Кайл стоял перед входной дверью, как вдруг та открылась, и показалась его мать, мокрая и милая. На ней была её форма для бега: фиолетовый штаны и прозрачное виниловое пончо, накинутое поверх одежды. Её черные волосы спутались, и вода стекала по её лицу.

"Мама…" Его сердце забилось быстрее. Надежда горела в нём.

Кинув на него секундный взгляд, она, словно пружина, двинулась вперёд, а её руки обернулись вокруг шеи Кайла, притянув его к ней. Её рот был горячим и энергичным, её мокрое пончо прижималось к нему, намочив насквозь его рубашку, а её пышное тело сексуально извивалось. Его член затвердел в мгновение ока, и он поцеловал её в ответ. Его мама отлично целовалась.

Он взял её на руки. Она была лёгкой, её рука крепко обвила его шею. Она ни разу не перестала целовать его. Его отец умер пять лет назад, и она все это время не встречалась и не заводила любовника. Все её сдерживаемые желания, казалось, выстрелили из неё, после того как мать покорилась ему. Он слышал, как его наложницы и жена ликовали, пока поднимался наверх к её кровати.

Он усадил маму на кровать, когда они вошли в её комнату, и стянул с неё промокшее пончо. Даже в мешковатых штанах, его мать была прекрасна – словно Фатима, созревшая до пика красоты. Он схватился за подол её толстовки, потянув её вверх на влажные волосы. Её тяжёлая грудь была прикрыта её кремовым лифчиком.

"Это так неправильно”, - прошептала она, потянувшись за спину, чтобы расстегнуть лифчик, и освободила её прекрасную, большую, темноватую и с толстыми коричневыми сосками грудь.

"Мне все равно", - простонал Кайл, наклонившись и засасывая один её сосок губами. Они кормили его в детстве, а теперь он снова наслаждается ими. Она застонала, прижимая его к себе.

"Это они. Твою любимые мамины сиськи. Как я скучала по тебе и твоей сестре."

Его руки соскользнули вниз, стряхивая штаны с её бёдер, ткань соскользнула на пол, и он сжал её задницу через трусики. Она была пухлой и замечательной, а мать застонала, когда он сосал и массировал её. Его пальцы окунулись в её трусики, прикасаясь к голой заднице матери.

"Я хочу это", она застонала, оттолкнувшись от него. "Мне так нужен мужчина! Я скучаю по нему, Кайл."

"Я знаю", - прошептал он.

Она прикоснулась к его лицу.

"Ты так похож на него. Такой же красивый."

"И ты великолепна, мам!"

Их губы снова слились в поцелуе, её руки сдвинулись вниз ниже шеи и наткнулись на мышцы груди и живота, затем она опустилась ещё ниже к его джинсам, а после и внутрь них, чтобы сжать его жёсткий член сквозь трусы. Она гладила его, её палец скользил по кончику его члена.

"Трахни меня, Кайл", она простонала, вытаскивая его член. "Трахни свою непослушную мать!"

Он сорвал с себя рубашку. "Я сделаю это, мама."

Она вздрогнула и упала на кровать, её прекрасная грудь вздымалась, а гибкие ноги вытянулись. Он опустил свои трусы и штаны вниз, его член указывал вперёд, прямо на её киску. Его рука скользила по её гибким ногам к трусикам, снимая их. Он чувствовал запах её возбуждения, похожего на мускус Фатимы, но более сильный. Её киска была окружена лесом из шелковисто-черных волос, а её киска была розовой и привлекательной. Он опустил лицо, облизывая киску матери и наслаждался её вкусом. Язык нырнул внутрь, исследуя каждую её часть.

"О, Кайл! Ты тренировался. Так хорошо!" Её бедра сжали его лицо, после того как его язык исследовал её глубокую дыру, его нос прижимался к её клитору. Её тело тряслось, руки прижали его голову к киске. "Так хорошо! Прошло так много времени с тех пор, как кто-то трогал меня там внизу! О, Кайл! Да, да, да, да!"

Её рука прижимала его к своей киске. Её бедра дрогнули, что ещё сильнее прижало его к пизде матери. Он выпил поток её соков полностью, наслаждаясь каждой каплей. Он был задушен материнской любовью.

"Трахни меня!" застонала она. "Мне нужен твой член! Мне нужен большой член моего сына внутри меня! Мамочка так возбуждена! Дай его сюда!"

Он встал, его член пульсировал и прижался к её телу. Он погрузил своё лицо в её сиськи, а её бедра соприкасались с членом, Кайл тёр горячую киску своим животом. Её руки схватили его плечи, потянув его выше, пока его член не столкнулся с губами её вагины. Она стонала пока целовала его, а он спустился вниз, чтобы вонзить свой член в её киску.

Он подразнил её киску, а потом вошёл в неё.

Она была очень горячей и влажной. И это поразило его. Он родился из неё. Это была киска его матери, которую он сейчас трахал. Его бедра двигались, пока они целовались, вгоняя свой член внутрь и вытаскивая его из запретной дыры, которую он трахал. Его мать была горячей и чудесной, её бедра изнемогали, её пизда сдавливала член.

Он потерялся в её чувственной запретной дыре, которая соответствовала его ритму, и стонала на губах, пока они занимались любовью друг с другом. Она обняла его, это были свирепые объятья любви матери. Его руки блуждали по её телу, скользя по бокам, сжимая её грудь, исследуя её бедра. Она была шелковистой, гладкой и такой горячей!

"Кайл!" Она задыхалась, когда её тело тряслось под ним. Её киска конвульсировала, и выдаивала его член.

Панацея! Он забыл взять камень так как спешил, ведь он был захвачен сексуальностью своей матери. Он пытался вырваться, чтобы освободиться из объятий, но её киска доила его член, а её конечности держали его крепко.

"Кончи в меня, Кайл!" Она стонала. "Пусть мамочка почувствует твою любовь!"

Его яйца сжались. Его член пульсировал. Его освободили спустя пару минут.

Хотел бы я, чтобы Панацея была у меня, чтобы я смог восстановить Фатиму!

Панацея затопила комнату светом, окрасив их обнажённые тела радугой. Панацея лежала рядом с ними. Кайл взял её, и передал в руку мамы. Она приняла это. Он взглянул в глаза матери и взорвался спермой в ту самую киску, которая родила его.

"Да!" она содрогнулась, ещё один оргазм прошёл через неё. "Это оно!"

Камень ярко засветился на мгновение, и Кайл мог почувствовать, что что-то изменилось внутри него. Панацея была готова. Он поместил его между их бёдер, прижимая тёплый камень к её киске и к стволу его члена, позволяя ему пить смесь из спермы и соков киски.

Он упал на маму, прижавшись к её шее.

"Это было потрясающе", - прошептала она.

"Определённо", он согласился.

"Но был только единственный раз", - прошептала она.

"Я знаю." Он погладил её по лицу и поцеловал в губы. "Я люблю тебя, мам."

Она улыбнулась. "Я тоже тебя люблю."

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Гора Асахи, Хоккайдо, Япония.

Солнце взошло несколько часов назад, как Фуми добралась до горячего источника. Она была Юки-онной и горы Хоккайдо не были ей препятствием. Она прошла через надвинувшуюся снежную бурю, придерживаясь безошибочного направления. Она шла медленно, но упорно, ведь её питала жизненная сила бедного Андо.

И горячий источник Юкишуджо*, звал её. Чем выше она поднималась на гору, тем сильнее это пульсировало в её сознании, направляя её, притягивая её. Это было место силы, и оно хотело, чтобы она нашла его. Страх перед преследователем исчез, когда надежда расцвела внутри неё.

*(П/П Yukishoujo-no-onsen)

Я буду с Кайлом полностью!

Это был маленький зелёный бассейн, пузырящийся на скалистом шельфе, окружённый снегом. Вода, казалось, тускло светились, освещая темноту вокруг. На поверхности танцевал пар, и она чувствовала тепло с расстояния в десять метров. Она разделась догола, аккуратно положив свою одежду на скалу, прежде чем окунуться в тёплые воды.

Она расслабилась, находясь в горячей воде, позволяя ей смыть боль из её мышц, пока она плавала в пару. Её волосы развевались, пока она дрейфовала, глядя на тёмное небо, и наблюдая, как тяжёлый снег падал, приземляясь на её обнажённое тело, и таял на её гибкой коже.

В её чреслах пробудилось сильное возбуждение, горячее и требовательное. Её рука соскользнула к киске, слегка играя с губами киски. Её похоть росла, пока она дразнила себя, двигаясь вверх и вниз по щели.

Она правильно делала, что трогала себя. Она немного чувствовала, как что-то наблюдает неё. Ками, божественный дух, находился в источнике, её пронзила дрожь возбуждения. Оно хотело наблюдать за ней, и она жаждала, чтобы на неё смотрели. Её палец медленно вошёл в её узкую дырочку, избавляясь от нервозности, которая была в ней.

"Разве я не прекрасна?" промурлыкала она сущности, которая следила за ней, доставляя тому наслаждение.

Тепло, пропитавшее её, смешивалось с радостью, которую вызывал её палец, исследующий киску. Какое чудесное блаженство. Её другая рука скользнула вверх, чтобы схватить её маленькую грудь и сжимать маленький оливковый сосок. Холодный снег упал на её грудь и лицо, целуя её. Это было её место. Вот откуда она родом - из заснеженных гор Хоккайдо.

Но она хотела быть там, где был Кайл. Должна быть.

Она представляла его красивое лицо, светло-коричневую кожу, тёмные глаза - как у японца, крепкий подбородок - как у ближневосточника. Его сильное тело прижалось к ней, его грубые руки трогали её. Она всунула второй палец в её киску, а потом и третий, притворяясь, что это его член был внутри неё, вспыхнул момент из той волшебной и опасной ночи, когда он почти вошёл в неё.

"Кайл!" простонала она в снежную ночь. "Любовь моя! Он мне нужен!"

Её оргазм накалился внутри неё. Её тело содрогнулось в блаженной воде, аромат лилий заполнил её нос – это её феромоны. Её вздыхания стали пронзительными, пальцы двигались с той же силой, с какой трахал её Кайл. Она простонала его имя, как сильный жар пронзил её, её мышцы сжались, а восторг затопил все её тело.

Она содрогнулась в последний раз, ей удовольствие отступало, и её дыхание становилось прерывистым. Она открыла глаза, улыбаясь, поднеся влажные пальцы к губам и попробовав свой восхитительный вкус.

Что-то коснулось её задницы, лаская её. Наблюдавший Ками из горячего источника шептал в её голове, Моя Юки-онна...

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Южный Хилл, штат Вашингтон.

Человек, назвавшийся директором Берком, вытащил из кармана сотовый телефон, при этом держа красный кожаный кнут между рукой и ребром. Прекрасная миссис Скиннер ахнула и стонала, пока дрожала связанная цепями. Она преподавала математику в его школе, и её учениками также были Кайл и Алия. Её муж, который преподавал информатику, сидел в углу темницы с завязанными глазами, и слушал мольбы и плач своей жёны, пока сам, рыдая, просил пощады. Два члена шабаша Берка, Тень и Викарий*, наблюдали за этой рыдающей парой.

*(Ориг. Vicar. Честно не знаю как ещё перевести. Можно было бы Вика, но…)

Берк улыбнулся, смотря в телефон, и передал кнут Тени, темнокожей женщине, она улыбалась, когда взяла его в руки, и сразу же хлестнула им спину миссис Скиннер. Берк быстро поднялся по лестнице, пока телефон звонил, он закрыл за собой дверь подвала, прежде чем ответить на звонок.

"Файза", - сказал он, - и сменил облик на директора Берка.

"Я надеюсь, вы все ещё хотите пойти на свидание."

Его губы скривились в улыбке. "Что-то произошло с вашей дочерью?" В этой женщине что-то изменилось. Он слышал это по её голосу.

"Может быть. Есть некоторые... многообещающие разработки." Радость танцевала в её голосе; его член отвердел. Ему не терпелось дождаться, когда он опробует эту женщину. "В любом случае, я свободен в понедельник вечером."

"Это свидание", улыбнулся он. "Я заберу вас, скажем, в шесть?"

"Хорошо." Ему понравилось волнение в её голосе. У Кайла была власть, и Берк знал, что ему понадобится страховка.

П/П Теперь я новый переводчик, так что сразу извиняюсь что так долго не переводил. Попытаюсь взять хороший темп и доперевести это произведение.

Ах и да цена на главы немного измениться... позже.