«Доброго утра, Пауло! Сегодня мне снился ты, как я принесла тебе кофе в постель. Сделала бы так же сейчас, но, боюсь, моя мама не пустит меня с кружкой за дверь, хих. Но сегодня на уроке будем готовить! Надеюсь, горячительные напитки. Буду помогать тебе»

Утром перед школой я подкрепила своего соседа виртуальной чашечкой кофе со своего стола. Лучше уж так, чем никак, хех.

…

Весна. Обед рабочего дня и безлюдные улицы моего квартала.

Выйдя из дома, я стояла посреди дороги в чёрном платье, устремив взор в небо. Часть кучевых облаков медленно надвигалось на белое солнце, оно просвечивало в закрывающуюся просинь, прямо на меня. Недолго погодя, зной его лучей угас вместе с ними.

Я опустила голову и встретила знакомый силуэт на тротуаре - Пауло возвращался с последнего урока, пиная воздух да пуская пузыри из носа. Он остановился в шагах двадцати от меня, как только поймал мой взгляд.

Моё лицо нахмурилось - у Пауло исказилось непониманием - моё посуровело и ощерилось - у него побелело. Во мне таилось недоброе пламя тысячи огней, достаточно было искры сверкнуть между нами, чтобы оно вспыхнуло. И я с тем же ликом ринулась со всех ног к парню - тот стремглав взъерошился весь и побежал в противоположную от меня сторону!

— Стой!! — кричала я ему.

— Твоё лицо говорит обратное!

Он бежал от освирепевшего хищника, кем я являлась сейчас. С полупустой сумкой на плече, он не жалел ни энергии, ни ног, а я не отставала от него.

— Да извини, я не специально же, говорил!

— Я говорю тебе стой, дурак!!

— Нет!!

С нашей улицы мы сразу выбежали в поле, Пауло завернул в непонятную сторону, просто чтобы оторваться, трава под ногами не мешала, а город отдалялся всё дальше и дальше. Я готова была незамедлительно схватить его и с натравленным видом преследовала удирающую от меня фигуру.

Бежали мы немало, Пауло недоумевающе кричал вслед и извинялся, что из-за него пришлось вылететь сегодня с уроков как можно скорее, а я не останавливалась.

Быстрые шаги наши постепенно замедлялись, лбы потели и носоглотка горела от тонны вдыхаемого кислорода. Мы бегали через какие-то рыхлые луга. Бегали, скатывались со скатов, и после взбегали вверх по пологому холму.

Не одна сотня метров оказалась протоптана нами, наши силы истощались и измождённые вздохи становились громче. Но Пауло не собирался сдаваться в одиночку.

— А ну стой!.. — хрипела я, не дотягиваясь до него хилых полметра.

Обессиленные, мы и не заметили, как добрались до неведомого ранее подлеска. У нас обоих уже подкашивались ноги, но мы шли, шли и шли по уклону вверх… пока Пауло наконец не опёрся о близ стоящее дерево, окончательно встав. Я аж не сразу сообразила и прошла мимо него, тоже облокотилась о свои колени, суматошно глотая воздух, и лишь затем доковыляла до парня, вцепившись за воротник.

— Йя-я-я, я не специально, прости! Хочешь, я выстираю тебе??.. — прижался тот с подавленной миной к дубу. А я, не отпуская… обмякла и повалилась вместе с ним на землю.

Ну и пробежка, конечно… Всё тело словно испарилось и только сердце бешено колотится от перегрузок.

Не успев мы до конца отдышаться, я забралась к парню на грудь, посмотрела в лицо и упала, опять же, расслабив ноющие ноги. Я зашлась на полную от смеха:

— Ахаха, аха, ахахахаха! — и не унималась, расхохоталась во всю глотку, хлопая ладошкой по плечу Пауло, а тот испуганно оторопел от такого исхода.

— Ч-что, что такое??!..

— Ахахахаха, ну ты и.. я не могу! Ну ты и дурашка! — я отлипла от него и упала на спину рядом, не прекращая веселье в лёгких. — Видел бы своё лицо, якобы съем сейчас! Ахахаха!..

— Так а зачем бежать за мной было???

Повернувшись к Пауло, я потянула его за щёчку, дабы вызвать улыбку на нём, а то помрачнел как-то:

— Я понарооошку же! Хих, ты правда подумал, что я обижусь на тебя за какие-то пятна из-за неряшливости? Ахах!..

Тот пробубнил сквозь натянутые губы:

— Ооохх. И откуда в тебе силы смеяться ещё…

Ситуация, в общем-то, вышла неловкая в школе. Последний урок был посвящён практической кулинарии, где, как ни странно, мы учились готовке всякой всячины. Сегодня разбирались с грибным супом и варили плотный бульон к нему с добавлением овощей и специй, место я выбрала на кухне вместе с Пауло и помогала ему в мелочах, благо преподаватель одобрял поддержку, однако в ответственный момент наливания супа в миску запотевшие пальцы подвели его и чуть не выронили половник, вследствие чего половина того горячего отвара хлёстнула на меня. Фартук на первое время спас от ожогов, но, будучи ошеломлённой, я застоялась дольше позволенного и жидкость успела просочиться вглубь, испортив юбку. Пришлось как можно быстрее отпрашиваться домой.

Всё ещё медленно и тяжело дыша, Пауло добавил:

— Это же твоя любимая, говорила. Как тут ещё не разозлиться…

— Хеей, дурашка. Нормально всё, я успела закинуть в стиралку. Как видишь, уже переоделась, — я, в свою очередь, обратно потянулась к нему, обняв одной рукой шею, и с последними словами чмокнула в щёку для придачи бодрости. Судя по его вздёрнувшейся и покрасневшей голове, оная молниеносно прилила к нему. Хех, походу, не привык к поцелуям, так что не откажу себе насладиться его рожицей в этот момент. — Хочешь, покажу потом, что с юбочкой всё в порядке?

— Охх, лаадноо… Не пугай так больше, аж сердце в пятки ушло, а пятки, кажись, чуть над землёй не воспарили.

— Получается, сердце чуть не улетело, хих.

— Ага-а…

Последний раз вздохнув, Пауло кряхтя поднялся на ноги, и я вслед за ним. Тоже кряхтя…

Собственно, куда нас занесло?

Вопрос о нашем местонахождении был одновременно озвучен нами обоими. Мы начали осматриваться вокруг этого места: по одну сторону протягивался непроглядный лес с плотными кустарниками, по другую на шестьдесят метров простилалась сплошная луговая полоса без единого дерева, и за ней вновь лес, а на краю одного из них, на поднимающемся склоне, стояли мы у дуба.

Город где-то за холмом или вовсе за холмами. Создавалось ощущение, как будто сюда ни разу не ступала нога человека. Но при этом оставалось понимание, что мы ну никоим образом не могли бы убежать кардинально далеко.

Хотя, в целом, не особо примечательная местность, виды не такие уж и зрелищные, ни одного яркого цветочка под ногами, ни жука со стрекозой. Только шелест листьев. Да и навеивало нечто жутким, как если бы тут находилось отчуждающее поле, отчего датчик в мозгу советовал удалиться отсюда.

Взгляд мой привлекла кое-какая вещь, поднявшая интерес взамен на гнездящуюся опасливость. Я следом позвала Пауло, подойдя к ней:

— Тебе не кажется, тут что-то есть?

У одного из дубов на краю бугра имелись размашистые, разветвлённые корни, с одного бока опускающиеся по воздуху к земле, они свисали вниз как каменные лианы, оставляя между собой широкие и узкие щели, ведущие в безотрадную темноту. А в той темноте таилось таинство, манящее, чтобы заглянуть в неё…

Полазить по заброшкам либо по редким самобытным местам я очень даже не против, так что…

— Может, не стоит лезть?.. А то как в тот раз, — скептически отнёсся Пауло, видя меня у этих корней. Я обернулась к нему, показывая свою беззаботность:

— Ой, ничего не будет. Вспомнил, как от зорро бежали, завизжал тогда, что аж небось в городе слышали.

Он фыркнул, невольно вспоминая это:

— Сама-то… не лучше была.

— Я девочка, — но мой высунувшийся язык стал главным аргументом в споре. Пауло лишь устало вздохнул на мои игривые глазки, после чего я по-доброму засмеялась: — Ахах, не дуйся ты. С тобой весело дурачиться.

В любом случае, я хотела бы узнать, что находится в этой прощелине, расщелине либо рытвине - не знаю, как назвать этот земляной утёс с ямой под деревом правильнее.

Я, как уже здравомыслящий человек в таких ситуациях, перво-наперво включила фонарик на смартфоне и посветила туда.

— Ого, тут глубже уходит. Прям пещера какая.

— Пещера? — подошёл ко мне Пауло, также всмотревшись. — Ни разу не слышал, чтобы их находили у нас.

Подобная новость взбудоражила мои нервишки и я одержимо взглянула на парня:

— Тогда мы будем первооткрывателями!! Только представь, что о нас напишут потом!

Правда, тот почему-то не вдохновился этим и неуверенно покосился:

— Я.. эхех, предпочёл бы не сиять на весь свет. Признание - не мой конёк.

— Ну тогда это будет нашим тайным местом! Укромное место в честь нас и только для нас!

— Ээ, ну-у, мы даже не убедились ни в чём, а ты уже убеждаешь, что там пещера.

— Сейчас узнаем. Я пошла! — заявила я и охотно полезла внутрь. Пауло закопошился, то ли подумав оттянуть меня, то ли ещё что, но обошёлся предупреждениями:

— Эй-эй, Маркела, осторожней! Осторожней там.

— Я уже про-тисс-с-ски-ва-юсь, — говорила я, совершая оное действо, а давалось оно уж воистину непросто, корни крепкие и тесные, руки напрягаются, чтобы раздвинуть их, и разве что половина тела чудом прошла, в частности генетический подарок матери с болью напоминал мне о том, что я не такой супергерой как она. Я застряла…

Левая рука бесполезно болталась внутри, правая на пару с ногой неудобно отталкивала с наружней стороны один идиотский деревянный прут, прочно засевший по центру меж моих молочных бугров. Как оно вообще позволило одной проскользнуть как по маслу, а другую не пропускает??

Я было думала позвать Пауло помочь надавить на правую железу, поскольку самой неудобно и могу только корень толкать, как он сам перебил мой неначавшийся зов:

— Маркела… Тут… проём пошире есть как бы… — наблюдал он неоднозначным взором за мной, указывая на место поближе к нему. В нём, определённо, отражался стыд за меня.

— Ладно… ты победил.

Мои руки опустились. Мама, разумеется, не виновата, но сейчас я её саркастично благодарила глубоко внутри себя за столь увесистый лишний груз. Я подняла правую руку к парню, прося:

— Потяни меня, пожалуйста…

Повозился он со мной ещё минуту, пока в конце концов не вытащил. Благодаря моей нерасторопности теперь грудина с молочными железами болят.

Но я не унывала!! Стряхла с платья грязь с песком и пробралась через другой проход, где существенных трудностей не возникло. Встреча с чем-то необычным единолично ждала меня!

Во-первых, никакой звериной норы помине не повиделось, на что опасения Пауло не подтвердились, тут, смею заподозрить, и огульно не водится никакая живность, даже противной паутины нет, даже муравья.

Во-вторых, рыхлая земля под стволом дерева быстро обрастала пегматитом, и чем глубже я светила фонариком, тем заметнее серела порода впереди, превращаясь в подобие сланца. Запах стоял сухой.

В-третьих: туннель был высотой в человеческий рост, не обрывался в какую-нибудь котловину и плавно вёл прямо - к центру холма, как я предполагала.

— Во-о-о-оу!.. — аккуратно ступала я вовнутрь, с разинутым ртом осматривая выпуклые булыжники на стенах, потолку и полу, похожие на взбухшие пузыри, как они переливаются глянцем в искусственном свете. Пауло шёл за мной.

Пещера слегка заворачивала в сторону, куда окончательно не проникал естественный свет. Я не пугалась, отнюдь, это завораживало дух и двигало меня далее, но иногда поглядывала на Пауло - тут ли он ещё - на всякий случай. В уши отдавалось слабое эхо наших шагов.

— Как глубоко она идёт?.. — прокомментировал рыжий. — Надеюсь, тут не водятся змеи.

Его голос тоже отдался эхом, на что я отчётливо обратила внимание, заострив уши. Ах, зря резко их подняла, левое побаливает до сих пор…

Остановившись, я полушёпотом переспросила Пауло, уточняя:

— Змеи? А змеи слышат?

— Возможно, не знаю…

— Хмм, — я внимательно поводила глазами по тьме около нас, и затем коротко прогудела вглубь пещеры: — Аа!..

Гулкое эхо враз прошлось по холодным стенкам, копируя меня. Три раза отдалось оно. Тогда я с дерзостью проорала во всю ширь:

— Аааааааааа!!..

— Э-эй, будь тише! — мигом запаниковал Пауло. А отголосок меня всё бродил с почти той же громкостью, и я, распоясавшись в широкой улыбке, опять закричала:

— Ааааааа!!

Крик приумножился в наших мохнатых ушных раковинах - а я, стоя с раскинутыми руками в сторону как гордая птица, следом обернулась к своему парню да смело заявила:

— Никого тут нет! А если и были, то мы их распугали, хах. Погнали! — и, как бы дико не звучало, неторопливо поспешила вперёд к интересностям. Неторопливо, ибо вероятность наступить в негаданную случайную ямищу никто не отменял.

Что преследовало меня, так это неложное чутьё о том, что мы двое - единственные живые существа в этом месте.

Удало тащила я на себе бремя лидера недолго, пещера внезапно раздвоилась, оставив меня перед выбором. Я посветила в оба пути и посоветовалась с Пауло:

— Как думаешь, нам куда?

Он прямого ответа не дал и, пораскинув мыслями, попросил лишь никуда не уходить и проводить его фонарём вправо.

Пока он пошёл на разведку, я повернулась головой к левому пути, вгляделась… Зрение привыкло к темноте, и мне или чудилось, или так было на самом деле, но порода там словно отдавала изумрудным оттенком, тускло-тускло тлеющим как в неоновых лампочках. От долгого всматривания этот цвет размазался в моей голове, как если бы она закружилась, так что я незамедлительно протёрла глаза, на что откликнулся Пауло:

— Маркела, не тряси, не видно же.

Поняв, что позабыла про телефон, я сразу же извинилась. Только вот покоя мне та зелень не давала и я обратно вернула взгляд на неё, прищурилась. Необычное свечение никуда не пропадало.

— Там завал, кажись, — вернулся Пауло с сообщением, — куча булыги что ли разбросано или что-то такое. Не пройти, в общем.

Не особо ведая его словам, я указала ему на левую сторону, прежде чем пойти туда:

— Пауло, тебе не мерещится?.. Там. Светится.

— Гмм… — он посмотрел через моё плечо и также протёр глазницы. — Зелёное?..

— Зелёное, — подтвердила я.

— Оно… в камнях? Или это сами камни такие?

Так как я представляла это некой люминесцентной краской, после его вопроса меня неожиданно осенила кое-какая догадка, даже толику пугающая своей амбициозностью. Я с осторожностью прошептала, дёрнув к нему голову:

— А что, если это драгоценные камни??

— Аа?..

— Изумруды. Или цаворит.

— Их же в горах добывают, насколько знаю, а тут гор близко нет.

— Ну а вдруг.

Когда я направила фонарь туда, то свечение моментально исчезало.

Тем не менее, мы двинулись к той загадке, освещая себе путь. Там, где была зеленоватость, я наклонялась, внимательно осматривая участок породы, однако ничего похожего на минералы не находилось, что вводило в смятение. Разве что стены ущелья всё больше покрывались чёрным камнем, само оно сужалось и через какой-то один извив мы с Пауло уже не помещались вдвоём вширь.

Воздух свежел, словно впереди лесной водопад. При этом максимум наше вмешательство разрезало гробовую тишину этого места и никакой воды не слышалось.

И тут едва спускающаяся дорога плавно устремилась ввысь, как при насыпи - я подняла фонарь туда. И обомлела… Прежде перешёптывающийся о чём-то своём Пауло так же враз замолк, врезавшись в остановившуюся меня.

Я выключила фонарик, не отводя от того места. Затем снова включила. Затем выключила… Нет, нам не помстилось, впереди нас находился треугольный проём между идеально обрезанными, гранитными столпами в стенах пещеры, они издавали тот самый слабый изумрудный свет, в прямых и тонких узорах, а по ту сторону щели исходил такой же, но более рассеянный, как от тусклой лампочки.

Из меня неаккуратно выскользнуло:

— Офигеть…

— Офигеть… — подтвердили моё удивление сзади.

— Тут кто-то живёт??

Пауло как ошпаренный вздёрнулся от моего повысившегося тона и стремглав закрыл ладонью мне рот:

— Эй, ты чего разоралась опять!

А я, широко открыв рот, протяжно издала сквозь его пальцы:

— Ва-а-а-а-а-а-у-у!.. — и хитро лизнула их, отчего Пауло юрко убрал руку. — Ахах! Офигеть! Офигеть! Я хочу туда! Скорее, пойдём глянем!

Если бы там был кто, то уже давно бы вышел! Искушённая невиданным, я быстро забралась туда и легко протиснулась через проём. Всего пару секунд и я ступила на идеально ровную поверхность, за мной поспешил Пауло, не желавший оставаться один.

И я опять застыла с округлёнными глазами:

— Это точно кто-то сделал!!..

Здесь куча свободного пространства! Мы стояли на спуске около некой обвалившейся стены, которую загромоздила каменная земля с потолка, и, видать, очень, очень-очень давно.

Колоссальное помещение, светившееся зеленоватостью отовсюду, ни одной лампы или чего подобного; похожие на гранит стены, пол и громадные плиты словно сами были источником оного. Пирамидальный потолок чуть дальше так же выглядел искусственно, гладко, как если бы его изготавливали высокоточным оборудованием. Наряду со всем этим не покидало ощущение, что здешним изваяниям не менее тысячи лет.

Эти красоты поразили меня, пустив будто бы эйфорийный адреналин в кровь - я поставила руки рупором и прокричала:

— Ээээээээээээй!!!!..

Эхо не такое сильное, как в пещере, но отголосок мой тоже прошёлся низким звоном. Усмехнувшись, я взлохматила макушку Пауло и побежала вниз:

— Догоняй меня!

— А, куда ты полетела!? Ноги сломаешь - я не хочу тебя таскать на руках!!

— Аха, я уже убегааюю!

Фонарь не потребовался. Я свободно перескакивала с одного булыжника на другой, пока вскоре не коснулась ровного внеземного пола.

Во мне бурлило желание потрогать всё и вся, потому побежала к разнообразным гранитным формам, кои располагались упорядоченно в ряд, на кончиках некоторых имелась концентрация того изумрудца, куда свет как по каналам медлительно стекался с поверхности, она являлась как бы прообразом сосуда, освещающего зал сильнее.

Я осматривала всё подряд. Даже непонятный, по идее, мусор вызывал интерес и я охотно подбирала его:

— Оо, смотри какая завитушка! На букву “𐤎” похожа, — показывала поторапливающемуся Пауло вещицу, подобранную с какого-то пьедестала. После небрежно выбрасывала с рук и уходила к другой увиденной, поскольку новая являлась более ухищрённой.

Так я металась то к одному, то ко второму, то к третьему, пока не наткнулась на кое-что заставившее меня позабыть о всех предыдущих забавных находках:

— Пауло… — затаившись, проговорила я. Только его под боком не видно было, так что пришлось позвать громче: — Пауло!

Спустя несколько секунд он появился позади из-за колонны всё с той же взъерошенной головой. В отличие от меня, он не сиял энтузиазмом, тоже казался удивлённым, только относился к этому месту очень уж чутко, оглядывался, якобы каверза сейчас настигнет.

— Что такое?

— Кажется, нашли…

Посередине основного зала находилось пять гранитных столбов высотой в десять с лишним метров, они все тянулись ввысь под почти что прямым углом, но в противоположные от их общего центра стороны, из боков каждой исходило словно по паре стел - по тонкой да крепкой пластине, испещрённой углублениями квадратиков подобно бинарному коду. На трети длины из тех столбов шло по балке, соединяющиеся в средине некой торообразной структурой. Именно то, что расположилось под последней, зацепило моё внимание.

Ниже стоял восьмигранный шип с сужающимся остриём, где имелось уже широкое шестигранное отверстие, и над оным, на подставке, блёк лощёный камушек. Нет, кристалл, брусок с гранёными концами! Он был идентичного цвета с сиянием вокруг и крайне походил на драгоценный минерал.

Я смотрела на него неподвижными вожделенными глазами, пока вполслуха не спросила:

— Пауло… как думаешь, сколько терций за него можно получить?..

— Что?? — заколебался тот. — Ты что совсем? Не лучший момент о деньгах думать, полагаю.

Уже напредставив немало чего, что могли бы натворить с невообразимой суммой, я резко удивилась Пауло и схватила его за плечи, не понимая, почему тот вдруг отговаривает меня:

— Ты чтооо? Мы же нашли сокровище! Мы можем впредь забыть про школу и улететь отсюда куда-нибудь, далеко на море, на другую планету! Вдвоём на остров! Ты разве не хотел бы??

— Меня-я.. немного смуща-ает, что оно лежит как на блюдечке. В таком-то месте…

— Да фильмы - вздор. Смотри! — полная решимости, я направилась к тому камню.

Стоило мне сделать предпоследний шаг, как следом на полу загорелась линия лаймового цвета, я машинально остановилась и спустя миг в воздухе надо мной замерцала невиданная ранее голограмма того же оттенка. Никакого устройства не было поблизости, к чему можно было бы привязать её, она появилась из ниоткуда и хаотично двигалась, десятками слоёв прошлась сквозь меня, и слева, и сзади, и сверху, и по диагонали - и затем так же в одночасье исчезла.

Меня будто просканировали… Хотя это произошло за считанные секунды и голова ничего сообразить не успела, я какое-то время ещё стояла в замешательстве.

Не заметив ни в себе, ни в окружении абсолютно никаких изменений, я кинула обратно взор на кристалл - стоит на месте. Я шагнула к центру оставшиеся пару шагов и взяла его в руку, пытаясь вытащить из подставки. Но тот с трудом поддавался: то ли застрял, то ли прочно закреплён.

— Окх, ну давай же, ё-моё!..

Помучившись с ним, максимум я достигла успехов в том, что, наоборот, сместила его на сантиметр глубже в подставку. Я добавила вторую руку в помощь, как тут же ощутила тепло от сияния внутри. И после этого кристалл неожиданно выскользнул из под ладони в отверстие, куда за мгновение его бесшумно засосало!

— Э-ээ, куда!! А ну вернулся!

Я силком заглянула внутрь, полная недоумения, как далее, откуда ни возьмись, вокруг меня образовалось поле с мириадами микронных огоньков, извне похожее на светящийся разрежённый шар из газа, а всё тело неусыпно покрылось мурашками! Оно медленно подняло меня на полметра над поверхностью и начало оттаскивать в сторону - обратно к парню.

— А-аэ, это ещё что…

Веса собственного не чувствовала и была как в невесомости. Правда, барахталась я недолго, и, когда долетела, поле как мыльный пузырь исчезло да уронило меня на пол:

— Ой! — упала не очень приятно, прямо на копчик, едва не придавив хвост. Мурашки пропали.

Я быстрее убрала рухнувшую на глаза чёлку да кивнула головой к парню, а потом к месту, откуда меня утащили: тор, как и шип под ним, залились бирюзовыми красками в узорах на поверхности, издавая гудение как от проводов, а вслед за ними переменять цвета по цепочке на оный стало всё подряд, и столбы, и пол, позже стены и даже потолок. Сами столбы зашевелились, увеличивая свой угол наклона, и тор на мгновение полыхнул белым, словно разразился током!

Когда зал окончательно окрасился бирюзой, всё утихло. Ничего больше не происходило, совершенно, только нежно-голубой отблеск остался посреди нас. И гробовая тишина двоих, вытаращившихся лиц.

— Во даёт!.. — в скором таки времени выдавила я, продолжая полулежать, и повернула голову к до сих пор не выдавшему слов Пауло, словно сам не удивился, или словно пытается понять меня, испугалась ли я. Не испугалась.

Он неоднозначно смотрел на меня, но не в глаза; а после того, как поймал мой взгляд, отвёл свой. Под зрительным напором он неловко заговорил, зачесав запястье:

— Э-э, с тобо-ой ничего-о не случилось?

— Ну… — хотела было досказать “нет”, когда начала осматривать себя, да как по закону подлости лишь сейчас обнаружила, что у меня от падения платье вздулось вверх и юбка открыла напоказ все мои румяные прелести! Спохватившись, я живей закрыла от глаз парня розовое бельё, натянув край юбочки и сомкнув ноги, и устремила непокорный взгляд к нему.

— Яя ничего не видел!! — тотчас же заявил Пауло, замахав руками и отвернувшись. Однако моё лицо не показывало злобу, ибо само не ведало, что показывать.