В бесконечной, непроглядной и всепоглощающей тьме пустоты я дрейфовал, и будто небытие ласкало меня своими холодными объятиями. Чувства были словно приглушены: ни печали, ни ликования, ни даже тревоги - лишь безмятежное спокойствие.

Мысли, в привычном понимании, не посещали меня. В голове лишь один вопрос, эхом отдаваясь в пространстве, терзал моё «я»: «Какова цель?». И непрерывная тишина служила ему ответом.

Но вот тьма дрогнула, вздохнув от вечного покоя. Неожиданный всплеск эмоций пронзил мою сущность, вернув дремлющие чувства. Страх, ледяной и липкий, сковал моё сердце. Неизвестность, как хищный зверь, подкралась к моей душе с массой волнующих вопросов.

«Кто я?» - эхом разносился в пустоте мой отчаянный крик. «Где я?» - вопрошал мой испуганный разум. «Почему моё бессмысленное существование растворилось, уступив место этому всепоглощающему ужасу?» Но отсутствие ответов лишь усугубило непонимание.

Вслед за приобретением эмоций я научился ориентироваться в этом пустом пространстве, окружающем меня. Как будто ступал по глади воды.

«Хотя откуда мне знать каково это ступать по такой поверхности?» - возникла у меня мысль, но также быстро, как и появилась, она исчезла.

Путешествуя в этом тёмном пространстве, не имеющим ни конца ни края, всё чаще стал замечать странные явления. Порой мне казалось, что за мной кто-то следит, а иногда – что кто-то возникает прямо передо мной и тут же исчезает.

― Что же это такое? ― обеспокоенно пробормотал я, заметив очередной призрачный силуэт, отдалённо напоминающий человека.

— Может, я и есть часть этой тьмы? А эти силуэты – лишь мои отражения, вечно блуждающее в ней? Или же это призраки моего прошлого? Есть ли у меня оно? — задумчиво проговорил пустоту.

«Кем являюсь? Что было до этой пустоты? Ещё одна пустота?» – эти мысли не давали мне покоя, и я невольно коснулся правой рукой головы.

В моём мозге замелькали образы, будто картины, забытые в пыльном чулане памяти. Прекрасные пейзажи: бескрайние поля, раскинувшиеся под лазурным небом, густые леса, в которых бурлили жизни его обитателей, величественные горы, пронзающие облака, и безбрежные моря, ласково плещущие волнами о песчаные кроя.

Я видел, как игривый ветер подхватывает охапку золотых листьев и кружит их в вальсе; как река, сотканная из серебряной нити, петляет сквозь чащу леса; как снежинки спускаются с горных вершин; волны, будто притворяясь игривыми детьми, резвятся у побережья.

Образы так красочны и реалистичны, будто мог видеть их собственными глазами. Но они начали тускнеть и, подобно мотылькам над пламенем свечи, безвозвратно сгорели, оставив после себя лишь тлеющие угольки воспоминаний.

Транс воображения спал, и я вновь погрузился в непроглядную тьму. Но на этот раз она уже не казалась такой пустой и безлюдной. Те силуэты, что прежде мелькали и исчезали, как призраки, теперь застыли на своих местах, словно были пленены невидимой силой. Они замерли в разных позах, каждая из них – отголосок безмолвной боли, застывший во времени.

В одно мгновение все силуэты обрели материальную человекоподобную форму. С их тел, подобно тлеющим свечам, стекали капли густой и вязкой жидкости. Капли казались частью самих силуэтов, они кусками отрывались от их тел, падали на такой же чёрный пол, который, как губка, жадно впитывал эту странную субстанцию. А затем, повинуясь неведомой силе, вновь вливались обратно, словно питая эти теневые оболочки. Зрелище ужасало.

Превозмогая инстинктивный страх перед этими сущностями, я решился подойти ближе и рассмотреть одну из фигур. Протянув правую руку, почувствовал, как она предательски задрожала, а в голове начали роиться жуткие мысли. Мне всё казалось, что фигура сейчас оживёт и схватит меня. Усилием воли заставил себя остаться на месте.

Сущность преклоняла колени в молитвенной позе. Её лицо, если можно так назвать бесформенную чёрную массу, одновременно вызывало у меня чувство тревоги и непонятное спокойствие. Будто я вновь начал терять контроль над своими сознанием.

Ещё раз внимательно осмотрел сущность, но она уже не вызывала во мне интереса, если не считать её странного лица. Мое внимание привлекли вязкие капли, стекающие с фигуры на пол. Как только я коснулся их, они с невероятной скоростью начали превращаться в крошечные черные камешки, похожие на засохшую кровь. Внезапно от фигуры послышался странный звук. Я повернулся к ней и от неожиданности упал на пол, разбрызгав чёрную жидкость во все стороны. Испугался. Ведь эта сущность изменила свою позу. Та самая сущность, которая ещë секунду назад казалась мне уже не столь интересной, теперь с нескрываемой злобой уставилась прямо на меня. По-прежнему она стояла на коленях, но всë тело было устремлено в мою сторону. Голова склонена на бок, как у хищника, который выслеживает свою добычу.

Жгучий страх сковал моё тело, по спине пробежали мурашки, а на лбу выступил холодный пот. Не сводя глаз с сущности, я, шатаясь, поднялся на ноги и, не смея даже на секунду повернуться спиной, начал медленно отступать. «Что происходит? Неужели она живая?», - лихорадочно проносились мысли в моей голове. «А что, если и остальные... тоже?».

Стоило мне об этом подумать, как я упёрся спиной на одну из стоящих рядом сущностей. Сердце колотилось в груди с бешеной скоростью, а дыхание сбилось, но не мог сдвинуться с места, парализованный ужасом.

Собрав всю волю в кулак, я рванул прочь, но было уже поздно. Ледяная хватка существа сомкнулась на моей руке. Его лицо исказилось от гнева, будто я был для него заклятым врагом.

Стоило этой сущности повернуть голову набок, как все еë тело окрасилось в жуткий кроваво-бордовый цвет, а пол под ней стал такого же зловещего оттенка. Словно растекаясь по воде, этот окрас начал расползаться от первой сущности, державшей меня в плену, к остальным. Та, что стояла передо мной, протянула ко мне свою вторую руку, пальцы на которой превратились в тысячи острых лезвий, готовых разорвать меня на части.

Паника захлестнула меня: «неужели это конец? Мой бессмысленный конец? Такой же, как и всё моё существование», - пронеслась в голове леденящая душу мысль.

— НЕТ! — выкрикнул я, смотря вверх. Собрав все силы в правой ноге, ударил державшую меня сущность по руке. На удивление, конечность существа с лёгкостью отлетела на десятки метров. Звук, раздавшийся по всему пространству при приземлении руки, прорезал тишину.

Сумев вырваться, я без раздумий бросился бежать куда глаза глядят.

Кроваво-бордовая жижа с каждым шагом распространялась все быстрее, пожирая чёрную жижу под моими ногами. Спасаться приходилось изо всех сил, ведь сущности, к которым подступала вязкая бордовая жидкость тоже окрасились в этот цвет и пришли в движение, и они были быстры. Знал, что должен оторваться от этой волны во что бы то ни стало. Чтобы обогнать её, мне приходилось ускорятся, выходя за грань своих возможностей.

Моя паника росла, а силы убывали в геометрической прогрессии. Стиснув зубы, я собрал остатки сил на последний рывок, но тщетно. Бордовый цвет нагнал меня и окончательно поглотил всю чёрную пустоту, и мир вокруг меня превратился в однотонный кровавый хаос, будто попал прямиком в ад.

Охваченный ужасом, продолжал мчаться вперёд, не разбирая дороги, не переводя дыхания, ведь сущности всё ещё были позади. Мозг отказывался работать, мысли путались. Мое единственное желание – спастись, найти хоть одно чёрное пятно и спрятаться в нём от этой кроваво-бордовой заразы, что поглотила всë вокруг.

Сзади слышались хрипы и стоны оживающих тварей, но я не смел ни оглянуться, ни замедлить шаг. Остановка означала верную смерть.

Цепь, словно змея, вынырнула из скользкой жижи, схватив мою правую ногу, затем рывком опрокинула меня. Отчаянные попытки подняться и продолжить бег оказались тщетными – ещё одна цепь выскочила сковала мою левую руку. И вот уже стою на коленях, как та первая сущность.

Чувствуя мою беспомощность, жуткие твари, ринулись ко мне с утроенной скоростью. Теперь они хищники, а я - их добыча. Сердце колотилось в груди как бешеное, адреналин зашкаливал. Жгучий ужас сковал тело, ледяными тисками сдавив разум. Я превратился в безвольную марионетку в руках безжалостного рока судьбы.

Я стал их пищей. Не давая мне ни единого шанса на спасение, они принялись терзать мое тело. Острые, как бритва, зубы впивались в плоть, когти, словно тысячи лезвий, рвали кожу, а кто-то яростно пытался содрать ее с меня целиком.

Сопротивление было бессмысленно. Мне оставалось лишь кричать, нарушая привычную тишину пустоты воплями боли и безысходности.

Внезапно существо, стоявшее в нескольких метрах от меня, начало трансформироваться. Его тело стало более женственным, обнажая нежные, уязвимые места. Белоснежная кожа заменила прежнюю багровую оболочку. Волосы, словно из черно-багрового бархата, ниспадали волнами, обрамляя лицо существа. На преобразившееся создание облачилось платье из теней, цвета вороньего крыла, такое длинное, что казалось, оно сливалось с полом. Она была невысокой, но очень стройной и хрупкой, будто одно неловкое прикосновение заставит её упасть. На её лицо падала тень, так что я не мог рассмотреть его, но сразу понял, что на устах девушки расцвела чарующая улыбка, полная обещания утешения и покоя.

Передо мной предстал не монстр, а человек! Настоящий, живой, в этом кошмаре, где я томился целую вечность. Встреча с ним была подобна находке Святого Грааля. «Или это существо лишь пытается показаться дружелюбным?» – мелькнула мысль, но я тут же ее отбросил. «Какой смысл, если уже нахожусь в плену?» – хмыкнул про себя.

Мучители, будто кланяясь своей повелительнице, отступили на несколько метров, оставив меня в покое. Холодные цепи ослабли, а после и вовсе спасли с меня, оставив лишь потёртые следы на моей кожи.

Терзаемый нестерпимой болью я лишь мог смотреть на неё, очарованный и беспомощный. Женщина же, словно не замечая моих мук, с чарующей улыбкой на устах приближалась ко мне, даря мне надежду на то, что этот кошмар вот-вот закончится.

Из полумрака, окутывающего её лицо, женщина опустилась передо мной на одно колено, достала из складок платья нечто непонятное, нечто, что я не смог разглядеть. Её чарующий голос был подобен гласу божества.

– Не бойся, Гримм, все будет хорошо… – она хихикнула.

«Кто такой Гримм? Неужели это мое имя…» - пронеслось в моей голове. Но не успел я опомниться, как её нежная белоснежная рука коснулась моего окровавленного подбородка, ласково приподнимая лицо. И вот он, передо мной - лик, достойный самого пристального внимания. Овальное лицо, ярко выраженные скулы, аккуратный носик, алые губы, как у знатной особы, и глаза цвета кровавой лазури. Эта улыбка, дарящая надежду на лучшее и прекрасная родинка на подбородке. Все утончённые черты ее лица будоражили воображение, пробуждая во мне неистовый интерес, жажду страсти и запретных желаний.

В тот самый миг, когда я хотел прошептать: «Кто же вы, прекрасная леди?», острый, кинжал вонзился мне в зрачок левого глаза, разделив глазное яблоко на две половинки.

Из груди вырвался отчаянный крик, подобный удару молнии, пронзил мое тело, и мир вокруг меня закружился в кровавом хаосе. Никогда в жизни я не испытывал такой невыносимой муки. Алые капли крови, вырвавшись из моего истерзанного глаза, падали на багровый пол, постепенно скрывая его под алым покрывалом. Я склонился к полу.

— Не притворяйся, что не помнишь... — еле слышно прошептала чарующая женщина, но её слова были уже не услышаны мной, боль заглушала все остальные чувства.

Невыносимая му́ка с новой силой пронзила мое тело, заставив меня зажмуриться и корчиться в конвульсиях. Крики вырывались из моей груди, эхом разносясь по пространству.

Стиснув зубы, переждал адскую боль. Когда она отступила, я с трудом поднялся на ноги и открыл уцелевший глаз. В тот же момент понял, что вновь оказался в безграничной тьме, такой же, как и до появления этих жутких тварей. Чудовища, терзавшие меня, и та женщина – все они растворились в пустоте, оставив меня наедине с собой… Я посмотрел на себя. Весь в крови, истерзанный, некоторых кусков тела не хватало. Ноги начали подводить меня, пришлось снова опуститься на колени. В тот момент попытался осмыслить случившееся. Что означали слова той женщины, когда она говорила о том, что все будет хорошо? «Значит, пыталась втереться в доверие», - дошло до меня. А что она прошептала после того, как вонзила мне в глаз кинжал? Что это все вообще было? Все эти вопросы врывались в мой измученный разум с бешенной скоростью принося мне ещё больше страданий.

Превозмогая боль, я решился извлечь кинжал из раненого глаза. Сжав его окровавленной рукой, собрал всю волю в кулак и быстро вырвал лезвие.

Осмотрев клинок, наткнулся на надпись, что была будто бы вырезанная, очень корявая, её едва можно было прочитать. Но мог всë же различить слова «Не забывай».

«Что же я, чёрт возьми, должен не забывать? Весь тот кошмар, что пережил за считанные мгновения, или же пустоту, в которой пребывал каждый миг своего бессмысленного существования?!» - эти мысли не давали мне покоя.

— Кто ты, черт возьми?! - выкрикнул я в пустоту, но ответа не последовало.

— Зачем ты забрала мой глаз?! - снова прокричал, но услышал лишь своё эхо.

Я устремил взгляд вниз. Из левого глаза медленно сочилась алая кровь, из другого капали слёзы, руки дрожали, а кинжал, который был извлечён, бесследно растворился в пустоте.

Без моего ведома глаза сомкнулись…

Мир вокруг меня ничем не отличался от того, к чему я уже привык – та же бесконечная тьма и пустота. Но в этот раз что-то было по-другому. Моя голова, она вдруг наполнилась воспоминаниями.

Руки задрожали, из глотки хлынула бордово-кровавая жижа. Вспомнил всё – все эти мучительные смерти, что повторялись снова и снова. Непрерывный цикл, который уже был прожит мною множество раз. Всегда он начинался одинаково: я, возвращая самосознание, касался своей головы, и перед глазами проносились обрывки из прошлого. А потом появлялись они – эти жуткие существа.

Я всегда подходил к одному из них (каждый раз это был кто-то новый), и после его «оживления» пускался в бегство.

Меня всегда ловили – либо сразу, либо с помощью цепей, которые возникали из ниоткуда. После этого появлялась она – женщина, притворяющаяся доброй. Она вонзала мне кинжал в глаз, а затем в сердце…

Левый глаз снова отсутствовал, а вот сердце, хоть и билось быстрее обычного, но было на месте! «В этом цикле она не проткнула моё сердце, но почему?» - задался вопросом. Это кардинальное изменение, которое разрушило цикл. Я вспомнил все свои смерти, потому что был жив. Возможно, на это повлияло что-то внешнее.

Но радость от обретённых воспоминаний омрачалась тем, что мой разум был разрушен. Я не помнил ничего, что предшествовало появлению в этом пустом пространстве. Будто бы вся моя жизнь до этого момента была стёрта. «И всё же, как я здесь оказался?».

«Цикл был прерван?» - пронеслась в моей голове мысль. «Нет, это она его прервала», - осенило меня. «Но зачем ей это понадобилось?» - снова терзался вопросом. Я так устал думать над вопросами, ответа на которых не получить. Хватит думать, надо действовать

С решимостью устремил свой взгляд вперед.

— Я найду выход. Упускать такой шанс я не намерен.

И я побежал. Побежал, но не с лихорадочным, липким ужасом, что мешал думать. Побежал легко, с надеждой, без задней мысли.

***

Сколько времени бежал? Не знаю точно, но, скорее всего, немало. За все это время я ни разу не пожалел о своем решении. Те странные силуэты и женщина так и не появились, как и предполагал. Цикл был разорван. Но сколько же мне еще предстояло бежать? Ответ на этот вопрос узнал совсем скоро.

Вдалеке виднелся свет! Яркий, солнечный свет! Мои ноги засеменили быстрее, с каждым пройденным метром свет становился все ярче, а тьма вокруг окрашивалась в разные цвета – синий, зеленый, даже фиолетовый. Это было поистине завораживающее зрелище!

И вот… вбежал внутрь. Веки отяжелели, а голову заполнили мысли о том, где окажусь и окажусь ли вообще.

... Я вновь открыл глаза.

Вместо тьмы, меня озарил своим сиянием лик женщины, склонившейся надо мной. Её глаза были наполнены слезами.

«У меня получилось!» - пронеслось в голове, счастью не было предела. Мне хотелось кричать от счастья. Но придя в себя, я всё-таки решил сконцентрировать внимание на моем окружении.

Кто же эта прекрасная незнакомка, орошающая мое лицо своими слезами? Ответ на этот вопрос я не знал. В ее чистом и добром взгляде таилось что-то притягательное, но не мог разгадать суть. Из-за сияющей в улыбки женщины я невольно залюбовался ее красотой. Черные волосы с частичкой голубого оттенка ниспадали до плеч. А зеленые глаза, были полны слёз сострадания.

Наконец заметил мужчину, стоящего рядом с ней. Его длинная белая борода обрамляла суровое лицо. Белые волосы, аккуратно уложенные, не доходя до плеч. Его светло-голубые глаза, были холодными и серьезными. Он не улыбался, губы его были сжаты, а осанка прямая и гордая, как у человека, привыкшего командовать.

Повертев немного головой, я осмотрел комнату в которой находился она была полна разнообразных вещей. В центре помещения стояла кровать. У окна, залитого теплым светом, располагался стол, заваленный разными канцелярскими принадлежностям. Дверь, украшенная изысканной резьбой, на ней был изображён странный зверь напоминающего помесь кролика и выдры. Справа от двери красовалась стойка для оружия, а слева был шкаф для одежды. В противоположной стороне от двери находилось огромное зеркало. Под потолком сверкала красочная люстра.

Обратив внимание на женщину с мужчиной, заметил, как они стали о чём-то разговаривать. К своему удивлению, я не мог разобрать почти ни слова. Лишь обрывки фраз доходили до меня, будто эхо из густого тумана, долетали до моего сознания. Одна из них, произнесенная с нежностью и трепетом, особенно запала мне в душу: «Наш малыш». Судя по всему, она говорила обо мне.

«Может быть я реинкарнировал?» - пронеслась мысль в моей голове. «В таком случае моё забытое прошлое никак не повлияет на моё настоящие» - подумал я в тот момент.

Сосредоточившись на разговоре родителей, попытался уловить хоть что-то.

Несмотря на то, что большая часть их разговора оставалась для меня загадкой, я не мог не задаться вопросом: «Почему я не понимаю большую часть из того, что они говорят?» Слова, которые они произносили, я вроде бы слышал, но они будто растворялись в моей голове, едва до нее долетая. «Возможно, это побочный эффект переноса меня в новое тело».

Из их долгого разговора смог уловить лишь обрывки фраз: «Какое счастье!»; «Мы справились!»; «Мне пора»; «Опять в…»; «Только приехал»; «Рока очнулся»; «Поговори с…»; «Работаю на…»; «Не спорь...».

Судя по всему, мой отец - человек важный, постоянно занятый работой. А матушка, похоже, пыталась уговорить его взять отгул. Но могу ошибаться в своих догадках, ведь большую часть разговора я так и не смог понять.

Но одно было уяснено мной абсолютно ясно: меня зовут Рока. Необычное имя, которое почему-то ассоциировалось у меня с камнем. Отец, не меняя своего холодного выражения лица, бросил на меня взгляд и вышел из комнаты, что-то пробурчав матушке.

Моя матушка, отведя взгляд от двери, нежно взяла меня на руки и начала легонько качать. Я ощутил тепло ее прикосновения, и, движимый инстинктом, попытался пошевелить руками. Но, к своему горькому разочарованию, не смог этого сделать.

Матушка, прижимая меня к себе устремилась к зеркалу.

— Рока, посмотри на себя, — ласково промолвила она, сияя улыбкой.

Мы расположились прямо перед зеркалом. Оно было настолько большим, что в нем целиком отражалась матушка, держащая меня на руках.

Моя кожа была светлого, почти фарфорового оттенка. Лицо имело овальную форму, с открытым лбом, обрамленным густой челкой.

Глаза, большие и выразительные, сразу же притягивали внимание. Правый был ярко-голубым, цвета летнего неба, а левый – глубоким серым, словно грозовое облако. Нос был небольшим, аккуратным, а губы – средней полноты.

Волосы, едва доходящие до ушей, имели преимущественно черный цвет. Лишь небольшая прядь на левой стороне головы резко контрастировала с остальной массой, будучи идеально белой.

Внезапно в памяти всплыли слова той леди, что вонзила в мой глаз лезвие: «Всё будет хорошо». Левый глаз был слеп. Но это было небольшой платой за свободу.

Матушка, немного полюбовавшись мной, уложила меня на мягкую и тёплую постель. Никогда прежде я не ощущал такого наслаждения просто лежа – мне казалось, будто улёгся на белоснежном облаке.

Несмотря на то, что я только что проснулся, меня вновь клонило в дрему. С тревогой подумал о том, что, открыв глаза, снова окажусь в той безграничной и непроглядной тьме, в которой провел так много времени. Все мои попытки не закрывать глаза оказались тщетными, и я вновь погрузился в сон.