— …

— А как же в этом нюансе ты собираешься обходить, ну, скажем так, парочку мелких, но очень неприятных для вселенной парадоксов?

— Хмм, дай-ка подумать.

— Разумеется, у нас же есть время на рассуждения. Но я всё-таки скажу тебе: тело не должно ничего бесконечно выделять в окружающее пространство, никакой крови, никаких желез; может, это не будет касаться слёз или спермы. Гм, да, для них всё-таки нужно самому поднатужиться. А ещё подожди, это ведь только одна тонкость… Нет, ну ты давай, предлагай. Тем временем я просто послушаю.

— Давай, давааай! Жми их!

Над головой, где-то неподалёку в стороне, гнусавым голосом кричал неизвестный мужчина. В глазах плыло, а во лбу дико звенело неестественным гулом. Эндри лежал в контузии на заснеженной брусчатке под каким-то каменным возвышением. Голоса вокруг всё возобновлялись и приумножались в разы. Их было сотни.

Протирая лоб от тупой знойной боли, он не понимал, где находится:

— Чёрт, как я сюда вообще попал? — пробубнил про себя, пытаясь хотя бы приподняться, но что-то мешало ему.

[— Ах да, какой же идиот мог занести меня сюда, кроме как я сам…]

…

Следующим днём после дождя Эндри в молчании сидел сложа руки в кабинете перед императором с напущенным видом, ожидая, что же тот собирается поведать. Йока сам позвал его к себе.

Анки, вроде успокоившись, тихо пребывала в своих покоях, правда, за все полдня так и не вышла на свет. Сандра в кабинете не было, и, по заявлению Йока, тот не планирует вмешиваться.

— Гм… Даже не собираешься ничего спрашивать меня? — начал император разговор после долгого и бессмысленного переглядывания взглядами.

— А по мне не видно?

— Понимаю. Неприятный вчера инцидент произошёл.

— И вы как-никак к нему причастны.

— Причастен? Хм, возможно, в этом есть доля истины. Но нет.

— Мм?

— Даа… — вдумчиво протянул пожилой человек, устало переведя взгляд на старинные книги у краю стола, — жизнь столь коротка и каждого в молодости тянет на приключения, ещё не осознавая, но где-то глубоко внутри понимая, что когда-то он будет жалеть об упущенном резвящимся времени, если не даст волю юным мечтам. Ну, — добавил он после недолгой паузы, — разве что все эти чувства укладываются в некую обёртку детской шалости и адреналина.

Эндри не очень-то внимательно слушал его душевную лекцию, витая в облаках и просто ожидая, когда тот скажет что-нибудь дельное, либо разговор быстрее закончится и он пойдёт с миром. Император тихо вздохнул и спокойным голосом продолжил:

— Вполне наслышан о ваших прогулках с Анки. Ей долгое время не хватало чьего-то внимания. Коил был облюбован вниманием матери с детства, а вот Анки она покинула слишком рано. Коил уже успел вырасти и был более самостоятельны. Служанки как-никак не в состоянии дать полного воспитания, считаю, это и привело к её избалованности.

— Что-то я не видел её избалованной. Она очень даже добрая и расчётливая, — встрял парень в его монолог.

— Эндри, вспомните её в начале вашего нахождения здесь. Да, она не была в крайней степени такой, как я её предрёк, но разве вы не заметили сами? Вы изменили её. Она никогда не была такой умиротворённой и счастливой ранее. Это ведь здорово, не правда ли?

— В смысле? Так чего вы от меня хотите? — не укладывались в его голове нотации императора.

— Я припоминаю и себя таким в детстве как вы: беззаботным, упёртым. Первая любовь в дворянку, полный энтузиазма и энергии. Не знаю, что со стороны женщин, никто не знает, уверен, сами женщины не знают, но уверен, что они желают той же свободы. Анки ведь сейчас чувствует то же самое. Эх… — Йока повторно сделал непродолжительную паузу. — Жизнь коротка и пролетает незаметно. Она приносит мимолётные страдания и радости, но в конце всё же находишь себе упоение и задумываешься о том, что ты оставил будущему поколению. В скором времени и я покину этот бренный мир…

— Не понимаю.

[— Так говорят, чувствуя свою скорую кончину.]

— Ты нужен нам, ты нужен Анки! Все карты сложились так, всё к этому и вело. Ты готов защищать её, так что она доверяет тебе как никому другому - передай ей свою силу. Передай силу её детям, Эндри.

— Что!? Это маразм! — парень во мгновение изменился в лице как от возмущения, так и от недоверчивого удивления. — Если вы хотите себе наследника, мечущего своими наигранными желаниями, то просите какого-нибудь Коила найти себе жену.

— Наследника? — также с непониманием глянул старик на молодого парня. — Должность императора совсем не наследуется. Я уйду - выберут другого. Анки не моя дочь, но она часть нашей семьи. Я хочу светлого будущего для всех её членов. И ты можешь одарить этому. Анки тебе дорогá - ты сделаешь это!

— В любом случае!.. Хоть я и питаю взаимность к ней, но я не собираюсь делать что угодно только по чьей-то указке.

[— Эх… это бессмысленно.]

Предложение было не из самых приятных, скорее с комком соли в ложке. Было ясно одно - Эндри не нравилась эта затея старичка и с предвзятым отношением смотрел на неё. Он встал с кресла и направился к выходу, намереваясь быстрее закончить разговор.

— Гм… Вы ведь не хотите, чтобы с ней что-то случилось… — тихо добавил Йока.

— Боюсь, моя способность не передаётся половым путём. Извините, я не намерен об этом разговаривать. — добавив пару слов перед уходом, он поправил жакет и вышел из кабинета. Перед ним тотчас представился взору черноволосый мужчина с татуировкой под глазом - Сандр, видимо, намеревавшийся только что зайти внутрь.

Эндри совершенно не знал, как к тому относится после вчерашнего. Ни злобы, ни радости. С одной стороны, то был лишь родительский выговор, но, с другой, своими действиями Сандр сильно сыграл на чувствах дочери, и не в лучшую сторону.

Держась за ручку двери, Эндри сохраняя молчание пропустил его внутрь и закрыл дверь - не до щелчка, ненамеренно, оставив маленький проём.

В гостином зале больше никого не было. Даже Нарья, которая, казалось бы, молниеносно прочуяла оплошность и сделала замечание, витала где-то в соседних залах. Не ведая, как поступать, Эндри присел за обеденный стол в раздумьях, взявшись за голову. То казалось маразмом и какой-то грёзою, но Йока рассуждал на вполне серьёзном здравии и, в конечном итоге, с одной только целью - свести Эндри с Анки.

[— Да что он хочет? Зачем ему это? Я не особо заметил пригодность моей способности к каким-либо великим вещам. Когда ему вообще пришла эта мысль в голову? Неужели с первых дней? Если честно, я даже не удивлюсь. Но Анки… она ничего не знает ведь. Чую, он будет на неё давить… чую, он будет на неё давить. По его лицу было видно, что раз со мной не выйдет, то он её подначит.]

В это время советник негромко общался с его Величеством:

— Сенат одобрил предложение Нарта отправить столичный легион Фива в подмогу. Не самый близкий к югу, но зато не придётся беспокоится о немерийцах на востоке. Всё же боятся, что Канбер не справится в одиночку: в Сарму немаленький гарнизон. Фив уже собирает своих людей, завтра должны выступить.

— Одобрили… — с иронией проговорил Йока, — да армия под боком им глаза мозолит, вот и отправили Фива. Боятся, вдруг бойцы негодуют, а тут есть кому нежно в лицо всё высказать.

— Думаю, это не единственная причина. Сармиты всё же мобилизуют части, а знаете, кто именно?.. — сделав лирическое отступление, отец белокурой принцессы продолжил. — Наш грозный вояка, Пеум, коим-то образом выбрался и бежит к себе домой. Так что, боюсь, всё так и будет.

[— Пеум?!]

— Плохо… кхе-кхе… дело, — закашлял старик слегка. — Когда сообщили?

— Был одним из первых, кто услышал эту новость в городе. Тотчас передаю её вам.

— Он сбежал ещё несколько дней назад, а мы только сейчас узнаём об этом… Сколько идти до Аккура?

— Около девяти дней. До Сарму не меньше пяти, это маршем через горы. А ещё, если отсчитывать время по письму, сармиты приближаются к Аккуру быстрее, чем ожидалось, так что Канбер в срочном порядке мобилизует войско.

[— Ох… Нет, конечно бывало представлял её, но… но это неправильно. Она не должна следовать этому по чьей-то указке со стороны. Лучше бы… лучше бы если меня вообще сейчас не было. Не будет меня - Йока ничего не сможет сделать с ней. Но что я скажу ей самой?? Может, забрать с собой? Вчера она таки чуть не убежала из дому. Но, опять же, куда? Аккур где-то на юге, это всё, что я знаю. А ещё пропитание, ночлег, ладно-то мне, но она не сможет без этого. Я как-то не застал курсы по выживанию в дикой природе ранее.]

— Также дела на западе: в Турцуме рыбаки недовольны ограничениями на ловлю, — продолжал Сандр. — Как пишется, они там, буквально, этой излишней рыбой закидали губернатора. А в Турцуме по-прежнему говорят на сармитском, им стоит отправить небольшое войско и город беспрекословно их. Все наши остальные легионы либо на севере, либо на востоке. Можем вернуть наши корабли с блокады портов, но это им развяжет руки в море.

— Нужно скорее забрать столицу и одной проблемой меньше…

[— Чёрт, он же всё равно знает, в какую сторону я побегу, и погонит за мной людей. Я не знаю… Чтобы с ней ничего они не натворили, мне нужно держаться подальше от неё, но и при этом быть рядом. Сложно… Просто так мне уйти не получится, на неё только сильнее давить будут. Может… Пеум?.. Точно, слушай. Пеум. У меня завалялись некоторые счёты с ним, пора бы свести их. Я разведаю обстановку, вернусь и заберу её подальше сразу же, чем идти сейчас вслепую неизвестно куда. Но что сказать Анки?]

Немного погодя вышел Сандр и направился в неизвестном направлении, мимо парня. Сам Эндри отошёл от дум и, пока не поздно, забежал в приёмную императора. Тот уже расставлял либо брал что-то на полочках и собирался уходить, но приостановил свою затею, увидев гостя.

— Что такое? Уже передумали? — с интересом оглянул тот его.

— Отправьте меня в Сарму!

Император чуть не сглотнул от неожиданного заявления да тут же задался вопросами:

— Что, зачем?

— У меня есть пара личных вопросов к Пеуму. Вы ведь хотите избавиться от него?

— Месть. Вам мало того, что вы его избили?

— Так вы знаете? — легко удивился парень.

— Конечно знаю.

В энтузиазме сжав кулак, Эндри продолжил требовать своё, как ему казалось, необходимое для блага обоих:

— Ну так тем более, дайте мне закончить с ним. У вас ведь должок передо мной и неспроста я попал сюда так. Вы ведь всё ещё хотите счастья своей семье? — риторически додавил Эндри в конце. Старичок, сделав более простое лицо, оставил на полочке некую квадратную вещь и встал сбоку своего стола.

— Но как я вас туда отправлю? Вы солдат? — он взял со стола фигурку димамитского воина с большим прямоугольным щитом. — Вы не солдат. Вы не служили в казармах, легион не примет вас. Вам нужны годы подготовки.

— Я каждый день тренировался с мечом и уже неплохо им управляю. Я знаю, что делаю.

— В легионе мало держать в руках меч, да и тот, что вы использовали - для других. Нужна выучка, дисциплина, работа в строю. То, что вы помахали им, вам ничего не даст, — он с лёгким стуком положил фигурку обратно.

— Ну так отправьте меня к этим другим.

— Вы не из знатных родов, в гвардию вас не примут, тем более вас там моментально же раскроют. И куда же? Наёмником?

— Именно! — парень сам не понимал, что конкретно подразумевается под этим, попросту по инерции согласился, лишь бы дали добро. На Йока это тоже давило, так как тот не собирался уходить от своих планов с Эндри, нужно было сохранить к нему лояльность.

Старик присел за стол в недолгих раздумьях, взвешивая всё за и против, а в особенности то, как бы избежать стычки с сенаторами. Ежели Эндри что-то учудит при отказе… Видимо, парень вышел со своими условиями к его маниакальным планам.

…

Три лёгких стука в дверь: один сразу и два последующих за ними. Так Анки могла понять, кого именно ожидать за порогом. Она поднялась с постели, как сей гость уже окончательно вошёл к ней.

Обычные непримечательные покои. Окрашенные в два тона стены. Широкая беловатая кровать с двумя подушками. Закрытые шторами окна. Пара столиков с чашечками, комод и зеркало над ним. Нельзя было с уверенностью сказать, что здесь живёт некая принцесса, а не кто-либо другой.

Выглядывающий деревянный меч из-под кровати да парочка разбросанных вещей по полу - говорит об одном: служанки сюда также не наведывались на уборку. Хотя, кого-кого, Эндри видел опечалившуюся Луи, слоняющуюся перед покоями госпожи и упрашивающую поухаживать.

— Эндри! — подбежав, с покорной нежностью сказала беловолосая леди и неожиданно крепко обняла того за талию, уткнувшись в грудь. Она словно всё время ждала его прибытия.

Парень в молчании, смотря над её головой в пустоту, после неловкого застоя машинально приобнял в ответ. Император дал согласие. Теперь Эндри сам не ведал, чего натворил…

Ни при каком виде Анки не будет приятно услышать слова о его скором уходе. Йока дал ещё понять и нехитро намекнул, что если тот собирается убегать под видом желания участвовать в походе, то может потерять то, что ему дорого. Хотя если Эндри и останется, то сам будет катализатором малоприятных событий и давления со всех сторон на девушку. Это как-то мало складывалось со словами императора о счастье семьи, но нет, Йока не собирается убивать её, подразумевая о потери.

[— И всё сводилось к чёртовому соитию… И как давно он над этим промышлял? Всё бы не выглядело так идиотски неприятно, если бы не его принуждения. Старику в голову ударил самый настоящий старческий маразм. Ещё и Анки хочет сбежать. Да я и сам не против, да только после похода… Я должен разобраться с Пеумом и вернуться обратно раньше ожидаемого. Затем-то я и заберу её отсюда. После похода мне будет виднее, куда идти.]

У него имелся примерный план действий, правда, оставалась одна нерешённая и пугающая проблема: ему необходимо было как-то сообщить об этом обнимающего его человека; он за этим, собственно, сюда и пришёл.

— Не уходи… — пролепетала она ему в грудь с тем же тихим вздохом после его секундных раздумий. — Прошу…

Сердце ударило сильнее, Эндри непроизвольно акнул да тут же онемел. Он и так не знал, как начать разговор, хотел сказать хоть что-то членоразделительное, а тут и Анки на эмоциях неожиданно добавила до ужаса простые слова, но сильно колющие внутри, отчего и вовсе потерялись способности логически мыслить. Вот, сама того не зная, Анки сильно внутренне потрепала человека рядом.

Эндри начал думать, не было ли его решение большой ошибкой. В любом случае, назад пути нет: незамысловатый план продуман, бежать с поместья прямо сейчас было бы опасно.

[— Она.. словно читает мои мысли.]

Неизвестно сколько минут они так молча стояли, ноги Анки уже потихоньку устало подкашивались от столь неудобной, но приятной для неё стойки. Эндри чувствовал её лёгкую дрожь и аккуратно повёл вглубь комнаты к кровати:

— Ты устала, давай хотя бы присядем, — тихо проговорил он ей. Она одобрительно кивнула.

Крохотными шажками они дошли до постели, как Анки, поджав ноги, своим весом потянула Эндри улечься на неё. Сейчас это была просто тянущаяся грусть, ищущая тихого и тёплого умиротворения от снова напавших на её голову воспоминаниях о вчерашнем. Немудрёных тёплых прикосновений рук Эндри и ощущение кого-то заботящего поблизости достаточно хватало, чтобы любая боль в её теле уходила вдаль.

Её дыхание было равномерным и сопящим. Волосы пахли странным, свежим, но не отчуждающим ароматом. Приоткрытые глаза невольно опущены к ногам кавалера. Руки скомканы у груди. Казалось, что сейчас мирно уснёт, но слегка подёргивающиеся зрачки, рассматривающие каждую ниточку на его одежде, ещё говорили об обратном. Так она лежала практически вплотную напротив обнимающего Эндри продолжительное время, пока последний снова подбирал подходящий момент для своих слов.

— Мне тепло… — полушёпотом, послышался милый девичий голосок. — Останься со мной хоть на время. Я просто хочу почувствовать хоть чью-то ласку. У меня её так давно не было…

— Я понимаю…

— Эндри… — горестно выдохнула она ему в грудь, чуть прижавшись лбом. — Я тебе ни разу не говорила, все эти дни… все эти дни, года, меня готовили в жрицы. Я не хочу… Каждый день они заставляют меня учить, готовят к ритуалу посвящения, не выпускают из дому, чтобы не знакомилась с людьми, потому что нельзя. Я.. я люблю читать, да, я сжилась с книгами, но я не хочу ради них проводить такую жизнь. Не хочу… После ритуала жрица обязана родить, и я не знаю от кого.

Весть была довольно необычной. Анки хотела ещё сказать про ритуал и детей после оного, но лишь неразборчиво пробормотала что-то в жакет парня. Так или иначе, Эндри не сильно затронулся её проблемой, ибо так и так подумывал забрать её с собой, тем самым спасая от этой участи, потому продолжил обдумывать собственные слова.

Любой из протекающих моментов никак не был удобным для таких отдаляющих слов, но тут, увидев наступившее спокойствие девушки от объятий и сам немного собравшись с духом, Эндри всё же решил высказаться:

— Знаешь, — говорил он успокаивающим тоном, при этом принимая, что скорый посыл будет отнюдь не таким, — я бы хотел быть рядом не только хоть какое-то время, а как можно дольше насколько это возможно.

— Я тоже…

— Хотел бы я тебе сказать сейчас одну важную вещь, только, я и сам бы не хотел её и боюсь тебя ранить ею, но…

Анки немо слушала всё, что он собирается сказать.

— …но я обязан… Ох, прошу, не молчи! это так давит… — не вытерпел он такого накалённого ожидания от неё.

— Ам? Да, да, конечно, говори! — та мигом виновато подняла на него глаза. — Я слушаю.

— Я боюсь за тебя. Дядя точит на нас зуб и я переживаю, что он выдаст что-нибудь, что навредит тебе. Это из-за того, что я рядом. Я должен уйти на время, чтобы с тобой ничего не случилось.

Только шире приоткрыв веки, Анки смотрела мёртво прямо ему в лицо. Её зрачки заблестели.

— Уйти… — ещё тише насколько возможно проговорили её губы, — куда?..

— Я отправляюсь в поход.

Опешив, юная леди со страху акнула и затаила дыхание:

— На войну?.. Нет!! — и резко, что есть силы, схватила его в объятиях, крепко прижимала к себе да только испуганно начала отговаривать. — Не пущу! Ты не можешь!

— Я…

— Там опасно, неважно насколько долго. Я ведь каждый день буду сильно переживать о тебе! Ты можешь погибнуть!

— Я не…

— Нет!

[— Эх, это была плохая затея.]

— Со мной ничего не случится, я обещаю.

— Как ты можешь обещать подобное??

— Послушай! —- парень взял её за плечи и оттянул от себя, чтобы хотя бы увидеть её лицо. Её глаза горели в приглушённом свете комнаты, в тревоге и нежелании терять человека. — Поверь, я и сам не хочу этого, но так будет лучше для нас обоих. Я вернусь как только, так сразу. Поход лишь формален, я даже меч не подниму и буду далеко от всего этого.

— Но… но почему именно война?

— Она была самым аргументированным вариантом, чтобы меня отпустили. Не волнуйся, я и царапины на себе не оставлю. Я вернусь и сразу заберу тебя куда-угодно, куда хочешь отсюда.

— Куда хочу… правда?..

Эндри и сам надеялся на подобный исход. Он не хотел натужными репликами отвечать ей о том, что не надо беспокоится и тому подобное, потому, держа её в руках, с нежностью крепко прижал к себе в знак согласия.

Одна рука обхватывала плечи, другая прижимала голову к себе в ключицу. Анки, видимо тоже не зная, что сказать, накрепко прижалась к нему грудью.

Уже, по-видимому, и целый час они пролежали ещё. Можно не говорить об Эндри, а Анки точно давно не питалась и её жалобно завывающий живот говорил об этом, тем не менее она не придавала этому значения, и не хотела. Ей сейчас требовалось попросту напрочь остаться наедине с добрым и участливым человеком.

…

Белокурая девушка с немного растрёпанными волосами уснула. Она бесшумно сопела с приоткрытым ртом. Её руки заметно ослабили хватку. Нельзя было сказать, что именно ей сейчас снится и снится ли вообще что-нибудь.

Эндри пусть желал остаться с ней ещё, да нужно было собирать вещи к завтрашнему дню, да и в целом готовиться. Он максимально аккуратно, чтобы не разбудить, выбрался из её рук и поднялся с постели.

Уже вечер, однако солнце ещё не село. Была безмятежная тишина. Парень осмотрел краем глаза комнату и остановился на лежащей белой фигурке.

[— И всё-таки она прекрасна. Увидев бы такую на Земле, я бы безотказно подумал, что она вдобавок очень популярна. Может, сводить её к кораблю?]

Ночи не были такими тёплыми. Было, конечно, неудобно укрывать, когда Анки лежит на заправленном белье, но, позаботившись об этом, Эндри оставил её одну укрытой в одеяле и покинул помещение.

Рядом с дверью у стены неожиданно стоял Коил, собственно, облокотившись об неё да скрестив руки. Он будто давно поджидал Эндри там и наконец же хмуро заинтересовался:

— И что же ты делал в её комнате?

[— Тебе-то какое дело?]

Про себя гмыкнув, Эндри беззаботно развернулся, не намереваясь ничего ему говорить, и направился в свою спальню.

— Эй, я с тобой разговариваю, — не крича, отбросил Коил ему в спину. Он уже было пошёл вслед за Эндри, но тот мигом вильнул в свою комнату и закрыл дверь. На всякий случай не отходил никуда и придерживал её изнутри, чтобы кое-кто лишний не вломился.

За оной слышались шорохи, безрогий гость чувствовал, что этот старший брат стоит прямо напротив неё.

— Господин? Что-то случилось? — послышался далёкий голос служанки. За время парень научился распознавать их голоса по манере речи и интонации и был однозначно уверен в том, что за стеной стояла Нарья.

— Пригляди за ним, он что-то чудит, — это было последнее, что тот услышал. Покамест его больше никто не беспокоил. Осталось морально готовиться к походу, пока с материальной частью к нему не постучался дворецкий.