Глава 7.

"В сказке о Гензеле и Гретель или рассказах о выходе в мир из чулана детей легко соблазняют сладким."

– Я попрошу повара готовить его каждый день.

Из-за предложения Вэлсии глаза Эмиля стали как у кролика.

– …… – горничная, слушавшая их, также была сбита с толку.

– У нас дома большой сад, а ещё есть хорошенькая белая лошадка. Она очень хорошо кушает морковку, которую даёшь ей.

– Что это…

– Пообедав и поучившись, каждый день можно съесть новый десерт и выпить с ним чай или молоко. В библиотеке много книг и все добрые.

– …… – Эмиль ничего не говорил. Было бы правильнее сказать, что он не мог сделать это.

"Папа ещё не знает, что я сделала, но возражать не будет. Как и мама."

– Мне спросить Герцога?

– … Что?

– Я пойду к Герцогу и попрошу у него разрешение.

– Нет. Не нужно просить разрешения…

– Ты не хочешь поехать?

– ……

Перед Эмилем девочка чувствовала себя ведьмой, заманивающей и соблазняющей детей.

Однако, хоть и было видно, что мальчика уже трясло, он не спешил с ответом.

– Хочешь поехать?

– … Да.

– Тогда пойдём.

Когда Вэлсия приказала это, Эмиль посмотрел на неё и кивнул, отводя взгляд.

– Не волнуйся, Герцог… – бросив взгляд на горничную, Вэлсия улыбнулась. – Поскольку Герцог очень заботится о тебе, он согласится, если я помогу тебе завести много друзей.

"Однако, даже если я говорю это, я не уверена, смогу ли я действительно убедить Герцога.

И Эмиль тоже знает это."

– Я… Господин Эмиль, госпожа Вэлсия, ничего если я уйду ненадолго? Скоро придёт новая горничная, – горничная, которая не знала, что делать, услышав слова Вэлсии, попросила её понимания, вероятно, чтобы рассказать Герцогу.

– … Всё в порядке. Ты можешь идти.

– Бла-благодарю.

Так, горничная ушла и дверь за ней закрылась.

Теперь Вэлсия и Эмиль действительно остались лишь вдвоём.

– … Не пытайся подружиться со мной, – первым заговорил Эмиль.

– Почему?

– …аешь.

"Что? Я почти не расслышала."

Жамк, – Эмиль, сжавший кулаки, вновь заговорил:

– Это странно.

"Возможно, он думает, что он странный и что мне не следует приближаться к нему?

Но это верно и неверно лишь наполовину."

– Если ты будешь рядом со мной, это не принесёт тебе никакой пользы. И…… тот факт, что Герцог вдруг попросил меня подружиться с тобой…… странный, – Эмиль, говоривший так, словно выдавливал слова из себя, почти не смотрел в глаза девочке.

"Как с ним обращались до сих пор, почему Эмиль так опасается Герцога?

Это сбивает с толку."

Вэлсия не могла ничего сказать, потому что чувствовала жалость и сочувствие к ребёнку перед собой, любовь, ненависть и обиду, смешавшиеся вместе.

"Я бы предпочла иметь возможность лишь ненавидеть тебя.

В конце моего желания спасти свою семью от тебя, Эмиль, присутствует также немного мести," – девочка прикусила внутреннюю часть губы, пока Эмиль не смотрел на неё.

И изо всех сил старалась, чтобы её голос прозвучал весело:

– Я не странная. Но всё равно, хочу отвезти тебя к себе домой.

Когда Эмиль вновь посмотрел на Вэлсию, она смогла небрежно улыбнулась.

"Несмотря ни на что, я хочу, чтобы ты был счастлив. Ты выглядел счастливым, когда ел яблочный пирог.

Я хочу, чтобы ты больше наслаждался этим."

Посмотрев в сторону Эмиля, девочка заметила, что он, казалось, сдерживала слёзы.

"Прости, я бездумно сжала руку сильнее."

*****

Вопреки ожиданиям Вэлсии, Герцог легко согласился.

– Если желаете, делайте так.

– Да?

"Почему так просто?"

Когда Вэлсия направилась в кабинет Герцога в сопровождении новой горничной взамен той, что ушла, герцога Калликст неожиданно сказал ей делать всё что девочке заблагорассудится.

– Почему вы так удивлены? Вы говорите, что хотите заботиться о моём застенчивом сыне, поэтому у меня нет причин отказываться.

– Тогда может ли молодой господин жить вместе с нами?

– Вы знаете, что означает жить вместе?

– Это значит быть семьёй!

– Если вы желаете помолвки, я обсужу это с Маркизом.

"Помолвки…" – Вэлсия на мгновение потеряла дар речи от ошеломления, но, казалось, Эмиль испытывал те же эмоции

Эмиль, оцепеневший с головы до ног, не ответил, даже когда девочка ткнула его пальцем, чтобы проверить в порядке ли он.

– Я, я просто хочу быть друзьями.

– Ну, хорошо. В любом случае, это неплохо.

Так, Герцог разрешил Эмилю остаться в её доме.

Естественно, девочка не собиралась полностью забирать Эмиля к себе домой.

Она думала, что Эмиль будет оставаться у него дома на несколько дней и время от времени возвращаться в особняк Калликст, и так по новой.

"Поскольку из-за моего возраста бесполезно объяснять всё это подробно, я просто расскажу об этом папе."

– Довольно хорошо иметь друга, Эмиль.

Эмиль, пытавшийся совладать с лихорадочным выражением лица, едва смог ответить:

– … Да.

Почувствовав его беспокойство, Вэлсия взяла мальчика за руку:

– Благодарю за разрешение, господин Герцог. Тогда мы пойдём.

Герцог, многозначительно смотревший на них, кивнул.

Как только они вышли из кабинета Герцога, Эмиль сказал:

– … Спасибо.

Рука, которую держала Вэлсия, дрожала. Это ощущение было новым.

– Что?

– ……

Сделав вид, что не услышала, девочка снова спросила: ‘Что?’, но Эмиль не стал повторять.

"За что ты благодарен?

За то, что вытащила тебя из особняка?

На самом деле, если посмотреть объективно, Эмилю сейчас всего 10 лет.

Ему всегда говорили, что в мире не будет никого, кто бы любил его, он жил в среде, где его самооценка попиралась, а сейчас ему позволили сбежать во внешний мир."

Вэлсия остановилась, переставая идти по коридору.

– Эмиль, – на кончике языка девочки вертелось множество слов, но она вновь начала хвалить его. – Ты мне нравишься. Ты красивый и хорошо учишься.

– …

– И мама сказала. Ты – не принцесса Робеллин.

"Это всё, что я могу сказать сейчас."

Вэлсия открыто посмотрела в дрожащие глаза мальчика:

– Ты ведь никому не причинял вреда, не так ли?

Глаза Эмиля, расширившиеся так, словно он обрёл великое осознание, постепенно краснели.

Как и прежде, Эмиль повалял накопившиеся за долгое время эмоции.

– Да. Я… никому не вредил.

– Я знаю.

– Даже не думал…

– Верно.

– Правда ничего такого…

Казалось, новые, невидимые мысли текли с губ мальчика, который даже не мог толком сказать их.

Вэлсия как можно небрежнее подтолкнула Эмиля:

– С этого момента давай есть много вкусной еды и дружить.

– ……хорошо.

– Помнишь, что я говорила? Обещаю сделать тебя счастливым.

– ……я тоже, – тихо пробормотал Эмиль.

В этот раз его было слышно отчётливо.

– Я тоже сделаю тебя счастливой.

*****

Получив разрешения от Герцога, Вэлсия играла в комнате Эмиля, листая книги, которые он читал.

Это больше походило на учёбу, чем на игру.

Они обменивались вопросами и ответами, и учили друг друга тому, чего не знали, но поскольку Эмилю это нравилось, было совсем не странно называть это игрой.

Когда солнце село, в особняк Герцога въехала знакомая карета.

На ней был герб с мечом и пером на фоне белого оленя в огне.

– Ты собрал свои вещи?

Эмиль с трудом понимал, о чём нужно позаботиться, поскольку отныне он уезжает к Вэлсии домой.

– Я не знаю, что ещё взять.

–Пока лишь нечто действительно важное и ценное, без чего ты не можешь.

При этих слова Эмиль бездумно посмотрел на девочку:

– ……тогда я просто поеду так.

Мальчик был с пустыми руками, без какого-либо багажа.

– Хорошая идея. Мы с мамой позаботимся обо всём, что тебе нужно.

– ……да.

– И поужинав вместе, поиграем и ляжем спать.

Эмиль не сводил взгляда с кареты с гербом дома Вэлсии.

"Папа долго не появляется, хотя карета приехала довольно давно. Похоже, он разговаривает с герцогом Калликст."

Прошёл час или около того, и Джэрад, слегка нахмурившись, пришёл в поисках дочери:

– Ты тоже попадаешь в несчастные случаи.

– Я… Ты думаешь я попала во что-то плохое?

– ……нет. Не утешай меня, – возможно из-за того, что он пришёл сразу после разговора с Герцогом, но отец Вэлсии не выглядел слишком счастливым. – С твоей мамой часто случались подобные случаи. Удивительно, как вы похожи.

– Хм, приму это за комплимент! – рассмеявшись, девочка притянула Эмиля к себе.

– Эмиль, это мой папа. Он начальник полиции.

– ……

– ……

Двое мужчин обменялись приветствиями лишь взглядами.

"Несмотря на то, что мы знали друг друга, когда были юны, всякий раз, когда Эмиль оставался в нашем доме, казалось, что мы так и не смогли сблизиться.

К примеру, папе было тяжело общаться с Эмилем."

– ……солнце скоро полностью сядет.

– ……да.

Так, они собрались покинуть особняк Калликст.

– Возвращаетесь?

Герцог Калликст спустился лично, чтобы проводить их.

– Благодаря вам, я хорошо повеселилась сегодня, господин Герцог, – расправив подол платья, Вэлсия попрощалась, и герцог официально принял её прощание, сказав: ‘Я был очень счастлив, что вы юная леди, приехали’.

– Ты едешь в хорошее место, поэтому я надеюсь, что ты не будешь доставлять беспокойства, – сказал Герцога посмотрев на сына.

– Помню, не буду.

– И, Маркиз, я хочу, чтобы мой сын возвращался хотя бы раз в неделю.

– Раз в неделю?

– Какие бы не были отношения между нами, как между отцом и сыном, мы не должны забывать лица друг друга.

"Не нравится мне то, какой отец остаётся в сознании Эмиля.

Мне до сих пор очень не по себе от того, что он не проявил никакого интереса к тому, как растёт его ребёнок."

– Не знал, что вы так заботитесь о своём сыне. Не хочу тратить больше ни минуты на задержку, поэтому мы отправляемся прямо сейчас, – Джэрад поставил дочь на ступеньки кареты не давая ей больше ничего сказать.

Когда он, автоматический собравшийся поднять и Эмиля, замер, Герцог, наблюдавший за этим, расхохотался:

– Мой сын не нуждается ни в какой помощи. Вам лучше меня известно об этом.

Осознав слова Герцога, Эмиль сам забрался в карету.

– Удачной дороги.

И, наконец, после прощальных слов Герцога, дверь кареты окончательно закрылась.

Дорога была тихой и спокойной.

Эмиль, открывший окно и смотревший наружу, не мог оторвать взгляда от пейзажа за окном и сохранял своё уникальное молчание.

"Могу ли я облегчённо вздохнуть?

Я пока не уверена, изменит ли это действия будущего.

Но, кажется, что-то уже изменилось."

Как долго продолжалась эта тишина?

Когда вскоре появились знакомые очертания особняка, Эмиль неосознанно забормотал:

– В прошлый раз, когда я приехал сюда, это было похоже на путешествие в другой мир…

Казалось, мальчик даже не осознавал, что разговаривает сам с собой.

Его слова звучали очень тихо, но Вэлсия и её отец крайне внимательно слушали их.

– Совсем не похожее на то место, где я жил.

*****

Мама Вэлсии была очень приветлива с Эмилем.

– Боже, какая встреча. Рада видеть тебя.

Робеллин, изображённая в романе была роковой красавицей.

Элегантная злодейка с блестящими чёрными волосами и опасными, манящими, как у зверя, золотыми глазами.

Эсмеральда удивилась тому, что у Робеллин родился Эмиль, который всё сильнее походил на ангела и не отпускала мальчика до самого ужина.

Мама Вэлсии, вглядывающаяся в каждую чёрточку лица Эмиля, топнула ногой, словно капризная девочка:

– Дети действительно растут по часам. Всего пару лет назад твои щёчки были пухленькими и милыми, но теперь ты уже почти совсем взрослый.

Сказав это, Эсмеральда замолчала.

Она вспомнила Робеллин Кастонэ.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –