Не могу описать чувство солнечного света в контрасте с нашим первым свиданием. Это настолько прекрасно, что мне остаётся только любить. Эти следы, что мы оставляем будто жизнь на кинжале. А это мы только с порога вышли и только идём по местным романтическим достопримечательностям. Гуляя по иссохшему руслу реки я могу почувствовать энергию, что была тут давным давно. Я нашёл своё успокоение и чувствую дух этого русла.

Энму: Джун, погоди! Тут я чувствую что-то интересное.

Джун (заинтересовано): Интересно! Рассказывай, когда что-то найдёшь.

Это русло иссушено искусственно, значит его можно как-то оживить. Смотря на эту засохшую землю посреди улицы, я чувствую странное чувство внутри. Наверное этот эффект от свидания с Джун. Прикоснувшись к земле, я смог услышать звук древности. Я услышал, как неспешно течёт вода. От неожиданности я убрал свою руку. Река тут текла вдоль улицы, значит я смогу без проблем возродить реку, наверное, у каждой реки есть свой дух защитник. Я вернусь позже к изучению этой мёртвой реки, ведь сейчас не время для этого. Иссушенная река – это символ смерти и пустыни, но никто из нас не бессмертен. Горы уходят вниз, океаны и реки иссушаются, а звёзды гаснут. Это обычный круг жизни всего.

Мы пошли дальше, ведь тут должны быть какие-то места для развлечений. Сперва мы нагуляемся, потом будем кушать. Это отличный план, если не учитывать моё незнание города. Моим взглядом я опрокинул улицу и нашёл какой-то ресторан. Значит туда пойдём, но потом. Сейчас я хочу отвести Джун в красивое романтическое место. Оно довольно далеко, поэтому по пути мы можем поговорить.

Энму: Я знаю куда мы можем сходить, тебе понравится.

Джун: Это сюрприз?

Энму: Да, поэтому мы сейчас будем говорить, например о наших планах.

Джун: У меня тоже есть планы, мне интересно послушать твои!

Энму: Ну, например я хочу построить свой Клан и возглавить его. Ты наверное помнишь это. Я хочу сделать что-то масштабное, это будет вдали от Номзы. Так же, ты будешь моей первой женой. После этого я хочу быстрыми темпами повысить уровень счастья населения. Потом я хочу уйти в науку, ведь с помощью магии можно будет много чего узнать.

Джун: А вот это интересно. Мои планы более . . . животные что ли? Я хотела охотится и так далее, я чувствую себя демоном в теле Китцунэ. Но, мне очень приятно находится рядом с тобой. Я становлюсь более человечной и начинаю сострадать людям.

. . .

Мы говорили так примерно 1 час, пока туда не пришли. Мы пришли к ущелью фонтанов. Дух солнечной Италии так и чувствуется. Вдали видно деревья с мандаринами, а перед нами небольшие ущелье и по бокам фонтаны, что создают радугу над нами. Войдя в ущелье можно посмотреть на фонтаны снизу, это довольно необычно и интересно.

Джун: Что это такое разноцветное?

Джун не выходила из дома, поэтому не знает что это такое.

Энму (обнимая): Джун, это Радуга. Солнечный свет разделяется на видимый спектр в каплях воды и выходят такие цвета.

Джун (радостно): Теперь понятно! Благодарю.

Я чувствую себя самым счастливым человеком в мире из-за этого. Я не чувствую грусти и могу насладится пребыванием с дорогой мне девушкой. Через полчаса наблюдения за этой прекрасной радугой из-за фонтанов 20 метров высотой мы пошли в другое прекрасное место, парк. Там можно насладиться пением птиц и красотой местной магнолии, что до сих пор цветёт. Джун мне уже призналась в любви в дереве, поэтому мы можем наслаждаться нашей любовью под цветением магнолии. Этот парк переполнен красотой, что сравнима с Джун, но эти деревья не могут чувствовать любовь, в отличии от Джун. Их лепестки, розовые как пламя, распускались и издавали аромат наслаждения. Успокоение плавно и медленно течёт по моему телу, при этом я могу почувствовать необычайную синергию Джун и этого места. От Джун идёт запах . . . . . . похоти. Её тяжёлое дыхание я могу заметить на моём плече, где она лежит.

Энму: Джун, мы не можем сделать ЭТО здесь. Пожалуйста, успокойся. Ещё слишком рано.

Джун (тяжело дыша) Я могу возвести барьер невидимости, никто нас не заметит.

Энму: Сперва мы должны быть в полной безопасности чтобы родить ребёнка, а для этого нужен клан. Когда он будет возведён, то тогда будет другой разговор. Я обещаю то, что ты получишь это.

Нежные ароматы Джун и цветущих магнолий создают самую прекрасную картину запахов. Я просто оказался в раю среди всех мест в мире. Наслаждение это то, что происходит сейчас, оно может продолжаться вечно, нежные розовые цвета цветков магнолий расцветают передо мной. Блаженство расползается по моему телу, захватывая мой разум. Это будет не просто воспоминание, это будет легендарное воспоминание, что твердит о Великой Любви Энму и Джун.

Джун: Мы тут как бы уже 2 часа сидим, может пойдём дальше?

Энму: Как же я ненавижу такое долгое нахождение в мыслях. Хорошо, кажется особые места закончились. Мы кстати и не завтракали толком, пора бы и пойти покушать, надеюсь, там мы сможем хорошо покушать.

Джун: Куда ты, туда и я.

Мы встали и отряхнулись, после чего мы пошли в тот ресторан под лучами вечернего солнца.

Энму (стеснительно): Джун, я давно тебе хотел сказать, что я безумно люблю тебя.

Джун (удивлённо): А? Почему ты говоришь это сейчас? Я уже давно заявляю о том, что ты самый важный для меня человек!

Честно говоря . . . Я боялся это сказать. У меня было нехорошее чувство когда я хотел это сказать, будто меня будут избивать или что-то такое. В дружеском общении я довольно неплох, но в любовных отношениях я будто маленькая девочка, что готова разрыдаться от чего угодно. Я не мог просто это сказать, для меня это прогулка через море пешком. Да, Джун мне очень близка, но я всё так же боюсь ей это сказать.

Джун (беспокоясь): Энму! Почему ты остановился и плачешь? Я сделала что-то не так? С тобой что-то случилось? Прости меня пожалуйста!

Энму: Я . . . плачу?

Я притронулся к своим щекам. Действительно, тёплые ручья моих слёз текли там.

Энму: Извини, просто . . . просто . . . . . .

Я ничего сказать не могу даже Джун. Я жалкий, я продолжаю стоять посреди улицы и плакать. Я чувствую панику в сердце, люди везде и мне становится плохо. Никто не смотрит на меня, но я думаю, что они потом будут смеяться надо мной. Всё появилось, чтобы впоследствии исчезнуть. Тяжкий груз стыда и вины упал на моё бедное сердце.

Джун стоит в недоумении. Она смотрит на меня и пытается улучшить ситуацию. Мои кисти трясутся, Джун это заметила. Теперь она подумает что я жалкий и уйдёт от меня . . .

Джун: Энму . . . твои руки . . .

Она начала мне смотреть прямо в глаза и подходить ко мне . . . Джун начала протягивать свои руки к моим.

Энму (плача и сжимая руки в кулаки): п-прости . . .

Это единственное, что я смог выдавить?

Джун (удивлённо): А?

После чего я исчез из её поля зрения с помощью перемещения эфирных каналов. Я оказался где-то на чердаке в доме у Ари. Я спрятался от всех в самом тихом и тёмном месте. Я весь дрожу и мои слёзы льются как океан. Я тот, из-за кого это свидание сорвалось. Я тот, кто никому не нужен . . . Никто и не заметит моё исчезновение из мира. Я не могу думать о чём-то кроме моей ничтожности. В чём смысл моей жизни? Чтобы все смеялись надо мной и издевались из-за этого? Я ненавижу всех и хочу исчезнуть. Голоса под мной были напряжены. Они были шокированы и были в панике, эти голоса мне очень знакомы. Я не могу понять родной язык и продолжаю плакать оставляя свои надежды и мечты в прошлом. Внезапно появился яркий свет, он светил в потолок.

Ари (в отчаянии): Энму, выходи! Расскажи нам, что случилось?

Мамори (в отчаянии): Мы не желаем тебе зла, просто выйди и мы просто поговорим!

Сжавшись ещё больше, мои слёзы начали течь интенсивней. Вслушавшись в шаги я понял, что их было не двое, а трое. Этот чердак большой, им меня не найти. В то время как они смотрят и не могут найти меня, я их прекрасно вижу. После долгих поисков меня, Мамори начала плакать. Она упала на колени и начала рыдать. Мой левый глаз начал видеть размыто, в то время как правый всё также нормально.

Мамори (отчаянным криком): Энму, пожалуйста, найдись!

Я бы помог, но я не могу сделать шаг из-за страха. Такое чувство, будто я стал мрачным и тихим. Ари подошла практически моментально к Мамори.

Ари (с печалью): Вставай, Энму здесь нету. Мы пойдём искать его в другом месте.

Я чувствую себя самым плохим человеком во всех мирах, притом самым отвратным. Никто меня не сможет понять. Никто не будет даже начинать разговор, вот мне и придётся быть призраком. Ари начала сопровождать Мамори вниз. Как я увидел низкий силуэт у лестницы. Это была Джун. Судя по осанке, сейчас она очень грустная. Мои слёзы полились ещё сильнее, но её ухо повернулось в мою сторону. Я моргнул, как она переместилась куда-то моментально. Моё сердце стало биться быстрее, как она внезапно появилась передо мной. Я потерял сознание, а может быть и умер. Всё стало чёрным. Была идеальная тишина, но внезапно тишина обратилась волной шума. Кто-то будто стучал в стеклянные твёрдые окна.

??? (громко и грустно рыдая): БРАТИК!

Этот крик был женским. У меня есть сестра? Не знаю. Белый свет появился перед мной. Этот звон в ушах продолжался, но шёл на спад. Через время наконец наступила тишина.

. . .

Но и она снова была нарушена голосами. Белый свет стал насыщаться цветами, а неразборчивая речь становилась всё более разборчивой.

Ари (в панике): Энму! Как ты себя чувствуешь?

Энму (чуть громче тишины): плохо.

Ари меня не расслышала. Она прочитала по губам. Я лежал у неё на коленях. Она посмотрела мне в глаза и слезы потекли по грустной улыбке.

Ари (плача): если тебе так кажется, то я не могу это просто так оставить . . .

Она наклонилась и обняла меня. Мы у неё в гостиной. В моём сердце только бесконечная тёмная ночь, я не чувствую себя хорошим.

Ари (плача): а теперь?

Я не стал отвечать, просто закрыл глаза.

Ари (плача): почему ты продолжаешь молчать? мы хотим лишь помочь тебе . . .

Но я ничего не сказал . . .

Ари (плача): Чара, можешь глянуть что произошло?

Чара (меланхолично): Хорошо, момент.

Чара подошла ко мне и положила свою руку на лоб.

Чара (меланхолично): Некий замок фобии. я не могу его нормально рассмотреть. думаю, нам надо поговорить наедине, ведь сейчас Энму не чувствует себя лучше.

Ари (плача): извини . . .

Ари встала из-под меня, после чего с визуальными угрызениями совести ушла.

Ари (хныкая): я ничего не смогла сделать . . .

Я остался лежать на диване. Чара присела ко мне.

Чара (серьёзно): Расскажи мне, что произошло? Когда Джун прибежала домой в слезах и сказала, что ты плача исчез, то весь дом встал на уши.

. . .

. . .

. . .

. . .

. . .

Я вскочил ища бумагу и перо с чернилами. Чара даже испугалась от такого поворота событий. Они были на столе рядом со мной. Я за 5 секунд написал: «У меня страх признаваться в отношениях, я не могу об этом говорить, я почувствовал разочарование и поэтому сбежал». После чего я дал эту бумажку Чаре и она внимательно прочитала, затем она посмотрела мне в глаза. Я снова почувствовал то чувство, что было пару часов назад. Мне захотелось сбежать. Мои кисти снова начали дёргаться.

Чара (успокаивающе): Погоди, я поняла твою проблему, ты думаешь, что от тебя отвернутся после признания. Но послушай, ты вообще знаешь что хотела сделать Джун?

Энму (мрачно): без понятия.

Чара (спокойно): Она хотела тебя обнять чтобы успокоить. Взять тебя за руку и утешить. Сейчас ей плохо также, как и тебе. Джун чувствует себя виноватой, она винит себя за то, что произошло.

Энму (мрачно): Я чудовище . . . простит ли Джун меня?

Теперь уже моя совесть грызла меня.

. . .

. . .

. . .

. . .

. . .

. . .

Молчание продолжалось 20 минут, я просто сидел неподвижно. Чара из тех, кто обычно на одном месте не сидит, из-за чего она постоянно хочет быть в движении, но она сидела также неподвижно как и я, она также сидела ровно в такой же позе, что и я. Она села в позу думающего человека, после чего повернувшись ко мне сказала кое-что.

Чара (серьёзно): Энму, ты более мрачный чем обычно. Должна ли я помочь тебе поговорить с Джун? Я знаю о том, что она тебе очень важна.

Энму: И что я смогу сказать? Вдруг она меня ненавидит уже? Я уже натворил слишком много плохого, что мне стоит ждать? Я могу сказать «мне жаль», но что дальше? Джун даст мне по морде и уйдёт . . .

Чара (необычайно серьёзно): Джун тебе очень преданна и сильно тебя любит. Я не думаю, что она тебя разлюбит из-за одного приступа панической атаки. Это тебе нужно самому у неё спросить. Я лишь могу привести Джун сюда.

Чувство заброшенности охватило меня. Я могу услышать этот тёмный лес, на его ветвях жизнь исчезла и птицы больше не поют. Секунды идут как часы, а с моим дыханием начались проблемы. Я не понимаю как вообще до этого дошло.

Энму: Передай пожалуйста Джун, что я идиот, что не смог сдержать чувств. Из-за этого я сбежал, мне очень жаль, что я так слаб.

Чара: Хорошо, передаю. Джун, вылезай.

Чара обычно ходит в чёрном кимоно с большой чёрной накидкой. Я как последний слепой не заметил странного горба на спине у Чары. А этот горб оказался Джун. Она тихо и скрытно обнимала Чару со спины, из-за чего я её не заметил. Джун начала разговор со мной.

Джун: Извинения приняты, Чара, можешь оставить нас наедине?

Чара: Да, хорошо, не буду мешать.

Чара встала с кресла рядом, в то время как Джун упала на него со спины Чары. Я остался наедине с Джун. Мне очень страшно сказать хоть слово. Я снова начинаю волноваться.

Джун (с слезами): Э-энму, прости меня тоже, видимо, я задела тебя. Я . . . я не думаю, что ты подпустишь меня к себе, но попробовать мне стоит.

Джун встала и начала идти ко мне. Сбегать бесполезно, подкину ещё больше дров в огонь. Я просто наклонился ниже в ожидании действия Джун. Слёзы стали ещё более солёными, а во мне началась зима, в которой я навечно потерян среди падающего снега и холода.

Джун: Энму, подними свою голову.

Я этого не стал делать.

Энму (чуть громче тишины): извини, не могу . . .

Джун лично подняла мою голову, после чего прижала к своей малой груди.

Джун (нежно): Я не хочу тебе ничего плохого. Я знаю тебя как храброго человека, кто всегда готов помочь кому угодно и когда угодно. Я помню, как я только превратилась в человека, то ты обнял меня также, как и я тебя сейчас.

Джун меня обнимает крепко, но нежно.

Джун (нежно и с слезами) : Я помню, как я боялась всего и рядом был только ты. Ты тот человек, который сделал из меня ту, которую ты знаешь. Всякий раз когда я плакала, то ты меня утешал. Теперь и мой черёд тебя утешить. Пожалуйста, ложись.

В словах Джун я нахожу много правды, поэтому я сделаю это. Я лёг на кровать, в то время как Джун продолжает меня обнимать как ангел. Она начала смотреть мне прямо в душу.

Джун (с слезами): Энму, когда я только прибежала домой, то я чувствовала вину за мои слова. Из-за меня ты расплакался и решил уйти. Когда я увидела нож на кухне, то я хотела им проткнуть себя. Я успела взять нож и замахнуться, но Мамори остановила удар. Она сказала «Джун, жизнь скоротечна, тебе надо найти Энму и исправить ситуацию, пока не стало слишком поздно. Если не сделаешь это сейчас, то будешь сожалеть всю оставшуюся жизнь. Храните друг друга от сердечной боли.». Мамори сказала мудрую вещь. Она спасла меня от смерти и направила к тебе.

Я взял и обнял её, снова заплакав как прежде.

Джун (с облегчением): Энму, всё будет хорошо, мы вместе и свидание продолжается.

Джун начала меня гладить по голове. Теперь я вернул контроль над собой, ведь было чувство, будто кто-то управлял мной. Я чувствую, что Джун действительно хочет мне помочь. Все эти маски унижения и страха просто упали с их лиц и разбились о землю.

Джун (с облегчением): У тебя тоже могут быть такие моменты. Я всегда готова тебе помочь.

Её маленькая, но очень удобная грудь – это просто чудо.

Джун: Энму, доверяешь ли ты мне вновь?

Я одобрительно кивнул.

Джун: Тогда можешь рассказать что тогда произошло?

Энму: У меня есть страх признаваться в любви, я думал, что ты от меня отвернёшься. Я еле как смог без страха это сказать. Потом чисто эмоции забрали часть разума и мне захотелось спрятаться.

Джун (с самым настоящим облегчением): Понятно, но теперь всё хорошо. Мы лежим вместе и наслаждаемся этим моментом, по крайней мере я и ты моей грудью.

Я действительно получаю наслаждение от обнимания Джун. Она мягкая и будто плюшевая, так и хочется всегда тискать и обнимать. Наши сердца начинают биться в одном ритме, будто превращая нас в одной целое. Успокоение настигло мои нервные клетки и мои слёзы перестали течь. Но тут наши животы одновременно дали знак того, что проголодались, то есть пробурчали.

Джун (удивлённо): Ты тоже хочешь есть?

Энму: Не откажусь.

Вдруг я услышал, как кто-то плачет за дверью и её открыл. Ворвалась Ари с слезами на глазах и внезапно изменилась в лице.

Ари (удивлённо): Вы уже помирились?

Энму и Джун: Да.

Ари (воодушевлённо): Замечательно! Идём кушать, Мамори уже сделала ужин!

Джун (радостно): У Мамори самая вкусная готовка после Энму, мы сейчас придём.

Ари (с добром): Хорошо, ждём. Удачи вам, голубки.

Ари даже начала улыбаться и ушла из комнаты.

Джун (прижимая Энму к себе): Теперь мы одни, я тебя безумно люблю. Поэтому прошу, не отворачивайся от меня, мне было тоже больно от того, что было. Я никогда не отвернусь от тебя, что бы ты не сделал. Для меня ты навсегда останешься самым дорогим и любимым человеком . . .

Энму: Я постараюсь больше не поддаваться таким эмоциям. Ты тоже очень дорога мне.

Мы смотрим друг другу в глаза, в то время как наши сердца переплетаются нитью любви. Момент упускать нельзя, поэтому я поцеловал Джун в губы. Она была удивлена.

Энму: Я не особо люблю целоваться, моё предпочтение идёт объятиям, но я сделал для тебя исключение.

Джун просто потеряла связь с реальностью улетая на седьмое небо от счастья.

Джун (хитро): Эхихихихи . . .

Энму: Ты тут? Давай уже пойдём есть, они нас уже давным давно ждут.

Джун вернулась в реальность.

Джун (удивлённо): А? Хорошо.

Мы встали с дивана вместе и пошли на кухню. Всё это время мы держались за руки. Тут мне стало интересно, почему так держание за руки так важно для Джун?

Энму: Мне вот просто стало интересно, почему держание за руки тебе так важно?

Джун (с небольшой печальной): Когда я была лисой, то видела как ты смотрел сериалы, где люди которые друг друга любили – держали друг друга за руки. Я была очень впечатлена от того и хотела с тобой так каждый день делать, но у меня были лапки. Сейчас же у меня нормальные человеческие руки, поэтому я хочу как можно чаще делать так с тобой.

Энму: Хорошо, буду знать.

После этих слов Джун взяла меня за руку сильнее. Оказавшись на кухне, мы сели за стол. Все были уже в хорошем настроении.

Энму: Кхм кхм, теперь официально, Я уже избавился от того состояния в котором я был. Поэтому, ну, не знаю, можем закатить небольшое празднование?

Мамори (нейтрально): Наверное, каждый раз когда я или ты готовим, то это уже немного праздник.

Ари (радостно): Подтверждаю!

Все: Приятного Аппетита!

Все за столом начали с наслаждением есть рамэн. Рамэн для этого мира это что-то с чем-то, ведь тут нету аналогов рамэна. Все мы активно обсуждали что-либо, после чего Мамори спросила у всех свой вопрос.

Мамори (нейтрально): Как вам мой рамэн?

Чара (удивлённо): Бульон какой-то кислый.

Мамори (нейтрально): Но он ведь должен быть острым! Энму, что ты думаешь о моём рамэне?

Энму: Очень вкусно, даже шедеврально! Мои уроки кулинарии не прошли даром! Я горжусь тобой как моей ученицей!

Чара (смеясь): Наверное для Энму он сладкий, а для Джун горький.

Энму: Хорошая шутка, но нет. Рамэн Мамори действительно острый.

Ари: Ладно, давайте закроем эту тему. Энму, вчера ты оставил записку на тумбочке рядом с диваном, можешь объяснить её?

Энму: Ну, Я и Джун убили дракона и забрали его деньги.

Ари (шокировано): 50 ТЫСЯЧ ЗОЛОТЫХ И 10 ТЫСЯЧ ПЛАТИНОВЫХ?!

Энму: Да.

Ари сидела весь оставшийся ужин с шокированным лицом и только под конец успокоилась . . . Мамори за это время много чему обучилась. Она научилась готовить у меня и научилась искусству. Её кимоно сильно украшено всякими рисунками и элементами, что выглядят очень красиво. Мамори часто сидит в одной из успокоительных комнат и рисует шедевры. Её картина с аистами просто у меня всегда как перед лицом. Самое странное то, что она не просит купить красок или холст. Наверное она трансформирует частички своего тела или крови в холст и краски. После ужина Джун начала меня крепко обнимать с левого бока, в то время как Ари подошла ко мне.

Ари (просяще): Энму, можно хотя бы глазком глянуть на 50 000 золотых и 10 000 платиновых?

Энму: Хорошо, без проблем.

Я достал свой инвентарь и показал тот слот Ари.

Ари: Можно ли глянуть на одну ближе?

Энму: Конечно. Можешь даже её себе забрать.

Инвентарь это очень странная с точки физики штука, он внутри больше чем снаружи. Ари взяла себе одну монету и начала её разглядывать. Она смотрела очень внимательно и в один момент воскликнула.

Ари: Настоящая золотая монета!

Энму: Да.

Ари: Энму! Ты очень сильно богат! Никому не отдавай свой инвентарь! На такие деньги можно построить свой город!

Энму: Хорошо, тогда я построю его, но потом, сейчас мы все устали.

Ари: Тогда, спокойной вам ночи! Сейчас я пойду спать.

Энму: Благодарю, и тебе тоже.

Джун: Спасибо, взаимно.

Ари ушла наверх, в то время как я попытался встать, но левый бок сильно перевешивал правый.

Энму: Джун, ты так и продолжишь висеть на мне?

Джун (мило): . . . Да.

Энму: Ладно.

Я всё-таки встал, несмотря на Джун на моём левом боку, после чего погладил её. Вдруг перед мной села Мамори с своим маленьким холстом. Она что-то с энтузиазмом рисовала.

Мамори (нейтрально): Энму, не двигайся, я делаю набросок вас обоих!

Энму: Хорошо, но сколько мне так стоять?

Мамори (нейтрально): 5 секунд.

5 секунд прошли и она действительно закончила рисовать нас.

Мамори (улыбаясь): Благодарю!

Энму: Всегда пожалуйста.

Мамори встала и дала мне пройти. На сегодня приключений мне хватит, хочу спать.

Энму: Джун, ты устала сегодня?

Джун (уставши): Вполне.

Энму: Хорошо, тогда пойдём спать. Завтра я тебе покажу кое-что.

Джун: Поняла.

Мы оба плюхнулись на диван и уснули, предварительно пожелав друг другу спокойной ночи. Сон вместе с Джун для меня всегда более комфортный и безопасный. Обнимая друг друга мы стали ещё ближе, чем раньше. Джун всё также нежна как печь, что плавит металлы. Её тепло прогревает моё сердце и дарит новые силы чтобы держать тяжкий вес всего мира на своих плечах.

*10 часов здорового сна спустя*

Меня и Джун кто-то пытается толкать. Я не хотел просыпаться, но пришлось. Я открыл левый глаз и посмотрел кто это делал.

Ари (будя): Наконец ты проснулся! Вставай! У нас будет крупное путешествие!

Энму (сонливо): О чём ты?

Ари (радостно): Мы идём на север! Там скоро будет крупный базар и там нужно много чего, что мне купить, я уже накопила на все расходы, поэтому это самое лучшее время туда идти, всех других, кроме вас обоих я уже оповестила!

Энму (сонливо): Хорошо, я согласен, но дай мне поспать ещё 10 минут, хорошо?

Джун (сонливо): Я тоже согласна, на путешествие и на 10 минут.

Ари: Хорошо! Даю вам 10 минут.

После этих слов Ари оставила нас наедине. Джун всё также сладко спит на моей груди, в то время как мы друг друга обнимаем. Джун снова уснула.

Джун (сквозь сон): люблю Энму, люблю Энму, люблю . . .

Я рад это слышать. За малое время я уже накопил достаточно много сил. Путешествия я люблю и обожаю, только в моём мире этого не делал из-за страха, я путешествовал по миру только через сны, и лишь изредка по настоящему. Сейчас мои древние сны станут реальностью, но сейчас я просто хочу насладится нахождением с Джун на одном диване под одеялом. Эти 10 минут пролетели как вспышка света. Я встал, а Джун нет.

Энму: 10 минут уже прошли. Вставай.

Джун (сонливо): А можешь меня поцеловать, чтобы я пробудилась быстрее?

На самом деле мне не нравятся поцелуи, я предпочитаю обнимания. Просто обнимания более тёплые и более приятные. Мне всегда были противны поцелуи, не знаю почему. Но ради Джун я готов это сделать. Наклонившись над ней, моя тень повисла над её невинностью. Хищник попал в ловушку охотника, вот как я могу описать 5 секунд поцелуя. Джун улыбаясь пробудилась и сразу же встала с дивана. Внезапно её улыбка смылась разочарованным лицом.

Джун (ворча): Ой, в глазах потемнело! Старость не радость!

Энму: Низкое давление это и мой минус, мы довольно похожи в этом плане, у меня вчера от прогулки колени вообще стреляли будто пулемёты! Ещё спина болит от того, что мы прямоходящие.

Джун: О да, понимаю, быть на 4 лапах удобнее, чем просто на двух задних.

Мы уловили эту связь старческих приколов, после чего вместе посмеялись с самих себя.

Ари (пугающе): Я так вижу, вы готовы к шествию.

Энму (испуганно): ААААААА! Зачем так подкрадываться со спины?!

Ари (смущённо): Извини, просто это путешествие действительно важно для меня, там будут не только важные артефакты, там ещё будет мудрец который возможно нам чем-то поможет.

Энму: Всё интересней и интересней. Мы постараемся как можно быстрее позавтракать, чтобы выйти раньше.

Ари: Завтрак уже готов, он на кухне, приятного аппетита вам обоим.

Энму и Джун: Благодарю.

Бутерброды с мясом это самый отличный завтрак для начала трудного путешествия. Ари нам показала карту и объяснила всё. У нас будет одна комфортная остановка в виде деревни на полпути, нам надо будет пересечь лабиринт и северный лес. В принципе не так уж и сложно.

Ари: Тогда в путь!

Мы пошли в неизведанную нами даль, в то время как Чара осталась дома как хранитель, она не очень любит холод. Весь путь я пытаюсь держать в голове только путь, но местные голые поля просто шедевры. То, как солнечные лучи по ним скользят – очень живописно.

[Отряд Энму:

В пути:

-Энму (Лидер, Основная Сила)

-Джун (Авангард)

-Ари (Поддержка)

-Мамори (Танк)

Дома:

-Чара (Страж)

Моральный дух команды:

-Высок

Статус запасов:

-Полон]

Идя через бескрайние поля я чувствую крепкое единение с природой. Эти прекрасные травинки словно текут под действием ветров и времени суток. Эти золотые травинки начинают мутнеть, что не менее красиво. Я иду уже довольно долго, но усталости не чувствую. Я продолжаю смело идти вперёд, ведь я слышал прекрасные песни севера. Южные ветра дают мне ещё больше сил идти вперёд. Я воодушевлён этими красивыми картинами природы, в современной Японии нельзя встретить такого величественного заката над морем полей. Солнце садилось ниже, но туман внизу пути покрывал ближайшие равнины, вот что должно зваться гордостью красивых видов. Туман плывёт как корабль по волнам прилива, всё так же бесстрашно.

Ари (с одышкой): Энму, погоди нас! Не видишь мы тут плетёмся очень медленно из-за усталости? Как у тебя вообще остались силы после четверти пути?

Энму: Что? Четверти пути? Это разве не прекрасно что мы так быстро преодолели четверть пути?

Джун, Ари и Мамори (устало): Я устала, думаю, нужен перевал на один день.

Энму: Хорошо; но Мамори, мне завтра понадобятся твои навыки художницы. Сможешь нарисовать пейзаж местных видов?

Мамори (нейтрально): Ладно, я это смогу.

Энму: Тогда по рукам.

Мы развели один костёр и поставили 2 палатки. Начав ужин я увидел вдалеке как шёл снег. Эти удивительные движения далёких снежинок поражали меня, как эхо далёких времён. Тут я заметил, что Джун и Мамори о чём-то спорили.

Джун (утвердительно): Энму будет спать со мной!

Мамори (нейтрально): Нет, со мной!

Вот это новость! Но я знаю, как можно решить эту проблему без драки.

Энму: В моём мире была одна игра которая могла решить любой спор по типу вашего. Её название «камень ножницы бумага».

Джун: И что нужно делать?

Энму: Правила простые. Каждый игрок должен показать одну из фигур рукой. Есть всего 3 фигуры, камень, ножницы и бумага. Камень побеждает ножницы. Ножницы побеждают бумагу. Бумага побеждает камень. *Показал фигуры*.

Мамори (нейтрально): Вроде понятно.

Энму: Мы обычно играли до первой победы. Показывайте одну из фигур на счёт три. 1, 2, 3!

Джун показала камень, а Мамори бумагу.

Энму: Победила Мамори.

Джун была удивлена. Её шоку не было конца.

Джун (удивлённо): Как это возможно?

Мамори (нейтрально поднимая нос): Легко!

Ари начала утешать Джун.

Энму: Такие насмешки это унизительно. Я люблю вас всех одинаково сильно, мне больно видеть такое от тебя Мамори.

Мамори (тихо): Извини меня . . .

Ари: Холоднеет уже однако . . .

Энму: А это нормально что снегопады так велики тут?

Снег падал и возвышал белую гору, но она будто создавала тишину когда на неё смотрели. Белые птицы садились на ту гору и кровожадными глазами смотрели на нас, после чего соединялись с горой.

Ари: Всего один раз в году, если больше одного раза, то это уже феномен. Эти горы быстро исчезнут, не волнуйся.

Посмотрев в глаза Ари, Я увидел, что она уже сильно устала и она хочет спать. У нас есть палатки с безопасным подогревом на такой случай, ничто не сгорит.

Энму: Вы все какие-то сонные уже. Наверное, нам надо идти спать. Я установлю барьер над палатками, не волнуйтесь.

Я действительно возвёл барьер, что защищал нас как от физических атак, так и от магических. Я зевнул и пошёл в мой дом на ближайшее время. Я чуток разделся и лёг на тёплый обогреватель. Это действительно шикарно. Палатка раскрылась и вошла Джун. Она очень нежно мне дала чмок на ночь и пожелала спокойной ночи, естественно я отблагодарил её. Несмотря на время, наши чувства только набирают обороты. Мы все интересуемся друг другом намного больше, чем раньше. Я погладил Джун по голове, после чего она ушла. Уже прогретая палатка ждёт Мамори. Молния открывается и Мамори уже тут. Смело поставив свою ногу в палатку, она набралась решимости зайти.

Мамори (решимо): Энму! Я пришла!

Энму: Грелка уже прогрела нам кровать. Будь как дома, я ни в чём не откажу.

Мамори покраснела. Собственно, рядом никого кроме меня нет, поэтому она показывает свои эмоции мне.

Энму: Дверь закрой, пожалуйста, тепло выходит из палатки.

Мамори (виновато): Извини, закрываю. Я так замёрзла, можно к тебе под одеялко?

Энму: Хорошо, можно.

Мамори закрыла дверь и села к моему футону, Мамори сидит на коленях и смотрит на меня с улыбкой и добрым взглядом.

Мамори (мило): Энму, тебе нужна моя терапия, в последнее время тебе было слишком плохо. Можешь сесть мне на колени?

Энму: Хорошо.

Я вылез из-под одеяла и сел к ней на колени. Я начал ждать чего-то эпичного. Тень от Мамори больше моей, собственно лампа висит на потолке, а значит что Мамори и так больше меня. Она нежный гигант, но я не знаю можно ли её так называть?

Мамори (с доброй и уверенной улыбкой): Пришло время терапии.

Быстрым движением Мамори скользнула так, что она обняла меня со спины и положила свою голову на плечо.

Мамори (с добром): Я тоже могу быть грелкой, тепло от меня окутает тебя, из-за чего ты успокоишься от сердечной боли.

Нежный гигант поднимается из-под гор, но два горба соприкасаются с моей спиной. Я практически ничего не чувствую от Мамори кроме её тепла, и её груди. Я посмотрел ей в лицо, она закрыла глаза и начала наслаждаться моментом. Эти огоньки, что создают тепло просто начинают кружить вокруг нас, создавая вальс. Мамори их отозвала и после чего легла в нашу кровать, меня она, конечно, не отпускала. Теперь мне стало ещё лучше. Тьма в комнате окутала нашу кровать. Тихий ветер гулял по местным скалам. У меня такое чувство, будто во мне появился сад бесконечной любви. Я там один с любимыми. Мы сидим под цветущей сакурой и просто вместе веселимся. Мне так не хватает Чары, она так меня подбадривала каждое утро. Я погладил голову Мамори, что лежала на моём правом плече. Она удивлённо повернулась ко мне.

Энму: Извини, не знал что тебе не нравится.

Мамори (мило): Наоборот, мне очень это понравилось. Можешь повторить?

Энму: Без проблем.

Я снова её погладил, Мамори закрыла свои глаза и начала получать больше наслаждения. Так, мне стоит проанализировать ситуацию. Я лежу вместе с девушкой моего биологического вида на одной кровати, а она наслаждается своим пребыванием со мной. Я не знаю как на это реагировать. Мы сейчас одни и я могу случайно на неё наброситься.

Мамори (с улыбкой): Энму, хочешь от меня наследника? Я готова отдать саму себя тебе полностью, но готов ли ты принять меня?

Энму: Готов, но не сейчас. Хочу ещё немного побыть девственником и насладиться этим.

Мамори (как ребёнок): Но я сейчас возбуждена! Не упускай свой шанс!

Энму: Я знаю что принимать отказ от меня сейчас немного трудно, но тут отличие диких людей от цивилизованных – это сдержанность. Придёт время и я сам стану диким, тогда мы этим займёмся.

Мамори меня крепче обняла и начала дуть в моё ухо. Я покраснел.

Энму (смущённо): Мамори, пожалуйста, хватит.

Мамори (шёпотом в ухо): Я хочу тебе устроить твой АСМР и успокоить тебя.

Моё сердце начало биться быстрее. Мне стыдно за то, что я как-то раз рассказал об этом Мамори. На одной охоте я сказал, что что-то похоже на АСМР, Мамори поинтересовалась что это и затем я объяснил примером девушек что шепчут в микрофон.

Мамори (шёпотом в ухо): Энму, я надеюсь, что я тебе нравлюсь. Я очень сильно тебя люблю! Сильно сильно! Я ни к кому такой сильной любви не чувствую как к тебе. Я хочу тебя оберегать ценой моей жизни. Когда я только за тобой последовала, то не понимала как мне повезло. Я хочу быть с тобой каждый момент моего существования. Ты огромный молодец, что смог перебороть свои ментальные недостатки и болезни, но с депрессией и слезами у тебя конечно есть небольшие проблемки, но во всём остальном ты даже лучше меня. Я очень рада, что ты смог достигнуть таких высот в владении магии и управлении собой. Ты единственный, кто может расплавить моё сердце. Я признательна тебе за это. Этот день был трудным для всех нас, поэтому . . . спокойной ночи, мой Любимый. *поцеловала в ухо*

Энму (смущённо): Т-тебе тоже . . .

Мамори немного потёрлась своей головой о мою голову, а затем начала сопеть, после чего спать. Я последовал по её пути и тоже уснул.

На следующее утро она лежала на моём боку и сладко спала. Я встал чтобы пойти к костру. Там я встретил Джун и удивился.

Энму: ЧТО?! ЧТО С ТОБОЙ СЛУЧИЛОСЬ?!

Джун (раздражённо): Это всё природные реакции.

Волосы Джун стали белыми как снег и удлинились в несколько раз, а хвост раздвоился.

Джун (немного угрюмо): Волосы белые из-за того, что сейчас зима в этом месте. А хвостов двое из-за достижения нового уровня силы. У меня новый этап развития. Волосы выросли как мех, когда будет «Лето», то я начну линять и эти белые волосы выпадут, а после этого нормальные волосы отрастут мгновенно.

Энму: Ладно . . .

Приветствием я обнял Джун, затем Ари, после чего проснувшуюся Мамори. Как результат, Джун перестала быть угрюмой, Ари просто обрадовалась как маленькая, а Мамори была невероятно счастлива от утреннего приветствия.

Энму: Теперь время завтрака, после этого продолжим путь.

Я приготовил на огне мясо местных оленей и приправил синей пряностью, что у нас похожа на соль и сахар одновременно. С такими пряностями я имею дело в этом мире, эта пряность сама выбирает какой быть в зависимости от еды, в которой она будет.

Всем моим девушкам понравился завтрак и мы взяли курс на деревню Левефр. Эта деревня известна своими деревьями, что никогда не меняют цвет в независимости от времени года, хотя это довольно северная деревня.

Плачущие ветра, что дули в наши лица, сопровождали нас. Мы не заметили того, как пришли на какую-то скалу, что заканчивалась обрывом. Ари начала мешкаться, ведь этот путь должен был быть правильным. Ведьма вышла немного вперёд.

Ари (чухая голову): Стоять, но тут ведь должна быть дорога, а не обрыв! Ребятушки, простите за этот прокол, сейчас найдём обход.

Мамори (нейтрально): Не проблема, там, кажись, есть безопасное ущелье.

Ари (удовлетворённо): А ты имеешь глаз алмаз!

Ари улыбнулась, после чего мы пошли вниз к ущелью, что было в низовьях этой местности. Нам потребовалось 10 минут, чтобы дойти до ущелья, но теперь нам ничего не угрожает.

Я спокойно шёл и временами обнимал всех остальных, также неся уставших. Снег тут шёл не очень активно, ведь высокие стены ущелья защищали нас от снега. Но всё таки тут было холодно. Мы спокойно шли, как Джун отпрыгнула назад. Она стала в свою угрожающую боевую стойкость.

Джун (серьёзно и угрожающе): Здесь враги, внимание.

Я взглянул в сторону взгляда Джун, но никого там не увидел. Лишь тишина . . .

Энму: Джун, с тобой всё хорошо?

Джун (серьёзно и угрожающе): Я не сошла с ума, берегись!

Невидимый удар ощутился крайне болезненно, ведь удар пришёлся мне в рёбра.

Энму (рыча): ЧТО?!

Я всматривался в том направлении, откуда был удар. Все остальные стали за моей спиной. Я всмотрелся и открыл новое зрение – духовное. Я начал видеть духов. В небесах парил орёл, а перед нами были волк и тигр.

Духи зверей (рыча): Энму, возвращайся домой.

Энму (рыча как медведь): ПО МОИМ ВЕНАМ ТЕЧЁТ БЕНЗИН, ЭТО ВАМ ЛУЧШЕ УЙТИ, ПОКА ЖИВЫ.

Орёл пикировал на Джун, забрав её выше. Я попробовал попасть в орла пулями, но он слишком быстрый. Волк прыгнул на других, чтобы оглушить, а Тигр начал херачить меня своими тяжёлыми лапами с когтями. Мамори сдерживает волка, а Ари помогает Мамори лечением. Я легко уклонялся от медленных атак Тигра. Большой кощька свирепо рычал.

Энму (свирепо рыча как медведь): ТЫ ПОДНЯЛ СВОИ ЛАПЫ НЕ НА ТОГО!

Я ничему не уступаю этому опасному хищнику, но я вспомнил про свою катану, что могу призывать по желанию. Катана появилась в моих руках, после чего одним выпадом убил большого кощьку.

Энму (рыча как медведь): Мамори! Ари! Справитесь без меня?

Ари и Мамори: Да!

Я поднял голову вверх, смотря на битву Орла и Джун. Я начал прыгать по стенам ущелья, я смог добраться до Орла, что ещё не очень высоко улетел. Джун сильно сопротивлялась такому обидчику, пытаясь вырваться из его когтей и повернутся к нему лицом, а то Орёл схватил Джун за спину.

Джун (шипя): Айайайайай, больно ведь!

Джун выскользнула из своего «ёлочного» одеяния и повернулась к Орлу лицом. Мы атаковали его одновременно, пронзая его Катаной и когтями. Птица начала падать вместе с нами. Орёл был больше меня, примерно также, как атаковавший меня Тигр. Я схватил Джун руками и жёстко приземлился на землю с 50-ти метров высоты. Я выжил и даже ноги более менее целы, а вот Джун изрядно испугалась. Мамори и Ари победили Волка в тот момент, как я с Джун на руках приземлился на землю.

Все (радостно): Ура! Победа за нами!

Мы не заметили того, что Ущелье начало превращаться в гору. Земля под нашими ногами начала трястись и уходить вверх.

Джун (ошарашенно): Что происходит?

Ари (безнадёжно): Спящий Гигант пробудился . . .

Самое настоящее землетрясение заставило нас маневрировать и убегать из ущелья под предлогом того, что на наши головы падали камни разных размеров. Мы быстро выбежали из плеча Спящего Гиганта, теперь видимость ухудшал снегопад, хотя эту большую тушу можно за километр увидеть. Мы стоим на правом плече у спящего гиганта, он нас заметил, потому начал перемещать свою огромную каменную руку обросшую мхом к нам. Камушки и пыль сыпались на нас как град, потому я их сдувал Эфиром, мы выше чем обычно, поэтому тут холоднее и дышать тяжелее. Эфир имеет всего 1 минус – охлаждение обдуваемых предметов. То есть именно поэтому во время жестокой северной зимы я не использую охлаждающее средство, ведь мы и так можем заболеть от местных температур.

Энму (громко): Все! Хватайтесь за меня!

Все крепко обняли меня, после чего мы быстро увернулись от большого каменного удара с помощью полёта, что возможен нашей лёгкости и очень слабыми эфирными каналами.

Энму: Нам нужно найти его слабое место!

Огонь расплывался по моим венам, разгоняя меня при этом до максимума. Я смотрел, куда можно безопасно спустить моих девушек, пока мы были на высоте 1000 метров от земли. Садить девушек на гиганта не самый хороший вариант, поэтому надо их спустить на землю. Я не хочу им навредить.

Энму: Я вас посажу на землю и спрячу вдалеке, я не хочу вам навредить случайно. За меня не волнуйтесь!

Джун и Мамори (волнуясь): Но я хочу тебя защитить!

Джун и Мамори переглянулись, после чего обняли меня крепче. Их перепуганные взгляды давали мне знак того, что они волнуются. Ари тоже потеряла спокойное лицо, поэтому излечила меня через одежду.

Ари (панически): ВЫЙДИ ИЗ БОЯ ЖИВЫМ!

Энму: Я не хочу в вас попасть ненароком, я хочу увидеть весь мой потенциал. Просто спрячьтесь, со мной ничего не случится.

Мы приземлились на толстый слой снега, что и так сделало мягкое приземление ещё мягче. Я возвёл шар из камня с гироскопом внутри, после чего девушки туда зашли, я сдул Эфиром этот тяжёлый каменный шар. Это вынужденная мера. Шар укатился на безопасное расстояние, после чего снег начал таять вокруг меня из-за моей температуры. Каменный гигант похож на большого человека, что сделан из твердого камня и замёрзшего моха. Его голову украшали «лысина», длинная борода и серые глаза. Этот гигант не имел каких-либо эмоций на лице. Его тело было довольно мускулистым. Каждый его шаг изменял ландшафт, делая равнину усеянной холмами и ущельями. Снег падал, из-за чего мне было сложно увидеть его настоящий размер, но я так думаю, что его рост составляет примерно 2 километра. Замёрзшие леса и озёра создавали очень уютную атмосферу, охлаждая меня при этом. Каждая снежинка несла свою многовековую историю, что хотела меня успокоить. Я сразу понял, что нельзя сейчас успокаиваться, а наоборот злится больше и разжигать всё вокруг как огонь. Я призвал пару огненных шаров, после чего запустил их в Гиганта. Мне сложно стоять на земле, когда она трясётся, поэтому я взлетел на потоках Эфира. Шары успешно долетели до Гиганта, но абсолютно никакого вреда не нанесли, кроме растаявшего снега.

Энму: Значит огонь против него бесполезен.

Я сотворил несколько острых скал, что были запущены гиганту в шею, но он даже не дрогнул от удара. Мои снаряды просто стёрлись в пыль, как гигант был всё ещё целым. Я удивился и на миг усомнился в своих возможностях. Но я быстро собрался обратно, уворачиваясь от каменного дождя, что имел в себе как бритва острые булыжники. Я не смогу его повалить своим Эфиром, это бесполезно и я уже об этом знаю. Я запустил несколько огненных драконов в Гиганта, но это не принесло никакого эффекта кроме того, что я увидел кое-что странное на его груди. Какая-то дыра моего размера, что возможно вела к его сердцу.

Энму (восклицая): Твёрдый снаружи, но мягкий внутри! Надо использовать свой шанс.

Я полетел к нему сквозь весь снег и пыль, что летели в моё лицо. Большие и медленные валуны могли меня убить за один удар, но я слишком зол чтобы умереть. Огонь разрастался за моей спиной, что разлетелся на яркие вспышки в тёмных серых небесах. Когда я подлетел достаточно близко, то Гигант почти меня ударил своей рукой, но я быстрее этой груды камней и мха. Я влетел прямо в дыру, где должно было быть сердце, но я тут обнаружил странный лес, что был заточен камнем. Тут было тепло и снега не видно. Я вижу сквозь тьму, поэтому мне не составило труда увидеть странные формы деревьев. Все берёзы были похожи на людей, что застыли. Внезапно я услышал грохот из пучины леса и появился туман. В этом тумане все «люди» смогли передвигаться. Я сделал шаг назад от шока.

Энму: СТАТИСТИКА ВРАГОВ!

[Берёзники – духи, что крайне агрессивны к людям из-за того, что люди вырубают леса. Берёзники это духи хранители, что обычно сбиваются в колонии и представляют большую опасность для людей.

Здоровье – 1000

Атака – 150

Количество этой Колонии– 25 000

Уязвимость – Огонь]

То есть всего одна тактика против Берёзников – жечь и ещё раз жечь.

Энму (рыча): ПОДЖОГ!

ПОДЖОГ опасен тем, что это не просто огонь; это пламя по силе похоже на использование белого фосфора, но ПОДЖОГ имеет оранжевое свечение. Огонь охватил всех Берёзников вокруг меня.

Энму (рыча): ТАНЕЦ ОГНЯ!

Вокруг меня появился огонь, что образовывал острые диски, что служили предметом добивания. Гул огня разжигал древесину очень даже хорошо, поэтому за считанные секунды все Берёзники умерли. Я начал внимательно осматривать лес на предмет опасности мне, но ничего не обнаружил. Гигант не пытается сейчас меня поймать или ударить, значит тут есть что-то очень важное и хрупкое. Этот лес довольно большой и такое чувство, что будто растёт. Когда я моргнул, то передо мной появились новые берёзники, что готовились меня превратить в новое дерево.

Энму: ПОДЖОГ!

Новые берёзники мгновенно сгорели. Этот лес растёт быстрее, чем я могу сказать, видимо, я жертва обстоятельств, ведь я не могу сбежать отсюда, потому что дыра наружу затянулась. Что-то тут не так, если новые берёзники появляются за секунды, то наверное что-то должно их призывать, скорее всего это какой-то артефакт, который я могу прибрать к своим рукам. Пока Берёзники горят, то тут появляется достаточно пепла для удобрения леса. Я ступаю очень осторожно, временами призывая ПОДЖОГ. Внезапно я увидел какой-то двухэтажный современный домик из Японии, рядом с которым стояла Чара. Не успел я моргнуть, как они оба пропали бесследно. Видимо, у меня глюки с головой, или же тут есть предмет искажающий реальность и призывающий иллюзии. Я попробовал осмотреть местность моим вторым «духовным» взглядом в надежде что-то увидеть. Новые берёзники больше не появлялись, это странно, ведь я ничего кажись не ломал. Возле каменной стенки я только что обнаружил маленький зелёный шар украшенный узорами, что лежал на подушке, что была на «греческой» колонне. Местами я замечал скелеты людей, которые имели очень болезненные травмы груди, судя по разбитым рёбрам. Я их похоронил и помолился за их упокой, ведь они попали в это место скорее всего случайно. Не знаю почему, тут были ещё и женские скелеты, судя по тазу. Их черепа говорили мне, что они могли быть довольно красивыми. На них не осталось одежды, значит скорее всего они умерли много лет назад, но почему они не стали Берёзниками, всё таки я не сильно понимаю кем являются Берёзники, теми скульптурами из берёз или туманом, что их окружает. Наверное они меня просто хотели убить, не превратить в скульптуру. После захоронения этих скелетов, я взял зелёный шар в руки для обследования, но случайно его поломал.

Энму: Афигеть.

Осколки шара восстановлению не подлежат, зато я просто узнал что это был за артефакт.

[Шар Иллюзий – призывает иллюзию всем врагам подземелья, перекрывая таким образом путь к сердцу гиганта.

Хрупкость – два касания]

Энму: Ну и ладно.

Я просто пожал плечами, после чего нашёл ещё одну сферу, без раздумий я её сломал камнем. Как эффект весь едва заметный туман исчез. Как оказалось Берёзники это частицы тумана, что оживляют берёзы.

Энму: Ну, прикольно.

Я начал поиск Сердца Гиганта, что должно было стать артефактом для смерти этого каменного великана. В этом лесу очень тихо, что я чётко слышу своё сердцебиение. Не знаю почему, но мне стало как-то страшно. Я никого не видел, кроме деревьев, здесь даже птиц нету. Временами я слышал заглушённое дыхание ветров, что билось о гиганта. Я шёл очень извилистой дорогой, иногда пробиваясь к стенкам Великана, а иногда заходя в глубь леса. Внезапно я нашёл маленькую пещеру, откуда шёл мистический серый свет. Я для надёжности призвал пару огненных адских шаров. Зайдя внутрь я увидел сердце в стене.

Энму: ОБСЛЕДОВАНИЕ!

[Сердце Гиганта – артефакт, что отвечает за сохранность данного Гиганта и этого Леса.

Хрупкость – 2 прикосновения]

Я решил позабавится, поэтому сделал кол из алмаза, что был острее моей катаны.

Энму: Хэхэхэхэхэ . . .

Я вонзил кол насквозь и Гигант на мгновение заверещал. Земля начала дрожать подо мной и наклоняться почти на 90 градусов. Я пробил эту стену такими же алмазными снарядами и освободился к снегопаду, что наконец остудил мой пыл. Я подхватил себя Эфиром, поэтому вторая посадка намечалась вновь мягкой. Пока я летел, то наблюдал за падением Гиганта. Медленно, но верно он обратно превращался в гору, что покрывала эту разрушенную равнину. Снег падал, а я вместе с ним. Хочу сказать, что это самый красивый вид из всех на севере. Я начал поиск сферы, где должны были быть мои девушки. Я её нашёл очень быстро, поэтому начал лететь к ней. Я спустился как ангел, после чего разрушил стенку сферы. Все были в целости и здравии, но выглядели все как-то злобно, кроме меня. Джун подошла ко мне и пальцем показала, что мне нужно нагнутся.

Энму: У вас тут всё хорошо?

Джун сильно ударила меня кулаком в живот, заставив меня улететь примерно на 2 метра назад.

Джун (злобно): БАЛБЕС! КАК ТЫ ЭТУ СФЕРУ БРОСИЛ? МЫ ЧУТЬ ЗАВТРАК НА СВЕТ БОЖИЙ НЕ ВЕРНУЛИ ОТ ТВОИХ ВЫКРУТАСОВ!

Я бы встал с холодного снега, хотя я лучше слушал песни ветров, а не оры. Не знаю почему, но когда люди ссорятся, то мне становится очень плохо. Я смотрел в эти замороженные небеса, откуда падали миллиарды маленьких зеркал, что зовутся снежинками. Мою голову охлаждал снег, поэтому я стал моментально добрым, вкушая наслаждение от красивых небес.

Джун (грозно, но заботливо): Балбес! Прости меня что я тебя ударила, но вставай! Ты ведь так заболеешь!

Джун мне протянула руку помощи, о которую я опёрся вставая из вечной мерзлоты. Я понял, почему Джун меня ударила так сильно в живот. Я неправильно сделал гироскоп, из-за чего девушки крутились там как колёса машины на высоких скоростях. Я стряхнул снег с моей головы, после чего посмотрел внутрь сферы.

Ари сидела у стенки с очень больным видом, а Мамори помогала ей справляться с болью. Я хотел сделать шаг, но меня что-то удерживало.

Джун (милым плаксивым голосом): Энму, прости меня за удар . . . Ты ведь меня простишь?

Энму (саркастично): Нет.

Джун моментально сменилась в лице уже третий раз за 20 секунд. Изначально она была ещё злее Сатаны, после этого она смотрела на меня глазками лисёнка, а теперь максимально удивлённо. От такого сильного удивления Джун отпустила мою руку, из-за чего я смог спокойно идти. Я пришёл к Ари, что выглядела не очень здоровой.

Энму: Скажи, как ты? Где болит?

Ари: Мне нужно просто какое-то лечение, вот и всё.

Энму: Сейчас организую. ЛЕЧЕНИЕ!

Зелёный свет исцелил Ари, что она снова могла бить своей дубиной (на самом деле посохом) врагов. По крайней мере она может легко двигаться и не чувствует каких либо болей. Я повернулся к Мамори.

Энму: А ты как?

Мамори (нейтрально): Со мной всё хорошо, ты посмотри на Джун!

Я обернулся и увидел, что Джун сидела в снегу, а её удивлённое лицо превратилось в очень грустное. Я быстро прибежал к ней, взял на руки и убежал обратно в сферу, где не было снегопада. Я положил Джун на пол, после чего начал гладить её по голове.

Джун (меланхолично): И зачем ты это делаешь? Я ведь сделала тебе больно . . .

Энму: Да конечно же я тебя прощаю, просто у меня не всегда есть настроение делать шутки, а только что оно как раз и было.

Джун отвернулась от меня, сменив позу лежания на позу эмбриона.

Я переглянулся с Ари и Мамори, но они просто пожали плечами. Если мы тут задержимся, то нужно обустроить сферу. Я согрел плоский пол сферы, что не должен был наклоняться при любых обстоятельствах. Сейчас он действительно не наклоняется и вообще очень стабилен. Я наклонился к Джун, но она меня остановила.

Джун (нейтрально): Извини, я не хочу.

Её рука медленно и нежно толкнула меня. Теперь удивился уже я.

Джун (нейтрально): Я не хочу.

Я встал и отошёл от Джун, после чего обошёл её и посмотрел в её лицо. Её лицо выглядит очень печально.

Энму: Джун, можно я тебе помогу?

Джун: . . .

Стоять, такая ситуация была недавно и у меня, я знаю что мне нужно делать.

Энму: Всем нам иногда нужно время для одиночества, тебе ведь именно оно и надо, я ведь прав?

Джун: . . .

Я нашёл одеяло у меня в инвентаре, поэтому я дал тёплое зимнее одеяло Джун, что была в своём привычном кимоно. Джун ничего не сделала, поэтому я её сам укрыл. Её брови дрогнули, но очень малозаметно, поэтому я не обратил на это никакого внимания. Я вышел на улицу, чтобы попить чая и насладиться видом. Открыл инвентарь – а чая то нет! Я удивился, но быстро пришёл в себя. У меня должно быть что-то ещё тёплое и это что-то тёплое я нашёл. Тёплый рамэн с мясом согревал меня во время кристального снегопада. Новые живописные виды были очень интересны, чтобы их разглядывать как раз-таки с того места, где я сидел. Я такого даже в лесах Швеции не видел, это уже больше похоже на Норвегию. Я не удивлюсь, если увижу тут блэкарей, что проникаются атмосферой. Ари внезапно начала меня дёргать за рукав.

Энму: М?

Ари ничего не сказала, просто указав на Джун пальцем. Мне сразу было понятно, что что-то с ней не так. Я спрятал свой вкусный рамэн в инвентарь, чтобы подойти к Джун и помочь. Кстати о Джун, я хочу сказать, что моё предположение о «времени для себя» было абсолютно неверным. Сейчас Джун плачет и могу понять, что нужен ей всего 1 человек – я. Я показал Мамори и Ари нашими жестами, что сам справлюсь с этим. Я сел к Джун за спину, она действительно плачет. Я сейчас делаю всё медленно для того, чтобы анализировать ситуацию и поступать правильнее, мне не нужны проблемы в будущем.

Энму: Джун, давай поговорим.

Джун проигнорировала вопрос . . .

Я залез к Джун под одеяло, после чего обнял её. Её длинные волосы пропахли снегом, что радует мой нос. Я обнимаю Джун от всего сердца, ведь Джун мне очень дорога. Моя шутка вышла из моего контроля, если произошла такая ситуация. Я обнимал Джун со спины, но внезапно она повернулась ко мне лицом, после чего начала обнимать меня в ответ. Моя левая рука обнимала её за талию, а правая нежно гладила Джун по спине. Слёзы Джун были слишком печальными, видимо моя шутка слишком глубоко её затронула.

Энму: Прости меня за шутку, ты не виновата.

Джун (плача): Но я ведь тебя сильно ударила . . . Прости меня . . . ПРОСТИ МЕНЯ!

Джун боялась смотреть мне в глаза, поэтому просто уткнулась личиком мне в грудь. Вся Джун дрожит от страха и грусти, я могу слышать психичные крики из её мыслей. Я поцеловал Джун в голову.

Энму: Я тебя люблю, не ненавижу. Я тебя прощаю, не волнуйся.

Джун (плача, подняв голову): Правда . . ?

Энму: Чистейшая.

Джун (уткнувшись в грудь вновь): Мне нужно ещё немного полежать и успокоиться, хорошо?

Энму: Бери себе столько времени, сколько нужно. Всё это время я буду тебя гладить.

Я поднял голову Джун и вытер её слёзы, после чего погладил её щёчку.

Энму (восхищённо): Ты прекрасна!

Джун покраснела и отвела свой взгляд. Смущение с её лица не сходило ещё очень долго. Пока правая рука гладила прекрасное лицо Джун, то левая рука вновь гладила спину Лисы. Теперь душевное спокойствие в её сердце восстановилось, а крики психов сменились на ангельский хор в мыслях. Джун положила голову на мою грудь, ведь ей так удобней. Через время мы были в норме, из-за чего смогли продолжить наш путь.

Джун (радостно): Энму, спасибо тебе! Я тоже тебя люблю!

Я погладил её по голове, забирая одеяло обратно в инвентарь. Эта сфера нам не понадобится, поэтому я просто раскрошил её, предварительно выведя всех из неё.

Энму: Эта сфера слишком непрактична. Итак, вперёд!

Часть деревьев на нашем пути были без листвы, она вся опала и создавала иллюзию золота вдали. Та снежная гора продолжала расти, она так скоро достигнет небес. Такой большой снежный горный хребет меня чуток пугает. Деревня Левефр стала заметной издалека, ведь салатовые деревья (имею ввиду салатовый цвет) очень выделяются на фоне снега.

Ари (восхищённо): Вот та деревня! Скоро вечер, нам надо поспешить!

Великие деревья там это просто разрыв любых шаблонов красоты деревьев, даже Сакуры не сравнятся с этим зрелищем. Эти деревья не очень обычные, дело в том, что одна их половина полностью салатовая, а вторая полностью белая от окраски листьев. За нашими спинами падал ещё более сильный снег, поэтому это дало больше мотивации к движению вперёд. Честно говоря, таких холодов в Японии не было, тут как-то слишком морозно. Наконец дойдя до этой легендарной деревни, мы нашли отель.

Энму: 1 комнату на 4, пожалуйста.

Работник отеля: Хорошо, вот ключи от вашей комнаты, крайняя в коридоре, с вас 6 серебряных.

Энму: Держите.

Я не могу увидеть всю красоту местных видов в окнах, потому что шёл снег и луну не было видно. Я взял ключи и мы пошли в нашу комнату. Наша комната оказалась довольно просторной, но кровать была всего одна.

Ари (смущённо): Вот это конечно да, но деньги заплачены, я буду спать с Энму ближе, мне это по нраву.

Её движения и мимика говорят о том, что она сегодня ко мне будет приставать в постели. На самом деле Ари очень несчастная девушка, за её довольно недолгую жизнь её уже один раз посчитали умершей. Затем её похоронили заживо, но один из гостей подарил ей музыкальную шкатулку. Ари под землёй её слушала и заводила, а снаружи её кто-то услышал и спас ей жизнь. Ари очень боится маленьких пространств. Та музыкальная шкатулка всё ещё у неё дома. Ари не выглядит так, будто у неё есть травма, но в свободное время я помогаю ей против всех накопившихся проблем. Больше всего слёз течёт как раз от Ари. Она любит меня, но не проявляет это так сильно визуально как например Джун или Мамори.

Джун (с облегчением): Наконец тут тепло и я могу просто полежать. Человеческое тело не имеет такого меха как у лисы, поэтому мне холодно. Энму, можешь меня обнять?

Энму: Я не против тебя обнять, но ты мне взамен дашь потискать твои щёчки.

Джун (дуется): Ладно, хорошо, всё для тебя . . .

Джун не очень нравится когда я её тискаю, но она такая милая! Тогда просто буду гладить и обнимать её, если ей не нравится быть затисканной.

Мамори (нейтрально): Тогда я буду рисовать, просто вдохновение появилось.

В этой комнате есть камин. Ари легла на кровать чтобы просто отдохнуть, Мамори была в другом краю комнаты и как она сказала – рисовала. Джун и я сидели перед камином, она сидела снова на моих коленях. Джун меня обнимала как-то по странному, мою спину окутали сразу 2 хвоста, а не один как раньше. Странное чувство посетило меня, будто тут ещё кто-то должен быть, будто этот кто-то стучит и пытается вырваться из моего сердца. Я не знаю что именно происходит, но думаю, что это часть моей психической болезни.

Джун (перебралась с колен на плечо): Энму! Ты снова плачешь! Давай я помогу! Расскажи мне о проблеме и я помогу! Поплачь в мою грудь, возможно это тебя успокоит.

Джун более настойчивая чем в прошлый раз, что поднимает её на новый уровень для меня. Джун действительно беспокоится о мне. Ари и Мамори только что повернулись ко мне. Я не знаю что делать, может ещё один из моих страхов вышел наружу. Снова то чувство презрения от других меня пронизывает.

Ари (устало): Джун, неси Энму на кровать! Я не могу двигаться после сегодняшнего . . . Я сильно замёрзла . . .

Джун (как ребёнок): Энму, можно я перенесу тебя в кровать?

Энму (тихо): наверное да . . .

Джун слезла с меня, а я упал на пол, после чего она меня нежно обнимая понесла к кровати. Спустя 10 секунд таскания меня как мешка картошки, Джун положила меня на кровать, а Ари медленно но верно ползла ко мне. Мамори помогла Ари добраться ко мне, а сама она обошла кровать и тоже легла.

Я пытаюсь проанализировать проблему, но это очень слабо удается, вся эта боль заставляет меня плакать так сильно, что кажется, что идёт дождь. Джун легла на мой левый бок, а Ари и Мамори были на правом соответственно.

Джун (как заботливая мама): Теперь можешь что-то рассказать?

Я продолжил плакать, обнимая при этом Джун в области груди. Кто-то действительно пытается вырваться из моего сердца, при этом сильно плача. Сложно проснутся от кошмара, когда я не сплю . . .