«Вууум...»

Старая экзаменационная капсула медленно открылась. Ли Яо вышел, тряхнул головой, ощущая легкую пульсирующую боль – это был побочный эффект чрезмерного истощения ментальной энергии в Иллюзорном Царстве Великой Пустоты.

— Голова раскалывается, чёрт возьми! Только нам, студентам из «обычных классов», приходится пользоваться этим хламом. Ученики элитных и параллельных классов уже перешли на новейшее поколение капсул духовного экзамена, которые можно нагружать как угодно без всяких побочных эффектов!

Мэн Цзян громко жаловался, тыча его локтем в бок.

— Маленький Демон, эта пробная сдача гаокао была слишком сложной. Я, похоже, опять завалил, и дома меня точно ждет «бамбуковый суп» (1). А ты как?

(1) «Бамбуковый суп» – эвфемизм, означающий порку.

— Так себе, — Ли Яо почесал нос. Тест, и правда, был сложным, но у него была крепкая база, и он сохранял спокойствие, поэтому, как ему казалось, отработал на пределе возможностей.

— Быстрее, посмотри! — Мэн Цзян подскочил к его экзаменационной капсуле и начал что-то нажимать. Каждая капсула оснащалась сверхскоростным кристальным компьютером, который мог мгновенно подсчитывать баллы; результат объявлялся сразу же после завершения экзамена.

— Вау, 525 баллов! Высокий результат, этого достаточно для поступления в один из ведущих университетов. И ты говоришь, «так себе»? Чрезмерная скромность – это гордыня, ты, чёртов Маленький Демон! — воскликнул Мэн Цзян.

Ли Яо бросил взгляд на световой экран и втайне вздохнул. 525 баллов действительно не было низким результатом, этого хватало для проходного балла нескольких известных федеральных университетов. Однако следующее за ним число горело красным, резав глаз.

«Развитие Духовного Корня: 35%».

Духовный корень – это загадочный орган, расположенный в шишковидной железе, в передней части человеческого мозга. Он загадочен потому, что с точки зрения анатомии этого органа не существует. На протяжении тысячелетий никто не смог найти ни одного подлинного «образца Духовного Корня».

И все же, в мире культивации это реально существующий орган, и для культиватора он является самым важным. Это ключ, соединяющий человека с духовной энергией Неба и Земли, и с духовной энергией Вселенной!

Только тот, чье развитие Духовного Корня достигло 100%, кто прошел через «Пробуждение Духовного Корня», может встать на путь культивации!

Обычные университеты не учитывали этот показатель при наборе студентов. Даже 1% был приемлем, поскольку они готовили обычных людей.

Но «Девять элитных объединенных школ», которые обучали исключительно культиваторов, умножали баллы абитуриентов на их развитие Духовного Корня, чтобы получить окончательный результат. Естественно, чем выше было развитие, тем больше было преимущество.

Развитие Духовного Корня Ли Яо было жалким: пятьсот с лишним баллов, умноженные на 35%, давали в итоге меньше двухсот. Студенты-«небожители» из элитного класса, как правило, имели развитие Духовного Корня свыше 60%. Это означало, что им достаточно было набрать чуть больше трехсот баллов, чтобы легко обойти Ли Яо.

Более того, чем выше развитие Духовного Корня, тем быстрее работает мышление, тем острее пять чувств, тем выше контроль над телом – их результаты в любом случае не могли быть хуже, чем у «мелкой сошки» из обычных классов.

Ли Яо думал о том, как усердно работать над повышением развития Духовного Корня, но это не то же самое, что учеба. Книжные знания можно было зубрить, физическую силу и боевые навыки можно было тренировать до одури, а развитие Духовного Корня можно было только «нарастить» ресурсами.

Например, эти «небожители» из элитного класса ежедневно употребляли различные сокровища Неба и Земли и усиливающие микстуры. Дома у них стояли «анализаторы Духовного Корня», или они ходили на специальные занятия в «Залы для медитаций». Ежемесячные траты на развитие Духовного Корня варьировались от десятков тысяч до сотен тысяч цзинов – и только вкладывая такие горы денег, можно было с трудом поднять развитие на «1%».

Ли Яо, зарабатывая на жизнь, собирая мусор в Фабульной Могиле, мог заработать от силы десять тысяч цзинов в месяц. После оплаты аренды, коммунальных услуг и обучения почти ничего не оставалось. Он еле сводил концы с концами – откуда у него деньги на развитие Духовного Корня?

Одним словом – он был до черта бедным!

Пока он переживал, Мэн Цзян снова завопил на своей коронной «свинячьей» ноте:

— Ух ты! Два по 691! Сы Цзясюэ и Хэ Ляньле снова разделили первое место на этом пробном экзамене!

Это пробное гаокао проводилось одновременно для всего выпускного класса, и на световом экране впереди класса быстро появился список десяти лучших студентов школы.

Первое место разделили девушка, холодная, как снег, и высокий, мужественный юноша с пронзительным взглядом.

Их баллы не произвели впечатления на Ли Яо, но вот их развитие Духовного Корня заставило его глаза пылать от зависти.

Сы Цзясюэ, развитие Духовного Корня 71%; Хэ Ляньле, развитие Духовного Корня 72%!

Мэн Цзян все еще тараторил:

— Тц-тц-тц, они действительно наши знаменитости Второй средней школы Чисяо, «Богиня» и «Красавчик» школы, элита элитного класса! Смотри, они не только красивые, но еще и из богатых семей, в роду которых, говорят, уже было много культиваторов! У них хорошие оценки и высокое развитие Духовного Корня. Они – наше секретное оружие для гаокао в этом году! Говорят, что они гарантированно поступят в Девять элитных объединенных школ. Школа специально пригласила Пэн Хая-Демонического Клинка для их тренировки, потому что надеется, что они смогут побороться за звание победителя всекитайского госэкзамена в Фугэчэн, или, по крайней мере, войти в десятку лучших в городе!

Мэн Цзян издал преувеличенный вздох.

— Эх, сравнивай товары – получишь брак; сравнивай людей – получишь смерть. Все мы обычные старшеклассники, все мы ошиваемся в одной школе, но после гаокао они, вероятно, взмоют в небеса, войдут в круг культиваторов и заживут роскошной, развратной жизнью, а мы, бедняки, будем обречены на пожизненную работу по найму, как офисные крысы. От таких мыслей аж мороз по коже!

Он долго говорил, не видя реакции, поэтому обернулся и увидел, что глаза Ли Яо уставились на фотографию Сы Цзясюэ. Взгляд был глубоким, и было неясно, о чем он думает. Мэн Цзян немедленно стукнул приятеля по голове:

— Эй! Ты, что, влюбился в Сы Цзясюэ? Я тебе по-доброму напоминаю: эту женщину нам нельзя трогать. Они с Хэ Ляньле – друзья семьи, и ходят слухи, что их кланы планируют объединиться. Хэ Ляньле к тому же твердо намерен заполучить её. И не смотри, что парень такой высокий и могучий, характер у него скверный. Он никогда не потерпит, чтобы кто-то приближался к Сы Цзясюэ. В прошлый раз один новенький, не зная брода, ляпнул, что собирается за ней приударить, и в итоге на «уроке боевых искусств» Хэ Ляньле сломал ему три кости. А нас, мелкую сошку вроде нас, он одним чихом в нокдаун отправит!

— Ерунда, — Ли Яо отвел взгляд, словно приняв какое-то решение. — Хэ Ляньле – это отдельная тема, но что до Сы Цзясюэ, она целыми днями ходит с ледяным мертвым лицом, наверняка у нее асексуальность. С чего бы мне нравиться такой типаж?

……

Большая часть школьных ресурсов шла в элитные и параллельные классы, а к обычным классам относились весьма снисходительно. После пробного экзамена ученики обычных классов начали целевые тренировки, направленные на устранение личных недостатков. День пролетел быстро, и в четыре часа дня уроки закончились.

— Пойдем вместе, я нашел блинный киоск. У его хозяина прадед был подсобным рабочим-истопником в Школе Бога Огня, и тот косвенно научился технике «Ладонь Огненного Облака». У него получается просто шикарный Блин с яйцом «Отпечаток Красного Пламени»! Сегодня я угощаю, а? — Мэн Цзян по-молодецки хлопнул себя по груди.

— Нет, сегодня у меня дела. Давай лучше я угощу тебя завтра! — Не дожидаясь ответа приятеля, Ли Яо пулей выскочил из класса.

Он воровато огляделся по сторонам, сделал большой круг по территории школы, прошел через две столовые, задержался минут на десять в маленькой рощице позади кампуса, а затем вернулся, пробираясь на цыпочках в подсобное помещение на первом этаже старого учебного корпуса.

Аккуратно закрыв дверь, он ощутил едва уловимый аромат, похожий на горную орхидею.

Пара холодных, как родник, прекрасных глаз недовольно смотрела на него из темноты. Под ними – вздернутый носик и плотно сжатые тонкие губы.

Если бы Мэн Цзян был здесь, он бы, несомненно, издал свой фирменный «свинячий» вопль:

— Ах ты, чертов Маленький Демон, ты, оказывается, и впрямь «замутил» с Богиней Второй Старшей Школы Сы Цзясюэ! У тебя просто дьявольское бесстрашие!