Он коротко вздохнул и откинулся на спинку кресла, но в его взгляде по-прежнему царил холод.

Лицом к лицу с Дэоном, я видела, как между его бровями залегла тонкая морщинка.

[Лёгкомысленная женщина. Та, что потакает своим прихотям, расточительна и всё время ищет пути сбежать.]

Его холодный взгляд будто произносил каждое из этих обвинений.

«Что ж. Раз ты так говоришь, значит, так оно и есть…Принесите.»

Он больше не задавал вопросов, просто махнул рукой стоявшему позади слуге.

Тот, державший в руках длинную чёрную коробку, подошёл к столу. Вскоре коробка оказалась передо мной.

Слуга аккуратно поставил её на стол и слегка придвинул ко мне, чтобы я могла легко её открыть.

Коробка была упакована изысканно, лента завязана так, что её достаточно было слегка потянуть.

Но я колебалась. Рука не поднималась коснуться её.

Дэон бросил в мою сторону выразительный взгляд - открой.

«Там то, чего ты хочешь.»

[То, чего я хочу»? Первое, что пришло на ум - деньги, чтобы помочь слугам.]

[Но в этой вытянутой коробке вряд ли лежали деньги.]

Я сдержанно потянула за ленту. Шёлковая синяя лента легко развязалась.

Я приподняла крышку.

[Внутри лежало то, чего когда-то я отчаянно желала. А теперь, всем сердцем надеялась, что это окажется не тем.]

Акуратно сложенное платье.

Простое чёрное, с неброскими драгоценными камнями на лифе, которые красиво поблёскивали при свете.

«К счастью, ты выбрала в качестве оправдания платье.» - сказал он с насмешкой.

[Теперь, как он и выразился, у меня больше не было отговорок.]

Я замялась, пытаясь подобрать слова, а он уже встал со своего места.

«Уже поздно. Если хотим успеть к началу, пора выезжать во дворец.»

[Если он опоздает, может просто взять с собой другую женщину. Таких, кто мечтает оказаться рядом с ним, хоть отбавляй.]

«А вы спросили разрешения у мисс Изеллы? Ни одна невеста не потерпит, чтобы её жених появлялся на балу с другой женщиной.»

Я судорожно искала любой повод избежать поездки во дворец.

[Там будут сотни аристократов, великолепная музыка, сверкающие драгоценности, восхищённые взгляды, всё это будет вращаться вокруг него.]

[И среди них - Изелла. Я не хотела встречаться с ней.]

«К тому же приглашения уже разосланы. Даже если я и приеду, официальной гостьей я не буду.»

«Это тебя не касается.» - спокойно ответил он.

«Мне не нужно разрешение мисс Сноуи.»

«Почему?»

«Потому что ты пойдёшь не как моя спутница. А как моя гостья.»

От этих слов у меня похолодело в груди.

«Так что тебе даже не обязательно танцевать.»

Я не сразу уловила его последние слова.

«То есть…ты просто хочешь, чтобы я была рядом, как приглашённая?»

Он не ответил.

[Его безмятежность, которую я раньше находила восхитительной, теперь только раздражала.]

Меня подташнивало от этого равнодушия.

«Ваше Высочество…»

Я стиснула зубы, и сквозь них вырвались слова, которых я не собиралась говорить:

«Вы меня за дуру держите?»

Я захлопнула коробку с платьем и понизила голос, глядя прямо в его глаза.

«Вы настолько увлеклись своей ролью, что начали верить в неё? Думаете, если я когда-то была к вам добра, если вы изображали влюблённого мужчину, всё стало реальностью?»

Он застыл, остановив руку на полпути к галстуку.

«Вы и правда считаете, будто я была вашей любовницей?»

[Думаете, у меня нет гордости? В столице все будут судачить.]

[Ваше приглашение не содержало ни капли уважения ко мне.]

[И даже если оно разоблачит мои слабости, это унижение.]

Меня трясло. Я сжала руки, пытаясь унять дрожь.

«Вы…ничтожество. Вы это понимаете?»

Резкие слова сорвались с губ. Грубые, злые, но у меня не было других.

«Это оскорбление, и для меня, и для леди Изеллы. Я вам не любовница. И не игрушка.»

[Я не принадлежала ему. Ласка, что мне казалась когда-то моей, на самом деле не предназначалась мне.]

[Каждое произнесённое слово ранило меня сильнее, чем его.]

Я чувствовала, будто вонзаю себе нож в живот.

[Но остановиться уже не могла.]

«Я ясно сказала вам на Севере: своё место я выберу сама. Так зачем вы пытаетесь меня подчинить?»

[Я хотела закричать: «Убирайтесь!»]

[Но особняк был не мой. Даже этот полуразваленный дом принадлежал ему.]

Я глубоко вдохнула и продолжила:

«Даже если вы дали мне деньги, когда привезли сюда, я - не ваша собственность. У меня всё ещё есть право выбирать.»

Я прикусила губу и, наконец, сказала то, что сдерживала.

Пока эти горькие слова лились из меня, я заметила в его взгляде лёгкое колебание.

Он стоял, будто забыл, как дышать. Но только на миг.

«Ты закончила?»

Он спросил спокойно.

«Раз все сказала, поехали.»

Он снова начал завязывать галстук ровными, уверенными движениями.

[Если бы не безупречный вид его одежды, никто бы не догадался, что он ждал здесь так долго.]

Он привёл себя в порядок и протянул мне руку.

[Я только что обрушилась на него с обвинениями, но выглядела при этом куда более рассерженной.]

[Он просто ждал, пока я остыну. Потом собирался повезти меня к экипажу.]

Я уставилась на его ладонь - белую, гладкую, несмотря на то, что она держала меч.

Я отмахнулась от неё и встала.

[Если я не поеду добровольно, он всё равно заставит.]

«Позвольте спросить: есть ли причина, по которой я должна быть на этом балу?»

[Слухи уже расползлись. Возможно, он хотел объявить о союзе с семьёй Сноуи, официально распрощаться с «любовницей» и укрепить своё положение?]

[Если цель - унизить меня, лучше знать об этом заранее.]

«Если я поеду в столицу, это значит, что я покину этот особняк и переберусь в ваши покои?»

«Нет.»

[На этот раз он ответил сразу, не уходя от вопроса.]

«Это не имеет отношения к балу.»

Он продолжал смотреть на меня пристально.

«Ты останешься здесь, пока всё не закончится.»

«Что именно должно закончиться?»

«Тебе не обязательно это знать.»

Горький смешок вырвался у меня помимо воли. [Даже сейчас он стремился исключить меня из своих планов.]

[Он хотел, чтобы я надела платье, которое выбрал он, поехала туда, куда хотел он, стояла там, как красивая кукла, взятая на время, пока не настанет час уехать.]

[И как долго должно было продолжаться это представление?]

В этот момент снаружи распахнулись ворота особняка.

«Карета подана.»

Мальчик, заметно нервничая, поспешно вошёл, пробормотал слова Дэону и тут же выскочил обратно, распахнув ворота настежь.

Ветер ворвался в дом и закружил подол моего платья.

Снаружи стояла королевская карета. Громоздкая, величественная, внушающая трепет.

[Я ведь даже не соглашалась ехать.]

Слуга открыл дверцу кареты. Всё это было слишком рассчитано, словно в надежде, что перед фактом я сдамся.

[Они, должно быть, решили, что, раз уж всё подготовлено, я уступлю. Но я не собиралась идти у них на поводу.]

Я сжала подол платья в кулаке.

«Я же сказала: я не поеду.»

[Я ясно дала понять, что никуда не сдвинусь.]

Стояла прямо, будто вросла в пол, намеренно, упрямо, хрупко, но несгибаемо.

Я не испугалась его холодного, испепеляющего взгляда.

[В тот момент я была уверена, даже если он вытащит меч, я не дрогну.]

Он медленно посмотрел на меня и произнёс:

«Тебе будет лучше поехать. Иначе…придётся умереть.»

[Умереть?]

Я не сразу поняла, о чём он.

[Он угрожает мне смертью?]

«У меня осталась хоть какая-то ответственность перед этим миром?»

[Что это за игра такая?]

[Сурен здесь. И никто в этом доме не на моей стороне.]

Но даже мои резкие слова не тронули его спокойствия.

Он просто облокотился на стену, скрестил руки, и заговорил неторопливо, будто предлагал сделку, от которой невозможно отказаться.

«Твоя птичка перестала есть.»

Я резко подняла голову.

«Что?»

Я как будто заново прокрутила его слова в голове, не веря.

Потом смысл дошёл до меня, и холод прошёл по спине.

[Я слишком резко отреагировала. Если бы я хотела сохранить достоинство, я бы не показала ни тени волнения.]

[Но было уже поздно.]

К счастью, в его лице не мелькнуло ни триумфа, ни насмешки.

Он просто смотрел на меня сверху вниз, ожидая ответа.

«Почему?»

Я старалась говорить ровно, хотя губы дрожали.

«Не знаю. Возможно, потому что её хозяйки больше нет рядом. Она хрупкая стала, ест плохо.»

«Во дворце, знаешь ли, пусто без тебя.»

«Правда?»

Я изо всех сил старалась скрыть беспокойство.

Но он повторил:

«Она голодает.»

«Это уже не моя забота.»

«Ах вот как?» - его голос оставался спокойным.

Когда я промолчала, он медленно наклонился ко мне ближе.

«Ты действительно считаешь, что это тебя не касается?»

Он приблизился ещё.

Тень скользнула по его лицу. Я не заметила этого издали, но вблизи стало видно, он измотан.

[Была уже глубокая ночь. Даже такой, как он, должен был устать от бесконечного ожидания и уговоров.]

[В столице за последние дни наверняка произошло немало. Может, он сам не осознавал, насколько утомлён, но я это видела, в тусклом блеске глаз, в осунувшихся чертах.]

Когда он шагнул ко мне, я машинально отступила.

«Леония, ты собираешься бросить свою птицу?»

Он пристально смотрел мне в лицо, как будто пытался разгадать, сдерживаю ли я хоть что-то. Затем щёлкнул языком.

«Жалкое создание. Брошенное хозяйкой.»

Он усмехнулся.

[И кто ещё кого бросил, вот в чём вопрос.]

[По выражению его лица было ясно: за птицей действительно плохо ухаживали.]

[Точно так же, как за мешками кровью на Севере.]

[Будь они выброшены наружу или осушены внутри, его это не трогало. Он всегда заботился только о себе.]

[Да, он герцог. Да, изгнанный на окраины. Но королевская кровь позволяла ему не задумываться о мелочах.]

[О птице он, наверное, и узнал-то только потому, что служанки подняли шум.]

[Прошло немало времени с тех пор, как я покинула владения принца, но мне было несложно представить, как всё происходило.]

И в горле защипало.

[Я знала, что бывает с тем, что оставляет после себя любовница. Сжигается. Стирается. Скрывается.]

[Слуги сделали бы всё, чтобы это не попалось на глаза будущей принцессе.]

[Если даже полукровки с титулами жили в унижении, что уж говорить о питомце?]

«Каждую ночь она плачет. Зовёт свою хозяйку.»