Этой колонии суждено было стать ночным городом неспящих стен и безграничных возможностей, притягательным местом бесконечных неоновых вывесок и заполненных улиц, вдалеке от консервативной и однотонной Риетты. Это город стекла и металла, полулегальных клиник с возможностью вставить импланты и старого духа колонизации, где каждому абсолютно неважно, откуда ты родом и сколько у тебя друзей, где девочки-подростки ходят в светящихся колготках в сеточку и никто не считает это вульгарным, а каждый второй красит волосы в яркие цвета, в этой массе кутежа и невообразимых затрат ты сливаешься со здешней экосистемой. Должен был быть.

Это объясняло почти что безлюдные улицы, потому что последние месяцы действует комендантский час; на удачу прибывших путешественниц, только в одном месте не придают значения поздним прогулкам - паб. В остальных уголках царит то, что называют страшным словом: авторитаризм. Административные органы все сменены, полиция упразднена или сильно ограничена в полномочиях, Ретозан установил полный контроль над системой, пригнал флот, покуда лишь единицы тут знали до этого, почему непосредственно Каёттэ. Не за ночными богатствами, но за дорогими камнями.

Примерно в два часа дня по местному времени, в безжизненное поле, далеко-далеко за чертой поселения, приехал один пикап с важным грузом: клиентками с далёкой Риетты. Закинув одну ногу на коленку, Карли под безостановочную речь плешивого водителя тихо любовалась видами за окном на заднем сиденьи. Солнце золотило пески горного плато, на которое они заехали, широкие ущелья на горизонте создавали впечатление, что эти расселины созданы самими атлантами, чтобы вести путника на съедение в низины, словно эти скалы живые. Бескрайняя пустыня значительно отличалась от той, посреди которой их дом в метрополии, воздух веял мёртвыми окаменелостями, когда как жар наводил лишь безветренную прохладу - сюда само сознание неохотно тянулось да нет тому логического обоснования.

— Эти раскопки настоящая золотая жила, говорят наши, — слышалось с переднего сиденья, — сколько лет и уже не припомню, чтобы кто-то расплачивался банкнотами, ехех. Читал, их сам министр там… эм, одной столицы на Риетте… долго противился упразднить, но на него надавили сами учёные корпоратов, кажись… Сан-тила… Сан-тибо… хах, ну не суть, ни за что бы не подумал, что учёные как-то решают вообще. Хотя если копнуть глубже, это сделала скорее их начальница, его дочурка, надавила на старого папу, что с его головы уже сыпется пыль.

Карли про себя прокомментировала:

— Банковские переводы легко отследить, с наличкой ты как в тени и, скорее всего, даже Бог не узнает, пожертвовал больным детям или на девочку в клубе слил.

— Ахах, да, ты говоришь как мой знакомый, бывший мент, они все говорят так, только, как он шутил со мной, те, кто на земле, покупают оружку, а в космосе девочек. Ну, он сам никогда не мелочился, ему дали пару штук, он их тут же прожигает, так и живёт. С этими камнями, думаю, он больше никогда из запоя не уйдёт. Надеюсь… ахах, не, точно, они тебе зайдут, видел кто-то делал из них ожерелье, очень красивое. Вы, эм, справитесь с распаковкой? Без неё это просто светящиеся камушки.

[Карли: Боже, дорогой, не раскидывайся комплиментами, не дам я тебе.]

— Мой муж знает, что с ними делать, не задавай глупых вопросов, — вздохнула черноволосая, впрочем, чтобы не расстраивать старательного парня, заинтересованно добавила. — Но, любопытно, говоришь красивые, может оставлю себе один камушек просто так, хотелось бы для начала на них посмотреть, в глаза их ни разу не видела.

— Так ты уже миссис. Эхех. Ну да, помню заказчика, серьёзный человек, судя по слухам - ну, я там не был просто, так - приобрёл целую свору их, чтобы подарить жене, думали шишка корпорации, что-то ищет, а вон оно как. Уверен, он продал дьяволу душу, чтобы понравиться ей. Твой муж, должно быть, тоже задумает сделать подарок.

Слишком добрый этот мужчина к Карли сегодня, пытается заинтересовать болтовнёй, ищет любимые темы у леди. Может, ему запала в сердце её мужественность, ему не хватало почувствовать чьей-то силы и вот, под оной он расцветает?

Сколько известно о космических рейдерах, в особенности о Ретозан, всегда ходили слухи, что эти дети волков ни за что не скупятся на честное слово, они уважают прямоту и доверие и никогда не пойдут на поводу у тех, кто захочет оное купить милыми глазками либо деньгами. То ли этот индивид исключение, то ли Мартинес чего-то не улавливает.

— Угу. Так как вы называете, камни эти?

— О, охох, мы называем “косполла”, но я предпочитаю больше “костолла”, так созвучнее, — смеясь поднял он указательный палец, смотря на пассажиров через зеркало заднего вида. Смешно на заднем сиденьи никому не было.

Для заметки: “толла” означает “кремень”, а ещё это омоним к слову “пенис”, что в связке с предлогом “кос” даёт ему свойство “возбуждённый”.

[Карли: Озабоченный.]

[Кира: Я ничего не поняла.]

— О-о.. эм, а вот мы подъезжаем, — поняв, что юморист из него так себе, мужчина быстро сменил тему, — тут ещё неподалёку спутник связи свалился, уже с осени тут валяется, чудо, что он дотла не спалился, хотя удивило наших немного другое, ибо его тут не должно быть. Его траектория сваливания, ну, знаете, она всё таки постоянна, показывала конечную точку в ста километрах отсюда, ни бурь, ни циклонов в этом регионе нет подавно. Кажись, спутник словно примагнитило сюда. Залежи кост.. косполлы так действуют? Хрен знает. Пытались оттащить спутник, но там фонит так страшно, что ну нахер его, пущай лежит себе дальше. Ну, если вам интересно.

Карли не проморгала виды обок дороги: там была неглубокая воронка с подгоревшей грудой металла в центре; потому находила это вправду странным и предположить, что способно вызвать столь сильное отклонение, не могла.

— Вполне, — протянула она. — Поди гравитационная аномалия. Разве что аппаратура подсчитала неверно, что редкость.

Касательно современной денежной системы, люди перевели их в электронный формат. Можно подумать, что какие-то цифры на экранах телефонов или накопителях обеспечены воображением, однако за ними стоит вполне физический ресурс в виде дорогостоящего сплава “Адамантан”, за которым, в свою очередь, технологии записи статичной покубитовой информации. Благодаря стабильности материала можно считывать количество привязанных квантов и проводить запредельно точные операции, получалось, что чем больше адамантана, тем больше возможных операций, из-за чего выходит невозможным любое приписывание себе “виртуальных” денег на карте.

Эти светящиеся камни, обнаруженные на Каёттэ, по первым исследованиям обещают стать вторым таким ресурсом, превосходящий адамантан по объёму кубитов на порядок. В будущем могут возникнуть проблемы в виде появления конкурирующей валюты, но вряд ли сейчас кого это волнует.

— Мы, думаю, приехали. Я остановлюсь здесь, скоро вы сможете увидеть товар, потом обсудим, куда вам его привезти.

Сказав предыдущее, водитель остановил автомобиль. Место, в коим они оказались, всем антуражем напоминало карьер: имелись бульдозера, один кран, конусы из грунта, куча палаток, кабелей и, конечно же, яма. Люди в буквальном смысле копали песок. Больше всего, между всем остальным, привлекали взгляд причудливые обломки как от взорванной техники, так как определить на глаз, чем являлись, было проблематично.

[Кира: Ого, что это? Словно останки динозавра, его рёбра. Огромнейшие! Хочу съездить посмотреть поближе. А что мы стоим? А… мы приехали уже.]

Спустя секунду около машины появился один ретозановец, водительское окно открылось и тот, мельком оглянув внутренности, заприметил знакомое лицо позади, прищурившись - Карли тоже его заприметила, ухмыльнувшись. Он тот юнец с пистолетом в пабе.

— Кто это? Новые? — недоверчиво прогнусавил подошедший, от кого ярко чувствовался запах табака. — Хмм. Мне эта баба не нравится, подозрительная.

Плешивый за рулём тотчас пояснил, что с ним их клиентки и нет повода беспокоиться. Тогда тот, что снаружи, ещё раз с припущенными ушами, с прищуром глянул на леди за стеклом и, сделав не совсем понятный жест с синей “виоко” в руках, затянулся оной, после чего развернулся. Не факт, что эта сигарета та дарёная, но то, что та же самая марка - да.

Перед тем как выходить, водитель попросил пассажиров подождать в салоне, пока он не позовёт босса, на что Карли лишь невозмутимо дополнила:

— Передай этому, что его яйца будут всмятку, если продолжит дерзить.

— В твоей жёсткости не стоило бы сомневаться, эм, я передам, эхех.

Когда прошло тридцать секунд и пассажирки остались наедине, Карли вздохнула и с воцарившейся интригой наконец обернулась головой к низенькой соседке в бандане:

— Ну что?

— Мы внутри осиного гнезда, — полушёпотом констатировала Кира. Видно, она начала потихоньку нервничать, когда момент настал, хотя старалась не подавать виду. А момент настал.

Мутные схемы и выкачивание прибыли. Заманивание заказчиков таинственными артефактами и жаргонизм, вводящий в заблуждение несведущие уши. Всё, что выяснено вчера, зарядило Карли пойти на рожон, остаться на планете. Цель, как и ранее - угнать чью-то тачку, да не абы как, а с огоньком, ровно у кого-нибудь из-под носа. Сверх того, жертву не жалко.

Разумеется, никаких гонок в помине не было и не будет, это лишь аберрация - вот, до чего Мартинес додумалась. Эти билеты… к навёдшему на них несомненно будут кое-какие вопросы. А пока…

[Карли: О-о, это мелкокалиберный ПП? Точно, полиции такой выдают. Они полицию ограбили?]

— Даа… у них тут половина с автоматами ходит, придётся держать хвосты как можно ниже. Ну, — после оценки обстановки снаружи, Карли подмигнула напарнице. Страха в ней совершенно не чувствовалось, наоборот, рвение, — хех, как ты там говорила: “кин агайен то хай флорьен”.(“кто не рискует, тот не пьёт шампанское”.)

— Hvo intet vover, intet vinder, — подтвердила землянка по-датски, — всё так.

[Кира: Не, может, я коряво перевела, но, полагаю, меня поняли.]

— Ну вот. Не переживай, я тебя в обиду не дам.

— Почему ты думаешь, что я переживаю? Мх, угх, ну, ладно, есть такое, — Камбер машинально отрицала сию заботу, однако признала, что врёт сама себе, — немного, чего уж таить, поздно спохватываюсь. Это, ох.. Карли, это, полагаю, опасно. Эти люди опасны. Ты всё ещё хочешь? Хотя да, можешь не отвечать, выхода у нас нет… то есть, назад пути нет. Просто, знаешь, чувство такое, что мы что-то делаем неправильное, и я хочу убедиться. У меня к тебе вопрос, только без шуток, пожалуйста, ответь, — она на короткий миг посмотрела прямиком в две сероватости напротив, чтобы получить уверенность в её просьбе. В них не было отказа. — Карли, ты делаешь это потому, что они захватили колонию?

Чёрненький хвост едва заметно забился кончиком о сиденье, характеризуя о некоторой задумчивости. На такой вопрос уж слишком больно шутку вставлять, поэтому тон понизился сам по себе:

— Хм. Возможно. Вряд ли только из-за этого, тысячи людей попали под их теракты.

— И также причастны к смерти твоего отца.

Пилот несколько секунд сохраняла молчание.

— Честно, я и не знаю даже, кого в этом винить. Ретозан. Правительство. Кого-то ещё, не самого очевидного. Себя… Я стараюсь об этом не думать. Слишком много переменных и они кипят мой мозг.

— Понятно. Спасибо, стало полегче.

Как минимум, теперь яснее, с какой идеей идти на риск.

В доказательство своих слов о защите хвостатая жестом попросила Киру дать руку, которой затем достала своё оружие из-под джинс, чем изумила девушку.

— Ам, пистолет! — шёпотом пискнула последняя. — Откуда он у тебя? — но, отложив несущественный вопрос в сторону, потребовала о другом. — Обещай, что применишь его только крайнешем случае?

— Принцесса моя, я ещё обещала помочь найти твоего друга, пусть я и его на дух не переношу, так что в мои планы не входит просрать всё на ровном месте. Я постараюсь, не следует переживать за себя.

— Глупая, — послышался вздох. — Я бессмертная, а вот ты… Прошу, думай в первую очередь о себе.

— Хорошо-хорошо. Тогда смотри.

Карли притянула соседку локтём за шею и было принялась представлять свою тактику в точностях и подробностях, как не успела и первого предложения произнести, завидела за окном подъехавший автомобиль.

— …Мать честная, ты только посмотри. Принцесса, похоже, план меняется, у нас рыбка покрупнее.

Изначальный замысел состоял в краже транспортного средства, на котором они прибыли, для этого необходимо было дождаться водителя, так как ключей он не оставил. Но не тут-то было, всю дорогу она создавала вокруг себя образ важной персоны, импровизировала, решила выяснить о так называемых раскопках, вместо того, чтобы воплощать дело ещё на этапе отправки сюда, и, по-видимому, не прогадала.

Она видела настоящий джип в пестрящей покраске, мощный рёв двигателя, карбоновые решётки на боковых стёклах, аэрографией - среди кучи наклеек спонсоров - была изображена чернокожая женщина в вызывающе интимном образе. Сему железному коню быть на местных ралли и только, с высокой долей вероятности Ретозан гаражи предыдущего гран-при как раз таки присвоили.

— Как же рычит он ласково, слушай-слушай. Услада для ушей, ммм. Рррррр, рряв.

Нельзя не сказать, как её серые глаза возбудились.

— Хмм. Давай так: все заняты делом, пока этот там в багажнике копошится, мы выходим, ты подходишь и отвлекаешь, остальное я сделаю сама; как только достану ключ, сразу запрыгивай внутрь; другие там мечутся туда-сюда, ничего не успеют, пока ящики побросают, а мы быстро свалим.

Меж тем Карли времени не теряла, после введения в курс дела незамедлительно покинула транспортное средство, чем заставила застопорившуюся напарницу таки выйти вслед за ней. Выбросив спонтанное решение, несложно вынудить человека следовать за собой, особенно Киру, поскольку через секунду та уже шла к незнакомцу с мыслью о том, как бы не споткнуться на пустом месте. Волей-неволей, время на подумать о морали не дали.

— Ээ, привет.. слушай, эхех, а где здесь туалет? — это первое, что она вообразила спросить. Неширокая спина мужичка развернулась, явив её взору потрепавшего дядю 40-ка лет на вид, закрыв багажник, он положил руку на висящий автомат на груди, чем немного сбил с толку.

— Мм? Малявка, ты что тут забыла?

— Ээ, как бы сказать так…

Тем часом Карли, ожидая у предыдущего пикапа, недолго перекидывалась взорами с одним знакомым ретозанцем вдалеке, кто бесконечно точил свою сигарету и чей взор так и намекал, желая предъявить, мол, “тебе вроде велели ждать внутри”. Отправив тому воздушный чмок, дабы не серчал, чёрная кошечка добилась отцепления от себя чужих зенок на какое-то время да затем, когда краем уха услышала, как рыжее чудо достигло цели, выдвинулась туда же - там она нашла напарницу резко распинавшейся от недовольства, дескать, с какой стати её обзывают малявкой и вообще ей давно как за двадцать.

[Карли: Только не оборачивайся, только не оборачивайся…]

Кира понятия не имела, что Карли имела в виду, говоря “остальное я сделаю сама”, разве что стоило ей заметить приближающийся силуэт позади стоящей вооружённой туши, как сама же её физиономия сдала сей момент, побудив мужичка тоже посмотреть себе за спину.

— Ээ, чёт слишком много баб сегодня, оукх!.. — вот-вот произнёс он, как во мгновение получил голенью по промежности и едва скорчился; одной неожиданности было мало, так что ретозановец рефлекторно схватился за оружие, из-за чего нападавшей буквально пришлось взять его в тиски, прозвучало несколько выстрелов, благо хватило сил удержать, чтобы не дать направить автомат, поэтому все пули ушли в песок. Секунда и мужчина получил точным попаданием по челюсти, дав себя повалить на землю, где скоропостижно отключился.

— Ааа, ты что, сдурела?!! — вырвалось из шокированной свидетельницы рядом. У драчуньи колебаний в действии не было, лишь диковинная улыбка под действием адреналина на лице, с которой та охотно приступила обшаривать карманы в поисках ключей.

— Ничего, полежит, я этому приёму в академии научилась. Лезь в машину!

— Чему вас там вообще учат!.. — поспешила младшая к пассажирскому сиденью.

Этой драки не должно было быть… Всё с самого начала пошло не по плану.

В итоге в карманах ничего путёвого - Карли лишь забравшись в транспорт обнаружила ключи уже вставленными в гнездо, а Кира села последней, потому что в панике долго пыталась открыть самую обыкновенную дверь. Из оставленной рации под лобовым стеклом сыпались восклицания с вопросами: кто стрелял; люди поднялись на уши.

Настал момент внутренней тишины… поскольку взгляды воровок упали на заднее сиденье. Всё пространство в той части салона усыпано невообразимой горой огнестрельного оружия, едва ли не на любой вкус и цвет: карабины, пулемёты, гранаты и тому подобное. Что примечательно, исключительно армейского образца.

Теперь точно пора валить. Карли с Кирой затаив дыхание переглянулись друг с другом, но ничего не сказали. Ибо переговоры по рации подгоняли скорее запустить двигатель:

— Это те сучки, они в машине с грузом. Блять, я же говорил, что им нельзя доверять. Не дайте им уйти.

Атмосфера под палящим солнцем яро накалялась. Руки крепко держатся за руль, зелёные очи испытывающе смотрят на водителя - а пялящаяся в лобовое окно Карли, с запотевшим лбом, с чего-то не торопилась жать педаль газа, застыла. С нервной улыбкой на пол-лица она посмотрела на свою пассажирку:

— Я училась 5 лет и у меня пилотские права - а водительских никогда не получала, во прикол.

Завершила она говорить, как внезапно раздался выстрел, после коего боковое с передним стеклом насквозь пробила пуля. Кира вскрикнула:

— Это правда тебя сейчас волнует? Трогайся!

Это было громко. Немало напугавшись, девушки, едва ли не визжа, двинулись с места да на всех порах умчались куда-то по прямой, сбив за собой палатку.

— Просто имей в виду, я максимум с отцом на машине каталась! — пыталась черноухая скрыть за усмешкой нервы. — Пристегнись.

— Блять, кто стреляет? — ругались по связи. — Мне нужно, чтобы вы выкинули их из машины нахуй, а не подорвали её.

Ретозанцы действовали в меру оперативно и тоже погрузились в первый же внедорожник, зажали педаль в пол и, разбрасывая шинами песок, угнались вдогонку. Эта безграничная наглость поразила их аж своей банальностью, что некультурные словопрения не прекращались ни на секунду.

Управлять автотранспортом, оказалось, совершенно сложно и никакой искусственный ассистент в подобном случае не поможет. Их наспех выбранное направление увело угонщиц в неизвестную даль от дороги, на которой было бы хоть понятно, куда ехать. Карли как за гранату без чеки держалась за руль в надежде, что её пальцы не соскользнут, и была бы очень рада расслабиться, если бы не бесконечные кочки на пути, устраивающие для подвески настоящую вечеринку!

Позади повторно раздался выстрел, попавший по корпусу. Припугнуть удавалось филигранно.

— Пиздец, я целюсь в окно, догони их, — вещалось в рации. Следом в задний бампер что-то, а точнее кто-то врезался, джип покачнуло, оттого Кира словно сумасшедшая вцепилась в руку подруги, вереща, чем мешала и так держащему на ниточке шофёру, дабы самому не завизжать:

— Быстрее, быстрее, быстрее, нас догоняют!

— Не тормоши!

— Да кто тебе эту гениальную затею дал: угнать!!

— Тебя послушалась!!

— Они стреляют! Ай!! — взвизгнула рыжая после очередной дырки в стекле. Стрелок, следовало, было палил одиночными, чтобы сохранять точность.

— Стреляй и ты!

— А??

Этот вид песчаного нагорья плато впереди, с редкими кустами, педантично разбросанными камнями, не переставал завораживать глаз, отчего те аж не смели смыкаться. Лишь бы не пропустить ни пяди прекрасного на холсте природного рукотворца, Карли волнительными руками свернула вбок, минуя яму.

Старательно не отрывая взора от дороги (если бездорожье можно назвать дорогой), хвостатая смогла оттолкнуть прицепившегося в панике жука, дотянулась ладонью до автоматической винтовки на заднем сидении и, перед тем как вручить, сняла с предохранителя, поскольку догадывалась, что Кира не додумается сама сделать этого:

— Вот! Стреляй, отстреливайся, лезь наверх, ааа! — еле удерживала та руль ровно, газуя. Кира же с оружием в обнимку, как с младенцем на руках, действовала предельно на автопилоте: сказано отбиваться - значит отбиваться. Через дрожащий салон, укачивания и тяжесть бытия бывшая студентка полезла к обзорному лючку по центру крыши, где ветер моментально снёс ей бандану.

— Я тебя копать ладонями заставлю, если не остановишь сук, не попади по взрывчатке, — вновь раздались голоса с рации.

— Заедь ты сбоку, я по колесу дам!

[Карли: Мы катаемся на бомбе?? Охереть.]

Вот для чего осторожность была и почему их авто до сих пор не превратили в решето. Разве что ситуации это нисколько не отменяло! Впереди непонятная рябь из кочек, однако сворачивать отнюдь не вариант, слева и справа бестолковые песочные горки, идущие вверх, а дальше видятся они всё выше и выше, переходя в исполинские изогнутые шпили, между тем бессмертный стрелок кричит едва слышно сверху да пинает в бок, то ли нарочно, то ли нет.

— Я!.. Не!.. Жесть трясёт!

— Что случилось?

— Ты можешь вести ровно, я нифига не могу прицелиться?!

— Не могу!!

— Веди ровно!!

— Это тебе не на самолёте летать, тут всё сложно!!

Если внутри было за какие поручни держаться, то снаружи, где горячий воздух приятно согревал лицо, голова норовила неприятно долбануться о поверхность крыши, рукам некуда деться. Очевидно, младшая в курсе, как пользоваться огнестрельным оружием как минимум из компьютерных игр, однако реального опыта владения им имела ноль: 4 килограмма ощущались слишком весомыми в неудобной позе, не получалось найти точку опоры, дабы ствол не шатало из стороны в сторону - да что там! - даже если бы удалось, прицел так встряхивало при малейшем дёргании джипа, что не то, чтобы на головы преследователей нацелиться - на немаленькую мишень в виде машины невмоготу. Безуспешно пытаясь всё это разом преодолеть, Кира элементарно зажала рычажок, как следом познакомила своё хиленькое тельце с отдачей да едва не выронила автомат, впридачу под визги сжалась от чеканного звона в ушах, что аж желание ещё раз безудержно палить так впредь отпало.

Без спору, всё в молоко.

— Уже веселишься? — подбадривали её изнутри.

— Я чуть не оглохла!

Ответа ждать не пришлось, следующий выстрел по угонщицам пришёлся сквозь заднее окно, обе почувствовали, как их цапнуло осколками: одну по бедру, вторую по плечу.

— Эй, вы там слышите? — видимо, это обращались к девушкам. — Стойте, бляди, и, может, обойдётесь перекошенными ёблами!

Остановиться их мотивировали дополнительными пулями. К счастью, из-за слепящего солнца, а также хорошей скорости гоночного внедорожника и расстояния, преследователи тоже не всегда попадали. Тогда Карли решила не слушать оскорбления в свою сторону и выкинула рацию в открытое окно, взяла пистолет и открыла навскидку огонь - не особо задумываясь, попадает или нет, ибо удерживать шаткий руль всё же кому-то надо - но после четвёртого-шестого выстрела внезапно болезненно всхлипнула, отдёрнула руку назад. Попали ровно в предплечье.

— Зараза! — осклабилась она, но тотчас заверила: — Всё в порядке, сними их уже с хвоста!

— Боже, тебя ранили?? — обеспокоенно выкрикнула Кира. Целый день как одна нештатная ситуация, она не привыкла столь быстро на всё реагировать, вследствие чего спешит, не зная, как поступить, а в крови адреналин перемешался со страхом, подпитывая друг друга. Никогда не полагала, что хоть раз в жизни будет стрелять по людям и это рискованное доброе с необходимым злым всё боролись в ней. Поняв, что дела не очень-то хороши, она собралась с силами, чтобы заново давать отпор с винтовки, осторожно жала спусковой крючок, пока не привыкла к отдаче, даже иногда не мазала, портя краску на капоте врага.

[Кира: Попала! Попала! Я видела! Ура!]

Тем временем Карли боролась с раной. Шальная пуля ли или чудовищная меткость, в любом случае, она взялась себя перебинтовывать - только вот для этого необходимо найти бинт, достать аптечку. Но нигде её не было!

Наверху обстановка оживала. Какую только радость испытывала Кира, когда удостоверялась в своей точности, и какую в то же время раздосадованность, когда не понимала, почему не наносится урон по вражеской машине. Оная ехала себе как ни в чём не бывало и вот, виделось, догоняла. Так или иначе, огонь не прекращался, над ушами периодически щёлкало и до конца не ведомо было: это по ней целятся или так было всегда? Произвёлся последний выстрел, магазин опустел и бессмертная, после пары попыток удостоверившись, что патроны закончились, было принялась решать, что делать с винтовкой, но тут же заметила, как помимо неё затих и преследователь, потому бросила взгляд на него.

[Кира: Сняла его. Сняла его!]

Взбудораживающе. Сердце её рьяно забилось, это было ощущение победы, когда она разглядела, как ретозанцы тянут трёхсотого товарища из окна вовнутрь кузова. Возможно, даже двухсотого… его пистолет-пулемёт свободно свисал над землёй, зацепившись за пальцы. Эта картина сгустила над ней краски торжества, потому что она в ту же самую секунду кое-что осознала… Дыхание остановилось, из её губ неслышно выбралось:

— Господи, я убила человека.

Впервые убила человека. Спрашивать себя, оправдывают ли её действия риск потерять, как бы то ни было, близкую подругу, не было времени. Да вот когда действие свершено…

Следующую сцену низенькая студентка видела покадрово: на переднем сидении появляется ретозановец с оружием - в лобовом стекле образуются несколько отверстий - пули искрясь проскоблились по раскрашенной крыше внедорожника, меж глаз во мгновение вспыхивает чёрная точка - над носом до жути больно раздаётся треск, руки на рефлексе вздёрнулись и её винтовка отправилась в свободный полёт - мир опустел словно выключили лампочку, она впала в беспамятство.

— Бандану, дай бандану! — тормошила напарницу Карли, не найдя бинта или хотя бы ткани, пока не заметила, с чего вдруг прекратилась стрельба, выругалась про себя, но потянула тело внутрь салона. Зрелище не из отрадных, выглядело оно умерщвлёно даже без кровяных пятен. — Вот зараза. Держись, принцесска, всё будет в порядке, они уже отстают, кхм, эм, ты же ещё очухаешься, да, да? Ох блять! — повспоминав моменты с “обезвреживанием” Эндри, та вмиг пригнулась от очередных стуков по корпусу, ибо, не стоит забывать, её-то уж обезвредить проще простого. Пусть силуэт противника и отдалялся, а пули всё ещё быстрее. — Гмм, лааадно, лааадно! Не дрожи, чего ты так, всего секундочку, дай мне всего секундочку, не сворачивай, окей?

Ежели одной рукой управлять автомобилем вызывало серьёзные трудности и разве что гладь под колёсами спасала её, то без рук… Карли явно умеет чувствовать экстрим.

Между прочим, того требовали обстоятельства, она использовала апогей своих женских умений за короткий срок стянуть с себя бюстгальтер во время езды, всё потому, что оный представлял из себя топ; дешёвый бинт, но грех жаловаться, кровотечение не останавливалось, она зубами разорвала ткань и ими же помогла затянуть узел на предплечье. Одно ясно - ретозанцы разозлились и не стесняются дырявить багажник, благо сам груз с бронежилетами и пулемётами ей как щит, иначе спину бы уже давно сквозил воздух.

Игнорируя резь, она наконец взялась обеими руками за руль, успевая увернуться от крутой кочки, как прямо у неё под носом непредвиденно закончилась дорога! Плато обрывалось на ровном месте, Карли подъехала к каньону, отчего спешно повернула в правую сторону, покамест балансировала левым боком по самому краю, она упустила возможность свернуть на равнину, так что теперь съезжала вдоль по склону ниже и ниже по выпирающей складке рельефа, скорость стремительно возрастала, рыхлая земля вскоре не выдержала веса и почувствовалось, как под днищем посыпался песчаник.

— Ой нет-нет-нет-нет-нет-нет, тихо, не надо тут этого, я ещё не выросла шахтёром!!

Мартинес не справлялась, полностью потеряла контроль, уходя в опасное пике, джип тянуло вниз, он сваливался носом, пока окончательно не столкнулся с выпирающим булыжником. Глухой удар, от толчка пилот ощутила словно бы перегрузки при пилотаже, стёкла из-за нарушенной целостности треснули. А затем невесомость. Через раскрывшийся багажник полетели на волю все внутренности, до поверхности с десяток метров, а у кое-кого в эти мгновения пролетала жизнь перед глазами.

Повторный удар, вокруг громыхнул металл и Карли вдарилась макушкой о что-то твёрдое.

…

[Карли: Ооох, как же всё… Да ты-ж.. ах. Нехило сконтузило.]

Тело ломило. Сознание пробиралось через мерзкий гул в ушах; спустя несколько секунд очнувшись, чернохвостая девушка раскрыла веки в попытках понять своё положение. Оное, можно считать, перевернуло всё вверх ногами. Дословно.

[Карли: Ну и ну…]

Машина приземлилась на крышу, голова идёт кругом оттого, ремни безопасности жмут таз, так ещё и из-под капота что-то выливается. Нагрянула мысль - это не электрокар, сейчас загорится! И ведь загорелось! Под задним сиденьем появилось первое пламя, источая зловонным запахом топлива.

Котелок ещё варит, так что Карли как можно скорее отстегнулась, упав плечами на крышу, растормошила свою бесхвостую подругу, однако та ни на что не реагировала, поэтому пока что оставила ту лежать в абсурдной позе и спешно стала искать выход. Боковое стекло в осколках - пролезать сквозь ножи подобно. Через лобовое не выбраться. Толкнула дверку - не поддаётся. В ход пошли ноги, и, уж было бранясь про себя, что не собирается повторять клише фильмов, девушка раз через раз сумела пробить себе путь наружу. По-видимому, сухой песок смягчил её потуги.

При всё при этом, пожар сам себя не тушил - приходилось в тесном пространстве, мяв хвост, в неудобном положении выбираться через образовавшийся проём и при этом не задевать острое стекло, затем, когда лёгкие наконец вдыхали больше свежего воздуха, обязательно вытащить бессознательное тело из кузова, что, по правде говоря, ощущалось чересчур неживым и кукольным, к тому же нелёгким, на что жаловалась раненная конечность, бросать бедную Киру гореть совесть не позволяла и ради неё Карли терпела боль. Как всё удалось, она закинула руку той себе за плечо и оттащила подальше от автомобиля: под скалой виднелась тёмная прорезь, где можно безопасно переждать и отдышаться.

Быть в шаге от самой смерти, аж хвост становится дыбом - похоже, мечта одной мисс исполнена. В полной мере.

Задумка… неоднозначная. Был бы рядом Эндри, он несомненно поведал нечто вроде следующего: “План - говно, я - отказываюсь в нём участвовать, я - брезгую”. Тем не менее девушки живы, несмотря ни на что, Карли не думала сбавлять шаг, оттаскивая невменяемую подругу, так она отдавала долг за некогда предоставленную помощь, когда сама была не в состоянии дойти куда-либо на своих двоих.

То, что сие пятидесяти с чем-то килограммовое тело, как бы не звучало, не висело мёртвым грузом, а вяло да перебирало ногами, уже несло за собой хороший знак. Со временем пилот заметила, как её инопланетянка невнятно лопочет себе на родном языке, позвала её по имени, хотя, всё равно, бестолку было.

[Карли: Ну хоть… да-а, и вправду живее живых, фухх.]

Тяжёлый каменный зев ждал их. Дойдя до него, словно поглощаясь в тень, можно было услышать, нет, не игру звуков с завыванием ветра в пещеру, а вполне различимую для местных обывателей речь:

— А подруга всегда говорила, ехех, что кошкодевочки моя пассия, — Кира была словно во влажном сне, — они такие мур-мур-мур, умираешь от милоты. А встреть я кошкомальчика, всей душой поклонялась бы ему.

— Кошкодевочку? С тигровой мордой типа или что? Эй! Очнись! — другая вспомнить термина похожего не могла, да и представить как-то… тяжко, посему попросту потрясла мечтательницу. Очи последней плавно открылись.

— Ой, а что, я правда перед неко стою?..

Зелёные пуговички смотрели на дивное создание с удивлением и одновременно мягкой… похотью? Создание дёргало пушистыми ушами, смотря в ответ, оно своей отзывчивостью располагало к раскрытию давно потаённых чувств: эта приятная форма лица, эти озадаченные щёчки, тонкие розовые губы, к которым хотелось хоть капельку прикоснуться. К которым тело стихийно тянулось. Если бы не раздавшийся нежданно-негаданно взрыв.

— Аа!? Что это было?? — опомнилась Камбер, завизжав.

В воздух взлетело всё, что только находилось до этого в багажнике, бесчисленное количество вещей и горящей обшивки разбросало на десятки метров, чем заставило шарахнуться и закрыть уши от одного лишь звука. Стало понятно: сдетонировал заряд.

Настало время укрыться поглубже, пока не произошло что-либо ещё и случайно прилетевший ошмёток не угодил в затылок.

…

— Тебе важнее ведь…

— Вот тебе каска, — напялили оную на рыжую голову, не спрашивая, и похлопали по макушке для убедительности, — а то как получишь по башке, так всякую ерунду лепетать начинаешь.

— Ерунду?..

— Да, как например, целоваться не полезешь.

— Ой, прости… Я правда была беспамятна.

Признав это, Кира неловко опустила взгляд да погрузилась спрашивать саму себя в мыслях, как же так получилось и не учудила ли чего постыдного, помимо этого. Воспоминания обрывались на моменте стрельбы, возникшей рези во лбу, а дальше тёмная безвестность.

Около двадцати минут они провели в укрытой ложбине пещеры после взрыва. На его месте осталась воронка плавленного песка и слабо узнаваемые останки гоночного внедорожника. Тем не менее множество некрупных вещей уцелело, потому Карли походила по местности в поисках чего-либо полезного, да заприметила разве что шлем и пистолетные патроны, не более.

Насчёт преследователей: похоже, тот обвал грунта отсёк ретозанцев от угонщиц, на горизонте их не видать, а спускаться сюда, в самую низину, мало кому в голову взбредёт. Подумали, что мертвы, а коли уж выжили, то пустыня сама поглотит их.

Между прочим, последнее являлось проблемой, до населённого пункта топать как к чёрту на рога, еды и воды с собой нет, если бессмертная виду не подаёт по обоснованной причине, то смертная лишь хочет казаться в порядке, испытанное отняло много сил и затухающий адреналин вскоре даст о себе знать.

[Карли: Херовы дела, ни намёка на реку, на водоём - голая земля. Начинаю сомневаться, что здесь существует жизнь. В какую сторону идти? Пфф, будто я в курсе. Солнце… в зените… ага, щас, щас оно скажет мне что. Охх, надо передохнуть в тени, всё обмозговать и уже потом решать. Солнце начало жарить как не в себя. Да и принцесску наведать, чего я тут всё одна лазию.]

Это Карли гуляла снаружи, а Кира сидела на ровном месте; проснуться с чувством переломанных костей по всему телу… к тому же она переваривала происходящее вместе с произошедшим, помогала мозгу собрать пазл из переживаний, чувства вины да справедливости.

[Кира: Жутко. Я.. я правда сделала это? Верить не хочется, ах. Отмоюсь ли я хоть когда-нибудь после этого? Полагаю. Полагаю…]

Абстрагироваться от внутренних рассуждений позволило чужое присутствие рядом. Старшая напарница стала небольшим свидетелем, как зеленоглазая девчуша усердно щупает себя у лба, а потом, словно проснувшись, таки оборачивается, неотрывно сопровождая взглядом пришедшую фигуру.

— Как ты? Твоя рука всё ещё кровоточит. Может, стоит вытащить пулю?

— Ни за что, это капиллярное.

— Но…

— …Было бы иначе, я бы лежала тут у тебя без сознания.

— Ты так спокойно об этом говоришь.

— Доберёмся до твоей птички, там разберусь как-нибудь, там вся моя аптечка лежит, помнишь? — риторически завершила хвостатая. Что-что, а её сдерживаемые стоны каждый раз, когда орудовала той рукой, заставляли нешуточно беспокоиться об её состоянии.

— Ну да, ты права, половина твоих вещей осталась там с того момента, — соглашалась другая, на секунду притихнув. — Ам-м, у тебя ещё на ушах…

— Мм?

— Уши в крови. Кажется.

Всего-навсего царапины. Да, жжётся, но всё же. Мартинес махнула ладонью:

— Фигня полная.

— Не говори так, мне жалко тебя, — прозвучало оно искренне, а не сколько-нибудь уничижительно.

— Эх, Кирочка, не зацикливайся ты на мне, я сама о себе позабочусь. Я ценю твою заботу, не подумай. Тебе-то лучше?

Простой вопрос о самочувствии, а поди на него с ходу ответь. Кире с трудом удавалось принять факт того, что она стала убийцей. Убеждения прямо диктовали, что это грань, после коей её жизнь никогда не будет прежней. “Нет”, она хотела ответить “нет”, но, смирившись, всё-таки решила не перегружать и без того нагруженный диалог.

— Я… Не знаю. Всё нормально. Да, нормально, я в порядке.

— Ясненько. Хм. Эй, а ты заглядывала дальше внутрь?

— А-м? Нет.

К тому времени Карли прошла чуть вглубь пещеры, без особого на то повода, смысла в этом не видела, просто ей почему-то подумалось, что там может да найдётся кое-что. Не сказать, что она вдруг обнаружила это “кое-что”, однако в той темноте ощущалось чьё-то присутствие, чего-то неживого, но крайне сбивающее с толку своей природой. При должной сосредоточенности её пушистые треугольнички улавливали шум вроде телевизионных помех, далёкий и необъяснимый.

Немного погодя подоспела младшая, к которой следом последовала одна просьба:

— Дай телефон, фонарик нужен, у моего зарядка сдохла.

— Сейчас, да, в кармане есть. Вот.

— Ого, он выжил, — бросила сероглазая комментарий, забирая вещицу.

— М, да. А что?

— Ну.. ты была не пристёгнута в тот лучший момент, скажем так, тебя расколбасило.

Взглянуть на младшую: изодранный низ и знатно потрёпанная ветровка, купленная не так давно - вот, что действительно жалко. Запылившееся лицо и потерянный вид блекли на их фоне. Если бы иметь воспоминания о причинах этого ещё… Кира постаралась не придавать тем словам большого значения, поэтому молча, вслед за напарницей устремила взгляд во тьму.

Они направились вглубь, освещая себе путь, несмотря на то, что пространства хватало для обеих, держались близко друг к другу. Честно говоря, Кира не понимала, зачем им туда, в груди заседало неисчезающее ощущение, что это место пустое и, может быть, даже небезопасное, в общем, не стоит тратить на него время, пора бы развернуться, но раз Карли решила исследовать… Тяжело думать, ум за разум всё ещё заходит.

— Здесь очень прохладно, — замечала датчанка. Хотя прошли совсем ничего.

[Кира: Устала. Голова уставшая. Не припомню такого чувства. Может, у меня в мозгу, где-то там, застряло что? Ах.]

[Карли: Это точно не звуки воды. Какого я их слышу? Я же не треснулась головой, хотите сказать?]

По-своему нетипично оно - окружение: одну притягивало, вторую отторгало. Мерещилось, как тараканы прячутся от их присутствия - а живности отнюдь нет, ни флоры, ни фауны, одна мёртвая пыль.

За самым первым поворотом искательниц поджидало помещение, нет, не чья-то хижина, влитая в скалу, а глухой тупик в пещере, ничем не примечательная ниша площадью четыре на четыре метра. На первый взгляд.

Шумы в ушах исчезли. Девушка с фонариком освещала молчаливый зал метр за метром, осматривая натёчные образования, везде находились тёмные вкрапления, не вписывающиеся в общий состав породы. Как уголь, и в то же время как окисленная медь - голубовато-зелёная. Карли тотчас догадалась:

— Оу, так это те самые камушки, что наши пацанчики копают. Похоже на то. Ну и местечко мы своим “трупом” им пометили.

Отдав смартфон, она подняла один с пола. Загадочная руда была очень гладкая, невзирая на изуродованный царапинами узор, при касании можно было увидеть, словно поверхность под местом, где был проведён палец, пигментирует, еле-еле подсвечиваясь. Оно не чудилось.

[Карли: Да уж, оправдывает своё название.]

— А почему этот такой странной формы?.. — послышался шёпот младшей напарницы. Пластина на полу в центре притянула её внимание, ровная, с подозрительно идеальной выгравированной фигурой: полым ромбом. Кира любопытства ради сдула песок и надавила ладонью. После тихо усмехнулась: — Нажала. Ничего. Ах, я уж подумала.

[Кира: …Что это кнопка.]

— Слушай, — подметила другая, пока осматривалась да подбрасывала камешек в руке, — а раз они стоят дофига и больше, что думаешь, если прикарманим себе? Сбагрим потом, чую, у меня даже есть кому, — на этом моменте Мартинес прикусила губу, приговаривая сквозь зубы, — может, запихну ему парочку в рот, для профилактики.

— Э-э… — датчанка задумалась. Продавать определённо нелегальные штуки, кому же это? Мало разозлили Ретозан сегодня, пусть впридачу узнают и про это. Может, стоит для начала отдохнуть, а потом поговорить об этом? Отнюдь, почему вообще в приоритете сейчас вопрос о деньгах, а не о медицинской помощи?! Кира хотела аккуратно высказать такого рода мысли, как вскоре откуда ни возьмись послышала гул, нарастающий, исходящий словно из самого разума. Он физически напрягал. Юная Камбер прижала ладони к вискам, подавляя возникшее давление во лбу. — Угмм!..

[Кира: Что за фигня?.. У меня мозг плавится. Гммм.]

— Ты чего?

Сероглазая было озадачилась, по какой причине её подруге внезапно поплохело, как сама стала слышать это. Но не внутри себя. Будто бы что-то массивное только что пришло в действие, как паровой механизм, где-то в глубине за толщей грунта, гул, подобно шуму водопада, затрагивал кончики её ушей, он настораживал.

[Карли: Опять?]

[Кира: Ох, попустило.]

Ничего не свидетельствовало о чём-то… громоздком за стенами, ни вибраций, ни колебаний, лишь этот звук. А также загоревшиеся огоньки на полу.

— Ты только глянь… — у Карли норовила отвиснуть челюсть, то, что она видела, не поддавалось здравому объяснению. Либо в этой зоне чрезмерный радиационный фон, что аж на уши давит, либо… Любой их след от подошвы, любое касание и в зале, и за поворотом засветилось на земле, как бы проча, что их отпечатки были запомнены. — О-чу-меть.

Тяжело подобрать слова, чтобы так срочно выразиться, старшая была уверена, что с ней разделяют это чувство, как вдруг её напарница, скинув шлем, опять схватилась за виски - по той пробежалось мистическое предощущение опасности, потому тотчас выкрикнула:

— Карли, надо бежа!..

Гул приумножится, не успел раздаться до конца её голос, как у потолка что-то хрустнуло, в одночасье всё будто сжалось в одну точку и мир в очах потемнел, разрядившись грохотом! Рассеялся чёрный туман.

…

На лицо упала первая капля. Вторая. Упала третья. Всё вокруг как в потоке высокоэнергетических частиц, мягком как пена для ванны и таком же тёплом. Плоть не ощущала саму себя, только то, что вокруг. Или это сознание игралось. Или оно медленно падало, падало и падало в густую пустоту, пока наконец не поняло, что ниже дна никого, кроме неё, нет. Время нормализовалось.

Крохотная девушка вдруг раскрыла веки от бесконечного спада воды на неё. С хмурых небес лил сильный ливень, моча песок под спиной. Из её губ спонтанно вылетело:

— Ха?..

Она лежала. На земле. На неё не светило солнце, а волосы промакивали с каждой секундой. Ладонь держит прямоугольную вещь. В душе ни колосика дрожи иль тревоги. Но неспокойно. Шум дождя - он знаком.

[— Почему я…]

— Меня же только что придавило, да?..

Дева спросила себя, будто желала удостовериться, не сон ли то часом. Тело… оно примагничено к низу - так ощущалось оно; то ли сумбур в голове, то ли разум ей как не свой, пусть футболка вся влажна, вставать не хотелось.

Когда это было? Сегодня? Вчера? Секунду назад? Или, по правде, то ложь? Голова плавно повернулась влево - мерклый утёс высотой с частный дом; повернулась вправо - там в отдалении красноватый корабль. Личный корабль. Вид которого сдавливал грудь.

— Карли! — рыжеволосая девушка вмиг подскочила, крикнув это имя. Возник жуткий страх. Вспомнилось всё: и как были в пещере, и шум, и как обрушились камни, и как тело её подтолкнул некий ветер. — Карли, она ещё там, надо спасти!

Что конкретно произошло? Как здесь очутилась? На эти вопросы у неё нет ответов, единственное, что она по неведомой причине знала, так это что близкий ей человек в беде. Кира стремглав ринулась к транспорту, пробралась внутрь и только убедилась, что на борту нет людей, поднялась в небо и по памяти рванулась в нужную сторону, повторяла себе, что нужно торопиться, сколько драгоценных секунд потратила на поиск того каньона и после, когда-таки под ясным небом распознала чёрное пятно как обломки автомобиля, без промедления пошла на снижение, безо всякой заботы о скорости рухнулась брюхом, проскользив по земле.

После встряски Кира выбежала наружу, отмахивая от себя пыль - из-за которой та и поднялась ввысь - бёдра и руки неконтролируемо дрожали, в ней зияла старая фобия потерять кого-то, дорогого и вот так вот просто.

— Кааарлииии, я иду!

Добравшись до песчаного зева, сквозь тяжёлый воздух она внезапно разглядела… ясную как солнышко женщину, выглядывающую из пещеры на подозрительный грохот снаружи, правда, без куска штанины и одного кроссовка. Вводило в ступор, но сильнее всего - радовало. Упав перед ней на колени, Кира запыхавшимся голосом выдохнула:

— Живааая, — и обняла за ноги. Карли тоже потеряла ход мыслей, ничего не соображая.

— Эээ, а ты.. как.. сюда.. умудрилась.. свою пташку пригнать?..

Кира перебила её:

— Живая! У меня картинка в голове застыла, как тебя камнями засыпало!

— Да это трэш, слушай! — поразилась черноухая да начала безостановочно жестикулировать. — Там эта штука шумела, потом ты чё-то выкрикнула на своём, как - раз! - вспышка, меня отбрасывает хер пойми куда, я нихера не понимаю, но потом как понимаю, всё обвалилось, а я валяюсь под проходом, там эта тварь чуть ногу мне не заела, а ты там внутри, а ты оказывается не внутри!! — выговорившись, она в уже спокойном тоне переспросила ещё раз: — Да, так как ты…

Впрочем, и на этот раз не дали договорить:

— Аптечка! У тебя повязка разошлась, быстрее внутрь.

— Ладно, поняла, оставим этот вопрос на потом.

Решение верное, поэтому, усмирив своё любопытство, Карли последовала за тянущими её ручками.

…

Название: “Дыра Мартинес”.

Тип: “Математическая аномалия”.

Класс: “Чёрная дыра”.

Масса: 5 ЗМ.

Расстояние: 15000 км.

Космос. Вот, опять он встречает стабильной тишиной. Мирный. Спокойный. Везде, кроме одного единственного места, царит баланс светлячков. Бесцветная полость в пространстве рушит его. Нет, не рушит - приукрашивает. И имя её горит на сводках корабля. Лучшего названия и не придумаешь.

[Кира: RLT опять мигал, как подлетала. Что бы это могло быть? Ты? Ты… Почему ты притягивала меня к себе? Бездушная, но словно пыталась тогда пообщаться с нашим кораблём. Возможно ли, что ты предостерегала меня от чего-то? От… Ты же всего лишь математическая сущность, описываемая парой чисел; и тем не менее мы так мало о тебе знаем.]

Кира с осторожностью любовалась этим объектом издалека, сидела, оставив кресло, у обзорного окна и безмолвно глядела в малюсинькую точку на небе. Оно утешало.

А может, она испускала дух и обиду в виде сей шутки. Было на что обижаться: на смертную подругу, например на то, что та чуть до смерти себя не довела. Так или иначе, попросту хотелось не беспокоить раненого человека, покамест лечил себя, да и сама просьба поступила такова (мягко говоря, через стенания и вопли во время вытаскивания пули).

[Кира: Прошло три часа. Тише воды ниже травы. Может, подойти к ней? Перекусить не хочет? Ах, нет, нет, полагаю, пусть отдыхает, рано.]

Медицинский подсумок за столь продолжительное время ладно сыграл свою роль, сначала помог с едой, предоставил таблетки от отравления на случай непригодной пищи с неизвестной планеты, таблетки от боли в голове, когда был стресс, и теперь помог с травмой. Конечно, следовало бы не затягивать с обращением в клинику, где должным образом обеззаразят рану, но… кого это волнует, если сейчас доминирует желание напиться и поспать? Тем более, Карли не согласилась бы с мыслями своей принцессы касательно абсурдности сегодняшнего дня. Опасности - да, но кто же летит за экстримом, не рискуя?

[Карли: Уф, надо пройтись, а то отрублюсь раньше времени.]

Сердце билось мерно, а значит недуги пошли на спад. Прозевавшись, подняв свой лоб со стола и поправив повязку, которая фиксирует предплечье, Мартинес наконец подумала прибрать оставшиеся вещи в аптечный подсумок. Так и так долго просиживала пятую точку, ничего не делая, посему неплохо бы дать кровотоку расшевелить те области.

Центральный отсек прямо-таки напоминал небольшую каюту для неё, разве что без постели, из-за того нестандартную. Рабочий стол без рабочих принадлежностей, к примеру, компьютера, литая полочка, которую чуть-чуть украшает трофейная амуниция, томное освещение словно из самих стен, также, что являлось изюминкой, иллюминатор на потолке. Карли подступила к нему, задрав голову.

[Карли: И даже вдали, мы всё ещё дома. Проснувшись бы в этой комнате, когда глаза открываются сразу на это звёздное небо, мне бы понадобилась не одна секунда, чтобы допереть, что я смотрю не на ночное небо Риетты, думая, что проснулась раньше будильника. И не на открытый шлюз челнока. Что бы чувствовала, окажись тут по сну? Наверное, что всё ещё сплю. Тут так… по-непривычному тихо.]

Ведь впервой она застала момент, когда никто не говорит, когда её мысли ровны.

Будто бы по-настоящему спит - вот это у неё должно было прозвучать в конце в подсознании, но звук заменило безъязыкое ощущение. С ним она медленно водила пальцами по стене, как бы проверяя их на иллюзорность, покамест не обнаружила, что стена-то не совсем стена, а пальцы идут по плоским дверцам шкафа, того самого, что разделяет комнату на две части.

Она остановилась на металлической поверхности, прикрыв крошечную белую лампочку в углублении.

[Карли: Кира ни разу не открывала их.]

По правде, имелись маленькие сомнения, что это впрямь дверки, а не замысловатый рельеф. Однако ей, так сказать, не давали покоя эти светящиеся стёклышки, они не бросаются в глаза, хотя достаточно раз увидеть, как становится невозможным не замечать их. Не могли они быть расставлены упорядоченно просто так.

[Карли: Должно же у этого быть какое-то назначение. Какой-либо смысл.]

Сливающиеся со всем интерьером; белый цвет виднелся на всех, Карли внимательно и неторопливо осматривала каждую, пока не дошла до двух различающихся. В самом верху, на уровне её глаз, издавала синим, и левее, крайняя, горела чёрным. Не выключенная, а именно горевшая чёрным.

Как необратимый процесс, оно вызывало интерес к тому, что то есть. Карли провела ладонью по первой крайней… по второй синей… как ощутила слабый-слабый толчок в подушечки пальцев. Убрала их. Ячейка открылась.

[Карли: Мм?]

Закономерно заглянув внутрь, Карли разглядела блёклую вещицу в тени. Как подкинутая побрякушка в почтовом ящике, там лежала моделька - моделька текущего корабля. Девушка достала её.

Это оригами. Классическое, из плотной бумаги.

Едва удалось рассмотреть, как кусочки модели расцепились, конструкция развалилась, обнажая обратную сторону листа, на которой проявлялись надписи. Впрямь, похоже на письмо. Только вот содержание повергло в неимоверный шок, что аж глаза на лоб повылазили.

[Карли: Хээ?..]

Это был её аттестат, по всем параметрам, шрифту, цвету, эмблеме он подходил тому, какой выдают в лётной академии Тансо-де-Могиндо!.. Между тем жуткости находке добавляло не это. Помимо прочего, имелись штриховые отпечатки пальцев, коих не было и быть не должно, собственная подпись вместо директорской, а текст под заголовками был подставлен иным и далеко не соответствовал исходным итоговым оценкам. Прочитанное заставляло хвост намертво окоченеть.

“…Высшая академия авиакосмического профиля Копенгаген-1 - Брана-1E+6450. Удостоверяется присвоение лицензии пилота класса - Наименование. С присвоением ранга - Карли Мартинес.”

[Карли: Почему всё написано со странным с-сдвигом?]

“Законодательство и Космическое Право - Место Трансфокации.

Основы Самообороны - Эн, Эс, пять, Ай, Ай, Эс, один, пять, восемь, Пи, Уай, Ви, Эн, Зет.

Самооборона и Владение Табельным Оружием - Время Вырождения.

Топология и Космология - Стабильное.

Аэрокосмическая Навигация - Фиксация Отношения.

Автоматизация и Системы - Отключено”.

[Карли: Что это, м-м-мать твою, в-всё знач-чит?..]

“Итог $%%%ВырождΈния, Желая %ΣΫ%, ϺарϮинΞс, den første dag i Den tredje måned, middagstid, en vigtig person, du venter På, vær opmærksomme.”

Просто-напросто бумажка, а уже вызывала страх, он был иррационален, вряд ли подобное возникло бы в обыденной обстановке, но видя своё имя, здесь, в стенах судна… Поэтому, добежав глазами до конца, Карли громко позвала:

— Кира!!

— Господи, не ори, я тут, — испугалась та самая, выпалив. И вправду, подкралась почти вплотную.

[Кира: Аж сердце прыгнуло, чего ты так.]

— Откуда оно у тебя??

— Похоже, ты напугана больше, чем я, — датчанка читала по лицу, а также по вздыбленному хвосту. — Что это?

— Оно лежало здесь, в этом ящичке!

Не очень послушными пальцами Карли вскоре позволила бессмертной взять на прочтение аттестат. Он никоим образом не мог находиться в этом месте: специально не брала, потому как предполагала, что ФРУ, будучи на её квартире, могли оставить жучок, так как посчитали бы, что выпускница академии не пройдёт мимо личной памятной вещицы.

Меж тем Кира жадно пробежалась зрачками по тексту, встряхнула головой, поскольку наспех сообразила ровно ничего, да заново впилась в буквы. Мешанина из трудных слов и неизвестных символов.

— Это твоё, полагаю? — она робко подняла взгляд на того, о ком шла речь в “письме”. — Имею в виду здесь написано, ах, как там… “в полдень, в первый день третьего месяца есть важный человек, которого очень ждёшь, будь внимательна” - оно написано на датском языке. Датский язык мой родной. Оно адресовано тебе.

— Оно моё.. оно не моё.. я не знаю! — путалась вторая. — Просто объясни эту заразу хоть как-нибудь.

Творится что-то неладное, факторы не состыковывались с существующим, среди логических перепитей полная неразбериха, словно в них вмешался некто третий. Кира не могла иметь этот аттестат, так как не ведала о нём ничего, датские написания, естественно, не дело рук Карли, в то же время и Эндри, о ком на мгновение вспомнили, никаким боком не встраивался в текущую ситуацию.

Именно, словно вмешался третий… отнюдь не Эндри, а кто-то (или что-то) другой. Тут бессмертную осенило: код, написанный под основами самообороны, был транслитерирован с английского алфавита на родной язык кошачьих, читался он как “NS-5IIS-158PYVNZ”.

[Кира: Это очень знакомый код, мне срочно надо кое-что проверить.]

Но для начала уточнила:

— Ты сказала оно было здесь, внутри.

— Да.

Датская девушка на носочках осмотрела внутренности ячейки, приговаривая:

— Никогда не знала о чём-то подобном на борту, даже не говорю о том, что Эндри ничего об этом не говорил. Погоди, но как ты его открыла? Доступ ко всему на корабле есть только у меня и Эндри, мы же проверяли.

— Я просто… оно просто взяло и открыло мне.

Чтобы наглядно продемонстрировать, Карли закрыла дверцу как было раньше, как… кое-что очень сильно смутило. Лампочка, что горела синим, уже имела чёрный цвет. А ещё…

— А-э, знаешь, кажется, оно больше не открывается, — владелица ячейки, будто бы виновато, перевела взгляд на пилота этой машины. Они без лишних слов смотрели друг на друга какое-то время.

Стало быть, ещё одна загадка корабля.