— Как чудесно они расцвели и в этом году.
Цветущее дерево за окном дрожало на ветру.
Два месяца прошло с тех пор, как я осталась одна. Моя эгоцентричная бабушка недавно умерла, и, хотя это может показаться странным, я на самом деле почувствовала облегчение. Она была моей бабушкой, но предпочитала, чтобы её звали Мари-сама.
В последние два года Мари-сама, страдавшая слабоумием, начала говорить по-французски, а я помогала Фуки-сан ухаживать за ней, так как Фуки-сан не говорит по-французски. Это было тяжело. Но я рада, что Фуки-сан не понимала тех ужасных вещей, о которых она говорила.
— Ну, мне нужно идти. Иначе я опоздаю на церемонию вступления.
Изначально, я была слишком бедна, чтобы позволить себе пойти в старшую школу, но мои учителя из средней школы дали мне специальную рекомендацию, чтобы я могла сдать экзамен в престижную частную Академию Мейсей, в которой действует специальная система стипендий, которая включает освобождение от платы за обучение и предоставление всех школьных принадлежностей.
Также предоставляются стипендии, которые не требуют погашения. 50000 йен в месяц! На 50000 йен можно хорошо жить!
Форма в частной Академии Мейсей, в которую я буду ходить в течение следующих трёх лет, великолепна. Недостатком является то, что она белая. Если её вымазать, это будет сильно заметно.
Белый блейзер, белая юбка, блузка с оборками и галстук-лента.
Это женская форма. Она не подходит такой бедной леди, как я. Я не могу осмотреть всю себя, потому что единственное зеркало – это зеркало с маленькой раковиной, которое разбито и мутное, но я не думаю, что есть какие-либо проблемы с моей внешностью. Фуки-сан здесь нет, чтобы поправить мои волосы, поэтому я подстригла их сама, таким образом, их концы были растрёпаны и сплетены вместе. Они перевязаны лентой из аргентинского кружева французского производства, которая является фамильной реликвией Мари-сама. По крайней мере, это выглядит модно.
Сумка, предназначенная для Академии, которую я держу в руках, – это предмет известного бренда с вышитой на нём эмблемой Академии с розой и ручкой. В ней лежит два рисовых шарика, варёные дикие овощи, собранные с горы, яичница-глазунья и письменные принадлежности. В отличие от прекрасной сумки, её содержимое противоречит ей.
— Хрн-н! Хрн-нх-х!
Поддев плохо сколоченную раздвижную дверь обеими руками, дверь открылась с дребезжащим звуком, и передо мной расстилалось поле и голубое небо. А потом я снова с силой закрыла дверь. Я заперла её, но там нечего красть, так что это не так уж и важно.
Во-первых, в дом можно зайти с другой стороны. Но, всё же... Тем не менее, этот замок можно открыть всего одной шпилькой...
До прибытия автобуса ещё оставалось время, поэтому я пошла пешком к автобусной остановке. Здесь проезжает один автобус утром и вечером. Поездка на автобусе за сорок минут и час на поезде от большой конечной станции приведёт меня в престижную школу Токио, частную Академию Мейсей. Чтобы добраться до школы, требуется почти два часа, но так как мне платят стипендию, это не проблема.
Частная Академия Мейсей – престижная школа с начальными, средними, средними школами и университетами.
Университеты широко открыты для приема, но в средней школе немного учеников. Кажется, что для поступления важно всё, не только в классах, но и в семье. Между тем, около пяти студентов-стипендиатов ежегодно поступают в среднюю школу, чтобы повысить свой уровень поступления в известные университеты. Ожидается, что эти пять студентов поступят в престижные школы, такие как Кембридж, Токийский Университет, Гарвард и Стэнфорд, а также совершат достойные подвиги. Конечно, стоимость сдачи экзамена оплачивается школой.
И это по-настоящему удивительно!
В этой Академии пять человек поступили в Токийский Университет, двое – Оксфорд, трое – Гарвард, двое – Массачусетский Технологический Институт и так далее.
Поэтому неудивительно, что эти стипендии не требуют погашения. Это больше похоже на зарплату. Но взамен, если твои оценки станут хуже, тебя немедленно исключат. Во-первых, я не могла позволить себе пойти в старшую школу, так что, даже если меня исключат, я не буду сожалеть. Если я буду учиться в старшей школе, то смогу работать и учиться онлайн.
В любом случае, если я не брошу учёбу, я буду каждый день приезжать в частную Академию Мейсей. Я не часто ездила на поездах, поэтому нервничаю, стоя на платформе в ожидании поезда. Так как это первая железнодорожная станция, я даже могу сесть. Смотря на пейзаж снаружи из поезда, я могла видеть вдалеке небоскрёбы. Я была в Токио после вступительных экзаменов, и это действительно большой город! Я не могу не быть впечатлена. Мне нужно немедленно уходить. Однако здесь довольно многолюдно, и меня уносит в неожиданных направлениях.
— Ха-а, ха-а, ха-а...
Я устала ещё до того, как добралась. Частная Академия Мейсей находится всего в двух минутах ходьбы от железнодорожного вокзала. Когда я, покачиваясь, добралась до школы, то увидела великолепные врата. Я видела что-то вроде этих врат в большой книге по искусству, которую мне не разрешили забрать из библиотеки.
— Это похоже на врата Дворца Долмабахче...
Когда я пробормотала это, я услышала позади себя голос:
— Верно, похоже, что эти врата были построены как имитация.
Почему-то этот человек кажется особенно исключительным. Он – не тот тип людей, которых можно увидеть в сельской местности.
— Это верно.
Конечно, существует неписаный закон, согласно которому ученики-новички не должны дружить со старыми учениками. Меня этому учил учитель младших классов средней школы. Я должна держать ухо востро.
— Я Кацураги Каору, второй год. Полагаю, ты новая ученица старшей школы?
— Да, меня зовут Куджоин Рейко. Надеюсь, мы сможем поладить.
Так, нужно улыбнуться. Бесплатная улыбка – это замечательно.
— Ты выглядишь немного бледной, ты в порядке?
Ара, для девушки из сельской местности ехать в школу на поезде – довольно сложное дело.
— Мне немного стыдно признавать, но я никогда не ездила в школу на поезде, так что мне было немного непривычно.
Прости меня. Я прирождённая деревенщина!
— Ох. Ты прилагала усилия, чтобы добраться до школы на поезде. А ты серьёзный человек... – говорит Кацураги-сама с удивлённым лицом, но...серьёзный, в каком смысле? Интересно, подумал ли он, что я уклоняюсь от платы за проезд, потому что слишком бедна?! Как грубо! У меня было достаточно денег на школьные расходы, поэтому я, как полагается, купила проездной на пригородные поезда! Он из тех, кто высокомерен. Интересно, все ли в Академии такие?
— Я скоро привыкну к этому. Извини, что отняла у тебя время.
Хм-м! Разве плохо, что я деревенщина? У меня плохие рефлексы, но я обладаю большой выносливостью. Я не буду просто ждать, пока меня избьют городские дети.
В тот момент, когда я думала об этом, меня схватили сзади и повалили. Не думаю, что это может быть как-то связано с моей выносливостью. Это внезапное нападение.
— Каору-кун, она тебе ничего не сделала? Видишь ли, это та самая юная леди-злодейка, о которой я тебе рассказывала!
А-а-ах! Я упала, и моя белая форма вся в грязи!
Ты хоть представляешь, как тяжело будет очистить эту ткань?!
Но подождите, что? Злодейка, юная леди?
— Ты, Куджоин Рейко! Я не допущу ничего, что ты планируешь совершить!
Миниатюрная девушка с волнистыми каштановыми волосами встала, положив одну руку на талию, а другой указывая на меня. Я не находила слов. Я не могла пошевелиться, поэтому Кацураги-сама помог мне подняться.
— Юриа! Ты всё ещё несёшь эту чушь?
— Но это правда. Она будет самой большой угрозой для Академии.
Похоже, этот человек – один из тех так называемых "Денпа-чан" (Чудачка-чан)! Это мой первый раз, когда я вижу подобное! Ох, я вспоминаю свою бабушку Мари-сама. Я чувствую лёгкую ностальгию. Мари-сама часто говорила неразумные вещи, которые не совсем имели смысла. Она говорила неразумные вещи и до своего слабоумия.
(https://en.m.wikipedia.org/wiki/Denpa)
— Ты поцарапала колени. Пойдём в медпункт.
Тем не менее, Кацураги-сама пытался удержать меня. Я не хочу выделяться. Я нахожусь на самом нижнем уровне иерархии.
— Нет, всё в порядке. Я дойду сама. Вместо меня, не лучше ли было бы проконсультироваться с врачом вашей подруге? Ранняя диагностика очень важна.
Я бы тоже хотела, чтобы мы могли вылечить слабоумие Мари-сама. Мне всегда было больно находиться рядом с ней. Чудачка-чан, твоё лечение скоро начнётся! Всё в порядке, ты выздоровеешь! Удачи!
Я пожалела Чудачку-чан и направилась в медпункт. Тем не менее, я понятия не имела, где он находится, поэтому решила спросить ближайшую ученицу. Девушка была прекрасна как настоящая леди.
— Я наблюдала за вами. Это сделала Юриа Сакурада. Как всегда, этот ребёнок ведёт себя странно.
Впервые в жизни я видела такие прекрасные вертикальные локоны. Удивительно, что с утра у тебя может быть такая сложная причёска. И прекрасный макияж. В конце концов, эта леди отличается от всех кого я видела раньше.
— У неё, похоже, свои обстоятельства, пожалуйста, не обращайте на это внимания. Если вы будете так добры, не могли бы вы сказать мне, где находится медпункт?
— Ох, я провожу вас. Сюда.
— Спасибо за вашу доброту. Я Куджоин Рейко. Я недавно поступила в старшую школу.
— Хонго Сара. Приятно познакомиться. Я учащаяся старшой школы, как ты. Я знаю большую часть Академии, потому что я здесь с начальной школы.
Хонго – настоящая леди. Похоже, что если у тебя нет хорошей фамилии, ты не можешь посещать здесь начальную школу. Интересно её дом похож на замок и там есть помощник или дворецкий? Увы, увы, воображение бедных людей заполнено штампами...
— Когда ты говоришь Куджоин, ты имеешь в виду тут самую семью?
— Я не знаю, какой Куджоин, но мой дедушка – Джуичиро Куджоин, а моя бабушка – Мари. Меня воспитывала моя бабушка.
— Ах, ты действительно из главной ветви семьи Куджуин!
Даже если это называется главной ветвью, у меня нет родственников, о которых можно было бы говорить.
— Моя семья не великая. Наоборот, мы разорены, а дом полуразрушен.
Да. Мой отец исчез после того, как лопнул экономический пузырь, и он стал банкротом. Затем, однажды, через десять лет после этого, он оставил меня ребёнком с моей бабушкой и исчез во второй раз, по крайней мере, так мне сказали. В то время моему отцу было уже за шестьдесят. Насколько плохим человеком он был? Когда я была молода, на фотографиях я была такой миленькой.
— Моя бабушка умерла два месяца назад, и с тех пор я живу одна.
— Боже, это так печально.
Кудряшки Хонго-сама, похоже, сотрясаются от шока. Я думаю, что это выглядит действительно печально для любого человека, оказавшегося в такой ситуации. Она вся в слезах. Она выглядит уверенной в себе красавицей, но глубоко внутри по-настоящему эмоциональна.
Честно говоря, я испытываю облегчение от того, что освободилась от ада за уходом Мари-сама. Но я не могу упомянуть об этом в таком настроении.
— Моей бабушке было сто два года. Она умерла спокойно, во сне.
Пока мы говорили об этом, мы прибыли в медпункт. Почти всё в этом месте отличается от медпункта в сельской средней школе, которая была, прежде всего, кривой из-за школьного здания. Коридор здесь, однако, очень большой и блестящий, красиво отполированный и прекрасный!
— Спасибо, Хонго-сама.
— Раз уж я здесь, то побуду с тобой в медпункте. И, пожалуйста, зови меня Сара. Я также буду называть тебя Рейко-сама.
— К-как я могу... Я же тут новенькая...
И деревенщина. Даже если я говорю как леди из-за Мари-сама и Фуки-сан, но на самом деле я просто бедный человек. Я настоящий бедняк, который легко может довольствоваться всего 50000 йен в месяц!
— Боже, Рейко-сама, ты такая скромная.
Ах, несмотря на моё мысленное ворчание, меня назвали Рейко-сама. От неё исходит аура, которая говорит, что я должна называть её Сарой-сама. Сара-сама постучала в дверь медпунтка и вошла внутрь. Я зашла вслед за ней.
Медпунтк, в котором размещался роскошный диван Poltrona Frau, очень просторный. Я видела этот диван однажды в журнале по интерьеру в библиотеке. Мне так хотелось однажды посидеть на нём.
— Ичиджо-сенсей, новая ученица поранилась. Ей нужно лечение. А также смена формы. Рейко-сама, Ичиджо-сенсей молод, но у него есть лицензия врача, так что тебе не о чем беспокоиться.
Появился молодой врач лет двадцати с небольшим. Врач! Не школьный учитель. Я могу обратиться к врачу бесплатно. С этого момента, если у меня когда-нибудь поднимется температура, я буду ходить в школу в медпункт, а не в больницу.
Он поправляет чёлку, набрасывает свой лабораторный халат и предлагает мне сесть на диван. Я так счастлива! Я сяду на диван своей мечты!
— Прошу прощения.
Эта упругость и мягкость! Это восхитительно!
— Ах, ты поцарапала колени, да. Мне нужно будет нанести немного дезинфицирующего средства. После этого я принесу тебе форму из другой комнаты, хорошо?
Сказав это, Ичиджо-сенсей подмигнул. Ха! Как броско! Однако я не буду жаловаться, потому что это бесплатно.
— Боже, что же творит эта Сакурада Юриа! Вдобавок к тому, что она толкнула тебя, она даже не извинилась!
— Может, она нехорошо себя чувствует? Пожалуйста, не сердись так.
— Рейко-сама, ты такая добросердечная и милая.
Я ни о ком не думаю как о плохом, как вспоминаю Мари-саму с деменцией. Эта Чудачка-чан, Сакурада Юриа, она немного странная, я не могу не беспокоиться о ней.
— Хм-м, значит, на тебя напала Юриа, да? Тогда, я думаю, это делает тебя юной леди-злодейкой, хах.
Ичиджо-сенсей смотрит на меня с удивлением. Юная леди-злодейка? Похоже, некоторые люди обеспокоены этим.
— Означает ли это, что для того, чтобы заботиться о её психическом здоровье, было бы лучше не отрицать её заблуждения? Если это так, я готова сотрудничать. С учётом сказанного, как должна вести себя юная леди-злодейка?
Ичиджо-сенсей начал громко смеяться. У Сары-самы же был очень неприятный вид.
— Ты совсем не похожа на юную леди-злодейку. По словам Юрии, девочка по имени Куджоин Рейко поступит в старшую школу и будет причинять всем проблемы. Ты даже обманешь меня, что приведёт к тому, что у меня отзовут лицензию врача.
— Отозвать лицензию врача непросто. Означает ли это, что я буду подстрекать сенсея к какому-то преступлению?
— Ну, похоже что так.
— Она сумасшедшая, эта Сакурада Юриа!
Сара-сама очень сердита, но, во-первых, я не какая-нибудь юная леди. Так что, даже если я могу быть злодейкой, я не могу быть юной леди-злодейкой. Я считаю, что меня уместней называть девушкой без гроша в кармане.