Все те сны, что являлись до сих пор, долгое время казались мне чем-то объятным. В них всегда шел поучительный сказ, поражали своим масштабом и прекрасием. Чувство недосказанности который раз оставалось послевкусием с ранним пробуждением, по щелчку пропадая после трапезы с Хаха.

В разгар чудовищной ночи Веты не плачут - стойко оправдывают свою масть в бесконечном бою, верую в память, что останется после них через годы терзаний. Так почему же у меня текут слезы? Молюсь, неужели все прошло? Вся это пытка наконец закончилась!?

Я бежал, без устали поглядывая в спину, перебои в сердце учащались в такт падающим снежинкам впереди…чуть дальше носа.

— Метель, упрячь меня, унеси, прошу, в небесно даль…

В тот час я плевал на предательство, на случай пятиминутной давности. Одна только баллада заклинила и все теребила мой искусанный мозг: "Беги, беги от них подальше…от мыслей". Трезвость давно уснула горькой смертью, остался инстинкт, что молил мчаться, молил невидимые звезды над головой, уснувший Китанай, божий страшный день. Упаси…спаси…

В близости явилась моя хибарка. Она все стояла на прежнем месте, трепетала о моем возвращении. Благодарю тебя дом, кой спасший меня от ночных кошмаров…в голове и за окном.

Окунувшись за порог, я подолгу страшился касаться двери, набирался решимости, беспощадно глотал удушающий воздух, ненароком смотрел в неподвижную даль. В ней все чаще ничего не сменялось: те же капли - снежинки, укрывающие меня от нападок, а в них вечно таилась червонная ночь.

Что же говорить Хаха? Поверит ли Чичи? Уже у хибары вспомнились похожие вопросы…

…

Дверь открылась раздирающим скрипом, и я ворвался внутрь.

-Хаха, Чичи!

…

Они были мертвы. Холодные обглоданные трупы лежали у трапезного стола, уже давно никем не занятого.

И тут воспела паранормальная тишина - штиль, павший между наших тел. Я рухнулся на мерзлые деревяшки, колени тот час сковались полом. В глазах все чаще белело, разум не в состоянии говорить.

…

…

— Когда я уже проснусь? — после мои звуки дерзили тишине, — ХА-ХП-ХА-ХА. Уверен, Хаха явно не понравиться этот жуткий сон! Вот же присниться такое!

Скулы сжимались в просторной улыбке, а во рту стоял привкус соленый воды - слез. Ногти судорожно царапали дерево, кажется, сосну, ее заточенные концы вонзали в мягкую ткань кожи.

В тот момент я перестал думать, упал на уровень животного, что готов убить за просто так, до тех, что закончили с моей родней.

— Пхуа…

Меня тошнило…в большой степени знобило, сердце кололо тысячи заноз. Еще долго я пробыл в слезах, хлюпая носом, беспощадно пожирая воздух, такой зловонный, точно ржавь.

Как вдруг…

Тук-Тук-Тук.

…

Раздался легких стук в дверь. Это мститель! Это то, что бродило в моем доме минуты назад!

— Неужели месяца, что я потратил в академии пройдут даром? — проговорил я, точно пытался настроиться, вспомнить то, что по обыкновению в ужасе люди судорожно пытаются забыть, — возьми себя в руки, Шадоу. В это время ты не дома…ты на войне.

Нельзя медлить… Ни секунды! Глаза забегали по трапезной. Я вскочил, как увидел катану, что блестела чуть поодаль мертвяка. Отцовской кинжал, спасающий в тяжкий момент.

Тук…Тук…Тук.

Выхватив его, я кинулся к двери и с силой вонзил лезвие в около середину проема. Тренировки с сэнсэем не имели право пройти даром!

Молчанье вселяло надежду, пусть и не долгою:

— У вас в семье так принято встречать гостей?

Я узнаю этот голос. Я не мог его не узнать, он стоял звоном в ушах пару мгновений назад.

Дверь резким ударом вылетела в распашку. У порога возвышался Ягами с вечно неизменной физиономией на лице. Клинку предстояло пройти чуть большее расстояние, но боюсь, это также не помогло.

Убийца оценивал меня глазами, его блестящие, точно ночь, волосы касались ресниц, словно скрывая этот смертоносный взгляд. Он медленно опустил руки в кармашки, изредка зевая.

Я и не заметил, как кинжал вновь нарисовался в моих ладонях, ноги изобразили давно отработанную стойку.

— Когда ты успел?!.. Я ведь был впереди! - кричал, словно кому-то вдалеке.

Успокойся, Шадоу…Прошу… Нетерпимость рождает дилетанта, а тот - все беды.

— Ты о чем? — он направил взгляд в сторону родни, — Ах…к сожалению, это не я. Моя практика стояла задержать, а подчистили тут все мои пчелки - трудяги.

— Задержать? Откуда такой покой? Чего ты этим добился и, черт возьми, чем в этом всем провинились мы!?

Незримым чудом, за мгновение, я медленно начал приходить в себя, сумел взять руку в кулак, и уже больше изображал сильную панику, давая повод уб**дку расслабиться. В голове считалась около выигрышная в моем понимании идея: в любое мгновение я готов сорваться и повторить историю с Махито, однако с Ягами в главной роли.

— Я поражен твоей сдержанностью и здравым рассудком.

Ладони сместились и смели аплодировать, отчего я невольно дернулся. А главное - он раскусил меня.

— Столько вопросов…Твой отец вполне важная пешка среди Ветов, и он принимал на удивление активное участие в борьбе с Вышкой. Вот мне и было велено его устранить.

…Я знал о провокации, но не мог…держаться.

— ДА Я ВАМ ВСЕМ СМЕРТЬЮ НАГРАЖУ!

Силы выдержки тут же иссякли, тело ринулось в сторону Ягами, разум был не в силах его остановить.

Клинок взмывал в воздух, нарезал его кусочками, но тело Ягами плясало в неестественном танце. Все попытки провалились, подмывало отступить, и я соскочил назад, в сторону, где молился снисхождению тва**й с Высших Ветвей.

Коль я живу в краю Китаная, не было ни души, что могла помочь. Я один… Обязан выжить и одолеть лучшего друга, человека, который далеко раньше стоял вровень с Чичи и Хаха. Он не должен уйти безнаказанным!

Мы стояло друг напротив друга, но меня все больше напрягало спокойствие Ягами.

— Тебе все не терпится подраться? Какой же ты буйный, Шадоу.

— Не смей звать меня по имени! — мой тон в удивление сменился.

— Может пора прекратить играть в игры?

…

— Т-ты больной?! — я снова смеялся, "смех страха", вероятно, что-то из этого.

— Шред…

— ТЫ УБИЛ МОИ РОДНЮ И ГОВОРИШЬ ОБ ИГРАХ?

Картинка размылась, тонула водоворотом слез. Клинок дергало из стороны в сторону, дрожь заставляло его устремляться вперед, а как завидев упокоение, Ягами продолжил:

— Кажется, Шредер, ты до сих пор не понял, в какой ситуации оказался. Вся моя нелепая ложь о "рве", чтобы привести тебя на место событий, и почва в виде организации этого события - избиение одного из учеников академии. Все это подстроено, выдумано мной и точно сработано тобой. Здесь и кроется различие между Высшей и Низшей Ветвями. Мы думаем, а вы делаете, причем так, как придумали мы.

Но ведь очевидно…многим наблюдавшим над расправой существам… но мне не представлялся повод и вовсе об этом подумать.

— Жертва, загнанная в угол, перестает мыслить здраво. Стоит лишь дать толчок и неподготовленный участник напрочь забудет обо всем, чего следовало помнить.

Ягами медленно проговаривал каждую строфу, тень убийцы стояло неподвижно, глубоко вздыхая.

— Для чего…ты это говоришь?

Кончики пальцев промерзли, мороз собил не терять сознанье.

— Мальчик, я пытаюсь дать тебе шанс победить.

…

— Я не понимаю…

Разум обрел временное перемирие с окружением…осознание не маячило пусть в самой дали.

— Не обретешь разум, подсобит интуиция. У тебя минута, Шредер, я позволяю тебе бежать.

Бежать…

— Я НЕ ИМЕЮ ПРАВО БЕЖАТЬ!

Ягами демонстрационно обернул тело назад. Он давал мне выбор: бежать или поступить как настоящий Вет.

Ныне каждое его слово веяло ловушкой, я не имел право ему верить. Точно также я не имел право оступиться - спохватиться и сгинуть далеко в лес. Я сын Тошиюки Шредера!.. Не имею право…

Наконец соскочив, я быстро сократил расстояние и попытался вонзить катану в брюхо Ягами. Он деликатно выхватил орудие и утромбовал мое лицо в снег.

— Очередная ошибка, Шредер!

Я барахтался в снежном покрове, но все было тчетно, Ягами держал крепко. Уже не важно, что я хотел сказать…уже поздно.

— Какой глупец. По обыкновению иллюзия выбора, ведь нам всем очевидно - ты никуда не сбежишь! Бездарное эго Вета и неугомонная жажда мести тебе не позволят.

— Не смей отзы…ММММ.

Клинок вонзил в лодыжку. Прошел насквозь, щупая пятку.

— Ты ведь даже себя толком не узнал, чего уж других людей понимать? — повысил он тон, силясь перекричать мои вопли боли, — твой выбор не геройство, как того предписывает Вет - это глупость!

Кинжал не останавливался, поедая колено, возбуждаясь с каждой секундой, он пытался достичь излюбленной цели - мозга.

— ОСТАНОВИСЬ, МОЛЮ!!!

— У тебя не было мысли победить, чертова недоросль, а лишь бездарная надежда, которая не оправдалась! Чичи все эти годы учил тебя этому?

Нож тем временем щекотал ребра, пройдя длинный путь, не в состоянии остановиться.

— НЕ ХОЧУ!!!! НЕ ТРОШЬ МЕНЯ!!! МММ!

Ягами брал меня за волосы, точно молотком постукивая снег моей пустеющей головой.

— Ты сдохнешь не как Вет, а как бездарная поск**а, понимаешь? С самого начало в тебе ничего не было.

…

— Помнишь, что я говорил неделю назад? Не важно, каким путем достигается победа, важен ее факт. Когда я вернусь в Вышку, ни одному подлецу не взбредет в голову спросить "Как у тебя это вышло?". За то в глазах будет гореть П-О-Б-Е-Д-А!

…

Я перестал говорить. Возможно, из-за крови, заполняющей мою глотку, или просто не мог ничего сказать…Он ведь знает…я…не слышу…

— И кто из нас теперь плохишь? Чичи хотел такой смерти для тебя?! А ведь мог просто сбежать и вернуться после, найти и заставить меня заплатить!

…

— Будь благодарен мне, Чичи далеко не пропал, догонишь и вместе отправитесь в помойку к верованию Низшей касты!

…

Последние мгновения жизни я не прибывал в агонии. Боль вовсе давно утихла, слова Ягами не терзали уши звоном. Теперь мне не о чем жалеть. Моя хрупкая душа приобрела свой закованный судьбою конец.

В голове проплывала память о родне, Такуи, что был мне другом, смехе Хаха, ученьи Чичи. Мне искренне добро этому маленькому свету — Китанаю, что воспитал меня и разрешил гнить в Низших землях. Цель погибла со мной, но остался путь. Длинный, кровожадный путь!