— Это ведь не самое худшее, что меня ждёт.

— Ну да, к тётушке добавятся и друзья. Все друзья.

— И этот павший воин запомнится только самому себе…

— Не всё так печально, как кажется. Люди приходят и уходят, но истина остаётся одна. А вот она обременяет.

Русый безрогий, кого волею случая и прямым указанием одного полководца занесло в императорский двор через чуть ли не тысячу километров, привыкши к местной обстановке, пребывал в бодром здравии и начал увлекаться своими новыми своеобразными хобби: слушая утром Анки в библиотеке и под вечер фехтуя в зале. Эндри уже просил помочь ему в обучении Нарью и Луи, а сейчас за занятостью оных проводил своё время в зале с дворецким.

Если сравнивать трёх “тренеров”, старичок показывал себя более прагматичным, сочетая в себе отточенную методологию и стойкость; Луи мягка и слишком заботлива; Нарья строга и бескомпромиссна.

— Не давайте противнику возможности сделать контрудар. Одного удара недостаточно - делайте сразу серию, чтобы у врага не было времени на раздумья. Давайте ещё раз, сэр.

Дворецкий встал полубоком и, крепко держа оружие, но не выставляя сильно вперёд, направил его к Эндри, опустив кончик клинка вниз. Эндри встал напротив мужчины с элегантной козьей бородкой в костюме и взмахнул метровым орудием, отбивая клинок того в сторону и тотчас делая следующий замах.

— Вам не обязательно бить по моему мечу, главное - поразить именно тело.

Мужчина ловко отпарировал его удар и мигом ткнул в грудь парня, как только он приблизился ближе из-за замаха.

— Умерьте амплитуду, вы подошли слишком близко и слишком напряжённо подняли меч, тем самым открыв свой торс.

Эндри отошёл назад, почёсывая место своего “ранения” да повторно встал в начальную стойку, также опустив клинок. Пусть все тренировочные мечи были сильно затуплены, колотый удар был сравним протыканием толстой палкой, что хоть и не наносило увечий, всё-таки неприятно.

— Эх.. — замотавшийся, вздохнул парень. — Так, ещё раз!

В этот раз он решил не поднимать и бить в одной плоскости, так как выучил, что для начала следует сблизиться на достаточном расстоянии, чтобы быть уверенным в том, что достанет остриём до тела противника, и только потом наносить удары. Они в очередной раз скрестили мечи и Эндри сделал короткий замах, целясь в бока. К слову добавить, скрещивание мечей происходило не в привычном понимании многих - оно было результатом парирования ударов.

Сейчас дворецкий совершенно не нападал первым и только находился в защите, оттачивая Эндри в атаке.

По всему залу проносились хлестающие звуки ударов по металлу.

Эндри продолжал наносить их быстро один за другим, не давая сопернику времени сделать контрвыпад и только оставляя его отражать “пируэты”, постепенно оттесняя назад.

— Продолжайте! — подбадривал лакей, — Главное не переборщите с силой, у вас меч, а не булава, иначе устанете быстрее меня и сделаете ошибку первее.

Эндри старался не отвлекаться на разговоры, сосредотачиваясь только на бое, да молча с натугой махал клинком. Быстро переведя оный в вертикальное положение, решив сделать эффект неожиданности и сменить плоскость, он с силой направил его на соперника, что был как раз почти вплотную у стены. Но тот моментально перехватил свой меч в две руки, держась одной за клинок, и выставил горизонтально перед собой, остановив парня.

Не теряя времени, дворецкий пнул ногой по икрам атакующего и оттолкнул в сторону, сделал резкий выпад и нанёс сверху колотый удар почти под шею.

— Чёрт, опять.

— Об этом я вам и говорил только что. Бессмысленно бить силой, меч так и так легко прорежет плоть. Вы только теряете силы и подставляете под удар себя.

— Я немного запыхался, но всё же не устал. Как долго вы этому учились? — Эндри разговаривал довольно бодрым голосом и с ярким желанием рвался на ещё одну попытку, дабы опробовать все свои силы.

— Все свои юные дни, а потом еженедельные тренировки.

— Давайте ещё раз!

Вернувшись к центру зала, он пошёл на следующую попытку. Обнаружив, что дворецкий всегда становится в одну и ту же стойку, ожидая однотипные атаки, Эндри решил немного сменить тактику и после пары замахов, без труда отражённых его тренером, сделал резкий выпад вперёд, вытянув на всю длину меч. Дворецкий умело отскочил в сторону.

В голове Эндри, казалось, немногим замедлилось время и он начал осознавать, что если простоит в таком положении хоть секунду, то тут же огреет от лакея, отчего следом шагнул назад, всё ещё держа оружие перед собой.

— Неплохо! Но вам каплю не хватило скорости, всё же рука быстрее глаза.

Дворецкий опустил клинок вниз, упёршись им в пол, он положил на рукоять свои руки, продолжая смотреть на Эндри безмятежным взглядом.

— Вы уже всё? — с желанием продолжить дальше Эндри недопонял те действия.

— Нет, я жду вашего удара, — спокойно ответили ему.

[— Слишком открыто стоит.]

Эндри быстрым шагом направился к нему, держа лезвие под небольшим углом на уровне груди, и нацелился прямо в бока. Дворецкий видел, в какую именно сторону парень собирается нанести удар, потому, заново схватившись за оба конца меча, заблокировал его атаку на полпути. Их клинки плотно соприкоснулись друг с другом, но клинок последнего был направлен ровно на открытое тело Эндри, ему необходимо было совершить лишь небольшой тычок, чтобы остриё попало прямиком в плечо, что тот показательно и сделал.

— Мимо!

…

На утро, когда солнце уже взошло, но ещё не палило жаром со всей силы, Эндри как по расписанию завалился в библиотеку. Обычно внутри его ожидала Анки, но в этот раз, видимо, он пришёл сюда первым.

К ней в некоторые дни приходил её личный учитель, в это время от Анки ни слуху, ни духу. Возможно, сегодня был именно такой момент.

Беловолосая девушка, которая охотно обучала Эндри письму и с таким же интересом слушала его родную речь, с жутким любопытством расспрашивала про его происхождение и интересы, разве что, будучи строго воспитанной, не позволяла себе и не решалась на более личные вопросы и темы, затрагивающие их, пускай и не без оговорок. Эндри, в свою очередь, по заветам Сандра да и по собственным причинам не рассказывал о своём истинном происхождении и бессмертии, а выдумывал и так приевшуюся ему самому фантомную страну безрогих. Причина была для него проста: не было желания втягивать в свою историю каждого попавшегося ему под руку человека, так как полагал, что это приведёт к неконтролируемым последствиям, вследствие чего для этого ему приходилось играть по правилам этого мира - опыт с сенатом только подтвердил его опасения, потому что по словам императора за ним ведётся настоящая охота, пусть Эндри совершенно не понимал с какой целью. Он мог рассказать о своей способности только в случае крайней необходимости и только тому, кому сильно бы доверял.

Анки тем временем научила буквам и правильному произношению, на что уходило порой несколько дней, Эндри как ученик начальной школы исписывал листы одними и теми же символами в попытках запомнить их написание, иногда отдельно от всех проводя ночи в библиотеке и зубря. Анки не была первоклассным преподавателем, но открыто старалась довести дело до конца и даже извинялась, когда у неё что-то не получалось. Эндри видел это, а он был человеком простым, если к нему обращались с теплотой, то и он пытался в основном отвечать тем же, как и наоборот, если это конечно не был чрезвычайно важный человек, которому мог простить нападки. Исключением из этого, скорее всего, были уже далёкие друзья и Кира, когда он мог допускать колкости в её сторону и она сердилась, но они оба понимали, что это только её внешняя оболочка и она не держит на него обиду, а Эндри не допустил бы таких серьёзных оскорбляющих высказываний и говорил с сопутствующей шутливой интонацией; однако, называлось бы это скорее дружбой на одной волне.

Между делом, датчанин, в свою очередь, учил Анки своему языку, начиная с простых приветствий до ведения короткой светской беседы, иногда также беря случайную книгу и пробуя прочитать её, а потом пересказать её на своём языке. Для неё Эндри выглядел уже едва ли не другом в такие времена, с которым она интересно проводила время, да вот воспитание до сих пор мешало ей преодолеть эту абстрактную планку.

И вот сейчас, пока он один, парень решил пройтись по залу. На противоположном конце стола была оставлена забытая книга, открытая на две трети истории. Эндри наклонился к ней, полистав пару страниц. В прошлый раз Анки прочитывала ему, как Лорд остановился у своего протеже в городе, и она совершенно не двинулась дальше с места, оставив страницу на прошлом моменте.

Обычно так и кончались их встречи: девушка пересказывала Эндри роман, хоть иногда да продолжала неловко обходить тему с рогом, если она там затрагивалась.

— Аа.. здравствуйте!

Сзади незаметно подошла та самая Анки и тихо поприветствовала Эндри, чем изрядно его напугала, тот дёрнувшись подскочил на месте, картинно схватившись за сердце:

— Ох Боже.. не обязательно ведь так подкрадываться, — выпалил тот про себя, глубоко вздохнув. Уже ожидалось, что Анки моментально начнёт извиняться, потому, не хотя ставить её в неловкое положение даже просто лично перед ним, Эндри обратил это в неловкую шутку, нелепо и тихо посмеявшись.

— Ой, прости, я не хотела, хих!

Она прикрыла рукой рот и тихонько с улыбкой захихикала. Кажется, это сработало.

— И… Ого, ты практически назвала меня по имени, — заметил он прямое обращение на ты и сообщил ей.

— Само вылетело! — резко изменила голос курносая, попятившись назад. — Вы.. ведь не обижаетесь, правда? Тем более сами просили обращаться к вам на ты.

— Ну, у тебя появились первые шажки в верную сторону - и мысли плохой о тебе нет. Ты спокойно можешь называть меня на ты.

Ему стало просто любопытно и забавно узнать, сможет ли она когда-нибудь назвать его по имени и не обращаться к нему как к пожилому старцу. Анки замялась, немного потоптавшись на месте и незаметно потерев руки, таки попробовала:

— Ну… ты хочешь продолжить чтение?..

Тот как раз рассматривал полку и взял случайный небольшой томик. Прошлый с историей о Лорде была у них больше не для обучения, а скорее для небольшого отдыха, когда Эндри расслабленно мог просто послушать Анки.

— Разумеется! “История сената в республике”? Я правильно прочитал? — вчитался он в оглавление и подошёл к Анки.

[— Они как будто ведут летописи всего и вся.]

— Ого, это из полки, что написал дядя. Он много писал.

Девушка немного повернула книгу в его руках, чтобы лучше разглядеть буквы.

— Аа.. да, вы всё верно прочитали… Эх… ну вот, опять! — да стыдливо прикрыла лицо, поняв оплошность. Сложновато ей это даётся. Эндри тихо и добро, чтобы не было слышно за пределами библиотеки, захохотал. — Да это правда очень непривычно! — помотала она головой, всё держа скрытым лицо.

— Как много у тебя людей, с которыми ты свободно общаешься?

— Ээ… — Анки направилась к столу и села за него, прикрывая свой смущённый вид от того, что, хоть и не стебались, но посмеялись над её неудачей, а также от неожиданно сложного вопроса, который, казалось бы, не должен быть таким. — Ну, мой брат Коил, отец, горничные, его Величество…

— Его Величество?

Он сел рядом с ней, одним глазом поглядывая в книгу, полистывая, другим поглядывая на белую фигурку поблизости. Не в прямом смысле.

Сбоку короткие, белые как снег волосы длиной до подбородка, но не касавшиеся его, а наоборот слегка торчащие наружу, закрывали часть её лица, оставляя видимым только кончик носа. Эндри начал замечать про себя, что в последнее время всё реже отводил от неё взгляд, просто бесцельно глядя на неё - таки его вкусовые предпочтения о красоте делали своё дело.

— Это потому что он твой дядя? — добавил парень. Анки молча кивнула. — А, кстати, как насчёт твоих родителей? Я так понимаю, Сандр…

— Да, Сандр мой отец, — она перебила его, опередив с ответом. Губы её слегка косились, а на её лице были смешанные чувства - она вроде хотела рассказать что-то, а вроде это же самое “что-то” останавливало. — Если честно, то это все… больше никого нет.

Девушка немного склонила голову вниз и теперь волосы прикрыли и тот её последний видневшийся курносый нос.

— Оу, — Эндри прикрыл томик, полностью переведя взгляд на неё, — не то чтобы скудный список, но весьма печальный.

— Я знаю… — с грустью ответила она. — Просто, никто сюда не приходит надолго, чтобы мы успели познакомиться, а меня совершенно не выпускают из поместья, даже того не объясняя почему.

— Как же я тебя понимаю!

Засияла яркая ирония на нём. Сам он уже немало дней ждал вестей от императора и Сандра, но пока получал один и тот же короткий ответ - “ищем”. Вдобавок за это время вопрос с сенатом всё покрывался невзрачным туманом, ибо о нём замалчивали, а Эндри продолжали не выпускать за пределы дома.

— Ладно. О чём читаешь?

Анки видела, что у него всё та же жёлтая книжка, но всё равно заглянула на момент, в котором он открыл её.

— Да-а… я даже не начал ещё. Просто листаю, — он остановился на случайной странице с рисунком похожим на план зала сената сверху и на этом же моменте принялся читать. — Старейшина, что определяет истинность заседания, по подсказкам своего божественного покровителя и широкому складу ума должен пресекать лживость всех находящихся в зале и может остановить сей заседательский процесс в любой момент, — парень ненадолго поднял глаза и отвлёкся от текста. Ему на память приходил только образ того старца, что постоянно стучал тростью по полу. Ну, можно спросить девушку по-соседству: — Ты многое знаешь о сенате?

Анки взяла книгу с его рук, чтобы проверить всю правильность сказанного им.

— Немного, там сидят какие-то странные дяди и что-то очень долго обсуждают. Всё верно, — проверила она его на ошибки и отдала предмет обратно.

— И по-другому не скажешь, — согласился тот с её словами. — Я был там, все постоянно с умным видом шумят, не могут прийти к общему решению и постоянно спорят, пока им это не надоест. Так, дальше, — Эндри, легко вздохнув, переключился на буквы. — Старейшина обязан следовать правилам и не допускать собрание, если хотя бы одно из условий, справедливо данные праотцами, не будет выполнено: все слова из уст прибывших в зал записывает летописец - это не допустит дальнейшей фальсификации в законах, необходимо личное присутствие императора со своей свитой, только наличие большей части сенаторов в зале в силе решать судьбы людей и республики.

Он вновь передал книгу Анки и по ходу поинтересовался вопросом:

— Да, помню подобное что-то делал такой старец там. У них это словно ритуал. Но тебе не кажется второе условие слишком навязчивым? Ну там, император всё же не всегда в состоянии присутствовать, а собрание слишком важное, предположим.

— Мм? А, я знаю. Мне рассказывал дядя. Это для того, чтобы он занимался общественными делами, а не управлял войском и ходил в походы. Армии не подчиняются напрямую императору, а находятся каждая под своим полководцем, а те подчиняются уже сенату. Да, — приставила она палец к носу в мимолётных раздумьях, — вроде, прямо так он мне и рассказывал.

— Хм, допустим. Но не думаю, что это решает ту проблему всё равно. У меня верно всё, кстати?

— Так, я не сразу поняла пару слов в начале, — она указала на них пальцем в тексте, — но в целом мы идём отлично!

— Чудно.

Эндри полистал ещё несколько страниц в поисках чего более интересного и остановился на рисунке разукрашенного человека с копьём, уж больно напоминал он ему тех стражей. Эндри зачитал:

— Никакое оружие не дозволено и только Стражам Анорбы, что блюдут порядок, позволено держать в своих омытых руках его. Только Стражи Анорбы в состоянии покарать того, кто пренебрегает миром, впредь они правят судьбой преступника.

— Это… про что вообще? — спросила соседка.

Читающий как-то не особо желал рассказывать про его встречу со стражами и не подавал никакого виду, дабы не раскрыть себя, а Анки с глупым лицом сидела рядом и не понимала контекст прочитанного, словно вырезали случайный абзац из научной статьи и выдали его на прочтение.

— Без понятия. Решил просто прогуляться по содержимому, — это был не самый приятный случай в его истории. Да даже если бы ему прямо сообщили о его причастности в том событии, то он, скорее всего, просто пожал бы плечами.

Толстая дверь библиотеки приоткрылась и в неё спокойно вошёл высокий белокурый мужчина:

— Анки, — безмятежно обратился тот к ней, едва войдя внутрь, — ох, ты снова зачитываешься… — он не сразу заметил за плотными стеллажами их спины и внезапно остановился, как только подошёл ближе. Эндри с Анки обернулись. — Эм… день добрый.

Коил как по привычке держал одну руку у груди и с хмурым видом глядел на Эндри, которого не ожидал здесь увидеть. У Эндри было более равнодушное отношение к Коилу, с которым он общался реже всего в этом доме после императора, а тот, в свою очередь не особо желающий с ним разговаривать, сам не посещал гостя и обменивался с ним приветственными фразами лишь при случайных встречах.

— Ээ, доброе утро… или день, — парень развернулся вполоборота к нему и положил одну руку на спинку стула.

— Ты чего такой насупившийся? Что там снова натворила? — включилась Анки.

— Да не… Я ведь говорил тебе не приближаться к ней, — с укором проговорил тот, косо переключив взор в сторону Эндри.

— Я не…

Было Эндри хотел колко возразить ему, но тут вмешалась сестра Коила:

— Что?! В каком смысле не приближаться? — с недоумением выпала она на брата. Коил сделал шаг назад, сложив руки за спину, отчего девушка сама встала из-за стола, набоченившись и наклонившись к нему с таким же насупившимся видом. — И ты правда так сказал ему?

Её тонкий голос в таком грозном тоне звучал достаточно забавно, можно было провести аналогию, в которой маленький ребёнок проучивает и ругает своего родителя.

В свою очередь, Эндри растерялся в столь быстро изменяющейся обстановке, не додумывался, как отреагировать, и смирно сидел на своём стуле, наблюдая за происходящим. Совершенно неожиданно оказалось, что за него вступится леди сего двора.

— Если тебе не дорога своя репутация, то можешь с ним хоть вечера проводить, — прямо отвечал Коил.

— Да что тут такого? Мы просто учимся!

— Ага, — он немного утих, снова окинув взглядом Эндри, — и чему же тебя может научить этот бесхребетный, этот плебей… сепуум?

Беловолосая девушка, что с первого взгляда походила на милое и невинное дитя, с места сцепилась с Коилом, схватив того за камзол у груди:

— Эй! Не называй его так!

— Да какой тебе прок защищать его?!

Отойдя ещё на шаг назад, чем потянул немного Анки за собой, он быстрее хотел избавиться от навязчивой сестры, что цепко держала его, и с явно превосходящей силой выдернул её руку, освободившись.

— Да как ты, сам из рода Жерьеров, смеешь так разговаривать?!

— Ам, ребят… — вмешался Эндри в диалог, неловко махая руками, — попридержитесь малька, я не такой ужасный, как могло показаться.

Парочка уже повышала тон разговора, а Эндри безуспешно старался их отговорить от ссоры, да и Коил, можно было сказать, не слишком-то и обращал внимания на присутствие рядом гостя.

— Тут всё хорошо? — на шум, малость испугавшись, подоспела горничная и выглянула из двери, сразу спросив, что тут происходит.

— Да, всё хорошо, — ответили синхронно два голоса в сторону Луи. Коил продолжал пятиться в сторону от сестры. Но Эндри, как услышал постороннего, молниеносно же крикнул ей, опровергая слова парочки поблизости:

— А н-нет, тут всё очень-таки нехорошо!

Он подбежал ближе к человеку у выхода, подтягивая за запястье внутрь зала.

— Луи! Сцепились что-то из-за какой-то ерунды. Помоги сделать меньше неверных движений.

— Вот как всегда. Давай я сама буду решать, что мне делать! — продолжала Анки. А Эндри с Луи уже как двинулись в сторону парочки, однако юная девица мигом, рассерженная, выбежала из библиотеки и, оглянув немыми глазами их по пути, оставила брата посреди помещения с гордым видом. Вскоре и Коил вышел в коридор, безмолвно пройдя мимо прислуги и даже краем глаза не посмотрев на них.

— Прошу прощения, а что случилось? — оробело спросила служанка парня, словно была виновата за то, что не успела остановить перепалку.

— Да-а-а… — он почесал голову, раздумывая, как более лаконично объяснить, — Коилу не понравилось, что я рядом с Анки нахожусь, а она набросилась на него за то, что тот назвал меня сепуумом, наверное.

Он и сам был не уверен в точной причине такого их поведения, его глаза и уши говорили ему пока только об этом.

Луи хотела, вероятно, сказать кое-что, однако из её губ выходил лишь пустой глас, который невозможно было никем услышать. Она не решилась торопиться с выводами и без слов глянула в пустоту перед собой в лёгких раздумьях, похлопывая ресницами.