магазине новую, тонкую летнюю шапочку по типу платка, с прямыми узорами, затем чтоб не выглядеть так экстравагантно на людях - вдобавок от солнечного удара защищает, так что вряд ли теперь кто подумает о странных вкусах девушки.

Прошло несколько минут. Мысли вместе с рукой заняты поглаживанием кошки. Она не мурлыкает, максимум тихий свист доносится из её носика - вероятно, не всё похожее на кота умеет мурчать… либо градус доверия никак не достигнут. По другую сторону двора послышался чей-то радостный зов:

— Тётя Ки-и-ира-а! Здраавствуйте! — приветствовали её знакомые детишки, махая рукой.

Девушка улыбнулась, легко помахала им в ответ, а те продолжили идти своим путём со школы, не смея отвлекать. Всего четыре смешливых лица, на секунду обращённых к ней, встретила она, а внутри уже появилось некое воодушевление сегодняшним днём. Значит, добро запомнилась она ребятам, отчего приятней стало на миг.

Прошло ещё несколько минут. Кошка была отвлечена мимолётным шелестом жучка в кустах и инстинктивно озаботилась новым делом, соскочив с насиженного бедра.

Кира осталась одна непроизвольно наблюдать за единственным на этой улице мужичком, копошившимся со своим велосипедом. Лишь лёгкие стуки его, отдалённый городской шум и крик птиц-чаек высоко в небе отдавались в ушах. Вскоре к ним добавился шустро приближающийся топот со стороны:

— Стой, говорю, засранец! — враз донёсся оттуда резвая речь. Три силуэта шустро приближались по дороге, да не просто приближались, а, ежели говорить правильнее, гнались со всех ног. Один - взрослый на вид парень - убегал от преследующих его двух констеблей: мужчину с женщиной в светлой полицейской униформе. — Стой, стрелять же буду! — повторно предупредил один из них.

Закономерно отвлёкшись, Кира развернулась головою к ним да только осознала, что убегающий в пару шагах от неё, как крепкая рука схватила её за плечо, силою вытянула со скамьи и в тот же миг оттолкнула к двум другим. Всё это произошло быстро и неожиданно, дабы отвлечь полицию “живой преградой”, у датчанки даже сердце оборваться не успело, как она уже повалилась на землю, и лишь безотчётно выдала неразборчивый глас из груди.

Полицейский, к счастью, оказался ловчее, и пядью себя не задел упавшее тело, перескочил, следом вынул из кобуры пистолет и прицелился. В следующую секунду прозвучал лёгкий шлепок и убегающий, ёкнув, запутался в своих же ногах и упал, скорчившись - крошечный снаряд тазера успешно вонзился в кожу, позволив электрическому разряду раздаться по телу, вызвав нейромышечный паралич.

— То-то же. Одного раза мало тебя предупреждать было что ли?

Кира поскорее постаралась подняться на ноги, задвигалась, уже ощущая на коленках, локтях и запястьях жгучие ссадины да с горечью представляя, насколько сильно испачкала в пыли новую одёжку. Преступника тем временем окончательно схватили, началось задержание, тогда как женщина-полицейский предстала перед упавшей потерпевшей, помогая подняться:

— Мисс, не ушиблись? Всё ли в порядке?

— Воришкой подрабатывать ума не надо, знаешь ли. Ох, коли уж приспичило… — одновременно с этим, прижав коленом к земле, возился другой с руками вора, не могшего и толику двинуться телом. Закончив с наручниками, он начал зачитывать ему стандартные права: — Ты арестован. Ты не обязан что-либо говорить либо делать, если сам того не желаешь. Любые твои слова либо действия могут быть использованы в качестве доказательств. Вам всё понятно, гражданин?

Как только оклемалась от произошедшего, первым делом Кира схватилась за голову, дабы убедиться в наличии шапки и не выпирает ли ухо.

— Окх, всё, всё хорошо, спасибо, — ответила Кира женщине, изрядно успокоившись наперекор внутренней тревоге, в конце отряхнула себя от пыли.

Странный этот двор. Сначала встречает тебя тихим и укромным местом, а потом показывает жестокость природы; вытаскивает из одиночества, предлагая милую кошечку, а потом меняет умиротворённые краски на шумный детский коллектив. Теперь и мелкий преступник какой-то настроение подпортил своей выходкой.

[— Не такое разнообразие я ожидала, конечно. Ну, благо не всё так плохо, как могло показаться.]

Завтра вернётся Карли. Неплохо было бы её встретить, как минимум увидеть, что та не пришла с очередной раной - думала Кира.

Перед её прибытием она даже закупила полный холодильник разнообразных продуктов, какие только глазу понравились в супермаркете, в основном рыбы - почему-то посчитала, что раз кошкам нравится рыба, то и соседке понравится, она ведь кошкочеловек в коем-то роде. Правда, сама сколько рыбой питалась дома, а так толком готовить не научилась: старшие зачастую занимались готовкой. От этого, что не удивительно для Киры, её и начали в скором времени терзать мысли о безрассудности покупки.

Как раз, направляясь пешочком к порту через центральные улицы, Кира безостановочно пялила в экран телефона да пролистывала сайты один за другим, сама не зная, что же конкретно хочет найти, и не замечая, как же крайне изворотливо протискивается через мимо проходящих людей, словно рыбка, удачно вписавшаяся в поток. Карли придёт именно по морю, потому изучить ту часть городка перед встречей было логичной затеей.

Честно говоря, какое изучение, если глаза почти не отрываются от смартфона, а мысли заняты другим…

[— Н-да, в современном мире без документов на работу не устроишься. Хотя, в какой это части вселенной не существует отпущенцов? Или как их там… Боже, я уже родной датский начинаю забывать такими делами, даже в мыслях на их кошачьем порой думаю. Ну, живут и зарабатывают же как-то они. Нет, конечно, мне не нужно питаться, не за этим я зарабатывать собралась, но кошелёк у Карли не резиновый, да и стремотно просить у неё будет каждый раз деньги. Кастрюля со сковородой никакущая, купила новую. Подушку ещё купила ей, а то заплакана вся, даже тупо звучит, блин, но правда. Точно, ещё порошки эти нужны, там, считай, и не было его нисколько. Да и мне парочку вещей бы не помешало, ну, например… Хмм, как же они называют это?..]

Когда послышался звук утекающего ручья, она приостановилась, дабы вытянуть взор со смартфона в реальный мир, ненароком обнаружила, как предыдущий поток народу потерялся позади. Это был кирпичный пешеходный мостик, под ним игрались солнечные зайчики на блестящей совсем не зелёной воде. Кира облокотилась о перила, взирая на это - одно из устьев выходящей реки, вытянулось вперёд. Тело приятно заламывало после долгой ходьбы.

[— Холодный ветерок тут дует. Клаа-а-а-асно!.. Не зря говорят, что у воды жить комфортнее.]

Она прикрыла веки, предалась ощущениям, как горячая спина остывает под приятными потоками воздуха. Само собой, хотелось без раздумий прыгнуть в эту воду и побултыхаться часок, там здорово, там прохладно. На раскалённый лоб мысли плохо мыслятся.

[— Так что я хотела купить? Надо зайти назад на сайт магазина, там вроде было в наличии. Уже на датском слово это из головы вылетело, блиин, впрямь так свой язык позабуду. Так, “нужна помощь?”. Помощь? Это не тот сайт, закроем и забудем о нём, мне надо сайт магазина. Кхе-хе… стоит потом найти, как анонимный режим включать, полагаю, а то да… кхе-кхе… ну вы поняли, Кира. Кхм.]

Свободная минутка ещё есть, не лишним, так сказать, будет проветрить свою черепную коробку от несуразного хлама.

Поскольку солнце в этих краях неслабое, затем чтоб разглядеть содержимое на экране, Кира прищурившись потянулась к устройству. Секунда и один скрипучий щелчок пробудил в ней однозначную тревогу, едва успевая опомниться, девушка не удержала своё равновесие, как впоследствии плюхнулась прямиком под мостик.

— Оаэаау, ё-моё!..

Неприятнейше погрузившись под воду, Кира не ведала, что вообще творится, однако мозг в испуге сигнализировал одно - ты в опасности! Ориентация в пространстве растерялась, не ясно, где право, где лево, за что же хвататься, за всё подряд да не за что.

— Ээй! Хельда! Апх… Ах, хельда, хельда, хельда ми! Апх.

Захлёбываясь речной водой, только она выплыла на поверхность, как начала кричать на ломанном языке о спасении. Почему-то не удавалось подобраться к берегу, казалось бы, в метре от тебя, руки и ноги путались. Почему-то не удавалось противиться, казалось бы, несильному течению, дыхание перехватывало от постоянного попадания жидкости в носоглотку.

— Хельда ми, хельда ми, хельда ми, хельда ми! Ээй! Я тут!

Кричала она появившимся на мосту детям, а те с чего-то вдруг посмеивались, проходя мимо.

[— Вы совсем что ли там, малолетки! Акх!..]

Не прошло много времени, за её машущую руку кто-то ухватился, потянув на сушу, заставив девушку ахнуть. Да так крепко, что аж разом оказалась на своих двоих!

— Я тут, хватайся, давай!

— А-аа, хорошо-о-о-оооо, — в растерянном состоянии она зашагала в случайную сторону, куда только глаза глядят, вся до ниточки промочилась и с мокрой головой врезалась лбом в своего спасителя. — Ай!..

— Упс! — враз прозвучал мужской голос, отступив назад. А Кира запоздало задёргалась, нелепо пытаясь поймать выпадающий из рук смартфон, кой по неведомой удаче не выпускала весь процесс окунания в воду.

— А! Ой! Ой! — несуразно вырывалось из её уст, а телефон продолжал прыгать у неё на пальцах, коим не удавалось нормально поймать его, пока это не сделал другой человек.

Девушка замерла, уставившись на чужие, аккуратные руки перед собой. В них её телефон и оказался.

Какая-та низина, тропа, выстриженный газон, нету того арабского антуража; Кира на миг резво покрутила головой по сторонам, пытаясь понять, куда забрела, а после обратно остановила свой взгляд на мужчине перед собой. Чувствовать землю под ногами оказалось куда облегчающе.

— Э, ехех, твоё.. держи, — с учтивой ухмылкой проговорил незнакомец всё стоящей нерослой недотёпе перед ним.

А Кира потому и продолжала стоять нерешительно, так как осмыслила только что совершённые ею действия да движения, отчего готова была залиться багрянцем. Сильно уж неуклюже и неблагоразумно выглядела. Особенно перед этим… мужчиной?

Какое-то чувство дежавю пробило её, когда она увидела его в полный рост. Как будто подобная ситуация уже происходила в её жизни… такая же глупая встреча, либо знакомый человек. Она пригляделась в него.

Перед ней был ухоженный и довольно привлекательный на вид высокий мужчина лет двадцати пяти. В свободной серой кофте, с тканевой сумочкой для покупок на правом плече, а внутри непонятный, выпирающий продолговатый предмет, банально похожий на багет. Хвост русый свисал у намокших брюк, того же цвета уши аккуратно клались назад, как бы слушая спину. И лицо… будто солиста одной нравившейся ей ню-метал группы, от вида которого все дамы бы визжали в восторге и тянулись к сцене.

— Э-э-эм, ты как, не ушиблась? — неловко протянул он, напоминая о пойманной вещички. — У тебя голова промокла, давай бандану быстро выжму, вода очень холодная.

— А, да, простите!.. Я.. что-то… — сообразив, что она эти две-три секунды стояла как вкопанная, сильно засмотревшись - а в данной ситуации для неё это очень долго - Кира тут же покрылась румянцем, не выдержав, и поскорее забрала телефон, отскочила, чтобы её головного убора ни в коем случае не коснулись, поправила его на себе. Глаза её следом увильнули в сторону, подальше от вполне беспокойного чужого взора, чтобы не думать о произошедшем. Последнее плохо удавалось.

[— Чего пялила на него?? Как ненормальная какая, или извращенка. Небось так и подумал. Ааааххххх! Так тупо выглядела ещё с телефоном этим!]

Проморгав разок, Кира встряхнула головой, дабы очистить разум от этих бредовых мыслей. Подумав пойти-таки дальше, она посмотрела вперёд и только двинула ногой, как остановилась вновь, глаза её в удивлении округлились, а ладонь неровно начала держать телефон, сжимая.

[— Чего!! Я думала он ушёл!! Я что, просто так продолжала стоять, пропуская мимо себя??]

Почему она вообще подумала, что мужчина будет куда-то уходить? В этой какофонии страха и шока, радости и благодарности небось не отличишь, что происходит в мозгу, не отличишь неразумное от разумного, вот и действуешь на истинных чувствах. Как рыбка. Вот так и побаловалась адреналином на сегодня.

Между прочим, вопросительный взгляд её спасителя бродил по сей иноземке как по своей знакомой, что-то выискивая. Он толику наклонился, прищурившись, недолго глянул ей в лицо ненавязчиво, оглянул торс, бока.

[— Чего он-то теперь так пялит на меня?? Это типо ответка, плата? Или что?? Я не понима-ааю. Аааааа! Не молчи!]

— Я-я, извиняюсь, конечно, — неожиданно заговорил он, Кира аж легонько дёрнулась. При этом тон его не был скован, в отличие от неё, был вполне уверенным, но вежливым, — но могу ошибиться и выглядеть неприлично.

— Ан-н, д-да?

— А мы раньше не встречались?.. Будто я с тобой уже разговаривали, — поднялся он в нормальную позу, густая бровь его также незаметно приподнялась. Кира в этот момент даже почувствовала какой-то диссонанс: и взгляд его такой целенаправленный, дословно сверху вниз как старший на младшего, и вопрос, вводящий в замешательство, и скрытая ухмылка за неприглядным ликом, словно увидели в ней кое-что смешное.

— Э-э-э-э, — тяжко вспоминая, непроизвольно зачесала она пальцем у щеки, — ну-у-у, разве?.. Спасибо, что вытащили меня, конечно. А как вас звать, напомните?

[— Зачем я имя спросила?? Я же буквально, помимо Карли, никого тут не знаю.]

— А, да-а, Кратинес, если тебе это имя о чём-нибудь говорит. Не ты была на станции, в Бальакете? Кажись, там я тебя видел. Мило было побеседовать.

Стоило ей это услышать, стоило дать информации подгрузиться из глубин памяти, рыжеволосая девица раскрыла в изумлении рот, отстранилась телом, когда как губы её заплавали в бесполезных попытках выдавить из себя звуки.

[— Хаааа?!.. Вот так совпадение, что?? Это тот самый первый человек в этом мире, перед которым я вела себя наитупее всего?? Нет-нет-нет-нет-нет-нет! Кира, беги, Кира, беги!]

— Спасибо за помощь…

Багровое личико в состоянии было озвучить не более, чем это. Затаившаяся тяжесть поднималась с груди выше до горла. В неясном страхе неизвестно от чего, рыжая недотёпа со всех ног улетела вперёд, за спину мужчины.

— А.. Эй-эй, тебе точно помощь не нужна и всё такое? — опешив, высказался парень, на что Кира, убегая, выдала:

— Йа-а сама, сама всё управлюсь!.. Спасибо за всё! У-у меня сроч-чные дела-а, надо бежать!

[— Какие ещё могут быть дела у влажной до пяток девушки?? Да-ъ я не в том смысле влажной, какой ещё из-за него! Я в прямом смысле влажная! Ааааа!]

Ноги уносили её куда подальше от любых всевозможных глаз. Далёкое место, у берегов, на промышленных путях, давало ей подобное убежище. Человек давно позади, тем не менее всё лицо трясёт, как бы желая нарочно оправдаться самому себе за поведение, за глупые фразы, за всё подряд на свете. Робость не покидала её даже в мыслях, а главное - не понять, откуда оная вообще здесь взялась! Ошибки пытались найтись хоть в мимолётных реакциях, хоть в словах со страшным акцентом. После того как по возможности выжала мокрые вещи, она первым делом полезла в интернет-словари ради того, чтобы разузнать, чего успела налепетать.

Первая же страница демонстрировала синонимы к фразе “хельда ми”: “отыметь”, “присунуть”, “отодрать”, “оттрахать”, “оттарабанить”, “отдрюкать”, “оприходовать”, “выебать”, “вжарить”, и нисколько не “спасти меня”.

Испанский стыд навестил её. Оставалось приспуститься на корточки, поближе к земле, да закрыть лицо ладонями от мира сего.

[— Похоть, испепеляющая остатки приличия на свете.]