1

— Простите, что разбудил. Покажите билет пожалуйста.

Я проснулся, а на меня смотрел проводник.

— А, да, простите, подождите немного... — я полез в карман, и в этот раз сразу же его нашёл. Тринадцатое июля двадцать седьмого года... Эта дата значилась на билете.

— Следующая остановка Ньюберипорт. Будем на месте через полчаса.

Проводник вернул билет и пошёл дальше.

— Это...

— Да!

С соседнего места меня окликнули, и я подскочил.

Мне улыбалась девушка моего возраста. Её прямые чёрные волосы ниспадали до плеч, а миндалевидные сапфировые глаза точно затягивали.

— Простите, если удивила. Просто мне уже надоело смотреть в окно, и я бы хотела с кем-то пообщаться.

На ней были джинсы и белая блузка... Вырез на груди привлекал внимание. На ней загадочным светом сияло украшение.

Похоже пока я спал, рядом со мной села милая девушка.

А? Но вроде я у окна сидел. А теперь в проходе оказался, а она у окна. Я во сне пересел?

Глядя на меня, она снова засмеялась.

Я же прокашлялся.

— Сочту за честь. Я Роберт Олмстед. Чтобы отметить окончание второго десятка своей жизни я решил отправить в путешествие по Новой Англии.

— Ах, как чудесно! Я тоже люблю путешествовать. И в Новой Англии я уже много где бывала. Каким было ваша путешествие?

— Каким? Да обычным. Я бываю в исторических местах, изучаю античные предметы и пытаюсь найти своих предков... Так как я студент, денег у меня немного, а своей машины нет, потому езжу поездами, троллейбусами и автобусами, путешествие бедняка.

— Путешествие бедняка — это здорово. Это не то, что лететь на самолёте или плыть на корабле, когда можно быстро добраться до цели, путешествуя вот так можно насладиться видами, что я просто обожаю.

Приятно, что она меня похвалила.

— Верно. А ещё очень увлекательно искать самый дешёвый маршрут.

Кажется мы неплохо поладим.

— Кстати, а куда вы направляетесь? И как вас зовут?

— Я ведь и правда не представилась. У меня длинное, труднопроизносимое имя, потому запомнить его нелегко. Так что зовите меня Нина.

А? Где-то я слышал это имя. И если оно длинное и сложно произносимое, это не повод не представиться. Но если полезу, она может посчитать это грубостью.

— Я тоже скорее уж просто бесцельно путешествую. Роберт, вы едите в Ньюберипорт?

— Да. Моя мать сама из Аркхема. Я думал пересесть в Ньюберипорт и двинуться дальше.

— Скажите, Роберт, вы не против, если мы поедем вместе? Я всегда хотела побывать в Аркхеме, — девушка посмотрела на меня. Когда она так смотрит... Да даже если бы не смотрела, отказать я бы не смог.

Мы решили отправиться в Аркхем вместе.

К полудню мы добрались до Ньюберипорт.

Первым делом мы отправились в туристическое бюро. Там мы спросили, как добраться до Аркхема, и оказалось, что от станции туда идёт один лишь поезд.

— Цена проезда довольно высокая. Нет ли другого способа добраться?..

Мы пытались узнать и в других местах, но ответ был тот же, мы вернулись на станцию и направились к кассе.

Хитроватый мужчина крупного телосложения вежливо поприветствовал нас. Разговаривал он не как деревенщина.

— Сколько стоит проезд до Аркхема?

— До Аркхема... Три доллара.

Сумма была заоблачной. От Бостона до Вустера (а это шестьдесят один километр) можно добраться за два доллара. А из Ньюберипорт до Аркхема даже шестидесяти километров нет.

— А это не слишком дорого? Целых три доллара!

— Понимаю вас, но такая уж цена... Вы студент?

— Верно. А нет более дешёвого маршрута?

На лице сотрудника появилось пониманием, и он заговорил:

— Честно говоря, не советовал бы... Но до Аркхема ещё ходит старый автобус, — тут он замолчал. Но и мы молчали, а он продолжил без всякого желания.

— Местные не любят на этом автобусе ездить... Всё потому что... Он идёт через Инсмут. Думаю, вы слышали про этот городишко, никто не хочет ехать на этом автобусе.

Инсмут? Впервые слышу.

— Нина, вы что-то знаете? — спросил я, а она покачала головой.

— Этот автобус проезжает через Инсмут и идёт до Аркхема?

Служащий кивнул:

— Водит его житель Инсмута, Джо Сарджент. Он и владельцем является. Но что здесь, что в Аркхеме мало кто садится на этот автобус. Даже странно, что автобус с линии не сняли. Цена невысокая, но я не видел, чтобы в нём было больше двух-трёх пассажиров, да и те все инсмутцы.

Он говорил хмурясь, меня же заинтересовал Инсмут. И глаза Нины засияли.

— И откуда он отправляется?

Отсюда его было не видать.

— От аптеки Хеммонда... Вон с той площади, если ничего не поменялось, то отправляется он в десять утра и семь вечера. Сразу скажу, комфорт не гарантирую. Сам я на нём не ездил, но выглядит он как старая развалюха.

— Нам надо посовещаться, — сказал я и тихо обратился к Нине. — Что думаете? Я не видел Инсмута ни в одном путеводителе или на карте.

— Хочу поехать! Очень хочу. Так интересно увидеть город, которого нет на карте!

Тут я был согласен. Когда местные испытывают такое отвращение, так и хочется узнать, что же там такого.

— Можете ещё рассказать нам про Инсмут? Мы впервые о нём слышим.

— Про Инсмут? Хорошо... Странный городишко, расположившийся в устье реки Меньюксет, — говоря всё также вежливо, он посмотрел куда-то вверх. — Раньше и правда можно было городом назвать. Известный порт перед войной тысяча восемьсот двенадцатого. Но за последние сто лет всё изменилось. Поезда туда не ходят. Ветка B&M заброшена, и из Раули дорога давно травой заросла.

Город, в который не добраться по железной дороге... Даже волнительно.

— Но там всё ещё живут люди?

— Ну да... Но большая часть домов заброшена. Помимо рыбы и омаров там больше ничем не торгуют. Большая часть жителей ездит зарабатывать в Аркхем или Ипсвич. Раньше в городе было несколько крупных фабрик, а сейчас кроме ювелирной все закрыты. Да и та в день разве что пару часов работает, уже на ладан дышит их бизнес.

— Ювелирная фабрика... Не знал, что там золото находят.

— Его и не находят. Там только фабрика. Когда-то она на всю округу славилась. Нынешний владелец старый Марш... Барбанас Марш без сомнения человек богатый.

Закрытый город, ювелирная фабрика, богатый старый Марш... Это место интересовало меня всё сильнее.

А служащий понял, о чём я думаю, и продолжал:

— Старый Марш человек с причудами, вообще из дома не выходит. Да и с возрастом у него похоже кожное заболевание прогрессировало, наверное поэтому и не хочет на людях показываться.

Как-то это не очень красиво... Именно поэтому жители Ньютерипорт не любят Инсмут?

— Это он открыл фабрику?

— Нет, основатель его дед, Абед Марш. У него был собственный корабль, и называли его капитаном Маршем. Он уже давно умер.

— Так Барбанас Марш остался один?

— Нет, лет пятьдесят назад он женился на девушке из Ипсвича. Вроде столько шума было.

— В каком смысла шума? Что в том, что жители Инсмута женятся?

— Ну... Просто никто этого не хочет. В жителями Инсмута не любят родниться. А если в ком и течёт их кровь, они стараются это скрывать.

Я был слегка удивлён. Соседние города могли быть в хороших или плохих отношениях, но не настолько же. Инсмут соседи не любили даже слишком сильно.

— Хотя дети и внуки старого Марша ничем не отличаются от прочих людей... — продолжал говорить служащий. Что значит «не отличаются»? Люди Инсмута какие-то особенные?

Заметив подозрение на моём лице, мужчина продолжил.

— А, когда бывают в этом городе, они ко мне заходят. Хотя старших я уже давно не видел...

Я задал наиболее сильно интересовавший меня вопрос:

— Почему все так не любят жителей Инсмута?

А у него глаза засияли, и он уверенно заговорил.

— Послушайте, молодой человек, не верьте во всё, что слышите. Здешних людей тяжело завести, но если заведёшь, уже не остановишь... Если честно, я сам из Пентона, что в Вермотне. А местные про Инсмут перешёптываются уже добрую сотню лет. Боятся они инсмутцев. Хотя когда про причину спросишь, такие небылицы рассказывают.

— Какие именно небылицы?

— Например, что капитан Абед Марш заключил сделку с дьяволом и заселил Инсмутр дьяволятами из ада. Ещё в тысяча восемьсот сорок пятом говорили, что где-то недалеко от верфи на Рифе Дьявола проводятся жуткие жертвоприношения... Вот такие вам небылицы.

— В подобное и правда сложно поверить.

Неужели люди настолько суеверные, что и через сто лет боятся этих баек?

Ньюберипорт находился к северо-востоку от графства Эссекс. Рядом был город Ньюбери. И двадцать восьмого января тысяча семьсот шестьдесят четвёртого года парламент штата Массачусетс сообщил об образовании нового города Ньюберипорта. Площадь его составила сто сорок семь акров, он был самым маленьким, но быстро развивался, и к тысяча восемьсот пятьдесят первому уже стал настоящим городом. Рыболовство, судостроение и мореходство составляли его основные источники дохода, а потом ещё и обработка серебра.

Тут мужчина нахмурился и заговорил очень серьёзно:

— Только в море есть чёрный риф. Местные называют его Рифом Дьявола... Вот о чём надо у стариков поспрашивать.

— Риф Дьявола? Вот это название.

— Точно. Он почти всегда выступает из воды, даже во время прилива почти никогда под воду не уходит. Островом назвать сложно, торчит себе в миле от берега, и наверное в высоту столько же. Моряки большой крюк делали, чтобы мимо него не проходить. Старики говорят, что видели на нём демонов, кучкуются на самой вершине, да по дырам шмыгают.

Демоны? Что-то не сильно отличается от рассказанного ранее. И он предлагает мне поспрашивать об этом.

Мужчина понял, о чём я думаю, и продолжил:

— Говорят... Когда волн не было, капитан Марш приставал к этому рифу. За что его кроме местных остальные моряки недолюбливали.

— Это всё правда?

— Да, коли это он был. Место-то и правда очень чудное. Вроде как Марш там сокровище пиратов искал. А может даже и нашёл. Треплются, что он там сделку с дьяволом заключил, но сдаётся мне, что эти басни сам капитан распространял, чтобы никто туда не приближался.

Понятно... Так он и достал достаточно золота, чтобы фабрику открыть.

— Когда это было? — напугано спросила молчавшая и стоявшая позади меня Нина. А мужчина улыбнулся и шутливо ответил:

— Не бойтесь, юная мисс. Тогда тысяча восемьсот сорок шестой шёл... Инсмут страшная болезнь поразила, больше половины жителей с собой забрала.

— Больше половины! — вскрикнул от удивления я. Погибла половина города, это ведь ужасно. Это сорок шестой был... То есть восемьдесят один год назад. Не так уж и давно.

— А что это была за болезнь?

Когда я спросил, он ответил со знающим видом:

— Точно неизвестно... Но скорее всего её завезли на корабле из Китая или ещё откуда-то. Настоящий ужас был. Начались волнения, такое в других городах и представить сложно... С тех пор там ничего не меняется. И живёт там триста-четыреста человек.

— Поэтому жителей Инстмута не любят?

— Нет, не поэтому. Неприязнь к ним вызвана обычными расовыми предрассудками. Хотя их трудно осуждать. Сам не выношу этих типов из Инсмута и не люблю, когда они сюда приезжают. Вы сами-то с запада? — он слегка удивил меня своим вопросом.

— Верно.

— По говору похоже. Так что вы должны знать. Суда из Новой Англии плавают и в Африку, и в Азию, и в Южную Америку, в каких только портах не бывают... И каких только причудливых людей с собой ни привозят. Может слышали о жителе Салема, женившемся на китаянке, или о поселении выходцев из Фиджи в районе Кейп-Кода?

Кейп-Код — полуостров на северо-востоке Массачусетса, одно из первых мест, где оказались выходцы из Европы. До верхнего мыса проходит железная дорога, и летом место очень популярно среди туристов.

Но я никогда не слышал, что там живут выходцы с Фиджи или человек из Салема. Я взглянул на Нину, но она лишь покачала головой.

Служащий посмотрел на нас.

— Вот как, значит нынешняя молодёжь ничего не знает. И в инсмутцах ощущается что-то такое же заморское. Правда до истины сложно докопаться, всё же место окружено болотами и рукавами реки. Но Марш владел тремя кораблями, пару-тройку десятков странных личностей точно привёз. Как бы сказать... Есть необычная особенность в жителях Инсмута... Прямо мороз по коже пробегает. Если поедете на автобусе, увидите Сарджента и сами всё поймёте. Лбы у них большие, а носы сплюснутые. Глаза выпученные, и я ни разу не видел, чтобы они моргали. А кожа... Вообще не как у людей.

Внешность и правда уникальная. Но кожа?..

— Не как у людей?.. Что это значит?

— Шершавая, прямо как чешуя рыбы. А на шее складками лежит... Мерзость настоящая. А ещё они лысеют рано.

И правда жутко. Может это последствия болезни, от которой они пострадали восемьдесят лет назад?

— Год от года всё страшнее. Сам не верил, пока стариков не увидел. Может видят себя в зеркале и помирают.

Мне от одних рассказов становилось не по себе. Так он описывал чужую внешность.

И Нина была со мной согласна, она ткнула меня в спину. А потом заговорила.

— Эй, может уже пойдём... — тихо проговорила она.

— Это все особенности инсмутцев?

Я думал закончить разговор, но это было ещё не всё.

— Нет, не все. Животные их не выносят. Тяжко им с лошадьми было, пока наконец машины не появились. Жители Аркхема и Ипсвича не хотят иметь с ними дела. Из-за внешности, да и сами они держатся в стороне. И ещё одна странность.

Тут он замолчал. А я сразу же придвинулся.

— Когда у нас рыбы нет, у них она кишмя кишит.

Может дело в том, что они хорошие рыбаки?.. Так я подумал, но не сказал. Зато ответил иначе.

— Может возле Инсмута маршрут рыбы проходит? — спросил я. И.

— Возможно. Но в любом случае, если приблизишься к ним и попробуешь порыбачить, они тут же взбесятся и прогонят. Можете и сами проверить.

... Пожалуй, откажусь.

— Раньше добирались на поезде, но когда ветку упразднили, до Раули приходилось идти пешком, а там уже садиться на поезд. Теперь же есть автобус.

— Ясно. Спасибо, что рассказали. Кстати, в Инсмуте есть где переночевать?

— Одна гостиница есть... «Джилмен-Хаус» она называется. Но не скажу, что место хорошее... Я бы его не рекомендовал.

— В каком смысле?

— Советую вам переночевать здесь, в десять утра садиться на автобус, а там уже в восемь вечера сядете на рейс до Аркхема.

— Гостиница настолько плоха?

Если есть такая возможность, хотелось сразу же отправится и посмотреть на этот Инсмут.

— Несколько лет назад один инспектор фабричного дела оставался в «Джилмен-Хаус». Кейси его звали... Ничего ему там не понравилось. Он единственным постояльцем был, но из соседних комнат слышались голоса, будто посетителей полно... Натерпелся он страху.

— Может просто кто-то ещё заселился или ему приснилось?..

— Нет, он чётко помнил, и не похоже это на сон было. Он слышал там иностранную речь, но страшнее всего был один звук. Будто и не человеческий... Будто вода хлюпает, когда кто-то идёт. Он так напуган был, что даже не раздевался и не ложился. Всю ночь это продолжалось, а под утро закончилось.

Любой испугается, если испытает подобное.

— Местные с него глаз не спускали, говорил, будто следили.

— Так там... Была причины быть настороженными?

— Он говорил, что что-то не так на фабрике Маршей, той, что на нижнем берегу реки Меньюксет. Он рассказывал мне о том же, о чём я и раньше уже слышал, — мужчина самоуверенно хмыкнул. Я же молчал, ожидая, что он ещё скажет.

— С бухгалтерией на фабрике настоящий бардак. Документов по сделкам не осталось. Понимаете, что это значит.

— Ну... Значит, что там что-то скрывают.

— Настоящая загадка, где Марши берут золото для обработки.

И правда странно. Про город едва ли кто-то слышал, так что не могут они так просто золото достать.

— На той фабрике и правда плавят золото?

— Плавят. Сам процесс никто не видел, но много лет назад все видели, как переплавленное золото уходило на кораблях.

— И при этом неизвестно куда... Верно?

— Верно. Все считали, что его продавали каким-то язычникам. Моряки и фабричные работники тайком продавали всякие диковинные штуковины, да и женщины семьи Марша в них ходили, потому конечно их видели. Сам капитан брал в плаванье всякие бусы и безделушки, на них у туземцев и выменивал, тут любой подтвердит, — засмеялся служащий. — Всё ещё поговаривают, что капитан Марш на Рифе Дьявола нашёл пиратские сокровища, — он продолжал. — Но Абед Марш умер в шестьдесят седьмом, шестьдесят лет уже минуло. А за два года до этого... Когда война между югом и севером закончилась в порту Инсмута вообще никто крупных кораблей не видел. А Марши так и продолжают всякие бусы для обмена с аборигенами брать. Не считаете, что это странно?

— Соглашусь...

— Может самим жителям эти побрякушки нравятся. Тогда они ничем не отличаются от каннибалов южных морей и дикарей Гвинеи. Думаю, эпидемия сорок шестого скосила все важные семьи города. В любом случае городишко подозрительный. Что Марши, что другие богатеи явно не так просты.

Я слышал, как Нина позади затаила дыхание.

В итоге это были предрассудки и не более. Я хотел закончить разговор, но пока не мог найти повод.

— Город в упадке, сейчас там даже четырёхсот жителей не наберётся, да и кто остался? Таких бессовестных и хитрых у нас на юге зовут «белой рванью». Всё в тени копошатся.

Больше я слушать не собирался.

— Понятно. Мы тоже попробуем побольше узнать, когда окажемся там.

Тут служащий забеспокоился:

— Только вот этого не надо. Никто в дела города не лезет. Учёные и чиновники, занимающиеся переписью населения, с ними не сладили. А соглядатаев там тем более ничего хорошего не ждало.

— Вы преувеличиваете...

— Нет, не советую вам там рыскать. Далеко не один или два торговца или чиновника попросту исчезли в этом городе. Один мужчина сошёл с ума и поговаривают, что его до сих пор держат в заведении Денверса. Уж не знаю, чем его местные так напугали.

Это уже больше походило на городские страшилки, чем меня точно не запугать. Похоже именно это было у меня на лице, и служащий с серьёзным видом предупредил:

— Послушайте, я бы на вашем месте ни в коем случае не оставался там на ночь... Я никогда не бывал в Инсмуте и отправляться туда не собираюсь. Местные говорят, что даже днём туда не сунутся, но думаю, днём там безопасно. Виды там отличные и старины хватает. Если хотите осмотреть достопримечательности, этот город самое то.

— Понял. Тогда переночуем здесь, а уже завтра отправимся.

Мы поблагодарили служащего и покинули билетную кассу.

2

Когда вышли со станции, Нина наконец заговорила:

— Действительно удивительная история.

— Согласен. Так... Как поступим? Если ехать в Аркхем, то дешевле всего на автобусе... Но придётся сделать остановку в Инсмуте.

— Да! После услышанного мне хочется побывать там.

— В таком случае сделаем, как нам посоветовали, и сегодня переночуем здесь. Конечно я не поверил, но если гостиница и правда ужасная, хотелось бы её избежать.

— Согласна. В центре города здесь библиотека есть, давайте сходим туда и разузнаем про Инсмут.

Вот так мы отправились в библиотеку.

Мы добрались до библиотеки и нашли информацию об Инсмуте в книгах по истории Эсскеского округа.

«Инсмут»

Краткое описание

Основан в 1643 году.

История

Город в основном занимался добычей рыбы, но во время войны за независимость (1775 год) стал известен благодаря кораблестроению. В начале 19 века это уже был процветающий порт. Позже получили развитие небольшие фабрики, пользовавшиеся энергией реки Меньюксет.

В 1846 году началась эпидемия.

После окончания войны в 1865 году случился спад рыбной промышленности, цены на предметы первой необходимости пошли вниз, начался передел сил среди крупных предпринимателей, а в Инсмуте осталась только добыча рыбы.

В настоящее время осталась только рыба и ювелирная фабрика, основанная Абедом Маршем.

Население

Иностранцев здесь почти нет, но в определённое время пытались переехать поляки и португальцы. Однако их прогнали местные жители.

Прочее

Диковинные украшения, которыми они торговали, стали объектом внимания соседей.

Сейчас некоторые из них хранятся в музее Мискатоникского университета в Аркхеме и в Историческом обществе в Ньюберипорте.

— Как-то мало сказано про эпидемию сорок шестого. И служащий сказал, что город после этого пришёл в упадок, но об этом ничего не сказано, — заглядывая в книгу, говорила Нина.

— Точно. Нам сказали, что погибла половина жителей, и о такой эпидемии почти ничего нет.

И ещё кажется, что само отношение изменилось.

— Такое чувство, что специально не писали. Будто это тёмная история округа.

Нина права, странно, что написано лишь это. Но причина скрывать это лишь из-за того, что кто-то считает подобное тёмной историей, маловероятна. Может просто больше не получилось написать...

— И про диковинные вещи служащий тоже говорил. Хотел бы я на них посмотреть.

Описано было слабо, но я чувствовал, что за этим что-то стоит. Я всегда умел разглядеть скрытие.

— Точно! Я тоже.

— Может спросим у библиотекаря, вдруг здесь ещё что-то есть?

Из всех сотрудников мы обратились к немолодому мужчине.

— Это... Здравствуйте. Мне бы хотелось узнать о диковинных украшениях, которыми торгует Инсмут.

— Да, здравствуйте. Ну-ка, покажите... Думаю, что-то может быть в каталоге сообщества. Эта книга не стоит на полке, подождите немного.

Библиотекарь ушёл и вскоре вернулся с книгой.

— Вот, прошу. Верните до окончания рабочего дня.

Это был «Список экспонатов Исторического сообщества Ньюберипорта», и в ней мы нашли то, что искали.

«Ювелирные изделия»

Происхождение неизвестно (предположительно 19 век, имеет общие черты с предметами, обнаруженными в Инсмуте).

Имеет форму тиары, но слишком большая для человека. Обладает странной формой.

— Меня всё сильнее интересует это украшение. Может сходим в Историческое сообщество?

Описание было кратким, и я захотел сам взглянуть на эту вещь.

— Я тоже думала предложить это, Роберт.

С Ниной я познакомился только сегодня, но она была для меня как давний друг, и от этой мысли у меня сердце забилось быстрее.

Мы вернулись к стойке, и с нами заговорил библиотекарь:

— Вас заинтересовало это украшение?

— Завтра мы собираемся на автобусе в Аркхем, но по пути сделаем остановку в Инсмуте. А перед этим хотелось бы сходить в Историческое сообщество и увидеть это украшение...

— Что?! В Инсмут?! Как же так! — вскрикнул спокойный библиотекарь, но вот прокашлялся и теперь стал шептать. — Не поймите превратно, но вам не стоит туда отправляться. Жители там не самые порядочные люди, — но вот он увидел, что мы настроены серьёзно и вздохнул. — Молодёжи свойственно безрассудство. Подождите. Я напишу куратору сообщества.

Он взял ручку, написал письмо и вложил его в конверт.

— Куратор — пожилая дама по имени Анна Тилтон. Передайте ей это.

— Мне всё сильнее хочется в Инсмут, — мы покинули библиотеку, а глаза Нины сияли ещё ярче.

— Да, и мне тоже. Может по пути в Историческое сообщество поспрашиваем у местных про Инсмут?

Мы заглянули в магазин, ресторан, ремонтирую мастерскую и пожарное депо. Но узнали не больше, чем у служащего станции.

— Никто ничего рассказывать не хочет. Как-то это подозрительно.

Нину расстроило отношение жителей.

— Похоже не стоит даже думать о том, что мы хотим в Инсмут.

— Мы даже прямо об этом не говорили, а к нам уже с подозрением относились.

Верно. В их глазах был не интерес к Инсмуту, а настороженность.

Тут я заметил, что солнце начало садиться.

Проклятье, загулялись. Историческое сообществу уже скоро закроется.

— Поспешим, Нина. Возможно успеем перед закрытием.

Сказав это, я побежал.

— П-подождите... Не бегите так быстро.

Видя протянутую белую руку Нины я колебался одну десятую секунды, но уже в следующий миг взял её и побежал.

Я чувствовал, как температура тела резко подскочила.

Когда добрались, Историческое сообщество уже закрылось.

А сердце бешено стучало из-за пробежки. Да, именно из-за этого.

— Уже... Закрыто... — тяжело дыша, сказала девушка.

Не сдаваясь, я подошёл к двери и позвонил.

Через какое-то время дверь открыла пожилая дама.

— Простите, Историческое сообщество уже закрыто.

— Это, мы путешественники... Библиотекарь написал письмо. Вы ведь мисс Тилтон?

— Ах, вот оно как.

Её глаза округлились, после чего она взяла письмо.

— Ах, божечки! Вы хотите увидеть тиару Инсмута. Хорошо. Уже поздно, но раз уж такие обстоятельства, я покажу её. Прошу, проходите, — сказала она, запуская нас.

По пути на полках мы видели много разных вещей.

— Роберт, просто потрясающе, посмотрите!

— Да...

Однако моё сердце было поглощено тиарой Инсмута, и я мог отвечать Нине лишь на автомате.

— Сюда.

Она сияла на крайней полке под светом лампочки.

Такая прекрасная, что у меня буквально перехватило дыхание.

Она лежала на бархате и была такой изысканной работы, что казалась чем-то иллюзорным. Чтобы понять её красоту не нужно было какого-то особого вкуса.

— В каталоге было сказано, что она имеет форму тиары...

Я согласился со словами Нины.

Она и правда напоминает тиару. Спереди более высокая и имеет странные изгибы.

— Большая! И форма необычная!.. Будто создавали не на человеческую голову.

Тут девушка была права, тиару будто создали на голову больше, чем у человека, к тому же на продолговатую.

— Она из золота сделана? — спросил я у мисс Тилтон.

— С виду да, но присмотритесь. В ней есть блеск, отличный от золота. В ней есть золото и ещё какой-то металл, напоминающий его.

И правда, он сияет ярче золота, причём блеск этот сложно описать.

Я был околдован тиарой настолько сильно, что даже не смог ответить женщине.

Через какое-то время глаза Нины широко открылись:

— Такая красивая, на неё можно смотреть вечно.

— Точно. Очень непросто оторвать взгляд от её изгибов. Я ещё никогда не видел такого магического дизайна.

— Здесь есть геометрические узоры и узоры, символизирующие море... Как же их нанесли?

— На металл узоры наносятся с помощью форм, но я не представляю, как было сделано это. В любом случае тиару изготовил выдающийся мастер с невероятным вкусом.

Какое-то время ещё мы продолжали смотреть на тиару.

... Но в то же время я ощущал что-то непередаваемо-странное.

Девушка тоже была впечатлена творением.

— Эй, Нина, эта тиара прекрасна, но вам не кажется, что в ней есть что-то странное?

— Будто она создана в какой-то другой незнакомой нам стране...

— Согласен, всё, что я видел ранее, имело отношение к какому-то определённому народу или стране.

— Может это какое-то современное искусство, которое выступает в противовес традиционному, — с хитринкой улыбнулась девушка.

— Но в тиаре нет никаких особенностей, которые позволили бы причислить её к одной из школ. Мне доводилось видеть работы востока и запада, и она далека от современного и античного искусства.

К тому же она буквально поражала своей техникой исполнения.

— Даже не верится, что её создали на Земле.

— Верно, Роберт.

Слова и улыбка Нины удивили меня и заставили оторваться от тиары.

— Что вы сейчас сказали, Нина?

Девушка тоже отвернулась от тиары и с подозрением посмотрела на меня.

— А? Я ничего не говорила. Просто подумала, что согласна с вами.

Мне послышалось? Да, если подумать, то наверняка могло послышаться. Слишком уж я был поражён этим творением.

Я снова посмотрел на тиару.

Чем больше смотрю, тем больше беспокойства она вызывает. И думаю, причина заключается в математических формулах, изображённых на ней.

— Эти символы... Они будто хранят в себе секреты далёких мест, расположенных в бездне за пределами пространства-времени. В этих монотонных чертах просматривается что-то зловещее.

— Роберт, вы видите что-то зловещее в этих узорах? Существ гротескных и напоминающих созданий из сказок. Какие-то создания... Наполовину лягушки, а наполовину амфибии. Один их вид вызывает беспокойство. Он пробуждает из глубин клеток и тканей что-то, что можно назвать памятью наших предков.

Эти полурыбы, полулягушки имели вид чего-то богохульного... Сам человек такое не представит.

— Как эта тиара попала к вам? — спросил я.

— Куда более прозаично, чем она выглядит. В семьдесят третьем году в ломбард на Стейт-стрит её заложил один пьянчуга. Он был жителем Инсмута, и в ломбарде её взяли за сущий бесценок. Мы же заприметили её и выкупили.

— Понятно. А тут верно написано: «Происхождение возможно ост-индийское или индокитайское»?

— При том, как её достали, вероятность этого высока. Мы пытались узнать в ломбарде о мужчине, который принёс тиару, но он погиб в драке вскоре после того, как продал её...

Вроде обычное дело... Но было здесь что-то странное.

Тиара точно не принадлежала ни Европе, ни Африке.

— На самом деле я пыталась проследить, откуда она появилась, — мисс Тилтон улыбнулась точно молодая девушка и продолжила. — Если тиара появилась в Новой Англии... Значит могла быть частью сокровищ иностранной команды пиратов, которые нашёл капитан Абед Марш.

Я снова удивился, когда прозвучало упоминание имени капитана Марша. И Нина открыла глаза шире и посмотрела на меня.

— Есть причины так считать?

— Да, конечно. Когда семья Марша узнала, что тиара попала в сообщество, они предлагали за неё большую сумму. Нам это было не интересно, потому мы сразу же отказались, но они всё ещё не унимаются.

Раз семья Маршей так хочет вернуть тиару, значит мисс Тилтон наверняка права.

— Ну, думаю, на этом всё? — сказала женщина и пошла, мы следом за ней покинули выставочный зал.

На ходу она продолжала:

— Со всем этим легенда об источнике богатств Маршей, связанная с сокровищами пиратов, перестаёт быть просто легендой.

— Мисс Тилтон, вы бывали в Инсмуте? — спросила Нина.

— Да что вы такое говорите?! — её вежливая речь сделалась грубой, что удивило меня.

Видя нас, она покраснела и заговорила в привычной манере:

— Хо-хо, простите. Но в этом городе нет жителей, которые бы отправились в Инсмут. Вы не слышали о тайном культе, поклоняющемся дьяволу?

— Да, немного. Но поклоняться сейчас дьяволу...

Мои слова тут же опровергли.

— Нет, я думаю, что так всё и есть... Особенно при том, как низко пал там культурный уровень.

Образованная дама стала пленницей предрассудков? Мне было обидно осознавать такое.

— Соглашусь, культы существовали во все времена, иногда очень опасные, но лишь из-за этого питать ненависть ко всему городу? — попробовал я возразить, но мисс Тилтон была непреклонна:

— Вы ошибаетесь. Этот культ имеет огромную силу в городе, он уже основательно потеснил официальную церковь. И называется «Тайный орден Дагона»...

— «Тайный орден Дагона»... Вот это название, — тихо проговорила Нина.

... Точно! Дагон был божеством в древней Палестине, вроде так?

— Мне лишь доводилось слышать это имя, но он совершенно точно один из языческих божеств. «Тайный орден Дагона» появился сто лет назад... Тогда в Инсмуте начались проблемы с рыбой, и его завезли с востока. И тут внезапно вернулась рыба.

— Увязав эти два факта простые жители деревни уверовали в «Тайный орден Дагона»... Верно?

— Да. Эта религия тут же сделалась популярной во всём городе. Они потеснили масонов и заняли их главное здание на Нью-Черч-Грин-стрит.

— Это... Мы завтра собираемся съездить в Инсмут.

Говорить не хотелось, но и смолчать было неправильно. Потому я признался.

... И реакция была ожидаемой. Женщина широко открыла глаза.

— Вам лучше отказаться от этой затеи. Вы даже не представляете, насколько опасен может быть этот город.

Но она увидела, что не сможет заставить нас передумать.

— Ах, боже! Защити детей, собравшихся отправиться в падший Инсмут, — она перекрестилась.

Мы поблагодарили мисс Тилтон и покинули Историческое сообщество, солнце к этому времени совсем село и лишь фонари разгоняли тьму.

— Мисс Тилтон прекрасная женщина, но и она ненавидит Инсмут, — расстроенно проговорила Нина.

— Она ведь праведная христианка. Но я всё сильнее хочу отправиться в Инсмут. Помимо архитектуры и памятников теперь у меня появился антропологический интерес.

— У меня тоже! Я так взволнована!

Мы остановились на ночь в ИМКА[1], но я был так взволнован, что не смог заснуть. И конечно дело было не в том, что в соседней комнате спала Нина.

Я не думал, спит ли она и что на ней надето.

На следующее утро мы покинули гостиницу, у нас поинтересовались, куда мы направляемся, и стоило ответить, что в Инсмут, на лицах людей тут же появилась неприязнь.

— Не советую вам ехать в этот мрачный полуразрушенный город.

Мы уже успели привыкнуть к подобному, обещали подумать и ушли.

Примечания переводчика:

1. YMCA — юношеская христианская ассоциация.