I

Мятная прохлада небольшой волной окатила босые, усталые ступни и замочила концы оборванных штанин. Берег был каменным, постепенно опускающийся все ниже и ниже. Затем он резко обрывался, и там, с самого дна, к верху тянулись, плелись, переплетались толстые корни могучих дерев, верхушки которых величественно зеленились сочной листвой, похожей на море, сливающейся в несколько уровней под небесами.

Шарли сбросила сапоги и стала искать воду ногой. Когда большой палец коснулся поверхности озера, она вздрогнула и оттого чуть не упала. Этуаль взял ее за руку.

- Осторожно, - сказал он. - Вот сюда.

- Тут глубоко? - спросила Шарли.

- Нет, но не отходи от меня далеко.

- Спасибо. С твоей сестрой… Было так же?

- Не совсем, - ответил странник. - Пусть немного, но Роза могла видеть. Иногда она даже выходила в город одна.

- Скоро я тоже научусь передвигаться сама, без твоей помощи или Святых. Буду сильной!

- Только поаккуратней, тут кочка.

Плюх. Третья запнулась и упала в воду. Этуаль помог ей встать.

- Пока что положись на меня или Святых, когда никого нет. Разве не приятно, когда о тебе заботятся?

- Хотела бы поспорить, но не могу идти против себя. Хе-хе…

- Трудно поверить, что ты махатма. Не сочти за грубость.

- Я понимаю. Абзу тоже говорил об этом. Каким, ты считаешь, должен быть махатма?

- Даже не знаю… Наверное я неправ, думая, что «последняя стадия перед воплощением в бога» будет чем-то… как бы сказать, нечеловеческим.

- Я вполне могу попытаться такой стать.

- Знаю. Но лучше не меняйся. Я привык к такому Шарли, - сказал Этуаль, смотря вдаль.

Шарли некоторое время молчала, и он обернулся к ней, чтобы узнать, в чем дело. Тогда странник понял, что Третья «смотрела» на него: повернула к нему голову.

- Ты улыбаешься, - сказала она.

- А? Как ты узнал?

- Махатме не нужны глаза, чтобы знать, что чувствует человек.

- И ничего от тебя не скрыть…

- Разве улыбка — то, что стоит скрывать? Сказать честно, я тоже привыкла работать вместе с тобой. Особенно теперь, когда нас двое.

- Шарли, ты ведь понимаешь…

- Верно. Давай не будем об этом, - отрезала Третья. - Пойдем дальше.

Этуаль взобрался наверх по корням и поглядел на небо, бирюзовый цвет которого мутился большими серыми тучами, по краям яркими, почти белоснежными. Солнце выплыло из-за них, золотом озарило пышную зелень, и та стала еще живее, еще сочнее.

Шарли поднялась немногим позже. Святой опустил ее на листву, и она прошла вперед, раскинув руки в стороны. Так она приветствовала встречный ветер, рождающий зеленые волны. Возникло желание броситься на листву и отдохнуть, нежась в солнечных лучах. Так и было сделано.

- Наверное, я делаю что-то неправильное, - прозевала Шарли, потягиваясь.

- Отдохни, пока есть шанс, - сказал Этуаль, присев рядом. - Последние три Мира мы только и делали, что сражались без передышки.

- Раз уж ты разрешаешь… А можно тогда?!

- Нет. Тут и так мягко, - отказал Этуаль, даже не дослушав до конца. Все и так было понятно.

- Разбудишь меня?

- Попытаюсь.

- И что это должно значить?

- Ты очень крепко спишь.

- Быть того не может.

- Поэтому Четвертый никогда не оставлял тебя на стреме по ночам. Мимо тебя целое войско пройдет.

- Обычно выбирали тебя.

- Мой сон очень чуткий. Не то чтобы я был горд этим, но это не раз выручало нас.

- Было не похоже, что ты вообще спишь. Интересно, чем ты занимался все это время.

- Когда как. Иногда тренировался, иногда смотрел на небо… В одну ночь мне стало интересно, и я стал следить за вашим сном. Не подумай неправильно… Просто решил узнать о ваших привычках. Четвертый вот говорит во сне. Так я узнал его имя. А тебя я часто заставал в довольно забавных позах. Один раз ты даже…

Этуаль прервался, когда повернулся к Шарли.

«Уснул».

Странник вздохнул и, проведя рукой по листве, легко стукнул себя по голове.

«Что я вообще делаю?»

Он еще раз посмотрел на Шарли.

«Так глупо. Как ты вообще можешь мне доверять? Мы враги. Я в любой момент могу убить тебя. Мне достаточно подтолкнуть тебя, и ты полетишь вниз. Нет, все можно сделать куда проще».

Этуаль приставил лезвие к горлу Шарли. Один порез, и апостола не станет. Только и всего.

«И кто после этого глупее?»

Этуаль убрал нож, а затем вновь потянулся к Шарли и аккуратно откинул прядь волос, упавшую ей на лицо.

«Что я вообще делаю?»

II

Шумели волны, шелестела листва, завывал ветер… И вместе с тем какой-то иной, животный звук послышался Этуалю. Он привстал, звук стал громче. А вместе с ним что-то свистящее, разрывающее воздух. Близко.

- Шарли! - крикнул он, подхватив ее, и отскочил назад.

- Что такое? - тихо спросила она. Когда же Третья поняла, что дело в надвигающейся опасности, бодрость быстро вернулась к ней.

Продираясь через ветки, с жутким грохотом из кроны вырвалось существо, оставив за собой пропасть. Это был величественных размеров орел с длинным и пышным серым оперением. Взмах титанических крыльев был сильнее ветра, он раздувал листву и ломал ветки. Сильная шея, стальной, отливающий серебром клюв, острый взгляд, подчеркнутый черными линиями на перьях под глазами. На белой груди птицы было несколько красных пятен, оставленных черными стрелами, обломанными и целыми.

Завидев двух апостолов, орел закричал и направил на них свои острые сияющие когти. Тут же из пропасти вылетело семь стрел, две из которых задели крылья птицы. Раненый орел приземлился на листья, но атаку не прекратил. Как падающая звезда, он готовился раздавить свою жертву. Тем временем наверх забрались пятеро охотников с длинными луками. Их лидер, самый рослый и крепкий, так же носил на поясе два небольших арбалета. В глазах этого человека было что-то дикое и необузданное. У него особенно выделялись надбровные дуги. Казалось, скоро из его лба вырастут рога. Лидер охотников засвистел и схватился за лук. Натягивая тетиву, он заставлял плечи оружия трещать. Черная стрела просвистела в воздухе и достигла цели, прошла навылет через бок птицы. Раздался яростный клич, уже больше похожий на жалобный писк. Орел резко развернулся и взмахом крыльев остановил последующие стрелы других охотников, потом вернулся к апостолам. Странник достал лезвие и приготовился обороняться.

- Окружайте! - приказал предводитель стрелков и поочередно выпустил несколько стрел.

Орел была лишена возможности улететь. Сил почти не осталось, но гордость для такой птицы… Она была выше любых инстинктов. Ему оставалось только драться. Удар когтями. От лезвия полетели искры. Не в силах выдерживать такой напор, Этуаль сдал назад. Из-за его спины сразу вылетели две стрелы. Орел махнул крыльями, и, несмотря на боль, маленький ураган обнажил ветви и опрокинул противников наземь. Сзади в спину попала третья стрела. Четвертую птица приняла на клюв и вновь взмахнула, сдув еще больше листьев. Где пятый? Главарь стрелков притаился внизу. Стрела пробила грудь, но не задела сердца. Озлобленный, орел ринулся за охотником, но Святые прижали его к стволу, а Этуаль запрыгнул на спину и вонзил лезвие в шею. Птица скривилась, издала клич, а потом, устремилась вверх, сбросил Святых. Этуаль ухватился за перья и вогнал клинок глубже в шею. Орел вновь закричал, и замотал шеей.

- В укрытие! - свистнул лидер охотников и спрыгнул к ветвям. Орел тем усердно махал крыльями, сметая все больше листвы. В агонии он бил во все стороны, насылая ураганы и ломая деревья, врезаясь в них.

Этуаль, заметив место, где переплетались толстые ветви, которые могли выдержать столкновение, повел птицу туда, используя лезвие, как штурвал. Святые прибыли на подмогу. Небесный корабль обрушился вниз, готовый застрять меж деревьев.

- Его нужно остановить, - сказал лидер охотников и подобрался к месту падения. Там он достал лук, вложил стрелу и натянул тетиву крепче обычного, что плечи орудия, думалось, точно не выдержат. Остальные охотники присоединились к нему. У двух ветвей, сплетенных буквой Y, птицу ждала смерть.

Стрелы разрезали воздух. Наконечники соприкоснулись с грудью, шеей, попали в глаз. Одно мгновение и сердце потухло. Тело орла сотрясло деревья, сбив двух охотников с ног. Птица постаралась удержать себя на стволе, используя когти, но сил уже не было. Массивное тело некогда великого создания рухнуло вниз и разбилось о широкую ветвь.

- Этуаль, отзовись! - прокричала Шарли, спустившись к страннику на Святом.

- Я тут, - ответил он, вылезая из под крыла птицы.

- Ты не ранен?

- Ничего страшного.

- Хорошо…

- Хоп! - воскликнул лидер охотников, спрыгнув к апостолам.

Он прошел к птице, удостоверился, что та мертва и, ухмыльнувшись, показал Этуалю большой палец.

- Ну разве мы не молодцы? Спасибо вам за помощь.

- Мы случайно оказались тут. Не стоит благодарности, - улыбнулась Шарли. - Ах!..

Охотник приподнял подбородок Третьей, чтобы рассмотреть ее лицо.

- Какая жалость… Надеюсь тот, кто лишил тебя возможности лицезреть красоту Мира понес самое тяжкое из возможных наказаний.

- На самом деле…

Шарли хотела сказать кое-что, но охотник продолжил говорить, приложив палец к ее губам.

- В остальном, ты довольно милый колдунчик.

- А… Спасибо.

«Колдунчик?..»

- Ты тоже ничего, - сказал охотник, повернувшись к Этуалю, и подмигнул. - Только тощеват.

Он неожиданно появился из-за спины странника и попытался нащупать что-то похожее на бицепс на его правой руке.

- Не понимаю, что ты во мне увидел, - сказал Этуаль совершенно безразлично. - Отпусти.

Но охотник не послушал его.

- Несмотря на такое тельце, ты смог удержаться на королевском орле. К слову, ты довольно неплох с ножом, - сказал он и наконец оставил странника в покое.

- То же можно сказать о твоем владении луком. Я встречал не так уж много умелых лучников.

- Ты еще не видел, как я стреляю из этих малышек, - сказал охотник, погладив оружие на поясе. - Да и вообще я во многом хорош…

- Хм? И в чем же?

- Ох, я могу показать тебе…

Шарли наблюдала за всем со стороны, сохраняя молчание. Она совсем не ожидала встретиться с таким человеком и не знала, чего от него ожидать. Еще больше ее насторожила перемена в настроении Этуаля. Пусть странник и не показывал этого внешне, он стал расценивать охотника как потенциальную угрозу, стоило тому коснуться Шарли.

- Аконит, первое впечатление крайне важно, - сказал другой охотник, спрыгнув вместе с остальными. - Не боишься, что добрые путники тебя испугаются?

- Вот ведь… И зачем я согласился учить тебя общению с дамами?..

- С дамами? Разве ты не рассказывал мне о том, как понравиться людям. Я просил тебя именно об этом.

- Просил, - сказал лидер охотников, почесав затылок. - Но понравиться-то ты хотел той девчушке из деревни. Так ведь, Дёрдь?

- Я все видел, - подтвердил третий охотник.

- Ха… Не буду отрицать. Но и ты согласись, что я прав.

- Что же… - вздохнул лидер охотников.

Он повернулся к апостолам, что все это время хранили молчание, и сказал:

- Простите. Меня, бывает заносит. Но, с другой стороны, разве это плохо? Ха-ха…

- Глава… - вздохнул Дёрдь.

- Хорошо-хорошо. Давайте представим, что только что встретились. Я Аконит, правая рука графа. А эти чересчур толковые парни — моя банда.

- Ну, если говорить точно, мы охотники на службе у графа, а Аконит с ним в очень хороших отношениях, - разъяснил еще один охотник.

- Да как вы…

- Я Шарли, а это Этуаль. Мы путешественники, - сказала Третья, протянув Акониту руку. - Будем знакомы.

Немного погодя, охотник пожал ее.

- Будем же. Вы у нас впервые, ведь так? - спросил Аконит. - Вы куда-то направляетесь или бродяжничаете?

- У нас нет какой-то определенной цели, - ответила Шарли. - Мы просто идем вперед и смотрим на Мир. Может когда-нибудь мы найдем место, где осядем.

Этуаль искоса глянул на свою спутницу.

«У тебя есть какой-то план? Чего ты добиваешься?»

Ответ не заставил себя долго ждать.

- В таком случае, как насчет посетить владения графа? - предложил Аконит. - Полагаю, он захочет вознаградить вас за помощь в убийстве королевского орла.

- Я совсем не против. Что скажешь, Этуаль?

- Раз ты этого желаешь, я согласен, - кивнул странник.

- Вот и здорово, - улыбнулся Аконит и прошел к орлу.

Потребовалось полчаса, чтобы пересечь озеро и добраться до телеги, стоящей на берегу. В иной ситуации они бы задержались на несколько часов, поскольку охотникам предстояло перенести с собой тушу орла, но Шарли предложила свою помощь. Ее Святым никто не удивился, ведь как она выяснила, различного рода колдуны — не редкость в этом Мире.

- Еще раз благодарим тебя, колдунчик, - сказал Аконит, закончив привязывать орла к телеге.

- Пожалуйста… Только это прозвище…

- Зачем вам этот орел? - спросил Этуаль. - Неужто праздник?

- Верно, - кивнул Аконит. - Граф устраивает пир в честь своего дня рождения. Эта птица станет главным блюдом.

- Когда пытаешься представить графа, думаешь либо о старом толстяке, либо молодом красавце… - сказала Шарли.

- И много ты таких графов встречал? - спросил Этуаль.

- Одного: старую пивную бочку.

- Тогда… откуда взялся красавец?

- Пусть это останется секретом, - улыбнулась Шарли.

- Ха-ха! И какой же, ты думаешь, мой граф? - спросил Аконит.

- Склоняюсь к первому варианту.

- А вот и неправда. Признаю, граф любит выпить, но он совсем не толст. Он не стар, но и не молод. Хм, ты слушаешь?

Шарли уже не обращала внимания на Аконита. Она сосредоточилась на ауре, скрытой в лесной чаще. Этуаль посмотрел туда, куда она указала, и увидел их, громадные каменные двери, поросшие мхом и укрытые лозой.

- Что там? - спросила Шарли.

- Гиблое место, - сказал Аконит. - Ничего важного.

- А что там было? - продолжил Этуаль.

- Тоже… ничего важного, - ответил лидер охотников, не поворачиваясь.

Странник поглядел на Дёрдя, что находился ближе всех. Тот, вздыхая, спросил:

- Аконит?

- Если хотят знать — расскажи. Я же рта не раскрою.

- Понял тебя, - сказал Дёрдь, прокашлялся и, немного погодя, начал: - С давних времен считали, что там обитает зло и сбрасывали туда грешников. В основном этих грешников приговаривала церковь, но и иные правители не чурались справлять туда особо неугодных, в назидание. Люди этого места боятся, называют бездной, королям нет дела, церковь пугает россказнями о монстрах-людоедах и черных огнях.

- Черных огнях? - удивился Этуаль.

С начала рассказа он не отводил взгляда от уходящих вдаль каменных дверей, теперь же он повернулся к охотнику. Шарли тоже оживилась.

- Не слушай его, - сказал другой охотник. - Обычный то был огонь. Как пламя черным может быть?

- Верьте иль не верьте, но это были черные огни, - продолжил Дёрдь. - По словам церкви, пару столетий назад чудовище выбралось из-за дверей и оставило от храма в столице одно пепелище. В книгах написано, что черное пламя не могли затушить несколько дней, а после того, как с ним было покончено, город поразила чума, выкосившая кучу народа.

- А чудовище? Его убили? - спросил Этуаль.

- Когда потушили пожар, на месте, где стоял собор, никого не нашли. Даже костей не осталось. После этого черное пламя не появлялось.

- То есть это единственная запись о нем? Больше ничего нет? - не унимался странник.

Охотник растерялся, встретившись с таким напором. Шарли ответила вместо него.

- Сомневаюсь, что такое возможно. Может, черный огонь и существует, но точно не в этом месте.

Шарли замолчала и ушла в себя. Но совсем скоро обратилась к Дёрдю, который совсем не понимал, что происходит.

- Сейчас все иначе, ведь так? - спросила она. - Никто не ссылает людей за эти двери. Это место заброшено.

- Сказать по правде…

- Сбрасывают, - продолжил Аконит, прервав Дёрдя. Он был хмур. - Втихую, не докладывая церкви, которая это запретила. Видимо, боятся повторения той трагедии. Сбрасывают.

- Ты там был? - спросил Этуаль. Это был очевидный вопрос.

- Может, был, - ухмыльнулся Аконит. - А может, мне показалось. Кто ж знает?

- Ты?

- Хе-хе… Подловил. Хорошо, когда-нибудь я расскажу о том, как началось мое испытание.

«Испытание?..»

Этуаль не успел спросить. Их разговор прервали.

- Мы совсем близко, - сказал один из охотников, указав вперед. - Замок Чахбан прямо перед нами.

Странник спрыгнул с телеги и прошел вперед. Там, вверх по дороге, находилось золотое поле. Солнечный свет озарял пшеничное море, в котором утопали крестьянские дома, светлые и приятные глазу. Чуть дальше, на вершине холма, странник увидел белокаменный замок, где жил граф.

- Грустное место, - сказала Шарли, взяв руку Этуаля и спустившись на землю.

- Грустное?

- Тут так ярко, как будто бы сюда упал кусочек светила. Вот только Солнце хранит свои темные секреты. Если всмотреться в него, можно увидеть болезненную синеву. Вот что я вижу как махатма.

- Как бы там ни было, сами владения графа нас не интересуют, - сказал Этуаль. - Нам нужен лишь один человек.

Странник поглядел на Аконита, что ехал впереди. Апостолы замедлили шаг, чтобы никто не мог услышать их, и продолжили беседу.

- Он — бог? - спросил Этуаль.

Шарли покачала головой.

- Я чувствую божественную ауру вокруг него, но сам он — человек. Как если бы… здешний демиург взял его под свою защиту. Или же он прячется в нем. Это бы объяснило, почему я не могу найти его в Мире.

- Что, если бог попросту покинул эту звезду?

- Тогда бы никакой божественной ауры не было, - ответила Шарли.

- В таком случае, - сказал Этуаль. - Проверим твои догадки. Раскроем секрет Аконита и найдем демиурга.

- Я попрошу тебя не идти напролом, ты думаешь об этом с того момента, как встретил его.

- Это… самый эффективный метод, - сказал странник.

- До тех пор, пока не встретился с демиургом. Все те, против которых мы сражались, не могли быть повержены атакой в лоб. Вспомни…

«Действительно… Седьмой не смог пробиться к Тиамат, потому что полагался на грубую силу. В битве с Абзу сработал эффект неожиданности. Он не догадывался, что Первый и Седьмой хранили некоторые орудия в моей накидке. Деус — исключение, ведь он не был настоящим богом. Однако сразить его в бою так же было невозможным. Победу удалось одержать лишь благодаря Сафено и Четвертому, которые нашли его уязвимое место».

- Твоя тактика работает, если мы говорим о людях, достаточно только иметь силу, - говорила Шарли. - Даже в битве против целого Мира, сила — все, что нужно. Но если человек идет против бога, ее одной будет недостаточно, насколько бы великой она не была.

- Что ты предлагаешь?

- Узнаем об Аконите, не вступая с ним в конфликт. Пусть он сам явит бога.

- Буду следовать твоему плану, - ответил Этуаль, прошел вперед, затем остановился и сказал: - Ты неправ насчет одной вещи.

- Хм? - удивилась Шарли.

- В битве с богами мы вынуждены прибегать к уловкам, потому мы недостаточно сильны. Однако я верю, что есть такая великая сила, доступная человеку, с помощью которой он способен одолеть кого-угодно. Даже Абзу, несмотря на то, что ему так же подвластна эта сила.

- Что это за сила?.. - спросила Шарли.

- Как насчет найти ответ самому? - предложил Этуаль.

- А ты… Ты ведь…

Этуаль улыбнулся.

- Куда я денусь? Помогу, как тогда.

- Раз так, я обязательно найду ответ, - обрадовалась Шарли и подбежала к Этуалю, чуть не упав по пути.

- Эй, вы там! - крикнул Аконит. - Не отставайте!

- Конечно! - отозвалась Шарли.

Этуаль взял ее за руку, и они поспешили к охотникам.

III

Телега вошла в деревню. Народ сбежался посмотреть на чудовище, убитое охотниками.

«Какой огромный».

«Неужели человек способен такое одолеть?»

«Еще как способен. Для Аконита и его охотников все возможно!»

«Да уж… В очередной раз они доказывают это».

«А кто эти двое? Почему идут с ними?»

«Должно быть подобрал их по дороге, смилостивился. Ты посмотри на них. Кожа да кости, лохматый, весь в бинтах, а девка без глаз, с повязкой».

Спрыгнув с телеги, Аконит вышел вперед, раскинул руки и провозгласил:

- Честные люди, прошу внимания! Сегодня наш добрый владыка празднует день своего появления на свет, и потому мы, банда Аконита, пристрелили для него королевского орла! Мясо этой великой птицы украсит праздничный стол графа, согреет его вместе с вином, что разольется рекой!

«Слава Акониту! Слава графу!» - раздалось вокруг.

- Но! Этот подарок был бы невозможным, если бы не двое путников, поспешивших на подмогу и сразившихся с орлом бок о бок с нами! Так встретьте же их, как дорогих гостей! Поприветствуйте их громогласно!

«Слава храбрым гостям! Слава Акониту! Слава графу!» - раздалось еще громче, чем раньше.

- Вот это ты молодец! - сказал деревенский староста, пройдя к Акониту.

Тот сказал одному из охотников везти телегу к замку, и завел разговор со стариком. Апостолы шли поодаль, но достаточно близко, чтобы слышать их.

- Верно, я молодец, - усмехнулся Аконит. - Надеюсь, я буду вознагражден за это.

- Кого изволишь, герой? - спросил староста.

- Как обычно. Помоложе да без изъянов. Сегодня же.

- Сегодня?..

- Чему ты удивляешься? День рождения графа! Пусть веселятся все.

- Как скажешь. Я найду девицу.

- Благодарю.

Когда староста ушел, Аконит подозвал апостолов.

- Шарли! Этуаль! Следуйте за мной.

- Что такое, Аконит? - спросила Шарли.

- Я представлю вас графу. Он наградит вас.

Апостолы поднялись вверх по холму, прошли через врата замка вслед за Аконитом и предстали перед графом, что стоял у конюшен и любовался орлом, которого приказал оставить тут вместе с телегой. Завидев своего верного охотника, он усмехнулся и, когда тот начал кланяться, остановил его жестом.

- Умеешь же ты поднять шуму, - пробасил граф и похлопал тушу орла. - Этот подарок достоин меня. Ты вновь доказал, что мои охотники — лучшие во всем королевстве.

- Для меня честь слышать твою похвалу, граф, - сказал Аконит.

- Скажи своим охотникам, Болеславу, Дерьдю, Арпаду и Гюле, что я рад видеть вас за моим столом сегодня.

- Благодарю тебя, граф.

- Теперь говори. Кто это с тобой?

- Эти храбрые путники помогли нам в охоте на королевского орла, - ответил Аконит. - Я привел их к тебе в надежде, что их мужество не останется забытым. Примешь ли ты их как своих гостей?

- Тогда гостям надобно представиться.

- Мое имя Этуаль, а это — Шарли, - сказал странник, и апостолы поклонились. - Мы путешественники.

- Верно, идете с юга, раз так легко одеты. А говорите совсем без акцента. Что же…

Граф приосанился. Он был громаден, походил на медведя в камзоле, в особенности из-за своих волос и бороды. В объятьях он мог бы сломать кому угодно ребра своими крепкими руками и широкой грудью.

- Я - граф Ференц, владыка земель к северу от Сиврота, приветствую вас в Чахбане. Сегодня пейте за здоровье мое и Аконита, не забывшего вашего мужества. Мы, в свою очередь, выпьем за вас.

- Благодарим тебя, граф, - сказал Этуаль, и апостолы вновь склонились.

- Теперь идите. Мне нужно найти Эрж. Она как обычно прячется от меня.

- Уверен, графиня приготовила для тебя сюрприз, граф, - усмехнулся Аконит.

- Вот негодница. Но ничего. Я всегда нахожу ее, как и свою дорогую дочурку.

Граф удалился. Аконит же задал вопрос, волнующий его уже некоторое время.

- Я хочу кое-что прояснить, - начал он, обратившись к Шарли. - С югом мы делим множество традиций, но есть и различия. У них женщина не говорит без позволения мужчины. Так вот, не допустил ли я ошибку ранее?

- Это… сложный вопрос, - замялась Шарли. - Я молчала совсем по иной причине. Там, откуда мы пришли, мужчины и женщины равны, но Мы с Этуалем предположили, что у вас с этим совсем иначе, и потому решили, что говорить будет он, чтобы не разгневать графа.

- Вопрос остается тем же, - сказал Аконит. - Когда мы встретились, я сомневался, но все же остановился на мужчине. Затем сомнения вернулись. Мои парни разошлись во мнении. Так же - с деревенскими. Я заметил, что Этуаль обращается к тебе как к мужчине, и принял это за истину, а теперь я снова не знаю, что думать. Так кто же ты?

- Это долгая история, сомневаюсь, что тебе захочется ее слушать. Так есть ли разница?

- Для меня — нет. Но дело в том, как к тебе обращаться. Любой человек, в независимости от пола, не любит, когда его чувства задевают.

- Разве у нас не полно времени? - спросил Этуаль. - Расскажи Акониту, пока идем назад в деревню.

- В деревню? Зачем нам туда?

- Я видел, там подготовили игры. В частности, тир, - ответил Этуаль, повернувшись к охотнику.

- Ты бросаешь мне вызов?

- Опыта в стрельбе у меня почти нет, но вот ты хвалился своей меткостью. Покажи, на что способен.

- Этуаль, ты мне сразу приглянулся… Конечно! Как я могу отказаться?! Шарли, рассказывай.

- Так ты из церкви? Знаю, у южан бог другой, но разницы, если честно, совсем не понимаю. Да и важно сейчас совсем другое… Много раз слышал, как в монастырь приходят, но разве оттуда можно уйти? - спросил Аконит.

- И такое бывает, - сказала Шарли с неловким смешком. - Я продолжу. Монах — человек, отдающий свою жизнь богу. Он отказывается от простой человеческой жизни. Догадываешься, к чему я веду?

- Вам запрещают иметь детей. Ага, теперь я понял… Но неужели этого было достаточно, чтобы ты перестал считать себя мужчиной?

- На самом деле я никогда и не думала о себе, как о мужчине. Я — это Шарли, вот и все. Имя довольно женственное, не находишь?

Этуаль, молча шедший рядом, о чем-то задумался.

- Значит, тебе приятнее, когда к тебе обращаются как к женщине?

Шарли кивнула.

- Буду иметь ввиду. Спасибо, что прояснила. И все же… Беглянки из монастыря и бродяга, ищущий дом.

Апостолы ухмыльнулись, «вспоминая» свои злоключения. Они рассказали Акониту выдуманные истории, основанные на том, что было на самом деле. Не было похоже, что в этом Мире знали о жизни на других звездах, а потому они решили выдать легенду, придуманную как-то Четвертым. Вот только она ни разу не пригодилась до этого момента, ведь у апостолов не было нужды скрывать свою личность от людей.

«Я считал, что эта легенда бесполезна, - думал странник. - А он всегда на несколько шагов впереди».

- Вы многое пережили.

- Это странно? То же касается и тебя, - сказал Этуаль.

- Ты про то, что я выбрался из бездны? Тогда — может быть. На то жизнь и испытание, что в ней полно трудностей.

- Так ты расскажешь?

- Было бы честно, учитывая, что вы рассказали о себе. С другой стороны, мы все еще не выбрали награду для победителя.

- Так на кону что-то стояло?

- Еще бы. Для меня само состязание — уже большая радость, но приз для победителя - это тоже важная часть.

- Получается, ты расскажешь нам про свое прошлое, если я превзойду тебя в меткости?

- Именно.

- А чего желаешь ты в случае победы? - спросил Этуаль.

С широкой улыбкой Аконит указал на него самого. Шарли, разумеется, не видела этого, но все поняла, прочувствовав удивление странника.

- Это…

- По ряду причин это невозможно, - сказал Этуаль немного погодя.

- Но разве у тебя есть что-то еще, кроме собственного тела? Путешествуете вы, как посмотрю, налегке.

- Не только Шарли умеет колдовать. Ты поверишь мне, если я скажу, что в любой момент могу достать все, что угодно?

- Например?

- Оружие, драгоценные камни, ткани, еда, выпивка, лекарства и яды. Все из далеких стран. Я выну их из своей накидки, подобно фокуснику.

- А с виду и не скажешь, что у тебя столько богатств.

- Я просто собираю то, что найду по пути. Кроме того, что я описал, у меня полно мусора. Я продолжаю надеяться, что он мне пригодится, но пока что польза есть только от хвороста да древесины, с помощью которых можно развести костер.

- Я все удивляюсь, как ты без проблем находишь нужное, - сказала Шарли, почесав затылок. - Ты все держишь в идеальном порядке и знаешь, где что лежит?

- Все куда проще, чем ты думаешь, - сказал Этуаль и вернулся к Акониту: - Что-нибудь заинтересовало?

- Дай-ка подумать… У тебя есть книги?

- Книги… Я их не люблю, так что не собираю. Впрочем, Шарли оставляла мне несколько на хранение.

- Я не против отдать одну из них. Вот только…

- Верно. Они все на других языках. И я сомневаюсь, что у вас найдется кто-либо знающий их.

- Не проблема, - рассмеялся Аконит. - Вдруг я когда-нибудь окажусь в одной из стран, где говорят на этих языках. Буду учиться и читать. Так даже веселее.

- А с виду и не скажешь… - начал было Этуаль, но затем остановился и сказал: - Нет, ничего. Тяга к знаниям — похвальная черта.

- Одна из тех, что стоит выработать, если стремишься наверх, - добавил охотник. - Только не подумайте, что я прям такой ученый. Я предпочитаю читать приключенческие романы, а не учебники.

Наконец, трое дошли до места, где проводилось состязание. Соревнующихся в меткости было достаточно. Когда они заметили Аконита, то расступились и радостными возгласами встретили мастера.

«Вот и ты, Аконит!»

«Покажи всем, как стреляет лучший стрелок королевства!»

- Обязательно покажу. Но не я один. Я буду соревноваться с этим юношей, что бросил мне вызов!

«Ура, битва! Докажи, что лучший!»

«У парня нет ни шанса…»

«Не спеши, это тот самый, что сразил орла вместе с Аконитом».

«А ведь точно… Вдруг он стреляет лучше нашего охотника?»

«Не неси чушь! Быть того не может!»

- Будем стрелять отсюда, - сказал Аконит. - До цели шестьдесят шагов. Используем луки. Ты ведь умеешь стрелять из лука?

- Я учился какое-то время, - ответил Этуаль. - Мой учитель хорошо владел луком, но передал мне лишь навыки ближнего боя и боя с копьем.

- Тогда, может, сделаешь пару пробных?

- Не нужно, - отказался Этуаль. - Если сражаешься с мастером, честно победить можно только с помощью удачи.

- Тут ты прав. Ты — любимчик фортуны?

- Сейчас узнаем.

Этуаль вложил стрелу и натянул тетиву длинного лука. Шарли прислушивалась к каждому звуку, что издавало оружие, как оно ноет перед выстрелом. Взгляд Этуаля пробурил в красной точке, куда он метил, другую. Деревенские, окружающие его с Аконитом, задержали дыхание. Аконит не смел и пальцем двинуть.

Наконец, странник отпустил тетиву.

Шарли вздрогнула, услышав пронзительный свист… и стук, с которым стрела пробила мишень.

«Он попал!» - закричала толпа.

Этуаль лишь недовольно нахмурился. Стрела ушла немного правее и выше от центра. Это все еще был впечатляющий результат, но его было недостаточно, чтобы сравниться с Аконитом.

Все стихло. Охотник готовился стрелять. Шарли услышала звук. Если в руках Этуаля лук ныл, то у Аконита — молил о пощаде. Охотник оскалился.

«Смотри», - сказал он, и отпустил тетиву.

Стрела вылетела из лука и вонзилась в маленькую красную точку, самый центр мишени.

Толпа взорвалась.

«Аконит победил!»

«Кто бы сомневался!»

«Слава Акониту, самому меткому охотнику королевства!»

- Постойте! Это еще не конец… - сказал охотник. - Ты не шутишь? Ты точно сделаешь это?

«Но ведь…»

«Невозможно».

Шепот сменился тишиной. Все затаили дыхание.

- Шарли, ты…

- Тихо, - сказала Третья.

Она выставила руку вперед, в сторону цели. В этой руке лежал небольшой арбалет, как у Аконита на поясе.

- Ты говорил, что хорошо стреляешь из арбалета. Но если слепой стрелок попадет в ту же цель, победа будет за ним, ведь так?

- Еще бы, - подтвердил Аконит. - Чтобы победить такого стрелка, мне придется выбрать иную цель, в которую будет куда сложнее попасть. Перед тем, как ты сделаешь этот выстрел… Ты ведь не прибегаешь к помощи колдовства?

- Всю магию, на которую я способна, ты уже видел. В честном состязании единственная дозволенная магия — удача. Поэтому я могу положиться только на нее… и слух.

- То, о чем ты говоришь, - невозможно. Допустим, твой слух настолько идеален, что ты знаешь, в какую именно точку я попал…

- Шарли… хватит и этого, - прервал его Этуаль. - Шарли обязательно попадет!

- Откуда такая уверенность? - спросил Аконит. - На каком основании ты заявляешь, что единственный болт, выпущенный слепцом, угодит в цель?

Этуаль ответил тут же, без капли сомнения, смотря Акониту прямо в глаза:

«Потому что это было бы круто».

Шарли хихикнула.

«Конечно. Почему бы тебе так не сказать?»

Щелчок — и болт вылетел из арбалета. Место, куда он попал…

«Да вы шутите…»

«Быть не может».

- Шарли… - произнес Этуаль. - Ты попала.

Все еще стояла тишина. Никто не мог поверить в произошедшее.

- Или ты столь умелый стрелок, что тебе не нужны глаза, - сказал Аконит. - Или ты только что совершила чудо… Ты сделала это, Шарли. Ты победила.

Только после этого радостные крики заглушили округу. Шарли, впрочем, не выглядела слишком веселой. Но нет, она не была несчастна.

- Попала?.. - спросила она, обернувшись к Этуалю.

Она была так счастлива, что не могла осознать это. И виной тому… точно не выстрел.

- У меня еще остались некоторые дела, так что я покину вас до вечера, - сказал Аконит, - Найдете меня на пире.

- Погоди. Ты сдержишь свою часть уговора? - спросил Этуаль.

- Не посмею поступить иначе, - ответил охотник. - Я одержал победу и получил свою награду. Но я также проиграл, а потому обязан наградить вас. Я все расскажу, только не сейчас.

- И когда-же?

- Как насчет завтра? Я бы не хотел говорить о своем прошлом во время праздника.

- Мы подождем, когда тебе будет удобно.

- Признателен.

Стоило Акониту покинуть апостолов, Шарли радостно подскочила к Этуалю и стукнула его в плечо.

- Чего дерешься? - спросил странник.

- Пошли прогуляемся, - предложила Шарли, проигнорировав вопрос.

- Почему бы и нет, - согласился Этуаль.

Апостолы не стали дальше изучать деревню. Они вышли за ее пределы, спустились с холма и зашли в лес, через который проезжали на телеге.

- Неужели ты так рада победе? - спросил Этуаль.

- Вовсе нет, я счастлива совсем по другой причине. Спасибо, Этуаль.

- Значит, для тебя это так важно… Чтобы я говорил о тебе в женском роде.

- Почему ты решил начать?

- Ты ведь сама сказала, что тебе так приятнее. Аконит прав. Никому не нравится, когда его чувства задевают. Должно быть, мои слова раньше ты считала оскорбительным.

- Вовсе нет. Так просто намного приятнее. Потому что Шарли — это Шарли. Это имя звучит женственно. Получается, ты считал меня мужчиной?

- Человеком, - ответил Этуаль, покачав головой. - В первую очередь ты человек. Для меня пол неважен, как для Аконита. Боюсь только, он имел ввиду совершенно другое…

- Но ты не ко всем обращаешься как к людям. Сафено - «она».

- Потому что для нее это важно, как и для большинства людей. А теперь я знаю это про тебя, и буду продолжать говорить так, как тебе по душе.

- Спасибо, Этуаль.

- Только признайся мне.

- А? Признаться? В чем? - растерянно спросила Шарли.

- Ты солгала Акониту.

- Со… Солгала? Я…

- Ты сказала, что в монастыре тебя лишили возможности иметь детей. Это ложь.

- Конечно, ложь. Это ведь все — легенда.

- Этого факта нет в легенде, - сказал Этуаль. - Ты, считай, рассказывала нам обоим. Но, в отличие от Аконита, я знаю о твоем Мире и понимаю, что твои слова лишены логики. Монахи желали собрать своего бога из его частиц внутри себя. Если вас будет больше, вы быстрее достигнете своей цели. Вам нужны были дети, которые бы ловили Святых и приближали вас к просветлению.

- Ты… прав, - призналась Шарли. - Все так, как ты говоришь.

- Но, как я могу догадываться, лишь обстоятельства — ложь.

Шарли кивнула. Она некоторое время молчала, собиралась с мыслями, а затем сказала:

- Я сделала это сама. Нашла безболезненный способ и сделала. Так я стала ближе к богам, но я совру, если скажу, что это — главная причина. Если бы я когда-то дала жизнь ребенку, я бы продолжила вести чью-то душу по кругу страданий. Теперь… для меня это невозможно. Тело, которое не способно, надежнее, чем то, которое ограничивают. Конечно, я не сделала никого счастливее. Я только обезопасила себя от того греха, который совершала в прошлых жизнях. Но спасение впереди… Я обязательно спасу всех…

«Почему тогда плачешь?..»

Шарли вздрогнула. Она подрагивала уже какое-то время, а эти слова стали для нее настоящим ударом.

- Что ты сказал? - спросила она.

- Почему ты плачешь? - повторил Этуаль.

- Не понимаю, о чем ты. Я не могу плакать, - с улыбкой произнесла Третья.

- Твое сердце плачет.

Шарли молчала. Долго молчала. И только потом сказала:

- Это жестоко…

- В чем между нами разница, если мы оба способны видеть переживания другого? Шарли, ты желаешь человеческого счастья. Ты не махатма, ты — человек.

- Ты ошибаешься, - сказала Шарли. Ее голос был тверд. - Я — махатма, у меня нет человеческих желаний. Я решилась отдать себя спасению других.

- Верно, прости, - сказал Этуаль, опустив голову.

- Нам стоит вернуться назад. До пира еще долго, но мы можем расспросить местных об Аконите.

- Верно, послушаем, что они скажут.

Этуаль медленно привстал и тут же кое-что привлекло его внимание. С ветки свисал маленький клочок ткани, кусочек порванной рубахи или платья. Рассмотрев его поближе, странник не нашел чего-то необычного, но решил прибрать в накидку.

«Грустное место».

Эти слова с самого утра не давали Этуалю покоя. Из-за этого у него не возникло мысли, что кто-то, к примеру, рыбак, направляющийся к реке, случайно зацепился за сук и порвал свою одежду. Нет, странник подумал, что кто-то убегал. Зачем? От кого?

«Как давно Аконит живет в деревне? Уже и не помню. Но он не местный, пришел откуда-то. Откуда, спрашиваете? Вот уж не знаю… Просто появился тут в один день, пришел вместе с хозяином с охоты».

«Говорят, он спас графа от дикого кабана, вот он и принял его к себе. Но это только слухи. Аконит не любит, когда кто-то говорит о его прошлом. Получается, и графа заткнул».

«Графиня, наша хозяйка, держит его на короткой ноге. Никто не сомневается в ее верности Ференцу, но мне всегда было интересно, зачем он ей понадобился».

«Аконит - очень способный парень. Берется за любую работу и честно ее выполняет. На него всегда можно положиться».

«Сперва может показаться, что наши охотники какие-то разбойники, но в самом деле они очень добропорядочны. Любят выпить, но никогда не нажираются. Ни одну девку в слезах не оставят. Без проблем толпу раззадорят. А Аконит у них всегда в центре, привлекает он к себе людей».

«Он смог приструнить наших четырех сорванцов и сделал из них гордость Чахбата, что тут еще сказать?»

«Иногда Аконит может быть слишком… настойчив. Но я считаю, это часть его шарма. Такого человека сложно забыть».

- Ничего полезного, - сказал Этуаль, опросив последнего человека. - Пожалуй, узнать про Аконита мы сможем лишь из уст самого Аконита.

- Мы все еще не поговорили с его охотниками, - заметила Шарли. - Они сейчас самый надежный источник информации.

- Найти бы их еще… Ты не можешь «отследить» конкретного человека?

- В зависимости от того, кто он. Тебя я ни с кем не спутаю. Но когда нужно отыскать незнакомца среди незнакомцев… Они все сливаются в единую массу.

- Тогда займемся чем-нибудь другим, - предложил Этуаль. - Не будем тратить силы на поиски тех, с кем все равно позже встретимся. Кое-что мы все же узнали из рассказов местных. Понемногу картина начинает складываться.

- Но она еще далека от завершения. Касательно того, чем мы будем заниматься…

- Проголодалась?

- Пожалуй.

- А как же пир?

- Хе-хе, для меня это совсем не проблема.

- Действительно, кого я спрашиваю.

- Я не так много ем…

- Я сделаю что-нибудь легкое, чтобы не наедаться перед пиром.

- Что же это будет?

Разговаривая ни о чем, апостолы покинули деревню.

- Шарли, - позвал Этуаль, вдруг остановившись. - Наверное, я разгадал один из секретов Чахбана.

- Не шутишь?

- Если моя догадка подтвердится, ты будешь права. Это… очень грустное место.

IV

- Граф приказал передать вам эти одежды, - сказал Аконит. - Наденьте ее перед тем, как мы пойдем на пир.

- Меня вполне устраивает мой наряд, - сказал Этуаль и встретился со взглядом охотника, несколько насмешливым и… недовольным.

- Ты называешь это одеждой? - спросил он. - С каких пор рваные штаны, бинты да накидка сверху — это одежда?

- Не буду спорить… - вздохнул Этуаль. - Давай свой камзол сюда.

- Разберетесь, как это надеть? Может, мне помочь?..

- Спасибо, такой помощи нам не нужно, - сказала Шарли.

- Эх, как скажете. Буду ждать вас неподалеку, - сказал Аконит и вышел из избы.

- Этуаль, ответь мне честно.

- Да?

- Тебе просто нравится в этом ходить.

- Хех…

- Это не ответ…

- Что важнее, ты обдумала мое предложение?

- Это… очень рискованно. К тому же, я не уверена, что исход будет именно таким, каким ты думаешь.

- А что ты предлагаешь? Сколько дней нам придется ходить вокруг да около? Я считаю, что таким образом мы сократим время. Доверься мне.

- А если не получится?.. - спросила Шарли.

- Я… разрешу тебе использовать Воды, чтобы поглотить Мир, - ответил Этуаль. - Я принял решение. Для тебя это действие во благо спасения. Я же считаю себя не более чем убийцей. Человеком больше, человеком меньше. Мои руки краснее не станут.

Шарли взяла трясущуюся ладонь Этуаля и прижала к своей груди.

- Если бы ты воодушевила меня тогда, - сказал странник. - Я бы не стал апостолом. Мне бы не пришлось убивать целые Миры. Я бы не ненавидел себя так сильно, что желал умереть.

- Этуаль, мне… Мне жаль.

- Но также… Без тебя я бы погиб. Я бы не нашел в себе силы продолжить борьбу. И затем, когда я стал апостолом, ты всегда была рядом. Разговоры с тобой отвлекали меня, позволяли на какое-то время забыться. Я стал сильнее, благодаря тебе. Спасибо тебе, Шарли. И… прости. Единственная благодарность, которую ты получишь от меня, - разрушенные мечты.

- Наверное, мы совершили ошибку в какой-то момент… - сказала Шарли. - Нам не стоило сближаться. Мы враги. Но… я не хочу об этом думать. Ты — мой дорогой друг.

- Ты правда считаешь меня своим другом? - спросил Этуаль.

Шарли ответила на этот вопрос улыбкой.

- Не знаю, кто из нас больший глупец, - сказал странник. - Но нет человека глупее нас. …Я рад, что ты рядом со мной, мой друг.

Эта связь была рождена давно, но лишь сейчас оба признали ее. Они осознавали, что чем ближе становятся, тем глубже они ранят друг друга в конечном счете. И все же они нуждались друг в друге, и мечтали, чтобы то будущее, когда их дружбе придет конец, никогда не наступило.

Еще некоторое время Шарли не отпускала руки странника. Она видела теплоту его грустного сердца, однако так она по-настоящему чувствовала ее.

- Пожалуй, нам пора идти, - сказал Этуаль.

- Угу, - кивнула Шарли, хихикнув.

Она прекрасно понимала, что они могли простоять так еще очень долго. Просто им обоим было немного неловко.

V

Близилась ночь, но Чахбан горел так же ярко, как и днем. От радостных возгласов, песен и перестука кубков нельзя было укрыться. Виновник торжества находился в центре, рядом со своей женой.

- Это и есть графиня? - спросил Этуаль.

- Эржебет, - ответил Аконит. - На лицо совсем ребенок, хотя ее лучшие годы уже позади.

Этуаль бросил быстрый взгляд в сторону графини. Верно, она была похожа на дитя, но отпечатки старости прослеживались на ее лице. Из-за этого сложно было понять, сколько ей лет.

- Говорят, ты с чем-то помогаешь графине, - сказала Шарли.

- Хех… Назовите человека в Чахбане, которому я не помогаю.

- Верно. Ты удивительный человек, Аконит, - заявил вдруг Болеслав.

- Все так. Но чего тебя на комплименты-то поперло? А ну, отдавай кубок, я допью.

- Для тебя ничего не жалко, дорогой. Не знаю, что бы без тебя делал…

- Ну все, давай без этого, - отмахнулся Аконит. - От таких разговоров мне не по себе.

- Похоже, вы любите Аконита, - улыбнулась Шарли.

- Потому-то он и лидер! - воскликнул Дёрдь. - Этот человек меняет судьбы других. Без него я бы, наверно, спился…

- Сказал ведь… - вздохнул Аконит. - Парни, захлопнитесь наконец. Я не сделал ничего особенного. Я просто хотел подняться наверх.

- И научил нас, что если мы будем бороться, мы достигнем любых вершин!

- Все так! Все так! Славься Аконит!

- Мое имя достойно восхваления, но не стоит забывать, в честь кого мы пьем это вино. А ну-ка, все вместе! - скомандовал Аконит.

- Славься граф Ференц!!!

- Вот так-то лучше. Хм? Этуаль, ты кого-то ищешь?

- Дочь графа… - ответил странник, озирая толпу. - Он говорил о ней сегодня. Странно, что ее нет на празднике.

- Верно… - согласился Аконит. - Скорее всего, она еще не готова. Парни, Шарли… Я отойду.

- Куда ты?

- Наелся. Нужно пройтись.

Когда Аконит исчез в толпе, Этуаль привстал из-за стола.

- А ты? - удивилась Шарли.

- Я бы тоже прогулялся.

- Ты ведь ничего не ел.

- И?

Проигнорировав Третью, странник нырнул в толпу.

- Эй, Шарли, не зевай! – сказал Арпад. – Вот, выпей еще.

- Благодарю, но, думаю…

- Не стесняйся, вот держи!

- Погодите!..

Этуаль шел за Аконитом. Шум пира постепенно стих. Охотник поднялся вверх по лестнице, не догадываясь о преследователе. Тут, на верхнем этаже, находились покои графа, а чуть поодаль — графской дочери. Аконит остановился у ее комнаты и постучал.

«Леди?» - тихо позвал Аконит.

Ответа не последовало.

«Я вхожу».

Дверь захлопнулась. Снаружи остался один Этуаль. Он приблизился к замочной скважине, заглянул внутрь и, ничего не увидев, просто прислонился к стене, скрестив руки на груди. Он услышал их разговор, вот только говорил один Аконит. Девушка была не в состоянии что-либо ему ответить.

«Граф порой плохо контролирует свою силу…»

«Не бойся, ребра не сломаны, но ходить ты пока не сможешь».

«Больно? Вот, держи. Выпей воды. А это немного приглушит боль».

«Ну же, не воротись. Все равно ничем другим мне сейчас не помочь».

«Ты должна бороться, - сказал Аконит после небольшой паузы. - Это твое испытание».

«Потом? Не буду обнадеживать. Нет никаких гарантий, что после всех трудностей ты станешь счастливой. Главное, не отчаивайся, не смей сдаваться, сбегать. Как уже сказал, обнадеживать не буду. Но ты — надейся».

«Поговорить еще? Хм… Если только немного».

Этуаль еще какое-то время не двигался. Услышанное не поразило его, он, конечно же, все это понимал. Вот только… Почему побег — не выбор? Иными словами, почему выбор своего пути приравнивается к бегству?

Аконит и Этуаль пересеклись на лестнице. Охотник облокотился на перила и спросил:

- Тоже гуляешь?

- Типа того…

- На различных празднествах мне всегда нравились места, вдали от людей.

- Странно слышать это от такого человека как ты. Похоже, у меня сложилось ошибочное мнение о тебе.

- Нет, именно такое, какое и должно быть, - сказал Аконит и, отвернувшись, посмотрел в никуда. Затем он продолжил: - У опустевших мест своя романтика…

- Хм. Понимаю, о чем ты.

- Приятно найти родственную душу. Почему бы нам не уединиться?

- Откажусь. Разве у тебя не запланирована встреча?

- Услышал мой разговор со старостой? Девушка не для меня. Но планы у меня действительно есть. И… Да, мне пора бежать. Увидимся. Завтра пойдем на охоту.

- Звучит интересно. Буду ждать.

Аконит не вернулся вместе с Этуалем. Они пошли в разные стороны. В главном зале странника ждала довольно забавная картина. Праздник близился к кульминации, среди присутствующих , верно, не осталось ни одного трезвого человека (кроме самого Этуаля). Шарли не была исключением. Охотники Аконита подняли ее на плечи и потащили по залу, распевая песни. Графа это, вне всяких сомнений, веселило.

«Но где графиня?» - подумал Этуаль. Он понял, что нужно было идти.

- Шарли, - позвал странник, но та не услышала его. Зато на него обратили внимание охотники.

- Зачем явился ты к нам, путешественник из далеких земель? – спросил его, запинаясь, Дердь.

- Шар…

- Мы, верные рыцари принцессы, не отдадим ее тебе без боя! – сказал Болеслав. – Попробуй отнять ее у нас.

Охотники оставили Шарли Арпаду и окружили странника. Тот, поправив синюю накидку, выглядывающую из под камзола, сказал:

- Я спешу. Разберемся со всем быстро.

Когда он подошел к Арпаду, чтобы забрать Шарли, охотник перебросил ее Гюле. Тот – Дердью, Дердь -Болеславу. Шарли, сюдя по ее радостному выражению лица, все устраивало. Она была подобна невинному младенцу, который воспринял бы подобное за игру. А это и была игра.

- Так, значит?.. Болеслав, стой на месте!

Этуаль бросился вдогонку за охотником, который побежал через толпу. Пусть на страннике и была накидка, пользы от нее при таком количестве людей почти не было.

- Попался, - сказал он, схватив Болеслава. Но затем обнаружил, что тот уже передал Шарли другому.

Цокнув языком, Этуаль вынул из накидки веревку, быстро связал руки охотника и побежал к следующей цели.

Их было двое, и они перекидывали Третью как мячик. Этуаль метался от одного к другому, постоянно наталкиваясь на кого-нибудь. Закончилось все тем, что странник привязал этих двоих друг к дружке.

Шарли же оказалась у Дердя. Он забрался с ней на стол и поднял высоко над головой.

- Попробуй забрать ее у меня.

- Проще простого.

Этуаль устремился в воздух. Штопором он пролетел прямо над охотником и перехватил Третью. Стоило ему приземлиться, как он был награжден бурными аплодисментами. Гости ликовали, граф не мог сдержать смех.

Наспех поклонившись пару раз, странник выбежал из дома графа, дабы цирк не продолжился.

- Шарли, просыпайся, - сказал Этуаль, похлопав ее по щеке.

Она, оказавшись на свежем воздухе, стала понемногу приходить в себя. Она спустилась на землю и виновато отвернулась.

- Уверен, ты первый человек, который использовал способности махатмы, чтобы протрезветь.

- Неправда. Вселенная бесконечна, а значит, существует бесконечное количество махатм. А следовательно – бесконечное количество людей, которые используют свою силу, чтобы избавиться от опьянения, - протараторила Третья.

- Нет, другой такой Шарли не существует, - вздохнул Этуаль и поставил Третьей щелбан.

- Ай! – пискнула она, схватившись за лоб.

- Идем. Аконит и графиня уже ушли.

- Ушли? Куда? – спросила Шарли.

- Ты мне скажи. Думаю, они где-то под нами.

Догадка Этуаля была верна. Следуя чутью Шарли, апостолы оказались в винном погребе, где обнаружили скрытый проход.

- Тут темно, - сказала Шарли.

- Это для тебя проблема? – спросил Этуаль.

- Не в том плане темно…

- Еще бы. В конце концов, Чахбан – грустное место.

В конце прохода находилась дверь. Странник взялся за ручку и потянул на себя.

- Заперто.

- Вломимся? – предложила Шарли.

Один пинок, и дверь была снята с петель.

«Что?!» - только и успела пискнуть графиня. Этуаль оказался за ее спиной и лишил чувств. Связав ее по рукам и ногам, он положил ее у стены. Пол в том месте, да и вообще в комнате был подозрительно липким.

Тут было темно. Один лишь масляный фонарь, стоящий на полке у ванны, освещал комнату. Однако этого света хватало, чтобы понять, где оказались апостолы.

В клетках, подвешенных к потолку, находились изуродованные тела девушек. Даже если кто-то из них был жив, спасти их уже не представлялось возможным. На столе у стены были аккуратно разложены пыточные приспособления, покрытые запекшейся кровью. Рядом, одно в другом, стояли ведра, которыми набирали ванну.

- Этуаль, смотри, - сказала Шарли.

- Видимо, ее привели сегодня, - сказал Этуаль, опустившись рядом с девушкой. Она была в полном порядке. Графиня не успела истерзать ее. – Защищай ее. Мы еще не закончили.

Из темноты вылетели два болта. Странник отбил их ножом и крикнул:

- Выходи!

- Ясно уже, что никуда не уйду, - отозвался Аконит. - Никогда не видел, чтобы человек мог отбить арбалетный болт клинком. Впрочем, вы вообще люди?

- Ты похищал девушек для графини, - сказал странник. Его не интересовали разговоры не по теме.

- Похищал? Только доставлял тех, кого выбирал староста.

- Столько лет… В деревне наверняка знали, что он сотрудничает с вами, но ничего не предпринимали. Почему? - спросила Шарли.

- У всех есть, что скрывать. Девушки - цена за молчание.

- Ты тут по той же причине? Графиня тебя шантажирует? - продолжила Шарли.

- Ха-ха-ха! Вот уж рассмешили. Нет, я тут по собственной воле. Все для того, чтобы подняться наверх.

- Наверх?.. - нахмурился Этуаль.

- Заяви о себе, будь в центре внимания, отсутствие талантов возмести усердием, всегда проявляй инициативу, льсти, обманывай, унижайся с высоко поднятой головой — это лишь немногие из способов стать счастливым в мире людей.

- Не похоже это на счастье, - сказал Этуаль.

- Согласен, - кивнул Аконит. - Терпеть не могу такую жизнь. Но от нее не откажешься. От своего испытания бежит только трус, слабак.

- Вот только трус будет счастлив, - сказал Этуаль.

- Как ты, например. Уверен, ты просто не хотел проживать скучную жизнь, в которой нет места приключению, сказке, а потому сбежал. Так и рождаются глупые странники. Неважно, какие трудности ты встретил на пути, который выбрал сам, это уже не будет испытанием. Ты - трус, Этуаль.

- Что за извращенная логика! - воскликнула Шарли.

- Ты такой же слабак, - продолжил Аконит. - Судьба уготовила тебе жизнь монаха, но ты сбежал, а затем еще и отказался быть мужчиной. Шарли, ты просто…

- Значит, твои слова про ранимость тоже были ложью, - прервал его Этуаль. - Если собираешься и дальше оскорблять моего друга, будь готов поплатиться за это.

Аконит ухмыльнулся.

- К этому ведь все и шло? Теперь, когда вы знаете правду, я не могу выпустить вас отсюда живыми. Вы выведете девушку на поверхность и расскажете людям. Мне настанет конец. Только вы уже проиграли. На дистанции у меня преимущество.

Аконит направил арбалет на странника, но того уже не было на месте. Лезвие ножа блеснуло перед лицом охотника.

«Быстрый!»

Чудом, Акониту удалось уйти невредимым. Он отскочил назад и выпустил болт, который Этуаль тут же отбил. Странник ударил локтем - он целил в грудь. Охотник поймал его, закрывшись ладонями.

- Какой напористый... - прокряхтел Аконит, с трудом отодвигая локоть от груди. - А я-то думал, что нахожусь в доминантной позиции. Недооценил вас.

- Как насчет позвать на помощь?

- Я уже наскучил тебе?

Ослабив хватку, Аконит ускользнул из под удара странника и тут же выстрелил. Святой промелькнул перед глазами странника. Своим телом он защитил его, пролетел дальше и растворился в воздухе. Этуаль, не теряя времени, ринулся к Акониту и выбил арбалеты из его рук, затем толкнул его и ударил в грудь. На этот раз охотник не сумел защититься. Ступня странника крепко прижала его к стене.

- Кха! - выдавил охотник и оскалился. - Хорошо…

- Как ты еще держишься? - спросил Этуаль.

- Не хочу проиграть, очевидно же, - сказал Аконит.

- Сдайся.

Этуаль ослабил хватку и дал Акониту вырваться. Но в тот момент, как охотник поднял арбалет, Святые окружили его. Он выстрелил в одного из них и влез в драку с остальными. К удивлению Шарли, Акониту удалось устранить нескольких из них. В конце концов, охотник был повержен. Пусть он и пытался вырваться из плена Святых, те крепко прижали его к полу. Тогда он заметил, что девушки уже не было в пыточной. Фамильяры Шарли отнесли ее на поверхность.

- Это еще не все!

- Нет, Аконит. Мы победили, - сказала Шарли.

- Я еще могу бороться!

- Прекрати, Аконит, - раздался вдруг чей-то голос. - Прими поражение.

- Этуаль, это демиург, - сообщила Шарли.

- Уже понял, - кивнул странник и сказал Акониту: - Ты выпустил его?

- Нет, не выпускал. Он сам пришел. Но в этом нет нужды! Я еще не проиграл!

- Эти пришельцы слишком сильны. Тебе с ними не справиться.

- Получается, не было смысла скрываться. Стоило напасть на Аконита, как только Шарли почувствовала твое присутствие, - сказал Этуаль в пустоту. Пока что бог не явил себя, только издал голос. - С другой стороны… Нет, это была хорошая идея.

Третья улыбнулась, услышав эти слова.

- Вы получили желаемое, - сказал демиург. - Аконит проиграл, и я явился, чтобы выполнить свою часть уговора.

- Погоди! - крикнул Аконит, вырываясь. - Еще рано!

- Хватит разговоров, - сказал Этуаль. - Приступим к делу.

- Если таково твое желание, пришелец.

Раздался грохот. Те, кто находились снаружи, видели их… Золотые стрелы, падающие с небес. Они накрыли Чахбан градом, пронизали землю насквозь.

Стены подземелья затряслись, и оттого апостолы пошатнулись. Аконит использовал этот момент, чтобы вырваться из плена и сбежать. Этуаль не погнался за ним. Теперь это было не нужно.

Рука, сияющая золотом, пробила землю и, достигнув подземелья, потянулась к апостолам. Этуаль бросился к ней, но остановился на пол пути. Из ладони божества выросли новые руки, десятки рук, устремившихся к нему и Шарли. Тогда он отбежал назад, подхватил Третью и встретился со второй ладонью, загородившей проход.

- Этуаль!

- Шарли!

Многочисленные руки обхватили апостолов, разделили их и потащили куда-то. Этуаль звал Шарли, а она — его, но их голоса не достигали друг друга. Сколько бы они не боролись, они не могли выбраться.

VI

Кромешная, непроглядная тьма — вот и все, что Шарли могла видеть своим сердцем. Поначалу это даже успокоило ее. В этом месте не было боли, не было жизни, лишь покой. Но затем… она увидела огонек в отдалении. То была чья-то душа. Или то, что от нее осталось. Она не принадлежала живому человеку. Было похоже, что кто-то изрезал ее, распотрошил и вышвырнул остатки. Теперь, эта истерзанная душа способна чувствовать лишь ненависть. Жутко жгучую, рожденную из глубоких страданий.

Шарли потянулась к той душе.

«Что же ты такое?.. Ах?!»

Она одернула руку. Что-то находилось перед ней, и она испугалась, соприкоснувшись с этим. Нет… Шарли напугало не само прикосновение, а то, чего она коснулась.

«Рука? Нет… что это такое?»

Может, когда-то в прошлом это действительно была рука. Сейчас же она деформировалась, обросла шерстью с одной стороны и покрылась чем-то склизким с другой.

Не успев отойти от шока, Шарли вновь вздрогнула. «Рука» шевельнулась. А вместе с ней загорелся огонь, переросший в пожарище. Ужас лишил Шарли дара речи. Она не могла даже закричать. Пламенеющая ненависть зарей настигла ее, что-то потянуло Шарли на себя, вернув к реальности.

«Ах!», - вскрикнула она.

Руки, обратившиеся когтями, клешнями, щупальцами, тянули Шарли со всех сторон. Она пыталась вырваться, но встречала только больше сопротивления. Собственных сил не хватало. Тогда на помощь пришли Святые. Они отбросили тварей назад и встали вокруг Шарли, сформировав живую стену. Отдышавшись, Шарли помотала головой по сторонам. От пламени нельзя было укрыться. Оно окружало ее, тянулось к ней, желая сожрать. Страх губительно действовал на силу Святых. Карточный домик рассыпался, не простояв и минуты. Марш рук, сопровождаемый оглушительными воплями, двинулся на Шарли.

«Нет!», - закричала она, вызвав нескольких Святых. Их присутствие почти не чувствовалось. Они были смяты и преданы пламени.

«Отпустите!», - взвыла Шарли.

Языки пламени кусали ее со всех сторон. Ее, подобно ведьме, лишили возможности двигаться и бросили в костер.

«Отпу… стите!.. Я больше… не могу… Эту… аль…Пожа… Пожалуйста… Где же… ты? Этуаль!»

Навзрыд, она выкрикнула его имя, эхом пронесшееся по аду. Но никто не откликнулся.

В последний момент, теряя волю к жизни, она увидела его, далекое сияние в море алых огней.

- Шарли!

- Этуаль!

С новыми силами она потянулась к нему.

- Шарли! Лиши себя страха!

- Н…Нет! Я не могу!

- Тогда борись, - сказал странник. - Не прекращай бороться, и я обязательно приду. Не смей сдаваться.

Шарли стиснула зубы. Сияние пробивалось к ней. Оно обязательно достигнет ее, нужно только… бороться.

«Пошли прочь! - крикнула Шарли, вырываясь. - Отпустите меня!»

Твари рвали одежду, ранили плоть, но она продолжала. Она шла вперед, прорывалась к звезде впереди.

Окровавленный странник пробирался вперед, отгоняя тварей хлыстом и отбиваясь булавой.

- Это — бездна?! - рассмеялся он. - Даже не близко к тому аду, в котором я пребывал сотню лет. Исчезните!!!

- Этуаль!

- Шарли!

Сияние разгоралось все ярче, превращая зарю вокруг себя в сумерки. Шарли вновь потянулась к нему. Надежда и вера, укрепившие ее волю, дали ей сил.

Этуаль издал боевой клич. Твари окружали его со всех сторон, бросались на него толпами. Ужалив огненным хлыстом, странник привязал к нему булаву и отбросил толпу взрывом.

«Сейчас!»

Этуаль нырнул в образовавшийся проход, куда тут же стали сбегаться чудовища. Сунув руку в накидку, странник достал оттуда светлячок и выставил его вперед. Громадное лезвие проложило путь.

«Мы обязательно выберемся».

Луч свободы достиг Шарли, и она вцепилась в него так крепко, как только могла.

- Шарли!

Она держала его руку.

- Этуаль, ты пришел…

- Продолжай бороться, мы еще не спаслись.

- Да!

Уперев меч в землю, подобно шесту, Этуаль запустил себя в воздух. Забираясь друг на друга, твари потянулись за ними… и были прибиты к земле градом, выпущенным Святыми.

- Шарли, впереди!

- Поняла!

Тонкая полоска света мелькнула впереди. Этуаль устремился к ней. Выставив меч вперед, подобно копью, он крикнул:

- Я готов.

В тот же момент Святые окружили апостолов и запустили их кометой. Алое море бушевало. Волны ненависти хлынули за ними. Но что они могли сделать? Комета рассекала небеса, недостижимые для вод.

Рука Этуаля дрожала, меч забирал все его силы. Когда казалось, что полет апостолов подошел к концу, Шарли отпустила руку Этуаля, схватилась за рукоять меча и тут же всхлипнула. Она почувствовала, как будто бы жизнь стала покидать ее.

- Отпусти! - крикнул Этуаль, - Я справлюсь.

- Нет. Я должна бороться, как ты. Моя воля… не уступит твоей. - сказала она и стиснула зубы. - Мы сделаем это вместе.

Этуаль взглянул на Шарли. Она была полна решимости. Верно, она уже открыла эту силу, когда стала махатмой. Теперь же…

«Ты нашла ее, вторую силу. Разожги ее, свою волю, и пусть она засияет звездой на ночном небе».

Свободной рукой Этуаль поймал ладонь Шарли и крепко сжал ее.

- Вместе, - сказал он.

Комета устремилась вперед. Свобода была совсем близко. Этуаль и Шарли занесли клинок над головами и взмахнули им. Последняя преграда перед ними, каменная дверь, была разбита. Они вылетели наружу, оставив за собой завал, навсегда отделив бездну от остального Мира.

Меч обратился светлячком, тут же спрятавшимся в накидке странника, а сами апостолы кубарем прокатились в кусты. Они молчали, только тяжело дышали.

- Мы… сделали это… - наконец произнесла Шарли, закашлявшись. Свежий воздух наполнил ее легкие.

Она заплакала.

- Шарли?..

- Было так страшно!.. Окажись я там одна, не приди ты мне на выручку…

- Это не так, - сказал Этуаль, покачав головой. - Если бы ты не боролась, если бы ты не дождалась, я бы не спас тебя. Я шел на твой зов.

- Этуаль… Спасибо. Я… Я…

- Тихо. Теперь все в порядке, - сказал Этуаль, сжав руку Шарли крепче. - Мы выбрались.

«Признаюсь, я этого не ожидал».

Услышав его голос, Этуаль поднялся на ноги и бросил в сторону охотника грозный взгляд.

- Аконит… - процедил он.

- Как вам бездна?

Этуаль двинулся вперед. Ухмыльнувшись, Аконит направил на него арбалет. Но странник и не подумал остановиться. Болт, выпущенный охотником, попал в грудь. В тот же момент Этуаль оказался прямо перед ним, сжал его шею и ударил головой о ствол дерева.

- Ты так зол на меня?

- Ты заставил Шарли пройти через это.

- Кхе… Кха-ха… По-моему, она не сильно расстроилась.

Странник вырвал болт из своей груди и вонзил его в плечо охотника.

- Этуаль, прекрати, - сказала Шарли, поднимаясь. - У нас есть дела поважнее.

Странник поднял голову. Он увидел его, громадное божество, парящее над Чахбаном. Оно вытянуло руку вперед и наслало на замок град световых стрел.

- Ты готова идти, Шарли?

- Меня… не так просто свалить, - ответила Третья. Она все еще тяжело дышала, но храбрая улыбка говорила сама за себя.

- Пойдете на бога? - усмехнулся охотник. - Жизнь трусов действительно интересная. Удачи вам. Я же теперь ничего не могу поделать…

- В одном ты был прав, - сказал Этуаль. - Я — трус. Я покинул свою сестру, потому что это испытание было не для меня. Я мечтал о другой жизни, о путешествии книжного героя, о доме, где буду по-настоящему свободен. Поначалу я думал, что просто умру где-нибудь по дороге, так и не покинув Земли. Но я продолжил идти вперед, и вот - я тут. Пускай заклеймен трусом, свой путь я дойду до конца. Я не сдамся, как ты, Аконит.

Отпустив охотника, Этуаль направился вперед. Шарли полетела за ним.

Аконит остался один.

VII

Оказавшись на свободе, мальчик рухнул на землю, прижав колени к груди. Он рыдал, ни то от счастья, ни то от боли. Он остался один. Ни матери, ни отца, ни двух сестер.

«Ублюдки! Вы за это ответите!»

Мальчик стукнул кулаком по земле. Он вложил в этот удар все оставшиеся силы. Больше он не мог оставаться в сознании.

Когда мальчик очнулся, он обнаружил себя в незнакомом месте. Со всех сторон его окружали одни деревья, и ничего кроме них.

«Должно быть, я очень глубоко в лесу, - подумал мальчик. - Но кто принес меня сюда?»

Услышав шелест листьев за спиной, мальчик резко обернулся.

- Кто здесь?! - выкрикнул он и тут же замолк.

В существе перед собой он признал бога. Тот был грустен. Слезы не переставали течь из его глаз и капать на белое одеяние.

- Почему ты сделал это?! Почему моя семья должна была умереть? Это все ты виноват!

Мальчик набросился на бога с кулаками. Тот не сопротивлялся.

- Прости меня, - сказал он. - За то, что создал такой Мир. Я никогда не хотел подобного.

- Тогда почему?! Почему нас заклеймили грешниками?! Что мы сделали?!

- Вы ни в чем не виноваты, - ответил бог. - Ты невинен, дитя. Это все я.

- Так почему же?! Ответь мне!

- Прости. Прости меня.

Божество продолжало извиняться. Но разве это была его вина? Разве бог виновен в том, что люди злы?

- Эта звезда цветком распустилась из моего сердца, - сказал демиург. - Я хотел показать вам, насколько прекрасна бывает жизнь. Но я не смог донести это до вас, и вы встали на путь ненависти. В этом мой грех. А потому свет моей звезды угаснет. Я уничтожу ее.

- Не смей! - рявкнул мальчик. – Я выжил! Если ты лишишь меня этой жизни, в моем спасении не будет смысла.

- Верно, его не будет. Ты позабудешь об этой боли. Но твоя следующая жизнь может оказаться более счастливой.

- Это будет бегством! Мой отец учил меня, что от трудностей сбегают только трусы. Я — не трус. Я буду бороться до конца.

- Что ты собираешься делать? Вернешься к людям, которые нарекли тебя злом? К графу, который приговорил вас к смерти ни за что?

- Да, - ответил мальчик. - Я, Аконит, восстану с самого низа и заберусь наверх. Такое испытание для меня приготовила жизнь.

- Ты полон решимости. Так тому и быть, я не стану уничтожать Мир сейчас. Я дам ему шанс и буду приглядывать за тобой, - сказал демиург. - Если такой сильный человек как ты падет, я свершу задуманное.

- Я принимаю эти условия, - кивнул Аконит.

«Верно, - подумал Аконит, глядя на божество, парящее над Чахбаном. - Если я паду. Однако… я не пал».

Тут охотника привлек какой-то звук.

«Кот?»

Животное сидело на ветке, прямо под которой стоял Аконит.

- Что, слезть не можешь?

- Мяу…

Вздохнув, Аконит забрался вверх по стволу и опустил кота на землю.

- Иди, - сказал он. - Подальше отсюда. Не зря ведь я тебя спустил.

Животное нырнуло в ночную мглу. Аконит проводил его взглядом.

«Ну… Пойдем».

Святой подкинул Этуаля в воздух, и тот оказался прямо над божеством. Демиург поймал его взглядом и сказал:

- В тебе столько тьмы, пришелец. Пришел меня убить?

Встретившись с молчанием, божество протянуло к страннику руку. Оно желало поймать его и раздавить в ладони, однако внезапный залп Святых оставил его в замешательстве, и Этуаль сумел зацепиться за палец бога.

- Махатма? Тоже пришелец.

Демиург собрал в ладони энергию и запустил в Шарли световую стрелу. Святые выстроились перед ней, окружив хозяйку барьером. Заряд божества врезался в него и с легкостью пробил. На месте взрыва ничего не было видно, но божество знало, что жизнь махатмы не угасла. Святые открыли огонь. Демиург защитился рукой, и тут же заметил, что она была покрыта странными линиями. Из этих линий вырвался свет, и конечность демиурга рассыпалась в золото.

Демиург был открыт. Этуаль, исполосовавший руку божества, двинулся к сердцу с лезвием наготове. Он рассек грудь демиурга и заглянул в разверзшуюся золотую бездну. Когда ему показалось, что он увидел что-то в самом центре, бездна взглянула в ответ, и многочисленные руки вырвались из нее, чтобы схватить Этуаля.

Святой перехватил странника и подкинул его в воздух. Руки устремились за странником, по пути схватив фамильяра и раздавив его. Этуаль приготовился отбиваться, и тут… он услышал знакомую мелодию.

Странник приземлился на ладонь гиганта. Он был куда меньше, чем обычно, - размером с божество.

«Пой для меня, махатма», - сказал Раху и бросился к демиургу.

Его кулак встретился с защитным барьером.

«Никогда не видел подобной силы, - сказал бог. - Чтобы столь бесформенный и неизмеримый концепт как вера обрел тело… Покуда твое сердце поет, этот титан будет бороться. В таком случае мне нужно заглушить тебя».

Не обращая внимания на Раху, что все еще пытался разбить барьер, демиург повернулся к замершей на месте Шарли и выстрелил. Золотые стрелы устремились к ней, но не достигли цели. Этуаль проскочил мимо них с Третьей на руках. Было похоже, что она уснула. Ее разум находился в совершенно другом месте, рядом с Раху.

«Ты ловок, пришелец. Орудие, которое ты носишь, не было бы столь эффективно, если бы не твои собственные навыки. Хм?»

Барьер демиурга начал покрываться трещинами. Могло показаться, что Раху был близок к цели, но стоило божеству щелкнуть пальцем, как все трещины исчезли, а барьер обзавелся новым слоем.

Золотые стрелы вновь засияли в воздухе. Маневрируя между ними, Этуаль продвигался к Раху. Он взбежал по нему и вынул из накидки светлячка, обратившегося титаническим мечом. Раху схватился за его рукоять и, отшагнув назад, устремился к божеству.

Выставив ладони перед собой, демиург укрепил свой барьер еще тремя слоями и начал стрельбу, но стрелы отскакивали от Раху, не нанося ему вреда. Мгновение, и острие меча вонзилось в золотой барьер, который тут же покрылся трещинами.

Титан издал боевой клич и вдавил клинок еще сильнее чем прежде. Первый слой разлетелся на куски. Однако второй держался крепко. Ситуация также осложнялась тем, что меч постепенно забирал силы Раху.

- Шарли, я на пределе, - сказал титан. - Меня хватит на еще один удар.

- Хорошо, Раху. Разбей барьер.

Гигант резко развернулся, его кулак устремился к рукояти меча.

- Неоправданный риск, - сказал демиург. - Только лишитесь своего титана. Хм?

Краем уха божество уловило свист. Болт вонзился ему в спину.

- Кха!..

- Сейчас! - скомандовала Шарли.

Раху закричал и ударил по клинку. Титанический меч пробил ослабленный барьер и пронзил демиурга насквозь.

- Аконит… - прошептал он, опустившись на колени.

Золотой свет заполнил округу. Меч, обратившись светлячком, вернулся к страннику. Раху кивнул Третьей и растворился в воздухе. Остались четверо: Этуаль, Шарли, Аконит и демиург, уменьшившийся до размеров человека.

- Почему? - спросил он, повернувшись к охотнику. - Люди, живущие на этой звезде, страдают, всегда страдали. Она была ошибкой. Я уничтожу ее и создам новый Мир, свободный от боли. Я приглашу тебя туда, Аконит. Ты наконец-то будешь счастлив.

- Я отказываюсь, - сказал Аконит. - Я не проиграл. Этот Мир еще может бороться.

- Зачем? Люди борются, чтобы добиться счастья. Если я сделаю их счастливыми, все изменится.

- Ошибаешься. Люди борются, потому что борьба — их жизнь. Ты не сможешь дать людям счастье. Никто, кроме них самих, на это не способен.

- Он прав, - сказала Шарли, шагнув вперед. - Если бы от страдания можно было избавиться, просто подарив людям счастье, меня бы тут не было. Однако нет такого счастья, которое бы устраивало всех. Только покой, Мокша…

- Ты мудр, махатма. И все же…

Прокашлявшись, бог поднялся на ноги.

- Я буду искать это счастье. Это — причина, по которой я решил стать демиургом.

- И богам приходится бороться… - вздохнул Этуаль, скрестив руки на груди. - Нет между нами никакой разницы. Мы все желаем одного и того же.

- Я начну все заново. Попробую еще раз. Где-то там оно точно есть… всеобщее счастье.

- Шарли, Этуаль, я займусь им, - сказал Аконит. - Его не переубедить. Уто, я — твой противник.

- Аконит…

Демиург встретил решимость охотника скорбным взглядом. Они не были друзьями, между ними существовала иная связь, способная возникнуть только между богом и человеком.

Уто закрыл глаза и, когда открыл, посмотрел на охотника совсем иначе. Теперь его взгляд так же излучал решимость.

- Нападай! - прокричал он и выпустил золотые стрелы.

Они ранили Аконита, но не свалили с ног. Охотник крепко стоял на земле. Какой бы страшной не была рана, он будет бороться… и обязательно победит.

Аконит снял арбалет с пояса, вытянул руку вперед.

- Прощай, Уто, - сказал он и выстрелил.

VIII

Близился рассвет. Аконит озирал развалины Чахбана. Можно было подумать, охотник обдумывал произошедшее. Остались ли выжившие? Может, кто-то из его банды? Но по пустому взгляду было понятно, он просто поставил точку в этой главе. Для Аконита Чахбан умер. И все, что когда-либо связывало его с этим местом, исчезло.

- Куда ты направишься теперь? - спросил Этуаль.

- Тебе это интересно? Думал, набросишься на меня с ножом.

- Я все еще зол на тебя. Но у меня нет желания обрывать твою жизнь.

- Вот как?

- Сейчас ты свободен, - сказала Шарли. - Ты волен начать все с чистого листа, выбрать ту жизнь, какую только пожелаешь. Это не будет трусостью.

- Пожалуй, для начала… Я просто пойду вперед, - сказал Аконит, посмотрев на Этуаля. - А потом? Кто знает… Но верно одно. Шарли — есть Шарли. А Аконит — это Аконит. Я возьмусь за любое испытание, которое предложит мне судьба. Ох, есть одна идея… Вы ведь отдали мне книгу.

- Аконит, я… Я должна признаться…

- Нет… - прервал ее Этуаль. - Пожалуй, у него есть все шансы оказаться в той «стране».

- Ну… Почему бы и нет, - согласилась Шарли, улыбнувшись.

- Кажется, меня обманули, - сказал Аконит и глубоко вздохнул. - Да, этот вопрос труднее, чем кажется… Что же делать?

- Разве ты уже не решил? - спросил Этуаль.

- Пойти вперед — это только начало, - сказала Шарли.

- Разве нужно что-то еще?

Странник прошел мимо Аконита и Шарли и остановился чуть поодаль. Он хотел получше рассмотреть рассвет.

- Ты не потеряешься, Аконит, - сказал он. - У тебя есть две силы, с помощью которых можно пройти любой путь. Решимость, чтобы сделать первый шаг, и воля, чтобы дойти до конца. Вот и все, что требуется.

Охотник рассмеялся.

- Может, вы и не трусы, - сказал он. – Может, путь неважен, а способность выбрать его и дойти до конца определяют сильного человека. Хотя… к черту это все. Я не какой-то там поэт или мыслитель. Прощайте, Шарли и Этуаль. Сомневаюсь, что мы еще когда-нибудь встретимся.

- Ты не рассказал нам про то, как выбрался из бездны. И на охоту не взял.

- Верно. Жаль, не успели как следует повеселиться.

- Наши представления о веселье слегка расходятся, - улыбнулся Этуаль.

- Все из-за отсутствия опыта, - с умным лицом рассудил охотник. - Грех довольно сладок, если его как следует распробовать.

Закончив говорить, Аконит махнул рукой и пошел прочь. Этуаль проводил его взглядом, Шарли стояла рядом.

- Пора возвращаться, - сказал Этуаль. - Нас ждет следующий Мир.

- Постой, - попросила Шарли, потянув странника за накидку. - Я хотела сходить в одно место.

- Хм? Конечно, веди.

Апостолы спустились в лес, залитый утренними огнями. Они шли молча, наслаждаясь тишиной, вверх по холму. На самой вершине он круто обрывался. Тут Шарли и остановилась. Она приблизилась к краю и присела у могилки, где росли несколько цветков. Один из них светился ярче остальных, будто бы вобрал в себя лунное сияние.

- Чья это могила? - спросил Этуаль.

- Очень доброго и несчастного человека, - ответила Шарли, смахнув с безымянной плиты грязь. Затем она добавила: - Забавно, не правда ли? Душа этого человека давно покинула этот Мир и, верно, прожила не одну жизнь после. Он никогда и не вспомнит, каким был прежде, что когда-то жил тут, что он оставил след в жизнях других людей. Но в воспоминаниях близких он вечен. Можешь пообещать мне кое-что, Этуаль? Если случится так, что я не дойду до конца, что твоя мечта исполнится, а моя — будет разрушена, позволь мне остаться вечной в твоих воспоминаниях. Позволь мне… навеки остаться Шарли.

- Я не могу дать этого обещания, - сказал Этуаль.

Шарли опустила голову. Она была печальна.

- Вот как…

- Потому что я признал тебя своим другом, - добавил странник, положив руку на плечо Третьей. - Для меня ты уже вечна, Шарли.

Она повернулась к нему и положила голову на грудь, тихо всхлипнув.

- Спасибо, Этуаль.

IX

Кофейня. Двое сидели за столиком у окна, по которому постукивал дождь.

- Действительно, интересная история, - ухмыльнулся Абзу и поставил чашку кофе на стол. - Аконит, значит…

Шарли сидела напротив. Она положила в рот дольку шоколада и затем отпила из своей чашки.

- Хм? Твой кофе без сахара? Я думал, ты такой не пьешь.

- Вместе со сладким — в самый раз.

- Хмм… Можно мне?

- Конечно.

Шарли передала Абзу плитку. Тот отломил дольку, закинул ее в рот и сделал глоток.

- Да, - сказал он, немного погодя. - Что-то в этом есть.

- Можно добавить шоколадную стружку в сам кофе. А вообще, есть столько интересных способов приготовить кофе… Ваниль, корица, кардамон… У меня все это записано.

- Расскажешь мне как-нибудь…

Абзу взял еще дольку и отпил из чашки.

- Возвращаясь к моей истории… Я посетила ее могилу, - сказала Шарли. Повелитель Бездны поставил чашку на стол и, грустно улыбнувшись, посмотрел в окно.

- Там чисто, и цветы я полила.

- Спасибо, Шарли, - сказал Абзу. - …На небе звезд не сосчитать, но вы оказались именно в том Мире. Удивительное совпадение.

- Скажи… Если бы мы не нашли на той звезде бога и уничтожили бы ее…

- Нет, все в порядке. В конце концов, это никак не потревожило бы ее. Ведь покой нам всем только снится.

- Скоро все изменится, - улыбнулась Шарли. - Уставшие души обретут заслуженный покой, раз и навсегда.

- И все же… Ты точно хочешь этого, Шарли? - спросил Абзу. - Ты стала махатмой, но сердце твое принадлежит человеку. Если ты возжелаешь земного счастья и предашь меня, я приму это. Ты вольна выбирать свой собственный путь.

- Я давно сделала этот выбор, - сказала Шарли. - Никто больше не будет страдать. Это мое искреннее желание, единственное, которое имеет значение. Это ведь я предложила это. Без меня никаких апостолов бы не было, я была первой. Я обязана дойти до конца.

- Верно, - вздохнул Абзу. - Ты — сильный человек, Шарли.

- Я бы не смогла преодолеть свою слабость без помощи Этуаля, - улыбнулась Третья.

- Признаюсь, я не ожидал, что вы так сблизитесь. У нашей с ним истории может быть только один конец. Неважно, кто из нас победит, однажды победитель будет стоять у конца времен. Но ваша история… Боюсь, у нее не будет счастливого финала. Только одна мечта исполнится. Надеюсь, ты это понимаешь.

- Конечно, - кивнула Шарли. - Я все понимаю. С одной стороны, я корю себя за это решение. Это было неправильно. Я совершила ошибку. Но с другой…

Шарли усмехнулась и, отпив кофе, продолжила:

- Никакой ошибки не было. Я рада, что Этуаль — мой друг.