Описанные выше события остались в памяти каждого их участника, не считая героев, что уже через несколько часов оказались во всех газетах. В это время, остановленных преступников везли в тюрьмы совершенно разные. Кого-то в Рафт, кого-то в обычную, кого-то в строгий режим. В Рафт попали Гандерсон и Масарик, Фина заключили в тюрьме довольно странной по своему строению. Странной она была по той причине, что большую часть без какой-либо причины занимали два места – двор и столовая. Камерам было уделено менее 5% общей территории, каждая была размером примерно в туалет среднего размера. К заключенным там относились как к присохшему к унитазу говну, к чему каждый привык либо уже через месяц, либо лишь спустя годы. Дюкейн получил пожизненное заключение за все его внезапно раскрытые преступления, но его все устраивало, ведь закрыли его в такой тюрьме, о сущности которой речь зайдет немного позже. У каждого из этих зданий была только одна совместная деталь, это было серое окружение. Ни одна стена красок не видела с момента построения, пол местами был украшен несмываемой рвотой и маленькими трещинами. Цветовая гамма состояла из одних серых оттенков, хоть бери Рафт, хоть что-либо еще. Только некоторые камеры отличались от остальных наличием плакатов с фотографиями, сделанными, видимо, в очень жаркую погоду, личных вещей по типу фигурок и всего подобного.

Камера, к которой сейчас перейдет внимание, была специально отстроена для самого выделяющегося заключенного из всех. За последние четыре года он заметно похудел, но это не означало то, что шея заключенного впервые с рождения увидела свет. Главным изменением в его внешности были ноги, на которых он довольно ловко научился передвигаться. Теперь ему не приходилось перекатываться или опираться на руки, теперь он мог как (почти) нормальный человек ходить на своих двоих. Пол начал прогибаться реже, трещины и вовсе не появлялись. Заключенным, как уже ясно, был Арни Гандерсон, который со злостью сидел на своей широкой кровати, еле вмещавшей его тело. Его кисти были полностью закрыты шарами из вибраниума. Арни сидел и негодовал.

– Да сколько можно уже сидеть в этом тюрьме еб-

– Жирный! К тебе гости! – прервал его постучавшийся в камеру охранник. Арни посмотрел на дверь, которая медленно открылась. В дверном проеме не было видно буквально ничего, его поглотила тьма.

Спустя несколько мгновений из него выглянула нога в дорогих коричневых мужских туфлях с каблуком. Над ними были брюки из красивейшего материала, но уже зеленоватого оттенка. Нога громко вступила на территорию камеры, после этого за ней последовала вторая. Наконец, в комнату полноценно зашел гость. Его туловище было покрыто зеленым пиджаком с белой рубашкой под ним. Лицо украшала густая щетина, а на глазах были солнечные очку с прямоугольной оправой дубового цвета. Волосы были непонятно уложены, направляясь то ли вверх, то ли влево. Гость встал в центр камеры и скрестив руки на груди с улыбкой смотрел на Арни, который ждал либо новой порции еды, либо хоть каких-то слов.

– Вы мне еду принесли или пришли просто посмотреть?

Гость не отвечал.

– Значит посмотреть. Как же вы мне надоели все, будто не видели никогда голого--

Арни поднес руки к штанам, когда мужчина вдруг засмеялся. Смех его был непродолжительным, он быстро успокоился и произнес свои первые слова.

– Я не на колбасу сюда смотреть пришел, мистер Гандерсон. Можно просто Арни? Арни молча кивнул с приоткрытым от недоумения ртом.

– Вот и отлично. Арни, как я знаю тебя кто сюда засадил? Хоулетт?

– Это кто такой вообще?

– Ну Хоулетт. Джеймс Хоулетт. Бородатый такой, злой всегда, с когтями из рук. – Когти...

– Да, получается он. Как бы Арни Гандерсон отреагировал на мои слова о том, что он вместе с еще небольшой группой людей сможет... – мужчина ударил сверху ладонью по своему кулаку. – не только самого Хоулетта, но и остальных Мстителей?

Арни на момент задумался о том, стоит ли ему вообще слушать этого мужчину. Множество факторов указывало на отрицательный ответ, но Арни понимал, что ему уже просто нечего делать. Сбежать у него не получится, тюремная жизнь откровенно надоела. Предложение незнакомца могло быть его последним выходом, поэтому отказываться он не решился. Да и в конце концов, одна лишь мысль об убийстве мужчины с когтями, из-за которого Гандерсон и оказался в Рафте, была слишком сладка.

– Он бы отреагировал положительно. – после небольшой паузы сказал он.

– Шикарно! Сегодня в эту камеру попадет небольшой сюрприз... – сказал мужчина и вышел из комнаты. Арни остался в ней в гордом одиночестве, дверь захлопнулась.

На другой стороне Рафта, лежа на кровати, Милош Масарик подкидывал в воздух резиновый мяч. За последние два года в Рафте он успел отрастить внушительную бороду, подкачаться и пережить много издевательств со стороны других заключенных. В особенности над ним издевались за резиновый мяч, который он везде с собой носил. Однажды над ним поиздевались, подсунув другие мячики. Но они уже были стеклянными и разной формы. В остальном же Милош ничем в Рафте не занимался за пределами своей камеры. Внутри же он в основном лишь качался, спал, качался, снова спал. Посетителей у него не было никогда, поэтому, когда в его дверь постучали с оповещением, он даже отложил мяч в сторону, сел на кровать и, опираясь на руки, сел, смотря на дверь. Из нее вышел уже знакомый другому заключенному Рафта мужчина, который провел с Масариком такой же диалог, заменив «Хоулетт» на «Старк». Милош был менее склонен к предложению, пока мужчина не сказал, что он будет связующим звеном операции. И пока гость не раскрыл почти весь план будущей операции. Во время беседы раскрылась неожиданная черта Милоша, которой тот хоть и не стыдился, но недолюбливал точно. Неизвестного мужчину же она лишь позабавила. В конце концов они разговаривали около пяти минут, пока Милош не согласился и не начал ожидать «сюрприза».

Следующим на очереди был Фин. Его дни проходили также неразнообразно. Все время он проводил во дворе и в качалке, набирая мышечную массу все больше и больше. За таким занятием его и застал мужчина в зеленом костюме. Как он попадал внутрь и добивался встречи с заключенными, не знал никто, кроме него самого и надзирателей. Впрочем, всем кого он «вербовал» было абсолютно плевать на подробности, ведь это было бы то же самое, что и читать мелкий шрифт, беря ипотеку под низкий процент – этого никто не делает, но через время жалеет.

Когда мужчина подошел к Фину, тот висел верх ногами на турнике, скрестив руки на груди. Его большой ирокез потерял цвет и стал очень мал, на руках и вовсе остались лишь малозаметные линии из волос.

– Если ты сейчас начнешь затирать про мои волосы, то я тебе член отрежу.

– Такое со мной уже проделывали, так что тут вы беспомощны, мистер Фин.

Фин в ответ лишь хмыкнул и продолжил висеть на турнике.

– Вестибулярный аппарат тренируете? После вашей встречи с Пауком это правильное дело.

– Мужик, ты чего присосался? – сказал Фин кувырком спрыгнув с турника. Он осмотрел мужчину с ног до головы и увидел почти ту же самую картину, что и Арни с Милошем. Единственным отличием было лишь наличие золотого угловатого узора по всему пиджаку.

– Только помощь с вашей стороны, вот и все.

– Прямо скажи или ты сейчас на меня с земли смотреть будешь.

– Ладно, буду говорить по-другому. Мстителей завалить хочешь?

– А кто тут не хочет? – оглянувшись по сторонам спросил Фин.

– А Паука?

В этот момент Фин внимательно посмотрел на мужчину, задумался и сказал:

– А есть шанс?

– Шанс есть вместе с ним и всех остальных Мстителей захватить.

– И в чем план?

– Сегодня вечером возьми все любимые вещички – если конечно что-то, кроме огурцов, дающих силу земли, у тебя есть – и будь готов. Просто готов и все.

– Что-то я не выкупаю, подвох где?

– Ответил бы в рифму, но уже время поджимает, – сказал Неизвестный, взглянув на небо – просто сделай, что я сказал, жди. Понял?

Фин снова осмотрел собеседника и, развернувшись, ушел от него. Мужчина оценивал такой исход как «абсолютный успех», ведь знал о характере Фина и его повадках. Он был готов остаться минимум без пальца, но ему очень повезло. На пути из тюрьмы он не пережил каких-то удивительных событий, что заставило его слегка заскучать. Лишь мысль о следующем человеке в списке его волновала, ведь уже скоро весточку от него получит его старый друг – Жак Дюкейн.

С Жаком он познакомился целых одиннадцать лет назад, когда впервые встретил его на первом и последнем «Собрании суперзлодеев для создания планов по порабощению мира и простых разговоров по душам». После «ССДСПППМИПРПД» они с Жаком провернули несколько небольших дел и быстро сдружились. В один момент Дюкейн решил взять отпуск и отправился работать в цирк. Его путевка закончилась за решеткой, где он в данный момент и сидел. Как и все остальные, с семи утра до трех часов дня он был вынужден сидеть в своей камере, после чего выйти на перекличку и

вернуться в камеру. Через два часа получить еду, еще через два снова выйти. В десять часов вечера объявляли конец дня, и заключенные ложились спать. Так Дюкейн жил последние девять лет и ему такая жизнь поначалу не нравилась. Однако спустя пару лет из его головы ушли все мысли об окружающем мире. Цель самой тюрьмы, в которой он пребывал и была в этом – содержать заключенных так, чтобы они вообще забыли о том, что существует что-то помимо серых стен и койки. По невероятному стечению обстоятельств Дюкейн смог сохранить свою форму и даже стать немного крупнее. Его волосы поседели, а усы закрутились чуть больше. В остальном же, это был все тот же Жак Дюкейн, которого одиннадцать лет назад встретил мужчина в зеленом пиджаке.

15:15. За стеной послышались шаги. Маленькая дверца открылась и из нее вылез поднос с едой. Жак взял еду, и дверца закрылась. На подносе была только тарелка с кашей и кусок хлеба. Жак уже было хотел начать есть, как заметил странную вещь – хлеб был больше обычного. Всегда кусок был не больше сантиметра в высоту, но в этот раз он был на целых два сантиметра выше. Жак принялся доставать мякоть и нашел в ней небольшую капсулу. Открыв ее, Жак достал небольшую бумажку. На ней была лишь аббревиатура и несколько слов:

ССДСПППМИПРПД. Сегодня, 19:00, свобода.

Чтобы понять происхождение аббревиатуры Жаку понадобилось заглянуть на множество лет назад и хорошенько задуматься. Через десять минут он все же вспомнил и понял, кто является отправителем, о прошлом которого наконец настало время поговорить.

Все вышеописанное совершал один мужчина, который в делах злодейских не новичок. От своего дела он получает искреннее удовольствие, смакует каждый момент. При рождении в Нью-Джерси его назвали Калвином Забо. Его детство (по классике) было не очень радужным, но и жаловаться он не мог, его все устраивало. О своих родителях он ничего не знал, да и не хотел. Он всегда был сосредоточен на изучении всего подряд, не забывая при этом повсюду шутить и жить оптимистом. По итогу его любознательность привела Забо к тому, что перед его фамилией начали говорить «Доктор». Самому Калвину это было очень приятно, но на публике он этого не показывал по неизвестным причинам. В один момент Калвин начал экспериментировать с мутациями живых организмов. Все назвали его сумасшедшим и бросили, лишили права работать в одном из самых престижных научных комплексов, заставили стать отшельником. Калвин посмотрел на это несерьезно и продолжил работать в одиночку. Продавая изобретения не самым хорошим людям, он зарабатывал не только на хлеб, но и на новое оборудование. Он получал столько денег, что его лаборатория стала намного технологичнее той, что была на его работе. Сейчас же он никому не говорит своего настоящего имени, ожидая подставы отовсюду. Дело было в том, что под конец своей карьеры ученого он принялся работать на две стороны. Это привело к объединению его работодателей и огромной драке. Забо ищут уже шесть лет, но так и не могут понять одну вещь – его более не существует. Отныне есть только мужчина в зеленом пиджаке, который представляется лишь определенным людям под псевдонимом «Мистер Хайд». Выбрав псевдоним в честь персонажа любимой книги, Забо смог создать более устрашающую, чем на бумаге, личность. Никто не будет волноваться, если атаку будет готовить человек с фамилией «Забо». Многие будут бояться, если в их сторону посмотрит тот, кого называют «Мистер Хайд». Никто, конечно и не знал, что Забо сам по себе был человеком не очень жестоким. За всю жизнь он убил всего семь человек и то вынужденно. Тот факт, что шестеро из них были его друзьями детства, которые встали у него на пути в полицейской форме, а седьмой жертвой был ребенок, случайно забредший в его лабораторию, лучше опустить. Его амбиции стали толчком для появления одной идеи. Идеи такой, которую многие пытались

воплотить и единицы преуспевали в ее реализации. Идея заключалась в том, чтобы просто напросто уничтожить Мстителей, прямым способом, без церемоний. Почему? Потому что его чуть было не убили, когда он пришел прямо в Башню Мстителей чтобы продемонстрировать свою инновационную лазерную пушку, которая была в два раза мощнее репульсоров Старка. Он хотел предложить Могучим Героям Земли свою помощь, но его жестоким образом выгнали из здания, а точнее, его выгнал Тор своим молотом, пока остальные Мстители смотрели на это. О случившемся Забо не рассказал никому и рассказывать не собирался. После визита его не покидала боль в груди при резких движениях (К ней он привык менее чем за день), а репульсоры Железного Человека неожиданно стали в два раза мощнее. Перед вербовкой он изучил кучу разных дел, связанных со Мстителями и всеми остальными героями, и даже стал вести собственное расследование. Так он и вышел на нужных ему людей, не считая одного из них. Сейчас Забо отправлялся к ставшему бродягой Гарднеру Монро.

Гарднер еще много экспериментировал с мультивселенной. Костюм стал его главным одеянием в жизни, а вариантов самого себя он встречал каждый день на протяжении года. Он «призывал» сразу нескольких вариантов одновременно и объяснял им происходящее одной короткой речью. «Я это ты, но я смог создать костюм позволяющий брать таких, как ты из параллельных вселенных. Мне лишь нужна помощь, и я тебя отпущу» – говорил Гарднер, после чего высказывал свою просьбу. В основном варианты без паники ее выполняли, но иногда они начинали паниковать, закатывать истерики или вовсе нападать на Гарднера. Проблемы Гарднер умел решать, для этого у него были навыки убийства самого себя сотни, если не тысячи раз. Ни один из его вариантов не пережил встречу с ним и Гарднера это не волновало. Он использовал их для ограблений, после чего без эмоций забивал до смерти. Его ничего не волновало, лишь избавление от самого себя из другой вселенной. Он мог это объяснить предосторожностью, говорить, что долгое нахождение существа в другой вселенной может сломать всю мультивселенную. Но Гарднер — это человек с тяжелыми отклонениями, поэтому если его и спрашивали об этом, он отходил от темы. Каждое убийство ему казалось уже обыденной вещью, пока он не призвал столько вариантов самого себя, что почти был затоптан до смерти самим собой. Этот момент его и подкосил, момент, когда он осознал то, что не является самой умной и мощной версией самого себя. Подливало масла в огонь и то, что во время драки Гарднер мог получить помощь. В небе он увидел пролетающий Квинджет и сразу начал бежать в его сторону и крича молить о помощи. Квинджет остановился в воздухе, и он открылся. Из него выглянула женщина с рыжими волосами, которую все называли Черной Вдовой. Посмотрев на кричащего на земле мужчину, а затем и на огромную толпу, бегущую на него, она никак не отреагировала. Квинджет закрыл свой вход и продолжил путь. До этого момента Гарднер не знал, как относиться к Мстителям, что вообще о них думать. Он не погружался в эту тему, лишь знал, что в случае опасности они обязательно придут. Это и произошло, но о помощи никто не говорил. Теперь Монро утвердил свою точку зрения. Пока он вырубал своих двойников свой же отрубленной головой, он думал об алчности и лицемерии. Ему по-детски стало грустно и когда он разобрался с проблемой и спрятал костюм в специальном месте, о котором знал лишь он сам, Гарднер стал жить буквально на улице. Он продал все свое оборудование и уже четыре года бродяжничает. Он забыл все свои знания и растерял талант как ученый, но благодаря борьбе за каждую крошку, он стал драться намного лучше, стал ловчее, проворнее. Монро попросту стал опаснее.

И вот он, бывший ученый, сидел без дела в переулке. В один момент он увидел перед собой дорогие брюки и поднял свой взгляд вверх. Перед ним стоял Забо.

– Мистер Гарднер Монро? – спросил он.

– Мистер Гарднер Монро. – Гарднер поднял правую руку словно бойскаут и медленно встал с земли. Он был одет в светлую куртку с черным воротником и полосками, которые шли от плеч до пояса. Также он был в темно-синих джинсах, на руках были кожаные перчатки. Забо удивился относительно опрятному внешнему виду Монро, но более всех факторов его удивила прическа. Блондинистые волосы были аккуратно уложены в сторону, лишь моментами уходя то вверх, то в противоположное общей композиции направление.

– Я слышал о вашей... ситуации со Мстителями, так скажем. Честно говоря, я не удивлен, что так все и произошло. В конце концов всем известно, для чего в команде Мстителей женщина. – Забо усмехнулся, а вместе с ним и Монро. – Мистер Хайд. – он подал руку Гарднеру. Тот ее с подозрением пожал. – не хотели бы вы уничтожить Мстителей?

На лице Гарднера появилась такая улыбка, которую обычно можно увидеть в Матрице на лице Агента Смита. Разговор длился далее не слишком долго, хоть и не без проблем. Забо пришлось уверять Гарднера в том, что на этот раз никаких событий с участием полсотни клонов не будет. Ему даже пришлось провести странную аналогию – «Муха тоже вертолет, но без коробки передач. Вы тоже супергерой, но без надобных задач». Аналогия выбила Гарднера из колеи и показалась странной даже самому Забо. В любом случае, Гарднер согласился принять участие в невероятной афере Мистера Хайда и впоследствии станет единственным человеком из всей пятерки, которого в нужное место отправят на специальном наземном транспорте. Теперь пришла очередь выбираться и другим членам команды.

Хайд сидел в своем кабинете перед четырьмя мониторами и потирал руки друг о друга. В его ушах были небольшие наушники, в которых он часто слушал любимую музыку. Он никогда их не снимал и постоянно включал самые разные композиции: от саундтреков до классики интернета и хоровой музыки. На верхних двух мониторах был виден только выплывший из воды Рафт, с разных сторон. На нижних двух — тюрьмы, в которых содержали Фина и Дюкейна. Камеры медленно передвигались. Потому что они были на вертолетах.

На часах было 18:59. Оставалось несколько секунд до... а, нет, уже 19:00. Хайд грубым голосом сказал: «Начинайте», а когда выключил микрофон, стоявший перед ним, немного похихикал. Вертолеты быстро подлетели к стенам тюрем. Они оказались на расстоянии в двадцать метров, после чего запустили снаряды. Ракеты полетели в стены и разрушили их, обломки Рафта начали падать в воду, обломки тюрем Фина и Дюкейна начали падать в навоз. В ушах Хайда заиграла новая песня.

(*) Ссылка

(1:36) Из новоиспеченных дыр были видны члены еще не собранной команды. Вертолеты подлетели к ним и встали боком, чтобы те могли войти внутрь. Милош с легкостью запрыгнул в вертолет, не забыв захватить несколько кусков отломанного бетона с собой и не зря – в камеру забежали другие заключенные и начали пытаться запрыгнуть за ним, но каждый из прыгунов получил по камню в висок. Арни же долго мешкал и, сделав неуклюжий разгон из грузных шагов, прыгнул. Прыгнул слишком поздно. Его левая нога наступила на воздух, и он упал прямо в воду. Пилот не знал, что делать, а Хайд смотрел как небольшой метеорит человеческого происхождения падал в воду и в конце вызвал огромное количество брызг. Несколько секунд пилот был в ступоре, но в итоге решил просто улететь, пока заключенные не начали прыгать на него также, как и на другой стороне тюрьмы. Пока Хайд смотрел в одну точку, очевидно, удивленный увиденным, Фин еле-еле запрыгнул в вертолет боком. По-другому он и не мог, потому что его камера была настолько узкая, что спал он стоя. Показывая средний палец в сторону тюрьмы, Фин радостно кричал все что придет в голову,

даже благодарил тюремщиков за качественные турники. Дюкейн же кричал пилоту, чтобы тот подлетел поближе иначе тот просто не допрыгнет. В итоге вертолет был в нескольких сантиметрах от стены, когда дверь камеры Дюкейна выломали. Охранники ничего не могли поделать, кроме как смотреть на идущего лунной походкой в вертолет Дюкейна, который смеялся им в лицо. Один из них побежал на него, но Дюкейн откинул его резким ударом ноги в живот. Почти все нужные люди были в вертолетах, окрыленные чувством свободы. Больше всего доволен был Дюкейн, который впервые за множество лет увидел небо. «Как в первый раз!» – крикнул французский любитель побегов из тюрем, которые часто становились его вторым домом. Меньше всех радовался Арни Гандерсон, отправившийся изучать моря и океаны. Фин и Милош быстро успокоились и ждали посадки.

Спустя час все вертолеты были в одном месте. Они в ряд приземлились на невероятно длинной крыше здания, в котором и был офис собравшего всех вместе Мистера Хайда. Три вертолета открыли свои двери, четвертый, предназначенный для Гандерсона, уже давно пустовал. Из них начали выходить ожидаемые Хайдом личности. Все они были одеты в тюремную одежду и смотрели друг на друга с подозрением. Никто ничего не понимал, кроме, конечно же, Дюкейна, который отлично знал характер Хайда. Если быть точнее, то он знал как Хайд обожал свое дело. Его волновало все связанное с ним, каждый момент. Все свои силы он тратил на расширение своей территории, закупку оборудования (иногда и людей тоже), новые костюмы или другие аксессуары. Никакой личной жизни у него не было, лишь деловая. Ему было все равно, что нужно для той или иной задачи, он знал, что если человека правильно подтолкнуть, то он способен на все. Принцип жизни Хайда заключался в этом, что, несмотря на свою заезженность, очень сильно ему помогало в жизни. «Нет ничего невозможного, есть лишь очень опасное или тупое» – так или немного по-другому звучал его принцип, он часто меняет формулировку. Как бы он не звучал, он всегда вдохновлял Хайда на большее, на совершение сумасшедших с виду поступков, которые часто ему помогали. Иногда он падал, но всегда поднимался и продолжал работать. Все это он утвердил для себя в раннем детстве, когда увидел плакат с котом и надписью «Hang In There, Baby».

Пока тройка шла к серой двери на крыше, на два этажа ниже в этот момент через парадный вход входил Монро, которого привезли на машине. Как и все (кроме Дюкейна), он не знал, чего ожидать, но все равно шел туда, куда его вели. По расположению комнат здание напоминало самый обычный госпиталь, в котором не хватало лишь персонала и всего нужного оборудования. Таким оно и было до того, когда Хайд после увольнения не нашел заброшенную больницу, из которой вынес весь мусор (некоторое он продал) и начал обустраивать по-своему. Во время экспериментов с той самой пушкой он случайно снес все на втором этаже и почти обрушил крышу. К его счастью, несколько балок остались на месте, как и крыша. Хайд укрепил то, что осталось и оставил второй этаж под склад. Там он хранил все нужное и ненужное иногда даже тела прятал. Под активное использование второй этаж не годился, поэтому Хайд решил облагородить первый как можно сильнее, чтобы «произвести более хорошее первое впечатление». Первое впечатление троицы, прилетевшей на вертолетах, было не самым лучшим, особенно удивился Дюкейн, который вместо удивительной лаборатории увидел гору разделенного на категории мусора. Гарднер же был вполне впечатлен, ведь у входа его сразу ждал широкий холл, в котором обычно сидели гости или по ночам спали бездомные. Прямо напротив входа же была еще одна дверь, которая вела в коридор, на полу которого было несколько линий разных цветов. На левой стене висел указатель, который гласил:

ЗЕЛЕНЫЙ – КАБИНЕТ МИСТЕРА ХАЙДА ОРАНЖЕВЫЙ – ЛИЧНЫЕ КОМНАТЫ

КОРИЧНЕВЫЙ – ТУАЛЕТ

ЖЕЛТЫЙ – СТОЛОВАЯ

КРАСНЫЙ – ТРЕНИРОВОЧНЫЙ ОТДЕЛ

СИНИЙ – ЛАБОРАТОРИЯ МИСТЕРА ХАЙДА

ФИОЛЕТОВЫЙ – КОМНАТА ОТДЫХА

РОЗОВЫЙ – ГАРДЕРОБ

Пол был почти полностью покрыт этими линиями, поэтому с первого взгляда незнающий человек может принять Хайда за члена ЛГБТК+ сообщества, но он таковым не являлся.

– Че за гейский пол? – спросил Фин, когда он вместе со своими путниками спустился на первый этаж. К счастью для него, линии моментами расходились, поэтому у него было достаточно места для своих ног. Лишь Фин наступал на серые пробелы между ними. Дюкейн посмотрел на него и улыбнулся, а Милош лишь кивнул и цокнул.

Всех привели в комнату отдыха. Для ее создания Хайду пришлось лично снести две стены, тем самым соединив три палаты в единое помещение. Далее были лишь такие небольшие траты как: диван, аппарат с закусками, новые обои, телевизор, второй диван, стол, стол журнальный, большая пачка мужских журналов, большая пачка женских журналов, несколько постеров, по четыре железные кнопки на постер, несколько разноцветных ковров, сервис по съемке ковров, один большой разноцветный ковер, курс о правильном распределении ресурсов, четыре напольные лампы, одна большая люстра, налог за большое количество выброшенных предметов, третий диван и новая дверь. В конце концов, Хайд был доволен комнатой отдыха. Особенно его радовал тот факт, что ее обустроить было легче остальных комнат.

По неизвестным причинам Хайд задерживался. Около десяти минут в комнате отдыха было молчание, которое сопровождалось треском перелистываемых Дюкейном страниц журналов. Он единственный стоял на ногах, скрестив их у стены. Фин нашел где-то карандаш и крутил его в руке. Иногда он даже подкидывал его в воздух и ловил, имитируя движения ножом. Представлял, что пыряет кого-то, разрезает то ли сервелат, то ли колбасу, сделанную природой для человека. Бывало и что он сам не понимал, что делает, но ему просто нравилось делать плавные (иногда и резкие) движения, никогда не забывая о своем любимом виде оружия. Гарднер рассматривал все вокруг, сидя на диване и иногда почесывал голову. В его голове не было никаких мыслей, как и обычно во время его жизни на улице. Милош вообще ничего не делал, был лишь погружен в свои мысли. Он начал сомневаться в адекватности своего решения о согласии на предложение Хайда. Конечно, он теперь был на воле, больше его никто не сдерживал, он мог делать что захочет, где захочет и когда захочет. А теперь все начинает выглядеть как простой обман, на который его кидали множество раз. Но делать было уже нечего, поэтому Милош. Просто. Сидел.

Дверь наконец открылась и в комнату вошел Хайд. Он был одет в зеленый пиджак с красным платком у груди, брюки на этот раз были черными. На руках было два больших кольца, одно можно

даже назвать перстнем, ведь на нем было больше драгоценных камней нежели самого кольца. Все в комнате отвлеклись от своих дел и перевели взгляд на Хайда.

– Прошу прощения, были кое-какие проблемы. Фух! Наконец-то все в одном месте! – Хайд смотрел на всех и какое-то время ничего не говорил. – Наверное у вас сейчас куча вопросов, по типу «Кто это?» или «Что вообще происходит?». Я отвечу. Я – Мистер Хайд, можете меня звать просто Хайд или как вообще пожелаете. Я собрал вас в этот приятный весенний вечер, чтобы сделать то, что все вы очень, очень давно мечтали сделать, но никогда не могли. Я, Мистер Дюкейн, Господин Монро, Уважаемый Масарик и Фин отправим добрым червям земли Америки тела Мстителей! Уже через восемь дней состоится всемирно известный «праздник» – День Мстителей. По традиции там соберутся все члены этого клуба, то есть Железный Человек, – Милош немного нахмурился – Капитан Америка, – Дюкейн хрустнул шеей – Черная Вдова, – Гарднер сжал кулаки – и Человек-Паук конечно. – Фин сжал карандаш в руке и сломал его надвое. На момент всего посмотрели на него, но быстро вернулись к Хайду. – Все они будут там, будут говорить свои невероятно честные слова благодарности, пятое, десятое, но самое главное то, что там покажут нового члена команды! Для вас это неважно, это будет Росомаха, это уже все знают. Это было важно для одного парня, который пару часов назад утонул у тюрьмы Рафт. – Хайд усмехнулся, осознав иронию произошедшего. – Бедный Хьюго был огромен и опасен снаружи, но...

– Погодите, puhutko lihavasta miehestä? – перебил Милош. Все посмотрели на него с лицом, явно показывающим недоумение. Лишь Хайд понимал, что происходит.

– Во-первых – да, я говорю о нем и во-вторых – у нашего друга есть небольшая проблема с речью, которая возникла после его череды миссий под прикрытием в двадцати странах за четырнадцать дней, с тех пор он, не контролируя себя, вставляет в речь слова из других языков. Все верно, мистер Масарик?

– Д-да, все верно.

– Вот. Так что, прошу вас отнеситесь к этому с пониманием. Теперь, вы можете задавать вопросы, если они у вас есть.

– Ну, – начал Фин не убирая из руки половину карандаша – для начала в чем вообще план? Как сбежавшие два часа назад заключенные смогут «отправить Мстителей к червям»? Че вообще происходит?

Перед началом ответа Хайда, у того в ушах начали слышаться новые мотивы.

Ссылка

(0:32) – Вы поделитесь на пары и завтра отправитесь на задания, которые играют ключевую роль в плане. Честно говоря, это единственное, что вы должны сделать перед Днем Мстителей, но задания будут нелегкие. Обеим парам нужно будет украсть по одной вещи, каждая отправится на нужное место на знакомых вам вертолетах, потом вы вернетесь сюда на них же, потом вы подождете одну неделю, можете потренироваться или делать что вашей душе угодно, главное на улицу не выходите. Первая пара — это мистер Монро и мистер Дюкейн, вторая — Фин и мистер Масарик. Детали заданий вам будут даны завтра, завтра вы их и выполните. Обе вещи будут совмещены и с помощью них я самолично смогу собрать устройство, которое поможет нажатием одной кнопки все выполнить по красоте. Если задания будут выполнены без форс-мажоров, то все будет и вовсе идеально. Надеюсь, теперь все понятно?

Все начали кивать, Фин усмехнулся, но тоже покивал. Все были согласны на самое странное предложение в своей жизни (не для Милоша конечно, он за время выполнения заданий от русской разведки видел вещи страннее), что порадовало Хайда. Он направился к выходу из комнаты, но перед выходом остановился.

– Можно я буду «на ты» говорить? Просто эта тема с «мистер»... Все моментально разрешили Хайду облегчить свою жизнь.