Он долго смотрел на Хёк Доджина растерянным взглядом, не понимая, что только что услышал, а затем, выдохнув, снова заговорил:

— Младший лидер…?

— Проведи с Соволь короткий поединок, буквально на тридцать секунд. Ты ведь помнишь все техники меча ортодоксальных школ и кланов?

— Я учил их лишь как прикрытие, чтобы можно было подставлять другие секты при убийствах. Я не углублялся в них.

— Это неважно. Сейчас Соволь нужно просто увидеть, как применяются стили праведников. Большая часть того, что я узнал и освоил, — это разрушительные боевые искусства Демонического культа. Я бы мог сразиться с ней лично, но это было бы основано только на моём опыте и силе. Соволь сейчас гораздо важнее увидеть, как кто-то, действительно изучавший эти техники, применяет их в бою.

Взглянув на дрожащего Ындо, Хёк Доджин усмехнулся и повернул голову ко мне:

— Соволь, меч, который я подарил, у вас?

— А, он в комнате. Но… мы правда будем спарринговаться? Это как-то внезапно…

— Не всё в жизни происходит по предварительной договорённости.

— Но…

— Не стоит так волноваться. Ындо не причинит Соволь вреда.

Хёк Доджин легко протянул руку, и меч, висевший на стене, слегка дрогнул и медленно полетел к нему. Искусство перемещения предметов без касания — техника высшего предела мастерства, далеко не каждый может ею овладеть.

Я уставилась на меч, парящий передо мной, и медленно схватила его.

— Ну что, Ындо? Вставай.

— …Понял.

С лицом, словно он вот-вот умрёт, Ындо сжал рукоять деревянного меча, и, когда Хёк Доджин отошёл, встал напротив.

Он мельком взглянул на своего господина, после чего слегка поклонился мне и тихо сказал:

— Я должен защищать вас, а вместо этого поднимаю меч. Извините.

— Не беспокойтесь.

Я перевела взгляд на Хёк Доджина. Он в ответ поднял ладонь и чуть кивнул, давая понять, что всё в порядке. Я тихо выдохнула и кивнула. Ындо, пристально глядя на меня, принял стойку.

— Так как вы изучаете сейчас двадцать четыре приёма техники цветущей сливы, я тоже её использую. Но сразу предупреждаю — я лишь поверхностно постиг её. Будучи убийцей, я не могу применять техники нашей секты, поэтому старался освоить как можно больше ортодоксальных стилей. Потому они лишены глубины и веса. Пожалуйста, учитывайте это.

— Хорошо.

— Тогда… — он тихо выдохнул и кивнул мне. — Первая атака за вами.

После его слов я встала в основную стойку, которую практиковала бесчисленное количество раз. Раньше я отрабатывала её перед стеной, а теперь — перед человеком, и потому чувствовала себя неловко. Но серьёзный взгляд Ындо успокоил меня.

Я шагнула вперёд правой ногой, перенеся вес тела, и быстро к нему приблизилась. И когда я замахнулась… вдруг осознала, что держу в руках пусть и тренировочный, но всё же меч.

От таких ударов тоже может быть больно… Но это волнение длилось недолго.

— Бейте с намерением сбить меня с ног. Если будете колебаться или отвлекаться, направление меча изменится. Вспомните, чему вас учили, и атакуйте точно. Иначе…

В тот миг, когда его слова вдруг замедлились, пространство перед глазами взорвалось ослепительной вспышкой.

— …Вы умрёте.

Он не задел меня. Его кулак остановился прямо перед моим лицом. Однако ударная волна всё же врезалась в кожу, будто хлыст. Нос онемел. Я широко распахнула глаза от потрясения. И только теперь действительно увидела настоящего Ындо, стоящего передо мной. Впервые я ощутила его истинную силу — ту, что оставалась скрытой до этого мгновения.

О чём я волновалась? Как бы я ни старалась, как бы ни прыгала и ни махала мечом, не смогла бы зацепить даже край его одежды. Мне вдруг захотелось смеяться. Интересно, какое у меня сейчас выражение лица?

— Приготовьтесь.

Я вложила в удар всё, что у меня было, и по-настоящему замахнулась.

***

— Как вам здесь?

— Вполне комфортно.

Звук трения тела о тело был отчётливо слышен. В комнате, где больше никого не было, звуки доносились только с кровати: лёгкие стоны, дыхание, наполненное жаром, и глухие всхлипы боли заполняли пространство.

Если бы кто-то услышал, подумал бы, что здесь живут молодожёны, которые сейчас предаются супружеским делам. Но, увы, за всё время в этих покоях таких звуков ни разу не раздавалось.

Так что всё, что звучало сейчас, только казалось таким на слух.

— Когда я нажимаю здесь, вы сразу реагируете.

— Ну… потому что… приятно.

Я ответила сонным голосом, и надо мной раздался тихий смех. Я слегка повернула голову и взглянула на Хёк Доджина, который разминал мою шею, плечи, ноги и руки.

После долгих тренировок мышцы неизбежно забиваются, вызывая боль. Это естественно. Но после каждой тренировки Доджин всегда разминал их, снимая напряжение. Благодаря его стараниям, несмотря на постоянную нагрузку, я ни разу не жаловалась на мышечную боль.

Он положил мою голень к себе на бедро и продолжил массаж. Я тихо посмотрела на него и медленно заговорила:

— Доджин.

— Да?

Его голос был чарующе сладким. Он повернулся ко мне и мягко улыбнулся. Я прижалась лицом к руке и прошептала:

— Как было… раньше?

— Вы о спарринге с Ындо?

— Да. Разве это не было странным? Я ведь ни разу не смогла его не ударить. Роняла меч больше десяти раз, не могла правильно применить изученные техники. Да что там — я даже нормально шагу ступить не могла, всё время просто пыталась угнаться за ним, но лишь постоянно запиналась и падала.

Я уткнулась лицом в руку и прошептала:

— Наверное… я просто бездарность?

— …

На мой тихий вопрос рука Хёк Доджина, казалось, на миг замерла, но в следующую секунду моя вторая нога оказалась на его бедре.

— Хочется сказать, что все так начинают... но, к сожалению, мастера, которые достигают определённого уровня, всё же рождаются с талантом с самого детства. Даже такие, как Ындо — это не просто результат упорных тренировок. Некоторые наивные люди думают, что, если изучить редкое боевое искусство и принять сильные эликсиры, можно стать абсолютным мастером... Но это не так. Даже если тебе повезло, ты поглотил чудодейственный эликсир и нашёл хорошего учителя — разница в уровне всё равно будет очевидна.

Голос Хёк Доджина был лениво-тягучим. С закрытыми глазами я внимательно слушала его слова.

— Большинство сначала неумелы, но их недостатки компенсирует талант. Разве вы не встречали людей, которые выделяются с самых малых лет? Говорят, брат Соволь именно такой.

Моён До? Я приоткрыла глаза и на секунду задумалась.

Да, пожалуй, так и было. Если уж быть до конца честной, все травы и эликсиры в детстве доставались мне… И всё же Моён До продолжал стремительно расти. Среди других учеников того же уровня у него не было равных, а кое-где он даже превосходил учеников рангом выше.

«Талант виден с первых листьев», — гласит поговорка. Но почему тогда мои способности в боевых искусствах и владении мечом словно зарыты в землю? У меня их действительно нет?

— Я тоже был таким, — продолжил Хёк Доджин. — То, что другим давалось с трудом, я воспринимал как должное и шёл дальше. Быстрее других. А потом, с течением времени, воспоминания об этом стали смутными.

— Значит, Доджин был силён с самого детства?

— Если говорить о «силе», то это понятие слишком расплывчатое. Скорее, я просто всё время ощущал давление, заставляющее меня расти каждый день.

Он слегка усмехнулся, словно вспомнив что-то, а затем покачал головой.

— Но вернёмся к теме. Есть у Соволь талант или нет — не так уж важно. Главное, чтобы она поправилась и достигла уровня Хвагён.

— Но вы ведь сказали, что без таланта это практически невозможно.

На мой вопрос Хёк Доджин обернулся и посмотрел на меня. Наклонив голову, он вдруг улыбнулся.

— Когда это я говорил, что у Соволь нет таланта? Если уж на то пошло, его тут даже с избытком.

— У меня?.. Не знаю…

Он рассмеялся и покачал головой.

Талант? У меня? Я прекрасно знала, что сегодняшнее «сражение» больше напоминало возню ребёнка, чем настоящий поединок. Как только вспомнила, как каталась по полу, лицо вновь предательски залилось краской. Но голос Доджина вернул меня к реальности:

— Огромная энергия, скрытая в теле Соволь, и чистейшие меридианы — разве это не талант? Просто раньше вы не держали меч в руках, не сражались, не использовали тело в бою. Потому сегодня падали и терпели поражение.

Так ли это? Я несколько раз сжала и разжала ладони, закрыв глаза.

Хотя я и выигрывала время, сама ситуация с необходимостью срочно стать сильнее — пусть даже это не полноценное лечение — всё равно давила.

Наверное, я слишком переживаю.

— Не стоит так волноваться, — мягко сказал он.

— ...Хорошо.

Мой тихий ответ слился с его негромким смехом.

Наступила короткая пауза. Я перебирала в голове события дня, думая о том, как мне стоило поступить. В этот момент над головой раздался голос Хёк Доджина:

— Соволь.

— Да?

— Похоже, вам придётся какое-то время спать одной.

— ...Что? Что вы имеете в виду?

Я распахнула глаза и приподнялась. Что он только что сказал?

Взглянув на него, я увидела, что он спокойно сидит, опустив руки. Его лицо было сосредоточенным. Я нахмурилась, и тогда он медленно заговорил:

— Мне нужно ненадолго уехать.

— Куда?..

— Я заключил сделку с одним человеком. Я получил то, что хотел, взамен пообещав решить за него одну проблему. Думал, всё будет быстро, но ситуация оказалась сложнее, и мне потребуется несколько дней.

Его пальцы медленно погладили мою щёку. Это был первый его отъезд с тех пор, как я здесь.

— Надолго не задержусь. Максимум — неделя. А если повезёт, вернусь через три дня.

— …

Наверное, потому что я всегда думала, что он будет рядом… Я опустила глаза, наблюдая за своей реакцией. Это действительно сделка с кем-то?

Я тихо вздохнула:

— Это опасно?

— Для меня — совершенно нет.

— То есть всё-таки опасно…

Хёк Доджин отвёл взгляд и, уклоняясь от прямого ответа, рассмеялся. Я прищурилась, посмотрела на него и твёрдо сказала:

— У вас есть ровно неделя. Если опоздаете хотя бы на день… будьте готовы к последствиям.

— Придётся поторопиться. Не хочу, чтобы супруга сердилась на меня.

Он усмехнулся, а я ещё раз зыркнула на него и уже было отвернулась, как вдруг вспомнила кое-что и резко развернулась обратно.

Доджин наклонил голову, словно спрашивая «что такое?», и я поспешно заговорила:

— Разве не через четыре дня должны прийти гости из ортодоксальных школ?

— Да, верно. Но не беспокойтесь. Я уже принял меры и предупредил, чтобы они даже не смели к вам приближаться. Они и шагу не сделают к павильону, где мы остановились. Так что за это можете не переживать.

— …

Мысли мешались в голове. Наверное, потому, что вся эта история не предвещала ничего хорошего. Мысль о том, что он покинет меня — пусть даже ненадолго — вызывала странное беспокойство.

В тишине рука Хёк Доджина легла мне на голову. Он прилёг рядом и заключил меня в объятия. Его губы коснулись моего лба, и он тихо прошептал:

— Я скоро вернусь. Не волнуйтесь.

Я медленно закрыла глаза, вдыхая его запах.

Да, всё будет хорошо. Он ведь просто ненадолго отлучается. Всего лишь на некоторое время.