Воспоминания (Эрнст Адельбайд, часть 2).

Когда Скарлетт исполнилось шесть лет, Элеонора умерла. Говорили, она от природы была хрупкой, так что вряд ли долго прожила бы. Она не смогла толком восстановиться после родов и, кажется, последние несколько лет практически не вставала с постели.

Адольф, сообщивший о смерти жены, выглядел как ни в чём не бывало. Пускай они были не разлей вода с самого рождения, Эрнст никогда не видел, чтобы сей мужчина разразился бурей эмоций.

– …Ты в порядке?

Пускай их отношения более нельзя было назвать той дружбой, что была в детстве, он по-прежнему считал его своим старшим братом.

– Ты о чём?

И всё же, он до сих пор не мог прочесть, что творилось у него на душе.

– Нет, это… – когда мужчина потерял дар речи, Адольф моргнул, на секунду замешкавшись, после чего улыбнулся, как бы говоря: «Ну что с тобой поделаешь».

※

Скверные новости росли будто снежный ком.

– Сара и Лувейн...?

Говорили, с их каретой произошёл несчастный случай. Разве мы не виделись совсем недавно? – какое-то время Эрнст был ошеломлён, не в силах принять реальность, пока в его ушах не прозвучал спокойный голос Адольфа.

– Младший брат Лувейна, Дэвис, будет исполнять обязанности лорда, пока его сын, Оуэн, не достигнет совершеннолетия.

На ум ему вдруг пришёл другой ребёнок.

– …А Рэндольф?

– Саймон Ольстер сказал, что возьмёт его к себе. …Как и задумывалось изначально. Вышло немного преждевременно, но вряд ли доставит проблем. Всё же, граф Ольстер очень стар.

Другими словами, несчастный ребёнок будет получать [образование] непосредственно от своего двоюродного деда Саймона, – горечь пронзила грудь Эрнста, но тот сделал вид, что не заметил.

В то время он и не подозревал, что всего через несколько лет умрёт Оуэн.

※

Похороны Оуэна прошли в окружной церкви королевской столицы (Орслейн), а не на родовых территориях. Таково было желание Рэндольфа, жившего в столице со своим двоюродным дедом.

Когда Эрнсту неким образом удалось попасть в церковь, из присутствующих не осталось никого, не считая ребёнка на скамье, безучастно взиравшего на алтарь.

В миг, когда он лицезрел его отсутствующий вид, Эрнст понял, что мальчик действительно был совершенно один.

– …Ты …не плачешь.

Для своего телосложения Лувейн был поразительным плаксой. Эрнст спросил, прекрасно помня сей факт.

Мальчик взглянул на Эрнста и пробормотал себе под нос:

– Ольстеру не нужны эмоции.

Его взгляд, уподобившийся спокойной глади воды, чем-то напоминал взгляд Адольфа Кастиэль.

◇◇◇

Когда же шестерни судьбы начали сбоить?

– Хьюго Нотр был уволен? – Эрнст не смог удержаться от крика.

Нотр, юрист по образованию и влиятельный аристократ, был выдающимся финансовым чиновником, которого прочили на пост следующего генерального контролёра финансов.

– Что же он такого сделал? – в ужасе пробормотал он, на что Адольф ответил, пожав плечами.

– Как я слышал, присвоение финансов. Генеральный контролёр финансов Кольбер был зол, что пёс укусил его за руку.

{
"type": "bulletList",
"content": [
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "italic"
}
],
"text": "\u98fc\u3044\u72ac\u306b\u624b\u3092\u304b\u307e\u308c\u308b \u2013 \u0438\u0434\u0438\u043e\u043c\u0430\u0442\u0438\u0447\u0435\u0441\u043a\u043e\u0435 \u0432\u044b\u0440\u0430\u0436\u0435\u043d\u0438\u0435, \u0434\u043e\u0441\u043b\u043e\u0432\u043d\u043e \u00ab\u043f\u0451\u0441 \u0443\u043a\u0443\u0441\u0438\u043b \u0437\u0430 \u0440\u0443\u043a\u0443\u00bb. \u041e\u0437\u043d\u0430\u0447\u0430\u0435\u0442 \u0431\u044b\u0442\u044c \u043f\u0440\u0435\u0434\u0430\u043d\u043d\u044b\u043c \u043b\u0438\u0446\u043e\u043c, \u043a\u043e\u0442\u043e\u0440\u043e\u043c\u0443 \u0447\u0435\u043b\u043e\u0432\u0435\u043a \u0434\u043e\u0432\u0435\u0440\u044f\u043b."
}
]
}
]
}
]
}

– Анонимный донос?

– Нет, есть обвинитель. Саймон Даниэль… А-а, он же теперь д’Аркьен, верно? Забыл, что он женился.

– Тот, что отвечал за бухгалтерию в Армейском Управлении? У меня осталось о нём впечатление после брака с Деборой д’Аркьен, а теперь он привлёк ещё и внимание Кольбера. В самом деле, невероятно везучий человек.

К сожалению, прежняя герцогская чета д’Аркьен не была благословлена детьми. Дебора – их единственный законный ребёнок, достигший совершеннолетия. Несколько лет назад она вышла замуж и унаследовала титул, но для её семьи выбрать зятя для благородной леди, что лелеяли как принцессу, наверняка было делом нелёгким.

{
"type": "bulletList",
"content": [
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "italic"
}
],
"text": "\u8776\u3088\u82b1\u3088 \u2013 \u0438\u0434\u0438\u043e\u043c\u0430, \u00ab\u0431\u0430\u0431\u043e\u0447\u043a\u0430 \u0438 \u0446\u0432\u0435\u0442\u043e\u043a\u00bb. \u041e\u0437\u043d\u0430\u0447\u0430\u0435\u0442 \u043b\u0435\u043b\u0435\u044f\u0442\u044c \u0441\u0432\u043e\u044e \u0434\u043e\u0447\u044c, \u0432\u043e\u0441\u043f\u0438\u0442\u044b\u0432\u0430\u0442\u044c \u0441\u043b\u043e\u0432\u043d\u043e \u043f\u0440\u0438\u043d\u0446\u0435\u0441\u0441\u0443, \u043d\u043e\u0441\u0438\u0442\u044c\u0441\u044f \u0441 \u0434\u043e\u0447\u0443\u0440\u043a\u043e\u0439 \u0441\u043b\u043e\u0432\u043d\u043e \u0441 \u043f\u0440\u0438\u043d\u0446\u0435\u0441\u0441\u043e\u0439."
}
]
}
]
}
]
}

Её муж, Саймон Даниэль, был третьим сыном семьи маркиза, что была на грани разорения. Сам он был ничем не примечательным и бесперспективным человеком. Но, возможно, это было к лучшему. Родительскому дому было нелегко вмешаться в его жизнь, да и у него не было ни капли честолюбия.

Молодой человек из несостоявшейся аристократической семьи был замечен семьёй герцога и взошёл по карьерной лестнице, в скором времени собираясь занять место генерального контролёра финансов. Никогда не знаешь, как повернётся жизнь.

Пока Эрнст пребывал в глубокой задумчивости, Адольф снова заговорил:

– Кажется, последнее время на рынке появился странный галлюциногенный препарат.

– Галлюциноген? – переспросил тот, просматривая переданные ему финансовые отчёты, на что мужчина ответил ему: «ага».

– Кажется, он набрал популярность среди молодой аристократии. Не особенно силён, но меня немного беспокоят пути приобретения. Высокопоставленная знать – единственные, кто наложил на него руки.

– Не с улицы Розенкрейцеров?

– Я связался с О’Брайен, но те сказали, что понятия не имеют. Уверен, леди Одри тщательно бдит за тем местом.

Вспомнив фигуру старухи, пугающей настолько, что плачущий ребёнок замолчит, Эрнст выдал «мгм» и кивнул с серьёзным выражением лица.

{
"type": "bulletList",
"content": [
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"marks": [
{
"type": "italic"
}
],
"text": "\u6ce3\u304f\u5b50\u3082\u9ed9\u308b \u2013 \u0438\u0434\u0438\u043e\u043c\u0430, \u00ab\u043f\u043b\u0430\u0447\u0443\u0449\u0438\u0439 \u0440\u0435\u0431\u0451\u043d\u043e\u043a \u0437\u0430\u043c\u043e\u043b\u0447\u0438\u0442\u00bb. \u041e\u0437\u043d\u0430\u0447\u0430\u0435\u0442, \u0447\u0442\u043e \u043a\u0442\u043e-\u0442\u043e \u0438\u043b\u0438 \u0447\u0442\u043e-\u0442\u043e \u0438\u043c\u0435\u0435\u0442 \u0442\u0430\u043a\u043e\u0435 \u0441\u0438\u043b\u044c\u043d\u043e\u0435 \u043f\u0443\u0433\u0430\u044e\u0449\u0435\u0435 \u0432\u043b\u0438\u044f\u043d\u0438\u0435, \u0432\u043e\u0437\u0434\u0435\u0439\u0441\u0442\u0432\u0438\u0435 \u0438 \u0442.\u0434., \u0447\u0442\u043e \u0434\u0430\u0436\u0435 \u0440\u044b\u0434\u0430\u044e\u0449\u0438\u0439 \u0440\u0435\u0431\u0451\u043d\u043e\u043a \u0442\u0443\u0442 \u0436\u0435 \u043f\u0435\u0440\u0435\u0441\u0442\u0430\u043d\u0435\u0442 \u043f\u043b\u0430\u043a\u0430\u0442\u044c."
}
]
}
]
}
]
}

– И как этот галлюциноген называется?

– Сад Наслаждений Шакала. На улицах он известен как [J].

– …Экзотический зверь (шакал), питающийся падалью. Не внушает доверия. Надо будет сказать сыновьям, чтобы не трогали ничего подозрительного, – в шутку сказал он. Честно говоря, Эрнст не был так уж обеспокоен. В конце концов, это был всего лишь галлюциноген. Так он думал.

Только через несколько месяцев ситуация в корне изменилась.

※

– Дюран… восстал...?

Наводка пришла от графа Зольмса, управлявшей территорией, что располагалась по соседству с Бересфордом. Дюран Бересфорд втайне сформировал армию ради восстания против короля.

К тому времени уже было известно, что в распространении галлюциногенного наркотика участвовала организация под названием [Рассветный петух (dæg gallus)]. Преступная организация, охватившая весь континент. И именно Дюран был тем, кто, повинуясь приказу короля, возглавил расследование. У человека, что пахал днём и ночью, просто не могло быть времени замыслить бунт.

И тем не менее.

– …Глупо, – в изумлении пробормотал Эрнст, читая отчёт Министерства юстиции. Дюран Бересфорд уже был заключён в тюрьму и приговорён к казни через полгода.

Как бы там ни было, ни слишком ли рано?

На вопрос Эрнста ответил Адольф.

– Ага, глупо. Но, похоже, настоящими дураками были именно мы.

– …О чём ты?

– Это Фарис. За всем стоит эта страна.

На мгновение мужчина завис, моргнув, не понимая о чём речь.

– Фарис?

– Верно. Их цель – развязать войну и сделать нашу страну вассальным государством.

Эрнст медленно осмысливал значение сказанных слов. Поскольку Адельбайд получил от прежней Империи независимость, та делала всё, чтобы построить с ними дружеские отношения как с добрым соседом.

Он с сомнением взглянул на Адольфа, на что человек, бывший его названным братом, устало вздохнул:

– Потребовало больших усилий, но я смог получить полное представление об их плане. …Только вот слишком поздно. В конце концов, Дюран уже был взят под стражу, – с сожалением сказал он, небрежно бросив пачку бумаг. Король поспешно их схватил, и в глаза ему бросились в спешке нацарапанные слова.

– Святой Грааль… Эрис...?

Мгновение спустя раздался самоуничижительный смех.

– Похоже, они ненавидят нас больше, чем мы думали… Нашу страну.

В документах описывалось финансовое положение соседней страны и её план развязать войну, дабы подчинить Адельбайд своей власти во имя обретения её экономических ресурсов. Более того, знаменем войны станет Скарлетт, что являлась прямым потомком Корнелии Фарис.

Эрнст, пока так и не сумевший толком осознать происходящее, пробормотал в попытке унять своё смятение:

– …Был ли Фарис также в ответе за дело Дюрана?

«Верно», – последовал немедленный ответ.

– Территория Бересфорд проходит вдоль границы с Фарисом. Инцидент был спровоцирован, чтобы сломить сей оплот. Вероятно, желая воспользоваться хаосом, вызванным потерей Дюрана, солдаты Фариса планируют разом атаковать эти земли.

Поверить не могу, – Эрнст поневоле возвёл лицо к потолку.

– Другими словами, решение казнить Дюрана было принято так быстро…

– Ага. Среди нас завелась крыса.

– …Зольмс – жертвенная пешка?

– Они с Дюраном всегда были как кошка с собакой. Его с лёгкостью обвели вокруг пальца.

– Тогда галлюциноген распространили ради сбора средств?

– Конечно и это тоже. Учитывая, что он набрал популярность у высшей знати, смею предполагать, что он направлен на подрыв нашей национальной мощи. …Кстати об аристократах, есть дворянин, что не так давно возвысился со скоростью камнем летящей вниз птицы, и имеет тесные связи с графом Зольмсом, помощником генерального контролёра финансов…

Глаза Эрнста слегка расширились.

– Саймон д’Аркьен...!

Посредственный мужчина с ничем не примечательной внешностью, вошедший в семью д’Аркьен.

Возможно, он имел отношение к увольнению Хьюго Нотра. Было ли это сделано по указу Деборы, нынешней главы дома д’Аркьен, или по единоличному усмотрению Саймона?.. Не знаю.

– Немедленно сообщи Саймону…

– Даже если попытаемся, он просто скажет, что ничего не знает. У нас нет никаких доказательств. Кроме того, первоочерёдная задача сейчас – спасти Дюрана. Возможно, именно смерть Дюрана Бересфорда и станет спусковым крючком для этой войны.

※

Положение было фатальным.

Сей план их враг разрабатывал несколько лет. Чем больше король искал, тем больше появлялось улик против Дюрана, и не было и малейшего намёка на причастность Саймона д’Аркьен к фальсификации дела.

Как ни прискорбно, у жаждавших любой ценой сохранить мир Эрнста и его сторонников не было ни единого шанса на победу.

Затем из Управления военной полиции пришло донесение, что имя Скарлетт Кастиэль всплыло в качестве подозреваемой в покушении на дочь виконта Сесилию Рюзе. На месте преступления была обнаружена серёжка с лунным камнем, похожая на её собственную.

Эрнст с тихим стоном приложил руку ко лбу.

– …Как думаешь, попытка подставить Скарлетт также была частью их плана?

– Нет, скорее, простое совпадение. У них нет никаких причин причинять вред Скарлетт.

В самом деле, ни единой, – Эрнсту вспомнилась военная операция под названием [Святой Грааль Эрис]. – План состоял в том, чтобы вознести Скарлетт, потомка по крови Корнелии Фарис, в качестве нового монарха. Они бы не стали подвергать её опасности. Без Скарлетт идеальное управление Адельбайдом стало бы для Фариса затруднительным.

Задумавшись так далеко, Эрнст вдруг понял. Нет, наконец-то осознал.

В таком случае, если Скарлетт не будет…

В следующий же миг его руки покрылись мурашками. От ужаса мужчину замутило. Он корил себя, задаваясь вопросом, о чём он только подумал. Но даже так мысли, единожды пришедшие к нему в голову, не желали исчезать. Если разразится война, будут утеряны многие жизни. У нынешнего Адельбайда нет ни единого шанса выстоять. Что станет с народом после того, как государство станет вассальным? Будучи правителем, Эрнст должен был любой ценой избежать войны.

Но в то же время в его сознании то и дело мелькала очаровательная улыбка их давно ушедшего прошлого. Невинный смех. Её маленькая ладошка. И тепло её тельца.

Ни за что.

Эрнст не мог принять такое решение. Он сцепил руки вместе и невольно поднял голову, будто бы отчаянно за что-то цепляясь, как вдруг…

Их взгляды встретились.

Адольф Кастиэль сощурил глаза, что были того же цвета, как у Эрнста, и обеспокоенно улыбнулся.

Словно говоря: «Боже, ну что с тобой поделаешь».

Затем прокатился тихий голос, сказавший: «Ваше Величество». Не «Эр», а «Ваше Величество». Всякий раз, как он обращался к Эрнсту подобным образом, Адольф выступал как Кастиэль – верный подданный королевской семьи.

– …Давайте …воспользуемся Скарлетт.

Господи, – беззвучно вскричал Эрнст. Если бы ему было дозволено, он бы немедля встал на колени и покаялся. В противном случае, он желал здесь и сейчас понести наказание за собственную глупость.

Ведь именно эти слова Эрнст должен был отдать в своём приказе.

Он не должен был колебаться. Не должен был позволять чувствам брать над ним верх. Не должен был соизмерять вес одной жизни с весом всей страны. Таков был долг короля.

Он не должен был позволить ему говорить столь жестокие вещи… но сделал это.

– Их план осуществится только в том случае, если найдётся носитель крови старой правящей семьи Фариса. Так что, если казнить Скарлетт…

Эрнст прервал его, не в силах больше слушать.

– В таком случае, вместо того чтобы казнить, будет лучше депортировать в Солдиту, а позже – вернуть...!

Фью, – на этих словах Адольф изменился в лице…

…То была мягкая улыбка, будто он успокаивал истерику беспокойного младшего брата, отчаянно нуждавшегося в помощи.

И даже так, голос Адольфа Кастиэль остался непоколебим:

– Вы также должны это понимать. Если Дюран будет казнён и территория Бересфорд падёт, ничего не изменится. Даже без Скарлетт у них будет возможность вторгнуться в Адельбайд и взять его под тщательный контроль. Потому мы должны любой ценой освободить Дюрана Бересфорда. …Нужно выиграть время, чтобы доказать его невиновность. Казнь Скарлетт несомненно привлечёт внимание общественности. Тогда мы сможем внушить им, что публичная казнь – акт варварский и примитивный. Пусть Кимберли Смит из Общества «Фиалка» возглавит движение. Она обучалась у Саймона Ольстера. Уверен, она справится.

Пусть это и не предавалось огласке, но Общество «Фиалка» – организация, роль которой заключалась в чистке от грязи путём умеренного выплеска недовольства королевской семьёй и дворянством. Большинство её членов – несведущие граждане, но руководители были специально обученными агентами.

– Если общественный резонанс за отмену публичных казней наберёт силу, казнь Дюрана придётся отложить. За это время мы соберём доказательства его невиновности.

– Постой, уверен, должен быть другой способ…

На мгновение повисло молчание.

– …К сожалению, у нас мало времени. И это шанс, о котором мы и мечтать не могли.

Знаю. Прекрасно это понимаю, – наконец Эрнст опустил голову и спрятал лицо в ладонях. Ему было совестно. Мужчина не мог найти иного способа, кроме как пожертвовать Скарлетт. И горько. За человека, что не дал волю эмоциям даже в такой момент. За человека, что никогда ни в чём не винил Эрнста.

В притихшей комнате раздался до ужаса ровный голос.

– Я прошу запечатлеть лица тех, кто станет молить сохранить Скарлетт жизнь. Скорее всего, в их числе будет сообщник организации.

Конечно, – думал Эрнст, кусая губу. – Сейчас мы не в силах разобраться даже с одним-единственным домом д’Аркьен. Но рано или поздно, мы уничтожим их всех.

– Они непременно вновь ополчатся против нас. Но…

Когда Скарлетт Кастиэль будет казнена, а Дюран Бересфорд – освобождён, Фарис, исчерпав свои возможности, будет вынужден отступить. Но на этом всё не закончится. Они будут точить когти, полировать клыки и бдительно высматривать возможность в стремлении расширить свою территорию. Подобно зверю (шакалу) в поисках смерти.

Но мы не будем просто сидеть сложа руки и ждать.

Вскоре раздавшийся голос Адольфа Кастиэль ударил по слуху Эрнста, будто пламя, вновь разгоревшееся в уже угасшем подсвечнике.

– …Я заставлю их уяснить, что именно мы будем смеяться последними.