С того момента, как закипел чайник, в доме повисло молчание. Не из-за того, что жильцы затаили дыхание на это грандиозное событие либо стали переглядываться, кому выдвигаться за порцией живительной энергией - так совпало.

Участь побыть официантом пала на Карли, да и она сама желала. В плане поскорее начать завтрак, а не обслужить сожительницу.

— Ндаа, куда моя молодость делась? — била та хвостом во время трапезы. Звучало так, будто она предалась ностальгии. Наверное, весна, гормоны. — Сидела бы как ты круглыми сутками в телефоне, не вылазия, а щас максимум в стену пялиться хочу.

— Тебе всего двадцать шесть, успокойся, — на выдохе прокомментировал человек по соседству. Что характерно, не отрываясь от этого самого телефона.

— Прокрастинация что ли… — хвостатая откусила бутерброд, запила, а затем запрокинула плечо на спинку стула и вильнула взглядом на Киру. — Чего интересного хоть там, расскажи?

Пересказывать мемы? Историю о неком девственнике, живущим где-то в посёлке и встретившим через интернет девушку своей мечты, которую считает своей госпожой и копит деньги на переезд, при этом ни разу не обменявшись фотографиями? Нет, уж лучше что сносное найти, а то утонет в стыде. Мыча с запряжённым видом да листая веб-страницу, рыжеволосая заприметила одно, вроде бы выглядящее адекватным, и машинально зачитала:

— В Хофе с нового года не заканчиваются забастовки, люди выходят с флагами авангардистских партий против повышения цен. “Неужто грядёт скорая социалистическая революция?” — закончила она фразу так, чтобы было понятно, что это цитата. Слушательница же даже бровью не дёрнула, разве что левым ухом от чесотки.

— Скука. У них это ежегодное, местный вид спорта, так сказать, выходить бодаться с полицией, поломать пару остановок и всё такое. Долбанутый народ.

— Местная Франция.

— А?

— Да так.

— Давай дальше.

[Кира: “Люди жалуются на вскочившие цены за электроэнергию и отказываются платить, министр энергетики Хофа мечется из стороны в сторону, то обвиняя протестующих в саботаже энергокомплекса, то поставщиков из соседних республик.”]

— Ну не знаю, попросту новости всякие, — листала та дальше, пока не дошла до ещё кое-чего. — О! Инопланетные цивилизации существуют, спецслужбы скрывают, жалкие попытки правительства скрыть в соседней галактике оказались провалом!

Очевидно, Кира подкрутила немного голос, чтобы звучать как вылитый конспиролог.

— Подожди, это в СМИ?? Дай-ка.

Правда, возымело это больший… гораздо больший эффект, чем она предполагала, что аж опешила внутри себя от столь интенсивной реакции. Но ещё сильнее опешила от того, как её смартфон в одночасье попал в чужие лапы. Там же компромат! Хотела просто пошутить, а теперь короткими ручками пытается дотянуться через весь стол до вора.

— Нет-нет, да просто же на чей-то пост наткнулась, — старалась максимально невызывающе оправдаться.

Карли же, видать, понадобилось какое-то время убедиться, что это не пресса, да и помимо кричащего текста там много другого найдётся, поэтому, прежде чем отдать телефон, пустяково хмыкнула.

— Хм. Не СМИ. Странный сайт. Почему в твоих новостях порнуха?

Рыжая мигом отхватила вещицу обратно, голос её заторопился:

— Какая порнуха? Я не смотрю ничего такого там.

[Кира: Откуда порнуха? Где? А. Это просто посты, это же просто посты. Почему сразу порно? Эротика. Эротика, вот.]

Который месяц вместе живут, её и поцеловать пытались (успешно), и совратить пытались (безуспешно), и недавней ночью невинности лишить (неизвестно), а смущающие темы о естественном не перестают быть смущающими, всё равно принялась беспорядочно водить пальцем по экрану, с таким видом, якобы это для неё открытие, якобы любимый сайт с сегодняшнего дня снял всю цензуру и туда хлынул этот поток содомии и разврата.

Карли по неизвестной причине не до подколов сегодня; держась за голову, зачесав пальцами обеих рук волосы с ушами назад, она одним высказыванием остановила возню по соседству:

— Забееей, это же надо так.. башку сносит от мысли, если об этом реально заголосят повсюду. Зараза, может реально, у меня уже кризис среднего возраста, я старею? Между нами не произошло ничего тогда, слушай? — метнулись её зрачки в сторону собеседницы.

Как провинившийся ребёнок, когда того спрашивают, не он ли напакостил, зеленоглазая кроха отрицательно помотала головой. Сама неуверена. Вдруг вправду что-то было? Не хочется верить.

На день рождения Карли вела себя необычайно спокойно и просидела целые сутки дома в кровати - как раз таки в смартфоне; Кира узнала, что это особенная дата, только-только под самый конец, ибо подумала, что её соседка просто-напросто отдыхает - всем ведь нужна психологическая разрядка время от времени - поэтому не придавала значения, тогда и сходить-то никуда не успели, и подарок не задался, и шоколадку в магазине не прикупили. Конечно, Кира сходила за сладостями на следующий день, но ощущение праздника это всё равно испортило.

Скорее всего, речь о новогодней ночи незадолго до. Кира не шла в гости к Кратинесу, так как хотела провести оную с сероглазой подругой. В тот раз датчанка словила лёгкий культурный диссонанс от ожидания праздника: несмотря на городские украшения, оказывается, жители Риетты не пускают салюты в честь нового витка по орбите, не празднуют с шумом и размахом, вместо этого уединяются с близкими, кое она ощутила на собственной шкуре, когда представительница местных обычаев внезапно обняла её и как героя дешёвой романтической новеллы потащила в постель, где всего-то нашёптывала, что хочет поспать, побыть наедине, и принялась изливать душу переживаниями. Да, от взрослой кошки в ту пору несло дикдико и иногда было непонятно, это её ладонь так лапает тебя или объятия своеобразные. Как той же ночью под расчувствовавшиеся диалоги выяснилось, что некогда давно люди действительно веселились на новый год и запускали разного рода карнавалы, однако после оккупации все народные гуляния попали под одну догму, жёсткий регламент, аресты и расстрелы, так как власти пресекали любые неконтролируемые, массовые скопления граждан - оставалось ютиться в маленьком кругу своей семьи, тихо, желая друг другу счастливого будущего, вот и закрепилась сия традиция поныне. Затем девушки уснули, держась за руки.

— К слову да, вы же нас нашли-таки, а никто не знает. Ну как нас, не нас, меня с Эндри, а не их, ну ты поняла.

— Наша миссия была секретна, так что…

— А, ну… Ахах, весело будет, когда узнают, что тут человек написал правду.

Кира выдумала себе сцену в уме да сама же с неё посмеялась.

— Не будет, — между тем бывший пилот была серьёзна. На последнюю недолго посмотрели хлопающие изумрудные глазки, как бы желая уточнения. — Не будет весело, Кира. Несмотря на…

[Карли: …парашность миссии.]

Карли не была уверена, следует ли ей говорить детали, поэтому произнесла желаемое в голове, а остальное продолжила вслух, более ровным тоном:

— …Несмотря на что-либо, я понимаю, почему она была секретна. Наверное, ты не видела нашего удивления, когда там, за десятки тысяч световых лет, мы вдруг пришли к осознанию, что обнаружили внеземную цивилизацию, наш капитан три дня только и делал, что ходил кругами по мостику, мы не знали, как поступать. Это были те, рогатые, как ты говоришь - а мы, кучка людей, их даже в лицо тогда не увидели. Но вы двое, за кем нас изначально отправили… вы совсем иные, и вы очень похожи на нас, поэтому я не перестаю удивляться внутри себя, как что-то такое, из совершенно неизвестного места вселенной, могло оказаться здесь. У меня очень смешанные чувства, когда я размышляю об этом.

Низенькая инопланетянка задумалась, но спустя секунду, отложив телефон, облокотилась щекой на ладонь и вполне беззаботно ухмыльнулась. Вероятнее всего, не лучшая идея упоминать, как и за кого ту приняли рогатые люди, и какова была реакция ненормальных друзей Кратинеса - ненормальная - так как примеры пусть показательные, однако строго ситуативные и локальные.

— Хм, хех, звучит так, будто мне стёрли память, и я брежу о том, что вот-вот догадаюсь, в какой стороне дом и что меня там ждут, а на самом деле я результат опытов мега-крутой сверхцивилизации, которая расселила тысячи таких же похожих друг на друга существ и смотрит, как мы глаза друг на друга выпячиваем. Хех, не от того, что капец какие разные, а от того, что одинаковые, представь. Да, — пожала она плечами, иронично прыснув, — твои способы скрыть меня от общественности, конечно… не знаю, что такого особенного ты нашла во мне, хотя, в целом, ты в чём-то права, что-то нас соединяет, — сказав, её указательный палец опустился на поверхность стола вырисовывать круги. — А вот отличия подыскать тяжелее, ох, сразу на памяти всплывает Эндри, какое-то желание появляется спросить его. В плане, не какие это такие отличия, полагаю, но что-то вот, не знаю, близкое к этому, полагаю.

Ушастая собеседница облизнула языком крошку с губ и, прежде чем глотнуть чаю, поддержала мысль:

— Обязательно спроси его, по-ла-гаю, — без колкости не обошлось, слишком много этого слова в секунду. — Согласна. Когда там заявится-то пацан твой?

В голове Киры тут же загулял ветер:

[Кира: Паца-а-ан, ага, ехех, он мне как старший брат. Я его лю… ой, что я думаю! Фу-фу-фу, забудь, это просто левая мысль, типа “а не отрезать ли мне руку?”, пока режу хлеб.]

— У тебя появились какие-нибудь идеи, куда его могло занести? — спросила девушка Камбер. Пока одна витала в облаках, другая уже и позабыла, о чём разговор.

— А? Твоего парня что ли?

— Да, Эндри. И не парень он мне, — разумеется, не уточнить не представлялось разуму возможным. Сама мысль видеть его как партнёра отторгала.

— Я и не говорю, что вы встречаетесь.

— Ну так что же?

— Хм, — Карли как беззаботно прикинула варианты в памяти, так же как нечто обыденное их озвучила. — Свалил с планеты. Ушёл в поле сеять рожь, я не знаю. Попался полиции. Судя по тому, что медиа ещё не заорали, возможно, спецслужбам. Не выдержал позора и подался в монахи.

Ясно, идей не прибавилось, на что Кира удручённо вздохнула.

— Не, он свалить бы точно не сумел; корабль у нас.

[Кира: Он точно бы, даже если нашёл, не стал бы прятать его на том же самом месте. Как же тогда водное приземление? Он же не в курсе. А если в курсе?.. Хотя да, водное приземление не обязательно, главное не останавливаться и шустро спуститься на низкие высоты, тогда нас вроде не успевают заметить. Но тогда…]

— Я не знаю, какие у вас там отношения, а то не видно, чтоб ты о нём парилась…

— Я о нём ещё как парюсь, — вставила рыжая меж слов.

— …Да ладно, найдём мы ещё его тебе, я обещала. После того, как разберусь кое с кем, слово даю, я плотно возьмусь за это. Неплохо бы мне… — на этой ноте Карли слегка насупилась, — выяснить про камушки на Каёттэ. Хотя, похоже, это можно совместить, я считаю, — вдумалась она, — два дела в одном. Этот прыщ явно что-то знал.

— Это тот, кто тебе билеты продал? Ты ничего не рассказывала о нём. Кто он?

По сути, Карли представления не имела, зачем держит при себе бессмертную. А бессмертная для чего цепляется вагоном за Карли? Даже постановку вопроса определить нелегко, кто за кем увязался. Они имеют корабль и не летят к Спике спасать Лейму, поскольку поди убедись, что экипаж ещё там; ведут рискованный образ жизни и им наступают на пятки, тем не менее никто не торопится прощаться друг с другом. Быть может, в её понимании долг ещё не исполнен? За эдакое спасение. Или может, всё потому, что Карли не желает оставаться одна, чувствовать себя покинутой всеми?

Она лишилась всех друзей. Не по причине ссор, а по причине обстоятельств. То-то весь день рождения проведён в интернете, девушка ждала сообщения от старых знакомых, зная, что вряд ли хоть одно достигнет её, надеялась, так или иначе, что кто-то да напишет как раньше. Даже чёртов мобильный оператор не поздравил. Что важнее, больше всего она ждала письма от безымянного шпиона, в сети он не отвечает уже долгое время.

— Это не важно, но из-за него мы чуть башки не лишились.

Кира лишь смиренно согласилась:

— Раз уж для тебя важен, разузнаешь у него, надеюсь. Небось правда за Эндри зацепимся, хотя бы намёк, — её пальцы вновь принялись вырисовывать на столе загогулины, превращая их в буквы на датском. Вряд ли бы она сумела прочитать, поскольку делала это неосознанно, в сознании крутились те моменты с Каёттэ, с судна у чёрной дыры, и кое о чём ещё. Губы её едва колыхнулись: — Важен. Важный, — она подняла глаза на напарницу. — Карли, то, что лежало тогда в отсеке…

— Ой, только не начинай, — протянули в ответ.

— То письмо…

— Так, всё, — Карли встала, её горячий тон давал понять, что ей этот разговор не по душе, — мы это уже обсуждали, выкинь это из головы!

[Кира: Почему ты так резко на это реагируешь?]

Кира не решилась спрашивать вслух, серые очи напротив смотрели на неё как на нарушившую некое табу, непонятное ей.

— Карли?..

— Я знаю, к чему ты клонишь. Ты, наверное, опять будешь расспрашивать об этом недо-аттестате, я в душе не чаю, кто тебе его туда подсунул, и на твоём месте просто нахрен выкинула бы! Как это вообще ко мне относилось! — саркастически закатила та глаза. — Где-то хрен знает где важный документ в моей жизни, а ты даже не постаралась это хоть как-то объяснить!

— Да если-б я знала… — рыжая голова огорчённо опустилась. — Такое чувство, что Эндри знает, честно. Будь он там, я бы правда выпытала у него ответ.

Неуютно себя ощущать, когда с тобой разговаривают на повышенных тонах, отчего и на собеседнике держать взгляд тяжело.

Что уж обсуждать, когда под жестикуляцией кажется, будто Карли вот-вот ударит кулаком по чему-нибудь твёрдому на эмоциях и сломает (за что придётся оплачивать арендодателю), так или иначе, стоило той просто резко двинуть левой рукой, как колотьё в предплечье поумерило её пыл. Последствия пулевого попадания были таковы, что едва не разломило лучевую кость, поэтому процесс заживления шёл по сей день.

— Вот пусть твой Эндри хотя бы намёк даст, где он. Магия прям! Может, ещё расскажешь это знамение свыше - извини, в такое не хочется верить.

— Карли, просто послушай. Прошу, присядь, — тихо попросила юная девушка за столом, в самом голосе звучала просьба расслабиться, ибо ещё немного и она готова была уйти, едва не расплакавшись. Доверительные отношения дело тонкое, ссоры переносятся нелегко, а близкий человек ни с того ни с сего на неё давит.

Мисс Мартинес села, положила ногу на колено и забила хвостом о пол, с пофигистическим видом плавно допила чай, будто игнорировала существование собеседницы поблизости. Всплеск эмоций, сложно их переварить, особенно если оные вываливают на тебя скопом. Реакция, кою можно назвать кипучей, не поддавалась пояснению, поскольку являлась в равной степени как очевидной, так и неочевидной, это как пытаться разъяснить самому себе, почему не замечаем собственного дыхания, как вот - вдруг - приходит ясность, что лёгкие перестали дышать.

— Я хотела бы объяснить, но знаю ровно столько, сколько и ты, — заговорила Кира после паузы. — Но сам факт, что оно есть, в покое не оставляет, и, полагаю, тебя тоже. Я-я.. ну, хотела сказать, помнишь, что было написано там? “Третьим месяцем ты встретишь важного человека”. Это скоро. Может, это так и есть, тот человек, о котором ты только что говорила, и есть тот, кого тебе предстоит увидеть. Может, это и есть Эндри. Хотя смотря, насколько он важен тебе, — с сомнениями подытожила она, на что услышала простой короткий вопрос.

— Правда веришь в бумажку?

Кира немного замялась соглашаться с этим, её коленки зачесались, изнутри выходило робкое мычание. Как ни крути, ответ скорее положительный, чем отрицательный. Она ненадолго задержала взор на лице подруги, пока не перевела на видневшийся кончик хвоста:

— Знаешь, после того, как ты рассказала, что сподвигло тебя открыть ту ячейку, я тоже задумываюсь, что ну должно иметь всё это хоть какое-то предназначение, не зря же было написано так, а не иначе. Тем более там были ещё ячейки, которые мы не смогли открыть, а ведь в них тоже могло что-то быть. Для меня это загадка.

[Кира: В следующий раз вернусь и ещё раз внимательно осмотрю весь корабль.]

— Ах, было бы здорово, будь оно помогает нам так, принцесска, но, как я уже сказала, в магию я не поверю. Для меня один ваш корабль - загадка, однако и ему наверняка найдётся объяснение.

Бывший полицейский отреагировала совершенно мирно. На столе оставался бутерброд, до сих пор нетронутый тем, кому его положили - она подняла его перед Кирой, в намёке приспустив уши. Кира помотала головой:

— Оставь себе, — её очи посмотрели в пол, а потом перевелись на входную дверь. — Пойду прогуляюсь, полагаю. Лейма на выход скребётся.

Камбер пошла обуваться, вслед ей послышалось:

— Ключи возьми, может, тоже проветриться потопаю.

— Угу.

…

До некоторых пор между Кирой и Фелили не было каких-либо подвижек. Первая почти было смирилась, что никакой дружбы между инопланетянином и кото-людьми сложиться не cможет, как в один момент произошло то, что напрочь опровергло её опасения. Получила звоночек от Фелили, которая сходу заинтересовалась, как Кира себя чувствует, не держит ли на неё обиду; они долго не общались, потому позвала погулять.

Обычные слова, ничего сверхъестественного, но это именно то, что требовалось, чтобы устаканить тараканов в рыжей голове. Старые друзья остаются, новые не расходятся.

Интересно проводить жизнь одному это, конечно, здорово, Кира по-свойски умела, однако с течением времени от такой судьбы пора бы отказываться. Одинокий образ жизни далеко не присущ самой человеческой сути, ощущать вечную меланхолию по этому поводу не сильно радует, вряд ли бы кто-то с этим не согласился.

Желания, их эфемерное проявление дивно сказывалось на юной девушке. Она ответит на вопрос, зачем ей необходимы друзья, но не даст более конкретики, она не скажет, что видит результатом этих отношений, не поделится мнением, какие такие чувства хочет испытать от общения с Кратинесом либо Фелили. Должно быть оно обнажало эти желания - по факту просто где-то витало между.

Не так давно Кира получала невообразимую для неё дозу внимания со стороны этих людей, её куда-то то звали, то делали комплименты и, как ей полагалось, это был для неё предел. Теперь внимание к ней только усилилось, что к слову о ненормальной реакции:

— У неё волосики на руках!! У неё волосики на руках!! Прикоооол!

Что ни говори, чего ни обещай, а любопытству к инопланетянину не было предела. Стоило оному явиться вновь в свет, как сыпались вопросы, которых не услышишь в нормальной речи. В основном это была Фелили, коя находила любой повод, чтобы узнать о полутораметровом существе побольше, и ушей невзначай коснётся, и на редкие-редкие волосики на коже вытаращит глаза, зазывая всех посмотреть, да едва ли штаны не попробует стянуть, чтобы убедиться в отсутствии хвоста.

— Ты слышал, слышал?? Она инопланетянка!! Она прилетела к нам с - как её?.. - с Земли, и теперь осталась, осталась у нас!! Посмотри на неё!!

Касательно Кратинеса, тот показательно сдерживался, был примером для одной необучаемой персоны. А Тоттоо… показав ему пришельца в доме, он немо посмотрел-посмотрел на неё, произнёс сухое “ладно” да пошёл дальше играть в приставку. Выражаясь литературно, Тоттоо фиолетово.

— Прохладно!.. — не погорячились тогда возразить обе дамы и построить преисполненную неуважением гримасу.

В такие моменты Кира чувствовала себя христианской девой, которая как в былые времена сохраняла приверженность к своему мужу благодаря платку на голове. Раньше - да и сейчас - ей часто приходилось скрывать свои волосы; появись небольшие места, где ей не нужно этого делать, как почему-то теперь, видя кое-чью реакцию, ей захотелось опять напялить на себя бандану.

Пожалуй, только этому мужу и разрешено видеть её запретную наготу…

Кира по правде была наивна, когда в таком ключе подумала о Кратинесе.

…

Одним днём Кира заглянула в гости к парню. Как обычно у него засиживалась одна блондинка, что встретила гостью с мобильником наготове.

— Не двигайся, фоткаю извращенку.

— Не забудь фронтальную камеру переключить, ха, — парировала пришедшая, после чего, сняв бандану, повалилась крохотным телом в кресло. Из-за по-крупному хорошего настроения в её лице не видать претензий, редкое, впрочем-то, явление. Выгуляла за один подход целых две кошки за утро, одну из них заставила пересмотреть свои взгляды на еду, да и прелестный сон никто не отменял!

Засим этот хороший настрой принесла в дом Крати.

— Любишь фотографировать голых женщин? — Кира пускала иронию в разные стороны, смотря на разминающуюся Фелили у окна: та, без собранных под заколку волос, сегодня по-другому смотрелась в топе, по-другому живо.

— Если они ещё и фотографируются со мной, — светло-карие очи обольстительно блеснули в ответ. — А ты как думала, зачем у нас студия? Стоит нам заценить её? — Фелили высоко потянулась руками вверх.

— Только если оденешься для меня в костюм горничной.

Кира просто усмехнулась, хотя, кажись, надежд на реальный исход побыть личной служанкой не оставляла, поскольку в её зрачках, может ненарочно, но вызывающе читалось: “если осилишь, полагаю”.

— Мне по дороге мальчик собачку предложил погладить!! — в конце концов, вместо предыдущего, она взвизгнула, подскочив и умилительно прижав кулачки к груди. — Такая классная, уу-фуфу-фуф! — враз вспомнила и с горящими пяточками поскорее принялась демонстрировать снимки второму человеку. Плюс причина хорошего настроя.

Недолго пробыв в стоячем положении, девчонка на автомате добралась до более широкого дивана, куда с поднятым над собой телефоном и плюхнулась. Ну а что же, раз позвали смотреть, то и впритирку прилечь не запрет, так что никаких в этом пошлостей, что две девы любуются рядом, даже если большая грудь некоторой случайно касается тела.

— Правда милая?? А вот, ещё вот.

— У тебя фоток с животными триллиард из триллионов, — замечала Фелили, на что слышала смех.

— Так же, как и твой фотосет с лестницами.

— Ты не шаришь, я фоткаю лестницы, а не с ними себя, — в принципе, правда, но не до конца.

— Как знать.

— О, а кто здесь?

Пушистое создание за пушистым созданием, снимок за снимком, палец добежал до одного с неким чудом, шерстистым, что темнейшими ушами поглощало занятный объём мобильной памяти. Разве что Фелили заинтересовало другое, то, что поедало макароны с ошарашенным видом, кого ненароком застали на заднем фоне. Карли, что всего-навсего невовремя закинула взор на фотографирующего.

— Это? Это ещё одна домашняя кошка, хах.

[— Такую морду надо в гранит высекать.]

Если не раскрывать имя, то приемлемо - посчитала датчанка и показала следующую картинку с только Карли на плане, тот же выходной вечер, гораздо адекватный момент, когда простецкое личико там так и просилось, чтобы так же простецки запечатлеть. Повседневный кусочек из жизни или кусочек из повседневной жизни.

— Ничего так твоя подружка. У неё есть парень?

Фелили задавала вопросы в своём репертуаре. В таком же репертуаре Кира не дала шанса отдавать своё сокровище в чужие лапы:

— О, я знаю, как это работает, сейчас я отвечу нет и ты позовёшь её к себе в постель. Прости, я не хочу втягивать её во всё это.

— Твёрдо определила рамки, мне нравится, — белобрысая кошечка одарила кокетливым взглядом. Такая преданность, и как же не покориться оной, поэтому она перевернулась на бок и с обливающейся любовью заглянула в изумрудные глаза, коснулась ключицы. — Ну, может, приоткроешь золотую завесу ради меня, мне жутко стало интересно, кому это ещё досталась такая необыкновенная девчуша.

Кира с каплей недопонимания переспросила:

— Хочешь услышать что-то конкретное?

— Как ты с ней познакомилась?

— С подругой? — тоненькие брови на секунду поднялись на фотографию в телефоне, потом Кира полноценно присела, позволяя соседке полностью покинуть диван. — Ну, мы были на одной планете, она меня подстрелила.

[— Ого, то есть у меня Стокгольмский синдром?]

— Пхах, серьёзно что ли? — вырвалось из блондинки.

— Ага. Не смешно, на самом деле, это невероятно больно.

Прозвучало оно без жалоб, просто как факт. Вероятно, поэтому сей тон раззадорил Фелили дальше, отчего та наклонилась позади дивана к крохотной шее, мягко захватив в свои руки.

— Ну и где же твои шрамы от той девчули?

— Аа? — промычала другая. Сладкий голосок медленно приближался к ушам.

— Шрамы близкой и дружеской любви.

— Какие шрамы любви? — рыжеватая бровь приподнялась в ещё более глубоком неразумении. Столь глупые, не понимающие ясного намёка.

Потянувшись ещё чуть плотнее, взрослая женщина прислонилась к шее губами. Оставила засос.

— Вот такие.

Это… дивно. Тело Киры хотело автоматически отторгнуться, но вместо этого одно желание иронично подшутить. Вспоминая казус, произошедший с Карли, датчанка так и поступила:

— Это ты так автограф поставила? Учти, он не бесплатный, ха.

— С каких пор дающий автограф ещё и в долгу? — светло-карие глаза смотрели на неё с озорным проблеском. Кто-то определённо рискует оставить покорённое сердечко на откуп низменным бесам, что с острыми ушами будут похлёстывать плетью.

— Ну знаешь…

Кира пожала плечами, придумывая метафору, как дом неожиданно пронзило чьим-то визгом, в зал забежала фигурка, кто была похожа на раздетую кем-то студентку на вид, напоролась на взгляды дам у дивана и заново визгнула:

— Ой, не туда! Я на выход! — незнакомка, едва не роняя верхнюю одежду из рук, помчалась в одних трусиках в обратную сторону. Сверкая голубым хвостом над паркетом. — Я вспомнила, что мне срочно надо бежать, где тут выход!? Аааа, потом напишу! — доносилось издали.

[— Э?..]

Как мимолётное видение, проскочило оно мигом, а за сим вдруг показался сам Кратинес, остановившись в коридоре… Почёсывая затылок, он, похоже, опешил не слабее Киры, заставшей до банальности сюрную сцену.

Когда внеземная гостья пришла сюда, о нём ничего не было слышно, но вот он, наконец-то, показался, да неосведомлено, чем же втихую занимался. В уме Киры уже проскакивала сотня другая вопросов по типу: “а как это так вообще?”, “кто это был?”, “они близки или?..”, “они там делали это самое?”.

Одной только даме с золотистыми ушами нипочём. Подставив под щёку кулак, не отходя от спинки дивана, она выдохнула:

— Что на этот раз?

[— На этот раз?]

— Последние дни у меня какие-то сами не свои, не замечаешь? — нелепо склабился парень. В эти несвойственности, по его выражению лица, входила одна инопланетянка.

— Хочешь перейти на классику? — подхватила Фелили да похлопала кроху под собой по животу, как бы предлагая кое-кого. — Неужто?

— Испытать классическое фиаско, ха? — Кира пожала плечами. То ли от того, что поняла намёк выше, то ли, наоборот, не дошло. В любом случае, вставила свою шутку.

— Я могу присоединиться, — звучало над её головой.

[— А, стоп.]

— Ну, э, Фелили, давайте вы это как-то без меня, всё же? — попятилась вдруг бесхвостая вбок, еле слышно отсмеиваясь.

Нет, таки до неё дошло о чём речь только сейчас… Пойти вдвоём на верхний этаж и восполнить незавершённое, заменяя сбежавшую девушку? Абсурд.

— Ты не любишь классику? — неустанно нависала блондинка над ней. — А что предпочитаешь?

На этот вопрос Кира не знала, как реагировать. Пытаясь придумать, она что-то прокряхтела под нос, как тут её руку со смартфоном взяли и вытянули в сторону парня:

— Как насчёт этой птички!? Зырь какая! Оцени, сколько дашь?

Демонстрируя снимок с Карли, видя, как быстро переключилось внимание на оную да начались обсуждения о внешности, Кира не могла не заступиться за лучшую подругу и спесиво заявила:

— Эй, десять из десяти, не меньше.

— О, а мне сколько дашь? — тут же вопросила женщина обок.

— Ну-у-у, тебе-е… — с иронией протягивали ей, — ещё надо поработать, чтобы дойти до такого же уровня.

Только чёрная кошечка достойна быть на первом месте в её личном рейтинге. Кто как-никак застолбил себе место в небольшом сердечке? То-то же, никто второй попросту там уже не вместится.

— Вот как? Пойдём сделаем фотосессию, может, покажешь, где мне ещё отрастить свои навыки.

Говоря это, Фелили запрыгнула на диван, где неожиданно защипала девушку, что в коротких взвизгах стала неудачно сопротивляться. Ровно по чувствительным бокам.

— Как-кую - ай! - фотосессию?

— Как какую? Крати щёлкает - мы позируем.

— Да ну, — запищала та от щекотки, — ага, ахах, ещё скажи и без одежды.

— А ты думала по-другому?

Пока дамы резво начали обсуждать достоинства и недостатки друг друга, Кратинес, в чьи ладони перешёл телефон, задумчиво вглядывался в фотографию, а под конец произнёс:

— Почему-то она кажется мне знакомой.

— Конечно знакомая, — поднявшись выбралась Кира из-под власти щекоток, да словно в вальсе крутанувшись, в движении плавно отобрала назад телефон. Спрятала в нагрудный кармашек, — к кому ты ещё подкатывал на моих глазах, как не к ней?

— Подкатывал?

— А то, — зеленоглазая скрестила руки, смотрела на Кратинеса с нотками недоверия. Эта недавняя ситуация держала в ней одну мысль. Барственная поза; правда, ненароком заметила, как ответный взгляд обращён не на лицо, а ниже, на то, что она же своими предплечьями выпятила. Секретная техника визуального увеличения груди, давно пора запомнить это, иначе так и будет пользоваться ею, когда не надо.

— А, я вспомнил. Она не в настроении особо была, так что я быстро отбросил эту мысль из головы и продолжил болтать как ни в чём не бывало.

— Ну ты и извращуга.. конечно.

Какая лесть. Кратинес ещё раз оглянул девицу, словно оценивая, мимолётом, положил правую руку ей на плечо и, наклонившись с левой у сердца, снизил тон:

— Да ещё такой извращуга, что ни одна партнёрша не ушла от меня неудовлетворённой. Ну, кроме Фелили, — поймал тот её взгляд, — эта вечно чем-то недовольна.

Фелили, кажется, показала ему кулак.

— Извращуга и бабник до кучи, — не отступала Кира. Оглядываясь на недавнюю ситуацию, слова её находили подтверждения. — Совратитель малолеток.

— Ээй, не будь так строга, — невинно протянул Кратинес, а его ладонь прислонилась к женской щеке.

— А я недовольна, что мои волосы постоянно трогают.

— Запомнил, буду трогать почаще! — сказал он и отправился восвояси, куда и планировал, не упустив возможности ласково почесать под угрюмым подбородком перед этим. А он куда-то да планировал, судя по поведению. Или просто сообщил так, дабы не мозолить глаза.

— Гммм!.. Ты находишь в этом что-то смешное? — пробурчала тогда девушка в ответ на прикосновения и отдёрнула подбородок.

Когда Кратинес потерялся из виду, завиделось, как Фелили кивает пальцем, подзывая. Кира присела рядом, сразу поняла: ей хотят донести коварный план мести против этого ловеласа. Шёпотом шли обсуждения, да не на шутку, а на грех. Не предстать бы перед судом Божьим за этакое.

— У меня правда есть костюм горничной, — признавалась Фелили. Не для того, чтобы в этот костюм нарядиться, а нарядить.

— А он с короткой юбкой??

— Увидишь, хехех.

— Поскорее бы.

Перспектива увидеть высокого красавца в колготочках телесного цвета, что обслуживает состоятельных леди, манила пуще манящих произведений с картинками о взаимоотношениях слащёных мальчиков в сферическом вакууме. Кира представляла и готова была отдать свои последние деньги ради того, чтобы попасть в то самое облачко мыслей, в котором Её рыжеухому Превосходительству преподносят чай в фарфоровом блюдечке, а потом целуют ножку, называя госпожой.

— Я всё слыыышу, — появилась внезапно его физиономия между двумя женщинами. С обеих сторон в него полетели подушки.

— Ты же ушёл, извращенец!

…

Между прочим, повод для сегодняшнего похода в гости скорый праздник. Нужно срочно подготовиться и собрать вещи, Фелили даже не звала других знакомых, чтобы лично продемонстрировать всё инопланетянину - рядом с которым, разумеется же, не подаёт виду, что это инопланетянин - ну а Кира нет-нет, а отказаться запечатлеть Кратинеса в форме служанки равно отказаться от места в раю. К тому же, давно ничего подобного не проводила, сколько вспомнит свои занятия, так это сидение дома в интернете либо болтовня на улице с детьми.

— Мне уже написал он. Составишь ему компанию? Ходит, всё один бедненький таскать будет.

— Мэх, ну что начинается-то? — правда, когда речь зашла о мистере Тоттоо, у Киры интерес куда-то пропал. — Давай с тобой пойдём, я там задохнусь с ним одна.

— Гвоздичка, тебе надо с парнями гулять. Я всегда открыта, но так ты ничему не научишься, — грудастая учительница то ли кокетничала, то ли поучала.

— Я же не на свидание с ним иду.

— И что?

— Блин, да… он… ну… такой… мдэ, да…. Я даже не знаю, как его называть, вот.

— Он называл себя “прото-зрелый пост-интеллектуал”, хм. Без понятия, что это значит.

— Шутки у него заумные и сам он… ммхм.

Делать было нечего, дело близилось к вечеру - девушкам надо что-то решать. Что ни говори, завтра всё должно быть готово, все люди должны собраться, а они, по мнению Киры, тратят время впустую.

— А если бы я позвала тебя с ним перепихнуться? — вбросили вопрос в сторону последней.

— Фу, говоришь грязные вещи! — брошенный в ответ взгляд ответил зелёным несогласием. Кира обняла себя за плечи, закружившись, мечтательно приговаривая: — Я люблю, когда всё начинается с малого.

— Ты что, из этих, хах, кто свой первый раз ждёт только с тем самым, с тем любимым? Никакого секса до свадьбы все дела.

Рыжая остановилась вращаться, застолбив взор на покачивающейся на офисном кресле Фелили, чьи растопыренные бёдра за спинкой сиденья словно специально притягивали полюбоваться выставленным пахом. Увы и ах, всё запретное скрывала ткань юбки.

— Ну не, я не настолько, — изумрудные очи плавно перевелись на что-то постороннее в комнате. Всё же её магия не настолько сильна, чтобы терпеть, когда тебя прожигают взглядом.

— Ой, я же не говорю каждому встречному давать.

[— Угммм.]

— А у тебя с кем первый раз был? — после некоторого молчания Кира заходила кругами.

— С другом детства.

[— С другом детства?]

Невысокую фигурку на этом моменте, казалось, кольнуло.

— Во сколько?

— По пятнадцать нам было, давно уже не общаемся, ну я же не гложу себя за это.

Шли дорогие минуты, а собеседницы даже не задавались вопросом, как они вообще свернули к теме сексуальных отношений. Хотя стоило бы, а то только чудится, что те пацанские щёчки не розовеют, а как доберутся до дома, так моментально загорятся, погружая неопытного “вьюнушу” в стыд и позор.

— Ну нет, не о том речь же. Просто.. ну, как-то неправильно, что ли, завалиться на свиданку с парнем - и опа вот вы уже в постели. Даже если он тебе нравится, даже если звёзды сошлись и вы обоим нравитесь, даже если это не первое свидание. Я бы, полагаю, не сумела оставаться в такой… дружбе долго.

— Ты очень мечтательная, — заметил ей взрослый материнский голосок, не досказав слово “девочка”.

— Мн, наверное. Чуть-чуть, — нехотя соглашалась другая, а потом под спокойно-воодушевляющую речь посмотрела, как колышется блондинистый хвост.

— Ты живёшь в каком-то необъяснимом для меня мире, ох. Не забивай голову этим и просто получай удовольствие. А получая удовольствие, ты приближаешь и мечту, ведь она для тебя как точка G.

Метафора эта конечно… для особенных. Однако, по лицу Фелили такого не изрёчешь, ибо как будто этот путь она уже давно прошла, излагает очень настоящую истину со своего опыта.

Отсылая к собственным словам, Кира поинтересовалась, склонив голову:

— И что за причина, по которой ты остаёшься?

— Эх, причина… вон она, плетётся сюда, эта причина, — за окном завиделся силуэт в белом халате, поджавшая ладошки к лицу Фелили затрепетала. — Как маленькое дитя, нельзя мне оставлять его одного в этом грязном мире. Уху-ху-ху, я щас расплачусь.

Снова заходит с закрытыми глазами. Потирая уголки их большим и указательным пальцем, мистер Тоттоо сходу произнёс, как вошёл:

— Когда-нибудь я насру соседу в миску.

— Ой, спешите видеть, Тоттоо опустился до сортирного юмора, — мгновенно закатила глаза блондинка. Шарм как рукой смыло.

— Только вот это перестаёт быть юмором, — возник в свою очередь учёный. — Она ночью готовила своё мерзкое вонючее блюдо, разумеется, не открыла форточку, ела его не как нормальные люди - тихо - а чавкала, чавкала, чавкала, аж через стены слышать.

— Ну так переедь уже, в чём проблема.

Фелили завершила диалог чистым сарказмом, отчего словила не менее топорный взгляд, такой, который заявлял: “мои комментарии излишни”. В общем, она вернула лёгкую улыбку на лицо, поднялась с кресла, захватила рюкзак и без промедления покинула парочку со словами: — Расскажешь, как тебе она в сексуальном плане. Пока! Не обидь наш внеземной цветочек.

Не успела Кира отреагировать, как от блондинки и след простыл. Оставшиеся персонажи молчаливо встретились друг с другом взглядами, словно ожидая некоего компромисса. На миг показалось, будто Киру оставили тут насиловать.

Мистер Тоттоо безэмоционально заключил:

— Так значит, ты со мной идёшь? Ясно.

[— Так тебе ещё не нравится? Блин, ну и тон, прибить хочется.]

Кроху сиюсекундно же покоробило, между тем упустить момента съязвить не смогла, отчего следом прыснула:

— Пха. Ну если уж такой взрослый человек боится гулять по улицам одному, будь как будет, придётся сопроводить его.

Что-то, а её насмешкам уделили ноль внимания. Мистер Тоттоо, который давно как прошёл дальше и затерялся где-то за спиной, сквозь речи поинтересовался, чем вынудил Камбер немного посерьёзнить. Пригласившая Фелили зазвала его перед походом забрать некую вещь, а оной на месте не оказалось, тогда Кира указала на вешалку в коридоре, куда мужчина в халате последовал - потом неясно застопорился - потом, словно брезгливо, поднял вещицу пальцами - спросил:

— Я сюда за пакетами пришёл?

— Ну, получается так, — датчанка пожала руками в ответ на его забавную реакцию. За пакетами для шопинга. На что учёный с немым недоразумением оглянул инопланетянку, махнул хвостом вместо руки да без комментариев спровадился прочь, сжимая эти пакеты.

Раз уж намечается такой расклад, то - как предполагала Кира - Фелили отправится за костюмами, Кратинес - без понятия, а остальная двоица за продуктами. Подробности подробностей для рыжей скрыты за туманом, местным ясен замысел праздника как пять своих пальцев, и тем не менее лезть в интернет за информацией раскрывать детали себе не хотелось, пусть дуновение первооткрывателя-культуролога само несёт её куда надо. Раздумывая об этом, былая студентка вдруг очухалась и побежала вслед за уходящим преподавателем:

— Эй, а подождать? Я с тобой вообще-то иду, — и вот, ни с того ни с сего она сама соглашалась с тем, что хочет составить ему компанию.

…

Что ни прогулка с мистером Тоттоо, то чувство заторможенной улитки, до состояния которой рушилось собственное достоинство.

Когда шла с Фелили, не затыкались рты. Когда шла с Кратинесом, рты подбирали выражения. Когда с Тоттоо…

— Ты уже знаешь, чем завтра займёшься?

— Знаю.

[— Знаю…]

…То рты еле открывались. Кто-то держал руки под грудью, поглядывая исподлобья, а кто-то в карманах халата, нацелившись взглядом вперёд и только вперёд. И какое-то отсутствие соединения между этими двумя.

— Ты плохо выспался? Поэтому круги под глазами?

— Ага.

[— Ага…]

— У тебя пятнышко на халате.

— Ясно.

[— Ясно…]

Двигались словно два незнакомых человека, не следили за скоростью шага, из-за чего младшая часто прибавляла ходу “благодаря” росту, поскольку каждые 20 секунд начинала отставать.

— Нам пешком далеко идти.

— Поедем трамваем.

[— Ого, больше чем одно слово…]

— Я сегодня без денег.

— Ладно.

[— Ладно… Что ладно? Ты оплатишь проезд или пешком продолжим?]

Беседа не клеилась. На любое замечание Тоттоо безразлично мычал, не молчал, но реагировал словно автоответчик, ни ухом, ни хвостом не дёргал. Пассивная агрессия ли… Это не Кира была непоседливой, попросту молчание всю дорогу как-то гнобило её болтливое настроение сегодня, а односложные ответы загорали желание пнуть по голени и уйти. Однако она всё равно не оставляла попыток расшевелить парня, и до, и после поездки с топорной миной на трамвае.

Хотя бы не оставили на остановке, а сами не уехали…

— Как там.. твои ис-следования? Или чем ты занимаешься? — перебирая очередную тему в уме, Кира одним открытым глазом косилась на спутника обок, как тут он остановился, посмотрел… нет, осмотрел существо перед собой, а затем набоченился и засмеялся с собственной манере, подняв подбородок:

— А-ка-ка-ка-ка, идут полным ходом, скоро об этом напишут статью. Хочешь знать?

[— Чего-то уже перехотелось.]

Кажись, она случайно прощупала точку у мистера Тоттоо. С ярким оптимизмом, дальше учёного понесло аж уши закрывай. Такой поток многогранной научной речи вылился, что Кира до самого пути в магазин не успевала вставить слова, чтобы… чтобы что-то. Ничего нового принципиально не поведано, те же кванты да телепортация, при этом она всеми силами пыталась привлечь внимание парня к более насущной проблеме: празднику и закупкам.

— Ах да, Кратинес же тебя пригласил. Ты сегодня гостевала у него, и ко мне привязалась, нет, это точно не могло быть совпадением, тебя определённо пригласили, все факты указывают на то. Какая же будет твоя роль, хмм, ты не очень хорошо прыгаешь, но на открытии этого не требуют, хотя ты бы маловероятно прошла конкурс, а ещё есть сытная четверть, да, я знаю, где займу своё место, там невозможно работать в паре, а-ка-ка, точно, здесь всё предельно очевидно - значит, ты стоишь за едой. Я прав? Ты угощаешь едой, уличная официантка, бегающая с едой, — демонстрировал он свои аналитические способности, на которые было с лёгкостью сыпались куча сарказма либо иронии, но Кира сдерживалась и отреагировала только на последнее:

— Не для этого я в университете училась, чтобы официанткой работать.

— Так ты же в баре работала.

Что-что, а бессмертная начинала жалеть, что рассказала про свой маленький опыт работы в жизни. Скула её задёргалась.

— Кх, ну, там так сложилось, физики востребованы не были.

Они только зашли в супермаркет. Минуты не прошло, как мистер Тоттоо захвастался тем, что это здание уже стоит как с десяток лет и он с Кратинесом облазил оный вдоль и поперёк, что по его расчётам оно имеет превосходное расположение, из-за этого пользуется популярностью местных, что сюда завозят некоторые полуфабрикаты и лапшу, коих нет в других магазинах, особенно лапшу быстрого приготовления, чьи свойства готов был расписывать чуть ли не, можно сказать, с любовью. Разумеется, Кире приходилось выслушивать от и до, не соображая, чего необычного в этой информации, но так как по списку шли бодро и Тоттоо был на подхвате, продукты один за другим падали в тележку.

Точнее, Тоттоо был необычно гиперактивным, отчего его сопровождающая аж была в замешательстве: смеяться или закрыть в позоре лицо.

— Не поймите меня неправильно, я обожаю мороженое, — зацепился тот за морозильную полку да давай улюлюкать над смешными лицами на этикетках, дизайнер коих явно знал, как вызвать стыд за свою работу. Цель выполнена, внимание к товару заполучено, — да просто глянь на этих людей, чего вы такие жуткие, ребят; ака-ка-ка я шоколадный не только снаружи, но и внутри; — переключился на другую, — смотрите, мне откусили пол-лица и я кровоточу сгущёнкой, — как затем повернулся, резко обратил внимание на ягодичные формы одной спортивной особы в леггинсах, раскрыл глаза. — О мой мозг, это огромнейшие тыквы, которые я когда-либо видел. Вот это да, — и с искренним удивлением подбежал к вместительной сетке бахчевых, наклонился к оным, погладил, поражаясь размерами. — Хей, ты тоже взяла тыкву? — повернулся к той самой фитнес-девушке, пытающейся обеими руками вместить овощ в маленькую корзинку. — Многие готовятся ко дню сов, правда? Нужна помощь с этим? Думаю, тебе нужна помощь. Момент, моментик, щас буду. Ой, — подобрал с кучки тыкву поменьше, как тут же уронил, — а впрочем… Так или иначе, дай мне свою тыкву, — да без согласия забрал оную у незнакомки. В ответ молчали. Но это лицо, что на него смотрело, казалось, даже не сопротивлялось такому неожиданному повороту событий, — я покажу, как правильно. Просто знай. Я могу полностью держать её за корешок вот так, фактически держа её за центр масс, так легче положить внутрь. В корзину, — забрал и это, пошагово демонстрируя всё, он так-таки вложил туда. А опосля посмотрел на её покупки. — Что у тебя, почему у тебя только две морковки? Сходи за пакетом. Иди, иди, — велел он ей, после чего леди скрестила руки под грудью и молча развернулась прочь, на что Тоттоо ещё раз диву дался её тыквам сзади. А в следующую секунду его зрению попалась кое-какая полочка рядом и мигом вильнул туда. — О, корочка для пирогов.

[— Он… Она… Эээ?..]

Смотря за ним со стороны, Кира… не могла описать, что вообще творится на её глазах, два человека, каждый как в своём мире, в голове застревала одна мысль: “это надо было записывать на видео”. Незнакомка даже не задавалась вопросом, что за кадр пристал к ней, от её непередаваемого взгляда складывалось ощущение, что прямо сейчас будто позовёт мужчину поехать к ней домой и провести ночь просто потому, что прониклась его… спонтанной инициативностью? умением докопаться без причины?

Ещё бы немного, да внеземная свидетельница бы возжелала оказаться на месте той женщины. Но вместо этого оказалась на месте тыковки, о коей благополучно забыли. Так-то им это тоже нужно, потому Кира одиноко нависала над сеткой с оными, выбирая какую поменьше, пока её помощник где-то шлялся. По правде говоря, с тыквой ассоциации вызывала только форма, по цвету это больше являлось арбузом, ну, ради лёгкого перевода на датский допустимо так называть.

— Они опять добавили заменитель в него… Так, а какой у нас бюджет? — наконец появился Тоттоо спустя пару минут. Встретились они в другом уголке супермаркета, когда Кира сама пошла на поиски последнего продукта в списке.

— Ты должен знать.

— Кратинес просто сказал купить это всё. Значит, бюджет неограничен, — смотрел он на упаковку в руке, размышляя о дороговизне да не замечая, как его знакомая из кожи вон изгибается, тщетно пытаясь дотянуться до товара на верху холодильника.

— Но это не значит, что его деньги нужно растрачивать. Ну это я так, к слову, полагаю. Я вот вообще почти в ваших ценах не разбираюсь, просто, воо-оо-от, беру, что нужно, да-аа. Ну мне же простительно, правда?

— Они повышают цены уже четвёртый раз, — облокотился тот о стеклянную дверцу холодильника, вчитываясь в состав упаковки и оценивая, стоит ли оно своих денег. — Я рассчитывал, что это произойдёт в следующем месяце, ах, опять перерасчитывать весь свой бюджет, да, именно, именно, придётся отказаться от чая. С момента теракта они делают это безостановочно, первый раз ещё могло прокатить, но на кого это рассчитано? — спросил он самого себя и посмотрел на одного покупателя, который метался в выборе йогурта по скидке или без, пока не выбрал первое. — Хотя да, идеальный пример, идеальный пример, несомненно. Тупые хомячки, на таких вот и рассчитано. В этом безоговорочно есть чьё-то вмешательство, хмм, такое могли устроить только те, кто хочет тайно управлять этим миром, они даже на скидку подняли цены, а их всё равно едят, ничего не замечают.

Если бы да кабы… мистер аналитическая машина предполагался быть помощником Киры, а не стать испытанием для ушей. Последняя одним своим видом намекала о требуемой помощи, да не тут-то было.

— Хорошо, к-как это относится к нашей т-текуущщей сситуации?

— Вот это!! — неожиданно указал он на товарный знак на упаковке. — 4100 год. Выпущено сооснователем “Фаш-хо” ещё во времена оккупации, владел химическим конгломератом, этот маргарин выпускался на их фабриках и поставлялся в магазины Риетты. Эти люди до сих пор среди нас, — мистер Тоттоо ещё раз посмотрел целиком на продукт, взявшись за подбородок, затем с прискорбием заключил: — Однако. Видится мне, выбора нам не оставляют.

— Это ты так о своём кошельке печёшься? — разводила Кира рукой, а после саркастически добавила. — Ну поживёшь на десять калорий в день меньше, вон и так вымахал, я живу и ничего.

Физик спустя короткую паузу усмехнулся, налегке бросил упаковку в тележку и пошёл развернувшись, отпустив следующую фразу:

— Да ладно, у тебя не такое высокое потребление.

[— Ччто? Сслушшай ты, болван!]

Одного этого действия стало достаточно, чтобы высокую гордость Камбер начало коробить. Такая безалаберность. Но нельзя, недопустимо: прямо сказать ему о помощи равно поражению! Поэтому она догнала и остановилась напротив, хмуро набоченилась.

[— Интеллигентности тебе не занимать, я смотрю.]

— Мммм?? — замычала без слов, как если бы выдавливала оные из него. Мистер Тоттоо опустил на неё взор.

— Ммм?

Были бы у неё звериные уши, они определённо бы прижались книзу.

— Ничего не хочешь сказ-з.. ать, сделать?

— Хмм.

Тоттоо увёл глаза выше и в сторону, зачесал подбородок. С поднявшей бровью произнёс, прежде чем пойти дальше:

— Ты права, не следует тратить все его деньги.

[— Ах ты-ж… Гхмм!..]

— Жди меня у входа, — твёрдо отчеканила мисс Камбер и отправилась сама доделывать дело.

— Приём, база, это “кватро, дека, данс”, — тем временем приложил учёный выключенный телефон к уху, прикрывая ладонью рот, — кажется, оперативники подослали ко мне своего агента. Я же говорил они хотят скрыть секрет телепортации. Что делать? Они очень хорошо маскируются.

Эта ситуация с её ростом… и бесила и не бесила одновременно, шутки касательно этого кололи её, при этом также не любила, когда из-за этого же на неё смотрели как на беспомощного ребёнка, внутри всегда заседал кусочек собственной важности, что она без всяких посторонних умеет справляться.

Поэтому, когда Кира вспомнила о вещи под названием переносная лесенка, специально созданная для таких как она, стала свидетелем, как оную забирают прямо из-под носа малолетние дети. Ничего не поделать, придётся прибегнуть к посторонней помощи… собралась с духом, громко позвала работника супермаркета:

— Лахенто фемôр(Извиняю мистера), — и как обычно, в последний момент догадалась, что надо было произносить “лахенто фемур(извините, мистер)”, из-за чего словила на себе несколько взглядов, что тут же заставили чувствовать себя неловко.

[— Споткнулась не на том слоге, блин. Эхеее…]

Дураку ясно, что никто из обративших внимание даже не помыслил о ней плохого, скорее всего приняли за типичную жительницу автономий - то бишь иностранку. В любом случае, Кира поторопилась исчезнуть с глаз долой, как если бы её тут никогда не было.

Мысль о том, мол, “с кем не бывает”, уселась в ней лишь по дороге обратно, после того, как распределили пакеты с содержимым между собой, повесили на плечи и вышли из здания.

Благо остался последний рывок, после которого не видать этого заумного лица под боком. Ничего не хотелось говорить ему, сколько бы уважения Кира не питала к его преподавательской натуре, впрочем, этот учёный и без ожидания первых шагов от собеседника не замыкал свои уста, лишь бы чего-нибудь не прокомментировать.

— Ты так же с Кратинесом гуляла? — обычный солнечный день, обычная аллея с зелёными насаждениями, обычные подростки на первом свидании на их пути.

— Пфф.

[— Мы не гуляли. Ещё. Пока. Полагаю.]

Конфетно-букетный период в самом разгаре, парочка идёт по газону, слышатся глупые разговоры, юноша перепрыгивает через камень перед возлюбленной, чтобы впечатлить своим паркурным мастерством, да вот та его финтам предпочитала поглядывать на сообщения от подруг в мессенджере.

— Она даже внимания на него не обращает.

— Давай, покажи, мачо, как же надо, — резонно возражала Кира мистеру Тоттоо.

Если так посмотреть, он не Кратинес, хотя имеет некоторые внешние сходства, не кумир школьниц пубертатного периода, но наверняка бы пару забитым задроткам его бы типаж пришёлся по вкусу. Вот какая была бы реакция, будь признался, что ему очень нравится рыженькая? Та не представляла; наверное бы, усмехнулась да пожала плечами, приняв за иронию. А может, он перенял магию своего друга и сейчас всё получится? У Кратинеса некая есть, притягивающая к себе свободные сердца молоденьких дам.

Разумеется, Тоттоо не показал, вместо этого подался в рассуждения:

— При всём при этом, я могу доказать, что его не сольют, такой тип девушек клеится к таким пацанам. Я собирал статистику. В чёрном, в джинсах, с грудью нараспашку. Удивительно, она не покрасила волосы, её форма лица идеально напрашивалась на то. Она смотрит стримы по той унылой социальной МОБА-игре, но сама не играет. Репетативный геймплей. Хотя да. Её вкусы в одежде. Её отец батрачит чернорабочим где-то на астероидах и долго не появляется дома, а мать слишком балует. Наверняка у них проблемные отношения.

— Ты странный, — нашла Кира единственное, чем прокомментировать. — Ну, может, необязательно судить столь категорично по внешности. Мне бы, полагаю, шутки кого-то заходят и уже интересно болтать.

Она врала самой себе, похоже, не замечая этого.

Вдруг вполне невзначай прозвучал вопрос:

— Да? Как у тебя родители?

— Ха? Нормально, — отчётливо сказала девушка, пожав плечами. Щёки её напряглись в незаметной улыбке, как если подловила неудачную, по её мнению, попытку подшутить. — Они меня любят.

— Хочешь отцовский прикол?

— Валяй.

Только-только остановившись друг перед другом, Тотто охватил низкую фигурку взглядом - и немедля свалил вдаль на английский манер, так ничего и не сообщив.

Не сразу уяснив, что это было, Кира рефлекторно издала подвисший звук из груди, таким образом недовольно прыснув. Осмыслила. А потом как истинный завсегдатай интернета еле сдерживалась, чтобы не захохотать на весь квартал.